[5-й сезон сериала] Конкурс фанфиков

Тема в разделе "Конкурсы и викторины", создана пользователем Rianna, 20 июл 2015.

?

Лучший фанфик

Голосование закрыто 27 июл 2015.
  1. 1 - Джейме рядом

    12,8%
  2. 2 - Небольшой заговор

    0 голосов
    0,0%
  3. 3 - Game of Thrones Season 5 TRUE FINAL

    56,4%
  4. 4 - 10 оттенков супа Алевтины Петровны

    28,2%
  5. 5 - Море травы

    2,6%
Статус темы:
Закрыта.
  1. Rianna

    Rianna Знаменосец

    Ниже представлены работы в категории "Фанфик" для конкурса, посвященного 5-му сезона сериала. Перед каждой работой стоит ее номер в голосовании.
    Работы выкладываются анонимно. Автор будет объявлен после завершения голосования (27 июля по Москве).
     
  2. Rianna

    Rianna Знаменосец

    1

    Джейме рядом

    Автор: _nevan_
    Персонажи: Серсея Ланнистер/Джейме Ланнистер
    Рейтинг: PG-13
    Жанры: Гет, Ангст, Hurt/comfort
    Размер: мини (≈1700 слов)
    _

    Серсея дрожит и чувствует, как тёплые руки брата сжимают её крепче, притягивают ближе — он будто пытается забрать себе часть её боли. Джейме всегда был самонадеянным и всегда оправданно. Серсея расслабляется в его объятиях, почти забыв вдруг причину леденящего душу страха.

    Ладони септ и бритва в них были не слишком страшны, но она никогда ещё не позволяла настолько отвратительным ей людям прикасаться к телу. Никогда со смерти Роберта.

    У Серсеи много мелких шрамов по всему телу после того как её обрили перед позорным шествием. Джейме аккуратно целует их все и медленно улыбается.

    Они оба потеряли то, что делало их недосягаемым совершенством: Джейме — правую руку и мастерство мечника, дарованное богами одному ему в их век; Серсея — красоту, что годами была единственным, что видели люди, глядя на неё. Но они остались друг у друга.

    Серсея мягко касается его подбородка, проводит внешней стороной ладони по скулам, гладит морщинки вокруг глаз. Он встречает её взгляд и ловит очередную попытку найти себя в нём и не осуждает. Серсея задыхается от нежности.

    Ещё несколько часов назад она едва-едва могла поверить в своё спасенье, когда узнала, что Джейме здесь, в столице, возможно, уже в самом Красном замке. Она знала, что он обязательно поможет ей. Как — не важно, Серсея сама ещё не определила границы необходимой ей поддержки и явно не собиралась требовать от брата невозможного: чтобы во всём мире остались только они одни, например, — но понимала, что он вновь отчаянно смело попытается перевернуть мир для её благополучия. И была счастлива этим. Этим и тем, что он рядом.

    Джейме рядом.

    Независимо от того, как часто она его отталкивала, отчаянно желая, чтобы он не уходил, чтобы не бросал её, не отказывался от неё, как все те люди, что когда-то словом или делом позволили ей поверить в то, что она им нужна и они её любят. Серсея не может простить Тириона за то что он забрал у неё мать. Серсея не может простить отца за то что он позволил какому-то карлику, по недоразумению облачённому в цвета их дома, убить себя. Серсея не может простить Роберту разрушенный образ рыцаря в сияющих доспехах. Она не может простить тех, кто ушёл.

    Джейме рядом.

    Он привёл её в покои главнокомандующего королевской гвардией. Потом распорядился приготовить бани, и они около двух часов старательно мыли друг друга, стремясь очиститься от грязи: он — от удушливости Дорна и страха, что не сможет успеть вовремя ещё и к ней; она — от липкого ощущения тюрьмы и несвободы, от парализующего осознания: Джейме слишком далеко, чтобы помочь.

    Сейчас они вместе. Джейме прижимает её к себе, сжимает так сильно, что на её истощённом теле наверняка останутся синяки, но Серсея не возражает. Ей хочется быть ещё ближе, ей хочется врасти в брата, влиться в его сильное твёрдое тело, соединить их души, чтобы её разбитая и покалеченная стала вновь целой. Серсея хочет исцелить и свою гордость: в его глазах она всегда самая прекрасная, и их взгляд, конечно же, затмит сотни взглядов людей на площади, потому что это Джейме — самый близкий и верный, самый честный. Он не мог лгать. Он не лгал. Он видел её прекрасной, и она была прекрасной для него. Все иные — глупцы, не способные справиться с собственной завистью и стремящиеся видеть её истеричной, сломанной, неумной. Джейме прав. Джейме любит её и потому прав. Серсея наконец поняла это.

    Она зарывает руки в его волосы, тянет его голову к себе и с сожалением вспоминает, что он не может сделать того же. Поцелуй Джейме успокаивает, сразу хочется выдать секрет, сказать, как надоело кричать «я королева», когда только с ним она ощущает себя целой. Не той, что рассыпается и упорно пытается собрать себя вновь.

    Серсея может признать, что любит его до безумия. Серсея любит его в ответ, так же сильно, так же больно и наперекор всему: теперь — даже отцу, пусть и мёртвому. Она чувствует, что повторила бы отцу ещё сотню раз, что любит Джейме. Отцу, септонам и всему миру. Потому что — плевать. Семеро, не семеро и не тысяча других богов, плевать!

    Джейме рядом.

    Ложе широкое, но они вдвоём занимают слишком мало места, чтобы понять это. Жмутся друг к другу, как замёрзшие котята, и молчат.

    Им пока в самом деле не о чём говорить.

    Серсея утешается его тихим дыханием, но не может перестать думать, переворачивать их жизнь — одну, общую жизнь — так и эдак, чтобы понять причину всё произошедшего с ними. И причина всегда одна, самая ёмкая и самая верная, единственное, что, как её кажется, день за днём склеивает её мир из осколков, оставленных сначала Робертом, потом отцом, другими людьми, которые не были её частью (не были Джейме) — их любовь. Одно-единственное объяснение. И Серсея никогда не отречётся от него. Никогда-никогда-никогда. Что ей ещё терять? Она должна сохранить это, она должна сохранить Джейме, чтобы спастись самой.

    Люди болтают, она знает. И сейчас — она с Джейме — они всё равно болтают. Их правда странна и нелепа: ей нельзя любить Джейме. Семеро так говорят, но Семеро были слепы триста лет — их ослепили солнечные лучи в серебряных волосах — значит и сейчас нельзя доверять их сужденью. Золотые отблески должны быть ярче. Золотые отблески ярче. Никто не может быть важнее её и Джейме. Семеро глупы, как и все боги. Серсея знала это давно, ещё когда Тирион разорвал чрево матери и убил её, но вслух осмелится сказать только сейчас. Потому что жалеть уже не о чем: всё разлетелось в пыль.

    Голодные взгляды мужчин и жадные женщин — отвратительные взгляды, направленные на неё, всё же научили Серсею, но не смирению, как того жаждали фанатичные служите пустоты, нет. Она замечала все эти взгляды, читала отвращение на лицах и понимала, что таких вот — мерзких, глупых, бессмысленных — сотни, тысячи, сотни тысяч в Вестеросе и ещё больше дальше, в Эссосе.

    Твари, жители этого грязного города, Королевской гавани, что бросались на неё и знали, что получат по шее, но считали своим долгом оплевать её и не могли избавиться от искушения к несчастью их жалких тел, избитых стражниками. И все считают себя правыми и честными перед лицом пустоты, что благоговейно величают богами. Искажённые лица, мелькающие перед глазами ещё день назад, мнутся как маски сейчас, когда Джейме рядом, и солнце — недосягаемое, но неизменно выполняющее данный когда-то обет восходить на небо каждый день (пример для всех неосязаемых и далёких!) — плавит их в неопределимую кашицу, в нечто бесполезное и неважное. И слова, крики, вопли — все, что она слышала тогда — вновь становятся ветром, что не может её ранить (Серсея часто забывала об этом, когда Джейме был далеко). Только слова и взгляды Джейме имеют значение.

    Люди щурят глаза, глядя на солнце. Их истины, словно бумага, легко могут быть порваны ладонями (даже если пергамент самый-самый королевский и изгаженный высочайшими печатями). Но Джейме смотрит на солнце и не мигает. Серсея станет такой же. Они, брат и сестра, не верят в пустоту, потому что им достаточно их самих, только двоих во всём мире, как Джейме всегда хотел.

    Серсея наконец-то поняла его.

    Сейчас, в эту самую минуту, прижимаясь к его голому телу и чувствуя себя живой, она понимает его. Серсея впервые отдаётся не жажде власти или фальшивого восхищения — тягучей сети из кошмаров, а любви, полностью и безвозвратно, как ещё до свадьбы с Робертом, когда правда и правильность были неоспоримыми.

    У неё так много слов, предназначенных глупцам, но Серсея молчит. Она впервые за непозволительно долгое время дарит себя Джейме без всяких условий, без ссылок на пьяницу-мужа, без шёпота за спиной и требований наследника, без безраздельной боли и попыток собрать себя заново, возможно, нечаянно или незаметно для себя, забрав часть его. И Джейме никогда не жаловался.

    Хлёсткая правда — верная, нынешняя правда — кажется исполненной властью, силой, но Серсея не будет делить её с глупцами. Это раньше она строила иллюзии, могла сеять хаос, обиды, скандалы, упиваясь разрушением чьих-то надежд в оплату своей разбитой мечты. Серсея ощущает теперь мёртвый пепел этих вежливых ухмылок и хитроумных замыслов — он когда-то забил ей ноздри и горло, не давая нормально дышать, не давая дышать присутствием Джейме, что куда важнее воздуха и всего, что ещё есть в этом мире.

    Даже фамильные цвета — не так важны. Серсея хочет избавиться и от них, ведь Джейме и она — отдельно и намного выше семьи и законов. Серсея парит в эфемерности бесцветного счастья, у которого нет ни девиза, ни герба. Даже молчаливо-осуждающего присутствия (как у отца) — нет.

    Эта неловкость, это сумасшествие — они намного больше, чем былое наважденье, намного ценнее и радостнее. Серсея наслаждается, ощущая под пальцами плечи брата, его ключицы, мускулистую грудь. Ей принадлежит всё это, она знает.

    Она упивается этой своей искренностью, радуется, что способна быть такой — живой и настоящей — пусть только для Джейме. Впрочем, она не хочет быть кем-то для кого-то другого. Больше — нет. Серсея смеётся коротко и резко, ловит на себе взгляд Джейме и находит его божественным. Она так хочет сказать ему об этом, хочет ещё и показать, как сильно изменила своё восприятие. Любила она его всегда и не менее сильно, просто — не так осознанно, придирчиво выкорчёвывая из себя слишком сильные чувства, мешающие упорно разбивать себя о прозрачную и обманчиво хрупкую и ценную стену царствования и тысячи скрытых за этим поводов возненавидеть собственную жизнь. Она хочет развить свой успех, превратить его из призрачного и существующего исключительно в её сознании, нематериального, — в действие, в реальное для Джейме доказательство её честности, не-притворства во имя бессмысленных сейчас истин.

    Забыта даже сталь безразличных глаз отца, когда все чувства — ненависть ли, любовь ли — казались слишком глупыми, но незаметно уже тогда укоренялись, врастали в умы и души. И каждый день тогда был волшебно новым, и наивность, яростная смелость были выше безликости стен, в которые буквально все вокруг, будто на каком-то странном турнире, стремились заточить их как можно быстрее.

    Джейме молчит и Серсея молчит. Несказанные слова будут произнесены позже, обязательно будут. Ей так много нужно сказать, признаться в столь многом, что раньше, до шествия, казалось ей самой большой и неискоренимой слабостью, а сейчас стало невероятной силой, которую никому и никогда у неё не отнять. Несказанное щекочет под языком, но Серсея знает, что преодолеет прошлое и превратит молчание в слова, выдерет из сердца всю свою печаль и страхи, чтобы разделить их с Джейме, как в далёком детстве, а потом он тоже поделится с ней частичкой боли, и им не будет жаль жизни за право остаться рядом.

    Они молчат теперь, о том, что обычно скрывали, зовя не тем именем, завтра они продолжат борьбу, будут проживать каждый день, час, мгновенье рядом как самую настоящую тысячу лет — бесценное время для человека.

    Они молчат и смотрят друг другу в глаза, отыскивая то самое, что позволяет им быть собой. Они знают ту фразу, что жаждут друг другу сказать, что говорили уже много раз и думали, что были искренни.

    Но сейчас — сейчас — всё иначе.

    Они скажут это одновременно и только друг для друга.

    Никто другой не поймёт.


    2


    Небольшой заговор
    Автор: Джей
    Третья Мировая Война, разруха, хаос… Хаос, который стал порядком. Она разразилась нежданно негаданно и унесла миллиарды жизней… И вместе с ними все веселье. Смысл совершать злодеяния, если их никто не оценит? К счастью, при чём на удивление счастью и нашего героя, и всего мира, у него в запасе нашлась машина времени для исправления своих действий… Но, уже совсем не к счастью для нормальных людей, его мотивы остались прежними.

    ***
    Начало двадцать первого века, Нью-Йорк
    Он открыл глаза. Он провел в начале века уже пару недель, и двадцать первый век ему решительно нравился. Людишки… Такие счастливые и наивные, тем лучше они познают его хаос. Здесь главное - не переборщить как в прошлый раз, начинать надо с малого, и литература вполне подойдет. Песнь Льда и Пламени? Он помнил, как еще невинным ребенком читал эту сагу, на которой его невинность почему-то закончилась… А после разговора со сценаристами выбор был сделан окончательно - такие милые люди…

    ***
    Он сидел перед экраном, досматривал десятую серию своего шедевра и наслаждался сделанной работой. Тонкие интриги? Есть только одна интрига, и он ее создатель! А толпы возмущенных фанатов… Да, киноэкран вполне подходит его целям. Сошедший с ума Станнис, сожжения Ширен, идиот Доран, вышедшая за Рамси Санса и святая Серсея… Интересно, а эти возмущенные фанаты знают, что один из этих кошмаров в Ветрах таки случится? И интересно, что подумал Мартин, увидев на экране вещь, которой хотел всех шокировать… Да, кинематограф - определенно хорошая вещь. Джокер засмеялся: "А ведь еще пока никто не знает, что в это же время он писал и сценарий для новых Звездных Войн…"
     
    Последнее редактирование: 27 июл 2015
    bairta, newflower, gurvik и 5 другим нравится это.
  3. Rianna

    Rianna Знаменосец

    3

    Game of Thrones Season 5 TRUE FINAL

    Автор: Фаб
    Жанр: пародия, абсурд
    Предупреждение: разговорная речь, эвфемизмы, жёсткий ООС


    Сцена раз
    Мелисандра (заходит в палатку и глядит на тающие сосульки):
    - Чёртовы коммунальщики, вечно запаздывают с отопительным сезоном... Ну, уж теперь-то начнётся ЖАРР-РА!
    Мелисандра (заходит к Станнису):
    - Ну, зай, как тебе вчерашнее барбекю? По-моему, мы знатно отожгли - никто не ожидал подобного от самого справедливого и единственно законного короля Вестероса (ТМ)!
    (подходит ближе):
    - Ты такой милый, когда хмуришься! Мне жутко нравится тебя дразнить в подобные моменты.
    Станнис игнорирует её домогательства, давая понять, что ему уже и так жарко. Они выходят из палатки.
    Командир войска Станниса:
    - Король, после вчерашних шашлыков половина нашей армии драпанула к Болтонам вместе со всеми лошадьми. Если мы пойдём на Винтерфелл, они сами же нападут на нас! Но мы же не будем этого делать, верно - ведь вы лучший полководец Вестероса?
    Станнис:
    - Выдвигаемся на Винтерфелл.
    Мелисандра (про себя):
    - Э, нет, пешком топать никуда не буду!
    Солдат (отводя Станниса в сторону):
    - Король, в связи с недавним инцидентом у вашей жены внезапно (ТМ) впервые за четыре сезона прорезался материнский инстинкт, с последующим чудовищным обострением. Поздравляю вас, теперь вы - холостяк!
    Станнис (довольно облизываясь):
    - На Винтерфелл! Найду себе новую супругу. Я читал спойлеры - по слухам, там должна быть Санса!..
    Командир войска Станниса:
    - Король, леди Пироман только что разродилась лошадкой и ускакала из лагеря. Мы проведём внутреннее расследование на предмет того, кто мог её столь поспешно обрюхатить...
    Станнис:
    - Плевать, Санса моложе. Го все на Винтерфелл.

    Сцена два
    Сэм и Джон сидят в Чёрном Замке, попивая для сугреву сорокаградусный егерский чай.
    Джон:
    - А потом он развёл руки в стороны, хлопнул в ладоши, и сказал: "Ёлочка, гори!" Я сразу догадался, что это Дедушка Мороз...
    Сэм:
    - Джон, тут такое дело. В общем, пока ты там в Left for Dead играл да снеговиков лепил на пару с Тормундом, я стал мужчиной. Иггрит не соврала - там риальне не было зубов! Плевать я теперь хотел на свои обеты, и на вороньи тряпки! Я хочу предаться похоти, разврату и разнузданным оргиям! Так что завтра я сваливаю вместе с Гилли и тёзкой на юг - пока ещё долбаные воробьи не разгромили все бордели в Вестеросе. Гилли сдам по дороге в Кротовьем городке - выменяю на месячный запас егерского чая. Малыша сдам Болтонам для их извращений.
    Джон:
    - Это ты ловко придумал, Сэм! Давай я с тобой?
    Сэм:
    - Не, Джон, тебе нельзя - тебя в конце эпизода ещё пафосно выпилить должны. А рояль по имени "лютоволк" срабатывает всего раз в сезон - и я уже успел его выюзать.
    Джон:
    - Мне будет не хватать тебя, Сэм! Ну, недолго, но всё же.
    Сэм:
    - Уверен, отличным другом тебе станет сир Аллисер Торне. По-моему, у него мало друзей. Он мне так и сказал, когда мы мейстера сжигали: "Кажется, все друзья покинули тебя, Сэм... Хочешь, я буду твоим новым другом? :3"
    Джон:
    - Ну, тогда выпьем за плотские утехи и за новых друзей!

    Сцена три
    Станнис командует парадом в прямой видимости от Винтерфелла, Санса открывает дверь штопором, Бриенна, заросшая бородой, который год подряд втыкает в окошко напротив, где несколько серий назад в кромешной темноте, не зажигая ни единой свечи, снедал Рамси. Появляется Подрик.
    Бриенна:
    - Где заяц? Где дрова? Как же я теперь буду заниматься столь важным медитативным процессом на пустой желудок, да в холодрыге, бестолочь?
    Под:
    - Я заметил поблизости толпу голодных отчаявшихся оборванцев. Кажется, это гениальный стратег Станнис во главе своего победоносного воинства. Пришёл сливаться на самом первом левеле - об Болтонов.
    Бриенна:
    - Отлично! Я не смогла защитить Ренли и леди Кейтилин, которым присягала на верность, не смогла защитить Джейме и просрала Арью. Но остались ещё полимеры! Появление Станниса - отличный повод просрать ещё и Сансу! Пойдём же.

    Сцена четыре, смешно-печальная
    Станнис, раздавая приказы своим оборванцам:
    - Мои люди долго шли пешком и сильно устали. Чтобы как-то их развлечь, будем рыть траншеи. В пекло разведку. Из снега налепим снеговиков - пусть Болтоны думают, что у меня много солдат. Снеговики составят основную ударную силу моей армии. Под снегом будет мёрзлая земля - будем жрать землю. У меня ведь нет ни коней, ни припасов. Но я не привык искать лёгких и адекватных путей, недаром я - лучший полководец Семи Королевств!
    Командир войска Станниса:
    - Король, ваши тактические навыки поистине не знают границ! Смотрите, вот и нашлись нужные нам лошадки!
    Станнис:
    - Шарман! Спешиваем Болтонов, и на их конях победоносно врываемся в Винтерфелл! Я ещё более гениальный военачальник, чем порой кажусь самому себе. За мной!

    Сцена пятая, трагически-поучительная
    Станнис отлёживается у дерева после наглядной демонстрации правдивости бородатой пословицы про старого коня и борозду.
    Станнис (про себя):
    - Н-да, как-то в теории мне всё это иначе представлялось. Интересно, успел ли я вовремя сохраниться? Придётся перепроходить миссию!
    (замечая что-то здоровое, тупое и вооружённое):
    - Это ещё что за чудище?! А ну иди прочь, не рвал я твой аленький цветочек!
    Бриенна:
    - Я не чудище. Я пришла тебе отомстить за смерть Ренли. Потому теперь ты станешь моим мужем.
    Станнис, отчаянно кривясь:
    - А кого-нибудь другого нельзя ли поискать?
    Бриенна, печально:
    - Я уже находила доброго приятного кавалера с обожжённым лицом. Но он предпочёл сигануть со скалы, а потом долго просил девочку, с которой путешествовал, добить его. Пока я пыталась его найти - он уполз. Сволочь.
    (доставая меч):
    - Так что не серчай, милок, а раненую ногу я тебе отрублю, а то тоже сбежишь.
    Станнис:
    - Постой! У меня под этой ногой лежит зарядка от ноута. Не поломай её. Я пытался проходить стратегию Stronghold - обучающую миссию по захвату замков (для чайников). Не уверен, успел ли сохраниться. Жаль начинать с самого начала в ТРЕТИЙ РАЗ.

    Сцена шестая, полная няшности и благолепия
    ...в которой Рамси мило и обворожительно улыбается, добивая уцелевших оборванцев Станниса и нагуливая себе аппетит перед рандеву с супругой.

    Сцена седьмая, полная подснежных спойлеров
    Санса мечется по Винтерфеллу в поисках нового штопора и добавки, и натыкается на Миранду с луком, и Теона, который тем более не Робин Гуд.
    Миранда:
    - Леди Санса! Как хорошо, что вы нам повстречались. Мы с Вонючкой как раз практикуемся в стрельбе. Правда, в последнее время Рамси стал уделять мне всё меньше внимания, так что зрение у меня заметно упало, и я буду стрелять по вам с расстояния в три метра. Вонючка узнал вас по запаху. Не могли бы вы пошевелиться, или подойти ещё на полметра ближе?
    Санса:
    - Ха, ещё чего. Хватит из меня вечно дуру делать, ты у нас, чай, не Беньофф с Вайсом. Если я не буду шевелиться - ты не будешь знать, куда стрелять! Дудки.
    Миранда:
    - Спасибо, миледи. Теперь я смогу стрелять на голос.
    Санса:
    - Доуп!..
    Неожиданно Теон хватает Миранду и сбрасывает вниз со стены на брусчатку.
    Санса:
    - Теон, что с тобой? Ты зачем девицами расшвыриваешься? Я как бы в курсе, что они тебе более не надобны, но всё же...
    Теон:
    - Она мне никогда не нравилась, просто я ждал завершения сезона, чтобы сделать это в кульминационный момент.
    Санса:
    - Что ж, уверена, большинство зрителей оценили её полёт!
    Теон:
    - Вам понравилось? Мы можем сделать так же! Пойдёмте к внешней стене замка - там повыше будет!
    Теон тащит ошалевшую Сансу туда, где "повыше". Санса в последний момент вырывается.
    Санса:
    - Совсем сдурел? От тебя-то уже толку никакого, а я - девушка в самом соку, только что познавшая прелести супружеской жизни с одним из обаятельнейших мерзавцев Вестероса! :3 И только не надо рассказывать мне байки про то, что мы упадём в снег и спасёмся. Посмотри на те ДОСКИ и БОЧКИ в кадре, едва-едва притрушенные снегом! Скорей уж меня спасёт Сэм Смертоносный по дороге из Ирландии в Хорватию или Станнис вдруг высадится на Пайке и с третьего раза хоть что-нибудь, да возьмёт!
    Теон:
    - Миледи, в снегу скрывается самый страшный спойлер всего сезона - там спит пьяный в стельку ПЁС. Мы упадём на него и останемся невредимы.
    Санса:
    - Мой безобидный щеночек?.. Но что он может там делать?!
    Теон:
    - Он давно здесь и следит за вами. Он должен был выпрыгнуть из-за дерева ещё в шестой серии, во время вашего бракосочетания с Рамси (во всяком случае, он делает так в каждом первом шипперском фике) и изрубить негодяя на куски, но перебрал с выпивкой и задрых под кустом ещё до начала свадьбы. Теперь он неотлучно следит за вами - а не так, как эта нерасторопная Бриенна. Помните, он вам перед отъездом из Королевской Гавани сказал: "Нет, пташка, я не смогу сделать тебе больно"?
    Санса:
    - Ну да, что-то такое... Но это здесь при чём?
    Теон:
    - Вот я и говорю, что теперь он СЛЕДИТ. Особенно по ночам. Когда вы и Рамси...
    Санса:
    - Семь преисподних! Проклятый вуайерист! Ну а вот я ему сейчас с удовольствием сделаю больно, приземлившись на него сверху! Теон, руку! (Фу...) Сигаем!

    Сцена ultraviolence по мотивам детских сказок
    В борделе Браавоса старый педофил-садист Мерин Трант затеял с девочками младшего школьного возраста ролевые игры.
    Трант:
    - Значит так, я - Карабас-Барабас, ты - Мальвина, ты - Пьеро, ты - Арлекин. Сейчас мы с вами устроим небольшой цирк, а потом я сыграю на трубе и скажу, что "это - просто праздник какой-то"!
    Мальвина:
    - Я не хочу быть Мальвиной. Терпеть её не могу. Напыщенная девчонка, которая Пьеро держала во френд-зоне, а других любила учить жизни. Фу такой быть. Давай в другую сказку, шеф! В "Красную Шапочку", например. Там, где волк.
    Трант:
    - Гляди-ка, привередливая какая! А вот счас я тебе покажу Красную Шапочку... Вы, двое - сделайте так, чтоб я вас искал.
    Две запасные девочки послушно скрываются.
    Трант:
    - Ну так, что у нас там... Я злой и страшный Серый Волк?..
    Мальвина (которая на самом деле Арья):
    - Я тебе скажу, мужик, вот НИ ФИГА ты не угадал. Волк - это Я.
    Волк-Арья бросается на Транта и начинает его УНИЧТОЖАТЬ.
    Арья:
    - А вот скажи мне, ты кино любишь смотреть? В смысле, любил, то есть - глаз-то у тебя уж нету. Я вот давеча глядела "Заводной апельсин", и знаешь, чего? Попса. Настоящая ultraviolence в кадре - это "Игра Престолов".
    Арья долго мучает Транта, расчленяет его, ещё живого, и идёт кормить им вместе с ним дельфинов.

    Сцена решительного Моргулиса-Дохаэриса
    Арья возвращается в храм Безликого, и её абсолютно ожидаемо для всех, кроме неё самой, ловят на горячем.
    Якен:
    - А ведь сегодня день ВДВ, и мы собирались дружно отметить. Я ведь - бывший десантник, иначе как бы я оказался в Вестеросе? А теперь тебе не нальём, потому что ведёшь себя плохо. (Арью, со скрученными за спиной руками, подводят к нему) Так что смотри и облизывайся. Ну, за десантуру! (выпивает и падает)
    Арья (бросаясь к Якену):
    - На кого же ты меня-аа горемычную покину-аал?!
    Якен (стоя за спиной у Арьи):
    - Ха! Думаешь, меня бы срубило с одной рюмки? Плохо же ты знаешь десантников!
    Арья:
    - Вот гад, напугал! А если бы спирт оказался метиловый? Жадина. (Пытается слизнуть пару капель с губ лежащего не-Якена) О-ой, кажись, он и правда метиловый... Что-то у меня с глазами... (слепнет)

    Сцена следующая
    Мирцелла с паподядей, неубиваемым Бронном и женихом готовятся отплыть на корабле с алыми парусами. Мать Змеек на прощанье целует Мирцеллу - причём, какой это возымеет эффект, сразу смекают все, кроме самой Мирцеллы. Младшая и наиболее симпатишная Змейка кусает Бронна за ушко, засовывая ему туда противоядие для Мирцеллы в следующем сезоне.
    Младшая и наиболее симпатишная Змейка:
    - Как-нибудь я понаеду к тебе в гости и перебью всех твоих кошек. Моя киска - единственная киска, которая тебе нужна.
    Бронн впервые за пять сезонов выказывает смятение, и Джейме приходится его поторопить, так как ему не терпится пообщаться со своей дочкоплемянницей.

    Сцена на корабле, за которой наблюдают с причала Змейки и их мамаша, совершенно не вызвавшие ни у кого вопросов, а с какого бы это чёрта им там торчать столько времени после отплытия
    Джейме, второй раз оставшись с Мирцеллой наедине, пытается наверстать упущенное.
    Джейме:
    - Послушай, доченька... Ой, то есть не доченька. То есть, как раз, доченька... Но, ёлки, как же ж это потоньше сказать-то...
    Мирцелла:
    - Папуля, всё норм! Весь Вестерос давно знает - и я как бы в курсе, чай, не маленькая.
    Джейме (обрадованно):
    - О как! Первый раз прям чувствую облегчение, что про нас с Серсеей всё растрезвонили.
    Мирцелла:
    - Да! И, более того, дико одобряю мамкин выбор, инцест в целом и тебя - в частности! Так что - целуй меня везде, восемнадцать мне уже!
    Джейме (ошалело):
    - Постой, деточка, я как-то на совершенно иную реакцию рассчитывал! Ты что-то перевозбудилась, может, позвать, Тристана?.. Гляди, у тебя уже от избытка чувств и кровь носом пошла!

    Тем временем на пирсе
    Младшая и наиболее симпатишная Змейка (двум другим в этой серии пожалели денег на гонорары, поэтому они молчат):
    - Мать, сопли-то подбери! Ишь, как распереживалась за воссоединение семьи! (протягивает матери платок)
    Мать Змеек:
    - После такого обилия НАСИЛИЯ в кадре в этой серии, дай мне хоть пять секунд порадоваться за Джейме!.. Во, всё, попустило.

    Сцена следующая
    Фан-группа Таргариенов отдыхает после знатной драки в тронной зале Миэрина. Тирион сидит выше остальных и ближе всех к царской табуретке, как бы намекая. Нахарис, недавно освоивший устный счёт, практикуется, пересчитывая себе пальцы.
    Тирион (нарушая застоявшуюся тишину):
    - Есть одна тян...
    Заходят Серый Червь с Мисандеей.
    Серый Червь:
    - А неслабо вы оторвались там без меня! И почему не позвали? Хоть бы извинился кто!
    Нахарис:
    - Барристан Селми бы сказал, что в подобных заварушках тебе доверять опасно, так что - не обессудь!
    Джорах:
    - Ну, посидели на дорожку, и - будет! Поехали выручать нашу бабёнку. А то я сюда только понаехал, понимаешь, спустя долгое время - а Данька не выдержала и уже сама слиняла от меня! И почему мы не могли сразу телепортироваться к ней, а нужно было обязательно в тронную залу? (злобно глядя на Тириона)
    Тирион:
    - Ты переоцениваешь магические свойства члена карлика, мой друг!
    Нахарис:
    - То есть, ловить Даньку нам придётся ещё полсезона следующих? Всё, мелкий Ланнистер, ты наказан. Сиди в городе и усмиряй восстание.
    (внезапно (ТМ) включает умного и начинает раздавать всем ЦУ):
    - Вы двое, там, тоже остаётесь. Кстати, отлично смотритесь вместе. Мисандея, не могу не одобрить твой выбор - этот мужчина вряд ли когда-либо подкатит к другой! Ха-ха-ха.
    Джорах:
    - Поручик, вы закончили паясничать?
    Нахарис:
    - В этом сезоне - да. Ну что, андал, выйдем, разберёмся?

    Сцена следующая
    Тирион наблюдает с городской стены за удаляющейся на лошадях парочкой.
    На укрепления заходит Варис, за которым все безумно соскучились, и которого ужасно не хватало вот уже семь серий.
    Тирион:
    - Судя по скорости вашего перемещения, магические свойства вашей лысины ничуть не уступают моим. Как мыслите, этот разбойник прикончит старика?
    Варис:
    - О, я бы не стал недооценивать короля френд-зоны - на протяжении сериала это уже несколько раз выходило другим боком. Но давайте-ка наломаем дров в древнем славном Миэрине, которые ещё не успела наломать Данька.
    Тирион (от имени всех зрителей):
    - Как же вас не хватало!
    Варис (довольно поблёскивая лысиной):
    - Ну, дык!

    Сцена следующая
    Дейнерис высоко в горах любуется открывающимся пейзажем, после чего возвращается к ручному питомцу, дракону.
    Дейнерис (пытаясь залезть сверху):
    - Покатай меня, большая черепаха!
    Дракон флегматично её сбрасывает и рисует на крыле шашечки.
    Дейнерис:
    - Тьфу ты, до чего наглые бомбилы пошли! Из самых лап смерти готовы выдрать, лишь бы слупить тройную таксу назад.
    Дейнерис (ходит вокруг дракона):
    - Ллладно. Раз уж у вертолёта, вызванного для моей экстренной эвакуации с футбольного матча, на котором начались беспорядки между фанатами противоборствующих команд, закончилось горючее, придётся топать пёхом.
    Дейнерис (топает пёхом):
    - Я, блин, как Золушка прямо. С бала пришлось драпать, средство передвижения превратилось в ленивый овощ, платьице моё распрекрасное пришло в негодность и даже как будто стало другого цвета... Теперь только злой мачехи не хватает для полноты ощущений.
    На горизонте появляются злые варвары на лошадках.
    Дейнерис:
    - Мать моя женщина! Мачеха как-то предпочтительнее выглядела бы. Так, без паники. Что там Золушка делала в подобной ситуации? Роняла туфлю, чтоб прекрасный принц мог её отыскать? Ну нет, в следующей сцене Серсея наглядно продемонстрирует, как опасно ходить без удобной обуви. Что у меня ещё есть? Платье? Тоже не лучший вариант - судя по рожам этих дикарей, меня и так вскорости ожидает лишение платья и остатков невинности, не будем форсировать события. О! Уроню-ка колечко обручальное. Всё равно оно мне больше ни к чему, я теперь женщина свободная и независимая! А кто меня отыщет - как раз пусть и предложение сделает!
    Всадники окружают Дейнерис, и она принимается гадать на проезжающих мимо верховых:
    - Джорах - Нахарис, Джорах - Нахарис, Джорах - Нахарис... Блин, уже и голова кружится. И вообще, кажется, я какую-то подобную сцену уже видела в экранизациях фэнтези-эпопей...

    Сцена ещё какая-то там по счёту, вульгарно-эротическая
    Серсея отдыхает в президентских апартаментах под септой Бейлора. Раздаётся вежливый стук, и в дверях появляется обслуживающий персонал.
    Горничная:
    - Всё ли вам по душе в нашем отеле, не жмёт ли перина?
    Серсея:
    - Нет, не по душе. Был заявлен чудесный вид на Красный Замок, а теперь он мне только снится. Сыну никак дозвониться не могу! Безобразие. Ведите меня к батюшке метрдотелю.
    Серсея проходит к батюшке.
    Серсея:
    - Безобразие. Сервис у вас здесь - хуже некуда. Сегодня всю ночь какая-то старуха светила мне в окно своим фонарём!
    Высокий Воробей:
    - О, уверяю вас, зато в наших банях - самые лучшие водные процедуры! Вы ещё сможете в этом убедиться. Но давайте не будем отвлекаться. Поведайте мне о своих грехах.
    Серсея:
    - Гм. Надеюсь, у вас много свободного времени!
    Высокий Воробей:
    - Не тревожьтесь. Итак, грешили ли вы, дщерь моя?
    Серсея:
    - Ох, батюшка, грешила, не то слово!
    Высокий Воробей:
    - И как же вы грешили?
    Серсея:
    - Ох, и так грешила, и эдак, а потом ещё вот так... Спасибо, батюшка, хорошо грешила, ой хорошо!
    Высокий Воробей:
    - Тогда мы можем предложить вам уникальный пеший тур по Королевской Гавани с лёгким эротическим уклоном! Это как раз то, что вам нужно! Но прежде - непременно посетите наши знаменитые бани.
    Серсея:
    - Заинтриговал, шельмец, моё королевское величество - что за тур-то? Глаголь!
    Высокий Воробей:
    - Мы отрежем вам голову и хитро приспособим к обнажённому телу другой женщины, и в этом вот облике вы продефилируете по всей столице. Тело потом будет давать интервью о том, что это была её самая сложная актёрская роль. Вы же по приходу в Красный Замок снова станете сами собой - озлобленной мстительной сукой.
    Серсея:
    - Ишь ты, озорники какие, выдумщики! Ну, давай свой тур.
    Серсея отправляется мыться и прихорашиваться перед своим дефиле.
    Серсея:
    - О, так у вас тут и цирюльня в нагрузку! Значит, волосы мне покороче сделай, а в зоне бикини "взлётно-посадочную полосу", и покрась в синий, по тирошийской моде.
    Горничная:
    - Краска закончилась.
    Серсея:
    - Вот я и говорю, не сервис, а безобразие одно. За это вместо меня счас в кадре пару раз мелькнёт та самая девица, чьё тело потом соединят с моей головой, и все поразятся режиссёрскому ляпу.
    Далее следует увлекательный пешеходный тур от септы Бейлора к Красному Замку через кварталы бедноты, сопровождаемый калейдоскопом сисек, писек и беснующихся толп, в лучших традициях НВО. На входе в Красный Замок Серсею встречают дядя, мейстер - и ещё один мейстер, не отягощённый моральными предрассудками.
    Не отягощённый моральными предрассудками мейстер:
    - Как вам курорт, моя королева? По-моему, вы отлично загорели, особенно - на ногах. У нас в ваше отсутствие произошло пополнение личного состава, знакомьтесь - ваш новый гвардеец! С позволения вашего величества, у него такая синяя рожа потому, что он поклялся беспрестанно пить до тех пор, пока все ваши враги не помрут со смеху от появления местного Франкенштейна.

    Сцена предпоследняя, с роялем
    Джон и Давос спускаются с колеса обозрения в Чёрном Замке.
    Джон:
    - Послушайте, сир Давос, уж до чего я - наркоман, и любитель сверхоригинальных решений, но даже мне ваше предложение кажется радикальным.
    Давос:
    - Станнис - наш король! (ТМ) Одичалые - тоже люди! Мы вырвем их из лап буржуазии и поведём к светлому будущему. Во всём Вестеросе мы построим коммунизм с кострами и красными жрицами!
    Джон:
    - Кажется, в истории Семи Королевств уже был правитель, который хотел разрушить Стену и объединить искусственно разделённый народ. Горбачёв была его фамилия. Тоже меченый Рглором.
    Давос:
    - Джон, от жизни на Стене ваше сердце покрылось коркой льда. А ведь жителям крайних народов Севера просто не хватает толики тепла. Вы только попробуйте проникнуться лаконичным величием этих слов! Мир. Труд. Май!
    Джон:
    - Ага. Июнь. Июль. Август. Нет, сир Давос - зима близко, а одичалые - не совсем чукчи.
    В Замок верхом на лошади въезжает рояль. От сего нежданного явления Джон и Давос мигом забывают о своих чукчах и бросаются навстречу.
    Джон:
    - Вы не подскажете, сколько счас градусов ниже нуля? Сэм увёз последний барометр, чтоб и его тоже подороже загнать.
    Мелисандра:
    (Я - рояль. Рояли не разговаривают. Ты меня раньше игнорировал, теперь я тебя буду игнорировать.)
    Давос:
    - Джон, вы решительно не умеете обращаться с дамами, позвольте мне вас научить.
    (подходит ближе и грубо толкает Мелисандру):
    - Пастой, красавица, куда навострилась?
    Мелисандра:
    (Нет, ты слишком стар для меня. Я - рояль, и играть на мне дозволено только Джону. Но это будет уже в следующем сезоне.)

    Сцена заключительная, оптимистически-обнадёживающая
    Джон сидит в своих покоях в Чёрном Замке, откуда наконец-то выселился Станнис, перечитывает любовные послания от своей подружки Сэма, которая бросила его, и вздыхает. Вбегает Олли.
    Олли:
    - Лорд-командующий, братья взбунтовались! Говорят, царь - ненастоящий! То есть, командующий. Говорят, твоя борода приклеена, а сам ты - переодетый Азор Ахаи!
    Джон:
    - Как это - "ненастоящий"?! Веди меня к этим бездельникам!
    Во дворе его встречает добрый сир Аллисер Торне :3.
    Аллисер:
    - Джон, это хорошо, что ты решил вернуться к целибату и прогнал свою подружку Сэма... Но зачем ты позволил ему увезти Гилли? Она была единственной бабёнкой в нашем замке. Мы с братьями успели сыграть на неё в холдем, и я выиграл провести с ней четыре часа! Вон те злобные волосатики, прячущие под плащами кинжалы - тоже кой-чего повыигрывали. А теперь придётся тащиться в Кротовий городок и выкладывать за неё звонкую монету!
    Джон расталкивает толпу волосатиков и оказывается перед крестом с надписью "Крыса".
    Джон (мысленно):
    - Кажись, я и впрямь погорячился. Точно Азор Ахаи!
    (вслух, оборачиваясь):
    - Сир Аллисер, вы остановились на четырёх часах...
    Аллисер, тыкая в него кинжалом :3
    - You've got the point*. За часы!
    ("Вы получили точку", надм.)
    Несколько волосатиков, выигравших в покер, соблюдая строгую очерёдность по мере уменьшения Гилличасов, подходят к Джону и тоже тыкают его кинжалами, приговаривая:
    - За часы!
    Джон начинает чувствовать себя как-то совсем неважно, упирается коленями в снег для пущего пафоса, и тут замечает идущего к нему Олли. Джон трясёт головой и пробует доходчиво хрипеть.
    Джон:
    - Олли, нет! Ты ещё слишком юн для таких дел!
    Олли:
    - Плевать, это был и мой выигрыш! За часы!
    Джон падает на снег, принимаясь окрашивать его своей кровью, и предаётся философским размышлениям. Волосатики курят и расходятся.
    Джон (мысленно):
    - Ишь ты, не соврал Сэм! Не зря столько времени корпел в библиотеке над манускриптами. Всё-таки мне повезло, что явилась леди Пироман и теперь она сможет меня воскресить. Быстрее бы!.. Хотя, стоп. Я же ведь ещё и варг! Так что могу переселяться в тела других зверей или даже людей. Гм, кого бы выбрать для своей реинкарнации?.. Пожалуй, это будет... сир Аллисер Торне! И это будет НЕЖДАНЧИК! Так и представляю себе начало шестого сезона и первую свою реплику: "Не ждали, сученьки?! :3"
    Джон, внутренне посмеиваясь, выдыхает и сосредоточенно остывает.

    Занавес.
    Титры.
    Грохот опрокидываемых и летящих в экран стульев, сопровождаемый истошными воплями: "НИКАНОН!!1"
     
    Последнее редактирование: 27 июл 2015
  4. Rianna

    Rianna Знаменосец

    4

    10 оттенков супа Алевтины Петровны
    Автор: Arliss
    Алевтина Петровна работала в столовой №5 города Новосибирска. Она очень любила свою работу, но больше своей работы она любила разве что телепередачи и сериалы. Причем всякие разные - про любовь, про выращивание кабачков, про то, как делают липосакцию жира, про экстрасексов, а еще про Игру Престолов она любила. Поэтому когда в апреле начали показывать новый сезон, она была уже подготовленная и ждала новых событий, вооружившись на всякий случай коробочкой валерианы в таблетках. Ясен пень, что они мало чем бы ей помогли при просмотре, учитывая сопоставимость накала страстей в сериале и обещанного результата действия в инструкции применения на коробочке, но сама суть того, что они рядом и на страже, аки ночной дозор, радовала ее трепетную алевтинопетровишную душу.

    День первый. Оттенок радости.
    Первая серия ИП 5 сезона выпала на дежурство Алевтины Петровны. Она все никак не могла дождаться конца рабочего дня, чтобы прийти домой и залезть в тырнет. Кастрюли с супом казались бесконечными, раздача бутенбродов просто пыткой. Алевтина Петровна уже давно поняла, что в их столовой номер пять глубокомысленных людей, следящих за настоящим искусством, один, два и обчелся. Она, было, хотела однажды обсудить ИП с нарезателем моркови Геннадием, но как только подошла к нему и спросила: «Геннадий! Вот если бы у тебя был брат, ты бы стал с ним спать?» - то чуть не получила от Геннадия в лобешник. Так что Алевтина на всякий случай страдала молча во избежание. Наконец придя домой, она загрузила серию и углубилась в процесс. На вступительных знакомых титрах она начала немножко подпевать в такт музыке «Та-та-та-там, та-та-там, та-татам», - а завидев знакомых героев даже слегка прослезилась. Особенно Алевтине нравилась линия с Дейнерис Таргариен. Алевтина никому не признавалась, но где-то в глубине души она видела в ней отражение себя. Такая же стойкая, сильная, смелая и умеющая отстаивать свои интересы. К примеру, когда в прошлом году Алевтине пытались урезать премию в счет кассирши Зойки, с которой спал их заведующий столовой, то она ни минуты не стала сидеть и плакать в уголочке, а уверенно пошла в бой на разборки, прям как матерь драконов в Заливе Работорговцев. Вот почему, отсмотрев серию и отметив про себя, что Дейнерис за год ничуть не изменилась, а только похорошела, Алевтина Петровна отправилась спать довольная серией полностью и абсолютно.

    День второй. Оттенок легкой тоски.
    Когда-то пару лет назад Алевтине Петровне от общепитпрофсоюза выделили путевку в санаторий к морю, где произошла одна из самых романтичных историй в ее жизни. Там она, уже в ту пору дважды разведенная, встретила потрясающего мужчину, воспоминания знакомства с которым грели ее душу до сих пор. Высок, черноволос и чем-то неуловимо смахивал на Станниса из ИП. Вернее это Станнис смахивал на него. Он был потрясающий - плавные движения, неторопливость, расчетливость. Как раз все те качества, которыми должна обладать любая уважающая себя разливальщица супа в столовой, чтобы нидайбоже не расплескать, но и лишнего не перелить из экономии. Педантичность сблизила их. Роман закончился, как и любой курортный, то есть ничем, но Станнис по аналогии стал пределом всех её мечтаний, и в сериале на моментах с ним Алевтина даже подрывалась с кресла, подходила к телевизору и проводила рукой по экрану: «Рогастик, даже здесь, в Новосибирске, я незримо с тобой» Иногда у Алевтины при просмотре возникали некие ревностные нотки в голове, когда рядом с ним оказывалась какая-нибудь девчуля. «Понятное дело, - говорила она самой себе, – с такими визажистами и костюмерами каждая может быть красивой, а вот чтобы самостоятельно. Поставь любую из них рядом со мной без косметики и посмотрим еще кого он выберет, ведь не дурак».
    Во второй серии показывали Станниса на Стене. Он стоял глядя вдаль, снег припорашивал его великолепное практически безволосие, и Алевтина Петровна думала, что она бы на это смотрела и смотрела вечно, пока момент не закончился и камера не переключилась на Сэма Тарли, которого Алевтина Петровна втайне по-столовски называла Любителем Котлеток. Сэм Тарли был тоже ничего, но бабочек в животе не вызывал полностью и абсолютно. «Эх, и почему в мире все мужчины не похожи на Станниса», - глубоко вздохнув с грустными нотками в душе подумала Алевтина Петровна и отправилась спать вся в разочарованиях.

    День третий. Оттенок с элементами сахара.
    На просмотре третьей серии в гости к Алевтине Петровне заглянула соседка за сахаром.
    - Чего смотришь, Алевтина? - краем глаза завидев мельтешение на экране, спросила она, - Про любовь или нет?
    - Ох, Васильевна, про любовь, про любовь, здесь такие страсти творятся. Вот прям сейчас был момент, когда поженились двое, а потом девчуля с молодожёном такое утворяла в постели, что умереть не встать. Ты помнишь своего деда, Васильевна? Он говорил, что хочет заниматься этим весь день? Мой вот ни один не говорил. А там вот говорят. Святой сериал. Вот где настоящих мужыков показывают. Ну лана, топай давай, мне еще досматривать надо, а то вдруг пропущу что-нить животрепещущее. Так соседка Алевтины Петровны, случайно зайдя за сахаром, волей случая стала фанаткой сериала и маленькой песчинкой в груде песчинок, обеспечивающей ИП многомиллионные рейтинги.


    День четвертый. Оттенок развращенчества.
    Алевтина Петровна прожила долгую жизнь, но ни разу она не могла себе позволить ходить в ней нижнего белья. Все нормальные женщины носят под платьем если не труселя, то хотя бы подштанники зимой, но никак не ходят голыми. Это аморально. Поэтому от появления Красной Тети на Стене Алевтина Петровна не ожидала ничего хорошего. Сразу было понятно, что у этой женщины нет ничего святого. Когда Алевтина смотрела на Мелисандру на экране, то ей снова непроизвольно вспоминалась кассирша Зойка, женщина совсем беспринципная и без каких-либо моральных ориентиров. Так что можно было понять уровень возмущения Алевтины, когда в одном из эпизодов Красная Тетя вошла к Джону Сноу, широкими шажищами пересекла комнату и запрыгнула сверху на него, на ходу раздеваясь. Если бы все это происходило в реальной жизни, то Алевтина, не задумываясь бы, подскочила к развратнице, стащила ее с Джона, а потом бы оттаскала за волосы, лахудру. Но, к сожалению, это было невозможно и Алевтине Петровне пришлось лишь молча наблюдать за разворачивающимся на экране вопиющим беспределом. А когда серия закончилась, то бедная женщина еще долго не могла отойти от увиденного, и, чтобы заснуть, ей даже пришлось выпить успокоительное.


    День пятый. Оттенок с элементами воодушевления.
    Алевтина Петровна всегда хотела записаться на курсы скалолазания. Сколько раз в своих самых потаенных мечтах она представляла, как идет в спортивный центр, платит деньги, ей выдают абонемент, и она счастливая бежит домой шить треники. Но здравым умом Алевтина понимала, что скалолаз из нее как из крокодила утюг. Ведь некоторые вещи в мире реализовать просто невозможно. Но пятая серия заставила ее мировоззрение поменяться полностью и абсолютно Алевтина плохо соображала в осадных орудиях и в пушках, но зато в любви она соображала круто. И знала одну вещь, если уж сумели в сериале полюбить друг друга большой и страстной любовью Мисси и Серый Червь , что в принципе чисто технически не представлялось возможным в этом мире, то уж где там скалолазание, скалолазание она осилит. И на следующий день Алевтина Петровна воодушевленная примером других людей топала навстречу своей мечте после работы, радостно подпрыгивая и представляя как она куда-нить там уже ползет по какой-нибудь стене.

    День шестой – седьмой. Серии просмотренные за раз. Оттенок житейской мудрости.
    Бывший муж Алевтины Петровны тоже был ушастый. А еще он был козленей. Поэтому с Рамзаем при просмотре у Алевтины Петровны дела сразу не заладились. С точки зрения житейской мудрости и накопленного опыта она, конечно, с легкостью могла бы придумать 100 способов, как покончить с Ушастым. К примеру однажды в пору молодости она весьма удачно огрела своего мужа номер один эмалированной кастрюлей по голове, но Санса-то была совсем юная и помочь ей было проблематично. Поэтому сидя в кресле и выколупывая из пачки таблетки валерьянки ей оставалось лишь просто переживать за последнюю, периодически хватаясь за сердце.
    Момент со штопором Алевтине понравился особо:
    «Заверни его в носок и спрячь!» – приговаривала она.
    «Или в два носка!!»
    «Достанешь, когда надо. А потом внезапно так – хрясь! хрясь!»
    Санса была такая милая, и душа у Алевтины Петровны из-за нее разрывалась на части.
    «Жаль, что всем милым достается обычно такой вот генофонд в спутники жизни» - думала она периодически и тихонечко вздыхала.

    День восьмой. Оттенок синевы.
    Синебедоков Алевтина Петровна не любила. «Алкаши все они - считала она, - Ибо как иначе можно до такой степени посинеть». На первом этаже у нее в доме жил один такой синебедок, так он с раннего утра уже был под своим синебедочным угаром. И смотря ИП Алевтина Петровна не могла не отметить, что и философия жизни у них была схожая - потребительская и все они любили сидеть на чужой шее, только дожидаясь прийти на все готовенькое. «Всех их отловить и отправить на прополку государственных полей, чтобы вся придурь вышла", - таков был принцип Алевтины. Вот Джон Сноу хороший парень, сразу видно, работящий, была бы она помоложе и встреть его в молодости, так и жизнь бы у нее сложилась иначе.
    Поэтому наблюдая на экране, как по мгновению волшебной палочки нормальные, адекватные люди превращаются в синебедочных злыдней, в ее воспалённом воображении проплывали одна за одной перспективы как, подобно синебедокам, вирус алкашидства распространяется в воздухе и ее сосед с первого этажа кусает кого-нибудь с четвертого в лифте. А тот кого-то с пятого. А тот с шестого. А все они тоже становится алкашами и так по цепочке. Открывшиеся перспективы не радовали Алевтину. Она даже подумывала принять какие-нибудь меры безопасности относительно себя и для надежности перед тем, как ложиться спать, положила в заплечную сумочку, с которой ходила на работу, ножик из кухни и попыталась успокоить себя тем, что он выглядит практически как из валирийской стали и, в случае чего, защитит ее. Никто не позаботится о тебе лучше, чем ты сама – народная мудрость. И это была правда.

    День девятый. Оттенок отчаянья.
    На день девятый Алевтина едва не поставила под угрозу репутацию всей столовской отрасли страны. В то время, как рука Алевтины Петровны машинально мешала суп черпаком в гигантской кастрюле, из ее глаз медленно появлялись большущие слезы, скатывались по щекам и падали вниз. «Как есть злыдни…Нет, как есть… Милипиздрика маленького загубили. Ну как так можно.. Ничо святого», - проговаривала сама себе она, вытирая их рукавом.
    - Эй, чего бормочешь там, Алевтина?! Случилось чего? – спрашивал периодически бегающий туда-сюда ее коллега по раздаче.
    - Уйди, окаянный, а то сейчас получишь заместо них, - отмахивалась она от него черпаком и продолжала рыдать.
    Когда-то давно в одном журнале она читала, что красный это цвет страсти и олицетворяет бурную любовь. Теперь же он у Алевтины ассоциировался разве что с тошноцтвом. Как назло еще и Зойка-кассирша пришла на работу в красной кофте и тут Алевтина просто не выдержала: «Снимай кофтень, вырядилась тут! Приличне женсчины в таком не ходят, только крашенные козлени типа Мелисандры!» - взревела она так, что та аж подпрыгнула.
    День не задался и израненная Алевтинина душа жутко болела. Те, кто ели в тот день суп, не могли не заметить, что он был жутко пересоленный. Вся боль мира была в тот день в этом супе. Этот суп стал аллюзией страданий.

    День десятый. Оттенок скорби.
    В день выхода последней серии Алевтина сразу после просмотра позвонила на работу и взяла больничный. Когда ее спросили, надолго ли она заболела, то Алевтина не выдержала и молча сползла по стене с телефоном в слезах, а затем хрипло прошипела в трубку: «Да, надолго, и не звоните мне лучше вообще во избежание. У меня опасный вирус. Который даже через сети связи передается» А потом легла на пол и начала лежать в знак протеста. Лежала она долго, целых полчаса, периодически приговаривая:
    «Такого мужыга загубили, ироды!»
    «Одного на целый мильён!!»
    «Нет, мильярд!»
    Но потом у нее от лежанья заболел радикулит, и пришлось подниматься. Вытерев слезы Алевтина подошла к зеркалу и сказала сама себе: «Ты сильная женщина, помни об этом! Тебе уже 56 лет, а ты все туда же! У тебя же есть гордость! Кидай дурное и лучше начинай смотреть сериалы, в которых создатели не прохаживаются по тонкой трепетной зрительской душе! К примеру Хорошую Жену или Аббатство Даунтон» Но где-то в глубине эсцамой души Алевтина Петровна все равно осознавала, что это самообман, и когда наступит 2016 год, она все равно снова в апреле засядет в кресле перед заглавными титрами и будет тихонечко рыдать на самых волнующих моментах, предварительно закупившись килограммом валерианы в таблетках.


    5

    Море травы

    Автор: Cat.
    Дрогон, мы можешь отвести меня домой, в Миэрин? Я нужна своему народу.
    Дейенерис Таргариен, сериал Игра престлов, 5 сезон, 10 серия

    Дени стояла посреди моря травы, того самого дотракийского моря, где она изменилась, где из принцессы стала кхалиси, где научилась понимать и любить до того чуждый ей народ, где впервые переняла чужие обычаи, чтобы стать для них своей. С того времени ей пришлось делать это не раз, носить чужую одежду, устраивать игры, которые ей отвратительны, она делала это не для себя, а для людей, за которых она должна нести ответственность. И чтобы спасти их от разъяренного после нападения на него Дрогона, она приказала ему взлететь вверх, подальше от арены, чтобы он не начал жечь всех подряд. Тогда он ее послушался и улетел, и это был первый и единственный раз, когда он ее послушался. Теперь он лежит раненый копьями, и не дает ей даже забраться на него, не то чтобы летать на нем.

    Она смотрела на знакомые места, куда вернулась совсем другим человеком, не той юной девушкой, что выступила в Дотракийское море впервые. Тогда, в юности, она была целиком во власти своего старшего брата Визериса. А он все время твердил ей о доме, о далеком Вестеросе, которым правили их предки и власть в котором принадлежала ему по праву рождения. Для Визериса единственным смыслом жизни было вернуть себе потерянный дом. Нет, не потерянный, а отнятый проклятым Узурпатором и его мерзкими псами. Визерис каждый день говорил Дени о доме, о том, как он вернется туда и займет свой трон. И она постепнно стала считать его и своим домом и также сильно хотеть вернуться туда, хотя по правде она и никогда не жила там, она родилась на Драконьем камне, древнем островном владении Таргариенов, а в Королевской гавани, да и вообще на том материке не была ни разу в жизни. С местом, с которым Визериса связывали воспоминания о детстве, ее связывали лишь рассказы брата, и они привязали ее к нему так, что она тоже стала желать вернуться туда. Она выросла и всю свою жизнь провела на восточном материке, Эссосе, но своим домом считала Вестерос. Когда умер Визерис, она сразу решила занять Железный трон вместо него, и просила своего мужа кхала Дрого отвоевать его для нее и их будущего сына. Но Дрого умер, едва начав готовиться к вторжению в Вестерос, а после его смерти оггромный кхаласар распался на несколько частей, которые разошлись в разные стороны, ведомые новыми кхалами. Но именно после смерти мужа она обрела оружие, которое в будущем могло помочь ей завоевать Вестерос, - трех единственных в мире живых драконов. И тогда же утром, после рождения драконов в погребальном костре Дрого, у нее появились ее первые в жизни подданные - ее собственные, а не ее мужа или ее брата. Оставшаяся с ней после распада кхаласара Дрого горстка дотракийцев, видя новорожденных драконов, преклонила перед ней колени, эти люди признали ее своей повелительницей.

    Немногие дотракийцы, перешедшие с ней через Красную пустыню, стали началом ее армии, но чтобы завоевать Вестерос, ей надо было намного больше воинов, тысячи человек. В поисках поддержки она прибыла в Кварт, где столкнулась с предателем Ксаро Ксоаном Даксосом, а далее ее путь в поисках армии привел ее в Астапор - город, где выращивали и продавали лучших в мире воинов-рабов, Безупречных. Тех, что не чувствуют боли и не ведают страха, что готовы выполнить любой приказ своего хозяина, кем бы он ни был. Дени решила купить Безупречных, чтобы с них начать собирать победоносную армию для завоевания, нет, для отвоевания Вестероса. Но пройдя по стезе страданий и узнав, как готовят Безупречных, Дени поняла, что не может оставить это так и дальше. Тогда она впервые решила поменять свои планы и вмешаться в судьбу чужого ей народа, сломать колесо, крутившееся пять тысяч лет. Она решила уничтожить рабство в Астапоре и наказать работорговцев, а всех рабов, начиная с Безупречных, освободить. Когда купленные ею все Безупречные по ее приказу убили продавших их работорговцев и освободили рабов, она выбросила свою плеть и дала им свободу. Свободу выбирать свой путь и уйти куда угодно, если они не пожелают сражаться за нее по своей воле, как свободные люди. Тогда на площади Астапора тысячи копий застучали на разные лады в знак согласия служить. Так у нее появилась своя армия, несколько тысяч воинов присягнули ей, стали ее солдатами. Дей-не-рис, хором выкривали освобожденные ее имя, когда они покидали Астапор.

    Следующим воспоминанием Дени стал Юнкай, она решила захватить этот город и освободить всех его рабов. После Астапора она приняла решение не останавливаться на жителях одного города и освободить всех рабов Залива. Так новая цель для Дени стала постепенно вытеснять прежнюю, а отвоевание Вестероса все откладывалось. Тогда, у стен Юнкая, она получила новое подкрепление к своей армии - капитан Младших сыновей Даарио Нахарис принес ей головы своих сокомандиров, стоявших за Юнкай, и перешел вместе со всем отрядом на ее сторону. Юнкай пал, и работорговцы были вынуждены принять условия Дени - освободить всех рабов и выплатить им компенсацию за годы бесплатной работы у них. Тем утром двести тысяч рабов, обретших свободу, вышли из ворот Юнкая, они подняли Дени на руки, назвав ее своей Мисой, и были готовы следовать за ней. Так у Дени стало столько же подданных, сколько в целом королевстве, но не было своей земли, Юнкай они оставили позади. Впереди лежал Миерин, а Вестерос становился все дальше.

    Миерин был последним городом, взятым Дени, и последней точкой ее путешествия по волнам воспоминаний. Тогда, после взятия Миерина, она приняла решение, которого не ожидала от себя самой, - она решила остаться в городе и стать его королевой. Она решила начать править, пытаться поддерживать порядок в городе, а главное, мир между непримиримыми врагами - бывшими рабами и бывшими рабовладельцами. Так Дени стала настоящей королевой, не по титулу, а по сути, с городом, подданными, и их проблемами и противоречиями, которые ей предстояло разрешить. И это оказалось намного труднее, чем захватывать города, а о Вестеросе она думала все меньше и меньше. Быть королевой это не просто сидеть на троне, улыбаться и отдавать приказы, быть королевой, править людьми, пожалуй, самая тяжелая работа в мире. Принимать просителей, пытаться помочь всем, защитить освобожденных от нападения Сынов Гарпии. Она так и смогла этого сделать, она не справилась - драконы подросли и перестали ее слушаться, люди стали убивать друг друга и еще больше ненавидеть. И даже последняя попытка примирить стороны, выйдя замуж за Хиздара зо Лорака и позволить ему открыть бойцовые ямы, чтобы сплотить всех общей традицией и любовью к этом смертельному развлечению не удалась. Именно на открытии игр в яме Сыны гарпии устроили открытое нападение на Дени ее людей, они стали убивать не только ее приближенных, но и зрителей на трибунах. А сама Дени с близкими оказалась на арене в окружении врагов. И только прилетевший Дрогон спас ее от смерти. Ее дракон, самый любимый из всех, понял ее тревогу, услышал ее зов и прилетел к ней на помощь, ее старший подросший сын вернулся к своей матери и унес ее с арены, ставшей полем битвы.

    Теперь дракон раненый лежит рядом и больше не слушает ее, а ей остается только надеяться, что ее люди остались живы, ее любимый Даарио, Миссандея, Серый червь, прощенный ею на арене Джорах Мормонт и даже Тирион Ланнистер, карлик, недавно прибывший из Вестероса. Это он рассказал ей о Вестеросе то, чего не говорил Визерис. Брат, а следом и она, считали, что люди там ждут возвращения Таргариенов на трон, она думала, что простой народ будет рад ей и поддержит ее, как поддержали не так давно бывшие рабы в Заливе. Но Тирион сказал ей, что народ давно привык жить без королей-драконов и вовсе не ждет ее, что недавно в Вестеросе и вовсе было пять королей, и у каждого нашлись свои сторонники. Узурпатор и его приспешники мертвы, ее отец и братья мертвы, а народ живет и продолжает жить дальше, и не ждет никаких драконов, и не вышивает знамена с ними, как говорил брат. А в Миерине, ждут ли ее там? Дени вдруг поняла, что это волнует ее больше, чем ждут ли ее в Вестеросе, что об этих людях она беспокоится сейчас, они ее подданные, ее народ, именно там, в Миерине теперь ее дом, именно туда она сейчас хочет вернуться. Она должна помочь им, должна попытаться все как-то наладить, она пока не знала как, но она точно знала, что должна туда вернуться, узнать, что дальше случилось. Море травы шумело под ногами, и Дени казалось, что оно говорит с ней, говорит ей о доме, ее новом и единственном сейчас доме. С этими мыслями она подошла к Дрогону и стала уговаривать его - отвези меня обратно, отвези меня домой.
     
    Последнее редактирование: 27 июл 2015
    bairta, Вагнер, Afra и 13 другим нравится это.
  5. Гагарион

    Гагарион Лорд

    1-й и 5-й рассказы. Для меня камень преткновения в том, что ничего принципиально нового сверх канона, они не приносят - так, немножко персонажевых переживаний. В первом рассказе цепанул пару стилистических косяков и опечаток, в пятом не цепанул, но его я проглядывал не столь внимательно. Ну и "море травы" - для серьезного фанфика не лучшее название
    2-й рассказ рассказом не является - то ли набросок задумки, то ли анекдот. В предмете кроссовера не разбираюсь, так что не зацепило.
    3-й и 4-й - обе работы идут по разряду юмора, обе характеризуются дотошным перечислением, у одной автор мне известен, у другой обладает слишком яркой индивидуальностью, чтобы с кем-то спутать. Тру финал - хорошо проработанный пристебчик. Когда только начал читать, почему-то подумал, что могут возникнуть нарекания на петросянство, но быстро понял, что качество юмора вполне высокое. То, что обыграны все сцены кое-где идет в минус - некоторые (например с Арьей) как мне показалось решены чисто для галочки. 10 оттенков супа - возможно по каким-нибудь строгим критериям уступают предыдущей работе, но меня они покорили. В том числе за счет ухода в бытовуху. Так что звиняй, собак, голос за Арлевтину.

    Всем участникам спасиба за интересные работы.
     
    Ежик, dreaming of summer, newflower и 2 другим нравится это.
  6. Vess

    Vess Наемник

    Прекрасное "за часы" и прекрасная Алевтина) В данном случае с удовольствием проголосовала бы за обе работы.
     
    Фаб, Ежик и Tangled нравится это.
  7. Assobel

    Assobel Удалившийся

    Кажется, я понял, кто писал третью работу :p
     
    Ежик нравится это.
  8. Tangled

    Tangled Удалившийся

    Кто? Шепните на ушко ;)
     
    Ежик нравится это.
  9. D'arja

    D'arja Знаменосец

    С 4-м однозначно автор ясен! Арлисинья узнаваема как никто!:hug:
    А вот насчёт авторства 3-го у меня аж три версии (и вангую, ни одной правильной среди них:facepalm:)
    5я работа - море пафоса:( как впрочем и 1-я; 2-я работа не понравилась.:puppyeye:
     
    Ежик нравится это.
  10. Assobel

    Assobel Удалившийся

    Я могу ошибаться, но не леди ли Гурвик?))
    --- Склейка сообщений, 23 июл 2015 ---
    Ну что ж вы сдали то? :facepalm::D
     
  11. Фаб

    Фаб Скиталец

    Гагарион, как и положено первопроходцу, высказался первым насчёт фиков - однако же надежды на последующее обильное число отзывов себя не оправдали. Пока ещё время позволяет, добавим [не]лишний отзыв в копилку

    2. Небольшой заговор
    Совсем небольшой такой. Набросок на уровне идеи

    5. Море травы
    Вообще, после прочтения работ №№ 3 и 4, была надежда на продолжение банкета по части юмора, с таким-то названием :D Оказалось - краткий пересказ событий предыдущих сезонов с обрисовкой диспозиции имеющихся сил. Ну что ж, неплохо

    3. Game of Thrones Season 5 TRUE FINAL
    По большей части смешно, однако ж местами - малясь грубовато и пошловато

    1. Джейме рядом
    Очень недурно. Единственной проблемой автора является гипертрофированная образность. Когда вроде всё хорошо, а хочется ещё лучше, и оная зашкаливает - читатель перестаёт текст воспринимать и сопереживать по-настоящему. К примеру,
    не так осознанно, придирчиво выкорчёвывая из себя слишком сильные чувства, мешающие упорно разбивать себя о прозрачную и обманчиво хрупкую и ценную стену царствования и тысячи скрытых за этим поводов возненавидеть собственную жизнь
    Перебор
    Твари, жители этого грязного города, Королевской гавани, что бросались на неё и знали, что получат по шее, но считали своим долгом оплевать её и не могли избавиться от искушения к несчастью их жалких тел, избитых стражниками
    Фантастический оборот
    и солнце — недосягаемое, но неизменно выполняющее данный когда-то обет восходить на небо каждый день (пример для всех неосязаемых и далёких!)
    Казалось бы - зачем это?
    От себя - немного ООС Серсеи и Мэри Сью автора. Вообще, чуть руку набить - и таким можно зачитываться

    4. 10 оттенков супа Алевтины Петровны
    Любите ли вы Станниса так, как люблю его я? :in love: Изящно и остроумно. После первых двух дней, которые неимоверную планку задрали, хотелось ещё смешнее - но и так здорово. Проголосовал.

    Рискну не согласиться - грубовато написано, как для леди. И притом, неужто майледи Гурвик стала бы голосовать за собственную работу? :sneaky:
     
    Последнее редактирование: 27 июл 2015
    gurvik и Ежик нравится это.
  12. Assobel

    Assobel Удалившийся

    Кто ее разберет?)
     
Статус темы:
Закрыта.