1. Добро пожаловать в раздел творчества по Песни Льда и Пламени!
    Полезная информация для авторов: Правила оформления фанфиков (читать перед размещением!) Бета-ридинг
    И для читателей: Поиск фанфиков по ключевым словам Рекомендации и обсуждение фанфиков
    Популярные пейринги: СанСан Трамси
    Популярные герои: Арья Старк Бриенна Тарт Дейенерис Таргариен Джейме Ланнистер Джон Сноу Кейтилин Талли Лианна Старк Мизинец Нед Старк Рамси Болтон Рейегар Таргариен Робб Старк Русе Болтон Сандор Клиган Санса Старк Серсея Ланнистер Станнис Баратеон Теон Грейджой
    Другие фильтры: лучшее не перевод перевод юморвсе
    Игры и конкурсы: Минифики по запросу Флэшмоб «Теплые истории»Шахматная лавочкаНовогодний Вестерос или Рождественское чудо
    Внимание! Отдельные фанфики могут иметь рейтинг 18+. Посещая этот раздел вы гарантируете что достигли 18 лет. Все персонажи, размещенных в разделе произведений, являются совершеннолетними.

Джен Фанфик: Опасная осторожность

Тема в разделе "Фанфикшн (в т.ч. 18+)", создана пользователем Shiuvan, 18 фев 2012.

  1. Shiuvan

    Shiuvan Знаменосец

    Название: Опасная осторожность
    Рейтинг: ничего страшного
    Персонажи: мои любимые - семья Старков, Теон, Сандор и еще некоторые :)
    Краткое содержание: Америка 80-х годов.

    Я так погляжу, в моде вечный СанСан, ну и я решила тоже написать на эту тему. Только у меня, как всегда длинновато, это я еще сокращала как могла...может кому-то покажется интересным:annoyed:
    и это вдобавок еще и не конец:mad:

    1.
    2.
    3.
    4.
    5.



    ... и вот сейчас, оглядываясь назад, я готова просить прощения у всех, кого я когда-то обидела. Я всегда старалась быть хорошей, не причинять боли и никому не делать зла. Я прошу, - нет, я требую! - боги, какие вы ни есть, простите мне грехи или хотя бы продайте индульгенцию. Я это заслужила, вы же знаете. Я не хочу умирать.

    Я не знаю, когда начался этот кошмар, но, скорее всего, жизнь покатилась по наклонной сразу после смерти отца.
    Сейчас я не хочу ни в чем винить свою мать, - тем более у меня осталось совсем мало времени, чтобы обвинять кого-то, - но она всегда любила отца, а, вернее, старательно выстроенные с ним отношения больше всего на свете, больше даже, чем нас, своих детей. После ее отрешения от семьи наше внутрисемейное разобщение только усилилось, хотя оно, впрочем, всегда было шатким и непрочным.
    Когда Робб ушел из семьи за пару месяцев до той злополучной аварии, мать еще делала вид, что ей безразлично, что она уверена в том, что он еще вернется домой, но я знала, что это неправда. Он всегда был упрямым, всегда, и даже не пришел на похороны отца только из-за того, что он запретил ему жениться на этой девчонке, Джейне Вестерлинг, недалекой и пустоголовой девице. Я пару раз пересекалась с ней в школе, когда она еще посещала занятия. Я слышала, что когда-то ее предки были одним из самых богатых родов в нашем городе, но постепенно обнищали и скатились в самую глубь социальной пропасти. Весть о том, что Робб встречается с этой Джейни, стала для отца ударом. Он говорил Роббу, что тот ставит жирное черное пятно на безукоризненной отцовской карьере, но Робб ничего не хотел слушать. Я всегда знала, что добром это дело не кончится, но поделать ничего не могла, кроме как следить за собой, своим внешним видом и своим поведением, и я не подвела отца. Он до самой смерти гордился мной больше остальных детей, я это знаю.
    Через пару недель после похорон отца я получила приглашение на свадьбу, простенькое, на дешевой типографской бумаге с плохой свинцовой краской. Буквы без усилий смазывались пальцем, и под официальной частью было написано от руки коротенькое послание для меня, где Робб говорил, что ему очень жаль, но он не может поступить иначе, потому что Джейни беременна от него, а ребенка он не бросит никогда. Помню, тогда я сжала стопку приглашений в кулаке, - бумага была мягкая и комкалась легко. Эта шлюха беременна, думала я. Ничто не могло быть хуже этого. Я как сейчас вижу, как я дошла до ближайшей от почтового ящика урны и выкинула приглашения вместе с остальным мусором из кармана, - обертками от жвачки и старыми магазинными чеками. Ноги Старка не будет на свадьбе Робба с этой девицей.

    Однако всю ночь перед его свадьбой я провалялась без сна, слушая, как посапывает во сне Арья, и не решаясь сказать ей о том, что я сделала. Чувство вины грызло меня неудержимо, и слезы катились из глаз, затекая в уши и сползая под ночную рубашку. В ту ночь я так и не заснула, а на следующий день, приобретя в "Мейси'з" красивый фарфоровый сервиз, до последней минуты сидела над изящно запакованной коробкой, мучаясь от дурных мыслей. Ну скажите, зачем я купила фарфор? Что эта нищенка Джейни будет делать с двенадцатью очаровательными белыми чашками с тонким узором из нежно-зеленых листочков? Кого она будет поить из них чаем, - своих глупых подружек-продавщиц из торгового центра? Она даже чай заварить наверняка не умеет, поняла вдруг я, и слезы снова катились по щекам неудержимым потоком. Ах, Робб, Робб, что же ты наделал?
    Осознав эту мысль, я сорвалась с места и бросилась к машине, с трудом волоча за собой тяжелую коробку с фарфоровым сервизом. Затолкав ее на заднее сиденье своего "Шелби", подарка отца, которым я так гордилась, я сломя голову понеслась по адресу указанного в пригласительном ресторана, находящемся где-то на отшибе города.
    Помню, как я припарковала машину, помню, как вытащила подарок и вышагивала к входу, как старательно лепила на лицо довольную мину, несмотря на тяжесть чертового фарфора, как вошла в ресторан... помню, как Робб повернулся ко мне - он меня увидел, и лицо его озарилось счастливой улыбкой. Я вздохнула спокойнее и села на свободное место с краю стола, покрытого не самой свежей скатертью, только и ожидая удобного момента, чтобы поговорить с братом. Коробка ожидала своего часа под моим стулом, а я сидела, выдумывая подходящую легенду, отчего остальные домочадцы не явились на свадьбу. Решив наконец "заразить" Арью и остальных ветрянкой, я терпеливо ждала, но подходящий для разговора момент никак не наступал. Поздравления сыпались на Робба дождем, и я то и дело ловила на себе его шутливо-жалостливые взгляды и подмигивания, но вот его снова куда-то зовут... какой-то конкурс, господи, как это пошло и дешево... а потом все произошло так быстро, - вот он стоит в окружении гостей рядом со своей Жиенной, одетой в симпатичное белое платьице… И она улыбалась, и вдруг взмах и брызги крови на белоснежном... крики, суматоха... я вскочила с места и рванулась вперед на негнущихся ногах, видя перед собой только бледное, удивленное лицо Робба. А потом все пропало.
    Поножовщина, сказали матери в полицейском участке. Пьяный дурак возомнил себя Отелло, сказал ей толстый офицер с виновато скошенными к носу глазами, такое сплошь и рядом бывает. Его обязательно посадят, лет на двадцать не меньше. Я смотрела из-за стекла приемной на лицо матери сонными глазами, и в голове почему-то вертелась мысль об оставленном в ресторане фарфоровом сервизе. Что, интересно, теперь с ним будет? Заберет ли его Джейни оттуда, или он перекочует на кухню в виде морального бонуса хозяевам заведения за столь неприятный инцидент?

    Робба похоронили рядом с отцом, и Джейни не было на его похоронах также, как самого Робба не было на отцовских. Среди гостей пришли ребята из колледжа, с которыми он учился, и наш сводный брат Джон, и Теон Грейджой, и даже этот парень с некрасивым лицом, наш сосед, с которым Робб не особо дружил, но сохранял видимость приятельских отношений. Он мало показывался на людях из-за этого безобразного, уродующего лицо кривого ожога, и сейчас он натянул на голову капюшон черной толстовки с изображением какой-то рок-группы, однако застиранной настолько, что название прочитать было невозможно.
    Он старательно сторонился меня обожженой стороной лица, и я, пожав плечами, тоже отвернулась, поймав на себе взгляд Арьи. Она смотрела на меня с ненавистью.
    Мы возвращались домой, и я пристально глядела на дорогу, когда она свесилась ко мне с заднего сиденья и прошипела в ухо:
    - Ты, сучка. Тебе наплевать, что наш брат умер. Ты только и знай, что разглядывала ребят из колледжа. Стерва.
    - Радуйся, что мама сама села за руль, - холодно ответила я. - Она бы выдрала тебя за то, что ты так со мной разговариваешь, несмотря на всю твою крутость. Так что лучше помалкивай, иначе я все ей доложу.
    - И тебе наплевать на ее состояние? На то, что она только что потеряла сына?- Арья сделала вид, будто не верит своим ушам. Будто я страшное что-то сказала. - Да ты, мелочная... ты...
    Я протянула руку и включила радио погромче, надеясь, что Арья заткнется, однако не тут-то было. Сестра всегда была необузданной и злобной, но в этот раз она вообще отличилась. Она откинулась на сиденье и изо всех сил пнула ногой в своем жуткой ботинке по моей новенькой магнитоле. Раздался оглушительный треск, и от страха я дернулась, неуклюже вывернув руль. Машина содрогнулась от толчка, и я услышала жуткий скрежет, - это "Шелби" проехалась крылом по высокому бордюрному ограждению. Резко затормозив, я выскочила из машины и с ужасом уставилась на ее боковину. В сочном бордово-розовом цвете безобразной линией выделялась огромная рваная царапина, которая так и кричала окружающим: "Смотрите, за рулем малолетняя неудачница! Я даже не могу нормально припарковать машину!..."

    - Санса, - услышала я робкий голос сестры, которая тоже вышла из машины и теперь стояла напротив, - слушай, я не хотела...
    Я уткнулась головой в железную крышу и разрыдалась, сотрясаясь всем телом.

    С этого момента Арья стала еще хуже и такой дикой, что даже матери больше не удавалось ее обуздать. В свои четырнадцать лет она дружила только с парнями старше ее не меньше, чем на пять лет, и единственный, к мнению кого она прислуживалась, был наш сводный брат Джон. Мать ненавидела его и не хотела пускать Арью встречаться с ним, но сестра все равно уходила, не пытаясь даже солгать ей о человеке, с которым собирается увидеться. Он жил со своей подружкой в одном из самых нищих кварталов нашего города, куда ему пришлось переехать из таун-хауса, который снимал для него отец, - после того, как мать перекрыла ему доступ к отцовским деньгам.
    Хуже того, Арья слушала тяжелый рок и одевалась в самые жуткие вещи, которые можно было найти в магазинах. Арья курила крепкие сигареты, хотя и обманывала мать, пряча пачку "Мальборо" вместе с тонким складным ножом на цепочке за откалывающейся плиткой на ступеньках порога. Я видела ее друзей, и это был какой-то ужас. Панки, тощие и плохо одетые, гоняющие по городу в своих старых разваливающихся машинах, ужасные личности, которых, я слышала, чаще приводит домой полиция, чем собственное желание. От Арьи частенько пахло джином, и однажды по ее виду я даже с ужасом поняла, что она, кажется, приняла какой-то наркотик. В тот же вечер я все рассказала матери, и она выпорола свою четырнадцатилетнюю дочь. Ночью я зашла в комнату Арьи проверить, там ли она, и, естественно, на месте сестры не оказалось. Она вылезла через окно и, спустившись по растущему прямо над ее подоконником дереву, сбежала на улицу.
    Настолько же, насколько меня расстраивала Арья, я радовалась успехам своего брата Брана. После аварии он потерял способность ходить, но это не сломило его боевого духа и не могло сбавить его врожденную смышленость. Ему нравилось узнавать все новое, и он стал заядлым книгочеем, почти все свое время проводя в нашей библиотеке или возясь с самым младшим братом Риконом, на которого ни у меня, ни у матери не хватало времени.

    Все дети отца подвели его, все, но не я. Я была его лучшей дочерью, его самой послушной ученицей, его любимицей, и я старалась соответствовать этому почетному званию. Я прилежно училась, участвовала в конкурсах пения и писала стихи в школьную газету. Никто не сомневался, что президентом школьного совета на следующий год изберут меня и никого другого. Я со вкусом одевалась, и никто не мог похвастаться тем, что слышал от меня хоть одно бранное слово, как никто не мог соревноваться со мной в идеальности выглаженнных стрелок на ослепительно-белых гольфах, совершенстве блеска моих светло-коричневых лаковых туфелек. Я всегда была совершенством, я даже с Джоффри рассталась после той грязной истории с его родителями, - а ведь он был самым популярным парнем в нашей школе! И никто, никто ни разу не сказал мне спасибо. Ни сестра, ни братья, ни даже мать. Я была одинока.
    Последней каплей стало утро после дня, в который мама выпорола Арью. Я уже собралась в школу и допивала чай из своего стакана, когда на пороге столовой появилась сестра. Одежда ее была грязной, будто бы пыльной, и под глазом заплыл огромным желтовато-фиолетовый синяк. Она сделала ко мне несколько быстрых шагов, и я не успела ни дернуться, ни вскочить с места.
    Арья вцепилась в мои волосы, в мои прекрасные рыжие волосы своей цепкой, сильной рукой, и потащила за собой, молча, не произнося ни слова. Я упала со стула на пол, пролив на свой новый голубой джемпер остатки чая, и, скуля от боли, тащилась за Арьей по паркету, засаживая занозы в ладони. Мне казалось, что еще мгновение, и кожа оторвется от черепа вместе с волосами, будто бы меня собирается оскальпировать какой-нибудь индеец, но этого не произошло. Дотащив меня до дверного косяка, сестра выпустила мои волосы и пнула меня по ноге. Я попыталась отползти от нее, но она без труда догнала меня и добавила своим тяжелым ботинком по бедру. Я уже не могла сдерживать слезы.
    - Не бей меня, Арья! Отпусти! - взмолилась, наконец, я, откатываясь по полу.
    - Арья? Санса? Что там у вас происходит? - раздался со второго этажа взволнованный голос Брана. Я смотрела в лицо Арьи, и она, так и не произнеся ни слова, развернулась и убежала.
    Кое-как и встала на колени, потом, придерживаясь за стол, выпрямилась во весь рост. Прокричав Брану, что все хорошо, я медленно доковыляла до ванной и уставилась на себя в зеркало. Нога болела, волосы растрепались и спутались, на правой руке были по корень сорваны два ногтя. Хуже того, оказалось, что пятна от чая, крепкого, как я люблю, успели просохнуть и въесться в тонкую серо-голубую шерсть моего свитера. Я сорвала его с себя и, швырнув на кафель, принялась в ярости топтать ногами. Я ненавидела свою сестру, я ненавидела Робба, но больше всего я ненавидела отца.

    В школу я безнадежно опаздывала и решила вообще не ходить. Все утро проревев в своей комнате, я все-таки пришла в себя, решив, что Арья в общем-то не стоит моих слез, потому что она самая настоящая поганка, мерзкая и отвратительная. Переодевшись под настроение в трикотажное платье-стрейч, я думала, куда бы мне пойти, когда возле кровати зазвенел телефон.
    Звонил Теон, лучший друг Робба. Мы с ним общались редко, и чаще всего он просто шутливо заигрывал со мной в редкие дни случайных пересечений, и звонок его удивил и заинтриговал меня. Он сказал, что ему нужно поговорить со мной о чем-то важном, и это дело не терпит отлагательств. Честно говоря, я его немного стеснялась, потому что он всегда улыбался так, будто бы знает что-то такое, чего не знает никто другой, какую-то страшную тайну, и от одного осознавания своей эксклюзивности ему постоянно смешно. Это и напрягало, и завораживало одновременно, и я согласилась встретиться, гадая, что ему могло от меня понадобиться.
    Через час его черный "Бьюик" уже стоял под моими окнами. На боку автомобиля аэрографией был выписан какой-то старый корабль, плывущий сквозь ночную бурю в штормовых брызгах, и я вспомнила, как однажды мы втроем, - он, я и Робб, - ходили в кино на какой-то ужастик, и на мой наивный вопрос о том, зачем он нарисовал на машине корабль, Теон со смехом ответил:
    - Это не просто корабль, это боевая ладья, деточка. Она называется "Морская сука", и я часто представляю себе, как веду ее в бой против изнеженных сухопутных жителей. В прошлой жизни я был ее капитаном, я уверен. Иногда я даже вспоминаю это во сне.
    Робб тогда велел ему замолчать и не ругаться больше в присутствии его сестер, но этот разговор я хорошо запомнила. Теон и представлялся мне каким-то пиратом, смуглым и бесстрашным, привлекательным, но и чужим, непонятным одновременно.
    Теон нетерпеливо посигналил, и я бы не осмелилась заставлять его долго ждать, поэтому, схватив с полки сумочку и накинув на плечи пиджак, я забежала к Брану, наскоро поцеловав его на прощание в щеку, и вышла из дома.
    Я уже направлялась к машине Теона, когда увидела краем глаза какое-то движение. Я повернулась, - это сосед махал мне рукой из-за забора, прося приблизиться, и лицо у него было такое просительное, что мне стало жалко проигнорировать его. Я сделала Теону знак подождать и медленно побрела через газон к забору, надеясь не сильно испачкать каблуки в земле и траве.
    - Санса, - отчаянно смущаясь, проговорил сосед, когда я подошла к нему почти вплотную. - Это Теон Грейджой? Тот парень, который был на... ну тогда, на кладбище?
    Меня немного покоробила выбранная им тема для разговора, - я-то думала, он захочет сказать что-то важное.
    - Да, - ответила я сухо, - это он.
    - Слушай, не ходи с ним, а? Он мне не нравится.
    - И что? - все больше раздражаясь, отозвалась я. - Извини вот, только у тебя забыла разрешения спросить, с кем мне гулять.
    - Да нет, ты не поняла, - отчаянно залепетал он, - я просто хочу сказать, что у него плохие мысли. По поводу тебя. Он задумал недоброе. Не езжай с ним, Санса! У меня дурное предчувствие! - Он уцепился за мою ладонь, но я выдернула ее с внезапным испугом.
    - Слушай, как тебя там...Сэм...
    - Сандор, меня зовут Сандор! - воскликнул он, и жутковатые, плохо затянувшиеся шрамы на его лице дергались и ходили ходуном, пугая меня еще больше.
    Позади хлопнула дверца машины, голос модных до чертиков "Клэшей" оборвался.
    - Санса, что-то не так? - услышала я приближающийся голос Теона.
    - Нет-нет, - отозвалась я, унимая дрожь в голосе, - все хорошо, не стоит обращать внимания. Мы уже поговорили, верно?
    Сандор поднял голову, поглядев на Теона, и его глаза, только что по-собачьи преданные и умоляющие, мгновенно изменили выражение, - в них была написана только лютая ненависть.
    - Если ты, Грейджой, хоть пальцем ее тронешь... - прошипел Сандор, подтянувшись и одним прыжком преодолев наш низенький кирпичный заборчик.
    - Не твое дело, Клиган, - процедил в ответ Теон, - тебя в наши разборки никто не вовлекал. Отвали, пока не получил по кривой морде, понял?
    Сандор угрожающе двинулся вперед, а я отшатнулась, внезапно поняв, что Сандор выше и намного крупнее Теона и что сейчас из-за ничего мой сосед может здорово отлупить лучшего друга моего покойного брата.
    - Нет! - воскликнула я, выскочив перед Сандором и уперев руки ему в грудь, - так нельзя! Не трогай его, пожалуйста! Не лезь НЕ В СВОЕ ДЕЛО! - заорала я, наплевав на приличия и, наконец почувствовав, что Сандор немножко отступил, шагнула назад, потянув Теона за собой.
    Он усадил меня на пассажирское сиденье, захлопнул дверь и, обойдя машину спереди, сел на водительское место, вставляя ключ в замок зажигания. Тонкие ноздри его раздувались от гнева, и я робко положила ладонь на его напряженное плечо.
    - Не стоит сильно сердиться на Сандора, - тихо проговорила я, - он просто чувствует за меня ответственность с тех пор, как Робб... умер...
    Теон бросил на меня косой взгляд.
    - Не будь дурочкой, Санса. Ему плевать на Робба и на твою семью. Несчастный урод просто влюблен в тебя.
    - Влюбле-ен? - протянула я изумленно, выворачивая шею, чтобы получше разглядеть застывший в наступающем полумраке массивный силуэт Сандора. Мне тогда даже показалось, что он стоит, обернувшись, провожая машину грустным взглядом, и глаза его, как фары, светятся в темноте, но, несомненно, это была просто игра моего воображения.

    Сейчас, анализируя этот день, мне хочется закричать: идиотка, ты такая глупая, ты дура, не надо было никуда с ним ехать! Надо было слушать Сандора, это правда. Но сейчас назад уже ничего не вернуть. Сама виновата…

    Итак, в тот вечер Теон привез меня в маленький ресторанчик в центре города, и мы заказали закрытую пиццу и коктейли. Он уже остыл после ссоры с Сандором, сам подбадривал меня и смешил, как мог.
    Мне не терпелось услышать, что он хочет мне сказать, но я не решалась напомнить ему, а он, по-видимому, и забыл, что позвал меня встретиться с какой-то целью. Поэтому я продолжала улыбаться ему и строить глазки, сгорая от любопытства в глубине души.
    Взгляд мой скользил по клиентам, которых в этот час набилось в ресторанчик очень много, - в основном парочки да маленькие дружеские компании. Одиночеством выделялся только один из посетителей, - зажатый в узкую кожаную куртку парень, скрывавшийся в тени барной стойки. Словно почувствовав мой нахальный взгляд, он обернулся, и глаза его по-кошачьи сверкнули в темноте. Я смутилась и опустила голову.
    - Это же Рамси, - фыркнул Теон, - неудивительно, что ты его недолюбливаешь.
    - Что? Это он? - встрепенулась я, - не знала. То есть я его никогда не видела, только слышала. В школе про него страшные вещи рассказывают. Это у него была какая-то история с Джоном, да?
    - Верно. С твоим братцем. - Теон сделал большой глоток своего коктейля, кажется, на коньяке. - С Джоном.
    - Это драка была, да?
    - Ага. Из-за девчонки, кажется. А может, и по пьянке. Джон даже Роббу эту историю никогда не рассказывал, не то что мне. Он меня ненавидел. - Теон допил остатки коньяка из бокала и жестом велел официантке принести еще. Я хотела намекнуть, что ему не стоит пить больше, ведь он за рулем... однако постеснялась, да и некогда было, - очень уж хотелось узнать побольше об отношениях моего сводного брата с Теоном.
    - Слушай... так за что Джон тебя ненавидел? - спросила я, невольно понизив голос, будто сплетничая с девчонками со школы.
    - За все, - пожал плечами Теон, - за то, что я красивее, одеваюсь лучше, а больше всего, - за то, что Роббу со мной интереснее... было. - Он залпом допил второй бокал коктейля, громко хлопнув дном об столешницу, и довольно улыбнулся.
    Я было злорадно представила недовольную рожу Джона, и без того вытянутую и вечно обиженную, как вдруг вспомнила, что Робб, мой брат, умер, что он лежит в могиле рядом с отцом, а на кладбище сейчас вечер, и темно, и надгробиям во мраке так одиноко... и Робб в земле, в гробу... гниет... и его едят черви... а отец...
    Мне вдруг стало нечем дышать, и я, жадно глотая воздух, как выброшенная на берег рыба, схватилась за сердце. Теон насторожился, привстал со стула.
    - Санса? Что с тобой, тебе плохо?
    Я не могла ответить, хотя и хотела. В горле встал ком, в глазах закипали слезы. Я уже устала плакать, но они отчего-то лились по любому поводу.
    - Теон, пожалуйста... давай уйдем, - попросила я чуть слышно, - со мной все в порядке, но я не хочу здесь оставаться...
    - Да-да, конечно. - Теон подскочил, как на пружине. - Я пойду расплачусь, а ты собирайся. Я быстро.
    Когда он ушел, я откинулась на стуле и принялась считать про себя. Десять, девять, восемь... Глубокий вдох...
    - Как можно быть таким дураком, да? - услышала я незнакомый голос над ухом. Подпрыгнув от неожиданности, я испуганно обернулась.
    За соседним столиком верхом на стуле сидел Рамси, тот самый парень, которого я видела возле барной стойки. Он был старше меня, - ему было около двадцати; жуткий, совершенно жуткий тип, с длинными волосами, яркими, растянутыми в неприятной ухмылке губами и глазами, светлее которых я еще не видела, светлыми до белизны, обрамлявшей два широких черных зрачка, уставившихся прямо в душу.
    Я вздрогнула и отвернулась.
    - Вы когда-то учились у нас в школе, да? - пискнула я, пытаясь завязать светский разговор.
    - Учился, пока меня оттуда не выставили, - согласился Рамси, - теперь я сам по себе. - Он фыркнул. - Школа мало чему может научить людей, правда? Например, тому, что в разговоре с девушкой, у которой недавно умер брат, его имя лучше не вспоминать, правда?

    Я широко раскрыла глаза и повернулась к нему, позабыв все правила приличия, которым меня когда-то учила мать.
    - Я знаю, о чем ты думала сейчас, - продолжал он как ни в чем не бывало, - о могилах и мраке, об одиночестве. О том, как черви гложут тело твоего брата...
    - Замолчи! Хватит! - простонала я, зажмурившись и мотая головой.
    - Пока с тебя и правда хватит, - сказал он, а когда я открыла глаза, его и след простыл.
    Зато рядом стоял Теон.
    - Пойдем, Санса, - сказал он, протягивая мне руку, - я отведу тебя домой.

    Когда мы вышли на стоянку, он подвел меня к своей "Морской суке" и усадил почему-то на заднее сиденье, но я была слишком отупевшая и одновременно размякшая, чтобы заметить это. Он сел рядом и приобнял меня за плечо, другой рукой поглаживая по ладони.
    - Чего ты испугалась? - спросил он томно, дыша мне в самое ухо коньячными парами. Мне было жарко и холодно одновременно, и меня всю трясло, как в лихорадке, поэтому я не отстранилась, а наоборот, прижалась к его груди, пытаясь унять дрожь.
    Теон поглаживал меня по рукам, плечам и волосам, и мне было хорошо и надежно, почти как с Роббом... пока он не протиснул руку в вырез моего платья, положив ладонь на грудь.
    Я взвыла, как раненая волчица, и отшатнулась в сторону, к самой двери, затравленно и одновременно злобно глядя в горящие Теонские глаза. Блаженная нега сменилась резким осознанием того, что ему действительно от меня нужно, и гнев бурлил во мне, выражаясь в виде застывшей на лице искаженной маски слепой ярости.
    - Да брось, Санса, не строй из себя скромницу, - фыркнул Теон, снова протянув ко мне руки. Размахнувшись, я изо всей силы врезала по его наглой роже сумочкой, и цепочка ремешка рассекла кожу на его щеке прямо под глазом. По коже поползла тонкая струйка крови.
    Лицо его изменилось. Он вцепился мне в плечи стальной хваткой, и я поняла, что не смогу бороться с ним. Он мужчина, взрослый и опасный, а я всего лишь глупая девчонка, возомнившая себя невесть кем.
    Перед глазами неожиданно возникло лицо Сандора, а за ним - мгновенно, - Робба и Рамси. "Вот бы они посмеялись", думала я. Страха больше не было, - он пропал без следа. Ощетинившись от ставших отвратительными прикосновений, я зажмурилась и плюнула. От неожиданности хватка Теона на секунду ослабла, но мне хватило и этого мгновения, и я, нащупав ручку двери, вывалилась на асфальт, жадно вдыхая полной грудью свежий вечерний воздух. Не веря в свою удачу, я вскочила на ноги и побежала, надеясь не споткнуться на плохо гнущихся ногах.
    - Санса! - раздался сзади отчаянный голос Теона, - Санса, вернись! Прости меня!

    "Вернись, идиотка. Вернись назад!" - кричу я себе в воспоминаниях прошлого, но исправить ничего уже невозможно.

    И я продолжала бежать, куда подальше от Теона, его "Морской суки", призраков прошлого и своей семьи.
     
  2. Висенья

    Висенья Межевой рыцарь

    Shiuvan, черт возьми!!!!!
     
    Pandorika и Леди Яна нравится это.
  3. Daron

    Daron Оруженосец

    Shiuvan, хотя я не поклонник СанСана ни в каком виде, видит Мерлин, я поклонник вашего стиля. Читаю вторую вашу историю с большим удовольствием. Спасибо :bravo:
     
    Pandorika, Леди Яна, Shiuvan и ещё 1-му нравится это.
  4. Висенья

    Висенья Межевой рыцарь

    Shiuvan, да у меня просто слов нет!!!!я точно уверена,что Вы профи и точка
     
    Pandorika, Леди Яна и Shiuvan нравится это.
  5. Shiuvan

    Shiuvan Знаменосец

    Спасибо, ребята! Мне очень-очень приятно!:meow:
     
    Pandorika и Леди Яна нравится это.
  6. Висенья

    Висенья Межевой рыцарь

    Shiuvan, мы трэба продолжения:puppyeye:
     
    Pandorika, Леди Яна и Daron нравится это.
  7. Shiuvan

    Shiuvan Знаменосец

    Завтра будет :)
     
    Pandorika и Леди Яна нравится это.
  8. Висенья

    Висенья Межевой рыцарь

    Shiuvan, уииииииииииииииииии,СПАСИБО!!!!
     
    Pandorika и Shiuvan нравится это.
  9. Daron

    Daron Оруженосец

    Присоединяюсь)
     
    Pandorika и Леди Яна нравится это.
  10. Redhat

    Redhat Ленный рыцарь

    У вас действительно замечательный язык, очень яркие герои и объемные описания! Обязательно продолжайте! :bravo:
     
    Pandorika, Леди Яна и Shiuvan нравится это.
  11. Stregoika

    Stregoika Знаменосец

    Очень интересно, правда я не очень поняла с возрастом Арьи - ей все-таки 11 или 14?
     
    Pandorika и Леди Яна нравится это.
  12. Shiuvan

    Shiuvan Знаменосец

    Здесь 14, а Сансе 16 :)
     
    Pandorika и Леди Яна нравится это.
  13. Rita-iz-Kliri

    Rita-iz-Kliri Оруженосец

    Необычно и хороший язык. Санса такая Санса (вполне в характере).Интересно, что такого страшного с ней случилось? Жду продолжения;)
     
    Pandorika и Леди Яна нравится это.
  14. отлично написано:bravo:

    а продолжение когда:oops:
    не заставляйте долго ждать, позязя:puppyeye:
     
    Pandorika и Леди Яна нравится это.
  15. Stregoika

    Stregoika Знаменосец

    Кстати говоря, что забавно. Сейчас явно в тренде "Вестерос в нашем мире" в СанСан соо начали выкладывать вкусненький фик про мафиозные разборочки.
    ЗЫ я как обычно с теми, кто хочет продолжения.

    Учитывая кто там рядом был мне как-то жутенько)
     
    Pandorika и Леди Яна нравится это.
  16. там наверняка Рамси в главной роли чудища предполагается и как-то это даже радует (потирает ручки)
     
    Pandorika и Леди Яна нравится это.
  17. Верная клятве

    Верная клятве Знаменосец

    Shiuvan,
    1) по-моему, вы стали моим любимым автором фанфиков
    2) ооо, нееееет, это самый крутой СанСан, только не делайте меня СанСанистом, это было никому не под силу! :puppyeye:
    3) Ух, Рамси у вас сильный. Хочу больше Рамси:in love:
     
    Pandorika, Леди Яна и Redhat нравится это.
  18. Rita-iz-Kliri

    Rita-iz-Kliri Оруженосец

    Ссылкой не поделитесь?
     
  19. Stregoika

    Stregoika Знаменосец

    Вот
    Наверное, уже нужна отдельная тема для обсуждения фанфикшна. Чтобы не засорять авторские темы :not guilty:
     
    Pandorika нравится это.
  20. Rita-iz-Kliri

    Rita-iz-Kliri Оруженосец

    Спасибо!
    Вчера автор обещал, что завтра, то есть уже сегодня, будет продолжение. Буду сидеть, ждать:)
     
    Pandorika нравится это.