РИ. Джон и Мел на Стене

Тема в разделе "[ФРПГ] Мини квесты", создана пользователем Narwen, 20 май 2009.

Статус темы:
Закрыта.
  1. Narwen

    Narwen Гость

    В этой игре принимают участие как минимум 2 игрока, участие свободное, модерирование постфактум по обстоятельствам. В рамках мира, но не строго в рамках характера персонажа.

    Место действия: Стена
    Время действия: (спойлер Танца с Драконами, Джон 1) поздней ночью после разговора со Станнисом и изложения Джоном плана по захвату Севера.
    Жанр: серьезная игра с элементами стеба (или не элементами, как уж пойдет)

    Действующие лица:

    Мелисандра Асшайская
    (профиль игрока)

    [attachment=445:av_1.jpg]

    Джон Сноу
    (профиль игрока)

    [attachment=446:Jon.jpg]

    ...
     
  2. Narwen

    Narwen Гость

    Ночь. Мелисандра. В своих покоях, изучает книгу. Вымокшие листы было тяжело переворачивать. Правила предписывали листать такие древние книги в перчатках, чтобы не замарать странницы или не смазать отсыревшие чернила, но Мелисандра чтила одного Рглора, а бог позабыл оставить подобные предписания. Свет свечи был неровен, кое-где буквы были неразборчивы. Впрочем, для северян книга была непонятна в принципе, но не для жрицы.

    «…Красная комета пронесется по небу, словно жеребец, и ее хвост укажет…» - тут было кровавое пятно и буквы не могла различить даже Мел. – «Затем то, что погребено в пепле возродится вновь и в их пламене возродится и былая…» - Мел решила, что речь идет о «магии». Взгляд женщины скользил по неровным строчкам, на следующей страннице была изображена гравюра. Художник изобразил глыбу с огромными ручищами, тремя лицами и ртами, из каждого торчал наполовину съеденный труп, а внизу – там, где у людей ноги и еще кое-что – у чудовища ничего не было; выходило так, словно он вырастал из льда. Вся фигура была объята огнем, но ледяному чудовищу все это было нипочем. «Точно часть Стены сошла со своего места», - решила вдруг Мелисандра и поежилась. Она редко чувствовала холод, будь то мороз в сердце или за пределами покоев на ночном ветру. «Странно», - подумала она, удивляясь не то новым ощущениям, не то своей догадке – и вышла вон…

    Покои Мелисандры в Черном Замке были без окон, но проходя по винтовой лестнице вниз из окна она увидела то, что завораживало ее последние несколько дней. Стена. Мелисандра намеривалась перечь ее и взглянуть на то, что осталось от Чардрев.
     
  3. John Snow

    John Snow Гость

    Джон моргнул, с трудом отвел взгляд от факела. Глаза слезились, он слишком долго смотрел в огонь. Проклятый карлик. Во рту стало горько от воспоминаний о встрече с братом королевы. Джону было неприятно, что Ланнистер прочитал его душу, словно одну из книг, которые так любил. "Но отца я в огне не вижу!" - с неожиданной злостью мысленно прокричал Джон, - "Слышишь? Не вижу!".
    - Эй, Сноу, чего надрываешься? Что ты там видишь?
    Еле слышный из-за порывов ветра оклик показал, что последние слова бастард Старка кричал вслух.
    - НЕ вижу! Ничего не вижу! Все спокойно! - Джон надеялся, что сейчас дозорный услышал его верно, не хватало еще ложного переполоха на Стене. Впрочем, после недавних событий поднять переполох было бы сложно. Нашествия Одичалых опасаться уже не приходилось, а нашествие Иных...
    Мысли Джона обратились к красной женщине, приехавшей со Станнисом Баратеоном. Она не нравилась ему. Очень не нравилась. Она пахла дымом и кровью. Ее красные глаза сулили не то триумф, не то смерть в огне.
    Джон посмотрел на Черный Замок, где разместили Мелисандру, и повернулся к нему спиной. Зевнул. Хотелось спать.
     
  4. Narwen

    Narwen Гость

    Мелисандра. Двор Черного замка

    В этом замке, таком же черном, как и его название, не было детей. «Дети, - подумала Мел, - имеют большую цену для Рглора, чем прочие.» Когда сама она была маленькая, ее саму едва не отдали Рглору в благодарность… за что она уже и не помнила. Теперь Мел сама была готова отдать любую королевскую кровь, будь то детская или другая. Снег хрустел под ногами.

    — Слышишь?! Не вижу! – раздался крик.

    Мел узнала этот голос. Он принадлежал не то ребенку, не то мужчине. «Этот ребенок отказал мне в дружбе», - подумала Мел и энергично зашагала на голос.

    — Ночь темна, Джон Сноу! Не утруждай себя – Они не придут сегодня, - сказала она беспечно.
     
  5. John Snow

    John Snow Гость

    Джон вздрогнул. Голос жрицы за его спиной раздался, стоило подумать о ней. Может, она еще и мысли читает? Или ему показалось? Сноу обернулся, вглядываясь в темноту и пытаясь разглядеть, действительно ли он слышал Мелисандру или это морок. Но нет...Фигура в красном одеянии (в темноте, лишь едва скрашиваемой светом факелов, оно красным не выглядело, конечно, но Джон знал, что никаким другим оно быть не может) приближалась к нему.
    - Миледи не спится? - вежливо поприветствовал он Мелисандру, стараясь уйти от разговора про Иных.
     
  6. — Владыка мой тревожит меня тягостными думами, и сон отступает.

    Она замолчала, но Джон, кажется, желал закончить разговор как можно быстрее. Мел не считала необходимым уступать ему.

    — Я хочу взглянуть на лживых богов. Я уже сказала, они не придут, поэтому нечего бояться - идем, - сказала она, приобнимая Джона за руку. «Не сбежишь», - подумала она.

    — Где твой волк, Джон Сноу?
     
  7. John Snow

    John Snow Гость

    Сбитый с толку неожиданным визитом Джон не сразу понял, что от него хочет Мелисандра. Тягостные думы? Взглянуть на лживых богов? Рука красной жрицы была так горяча, что тепло ощущалось даже сквозь одежду. Джон испытывал нестерпимое желание оказаться где угодно, но подальше от нее. Словно откликаясь на его настроение, неподалеку коротко взвыл Призрак. Она спрашивала про волка...Почувствовала его? С каждой минутой Джону все больше становилось не по себе.
    "Не надо бояться? Они не придут? Если кого и стоит бояться здесь и сейчас, то не Иных", - кисло подумал Сноу. Мелисандра с улыбкой могла говорить о вещах, о которых другие только шепчут и то со страхом. Но он не мог вырвать руку и уйти.
    - Миледи, - осторожно начал он, - желает отправиться за Стену?
    А сам в это время лихорадочно соображал, что делать дальше. Пугать опасностями эту женщину бессмысленно. Ее Р`глор ее защитит, она в этом уверена. Станнис? Но она имеет на короля такое влияние, что вряд ли отчитывается перед ним. Одичалых она тем более не опасается, Джон помнил, что произошло с вампиром-шаманом..."Ладно", - разозлившись, решил Джон, но постарался, чтобы в голосе звучала только вежливость.
    - Миледи желает, чтобы я сопроводил ее? Но мой дозор еще не окончен. Утром я готов исполнить вашу волю.
    Джон отчаянно надеялся, что днем королю понадобится Мелисандра, и ей станет не до прогулок за Стену.
     
  8. Мелисандра вспомнила свои слова, произнесенные днем:

    «Я мечтала о Стене, Джон Сноу. Ее возвели с помощью великого знания, и ее лед скрепляет великое заклятье. Мы гуляем подле одного из важнейших узлов мира. Здесь мне самое место, так же, как и тебе. И очень скоро тебе весьма потребуется моя помощь. Не отталкивай мою дружбу, Джон. Я видела тебя посреди бури, жестоко терзаемого, окруженного со всех сторон врагами. У тебя так много врагов. Хочешь, я назову их имена?»

    Мальчишка тогда ответил жестко и, по мнению Мел, глупо. Но тогда Мел солгала. Помощь нужна была не только ему, но и Мел от него. Этот безмолвный волк, бывший с бастардом одним целым, эта древняя магия той же природы, что и Стена. Мел не знала, как, но Джону Владыка уготовил важную роль, и Мел желала понять знаки, которые она видела в огне.

    – Твоя клятва… - Мел замолчала. – «Я - меч во тьме; я - Дозорный на Стене; я - огонь, который разгоняет холод; я - свет, который приносит рассвет; я - рог, который будит спящих; я - щит, который охраняет царство людей.» Так, кажется, вы говорите. Клятва, достойная Владыки Света. Ты дал ее перед ликом богов, которым поверяешь судьбу – она умышленно не назвала их лживыми. – Скажи, что они требуют от тебя? Твои боги милостиво допустили, чтобы ты нарушил одну клятву, не стоит ли тебе вознести к ним благодарность?

    Мелисандра не заметила, чтобы выражение лица Джона хоть как-нибудь выдало его эмоции. «Может, напугать его?»

    – Р`Глор охранит меня, я не боюсь пойти одна, но твои боги… Им стоит опасаться. Тем, что не сгорели сегодня утром.
     
  9. John Snow

    John Snow Гость

    - Миледи, - холодно сказал Джон, - мой меч принадлежит Дозору, не мне судить о богах. Если вы прикажете отвести вас за Стену, я сделаю это. Но утром, после того, как закончится мое дежурство.
    Договорив, Джон умолк. Он не собирался откровенничать с женщиной, которая жгла богов его отца, которая готова отправить в огонь кого угодно, если это послужит ее кровожадному Р`глору. Сноу был утомлен игрой слов, жизнь в Ночном Дозоре не располагает к тренировке острословия и искусству интриг, но отступать перед Мелисандрой он не намерен. Перечить ей, впрочем, тоже.
     
  10. Упорство Джона начинало раздражать жрицу. В конце концов, не уходить же ей обратно в замок? Да и Р`Глор был уже сыт лживыми богами. Утром она уже была в богороще и уже тогда заметила, что аура, шедшая от этих столетних древ та же, что затаилась в толще Стены. Это родство зародило в ее сердце сомнение, которое она немедленно смела и постаралась покинуть богорощу как можно скорее. Теперь же, когда во тьме ее лицо было бы едва различимо, ей хотелось получше прислушаться к тому, что смутило ее утром. Джон был бы там, определенно лишним. В то же время, ей хотелось, чтобы чудовище этих древних сил, лютоволк Джона, был там, как представитель этих сил. Ей хотелось противостояния. Сон был не властен над жрицей, и она решила, что ночь на ее стороне.

    – Владыка Света любит таких, как ты, в тебе горит жар, - и она коснулась его лба. Не сложно было угадать реакцию Джона, поэтому Мелисандра ничуть не меняя интонаций продолжала. – Жар Избранных Р`Глором.

    Рубин на шее Мел пылал. Она развернулась и вошла в лаз в Стене. Один из таких лазов использовали, когда на Дозор напал отряд Стира. Прошла пара мгновений и оттуда донесся скрежет и вырвалось пламя. Затем все стихло.
     
  11. John Snow

    John Snow Гость

    Джон выругался и бросился в лаз. Не хватало еще, чтобы с жрицей что-то случилось. Р`глор, может быть, защитит ее от Иных, но что спасет жрицу от более прозаических вещей? Куска льда, к примеру, упавшего с подтаявшей от магического огня Стены...Или что, во имя любых богов, она там делает?
    Что скажет на это Станнис, бастарду даже думать не хотелось.
    Когда он, наконец, увидел Мелисандру, понадобилось приложить немало усилий, чтобы не закричать на нее. Жрица явно пыталась расширить лаз. Отчасти ей это удалось, но толщина Стены оказалась больше, чем она рассчитывала...или чем смог одолеть ее красный бог. В качестве мести Джон не смог удержаться от иронии:
    - Миледи решила обрушить Стену, чтобы Иным было проще придти к Р`глору?
    И только после этого заметил валяющиеся вокруг глыбы льда и услышал странный шорох за спиной. Обернувшись, он едва успел отпрыгнуть ближе к Мелисандре, как лед обвалился с той стороны, откуда пришел Джон.
    - Отлично, - со злостью процедил Джон, - теперь мы в ловушке.
     
  12. – Отлично, теперь мы в ловушке.

    В наступившей тьме, казалось, что рубин на шее Мелисандры парит в пустоте. С какой стати ей раскрывать свой замысел этому человеку. Да и что бы она сказал? Подумаешь, картинка в старой книге.

    – Р`глор показал мне, что это случиться, - солгала жрица. – Он дал мне наставления, как сделать так, чтобы все так вышло… Утром нас хватятся и начнут искать. К вечеру откопают. Если к тому времени ты не отправишься к Иному… Тебе не холодно, Джон Сноу? – добавила она, помедлив мгновение.

    Чтобы согреться дозорные ходили вдоль Стены. Там же были разведены костры, и на огне висел котел с горячим питьем. На худой конец, Джона уже как-то спас густой мех Призрака, но теперь он и жрица оказались на площадке метра 3 в ширину, он мог бы попрыгать, чтобы согреться, но на долго ли его хватит? Завтра Янос Слинт будет злорадствовать. Именно так и будет. Определенно. Чтобы знать это, Мелисандре не нужно было смотреть в огонь.
     
  13. John Snow

    John Snow Гость

    В красноватом сиянии рубина лицо Мелисандры выглядело зловеще, но говорила она спокойно. Хотя при вопросе, не холодно ли ему, Джону почудилось, что она не то насмехается, не то издевается над ним. Если так, то красная женщина не увидит его гнев или злость.
    Дав даме высказаться, Джон ответил:
    - Благодарю вас за заботу, миледи. Не холодно. Вот только...Если Р`глор помог обрушить стену, значит, преследовал какую-то цель? Ему понадобилось, чтобы так вышло?
    В голосе бастарда слышалась едва уловимая ирония.
     
  14. «В самом деле, как скоро он замерзнет настолько, что решит поступиться своей холодностью», - подумала Мелисандра с усмешкой.

    - Лаз здесь был угрозой целостности Стены, как поведал Р`глор; волей его и силой Стена устоит. Не так я сильная, чтобы разрушить ее, - лениво заметила она.

    «Я не спешу». Мел прикрыла глаза, показывая, что не собирается продолжать разговор, сложила руки на груди и замерла. Можно было подумать, что женщина дремлет, и в самом деле, это небытие похоже на сон, в который впадают иные шаманы от курения известной травы.

    Недалеко раздался вой. Мел приоткрыла глаза: Джон сидел напротив, обхватив руками колени. Она подошла и уселась рядом. «Он похож на мертвеца», - подумала она.

    - Северянин?

    Молчание.

    «Владыка! Я... Я...».

    Нужно было действовать немедленно. Одежда на Джоне промерзла, и сам он был синий, хотя пока живой.

    Рубин вспыхнул, как всегда бывало, когда жрица взывала к силе Владыки Света.

    «Владыка мой, ночь темна и полна ужасов…» , - твердила Мелисандра, стараясь отогреть Джона теплом своего тела.

    То слишком уж откровенно получалось, то слишком целомудренно biggrin , да и вообще бродим вокруг да около...
     
  15. John Snow

    John Snow Гость

    Разговор угас, так и не начавшись толком. Мелисандра, кажется, задремала, а Джон не испытывал потребности общаться с ней (он все еще был зол на ее безрассудство). Они сидели друг напротив друга. Молчание можно было ощущать физически.

    Джон пытался подсчитать, сколько времени им придется пробыть под завалом, но бросил это занятие, не представляя, сколько часов (или минут?) уже прошло. Здесь, в темноте, время текло по своим законам. Он прислушивался к звукам извне, в какие-то моменты ему чудились то завывания ледяного ветра, то голоса людей, но ручаться, что он действительно все это слышит, Джон бы не стал. Утомленный красноватым сиянием рубина, внушающим не столько надежду, сколько жутковатую неприязнь, он закрыл глаза.

    В голове мелькали воспоминания о Винтерфелле: белые просторы, неприступные стены, суровый страж Севера... Вот непоседа Арья, затаив дыхание, держит Иглу...А вот Робб, испугавшийся посмотреть в глаза дезертиру...Леди Кейтлин, взглядом спрашивающая "Зачем ты здесь, бастард?"...

    Ноги и руки Джона онемели от холода, но он не чувствовал это, погрузившись в сон, предвестник смерти.

    Видения становились все бессвязнее. Отец...мейстер Эймон...Винтерфелл...Йорен...ухмыляющийся карлик...Игритт...огонь...огонь...много огня...а в огне горят лица, знакомые и незнакомые...горят...горят...и Джон горит вместе с ними...крик, так много крика...кто это кричит?

    Джон резко открыл глаза и снова зажмурился: красный свет слишком близко и бьет по глазам. Он все еще горел, но постепенно оковы сна спадали. Понадобилось время, чтобы понять - жар, который он чувствовал, исходит от Мелисандры, прижавшейся к нему. Джон попробовал отодвинуться, и только сейчас понял, как сильно замерз. Словно тысячи иголок впились в руки и ноги. Морщась от боли, Джон пытался сжимать и разжимать кулаки, шевелить пальцами ног. От красной жрицы веяло теплом и...спасением. Джон помедлил, вздохнул и осторожно обнял Мелисандру, прижимая ее к себе.
     
  16. Вся биография Мел - выдумка.

    Так, они лежали какое-то время, неловко обнимаясь и вслушиваясь в стук сердца один – другого. Плаще Мелисандры, все еще хранивший тепло, служил ложем. Время шло, но оба они молчали, обдумывая, как случилось так, что Лед стал нуждаться в Пламени, а Пламя решило сохранить Лед.

    – Северянин, тебе известно, как прекрасно свободным идти куда хочешь… каково, когда ноги послушны твоей воле… – в голове Мел всплыл образ рыжеволосого мальчика в корзине – Ты можешь утратить эту свободу – «У тебя мало времени» – Р`Глор дарует мне достаточно тепла и твоей жизни ничего не грозит… но ты не успеешь перестать быть мальчиком, как станешь стариком. Тебе не поднять меч, не ходить по Стене дозором. – Мел говорила медленно и спокойно, точно выносила приговор. - Холод не знает пощады. Он отнимет у тебя ноги. Они посинеют, и один из твоих братьев милосердно обрубит мертвую плоть прежде, чем она отравит твою кровь и погубит тебя.

    Она замолчала, обдумывая, что сказать дальше. Рука затекла.

    – В нашем ордене есть те, кого Р`Глор наделил силой возвращать из Тьмы Смерти сынов и дочерей Владыки. Но никто из них не пробовал провести ритуал во льдах.

    «Нельзя даровать жизнь против воли». – это Мел прекрасно помнила с тех самых пор, когда была юна и верила, что Р`Глор наблюдает за ней, да и за всеми вокруг. Тогда она попыталась даровать поцелуй огня другому человеку, но он закрыл глаза и так и не открыл их. В те самые дни Мел пришла к пониманию того, что Р`Глор могуч настолько, насколько сильна она. Когда в Асшае в пламени на алтаре увидели комету и драконов, рожденных в пламени, Мелисандру поддержали в желании ехать туда, где жили последние из драконов. Старейшины ошиблись. Во многом. Но Мел была близка к тому, к чему стремилась.

    – Если ты скажешь «да», я дарую тебе тепло Р`Глора, ты сможешь исполнить клятву, данную твоим богам, но… когда мне понадобиться твоя помощь, ты окажешь ее мне… Я не потребую от тебя нарушения прежних клятв, - добавила она, рассудив, что это важно для Джона.
     
  17. John Snow

    John Snow Гость

    Глыбы льда, нависавшие над ними, давили своей тяжестью. Мысли, обуревавшие Джона, были не легче.
    «Все люди умирают, — сказал голос Игритт у него в голове, — и все живые твари, плавают они, летают или бегают. Не важно, когда ты умрешь, — важно как, Джон Сноу». На самом деле, Джон уже знал, что ответит жрице. Он еще пытался сопротивляться очевидному, опасаясь опрометчивых клятв, но в глубине души знал, что выбор уже сделан. Он отвечает за Стену. Нарушивший клятвы, называемый некоторыми убийцем и предателем и - кто знает? - может быть, бывший и убийцей (Игритт!), предателем (Игритт...), но кроме него - некому.
    Последнее время он постоянно ощущал себя шагающим по краю бездны, один неверный шаг - и все будет кончено. Ланнистеры и Баратеоны с их борьбой за власть, погибшие или пропавшие его братья и сестры, Иные с их глазами цвета синего льда, а над всем этим долг. Перед Дозором. Перед Старыми богами отца. Перед Скорбным Эддом, Гренном, Хоббом, мейстером Эймоном. Перед памятью Нойе и всех павших защитников Стены. Он должен жить. Любой ценой.
    - Да, - хрипло ответил Джон, и его голос - вот ирония! - прозвучал словно карканье ворона, - клянусь.
     
  18. «Дело сделано», - подумала Мелсандра, прислушиваясь к ровному дыханию Джона. Он спал. Будь Мелисандра матерью, она бы, верно, решила, что он спит как сытый младенец в теплой колыбели. Но матерью она не была и едва ли стала бы в будущем. Все, что выходило из ее чрева было до того омерзительно, что даже самый ретивый жеребец обернулся бы мерином от страха.

    Джон спал на боку, подобрав ноги. Под ребром справа было родимое пятно, чуть выше колена шрам, большой зеленый синяк тянулся вдоль бедра. От ритуала волосы на теле сгорели, даже частью на голове. Мелисандра не могла разглядеть наверняка, появились ли ожоги, но надеялась, что ей хватило мастерства. Ей было хорошо известно, как мучительно умирают те, кого снимают с костра слишком поздно. Она пожалела, что не смогла уберечь волосы: было бы забавно увидеть белые клоки волчьей шерсти где-нибудь. Она перебралась на другую сторону, посмотреть, что у него интересного есть сзади: хвоста или что-нибудь в этом духе не оказалось.

    «И что теперь?» - спросила она себя устало, возвращаясь назад. – «Должно быть , уже светает».

    Мелисандра размышляла над тем, как использовать свой новый козырь и что ей стоит сделать в первую очередь, как только ей удастся вырваться из снежного плена. Нужно было столько всего придумать. Скажем, объяснить, с какой стати Стена сама собой обрушилась. Впрочем, она вообще могла ничего не объяснять… даже Станнису. Тем более, скоро он оставит это место, и поддержка Джона станет для нее важнее.

    Словом, Мелисандра никак не могла сосредоточиться на чем-то одном и думала обо всем сразу и ни о чем в то же время. Мысли были беспорядочными, одна другой глупее. Должно быть, это из-за ритуала. «Отчего же так хочется смеяться?» Она расхохоталась. Сначала робко, будто боялась этого звука, потом все искреннее и громче.

    – Вот что, Джон Сноу! – сказала она телу, лежавшему по соседству – Вам самому придется объясняться перед своими, что вы делали со мной вместе в голом виде!
     
  19. John Snow

    John Snow Гость

    Джон и сам не знал, чего ждал после своих слов. Подспудно терзали сомнения в правильности поступка. Когда во рту стало горько от желчи, Джон мысленно одернул себя. Отец не стал бы гордиться, если его сын (бастард! - эхом отозвалось в голове) потерял бы всякое достоинство перед лицом врага. А красная женщина была скорее врагом, нежели другом. Кровь и дым - вот что она несла с собой. Но сейчас она была единственной надеждой на спасение, он дал ей клятву, и всё это было так...сложно.
    Боль не оставила места раздумьям. Джон корчился и кричал, горя, только уже не во сне, а наяву. Огонь изнутри, огонь снаружи. Не спрятаться. Не защититься. Казалось, от жара трескается кожа и плавятся внутренности. Еще ни разу в жизни он не был так рад темноте, затопившей сознание.

    Смех. Женский. Откуда в замке женщина? Джон открыл глаза. Рядом с ним сидела женщина, окруженная красноватым сиянием. Он вспомнил, где и почему находится. Попытался сесть, застонал. Обожженная кожа пылала, еще не остывший от ритуала воздух не приносил облегчения. Джон вслушался в то, что сквозь смех говорила Мелисандра:
    - ...самому придется объясняться перед своими, что вы делали со мной вместе в голом виде!
    И только сейчас заметил, что сидит перед жрицей в чем мать родила.
    Шок. Смятение. Стыд. Злость. И...
    - Благодарю вас, миледи. - голос Джона был полон безмятежности, словно они находились на приеме в Винтерфелле и вели светскую беседу. - Для лорда в этом было бы бесчестье, но для бастарда...Не просветит ли вас Р`глор, сколько времени осталось до утра? - внезапно сменил тему Джон.
     
  20. – Полагаю, оно наступило, но как видишь, никому до нас нет дела. – отозвалась Мел, кутаясь в плащ – последний предмет одежды, который уцелел у них обоих, да и то только потому, что отсырел в снегу. – Я бы поделилась с тобой плащом, мой милый, но видишь ли... Те, над кем совершали ритуал - "и которые не умирали в муках от ожогов" - говорили после, что сначала тело жгло, будто они оказались в чреве дракона, а после по жилам разливалось живительное тепло… Эта обновленная кровь несла просветление голове, силу - рукам, жар – сердцу, и еще… - жрица хитро улыбнулась, беззастенчиво рассматривая Джона – дети, рожденные после от связи с этими мужчинами, считались отмечены Владыкой Света. Потому что говорят, что это его кровь течет по их жилам и его семя дает жизнь таким младенцам.

    Про женщин, над которыми провели подобный ритуал, Мел едва ли стала бы говорить. Всякий не захотел бы вспоминать, как умирал.
     
Статус темы:
Закрыта.