СУД. Дело Эддарда Старка

Тема в разделе "[ФРПГ] Мини квесты", создана пользователем Narwen Anariel, 27 сен 2006.

Статус темы:
Закрыта.
  1. Narwen Anariel

    Narwen Anariel Гость

    Дело Эддарда Старка

    Участники:
    Я, Нарвен - судья
    ТомСемерка - адвокат
    Иллакэрей - обвинитель (прокурор)

    Свидетели:
    любой зарегистрированный участник форума; внимание! прежде чем выступать свидетелем за одну из сторон ознакомтесь с тем, как это делать в теме обсуждения процесса. Если вы отыгрываете какой-то существующий диалог, не искажайте его! Суд может исключить показания из протокола при несоответствии книге по заявлению одной из сторон.

    -----------------------

    ...В зал вошла судья и все встали. Заняв свое место, она ударила молоточком, и суд начался. Невдалеке от стола судьи сидел сгорбленный старик с длинным крючковатым носом и мутными маленькими глазками-бусинками. Он склонился над холстом, едва не касаясь его носом, и торопливо выпрямлял его и чуть слышно пыхтел. Сидения адоката и обвинителя стояли друг против друга на почтительном расстоянии. В зале было темно, ибо те щели, что служили помещению окнами, не могли осветить его и в погожий день, не говоря уже о грозе, что бушевала снаружи, поэтому лампы, закрепленные по периметру, были зажжены.

    - Суд считаю открытым... Слово предоставляется прокурору.
     
  2. Иллакэрей

    Иллакэрей Гость

    - Спасибо, Ваша честь. И извините за опоздание… - прозвучал немного насмешливый голос и со скамьи поднялся невысокий худощавый человек ничем не примечательной внешности. Разве что выделялись глаза – смеющиеся, серо-синие. Подбородок украшала небольшая, острым клинком бородка. В пламени свечей отблескивала стального цвета проседь в темных волосах, гармонично сливающаяся с серебряным кулоном на серебряной же цепи, которую лорд Бейлиш (а это был именно он) носил поверх одежд.
    Расправив платье и оставаясь на месте, он проговорил:
    - Буду краток. Эддард из дома Старков, лорд Винтерфелла , Хранитель Севера и десница короля обвиняется в малодушии, которое привело к гибели лютоволка, символа Дома Старков, подарка богов и верного друга его дочери, Сансы, - неожиданно серьезный и звонкий голос наполнил зал суда. Сила голоса возрастала, достигнув апогея на трех словах, в которых и заключалось собственно обвинение. Последующие слова уже звучали немного грустно и печально. Сделав паузу, он обвел взглядом всех присутствующих. – Ее звали Леди. У меня все, Ваша честь.
    Уже опустившись на скамью, лорд Бейлиш внезапно подскочил, как будто вспомнив что-то:
    - И это, конечно же, только первый пункт обвинения...
     
  3. Мейстер Лювин относился к тому типу людей, которые выглядели буднично даже в самом праздничном наряде. Вот и сейчас, несмотря на серьезность момента, несмотря на голубой бархат камзола и начищенные до блеска медные пряжки туфель, мейстер выглядел так, будто его только что вытащили из библиотеки Винтерфелла или отвлекли от ежеутреннего осмотра зимнего сада. Внушительная мейстерская цепь не спасала ситуацию – на шее Лювина она выглядела не украшением, а такой же непримечательной и неотъемлемой частью костюма, как рукав или воротник.
    Но, похоже, соответствие собственного внешнего облика торжественности ситуации беспокоило пожилого мейстера в последнюю очередь. Коротко кивнув, он засвидетельствовал почтение судье, сухо поздоровался с лордом Бейлишем, своим сегодняшним оппонентом в дискуссии, и занял свое место на трибуне защитника.
    Оглядев присутствующих, он задержался на парочке молодых энергичных типов странноватой наружности (забавный покрой костюма; интересно, откуда родом эти модники?), один из которых что-то громко говорил, держа в руках малопонятную конструкцию, отдаленно напоминающую металлическую морковку, а второй целился в первого из какой-то штуковины, представляющей собой помесь сундука и пушки. Назначение обоих предметов было непонятно, но мейстер не стал ломать себе голову, разгадывая эту загадку. В конце концов, он прибыл сюда не для того, чтобы разбираться в последних достижениях асшайской научной мысли.
    - Господа, я не силен в предисловиях, поэтому последую примеру обвинителя и не буду рассыпаться мыслью по древу – спокойный, чуть надтреснутый голос старого мейстера не подошел бы королевскому глашатаю, но Лювин, вызвавшись защищать своего лорда в суде в качестве адвоката, и в мыслях не держал, что ему может понадобиться луженая глотка; в конце концов, ценность слов заключается в смысле, который вкладывает в них произносящий их человек, а не в том, насколько громко они произносятся. – Лорду Эддарду Старку предъявлено обвинение в малодушии, которое выразилось в том, что с его согласия была убита лютоволчица Леди, принадлежащая его дочери Сансе Старк.
    Лорд Бейлиш не счел нужным пояснить, что он имеет ввиду под понятием «малодушие», поэтому я возьму на себя смелость трактовать это понятие так, как его понимаю я.
    На мой взгляд, малодушие – это отсутствие способности принять вызов обстоятельств, нежелание брать на себя ответственность за вынужденно совершаемые человеком неправильные поступки. В этом смысле обвинение в малодушии в адрес лорда Эддарда совершенно неправомерно, и безосновательность этого обвинения я намерен вам сейчас доказать.
    Во-первых, согласно формулировке лорда Бейлиша, лютоволчица была умерщвлена с согласия лорда Эддарда. При этом, по-видимому, подразумевается, что обвиняемый (мейстер взглянул на сидящего по левую руку от него Неда Старка; лицо бывшего лорда-Хранителя Севера, Десницы короля Роберта Баратеона не выражало никакой заинтересованности в происходящих вокруг событиях; Нед сидел, погруженный в какие-то свои думы; а подумать ему, действительно, было о чем, мягко говоря) не счел для себя нужным предпринять никаких шагов, чтобы предотвратить несправедливость либо, как вариант, не считал это несправедливостью.
    То, что лорд Эддард был согласен с требованием королевы Серсеи убить Леди в качестве наказания за покушение на жизнь и здоровье ее сына, принца Джоффри, не соответствует действительности, о чем свидетельствуют его собственные слова, адресуемые королю Роберту:
    Может быть, малодушие лорда Эддарда обвинитель усматривает в том, что он не воспрепятствовал королевскому решению? Тогда у меня вопрос: а у него была такая возможность?
    В той ситуации у лорда Эддарда были следующие варианты поведения. Первый - принять королевское решение, и подчиниться, успокоив себя тем, что решение принял не он, а потому его исполнение пусть окажется на совести автора несправедливого решения. Просто встать и уйти. Умыть руки.
    Второй – воспрепятствовать решению, которое он считает несправедливым. При этом, если следовать этой линии до конца, то простого озвучивания своего несогласия с королевским решением было бы недостаточно. Волчицу пришлось бы защищать с оружием в руках при безнадежном соотношении сил в пользу людей королевы. Хотя тут не столько важно соотношение сил, сколько то, что такое поведение является изменой. И если Эддарда в той ситуации предал его друг (а никак иначе, кроме как предательство и малодушие, поведение Роберта Баратеона назвать нельзя), то отсюда никак не следует его право отплатить предавшему другу той же монетой. Если бы лорд Эддард пошел по этому пути, в открытую препятствуя исполнению королевского правосудия на том основании, что это самое правосудие вызывает у него сомнения, он, во-первых, поставил бы под удар всех прибывших с ним северян (и в первую очередь своих детей), а, во-вторых, предал бы друга, короля Роберта, так рассчитывающего на Хранителя Севера в качестве своей опоры посреди ланнистерского гадюшника. Учитывая вышесказанное, я настаиваю на том, что возможности воспрепятствовать казни волчицы у лорда Старка не было.
    Третий вариант заключался в том, чтобы, осознавая всю несправедливость ситуации, и признавая свое участие в ней, не прячась малодушно за слово «вынужденность», сделать то, что можно. А что можно было сделать, спросите вы? И я отвечу: единственное, что можно было сделать – это обеспечить волчице достойную смерть, если нет возможности оставить ей жизнь. И именно это и было сделано. Волчица Леди была казнена рукой лорда, Хранителя Севера, его собственным валирийским клинком, и тело ее было вывезено в Винтерфелл, чтобы не дать возможность королеве и ее трусливому сыночку надругаться над ним:
    Мейстер отпил воды из стоящего на трибуне высокого стакана, промочив горло после непривычно длинной тирады. После чего повернулся в сторону судьи, и произнес:
    - Ваша честь! Не могли бы вы отдать приказ страже освободить зал от скоморохов? – он кивнул в сторону экстравагантно одетых молодых людей со странными механизмами в руках, громко комментирующих происходящие в зале суда события. – Я ничего не имею против бродячих цирков, но только в тех случаях, когда их выступления уместны. Я, конечно, могу ошибаться, но зал судейских заседаний для такого рода клоунских реприз я уместным не считаю.
     
  4. Narwen Anariel

    Narwen Anariel Гость

    По мере того, как каждый из участников процесса озвучивал свою позицию, зал оживлялся: у каждого из них находились сторонники, которые одобрительно кивали и гудели, услышав нечто, с чем они были согласны. К тому моменту, когда мейстер Лювин окончил речь в зале уже действительно стало шумно, суд начинал откровенно напоминать какое-то уличное представление, да еще чужестранцы из южных земель...

    <суд происходит на Драконьем камне - нейтральная территория>

    словом, весь этот балаган уже порядком надоел судье. Тем более в процессе над лордом беспорядок был недопустим, хотя первоночально и было объявлено об открытом заседании. Поэтому предложение мейстера было удовлетворено, и шумных иностранцев вывели вон. Такое вмешательство заставило угомониться зал, и наконец, суд можно было продолжать.

    - Лорд Бейлиш, можете ли вы что-нибудь добавит или возвразить?

    Старичок-секретарь торопливо вычерчивал буковки, и было слышно как скрепит перо - так стало тихо.
     
  5. Иллакэрей

    Иллакэрей Гость

    Петир внимательно слушал выступление защиты, время от времени делая пометки на листке бумаги. Когда адвокат вопросил о значении слова «малодушие», он что-то прошептал на ухо своему слуге. Тот сразу же покинул зал суда, направляясь, по-видимому, выполнить порученное задание. Все остальное время лорд Бейлиш старался не выказывать мимикой или жестами своей реакции на слова мейстера Лювина. Старался, потому что это было не так просто. Привычная ироничная улыбка все норовила искривить его губы. Благодаря небольшой заварушке с успокоением зрителей слуга вернулся как раз вовремя.

    - Конечно же, - ответил прокурор госпоже судье и направился на середину зала, где чувствовал себя лучше, чем в коробочке для выступлений. – Ну что же, мейстер Лювин, я объясню, что подразумевал под словом «малодушие». Точнее, озвучу мысли господина Ожегова, чтобы меня не обвинили в субъективизме.

    Петир взял со стола недавно доставленную книгу, открыл на закладке и прочитал:
    - «Малодушие – отсутствие твердости духа, решительности, мужества. Синонимы - боязнь, робость, трусость». Как видим, мейстер Лювин был не очень далек в своем понимании этого слова от предоставленного мною, но со свойственной ему деликатностью привел более мягкое выражение.

    После этого небольшого уточнения перейдем к делу. То, что Старк понимал несправедливость сего деяния, как совершенно справедливо заметил адвокат, но, тем не менее, допустил его, - только усугубляет вину подсудимого. Напомню, что Старк в это время уже был десницей короля, вторым человеком в королевстве! Все, что он сделал - обратился с мольбой к королю (своему другу!, который неоднократно жаловался ему на змеюку-жену, основного оппонента Старка в этом споре ), не понятно зачем упоминая и таким образом используя чувства короля к преждевременно погибшей его любимой. Не было бы более эффективным высказать парочку аргументов, как то – «на принца напала совсем не Леди», «Леди просто защищала его дочку, не нанеся при этом серьезных ран своей жертве» (как мы помним, бедняжка Джоффри находился там же и ему хватало здоровья ухмыляться), «других случаев нападения этих лютоволков на людей зафиксировано не было» (а они сопровождали двор короля на протяжении тысяч километров на пути из Винтерфелла в Королевскую Гавань). В конце концов, лютоволк – не просто домашнее животное, а редкий зверь, подарок богов и символ Дома. Впрочем, я это уже говорил. Не надо забывать, что символичность в Вестеросе не простой звук. Тут могут увидеть божий знак или пророчество почти в любой ситуации. Это уж на сколько фантазии хватит. А убийство лютоволка в первые дни назначения королевского десницы здорово пошатнуло его авторитет при дворе. Всем стало ясно, что Эддард Старк далеко не второе лицо в королевстве, а по крайней мере третье (после королевы). Но на политической грамотности подсудимого мы еще остановимся позже.

    Принял бы эти аргументы король? Полагаю, что да. Про его нелегкие отношения с женой, которые, впрочем, сводились к довольно банальной причине, - в этом месте лорд Бейлиш позволил себе усмехнуться, - я уже упоминал. И в удовольствии насолить ей Роберт бы себе не отказал. Думаю, мейстер Лювин не будет оспаривать утверждение, что король был готов решить спор полюбовно, в конце концов, это было ему безразлично! Для принятия нужного решения короля надо было лишь немного подтолкнуть в правильную сторону. И это лучше сделала Серсея, по ходу оскорбив и дочь Старка, и лютоволка. Нед все больше молчал. Причем тут даже не стоит вопрос ума, или, если хотите, – хитрости. Все приведенные мною аргументы в защиту Леди «лежали на поверхности». Почему он их не высказал? Как говорилось выше, всему виной малодушие – отсутствие решительности, робость, возможно, боязнь быть осмеянным острой на язык Серсеей.

    Если бы все это не подействовало, оставалась еще одна возможность – инсценировка или побега, или гибели лютоволка. Но первый способ представляется на порядок проще и безопаснее.

    Вариант, предложенный уважаемым, - тут легкий поклон в сторону адвоката, - мейстером Лювином – позволю себе назвать его «бунт из-за волчицы» - хоть и звучит романтично и напоминает некоторые не столь давние события, но не осуществим в первую очередь из-за персоны короля, который, как известно, был другом Старка. Старк на это бы просто не пошел. Что касается военной составляющей… Думаю, если поставить такую задачу перед нашим демиургом, - тут Петир поднял очи горе, - Мартином, варианты бы были.

    Что касается смерти волчицы от валирийской стали и руки Старка – это к делу не относится. Не случайно Старк обвиняется в малодушии, а не убийстве Леди. И Вы не услышали крика «Протестую!» только из уважения к Вам, мейстер Лювин!

    Петир старался говорить спокойно, но ему это не всегда удавалось. Иногда он срывался на крик. Похоже было, что у лорда Бейлиша к этому делу не просто деловой интерес…
     
  6. Narwen Anariel

    Narwen Anariel Гость

    "Да уж не простой интерес, - подумала судья, вспоминая о разговорах, дошедших из Орлиного Гнезда после смерти Лизы Аррен. - Как бы там ни было, это уже не относится к делу". Мейстер Лювин замешкался, и в образовавшуюся паузу судья окинула беглым взглядом зал. "Все эти люди, неужели им нечего сказать? И никто не хочет засвидетельствовать нечто, что суду может быть интересно? И всем безразлична судьба лорда Севера? И о чем же они спорили прежде, раз теперь затихли?"
     
  7. Оффтоп: я тут в реале весь в соплях и чихаю так, что календари со стен облетают. Поэтому неудивительно, что мейстер Лювин как бы тоже не совсем хорошо себя чувствует. В отличие от Т7, он человек пожилой smile

    Лювин негромко кашлянул. Странное дело, холодные северные ветра не причиняли здоровью старого мейстера никакого вреда, а стоило выбраться южнее, и сразу организм пошел вразнос. Ну, по крайней мере, до конца сегодняшнего заседания его хватит, улыбнулся он сам себе…

    - Как я понимаю, лорд Бейлиш настаивает на том, что Эддард Старк не принял необходимых мер по разъяснению королю несправедливости его решения. – Он пробежал глазами заметки на лежащем перед ним листе, которые он машинально делал, слушая речь обвинителя.
    - А, вот:
    - Лорд Бейлиш, вы в самом деле полагаете, что король был не в курсе, кто именно напал на принца? – Лювин покачал головой – После подробного рассказа Арьи Старк, показаний Джоффри и лицезрения своего отпрыска в добром здравии? В таком случае вы, по-видимому, отказываете королю в наличии слуха и зрения. Даже последнему стражнику из задних рядов было ясно, что лютоволчица Леди в конфликте ни при чем, а уж королю – тем более. Зачем повторять очевидное?
    Еще раз повторю: аргументы, приведенные обвинителем, Роберту Баратеону были известны прекрасно, и от того, что они были бы озвучены еще раз, более известными от этого не стали бы. Отношения же Роберта с королевой Серсеей к вопросу о малодушности поведения лорда Эддарда если и имеют отношение, то лично от меня смысл этой связи ускользает.
    Вообще, смысл ситуации я вижу в том, что королева бросила мужу прямой вызов «Я или Старк», а лютоволчица Леди была в ней символом. И королева, и Старк обозначили свои позиции достаточно четко. На одной чаше весов лежала поддержка Ланнистеров (как финансовая, так и политическая). Что мог противопоставить этому Старк? Только многолетнюю дружбу, добрую память и любовь Роберта к Лианне, сестре лорда Эддарда. Это, собственно, и было сделано.
    Выбор был за королем. Трудный выбор, между другом и деньгами.
    Король выбрал деньги…

    Мейстер Лювин снова закашлялся. Пора заканчивать. Впереди еще не один пункт обвинения, а от насквозь простуженного адвоката в суде толку не больше, чем от громких повторов очевидных даже ребенку вещей с целью избежать обвинений в малодушии:
    - Резюмируя вышесказанное, защита настаивает на том, что в ситуации с волчицей лорд Эддард Старк сделал все, что он мог. Любые иные действия сверх приложенных Десницей усилий либо являлись пустословием «для галочки», либо привели бы Старка к предательству. Полагаю, если лорд Бейлиш не будет настаивать на том, что лорд Эддард малодушно не инсценировал за пару минут побег Леди, позиции сторон можно считать достаточно раскрытыми, и слово за судьей
     
  8. Иллакэрей

    Иллакэрей Гость

    - Да, Ваша честь, мне добавить нечего. Разве что, прошу заметить, король мог и не слышать слова Арьи. Или просто не обращать на них внимания, поскольку эпизодом ранее дети противоречили друг другу в описании событий. Соответственно, кто из них врет, а кто говорит правду, выяснить было сложно. Позволю себе предположить, что после этого король не сильно прислушивался к их показаниям. Совсем другое дело - мнение десницы. И еще. Очень сомневаюсь, что в своих показаниях дети упоминали имя лютоволка. Не говоря о том, что принц вряд ли его знал.
    Касаемо остальных замечаний защиты - как мне кажется, я достаточно четко обозначил причины и следствия в предыдущем своем выступлении. Повторяться считаю излишним. Но, если у судьи будут вопросы - я готов ответить.
     
  9. Narwen Anariel

    Narwen Anariel Гость

    - Прения по данному пункту обвинения считать оконченными. Лорд Бейлиш, прошу вас, переходите к следующему пункту обвинения.

    ОФФТОП:
    "и слово за судьей" - разве суд не в конце выносит решаение? wink
     
  10. Narwen Anariel

    Narwen Anariel Гость

    Лорд Бейлиш, мейстер Лювин, прошу вас продолжайте!

    *кто захочет вклинится - сделает это, эдак ждать - с ума сойдешь*
     
  11. Иллакэрей

    Иллакэрей Гость

    Петир Бейлиш зачитал с листка следующий пункт обвинения:
    - Эддард Старк обвиняется в преступной небрежности, что привело к захвату власти в королевстве домом Ланнистеров. Небрежность проявилась в следующем:
    А) подкуп начальника городской стражи был поручен лицу, доверять которому Эддард Старк не имел оснований. И в чем уже имел возможность убедиться. Тем более, перед этим упомянутое лицо весьма недвусмысленно заявило про свое негативное отношение к лорду Станнису как возможному королю (а именно Станниса прочил Старк на на место короля);
    Б) Эддард Старк не воспользовался предложением лорда Ренли взять в заложники детей Серсеи. Таким образом, лишился и могущественного союзника, и страховки на случай неудачи с городской стражей.
     
  12. Narwen Anariel

    Narwen Anariel Гость

    -Мейстер Лювин, прошу вас, есть ли у вас что сказать суду? - Вынужденный перерыв процесса был окончен. Зал заседаний опустел, но суд продолжался.
     
  13. Слушая очередной пункт обвинения, мейстер Лювин выглядел растерянным. В Винтерфелле его в таком состоянии если и видели, то много лет назад, когда он только заступил на должность мейстера. Пожилой человек, прежде чем начать ответную речь, сделал несколько глубоких вздохов. То ли успокаивая себя, то ли просто приводя в порядок мысли. Оглядев зал, Лювин слегка кивнул сам себе, как будто убеждая себя в том, что люди, собравшиеся здесь, слушают речи обвинения и защиты не из досужего любопытства, и рассуждения о добре и зле, о справедливости и бесчестии не являются для них пустой риторикой.

    - Боюсь, что мой ответ может быть не совсем адекватен, - Лювин смущенно улыбнулся судье – потому что я не совсем уловил смысл обвинения. Лорд Эддард обвиняется в том, что он не умеет давать взятки и вести подковерную борьбу, не так ли? В том, что всегда был убежден в силе справедливости и ее способности противостоять жестокости и предательству? Я понимаю лорда Бейлиша, для которого цель всегда оправдывает средства, и считаю неуместным обсуждать его правоту, по крайней мере здесь и сейчас. Ибо судим мы лорда Эддарда, а не лорда Бейлиша. Но в таком случае я прошу вас принять во внимание и то, что убеждения лорда Бейлиша многим людям глубоко… - Лювин на мгновение запнулся, подыскивая нужное слово – чужды.

    Вы можете мне возразить, что, приняв на себя обязательства Десницы, лорд Эддард уже самим этим фактом признавал, что он должен, так сказать, соответствовать должности. И весь вопрос тут в том, что такое должность Десницы короля. Чем человек, занимающий этот пост, должен заниматься и какими качествами обладать. Судя по тексту предъявленного обвинения, лорд Бейлиш считает, что Десница должен в совершенстве разбираться в науке своевременно и в нужном объеме дать кому-то на лапу, чтобы решить какой-то вопрос, а также постоянно держать нос по ветру, четко осознавая, на чьей стороне сила и к какому лагерю ему следует примкнуть в случае конфликта. Ну что ж, это его право.

    Лорд Эддард, как, я думаю, и всякий порядочный человек, считает, что обязанность Десницы заключается не в этом. Обязанность и смысл деятельности Десницы заключается в обеспечении справедливости и опоре закона. Это необходимый и достаточный перечень его обязанностей. Скажите, господин обвинитель, какое моральное право отстаивать закон имеет человек, который его нарушает только на том основании, что ситуация может повернуться против него, и он проиграет в борьбе? Лорд Ренли по закону прав на престол не имел никаких. Ни малейших.

    По сути дела, вы обвиняете лорда Старка в том, что он не нарушал закона. Абсурдное обвинение. Даже если бы у Десницы не было ни единого шанса отстоять закон, это не отменяло бы его обязанность его защищать. Ибо для именно для этого он приехал с Севера, и именно этим он должен был заниматься.
    Что же касается обвинений в том, что лорд Эддард не умеет давать взятки и доверяет это дело тем, кто может его подвести… Господин обвинитель, подумайте, могли ли быть среди людей, которым Эддард доверял, люди, умеющие подкупать и предавать? Вы, по-видимому, считаете, что без умения давать взятки (выражаясь иначе, поступаться справедливостью, заставляя людей с помощью денег делать не то, что они должны, а то, что вам нужно) успеха не добиться? По этому поводу могу сказать, что успеха разные люди добиваются по-разному. Кто-то рассчитывает на свой меч, а кто-то – на склянку с ядом. Кто-то ценой своей жизни защищает замковые ворота, а кто-то ночью торгуется с захватчиками о том, за какую цену он согласится опустить подъемный мост. И успех у этих людей разный получается. Мда…

    Обобщая вышесказанное, я считаю, что обвинять лорда Старка в том, что ни он сам, ни те люди, которым он доверяет, не умеют давать взятки – все равно что обвинять лютоволка в том, что он не ест падали...
     
  14. Иллакэрей

    Иллакэрей Гость

    - Глубокоуважаемый мейстер Лювин, в ваших словах я нашел только две фразы, два аргумента, которыми вы пытаетесь ответить на обвинение:

    «Лорд Ренли по закону прав на престол не имел никаких. Ни малейших.»

    «...подумайте, могли ли быть среди людей, которым Эддард доверял, люди, умеющие подкупать и предавать?»

    Ну что ж, отвечаю… Если Эддард Старк не умеет давать взятки сам, или у него нет людей, которым он бы мог доверить это дело, не проще было бы отказаться от этой затеи? И воспользоваться предложением Ренли, то есть взять в заложники детей королевы? А за свою поддержку, несмотря на ваши слова про престол, Ренли не ставил каких бы то ни было условий.
    А все остальное – это эмоции, мейстер Лювин. Причем не вижу оснований для столь бурной реакции. Ведь Эддард Старк все-таки принял решение о столь неблагородном поступке, принял решение дать взятку, купить человека, как вы выражаетесь. И уже за это его надо бы осудить. Но, поскольку обстоятельства форс-мажорные, обвинение не нашло в этом крамолы.
     
  15. Narwen Anariel

    Narwen Anariel Гость

    Было во многом забавно слышать обвинение лорда в том, что он не был слишком искушен во всякого рода интригах. Разумеется, быть десницей и не быть одновременно достаточно изворотливым, чтобы выжить в этой волчьей стае, окружавшей короля, было невозможно. Все это понимали и принимали, а самые ловкие интриганы вызывали уважение и страх при дворе.

    Но вопрос, поднятый лордом Бейлишем, был неоднозначен. Или, лучше сказать, в голове судьи промелькнуло желание отклонить вопрос, поскольку, по совести говоря, уличали лорда Старка в неудачной интриге. Хуже того – адвокат полностью это подтвердил, а его подзащитный по-прежнему сидел молча.

    Защита не потребовала отвести вопрос, поэтому, подобные размышления были пусты. Впрочем, судью несколько настораживали вопросы, поставленные лордом Бейлишем, вероятно, их следовало бы задавать более завуалировано и хотя бы с долей уважения к Старку. Подкуп стражи можно было бы с тем же успехом назвать поиском верных сторонников, а попытку взять в заложники детей Серсеи – залогом исполнения последней просьбы короля.

    «Да… - подумалось судье, - То же самое, но сказанное иными словами могло обернутся куда более весомым пунктом обвинения. Теперь же адвокат с щитом Нравственности в руке легко отклонил меч прокурора».

    Впереди были еще щекотливые моменты, но были они и в прошлом… Отчего обвинитель обошел их стороной? Возможно, он припас их на будущее?

    Судить по совести – не по закону… Или наоборот? Нет совсем не то… И по совести судить нельзя, потому что вся жизнь в Королевской Гавани бессовестная, а по закону лорда Эддарда Старка уже однажды судили. Хотя законность в том случае выражал избалованный бестолковый мальчишка, от которого боги решили избавить королевства, пока он еще что-нибудь не натворил.

    Судят Эддарда Старка за его впустую истраченную жизнь и неиспользованные во благо хотя бы своей семьи возможности. Поэтому все прения о законности, которой руководствовался лорд в критическую минуту были хотя и возвышены, но судом не принимались особенно ко вниманию и дальнейшего прояснения не требовали.

    - Мейстер Лювин, лорд Бейлиш, хотела бы напомнить что суд над Эддардом Старком специфичен, поэтому оставьте спор о том, когда закон возможно попрать, а когда нет. Здесь нельзя прийти к истине с учетом того, в каких рамках идет суд. Поэтому, если мейстер Лювин не хочет добавить что-то к своей предыдущей речи с учетом моего замечания, лорд Бейлиш может перейти к следующему пункту обвинения.



    ----------------------

    ОФФ-ТОП: обратите внимание, что есть желание принять участие в суде. Если участница заявится отыгрывать Эддарда Старка, то любой из вас может вызвать его для дачи показаний. Или он может попросить. Это любого нового участника касается!
     
  16. Mix

    Mix Гость

    Вопрос из зала....
    Прощенья прошу, что вмешиваюсь, но хотелось бы узнать по каким законам судят Старка старшего? Законам Роберта Баратеона али Таргариенов или совремменным? В той ситуции сложившейся после смерти Роберта Старк действовал совершенно законно - он выполнял завещание своего короля...То что предлагал Ренли было бы незаконным...То есть судят человека за то, что он соблюдал закон....Довольно интересно.... :sclerosis:
     
  17. Иллакэрей

    Иллакэрей Гость

    Лорд Бейлиш не мог не отреагировать на оживление в зале и поспешил ответить на вопрос:
    - Ну что ж, если судом было позволено задать вопрос из зала, полагаю, я могу ответить без специального разрешения…
    Не знаю, кто как, но я сужу Старка за упущенные возможности и невыполненные обещания, за неисполненный долг перед семьей и другом. И в пунктах обвинения прокурор руководствуется не нормами закона, а нормами морали и желанием справедливости. А следовать закону в ситуации, когда все следуют только праву сильного – не слишком умно. Тем более, десница и есть судья, то есть закон. По этим соображениям Старк имел право позволить уйти днем ранее Серсее, проявив королевское милосердие, но не имел права быть самонадеянным и небрежным в упомянутых ранее случаях.
    После разъяснения своей позиции слушателю дела, Петир обратился к судье:
    - Если суд желает рассмотреть не упомянутые обвинением эпизоды, милости прошу. Но уже без лорда Бейлиша. Свою миссию я исполнил, указав суду на непростительные, с моей точки зрения, поступки и проступки подсудимого. Больше пунктов обвинения не имею.
     
  18. Narwen Anariel

    Narwen Anariel Гость

    ---
    ОФФТОП:

    Mix: я же не просто так из любви стучать по клавиатуре написала верхний пост. Судить Эддарда по любым законам глупо, Эддард просто само воплощение законности; его стремление не выходить за рамки закона иногда абсурдны, и в конце концов он был в состоянии помешать началу смуты в стране. Однако не помешал.

    Иллакэрей: ты не собираешься упоминать того, что он неразумно поступил, взяв с собой Арью (которая ехать не хотела), или что он, единственный знавший правду о Джоне, не попытался как-то разъяснить ему что-то важное (или Эддард не поэтому согласился одеть черное?) Или что он мог бы и торопливее собирать детей в дорогу домой, когда час пробил. И для начала – чего он добивался, махая красной тряпкой перед Серсеей (не он ли причина смерти Роберта в этом случае?)

    КОНЕЦ ОФФТОПа
    ---

    Судья негодующее застучала молоточком. Вопрос из зала и ответ лорда Бейлиша, за исключением его последней фразы, были исключены из протокола…

    - Мейстер Лювин? Есть ли вам что добавить? Возможно лорд Эддард хотел бы взять последнее слово.
     
  19. Иллакэрей

    Иллакэрей Гость

    ОФФТОП:

    (вообще-то, оффтопить можно было в спец. теме smile )
    По Арье – слишком незначительно, кто ж знал, как все обернется; детей собирался отправить на следующий день, что все-таки довольно быстро в той ситуации (король еще был жив), разговор с Серсеей состоялся во время охоты, то есть решение про убийство Роберта уже было принято.

    А вот про Джона интересно :rolleyes: . Может, еще кто захочет выступить в роли прокурора? А я подключусь уже в другом качестве.
     
  20. Narwen Anariel

    Narwen Anariel Гость

    Судья вышла для вынесения вердикта. Через пару часов она вернулась. Смеркалось, осталось несколько зрителей, и участники процесса. Она села и начала говорить:

    - Итак, прокурор выдвинул два обвинения: малодушие и преступная небрежность.


    По первому пункту обвинения считаю необходимым оправдать лорда Эддарда Старка. По определению малодушие - отсутствие твердости духа, решительности, мужества. Синонимы - боязнь, робость, трусость. Старк обвинялся в малодушии, т.е. отсутствии твердости духа, решительности, необходимых, чтобы поступить против приказа короля, и тем самым защитить Леди. Выполнить приказ и в то же время защитить леди он не мог. В связи с тем, что объективно, он не мог пойти против приказа своего короля (в первую очередь), т.к. это было бы предательством и преступлением против короны, второй шаг – защита Леди – был в принципе невыполним.

    По пункту обвинения в преступной небрежности (в отрыве от законности) считаю нужным признать Эддарда Старка виновным. В условиях смуты, лорд Эддард Старк не предпринял серьезных шагов по защите завещания своего короля, а именно: действительно, безосновательно доверился начальнику гор. стражи, и не воспользовался предложением Ренли Баратеона.

    Дело закрыто.

    Комментарий: На самом деле пункт про «малодушие» довольно щекотливый. В принципе можно было легко повернуть этот пункт в пользу обвинения, если чуть-чуть изменить формулировки и подтвердить их еще несколькими более мелкими случаями. Но в данной формулировке, адвокат занял точную позицию.

    Что касается второго пункта, то по нему вынесено решение согласно формулировке. Хотя и с натяжкой. В данном случае, адвокат не нашёлся, что сказать конкретно по обвинению, а поскольку у нас импровизированный суд, любое обвинение принимается, если его толково изложить.

    Жаль, что многое не было озвучено.
     
Статус темы:
Закрыта.