Джордж Мартин: «Переключение с одного героя на другого — это не как каналы пультом перещелкивать»

Издание «The Wall Street Journal» по случаю выхода новой книги Джорджа Мартина публикует телефонное интервью с писателем, в котором он рассказывает о «Танце с драконами» и недавней его утечке, своей популярности, сценарии «Игры престолов», «Ветрах зимы» и других его проектах.

Прямо сейчас, как я понимаю, вы пишете сценарий для эпизода следующего сезона «Игры престолов» под названием «Черноводная». Он о Битве на Черноводной?

Битва в Черноводном заливе, да, она самая.

Звучит заманчиво.

Надеюсь, что и выглядеть будет так же. Хотя эпизод обещает быть ужасно дорогим: когда пишешь книги, можно себе позволить что угодно и побольше — лучшие спецэффекты мира, тысячи бойцов в массовке и т. д. Но когда воплощаешь битву на экране, твои возможности ограничены куда сильнее. Так что если у кого есть лишняя пара миллионов долларов — тащите их сюда, мы увеличим размах сражения.

Продажи ваших книг сейчас так подскочили, что вы и сами могли бы профинансировать батальные сцены.

А что, это мысль. Только не говорите HBO. Не хотелось бы, чтобы эта идея получила дальнейшее развитие.

«Танец с драконами» возглавил [по предзаказу!] список бестселлеров магазина Amazon. Когда в 1996 году вышла первая книга серии, «Игра престолов», она столь же быстро в этот список не угодила…

Она вообще не становилась бестселлером, на самом-то деле: ни разу не попала в список, даже на нижние места. А первым в списке бестселлеров я был лишь однажды — с четвертым томом цикла, «Пиром для во́ронов» («Пиром стервятников»). Словом, к успеху серия шла долго.

Почему же успех пришел именно сейчас?

Мне кажется, во многом это произошло благодаря доброй молве… За время, прошедшее с публикации «Пира», у читателей накопился интерес, а теперь еще и появление сериала HBO привлекло к моим книгам совершенно новую аудиторию, которая увеличилась за счет этого вдвое или втрое, а то и больше. Даже у популярных книг число читателей не сравнится с аудиторией сериалов.

Объясните нам, как соотносится «Пир для воронов» и новая книга.

Кода я писал «Пир для воронов», я в какой-то момент понял, что книга получается слишком большой и в таком объеме ее не опубликовать [в книгоиздании существует граница, когда публиковать под одной обложкой книгу становится экономически и технологически нецелесообразно — прим. 7kingdoms.ru]. Так что я решил разделить книгу пополам, но не хронологически, а по персонажам и географически [как Мартин говорил раньше, к этому его подтолкнул друг и коллега Д. Абрахам — прим. 7kingdoms.ru]. В «Пире для воронов» и «Танце с драконами» действие разворачивается параллельно, эти книги ограничены [примерно] одними хронологическими рамками, но разнесены географически, и рассказ ведется от лица разных персонажей. По сюжету «Танец» продвигается немного дальше «Пира», и во второй половине «Танца» затрагиваются события, которые случились с персонажами «Пира» (после окончания той книги). Так что здесь все чуточку сложнее, чем обычно бывает в сериях.

Почему вы так долго писали?

На две последние книги у меня уходило больше времени, чем на три первые — это точно. Но я никогда не был быстрым писателем. Посмотрите на первую книгу: никто, конечно, не сидел в ожидании «Игры престолов», но я начал её в 1991-м, а закончил в конце 1994-го… Сюжетные линии и события в книгах переплетены очень сложным образом, и я трачу много времени, стараясь выполнить это плетение как следует. На мой взгляд, куда важнее написать как следует, чем написать к определенному сроку.

Но сейчас Сеть полна стенаний фэнов о вашей неспешности. Как вы думаете, справился бы Толкин со своей книгой в век блогерства с читателями, которые норовят заглянуть вам через плечо?

В случае с «Сильмариллионом» это, верно, довело бы его до белого каления — он над ним только одним работал около 60 лет. Я думаю, он начал эту работу в окопах Первой мировой войны, а в 1970-х, когда он умер, книга так и не была завершена. Правда, то была другая эпоха. Другая эпоха и другие взаимоотношения между авторами и их читателями. Но надо сказать, что нетерпеливых фанатов — крошечное, хотя и очень шумное меньшинство. У них есть сайты, они шлют электронные письма, публикуют всякое и т. п., однако у меня миллионы читателей и среди них наберется, наверное, сотня таких безумных парней.

В своем блоге вы рассказали, что были очень расстроены, когда из-за немецкого отделения Amazon произошла утечка «Танца с драконами». Вы тогда призывали насадить голову виновника на пику. Что в этой ситуации вас так расстроило?

Слушайте, фраза о пике была шуткой. Меня постоянно удивляет, как подобные вещи воспринимаются буквально — наверное, пора взяться за ум и перестать так шутить. Честное слово, я не жажду смертной казни тех, кто там напортачил с рассылкой, и вообще — моих издателей это расстроило куда больше, чем меня. Они строили грандиозные планы по единовременному релизу 12 июля, и тут вдруг становится известно, что кое-кто получил книгу на 2 недели раньше. К сожалению, есть и другие последствия: спойлеры. И хотя из «немецкой» партии книги получили лишь 180 человек (а был еще фальстарт в Японии), среди этих 180 нашлись такие, кто принялся спойлерить на всю Сеть. Это ни разу не здорово.

Как вы управляетесь с перескакиваниями от одного персонажа к другому? Пишете ли вы сначала все главы одного персонажа или чередуете их, как они представлены в книгах?

Сочетаю оба подхода. Я не пишу главы в том порядке, в каком вы их читаете, а стараюсь сосредоточиться сначала на одном персонаже. Однако я не пишу всю его историю за раз — например, сразу все главы Тириона в рамках одной книги. Обычно, после того, как я напишу 3-4 главы персонажа, я настолько далеко обгоняю остальных героев по хронологии, что вынужден остановиться. Дело в том, что если слишком далеко ускакать в одной сюжетной линии, а потом вернуться во времени и начать догонять с другими персонажами, то возникнут неизбежные рассогласования и противоречия. А иногда я просто пишу, например, главы Джона Сноу, и по тем или иным причинам оказываюсь с ним в тупике, так что откладываю его в сторону, и начинаю писать главу Дейенерис или кого другого. Когда у меня написание глав определенного героя начинает идти по накатанной, в моей голове звучит его голос. И всякий раз, как я переключаюсь с одного персонажа на другого, работа на несколько дней оказывается парализована, потому что я меняю голос в голове, меняю взгляд на мир. Это не так просто, это не как каналы пультом перещелкивать.

Как далеко вы продвинулись с «Ветрами зимы»? Книга по-прежнему так называется?

«Ветра зимы», да, таков мой план. Сейчас я над ними не работаю (и не приступлю как минимум до начала следующего года), у меня куча других дел: скоро уезжаю в тур с представлением новой книги, потом будет несколько конвентов, которые я собираюсь посетить, а еще есть громадный конкорданс (словарь-навигатор) «Мир Льда и Пламени», давно мною задерживаемый и требующий завершения до конца года. Но у меня готово примерно 100 страниц «Ветров зимы», точнее с ходу не скажу.

Вы все ещё планируете закончить цикл седьмой книгой под названием «Мечты о весне»?

Да, таков план, но я не подписываюсь под ним кровью — это именно предварительный план. Поначалу замышлялась трилогия, теперь — семь книг. Так что это мой прогноз, мой ориентир, но наверняка мы узнаем, лишь когда я завершу книги.

Вы как-то сказали, что фэнтези должно отражать действительность. Можете пояснить свою мысль?

Я думаю, что художественная литература всегда должна отражать действительность, хотя она суть вымысел. Она повествует о людях, которых никогда не существовало, и о событиях, которых не происходило в реальности, причем это не зависит от конкретного жанра — будь то научная фантастика, фэнтези, мистический роман или так называемая «классика». Всё это по существу является неправдой, но в основе должна лежать истина. Мы все равно пишем о людях, о жизни. Я часто цитирую Фолкнера, который в своей нобелевской речи сказал, что ничто иное не стоит описания, кроме конфликта в человеческом сердце — и я всегда был согласен с этим. Это истинно для любого жанра, в котором вы пишете, даже если у вас там есть драконы или это история о частном детективе или стрелке-ковбое — всё равно, это должна быть история о конфликте в человеческом сердце. А иначе про это и читать не стоит.

8 июля
Christopher John Farley [оригинал]

***

На неделе появилось еще одно интервью с Мартином, взятое Дианой МакКэйб из Сан-Диего. В нем отмечена буквально пара любопытных моментов о книгах и жизни:

Об убийстве центральных персонажей романов: «Забавно, что меня снова начали спрашивать об этом. После выхода Игры престолов в 1996-м фанаты осаждали меня с этим вопросом, а теперь, когда из-за сериала HBO появилась куча новых фанатов, это спешат спросить новички. Я убивал главных героев и буду убивать. Это увеличивает напряжение, заставляет людей нервничать, когда они по-настоящему боятся за героев. И это реалистично. Может быть, вы привыкли к киношным героям, которые запросто выбираются из любой тюрьмы, но в реальной жизни люди из темниц, как правило, не улетучивались. Они так и сидели там по полжизни, а то и умирали в заключении».

О встречах с фэнами: «Встречаться с фэнами всегда здорово, но в последние годы их реакция поменялась. Сложно объяснить точнее, но в 80-е фэны просто подходили ко мне: «О, Мартин, подпишешь мне книгу? Очень понравился твой последний роман». Но теперь люди реагируют на меня по-голливудски: они только визжат от восторга, но боятся сказать хоть слово. А я-то всё тот же, что и 20 лет назад, ничего не изменилось».

Об успехе: «Это круто и очень важно. Любой автор мечтает о своих читателях, и вовсе не ради денег. Просто приятно сознавать, что впечатлил большую аудиторию, и хочется верить, что создал историю, которая сможет пережить создателя».