1. Добро пожаловать в раздел творчества по Песни Льда и Пламени!
    Полезная информация для авторов: Правила оформления фанфиков (читать перед размещением!) Бета-ридинг
    И для читателей: Поиск фанфиков по ключевым словам Рекомендации и обсуждение фанфиков
    Популярные пейринги: СанСан Трамси
    Популярные герои: Арья Старк Бриенна Тарт Дейенерис Таргариен Джейме Ланнистер Джон Сноу Кейтилин Талли Лианна Старк Мизинец Нед Старк Рамси Болтон Рейегар Таргариен Робб Старк Русе Болтон Сандор Клиган Санса Старк Серсея Ланнистер Станнис Баратеон Теон Грейджой
    Другие фильтры: лучшее не перевод перевод юморвсе
    Игры и конкурсы: Минифики по запросу Флэшмоб «Теплые истории»Шахматная лавочкаНовогодний Вестерос или Рождественское чудо
    Внимание! Отдельные фанфики могут иметь рейтинг 18+. Посещая этот раздел вы гарантируете что достигли 18 лет. Все персонажи, размещенных в разделе произведений, являются совершеннолетними.

Гет Фанфик: Из пепла

Тема в разделе "Фанфикшн (в т.ч. 18+)", создана пользователем Daena, 7 апр 2015.

  1. Daena

    Daena Знаменосец

    Название: Из пепла
    Автор: Ramzes
    Ссылка на оригинал: https://www.fanfiction.net/s/11162017/1/Ashes-Rising
    Переводчик: Daena
    Категория: гет
    Размер: миди
    Пейринг/Персонажи: Рейна Таргариен-Хайтауэр, Эйгон Третий, Бейла Таргариен
    Рейтинг: PG-13
    Саммари: Моменты из жизни Рейны Пентошийской

    Черные вести
    – Ни за что!!!
    Никогда раньше Рейна не слышала, чтобы ее брат так кричал. Он казался яростным мужчиной, хотя был всего мальчишкой четырнадцати лет, обычно таким мягким. Сейчас он был так похож на их отца, что Десница Короля с трудом сглотнул. Рейна пыталась сдержать изумление. Что происходит?
    – Возможно, нам следует спросить принцессу? – спросил лорд Роуэн.
    "Спросите! Я должна знать, что происходит!"
    На этот раз Эйгон вскочил на ноги.
    – Вон! – закричал он. – Я этого не потерплю!
    Рейна посмотрела на Десницу, приказывая ему уйти. В чем бы не было дело, это могло подождать. Одного взгляда на Эйгона было достаточно, чтобы понять, что теперь будут новые кошмары, новые страдания, новые дни, когда он будет избегать всех и молчать. Это увеличивало власть регентов. Эйгон был лишь пешкой в их руках. Как и они все.
    Казалось, он прочитал ее мысли, потому что низко поклонился королю и приготовился уйти, как раз когда перед ним появились два королевских гвардейца, привлеченных криками Эйгона, в ослепительно белых плащах, бесстрастные. Эйгон поднял дрожащую руку.
    – Прочь с глаз моих! – прокричал он. – И никогда не смей больше и думать о столь мерзких предложениях, слышишь меня? Я не потерплю!
    Секунду спустя они остались одни. И снова, Рейна задумалась, что именно могло случиться, ведь она не могла успокоить его, не зная, что это было. Но она знала, что не стоит спрашивать.
    Эйгон сгорбился на стуле, опустив голову на руки. Когда он был маленьким, он всегда прибегал к ней, когда его ругали или он ранился, требуя, чтобы она пожалела его, обняла и успокоила. Рейна с радостью подчинялась, обожая его поток трудно различимых слов и любопытные фиолетовые глаза. Но теперь прикосновения вызывали в нем боль. И снова, в ней поднялся гнев против Алисенты-Предательницы, ее лживого отца, всей их порочной семьи. Не только они убили ее отца и Рейниру, Люка, Джейса, Джоффа, ее бабушку и ... "Нет, Визерис не мертв. Алин так сказал. Он не мертв. Он вернется". Они убили душу Эйгона, разрушили ее, как разрушили красоту Бейлы. Рейне хотелось верить, что ее маленький брат поправится со временем, но она подозревала, что это будет нелегко. Вся Твердыня Мейгора, казалось, затаила дыхание, глядя, как король мечется между гневом и отчаянием. Рейна с тоской посмотрела на солнце, пробивающееся через полузакрытые окна, но все же завесила их, потому что свет обжег бы глаза Эйгона, после стольких дней, проведенных им в темноте. Теперь не было Геймона, который мог бы его развлечь – Геймон был мертв и похоронен, еще одна потеря в юной жизни Эйгона. Еще одна невинная жертва чужой жажды власти и мщения.
    – Теперь лучше? – спросила она в полутьме, подойдя к стулу Эйгона и протянув ему кубок холодной воды. Немного слов, совсем немного, благодарность, за то, что он вообще пустил ее в свои комнаты – этого было достаточно. Ее грудь болела от жалости, от боли при виде него, столь юного и столь разбитого, столь жаждущего утешения, что что-то в его сердце не давало ему его принять.
    К ее удивлению, он потянулся и взял ее руку в свою.
    – Не бойся, – решительно сказал он. – Я защищу тебя. Я не позволю им сделать это с тобой.

    В конце концов, ей все рассказала Бейла.
    – Хайтауэр? – повторила Рейна, сама слыша визгливые нотки в своем голосе. Ее вышивание полетело прочь, приземлившись где-то далеко, Утро закричала, почувствовав ее ужас. – Я выхожу за Хайтауэра?
    – Знаю, – согласилась Бейла, резко рассмеявшись. – Никогда не думала, что буду радоваться, что так выгляжу, но богами клянусь, теперь я радуюсь!
    Ну конечно, Гармунд Хайтауэр захотел бы жениться только на красивой из сестер. Хайтауэры никогда не смотрели вглубь. Их влекло только сияние – блеск короны, гладкость кожи. В первый раз с падения Драконьего Камня Рейна не почувствовала желания утешить сестру, впрочем, Бейла бы и не приняла утешения, как не принимал Эйгон. Рейна была слишком поглощена мыслью о кошмаре, ждущем ее впереди, жизни с человеком, который имел отношение к гибели столь многих из ее семьи.
    В конце концов, ее родители выбрали ей подходящее имя. Рейна Таргариен, как звали Черную Жену Мейгора. Но этой Рейне некуда было улетать. Ей придется терпеть своего мужа, потому что ее брат не сможет ей помочь, как помог Джейхейрис первой Рейне. Да, она не сомневалась, что ей придется выйти за Хайтауэра, как бы не ярился и рыдал Эйгон, беспомощный и униженный.
     
    Лилия, Cat., Syringa и 9 другим нравится это.
  2. Daena

    Daena Знаменосец

    Черное отчаяние

    Ее будущий муж был красив. Волнистые темные волосы, тело прирожденного бойца... И все же Рейна не чувствовала ничего, кроме ужаса и отвращения – и она видела эти же чувства в его темных глазах, спрятанные за маской учтивых манер. Он хотел славы, что принесет ему брак, но он не хотел ее. Рейну не заботило, пытался ли он примириться с мыслью о совместной жизни с дочерью принца Деймона. Она не когда не привыкнет к нему, знала она, но она постарается.
    И он тоже старался, это было видно. Посещал ее, присылал подарки, спрашивал о ее самочувствии, когда не мог прийти сам – но все это не могло заполнить пустоты. Они не могли говорить о чем-то важном, как же еще? Их детство было запретной темой, то, как они провели последние годы, им обоим было известно, и говорить об этом было столь же опасно. Очень часто он отпускал комплименты ее красоте (и она каждый раз передергивалась, потому что это было ужасно бестактно по отношению к Бейле, которая всегда была с ней при его визитах), она же хвалила его галантность. Неужели вся их жизнь будет пустой вежливой пыткой?
    День свадьбы пришел раньше, чем она ожидала. Ночи становились длиннее, потому что сон не приходил к ней. Еда казалась безвкусной, но она заставляла себя есть. Правда, не могла заставить себя спать, и старые воспоминания и мечты, о которых она позабыла, возвращались к ней, с яростью атакуя ее. Она не любила Корвина Корбрея, но он был нежен и терпелив с ней, пробуждая ее тело к новым ощущениям, к которым она только начала привыкать, когда его нашла смерть, отняв у нее надежды, которые она только начала питать. Ее жизнь снова решительно изменилась, во второй раз за пять лет. Могли ли они быть счастливы? Она поворачивалась в постели и прикусывала подушку. Да, да! Они могли, были бы счастливы, если бы не... А теперь она никогда не познает счастья. Только не с Хайтауэром. Она молилась, чтобы этот брак завершился за несколько месяцев, как ее первый, и она не боялась гнева богов за подобные желания. Но она и не ждала, что они услышат ее мольбы. Будто они когда-нибудь ее слышали!
    А потом Корвин отступал, пропуская того, кто занимал ее мысли и мечты с тех пор, как она узнала, что такое помолвка. Люк улыбался ей, и смотрел на нее так, как бывало, когда он находил для нее новое сокровище – тайную пещеру, которую он обнаружил между скал у бушующего моря, раковину всех цветов радуги. Они строили планы на общую жизнь. Они были так в этом уверены... Бейла закатывала глаза и говорила, что они слишком сладкие, она не может их вынести. Джейс серьезно оглядывался на нее и отвечал, что ему придется запастись медом и сахаром, потому что в их браке сладости он точно не найдет. Рейнира однажды сказала, что свадебные платья девочек ни за что не будут одинаковыми: "Люди не смогут понять, какая это свадьба, если не только невесты будут одинаковыми, но и платья!". Когда они гуляли в рыбацких деревушках, рыбаки угощали их жареной рыбой, которую они ели с удовольствием, простолюдины и простолюдинки спрашивали их, где пройдет их свадьба, надеясь, что она будет там, а не в Королевской Гавани, потому что они хотели посмотреть...
    Не был ли кто-то из тех людей, что любил их и кормил их, тем, кто предал Рейниру? Если так, если война могла обратить их против их королевы, которая никогда не поступала с ними дурно, то чего ждать от брака, приправленного взаимной ненавистью? Она чувствовала холод, черное отчаяние сокрушало ее, и когда сон наконец приходил, он был заполнен такими образами, что она просыпалась в крике.
    Ночью перед свадьбой Бейла не покидала комнат сестры. Никто из них не мог заснуть, и им нечего было сказать друг другу, но они не расходились. Бейла слепо смотрела в огонь, а Рейна спрашивала себя, что она там видит. Возможно, собственную предстоящую свадьбу. Ее только обручили с Алином Веларионом, и она была не слишком этим довольна. Но Бейла не была бы счастлива ни с одним мужчиной. И назавтра Рейна должна была выйти за мужчину, который был одной из причин, почему это случилось.
    Уже близилась полночь, когда вошел Эйгон, бледный как тень.
    – Прости, – сказал он, не осмеливаясь посмотреть Рейне в глаза.
    – Это не твоя вина, – честно ответила Рейна, и он присел перед камином, обхватив колени руками. Рейне хотелось прикоснуться к нему, но она не стала. И опять же, что бы она ни сказала или сделала, это не прогонит его чувство вины за то, что он не смог ее защитить.
    К ее удивлению, он посмотрел на них и жестом показал придвинуться ближе. Они так и сделали, присев рядом с камином, но не прикасаясь к нему. Огонь шипел и поскрипывал, когда лопалось большое бревно, звуки были странно тихими, но мелкие горящие угольки сыпались на камни. Они не шевелились. Они были за гранью обычного страха.
    – Увидите, мы справимся, – храбро сказала Бейла. – Меньше чем через месяц Визерис вернется, а брак Рейны продлится даже еще меньше, чем первый. А через год регенты уйдут.
    Эйгон и Рейна переглянулись, разделив общую на двоих мысль: "А ты снова станешь красивой? А они восстанут из мертвых?". В безнадежности их жизней радостное будущее, что рисовала им сестра, казалось таким же возможным, как возможность перечеркнуть последние пять лет, словно их никогда не было. Но все же, было хорошо, что кто-то из них был сильным. Верным. Старый, верный, отважный – таким был девиз Дома Веларионов, и Эйгон горько задумался, что если бы Корлис Веларион был жив, эти придворные змеи наверняка поинтересовались бы у него его мнением о будущем его внучки, как не поинтересовались мнением короля.Уж это наверняка.
    Теперь же все, что оставалось Рейне и Бейле – и Эйгону, и Визерису, когда он вернется – полагаться на добрую волю регентов. А Рейне еще и на добрую волю ее мужа Хайтауэра. Эйгон содрогнулся и придвинулся ближе к огню, но ничто не могло прогнать холод.
     
    Последнее редактирование: 10 апр 2015
    Arystan, Cat., Лилия и ещё 1-му нравится это.
  3. Daena

    Daena Знаменосец

    Старомест

    Первый взгляд на Старомест заставил затаить дыхание. Она слышала, что это был прекрасный город, но никогда не представляла такого. Такую элегантность. Такую изысканность. Такое разнообразие. Мощеные дороги, реки, маленькие домики, что издалека выглядели кукольными, вроде тех, которые заказывал для нее игрушечникам отец, великолепные особняки, великолепная Башня Хайтауэров и море, о какое море! Здесь Королевская Гавань казалась неприятным воспоминанием, и даже любимый Драконий Камень выглядел мрачным и подавляющим.
    "Мне может здесь понравиться", – подумала Рейна, и тут ее подавило осознание. Она направлялась в логово чудовищ.
    И конечно, Гармунд выбрал именно эту минуту, чтобы заглянуть в повозку.
    – Вас что-то тревожит, миледи? – спросил он.
    "Твой город", почти ответила Рейна, но передумала.
    – Отсутствие моего дракона, – сказала она, и тут же поняла, что этот ответ ничем не лучше, но поняла потому, что увидела выражение его лица. Но она не пожалела. Это было правдой, и она уже была зла, что ей пришлось оставить Утро, поэтому ее не волновали его чувства. Ведь его не волновали ее. Некоторое время они спорили. "Не пойдет на пользу примирению, если вы появитесь с драконом". Рейна с трудом удержалась от желания сказать, что они могут сделать с примирением, которое купили ее молодостью и жизнью. И ей пришлось покинуть Королевскую Гавань буквально за несколько дней до возвращения Визериса. Регенты не хотели рисковать, дожидаясь воссоединения всех детей Деймона Таргариена в Королевской Гавани, пусть у них на четверых был лишь один дракон.
    И потому Рейна въехала в город в повозке, а не прилетела на драконе. Не драконья принцесса, а покорная леди-жена. Она сжимала зубы и послушно улыбалась, но ее новые служанки отшатывались от нее. Возможно, она показывала слишком много зубов в улыбке. Но она ничего не могла с этим поделать.
    У ворот Башни Хайтауэр лорд Хайтауэр ждал ее, окруженный богато разодетыми мужчинами и женщинами. У Рейны перехватило дыхание, когда в их лицах она начала улавливать сходство с Дейроном, Хелейной, Алисентой. "Мы никогда не будем жить в мире", – подумала она.
    Хуже всего был сам лорд Хайтауэр. В его выражении не было ничего от жестокости Эймонда, но само лицо... Она с трудом прогнала воспоминание, это умение она взрастила в себе, потому что придворные чудовища легко чувствовали кровь, льющуюся из ран на ее сердце, и потому она заставляла себя их заткнуть.
    – Для нас честь принимать вас, миледи, – сказал лорд Хайтауэр.
    – Я тронута вашим гостеприимством, милорд, – ответила она, прячась за подобающими леди манерами, но она с яростью отметила, как он понизил ее титул. Он был слишком опытным человеком, чтобы просто так ошибиться. – Ваш город просто прекрасен.
    Они обменялись другими любезностями с еще какими-то людьми, которых она не могла запомнить, ошарашенная их похожестью на людей, которых она сначала боялась, а потом ненавидела, и наконец ее отвели в ее комнаты. Ее Цисса, которая была с ней уже десять лет, помогла ей раздеться, отогнав новых служанок, приставленных к ней лордом Хайтауэром, не особенно заботясь о приличиях:
    – Я сама могу помочь ее высочеству. Я уже много лет это делаю. Мы устали. Можете вернуться, когда мы отдохнем.
    Но они все равно ходили по комнатам, пытаясь чем-то заняться. Они были назначены шпионить за ней, конечно же. Рейна почувствовала дикую радость при мысли, что Старомест считает ее угрозой, а не напуганной женщиной, которой нет и двадцати, принцессой без власти, всадником без дракона, сестрой короля без королевской защиты. И все же она испытывала ярость и желала, чтобы они пропали из виду. Молча, она жестом велела Циссе раздеть ее, притворяясь, что других женщин рядом нет.
    – Эти комнаты близко к комнатам моего мужа? – спросила она через некоторое время, потому что не в ее обычаях было обращаться с людьми так, словно их не было рядом, не смотря ни на что. Эти женщины ведь не просились ей прислуживать.
    – Его комнаты соединены с вашими, миледи, – с готовностью ответила юная девица, указывая на дверь, скрытую в резной стене. – Мы приготовили вам лучшие комнаты. Королевские комнаты. Это окно, в дальней стене, выходит на море, а вон то слева – на Звездную Септу. Я слышала, вы очень набожны. Верховный Септон будет польщен...
    – Нет, – ответила Рейна. – Боги перестали слышать меня, и я решила, что молить их тщетно.
    Женщины ахнули. Но Рейне не было дела до их изумления, потому что другая мысль посетила ее, столь мерзкая, что она почувствовала отвратительный вкус во рту. Оглянувшись по сторонам, она поняла, что вкус, с которой была обставлена комната, был ей знаком. Роскошь за роскошью. Повсюду трехголовые драконы, везде, везде! Отчаянное стремление почувствовать себя драконом от той, кто драконом не был. "Она становится просто смешна", – говорил принц Деймон. "Сколько бы драконов она вокруг не повесила, она никогда не смоет ни из чьей памяти, кем она была, пока Визерис не возвысил ее".
    – Кто, – выдавила Рейна, – жил в этих комнатах до меня?
    Она считала, что была завидным образом спокойна, но женщины резко отпрянули от нее, и даже Цисса посмотрела на нее со страхом.
    – Благодарю за ответ, – сказала Рейна так, словно они действительно ответили. Да как посмели эти Хайтауэры? – А теперь, унесите отсюда все. Чтобы ни единой свечи здесь не осталось. Ни единой салфетки. А постель я приказываю сжечь!
    Служанки смотрели на нее так, словно она сошла с ума.
    – Но принцесса, – забормотала одна из них. – Мы не можем... Где вы будете спать, если мы все вынесем из комнаты?
    Но Рейна уже была за гранью здравомыслия. Казалось, кто-то другой завладел ее телом, и это яростное существо опрокинуло стол, принялось срывать занавески, швырнуло о пол вазу – расписанную драконами, конечно! – разбрызгивая воду.
    – Уничтожить это все, – холодно сказала она. – Чтобы ни осталось ни кубка. Ни стула! Ни мирийского ковра! Я лучше буду спать на конюшне, чем хоть секунду еще проведу в спальне, которая была ее!
    И она пошла к двери, высоко держа голову. Она ничего не видела, от слез, затуманивших ее взор. К счастью, Цисса пришла в себя, чтобы побежать за хозяйкой и завернуть ее в первое, что ей попалось под руки, дорожный плащ, прежде чем Рейна вышла в коридор в одной нижней юбке.
    За их спинами раздались перепуганные вопли, и женщины принялись сбивать пламя, охватившее подушки, когда Рейна перевернула стол с тарелками, кубками и свечами.
     
    fiolent, Arystan, Лилия и 3 другим нравится это.