1. Добро пожаловать в раздел творчества по Песни Льда и Пламени!
    Полезная информация для авторов: Правила оформления фанфиков (читать перед размещением!) Бета-ридинг
    И для читателей: Поиск фанфиков по ключевым словам Рекомендации и обсуждение фанфиков
    Популярные пейринги: СанСан Трамси
    Популярные герои: Арья Старк Бриенна Тарт Дейенерис Таргариен Джейме Ланнистер Джон Сноу Кейтилин Талли Лианна Старк Мизинец Нед Старк Рамси Болтон Рейегар Таргариен Робб Старк Русе Болтон Сандор Клиган Санса Старк Серсея Ланнистер Станнис Баратеон Теон Грейджой
    Другие фильтры: лучшее не перевод перевод юморвсе
    Игры и конкурсы: Минифики по запросу Флэшмоб «Теплые истории»Шахматная лавочкаНовогодний Вестерос или Рождественское чудо
    Внимание! Отдельные фанфики могут иметь рейтинг 18+. Посещая этот раздел вы гарантируете что достигли 18 лет. Все персонажи, размещенных в разделе произведений, являются совершеннолетними.

Слэш Фанфик: Возвращение

Тема в разделе "Фанфикшн (в т.ч. 18+)", создана пользователем Frau Lolka, 18 дек 2015.

  1. Frau Lolka

    Frau Lolka Знаменосец

    Название: Возвращение
    Авторы: Lelianna (Рамси Болтон), Frau Lolka (Теон Грейджой)
    Размер: планируется макси
    Пейринг/Персонажи: Рамси Болтон/Теон Грейджой, Тормунд, Большой Джон Амбер, Миранда, Манс Райдер, Далла, Мелисандра Асшайская, Станнис Баратеон, Деймон-Станцуй-для-меня, Кислый Алин, Четт и другие.
    Категория: слэш
    Жанр: драма, modern!AU
    Рейтинг: NC-17
    Предупреждения: насилие; стокгольмский синдром; психологическое и эмоциональное манипулирование; флэшбек пытки, нон-кон (изнасилование), даб-кон
    Краткое содержание: продолжение серии фанфиков "Forever yours" ("Территория для собак, можно без поводка", "Железная цена"). Рамси Болтон готовится выйти на свободу. Он уверен, что Теон Грейджой будет по-прежнему всецело принадлежать ему, однако Теон изменился, и возврат к прошлому едва ли возможен.
    Дисклеймер: все принадлежит Дж. Мартину, каналу НВО.
    Статус: в процессе
    Иллюстрация: farmazzz

    [​IMG]

    Иллюстрация от Shugister

    [​IMG]

    — Эй, ты куда? Не торопись, на тот свет всегда успеешь!

    Кто-то резко рванул его за рукав. Теон остановился и, обернувшись, недоуменно уставился на человека, который крепко держал его за куртку. Это был рыжебородый бродяга Тормунд со своей тележкой. Он тыкал в красный сигнал светофора грязным пальцем, выглядывающим из обрезанной перчатки. Теон огляделся по сторонам, не понимая, как оказался в центре города возле пешеходного перехода на оживленном перекрестке. Он словно только что проснулся и потряс головой, пытаясь сообразить, где находится и что вообще здесь делает. Город обрушился на него звуками и запахами, шумом дороги и сигналами автомобилей, музыкой из соседнего кафе и мигающей рекламой знаменитых лимонных пирожков.

    — Я еле удержал тебя, парень. Ты попер на красный и чуть не попал под машину.

    — Я… я не знаю… — Теон растерянно моргал. — Я шел домой и, наверное, задумался.

    — Ничего, я тоже часто думаю о чьих-то сладких булках, — Тормунд пощупал воздух руками, подмигнул и осклабился, — только при этом надо еще и смотреть по сторонам.

    — Ты… Спасибо тебе, Тормунд.

    — Обращайся, — бородач похлопал его по плечу и покатил дальше свою тележку.

    Теон понял, что ему нужно перевести дух и собраться с мыслями, а еще лучше выпить чего-нибудь покрепче. Он толкнул дверь ближайшего бара и забрался на высокий стул у самого края стойки. Усевшись поудобнее, Теон потер лоб рукой, пытаясь собрать воедино ворох разрозненных воспоминаний из тюремного зала для посетителей.

    — Виски? — молодой длинноволосый бармен с подкрашенными глазами и черным лаком на ногтях показал ему стакан.

    — Кофе, — ответил Теон, а потом махнул рукой и добавил: — И виски.

    — Тебе как? Вместе?

    — Давай отдельно.

    Теон одним большим глотком осушил виски, поморщился от жжения в горле и запил его кофе.

    — Повтори, — Теон толкнул стакан обратно к бармену, тот ловко перехватил его и вновь наполнил желтым маслянистым виски.

    На этот раз Теон вылил алкоголь в чашку с кофе, добавил коричневый кубик дорнийского сахара и долго размешивал, а после неторопливо смаковал сладковатую горечь напитка. Стоило ему только на миг отвлечься от происходящего вокруг, как перед его взглядом сразу возникало бледное лицо Рамси, жадный блеск в глазах и его пальцы, нежно гладящие бронированное стекло перегородки.

    Они не сказали друг другу ни слова. Но Теона и без них переполняли эмоции, в которых он не мог толком разобраться. Да и не хотел, по правде сказать. Его глупый порыв увидеться с Рамси и передать ему мячики, — мячики, твою мать! — напугал его самого. Неужели Рамси прав, и Теон испытывает к нему еще что-то, кроме страха и отвращения? Нет. Нет! Не может быть.

    Он просто пожалел Рамси. Да, пожалел, потому что знает, что такое боль, как тяжело срастаются сломанные кости и как трудно потом разрабатывать пальцы. Да. Он всего лишь проявил сочувствие. А к Рамси он не испытывает ничего, кроме сожаления, что когда-то связался с ним и повелся на его уговоры пощипать тугой карман Старков.

    Теон успокоился, допил свой кофе и кинул красавчику-бармену несколько монет. Надо идти домой, девочкам пора на вечернюю прогулку.

    ***

    Охранник сделал отметку в журнале и лениво махнул рукой, подавая знак двигаться вперед.

    Рамси встряхнулся, словно пес, выскочивший из воды, но это не помогло ему сосредоточиться. В голове стоял гул, и сумбурные обрывки мыслей прыгали как безумные мячики для пинг-понга. Под надзором охранника Рамси медленно возвращался в свою камеру, механически отсчитывая шаги — ровно двести пятьдесят шесть по коридору с двумя поворотами, сквозь глухую железную дверь и пять решеток.

    Перед его глазами стоял Грейджой — тощий, в мешковатой одежде, переминающийся с ноги на ногу. Он испуганно опустил голову, отводя взгляд, но в то же время украдкой посматривал за стеклянную перегородку. Рамси считал шаги: двадцать девять, тридцать… поседевшие волосы Теона изрядно отросли, на фотографиях это было не так заметно… шестьдесят восемь, шестьдесят девять… его темно-серые глаза… семьдесят четыре… непривычный, странный взгляд, что-то было не так… семьдесят четыре… Теон смотрел на него совсем по-другому. В его глазах не было испуга, ожидания приказа или трусливой готовности повиноваться. Он смотрел… с надеждой?! Или это только почудилось?... семьдесят четыре

    Его взгляд изменился. Он изменился. Но на нем остались все мои метки. Он пришел ко мне, он по-прежнему мой, он мой, он принадлежит мне.

    Восемьдесят один, восемьдесят два… рука Теона в омерзительной бежевой перчатке, придерживающая мячики, которые он принес в подарок…

    Когда Теон ушел, оставив мячики на железной стойке, охранники после долгих препирательств все же занесли их в журнал передач, предварительно вывернув наизнанку один, а второй — проткнув насквозь карандашом в нескольких местах. Сейчас скомканная плюшевая оболочка и продырявленный мячик лежали в кармане робы, и Рамси время от времени трогал их, чтобы убедиться — это реальность. Теон действительно пришел к нему на свидание. И принес подарок.

    Рамси остановился у входа в свою камеру на сто двадцать втором шаге.

    За его спиной закрылась решетка, охранник зазвенел ключами, но Рамси не слышал посторонних звуков. Голова кружилась, словно он выпил не меньше пинты виски.

    Он медленно обвел взглядом камеру, будто увидел ее впервые. Две прикрученные к стене койки, верхняя пустая. Она пустовала с того самого момента, как только Рамси попал в эту долбаную тюрьму и вошел в эту долбаную камеру. Жестяной умывальник рядом с крошечным унитазом в углу и железная подставка-стол рядом с койками. На ней валялись измусоленные листки, блокноты и перевернутая обложкой вверх раскрытая книга, которую Рамси переписывал второй месяц подряд, чередуя левую и правую руки.

    Рамси подошел к столу и смахнул с него бумажный ворох. Книга глухо шлепнулась на каменный пол, исписанные страницы разлетелись по камере. Рамси прижал горячие ладони к металлической поверхности. Казалось, что еще немного и по их контуру начнет куриться дымок, а если он отдернет руки, то на столешнице останется два вишнево-красных отпечатка.

    Он, тяжело дыша, смотрел на свои руки, но видел вместо них узкую бежевую перчатку с неестественно оттопыренным мизинцем. Раструб перчатки заканчивался, не доходя до рукава куртки, и в промежутке виднелся кусочек тонкого белого запястья в отметинах. Они были такими яркими и отчетливыми, словно Рамси рассматривал бледную кожу Теона сквозь увеличительное стекло: поджившие рубцы от наручников, веревок и шнура, узоры лопнувших капилляров, мелкие порезы… и длинный белый шрам, уходящий к локтю.

    Рамси помнил эту рану. Они сидели с ребятами за столиком у бассейна на заднем дворе, обсуждали дела за кружкой пива. Вонючка подносил бутылки из холодильника и что-то брякнул невпопад в ответ на его реплику. Деймон рассмеялся, Бен фыркнул в усы, и это так взбесило Рамси, что он пообещал гаденышу снять кожу с его правой руки.

    Через несколько минут его намертво прикрутили к столу в подвале, и когда Рамси сделал длинный глубокий надрез, Вонючка орал и бился так, что сорвал голос, а потом прикусил себе язык. Изо рта побежала кровавая пена, и пришлось заткнуть ему рот горстью салфеток. Глупыш. Кожу с руки снимают совсем не так, но откуда ему знать. Вонючка поверил ему. Он твердил, что сделает все — абсолютно все, что только пожелает Рамси. Он умолял, унижался, выпрашивал, взывал к милосердию, захлебывался и рыдал. Тогда Рамси простил его, пригрозив, что в следующий раз не будет столь благодушен. И с тех пор Вонючка думал трижды перед тем, как открыть свой рот в присутствии Рамси и его ребят.

    Рамси глубоко вдохнул и вновь вернулся к воспоминанию о Грейджое. Он неуловимо изменился, и дело было не в нескольких набранных килограммах или отросших волосах. Хотя он по-прежнему избегал смотреть прямо в глаза, с его лица исчезла подобострастная готовность ловить каждый жест, каждое движение и каждый взгляд Рамси. Казалось, за стеклянной перегородкой в комнате для посещений стоял не Вонючка, а перепуганный Теон Грейджой — тот же самый Теон, что сидел, примотанный скотчем к стулу в подвале после своего первого побега.

    Где-то по пути в тюрьму этот Теон потерял услужливого, покорного и готового на все Вонючку.
    Но прежний Грейджой вряд ли стал бы отвечать на письма Рамси, присылать свои фотографии и приходить на свидания в тюрьму с подарками в кармане куртки.

    Так кто он сейчас? Теон Грейджой или Вонючка? Или они настолько сплавились вместе, что теперь их невозможно различить?!

    Рамси резко повернулся, и его взгляд упал на фотографию, прикрепленную над койкой. Это был портретный снимок — лицо Теона крупным планом. Солнце светило ему в глаза, и он чуть склонил голову, смущенно улыбаясь. Рамси никогда не мог спокойно смотреть на эту фотографию, и сейчас он почувствовал, как протяжно стрельнуло в паху. Рот мгновенно пересох, и жар охватил все тело.

    Как же отчаянно он хочет этого улыбающегося бледного мерзавца с полуседыми волосами, который вечно утекает у него сквозь пальцы, прикрываясь лживыми личинами. Паршивый Вонючка, скользкая медуза… Он нужен ему. Никто не может заменить его. И мысль о том, что очень скоро он будет рядом с ним навсегда, почти сводила с ума.

    Пах снова пронзило резкой болью, Рамси шагнул к умывальнику и после нескольких рывков кончил в жестяную раковину. Перед глазами стояло лицо Теона — но не с фотографии на стене. Он вспоминал его в комнате для посетителей, когда Теон наконец-то осмелился поднять на него взгляд — немного робкий, испуганный и полный странной надежды.

    Рамси уперся разгоряченным лбом в металлическое зеркало над умывальником, восстанавливая хриплое дыхание. Побелевшие пальцы вцепились в жестяные края раковины.

    Мой… ты по-прежнему только мой… ты вернулся ко мне… но мы все еще не вместе.

    Он хотел, чтобы Теон был рядом с ним, каждую минуту. Он хотел трахать его и заставлять кричать от боли и наслаждения, от наслаждения и боли, потому что знал — для Теона боль и ласки всегда идут бок об бок. Он приучил его к этому. И теперь это нравилось им обоим.

    Но одного свидания слишком мало. Нельзя терять голову от одной-единственной победы. Грейджой все еще работает у этой твари Манса. И все еще таскается в этот долбаный спортзал. И когда он уходит гулять в парк с собаками, то часто меняет маршрут. Все это настораживает, и все это очень неправильно.

    Рамси изо всех сил ударил кулаком в жестяную поверхность зеркала.

    Нельзя давать ему передышку, результат нужно закрепить, и как можно скорее. Теон пришел к нему добровольно после долгих уговоров в письмах, но этого мало. Он промолчал все свидание, этот долбаный Грейджой, он так и не сказал ни слова — ни единого сраного слова! Трубка была всего в какой-то паре дюймов от его руки, но гаденыш даже не потрудился снять ее!

    Апелляция назначена на конец октября, и это значит, что он проторчит в тюрьме как минимум месяц, а за это время многое может случиться. Теон может попасть под влияние какого-нибудь ♫-дака в спортзале. Или вздумает навестить своего приятеля в Дозоре… Рамси заскрипел зубами. С каким наслаждением он содрал бы кожу с лица ублюдка Сноу…

    Он не может упустить Теона сейчас — сейчас, когда он уже так близок к цели. Ему необходимо второе свидание и как можно скорее. На этом свидании они должны поговорить. Он хорошо подготовится к разговору и сумеет убедить Теона, кто на самом деле является для него самым важным человеком на свете.

    Рамси поднял с пола первый попавшийся блокнот и принялся лихорадочно набрасывать черновик письма.
     
    Последнее редактирование: 23 мар 2016
    Rina, World_Viktory, dreaming of summer и 5 другим нравится это.
  2. Frau Lolka

    Frau Lolka Знаменосец

    Девочки обступили его и внимательно обнюхивали с недовольным видом, а Кира даже возмущенно расчихалась. Видимо, за то недолгое время, что он провел на свидании, тюремный запах пропитал одежду. Теон задрал свитер на животе и принюхался, но ничего необычного не обнаружил, почувствовав только легкий аромат собственного дезодоранта.

    Теон положил в карман любимый мячик Хелисенты, слегка погрызенный с одного бока, и снял с крючка поводок-сворку, чтобы сходить с девочками в парк. Когда он застегивал ошейник на суетливо крутящейся Джейни, зазвонил домашний телефон.

    — Да! — рявкнул Теон в трубку.

    Вот невовремя. Наверняка это автоответчик из телефонной компании с просьбой оплатить счет или еще какая хрень.

    — Мистер Грейджой? — осведомился бархатный женский голос.

    — Да, это я, — раздраженно ответил он, держа телефонную трубку плечом около уха и продевая кончик ремня в пряжку ошейника.

    — Я бы хотела встретиться с вами и поговорить, — голос манил и завораживал, его хотелось слушать еще и еще.

    — Кто вы такая? — настороженно отозвался Теон. Давненько уже женщины не звонили ему, предлагая встречу. — И о чем вы хотите поговорить?

    — Об одном хорошо знакомом вам человеке, — женщина произнесла эти слова с придыханием, понизив голос почти до шепота.

    Замершее на миг сердце Теона рухнуло вниз и с удвоенной силой забилось где-то в животе.

    — Кто вы такая и с чего взяли, что я буду с вами разговаривать? — надо было сразу же бросить трубку, но почему-то Теон не смог этого сделать.

    — Меня зовут Мелони Асшайска, и я знаю, что вы приходили в Северную Окружную тюрьму на свидание с одним из заключенных.

    Твою мать.

    — Откуда вам это известно?

    — Я не выдаю своих источников, мистер Грейджой, — усмехнулась обладательница чарущего голоса.

    — Чего вы от меня хотите? — у Теона слегка кружилась голова от этого тембра и интонаций. С подобным голосом надо работать в сексе по телефону.

    — У меня для вас крайне выгодное предложение. Эксклюзивное интервью для телеканала "Р`Глор-ТВ" о Рамси Болтоне и ваших отношениях с ним.

    Магия сразу рассеялась.

    — Я не даю интервью, — жестко сказал Теон и повесил трубку.

    Через несколько секунд звонок раздался снова. Он приподнял трубку и тут же бросил ее на рычаг. Следующий звонок не заставил себя долго ждать, и Теон выдернул провод из розетки.

    Он пошел с девочками в парк и гулял там почти до темноты, механически переставляя ноги. Собаки поначалу радовались долгой прогулке, но потом устали и проголодались. Кира настойчиво тянула поводок-сворку домой, к миске с кормом. А Теон, не обращая на нее внимания, дошел до своей любимой полянки в дальнем конце парка. Он уселся на скамью с ногами и, обняв колени, принялся подбрасывать в руке мячик, — точно такой же, как те два, что он принес в тюрьму для Рамси.

    Теон все время думал о нем. Он одергивал себя, но все равно возвращался мыслями в камеру с перегородкой и видел как наяву Рамси, приникшего к стеклу. Теон вспоминал, как где-то внутри возник плотный тяжелый ком, который сдавил горло, не давая дышать, и парализовал все тело. И как потом, убедив себя, что находится в полной безопасности, он осмелился поднять глаза и увидел во взгляде Рамси что-то, напоминавшее нежность.

    "Нет! — осаживал он себя. — Ты для него — игрушка. Он хочет только мучить и трахать тебя. Рамси скорее выбьет из тебя последние мозги, чем изменит свое отношение. Он никогда не будет смотреть на тебя с нежностью. Ты придумываешь себе всякую хрень, идиот."

    Теон, увлеченный своими мыслями, даже не заметил, как оказался дома — наверное, девочки привели. Он покормил собак, а после взял из холодильника какой-то контейнер и съел содержимое, не чувствуя ни запаха, ни вкуса, и налил себе чаю. Забравшись в любимое продавленное кресло, он взял со стола письмо. Последнее письмо Рамси.

    Теон дважды перечитал его, а потом, повинуясь внезапному порыву, прижал к лицу, вдыхая тонкий запах пудры, исходящий от блокнотных листов. И вдруг испытал неожиданное для себя разочарование, он прекрасно помнил, что от Рамси пахло совсем иначе: кожей, табаком, виски, терпким пряным одеколоном и разгоряченным мужским телом. Сейчас ему почему-то снова захотелось ощутить этот запах. Теон перенюхал все письма, которые он получал раньше. Но все они пахли только старой бумагой, даже то майское письмо, на которое Рамси опрокинул стакан с виски

    ***
    В качалке Большой Джон долго наблюдал за тем, как он, отдуваясь, тягает штангу и пыхтит на гребном тренажере, а потом подошел и хозяйским жестом схватил его за руку, щупая бицепс. Теон от этого прикосновения инстинктивно напрягся и весь закостенел. Амбер, видимо, почувствовал неладное и разжал пальцы.

    — Я гляжу, ты вполне окреп и уже не тот дрищ, что переступил порог моего зала пару месяцев назад. Теперь это мышцы, а не мешок с костями, — довольно заухал он.

    Теон расслабился, как только Джон убрал от него руку, а когда тот похвалил его — широко улыбнулся. Теон чувствовал себя хорошо, силы прибавлялись с каждым днем, он даже иногда жалел о разбитом зеркале в ванной и украдкой глядел на себя в стеклянные витрины магазинов. Собственное отражение каждый раз удивляло его — плечи постепенно распрямились и он перестал сутулиться, а порой, выходя на улицу, даже забывал натянуть на голову капюшон толстовки или надеть солнцезащитные очки, за которыми прятал лицо весь прошедший год.

    Амбер задумчиво поковырял ногтем мизинца в зубах.

    — Хорошо бы тебе, парень, динамическую нагрузку добавить, — прищурил он глаза под косматыми седыми бровями. — Давай-ка ты у меня еще и боксом позанимаешься. Ты как насчет грушу поколотить, а?

    — Да можно, наверное. — Теону эта идея показалась интересной. — Вот только пальцы…

    — Ничего, — махнул рукой Большой Джон, — на международные соревнования я тебя отправлять не буду. Иди в кладовку, подбери себе перчатки и шлем по размеру. Посмотрим, сможешь ли ты удар держать.

    Амбер замахнулся на него рукой, сжатой в кулак, имитируя хук справа. Теон дернулся вниз, закрыв голову обеими руками.

    — Я не уверен, что смогу...

    Рамси однажды сломал ему скуловую кость. Лицо перекосило, кровь из носа заливала лицо, и рот перестал толком открываться. Чтобы вправить кости, семейный врач Болтонов, доктор Тибальд, разрезал ему щеку, запихал внутрь какие-то жуткие щипцы, а Теон, привязанный к столу, кричал, пока не охрип — Рамси запретил давать ему наркоз. Даже после того, как с ужасающим щелчком сломанная кость встала на место и Тибальд зашил операционный разрез, болело очень долго. Рамси больше не бил его по этой щеке, но частенько замахивался так, что Теон закрывал лицо рукой. Это очень злило Рамси, он не терпел сопротивления и лупил Теона еще сильней, однако при этом старался не задевать левую сторону лица.

    — У меня был перелом скулы. — Теон показал Амберу светлую нитку шрама и синий узор капилляров на щеке.

    — Когда? — Амбер деловито ощупал толстыми пальцами его лицо.

    — Почти два года назад.

    — Тю, давно уже все зажило, и бояться тебе нечего. Иди в кладовку за перчатками.

    ***
    Манс сообщил сотрудникам, что информационно-развлекательный холдинг "Р`Глор-Медиа" (при этом названии Теон поморщился, вспомнив журналистку с волшебным голосом) предложил выгодный промо-тур в поддержку его нового альбома, поэтому он уезжает на пару месяцев, а Теон остается в интернет-магазине за главного. Далла похлопала его по плечу, поздравив с повышением, и пообещала по возможности помогать. Она даже собралась подыскать нового сотрудника, который принимал бы телефонные звонки и заказы через сайт, чтобы у Теона было больше времени для административных дел.

    Раньше ему казалось, что в управлении магазином ничего сложного нет, но очень скоро он понял, что ошибался. Теон погрузился в бумаги, пытаясь разобраться во взаимоотношениях с поставщиками, и постоянно консультировался с Даллой, которая помогала ему с закупками товара.

    Теон проверял накладные на новый альбом Манса для сети кофеен, когда услышал звонок в дверь. Клиенты в офис не приходили, у сотрудников были собственные магнитные ключи, а почтальон приносил почту по утрам, когда в офисе еще никого не было, и просовывал письма в прорезь ящика у двери. Так что звонок в дверь посреди рабочего дня стал неожиданностью.

    Далла отмахнулась, держа нож в руке, — она готовила бутерброды для ланча. Скорбный Эдд ходил по офису с Наследником на руках, что-то ему рассказывая, а Наследник держался крохотной ручкой за его длинный нос и внимательно слушал.

    Поэтому идти открывать настойчивому посетителю, упорно давящему на кнопку звонка, пришлось самому Теону.

    Он распахнул дверь. За нею стояла невысокая, худенькая и миловидная девица, которая показалась Теону знакомой.

    — Грейджой? — прищурилась она.

    — Да.

    Теон заглянул в гостеприимно распахнутый вырез ее блузки, расстегнутой больше, чем позволяли приличия. Он сделал приглашающий жест рукой, и девица переступила порог. Теон хотел предложить ей чашку кофе и потянуть время, пока не вспомнит, откуда ее знает, но тут девица представилась сама:
    — Миранда Сноу.

    Твою мать.

    Имя словно щелкнуло по лбу, и Теон ее вспомнил.
    Шустрая адвокатша из конторы старого Фрея, которая вела дело Рамси к апелляции и отлично пропиарила и его, и себя.

    Только ее не хватало.

    — Здравствуйте, — натянуто поприветствовал ее Теон.
    Он предполагал, о чем — а точнее о ком — пойдет разговор.

    — Какого хрена ты к нему ходил? — рявкнула она.

    Ее речь неприятно контрастировала с миловидной внешностью.

    — Что? — опешил Теон. Он ожидал чего угодно, но не этого.

    — Я знаю, что ты был у него! Не смей больше к нему таскаться! — она повысила голос, глаза горели огнем. — Я знаю, что он писал тебе какие-то дурацкие письма, но это ничего не значит, понял?!

    Теон оторопело моргал. А Миранда продолжала:

    — Его освободят через месяц. Паук уже всех подмазал, все доказательства готовы, так что он непременно выиграет апелляцию. Я хожу к нему в тюрьму каждый день. И знаешь что?! Он хочет меня с самой первой встречи. Мы трахаемся каждый раз, когда я прихожу к нему. И он любит меня! А ты просто часть его прошлого, которое он забудет сразу же, как покинет тюремные стены. Он — мой!

    У Теона внутри все рухнуло.

    — А он знает? О том, что он твой, а? — криво усмехнулся он.

    Миранда молча дернула щекой, и Теон продолжил:

    — Ты хочешь быть с ним? Да пожалуйста! Знаешь, что это такое — быть его? Думаешь, он не выбьет тебе зубы, если ты поцарапаешь его член, когда будешь отсасывать? Думаешь, он не будет резать тебя ножом и смотреть, как тебя избивают его дружки? Думаешь, он не станет сажать тебя на цепь и сдирать кожу за каждое неверно сказанное слово? Но, может быть, он даже оставит тебе все пальцы, если ты будешь делать только то, что он хочет!

    Теон уже почти кричал.

    — Хочешь быть с ним? Спроси у него про умершую жену, спроси про Донеллу. Или посмотри в архивах, уверен, что тебе будет это интересно!

    Теон не заметил, как подошла Далла:

    — Теон, у тебя все в порядке?

    Он дернул плечом, не прерываясь.

    — Забирай его себе! Забирай! Мне он не нужен!

    Теон резко развернулся на пятках и вылетел из коридора, услышав за спиной напряженный голос Даллы:

    — Уходите. Сейчас же. Или я вызову полицию!

    Теон сидел в своем кресле, накрыв голову руками, плечи его вздрагивали. Далла подошла сзади и положила ладонь ему на затылок. Он резко дернулся всем телом. Далла прошептала: «Тише, милый, тише, это всего-навсего я» и осторожно погладила его по макушке. Теон затих под ее руками и замер. Она гладила его по голове до тех пор, пока он не вытер мокрое лицо рукавом и не сказал, что все в порядке.

    Вечером, когда Теон уже подошел к своему дому, возвращаясь с прогулки с девочками, затрезвонил его мобильник.

    О боги. Еще и этот.

    Некоторое время он боролся с искушением скинуть звонок или вовсе не отвечать. Но звонивший был крайне настойчив.

    — Да, господин прокурор, — сказал Теон обреченно.

    Даже сквозь треск на линии ему был отлично слышен злобный скрип зубов Баратеона.

    — Грейджой! Мне сообщили, что ты приходил к Болтону на свидание в Окружную Тюрьму!

    — Приходил, — сознался Теон. Отрицать это не имело смысла. Похоже, весь город уже в курсе, что он был на свидании у Рамси.

    — Зачем ты пошел к нему? Что он сказал тебе?

    Хотел бы я сам понимать, зачем.

    — Ничего, мистер Баратеон. Мы с ним не разговаривали.

    — Не ври мне, неблагодарный! Я потратил столько сил и средств, чтобы привлечь его к ответу за темные делишки! Я прикрывал тебя от его дружков, я выбил тебе помощь от государства, а теперь ты даешь ему шанс ускользнуть от правосудия! Вспомни о том, что он сделал с тобой! Пересчитай свои пальцы, Грейджой! Он изуродовал тебя, а ты помогаешь ему избежать наказания.

    — Да пошел ты! — заорал в ответ Теон и с силой бросил мобильник в стену дома.

    Телефон с громким треском рассыпался на части. Теон долго стоял над ним, оторопело глядя на куски пластика и металлические детали.
    Когда он опустился на колени, чтобы отыскать среди обломков сим-карту, его руки тряслись. На этот номер могла позвонить Аша или врачи из психушки, где уже несколько лет пускала пузыри его безумная мать. Теон почувствовал, что уже сам как никогда прежде близок к безумию. Даже в самые тяжелые дни в подвале у Болтонов ему не казалось, что он почти готов занять соседнюю с ней койку.

    А в квартире, на коврике у двери, его ждало новое письмо. Теон торопливо поднял с пола плотный желтый конверт и разорвал его, повернув к свету, чтобы не повредить содержимое. В нем были клетчатые блокнотные листки, когда-то сложенные в несколько раз, а после аккуратно расправленные.

    Теон сразу же поднес письмо к лицу и жадно втянул воздух носом. Листы снова нежно пахли сладковатой пудрой, но сквозь нее все чувствовался запах Рамси. Тонкий, едва уловимый. Но он точно был.

    Теон вчитывался в строки, снова и снова поднося письмо к лицу и вдыхая еле различимый аромат табака, пряного одеколона и горячего мужского тела. Но уже без запаха виски.

    Он отстегнул девочек с поводка, скинул кроссовки и куртку, уселся в любимое кресло и принялся перечитывать с самого начала.

    "26 сентября

    Мой Теон!

    Ты набрался решимости и пришел ко мне, и я наконец-то увидел тебя.

    Признайся честно, Теон, это ведь было не так страшно, как тебе казалось? Наше свидание?
    Так почему же ты медлил и не приходил ко мне раньше?


    Мы смотрели друг на друга всего пятнадцать минут, но для меня они длились целую вечность. Я никак не мог наглядеться на тебя, мой славный. Потому что ты единственный, кого я хочу видеть рядом с собой. Всегда.

    Ты нужен мне, Теон. Мне больно, что ты снова так далеко от меня, а я торчу в этой долбаной камере. Я знаю, что Варис выиграет апелляцию и я выйду на свободу, но это произойдет лишь через месяц, а у меня больше нет сил терпеть.

    Ты пришел ко мне и принес подарок. Два мячика, чтобы я мог тренировать пальцы. Я не ожидал, что это так тронет меня, Теон. Я пишу письмо и смотрю на них. Они лежат прямо передо мной на столе, и мне приятно осознавать, что это еще одна ниточка, которая нас связала. Ты держал их в руках и передал мне. Теперь они мои. У меня перехватывает дыхание от мысли, что это первый подарок, который ты сделал мне за все время нашего знакомства. Ты принес его сам, без моего приказа или подсказки, и именно поэтому он мне особенно дорог.

    Ты очень порадовал меня, Теон. Когда я гляжу на эти смешные мячики, я вспоминаю тебя — как ты стоял за стеклом в зале, а потом подошел ближе и выложил их на стойку.

    Может быть, тебе кажется странным, что мы так и не сказали друг другу ни слова за все время нашей встречи. Но это естественно. Я не мог наглядеться на тебя, мой славный. На снимках ты совсем другой. Фотографии — это всего лишь отпечатки прошлого, мертвые воспоминания, а за стеклом в зале я видел тебя настоящего.

    Я так хотел прикоснуться к тебе, я так хотел тебя, Теон! И я так сильно хочу тебя сейчас!

    А ты, Теон? Что почувствовал ты, когда увидел меня? Скажи мне! Сначала это был страх, верно? Ты не сразу смог посмотреть мне в глаза. Неужели ты по-прежнему боишься меня? Но разве для этого есть основания? Разве я не обещал тебе безопасность? Разве я не обещал тебе защиту? Разве я не обещал тебе, что у нас все будет хорошо?

    Но ведь потом что-то поменялось, верно? Я заметил это в твоих глазах, когда мы впервые за столько времени наконец-то смогли посмотреть друг на друга. Расскажи мне, что ты почувствовал тогда? Я хочу знать! Мне нужно это знать!

    А еще я хочу, чтобы ты снова пришел ко мне. Потому что я уже скучаю по тебе, несмотря на то, что прошли считанные минуты после твоего ухода. Мы сможем увидеться только через неделю, и я буду ждать тебя.

    Но на этот раз мы не будем просто смотреть друг на друга через стекло. Мы будем разговаривать. Мне нужно столько всего сказать тебе, мой Теон.

    Я расскажу, как мне тебя не хватает и как я мечтаю наконец-то заполучить тебя. А еще расскажу в подробностях, что я сделаю с тобой, когда мы окажемся вдвоем — ты и я в одной комнате, где кроме нас не будет никого, и ни один долбаный сосед не сможет услышать ни звука.

    Я скажу тебе, что ты стал еще красивее, Теон! Мне нравится твой взгляд и твоя улыбка, а от твоих рук я просто схожу с ума. Я готов смотреть на них бесконечно.

    Когда ты придешь ко мне в следующий раз, я хочу, чтобы на тебе не было этих дурацких перчаток. Ты можешь носить их для других, но когда ты рядом со мной, я хочу видеть твои руки, а не эту кожаную хрень с искусственными пальцами. Твои ладони прекрасны, Теон, не смей прятать их от меня.

    Мне больно думать, что я не смогу обнять тебя раньше, чем через месяц. Это кажется целой вечностью.

    Только представь, Теон, что я с тобой сделаю, когда мы наконец-то будем вместе. Это будет самый счастливый день в моей жизни, и я клянусь, что ты не забудешь его никогда.

    Я жду тебя в следующий вторник, Теон. Я наконец-то услышу твой голос. А ты скучал по моему голосу? Я знаю, что да.

    Не забудь снять перчатки, когда войдешь в зал. Я хочу видеть твои руки.

    До скорой встречи, мой Теон.
    Твой Рамси Болтон"


    Письмо сводило Теона с ума.

    Он перечитывал строки, написанные убористыми печатными буквами, и снова вспоминал их короткое свидание через стекло.

    Он поднес к носу блокнотные листки и представил себе, как прошла бы эта встреча, если бы их не разделяла пуленепробиваемая перегородка. Рамси бы гладил не холодное стекло, а его лицо, — и рука Теона сама потянулась к пряжке джинсового ремня.

    Перед самым пиком он снова уткнулся в письмо и кончил с громким всхлипом, а потом сидел неподвижно, полностью опустошенный, и долго не мог прийти в себя.

    Примерно через полчаса он все же достал блокнот и ручку и начал писать ответ.

    "Здравствуй, Рамси.
    Я пока так и не понял, что я почувствовал, когда увидел тебя. Сначала мне было очень страшно, и я решил, что прийти к тебе было дурацкой идеей. Почти столь же безумной, как согласиться когда-то на твое предложение. Но потом я понял, что, кажется, больше не боюсь тебя.


    Я рад, что тебе пришелся по сердцу мой подарок. Мячики очень хорошо помогают разрабатывать пальцы.

    Недавно ко мне на работу приходила Миранда. Милая девушка, передает тебе привет.

    Я не знаю, смогу ли я прийти к тебе во вторник. Но я подумаю об этом.

    Т.Г."

    Теон тщательно сложил листок в несколько раз и положил его за дверь. Через полчаса письма на месте уже не было.

    ***
    Первая половина дня прошла столь же скучно и монотонно, как и большинство унылых тюремных будней. В столовой, как обычно, Рамси вместе со своими ребятами сидел за отдельным столом. Кислый Алин, Деймон и остальные расположились чуть поодаль. Они молча поглощали еду, склонившись над подносами, и только Деймон время от времени обводил взглядом зал, словно выискивая кого-то.

    Рамси привык не обращать внимания на приглушенный гул, царящий в столовой. Погруженный в собственные мысли, он пережевывал мешанину, разложенную по отделениям пластикового подноса, не чувствуя ее вкуса.

    Рамси думал о Грейджое, перебирая в памяти недавние воспоминания. Он постоянно прокручивал их в голове, а один раз поймал себя на том, что вместо обычного вечернего переписывания книги для разработки пальцев он переносит в блокнот собственные обрывочные мысли о Вонючке и Теоне Грейджое. В тот момент, когда Рамси в недоумении уставился на кривые строчки, заканчивающиеся словами "… он принес их для меня", его на мгновение прошиб холодный пот. Порвав листки в мелкие клочья, Рамси спустил бумажную труху в унитаз.

    Он мысленно разделил свое недолгое свидание с Грейджоем на цепочку эпизодов и неторопливо просматривал их, словно раскручивая кинопленку с застывшими кадрами. Проигрывая эту воображаемую запись снова и снова, Рамси убедился, что Грейджой боится его. Но это был совсем не тот ужас, который испытывал к нему в свое время Вонючка. Когда Грейджой положил на стойку мячики и посмотрел на Рамси, в его глазах не было прежнего страха. В них читался какой-то неуверенный вопрос, и Рамси мучился от того, что никак не мог понять — что означает эта странная смесь недоумения, ожидания и неясной надежды.

    Он всегда мгновенно распознавал любую мысль и эмоцию Вонючки, но сейчас не мог разобраться в нем, не мог прочитать этого гаденыша!

    Но Вонючка никогда не смотрел на него так. Собственно, Вонючка никогда не глядел ему в лицо по собственной воле — он затравленно поднимал глаза, только если слышал приказ: "Смотри на меня!" Прежний Теон Грейджой тоже старался избегать прямого взгляда, но выражение его лица можно было понять так же легко, как и позже — выражение лица Вонючки.

    Короткая молчаливая встреча не позволила Рамси толком разобраться в новом Грейджое, поэтому он нетерпеливо считал дни до следующего свидания. А еще он ждал ответа на свое письмо…

    Он придет ко мне. Он не посмеет не прийти.

    Рамси сидел на заброшенных деревянных брусьях — когда-то это был гимнастический снаряд, но потом подпорки сломали и из нескольких бревен соорудили что-то вроде длинной скамьи с низкой спинкой. Его ребята сгрудились у стены тюремного блока, расположившись в узкой полоске тени.

    Тюремный двор заливало полуденное солнце. Было жарко, и многие заключенные сняли свои робы, оставшись в пропитанных потом майках. Рамси наблюдал за людьми, рассеявшимися по квадратному двору. Каждый держался своего клана или земляков. Некоторые просто сидели на утоптанной каменистой земле, ведя беседы приглушенными голосами; другие медленно прогуливались взад-вперед, лавируя между сидящими группами; пятеро дорнийцев затеяли игру в баскетбол у одинокого столба с покосившимся кольцом. Тенны прохаживались вдоль ячеистой ограды под напряжением, поигрывая мускулами. Бритые головы со сложным орнаментом шрамов блестели от пота.

    Сидящего на брусьях Рамси все обходили стороной.

    Что, если он не придет?

    Руки Рамси сжались в кулаки.

    Он придет. Потому что он знает — я жду его.

    — Болтон! Эй, Болтон! — к Рамси вразвалку подошел охранник Четт с изрытым, словно от оспы, лицом. — Прогулка на сегодня закончена, к тебе пришел адвокат.

    Рамси неспешно встал и потянулся, разминая затекшие мышцы. Наверняка Варис принес ему ответ Грейджоя… Наконец-то… Рамси побрел по тюремному двору вслед за охранником, улыбаясь своим мыслям.

    Четт захлопнул дверь крохотной переговорной без окон, и Рамси, потирая запястья, освобожденные от наручников, с удивлением уставился на Миранду, сидящую за квадратным столом. Она сняла элегантный серый пиджак, повесив его на спинку железного стула, и красовалась в обтягивающей белой блузке с тремя расстегнутыми верхними пуговицами.

    Миранда приветливо улыбнулась, глядя на Рамси снизу вверх.

    — Привет, дорогой, — промурлыкала она, но холодные глаза Рамси не изменили выражения, и ее улыбка увяла. — Неужели ты совсем мне не рад?

    Рамси уселся напротив и побарабанил пальцами по столешнице. Он все так же молча смотрел прямо в лицо Миранде, и та невольно отвела взгляд. Неловкая пауза длилась, Миранда вздохнула и прикоснулась к приподнятому воротнику своей блузки.

    — Наверное, ты ждал Вариса, — наконец произнесла она и лукаво улыбнулась, глядя сквозь прищуренные ресницы. — Сегодня он не придет.

    Рамси откинулся на спинку стула.

    — И что же стряслось с Варисом? — спросил он скучающим тоном, будто из вежливости интересовался судьбой давно забытого знакомого.

    Он передумал вести мое дело? Решил отказаться от меня?! Продажная шкура… жирный паук, я лично прибью тебя, лысая тварь!

    — С ним все в порядке, — Миранда принялась накручивать на указательный палец длинный локон. — Ланнистеры вызвали его в столицу, их младший сын снова попал в переделку. Подходящей замены в бюро Вариса нет, а я готовила твои бумаги и передавала дела, поэтому партнеры пригласили именно меня провести эту встречу. Не беспокойся, через неделю Варис вернется и продолжит свою работу.

    Рамси улыбнулся:

    — Что ж… это неплохие новости. Приступим к самой скучной части нашей встречи?

    Миранда расстегнула кожаную папку для документов и начала аккуратно раскладывать бумаги на столе. Рамси следил за ее руками с безупречным маникюром. Она привстала со стула, наклонившись вперед, и до Рамси донесся легкий аромат ее любимых духов "Слезы Лисса".

    — Вот здесь два ходатайства, ты должен ознакомиться с ними… а это отредактированная версия твоих ответов на возможные вопросы прокурора и вопросы Вариса… — бормотала Миранда, перебирая листки.

    — Тебе придется прочитать эти материалы прямо здесь и постараться запомнить содержание, — добавила она. — На следующей неделе Варис хотел бы подготовить тебя к процессу и отыграть возможные варианты диалогов в суде…

    — Это все? — перебил ее Рамси, не отрывая взгляда от вороха документов с логотипом адвокатского бюро "Варис, Иллирио и партнеры".

    Миранда подняла голову и, чуть подавшись вперед, облокотилась о стол. Она нависла над бумагами, прогнувшись, словно кошка. Ее полуобнаженные груди, казалось, были готовы выпрыгнуть из блузки. Округлый, выставленный напоказ зад был обтянут серой юбкой так плотно, что с первого взгляда становилось ясно — на Миранде нет нижнего белья. Она смотрела на Рамси с откровенным призывом, чуть приоткрыв пухлые, подведенные яркой помадой губы.

    Рамси почувствовал глухое раздражение.

    — Я задал тебе вопрос. Это все бумаги?

    — А что еще ты хочешь, Рамси? — медленно спросила Миранда, не меняя позы. Она сделала небольшую паузу перед словом "хочешь", и Рамси еле подавил желание схватить ее за волосы и изо всех сил приложить головой об стол.

    Сучка!

    Рамси непроизвольно сжал пальцами край железной столешницы. Он попытался погасить ярость, разгорающуюся в груди, и сделал несколько глубоких вдохов.

    — Прекращай дурить, Миранда, — отрезал он. — Где остальное?

    Миранда поджала губы и уселась на место, недовольно откинув назад тщательно завитые каштановые пряди. Она разъединила несколько сцепленных листков и придвинула к Рамси тонкий конверт с просвечивающими купюрами. Рамси накрыл его ладонями, и через секунду конверт исчез в его рукаве.

    — Это все? — снова спросил он, глядя на Миранду в упор.

    Она смотрела на него со странным выражением. Миранда явно была разочарована поведением Рамси, хотя изо всех сил старалась скрыть свои эмоции.

    Когда она приходила в тюрьму как адвокат конторы Фрея, они часто торопливо трахались в тесной переговорной. Рамси не сомневался, что большинство охранников, которым он каждый раз давал двадцатку за молчание, пускали слюни и дрочили, подглядывая за ними в дверное окошко. Миранда была горячей штучкой — она воспламенялась от пары прикосновений, и ей нравился быстрый жесткий секс. Она кончала, прикусывая губы Рамси в грубом поцелуе. Как-то раз, опустившись на пол, чтобы поднять упавшую под стол бумагу, Миранда умудрилась отсосать ему за полминуты, проглотив все до последней капли.

    После того, как за апелляцию взялся Варис, они не встречались в переговорной уже несколько недель, хотя Миранда часто писала Рамси и иногда приходила навестить, нашептывая ему всякие непристойности в телефонную трубку.

    — Ты ждал чего-то еще? — переспросила она. Ее пальцы слегка дрожали.

    — Еще одну бумагу. Ты прекрасно знаешь, о чем я.

    — Больше ничего нет, — сухо ответила Миранда.

    — Ты врешь мне, сучка, — вдруг произнес Рамси и широко улыбнулся.

    Его глаза по-прежнему оставались ледяными. Резко подавшись вперед, он схватил Миранду за запястье. Та испуганно отпрянула, но Рамси держал крепко.

    — Письмо от Грейджоя. Где оно? Куда ты его дела? — почти беззвучно спрашивал он, продолжая стискивать руку Миранды.

    — Его не было, — так же беззвучно ответила она одними губами. Миранда дергалась, пытаясь освободиться. — Рамси, прекрати! Это правда!

    Рамси отпустил ее и снова откинулся на спинку стула. Миранда, тяжело дыша, принялась разминать запястье, на котором наливались синяки.

    — Хорошо, — спокойным голосом сказал он. — Хорошо. Я верю тебе, Миранда. Ты ведь никогда не обманывала меня прежде. С чего бы вдруг тебе врать мне сейчас? Прости, что так грубо обошелся с тобой.

    Он внимательно смотрел на порозовевшее лицо Миранды, выговаривая каждое слово так отчетливо, словно делал запись на диктофон.

    — Мне не нравится твой тон, Рамси, — вкрадчиво сказала она. — Никакого письма от Грейджоя не было. Я знаю, что он приходил к тебе на свидание, но это все, что мне известно. Как твой адвокат я категорически…

    — Миранда, ты не мой адвокат, — перебил ее Рамси. — Мой адвокат — Варис.

    Миранда, сглотнув, быстро затараторила:
    — Рамси, ты же прекрасно понимаешь, что это безумие! Поддерживая связь с Грейджоем, ты сам роешь себе яму. Варис, как и я, считает…

    Рамси вскочил на ноги и одним движением обогнул стол. Краем глаза он заметил, как в окошке мелькнула физиономия Четта и тут же исчезла — он уже не раз получал деньги за молчание, и видимо решил, что сегодня в его кармане появится лишняя двадцатка, а может быть даже две.
    Миранда отшатнулась, но Рамси успел схватить ее за горло и притянуть к себе.

    — Запомни, сучка, — прошипел он ей прямо в ухо. — Мне насрать на мнение Вариса, и тем более насрать на твое. А еще я знаю, что ты мне врешь!

    — Рамси, Рамси… — задыхаясь, она вцепилась обеими руками в его предплечье. — Рамси, я бы не могла, я бы не смогла…

    Она умоляюще смотрела на Рамси и вдруг ее зрачки резко расширились. Миранда затрепыхалась в его руке и попыталась закричать, но из сдавленного горла вырвался лишь сиплый стон.
    Рамси покосился на дверное окошко и разжал хватку, приложив палец к посиневшим губам Миранды.

    Она глотала воздух, растирая горло обеими ладонями, по щекам катились слезы. Когда Рамси убрал палец с ее губ, перепуганная Миранда горячо зашептала:

    — Почему ты не веришь мне?! Я бы никогда не стала обманывать тебя, клянусь! Я не знаю… мне ничего не передавали… значит, Грейджой ничего не написал в ответ. А может быть, мне просто забыли отдать его письмо! Прости, Рамси, если бы я знала, что это для тебя так важно, я бы спросила… прости… О Боги, как больно… ты же едва не убил меня, Рамси!

    — И мне стоило больших трудов сдержаться, — негромко сказал Рамси, с удовлетворением отметив ужас, вновь мелькнувший в глазах Миранды.

    Он обнял Миранду и принялся медленно поглаживать ее затылок, запуская пальцы в мягкие каштановые пряди.

    — Успокойся. Я уже почти верю тебе.

    Вдруг Рамси сгреб ее волосы в кулак и резко дернул. Миранда громко всхлипнула.

    Еще немного, и она закричит во весь голос от страха.

    Если бы не Четт за дверью, Рамси вытряс бы из нее правду, но сейчас ему нужно было действовать осторожно. Рамси грубо притиснул к себе Миранду и поцеловал — хотя ее глаза были полны слез, она ответила на поцелуй. Когда он оторвался от нее, Миранда прошептала, прерывисто переводя дыхание:
    — Прошу тебя, Рамси, поверь мне… я клянусь, это правда!

    Рамси прижал ее лицо к груди и потрепал по волосам.

    Лживая сучка! Ты еще заплатишь за свой обман!

    — Конечно. Я верю тебе. Успокойся, моя славная. А теперь повернись.

    Она быстро повернулась к стене, и Рамси задрал ее юбку до талии — на Миранде действительно не было белья. Рамси представил себе бледные плечи изможденного Вонючки в подживающих полукольцах укусов, сетку белых и розоватых шрамов — следов ремня, ножа и его зубов… Неожиданно образ Вонючки сменился смущенно улыбающимся Теоном в зале для посетителей.

    Рамси встряхнул головой и прикрыл веки, вызвав в памяти одно из давних воспоминаний — как он притиснул голого Вонючку к стене, прижал его тощие руки над головой и грубо трахнул. С каждым толчком он наваливался на него все сильнее, всаживал все глубже и глубже… Рамси вгрызался в его шею, плечи и руки, а Вонючка в ответ лишь трясся, тихо всхлипывал и пытался заглушить стоны.

    Миранда, в отличие от того дрожащего Вонючки, была мокрой и горячей, она протяжно постанывала и подавалась назад в такт его резким движениям. Как всегда, секс закончился очень быстро, но Рамси был уверен, что Четт, липнувший к дверному окошку, все же успел передернуть, пока наблюдал за ними.

    Когда Миранда приводила в порядок одежду и поправляла макияж, Рамси быстро проглядел распечатанные листки, подготовленные Варисом.

    Через пару минут прежняя улыбающаяся Миранда сидела напротив Рамси. Вьющиеся пряди волос были аккуратно расправлены, опрятная блузка облегала тело. Правда, на этот раз Миранде пришлось застегнуть все пуговицы, поддернуть воротник и низко опустить манжеты рукавов, чтобы скрыть набухающие синяки на шее и запястье.

    — У нас ведь все хорошо, Рамси? — вдруг спросила она.

    Она смотрела на Рамси с улыбкой, но в глазах светился тоскливый огонек. Рамси оторвался от бумаг.

    — Конечно, моя славная. У нас все хорошо. И будет еще лучше, если ты перестанешь ревновать меня к Грейджою. Во-первых, это глупо, а во-вторых, ревность — довольно скучное чувство. А я не люблю скучных людей.

    Улыбка Миранды застыла.

    — Во вторник Грейджой должен прийти ко мне на свидание, — продолжил Рамси. — Это очень важно для меня.

    Миранда поджала губы, но быстро овладела собой, состроив забавную гримаску.

    — Я желаю тебе только добра, Рамси, — сказала она. — Если тебе так важен Грейджой… что ж… я могу лишь повторить, что общение с ним не принесет тебе ничего хорошего. Накануне пересмотра твоего дела любые контакты с ним особенно опасны. Я просто хочу, чтобы ты осознал все последствия этой связи. Ты уже один раз лишился всего по вине Грейджоя и едва не поплатился жизнью из-за него. Неужели ты хочешь, чтобы все это повторилось?

    Она поднялась и собрала бумаги. Рамси с едва заметной усмешкой наблюдал за ней.

    — Я ценю тебя, Миранда, — сказал он. — Но я не люблю, когда люди начинают за меня думать. Мне не нужны твои советы. Я всегда принимаю решения сам.

    Он встал из-за стола и притянул ее к себе. Крепко обняв Миранду, он запрокинул ее голову и внимательно посмотрел в большие серые глаза. Пухлые губы чуть приоткрылись в ожидании прощального поцелуя, и Рамси склонился над ней, застыв в полудюйме от ее рта.

    — Если я узнаю, что Грейджой не пришел ко мне из-за тебя, я лично сдеру кожу с твоего смазливого личика, — отчеканил он с ледяной улыбкой и отпустил Миранду.

    Она замерла, с ужасом уставившись на него. Рамси медленно подошел к двери и постучал кулаком в окошко.

    Лживая сучка!

    После того, как в нагрудный карман Четта перекочевала свернутая в несколько раз двадцатка, он надел на Рамси наручники и, молча ухмыляясь, проводил его в камеру.
     
    Последнее редактирование: 29 дек 2015
    Rina, Алый Зев, dreaming of summer и 6 другим нравится это.
  3. Lady Snark

    Lady Snark Знаменосец

    Офигенно!!!!!!!!11111111 :hug: :hug: :hug: :hug: :hug: Очень рада, что это Щастье теперь будет на форуме :in love: :in love: :in love:
     
    Rina, World_Viktory, Lelianna и ещё 1-му нравится это.
  4. flaky_man

    flaky_man Скиталец

    Прочитала на одном дыхании, теперь сижу и думаю, как перестать визжать от восторга с8 Но перестать не получается, фанфик вышел слишком хорошим. Так что с нетерпением ждем продолжения.)
     
    Rina, Lelianna, Lady Snark и 2 другим нравится это.
  5. Frau Lolka

    Frau Lolka Знаменосец

    Спасибо! :in love: Очень рада, что вам нравится!
     
    Rina и Lady Snark нравится это.
  6. Frau Lolka

    Frau Lolka Знаменосец

    Теон открыл глаза, потянулся и охнул — болело абсолютно все. Большой Джон вчера нещадно гонял его в тренажерке, заставляя тягать штангу и крутить в воздухе тяжелые гантели, а потом до седьмого пота прыгать вокруг боксерского мешка, подвешенного на цепях к потолку, и яростно колотить его. Теон со стоном пошевелил руками — все двигается и ничего не сломано, слава Богам, лишь сильно ныли костяшки, из-за нехватки пальцев он не мог толком забинтовать левую кисть, и повязка все время съезжала.

    Теон, кряхтя, встал с кровати и пошлепал босыми ногами в ванную. После душа он привычно пожалел, что разгрохал большое зеркало, и побрился перед маленьким, которое нашел когда-то на подоконнике в кухне, — видимо осталось от предыдущих жильцов. Сейчас он бы не отказался взглянуть на себя в полный рост. «Надо все же купить новое зеркало», — сказал он себе в который раз.

    Вчера он слишком устал после тренировки, чтобы идти вечером в общественную прачечную, и мешок с грязными вещами остался в прихожей. Теон порылся в шкафу в поисках чистой одежды и нашел только клетчатую черно-желтую рубашку на кнопках вместо пуговиц, невесть откуда оказавшуюся в шкафу.

    В магазине сегодня должна была работать Далла, и она разрешила Теону прийти к обеду. Поэтому он не пошел с девочками на площадку, а отправился в парк. Ему лучше думалось, когда он сидел там, забравшись с ногами на любимую скамейку.

    Теону казалось, что он наматывает на себя липкую паутину, снова втягиваясь в связь, которая уже однажды искалечила его душу и тело. Однако если раньше эти отношения были навязаны ему силой, теперь же он сам тянется к ним.

    Рамси обещает ему защиту и безопасность. Но кто защитит его от самого Рамси?

    Рамси ждет его. Рамси зовет его на свидание во вторник. Бояться нечего, их снова будет разделять толстая стеклянная перегородка. Если разговор пойдет не так, и Теону станет не по себе — никто не помешает ему встать и уйти.

    Но... стоит ли вообще поддерживать эти странные отношения?

    И Миранда, и сам Рамси уверены, что апелляция будет выиграна и через месяц Рамси выйдет на свободу. А что будет дальше?

    Может, сбежать? Взять со счета деньги Болтонов — Рамси же настаивал, чтобы Теон ими воспользовался, — и уехать в Вольные города, жить там под чужим именем и больше никогда не вспоминать о Рамси и его подвале.

    Можно скрываться какое-то время. Но он все равно найдет. Непременно найдет. Ведь нашел уже однажды, когда Теон попытался сбежать. Нашел и когда Теон переехал в эту квартиру, которую ему организовал прокурор Баратеон. А ведь еще надо непременно оставить контакты врачам психушки, где лежит мать, чтобы они могли с ним связаться, если ей вдруг станет хуже. Любая медсестра за пару монет выдаст его телефон шавкам Болтона. Если же сделать фальшивые документы, то рано или поздно Рамси все узнает — у Болтонов в преступном мире везде информаторы.

    Нет, побег это не вариант.

    Надо как-то разобраться во всем этом. И принять наконец решение — идти во вторник к Рамси или нет.

    И что ему вообще теперь делать?!

    Погруженный в свои мысли, Теон не заметил, как на посыпанной гравием дорожке появилась женщина в ярко-красном платье. Она вела на поводке маленького рыжего шпица. Доберманы обступили его, принюхиваясь.

    — Извините, вы не могли бы убрать собак? — обратилась она к Теону, подхватывая свою собачонку на руки.

    — Да, конечно, простите, — Теон подозвал девочек: — Джейни, Хелисента, фу!

    Девочки заворчали, но отошли. Теон бросил им мячик, и они умчались наперегонки за игрушкой. Ленивая Кира осталась рядом с ним и стала чесать задней лапой за ухом. «Надо проверить, не завелись ли у нее блохи», — обеспокоенно подумал Теон.

    — Вы позволите? — не дожидаясь ответа, женщина села рядом с ним на скамейку. — Наверное, непросто управляться с такой сворой?

    Голос женщины показался ему знакомым. Может быть, они встречались на собачьей площадке. Владельцы других собак частенько заводили с ним ничего не значащие разговоры про своих питомцев, чтобы скоротать время прогулки. Но Теон не запоминал ни других собак, ни их хозяев.

    Женщина была привлекательной, и Теону понравились ее роскошные волосы, выкрашенные в ярко-красный цвет — такого же цвета было ее платье. Он решил продолжить с ней незамысловатую беседу двух собаковладельцев, чтобы хоть ненадолго отвлечься от мыслей о Рамси.

    — Непросто, конечно. Но я уже привык, — ответил Теон, наблюдая, как Джейни скалит зубы, пытаясь отобрать мячик у Хелисенты.

    Шпиц на руках у женщины тявкнул: то ли хотел поиграть с другими собаками, то ли пытался привлечь внимание хозяйки.

    — Вы заводчик? Разводите доберманов на продажу?

    — Нет, это собаки моего... — Теон запнулся, не зная как назвать Рамси, — одного моего знакомого. Он сейчас в отъезде и не может за ними ухаживать, поэтому я взял их себе.

    — И давно они у вас? — женщина перебирала пальцами густую шерсть своей собачонки.

    — Уже почти год.

    — Ничего себе передержка. И не жалко будет отдавать обратно хозяину? Наверное, вы привыкли к ним. Я своего Азора, — женщина поцеловала шпица в нос, — никому не отдам.

    — Я... я даже не знаю...

    Теон как-то не думал о том, что если Рамси выйдет из тюрьмы — то ему придется отдать собак. С одной стороны это хорошо: не надо будет дважды в день ходить на прогулку, мыть лапы и чистить уши, тратить половину заработка на собачий корм и ветеринаров. Но с другой... каждый вечер приходить в холодную пустую квартиру, где никто не радуется его приходу, не лижет руки, не кладет голову на колени, не греет и не слизывает слезы с лица, когда совсем плохо.

    Теон с силой потер лоб. Конечно, девочки были для него серьезной обузой. Но как он сможет расстаться с ними? Теон не представлял себе жизнь без девочек.

    И что ему делать теперь? Может, Рамси все же оставит ему собак?

    А женщина продолжала разговор, обычную вежливую беседу двух собачников.

    — Вы так любите животных, что забрали домой трех огромных чужих собак?

    — Их собирались усыпить, потому что собаки непростые и содержать их дорого, а у их предыдущего хозяина была не слишком хорошая репутация. Но ведь девочки не виноваты, они хорошие и ласковые, за что их убивать?

    Теон почесал Киру за ухом, и та разулыбалась, вывалив длинный розовый язык.

    — Я где-то слышала подобную историю. У какого-то преступника были три большие собаки, и, как говорят, он скармливал им тела своих жертв. А потом его посадили, а зверей хотели усыпить.
    — Глупости, — Теон погладил Киру по носу. — Это все выдумки газетчиков, они вовсе не людоеды.

    Женщина придвинулась ближе.

    — Это ведь они, да? — ее голос вдруг стал глубоким и проникновенным, и Теон сразу узнал его: та самая журналистка, которая предлагала ему эксклюзивное интервью. — Это ведь собаки Рамси Болтона?

    Теон отпрянул от нее.

    — Какая вам разница?

    — Он поломал вашу жизнь, изувечил ваше тело, — женщина схватила его руку в перчатке с пустыми пальцами, и ее глаза сверкнули красным, — а вы содержите его собак, пока он сидит за решеткой. Почему, Теон?

    — Это не ваше дело! — он выдернул руку и сжал зубы.

    — А еще вы ходите к нему на свидания, — она внезапно рванула на нем рубашку.

    Кнопки с треском разошлись, и женщина впилась взглядом в шрамы на его груди и животе:

    — Почему, Грейджой?

    От ее действий Теон сначала опешил, а потом вскочил, запахиваясь, и закричал:

    — Да отвалите же вы от меня! Или я спущу на вас собак! — он развернулся и побежал в сторону дома.

    — Мы заплатим вам хорошие деньги, Теон. Мы всего лишь хотим разобраться. Подумайте хорошенько! — крикнула она ему вслед.

    Теон еле сдержался, чтобы не скомандовать девочкам: «Взять!»

    ***

    Ему пришлось купить новый мобильник вместо разбитого. Он выбрал телефон попроще, по принципу «звонит — и ладно». Теон грустно посмеялся сам над собой: насколько раньше он гнался за модными гаджетами, невзирая на их стоимость — настолько же он сейчас стал к ним равнодушным. Обмыть свою покупку он зашел в тот самый бар, куда заходил после свидания с Рамси, в нем было безлюдно и приятно. Виски там был неплохой. Как и кофе.

    Тот же бармен с длинными волосами и черным лаком на ногтях подал ему выпивку. Теон разговорился с ним о какой-то ерунде, но после второго бокала в его кармане затрещал новый телефон. Теон не ждал ничего хорошего, и даже немного боялся смотреть на экран. Бармен подмигнул и покосился на него: «Тебе звонят, приятель».

    Теон хмыкнул и достал мобильник. Увидев имя, он сразу нажал на кнопку приема.

    — Привет, — его голос был радостным и одновременно растерянным.

    — Здравствуй. Вот наконец выдалась свободная минутка, и я решил тебе позвонить.

    — Здорово, я очень рад тебя слышать. Как дела?

    — Много работы. Заготавливаем провиант и топливо, укрепляем стены. Зима близко, сам понимаешь. Я слышал, что Болтоны подали апелляцию.

    И этот туда же.

    — Да, я это знаю.

    — Послушай, если этого ублюдка выпустят, то ты можешь приехать сюда. В Дозоре люди всегда нужны.

    — У меня проблема с пальцами, я не могу нормально держать оружие.

    — Из тебя мог бы получиться неплохой стюард.

    Мыть полы, стирать тряпье и чистить репу на кухне — этого ты для меня хочешь?

    — Джон, я подумаю над твоим предложением, — сказал Теон еще холоднее, чем собирался.

    — Мне кажется, что тебе все же стоит уехать. Проклятый болтонский бастард не оставит тебя в покое, пока не прикончит.

    — Не называй его так, — Теон вдруг вспомнил нежность в глазах Рамси, как его пальцы гладили стекло перегородки, и неприязненно добавил, — спасибо, Сноу. Но я сам разберусь, где мне жить и как.

    — Ну как знаешь, Грейджой, — в голосе Джона на мгновение появились прежние нотки, в нем звучали обида и пренебрежение. — Я предложил тебе хороший вариант на случай, если бастард сумеет подкупить судей. Но воспользуешься ты им или нет — это только твой выбор.

    Ты вспомнил обо мне в первый раз за полгода, чтобы предложить мне мыть сортиры в твоем сраном Дозоре?

    — Благодарю за заботу, Сноу.

    Теон нажал на отбой и протянул свой стакан бармену. Когда он вышел из бара и направился домой, его ощутимо покачивало.

    А дома его ждало новое письмо.

    "30 сентября

    Мой Теон!

    Мне пришлось поднажать на кое-кого, чтобы это письмо доставили тебе как можно скорее. Во вторник общий день для посещений, и я договорился с охранником дать нам полчаса вместо обычных пятнадцати минут. Приходи без опоздания. Мне нужно увидеть тебя, иначе я просто сойду с ума.

    Я хочу услышать тебя.

    Я тоскую по тебе и по твоему голосу, Теон. Я понимаю, что нам не хватит сраного получаса на нормальную беседу, но ты же знаешь — самое главное начать, мой славный. Я хочу услышать о том, как ты живешь, как гуляешь с девочками, куда ходишь в свободное время и о чем ты думаешь, когда остаешься один. Я хочу, чтобы ты рассказал мне, как читаешь мои письма и что чувствуешь при этом. Все твои краткие записки я выучил почти наизусть, и мне этого мало.

    Скоро я выйду на свободу, и у нас с тобой будет очень много времени. Мы будем наверстывать то, что упустили за прошедший год. И я клянусь, что на этот раз я тебя не упущу.

    Не забудь выкинуть свои долбаные перчатки.

    Я жду тебя.
    Твой Рамси Болтон"


    Письмо появилось неожиданно, буквально через несколько дней после их встречи. Рамси торопил события, был настойчив и хотел поговорить.

    Но Рамси умеет играть в разные игры.

    Теон так и не принял решения — стоит ли идти к нему на свидание. Устав от сомнений, он завалился спать прямо в одежде и сквозь дрему почувствовал, как девочки осторожно забираются на кровать, укладываются рядом с ним. Теон обнял и подтянул к себе ту, что была поближе — кажется, это была Кира, судя по толщине, — он положил ей голову на бок и заснул. С собаками ему всегда было тепло и спокойно. А что будет с ними, когда Рамси вернется? И что будет с ним самим? Теон всхлипнул и провалился в сон.

    ***

    — Кто была та девушка, милый? — Далла принесла ему чай и бутерброды с сыром, когда он подписывал накладные на отгрузку товара. — Уж больно она похожа на адвоката Болтона.

    — Далла, пожалуйста, не начинай, — Теон закатил глаза к потолку.

    — Значит, это была она, — Далла с осуждением покачала головой. — И она сказала, что ты ходил к нему в тюрьму на свидание.

    — Да, ходил! — Теон впервые почувствовал, как раздражает его навязчивая забота Даллы.

    — Но зачем, Теон?

    — У него сломана правая рука в трех местах. Я принес ему тренажер для разработки пальцев. Я даже не разговаривал с ним, Далла!

    — Милый, ты добрый мальчик и мне очень нравится, что ты заботишься даже о своих врагах, но пожалуйста, будь благоразумен! Этот человек опасен. Он уже однажды сломал твою жизнь. Не дай ему сделать это еще раз.

    — Далла, — поморщился Теон и добавил с нажимом. — Не надо.

    — Теон. У тебя в двадцать два года седая голова, нет половины пальцев и зубы вставные. Тебе этого мало? Разве нужно еще?

    Теон вскочил:

    — Далла, хватит!

    Она, как и прочие, била по больному. И была права. Они все были правы. А Теон вспоминал свидание через перегородку и нежные поглаживания пальцев, которые должны были прикоснуться к его щеке.

    Рамси не мог измениться. Но он писал ему такие письма, что Теон поверил — в этот раз все может быть иначе.

    Но что, если это ложь и все они правы? Вдруг Рамси только и ждет выхода из тюрьмы, чтобы запереть его снова в подвале и отрезать от него куски — пока Теона не останется вовсе, пока его полностью не заменит Вонючка? Но ведь Вонючка уже однажды предал Болтонов и сдал с потрохами всю рамсину шайку. А это значит, что Рамси не успокоится, пока не убьет его — долго и мучительно.

    Но как же письма? Если это коварный план, чтобы заманить его в свои сети, то Рамси не хватило бы терпения. Он наверняка бы сорвался и выдал свои истинные намерения.

    Теон перечитал три последних письма. Нет, в письмах Рамси совсем не такой, как раньше. За то время, что он провел в подвале у Рамси, он научился улавливать его настроение и предугадывать поступки. Только при встрече можно определить, изменился ли Рамси по-настоящему и пишет ли он правду в своих письмах. Или все это западня, в которую Болтон заманивает его красивыми словами. Чтобы разобраться — нужно непременно поговорить с ним.
     
    Последнее редактирование: 31 дек 2015
  7. World_Viktory

    World_Viktory Удалившийся

    Frau Lolka , Lelianna спасибо огромное за такой чудесный подарок к Новому Году :in love:
    С Наступающим!
     
    Последнее редактирование: 31 дек 2015
    Rina, Lelianna, Леди Яна и 2 другим нравится это.
  8. Frau Lolka

    Frau Lolka Знаменосец

    Rina, Леди Яна, Lady Snark и ещё 1-му нравится это.
  9. flaky_man

    flaky_man Скиталец

    Не знаю, как передать охватывающие меня чувства, но главное знайте, что они очень сильные и определенно положительные.
    Спасибо вам за такой подарок на новый год с:
    Счастья, здоровья и, разумеется, вдохновения вам в наступающем!
     
    Rina, World_Viktory, Lelianna и 2 другим нравится это.
  10. Frau Lolka

    Frau Lolka Знаменосец

    flaky_man большое спасибо, мы очень рады!!! :hug:
     
    Rina, Леди Яна, Lady Snark и ещё 1-му нравится это.
  11. Эмарис

    Эмарис Оруженосец

    Это так потрясающе что никаких слов нет:in love::in love::in love:
     
    Rina, Lelianna, World_Viktory и 2 другим нравится это.
  12. Frau Lolka

    Frau Lolka Знаменосец

    Эмарис , спасибо большое! :happy:
    Кстати, это четвертая часть серии, еще не оконченная. Ссылки на три предыдущие части есть в первом посте, в шапке. ;)
     
    Rina, World_Viktory, Эмарис и ещё 1-му нравится это.
  13. Господи милостивый, мне так нравится! Прочитала все три части и с нетерпением жду продолжения!:puppyeye:
     
    Rina, Lelianna, Леди Яна и 3 другим нравится это.
  14. Frau Lolka

    Frau Lolka Знаменосец

    Rina, World_Viktory, Леди Яна и 2 другим нравится это.
  15. Frau Lolka

    Frau Lolka Знаменосец

    Хмурый охранник провел Теона в уже знакомое помещение для свиданий — комнату, перегороженную толстым стеклом, и указал на один из свободных стульев. В другом конце зала черноволосая носатая дорнийка о чем-то жарко спорила с мужчиной в оранжевой робе, то и дело повышая на него голос. У Теона кружилась голова, его трясло от волнения. Он таращился на дорнийцев и комкал полы своей куртки. Он снова не был уверен, что ему стоило сюда приходить.

    Когда он читал письма Рамси, сидя дома в любимом продавленном кресле, все казалось простым и понятным: надо посмотреть в глаза своему бывшему мучителю и поговорить с ним, чтобы решить, нужно ли вообще продолжать общение. Но сейчас Теону было страшно. Вот-вот в эту комнату должен войти Рамси Болтон, и ему придется с ним разговаривать.

    В это время охранник Колченогий Карл возился с ключами у камеры Рамси. Свое прозвище Карл получил из-за того, что его правая нога ниже колена заканчивалась протезом — во время службы в Дозоре он не заметил мину-растяжку.

    Рамси сидел на краешке койки, крепко стиснув руки в замок.

    — Вы сегодня нарасхват, мистер Болтон, — улыбнулся охранник, открывая решетку.

    Всего десять минут назад прихрамывающий Карл проводил Рамси обратно в камеру после встречи с Русе Рисвеллом. Других посетителей на сегодняшний день не ожидалось, кроме…

    Он пришел! Он все-таки пришел!

    Рамси торжествующе улыбнулся. На миг его охватило ликование, однако он немедленно подавил приступ эйфории. Нельзя терять голову, разговор с Грейджоем должен пройти по его сценарию, а для этого ему нужно держать себя в руках и не поддаваться эмоциям.

    Рамси по старой привычке подсчитывал шаги, следуя за охранником. Он прокручивал в воображении начало диалога с Грейджоем, но постоянно ловил себя на мысли, что пытается предугадать первые слова, которые услышит от него. А еще Рамси вновь хотел увидеть в глазах Грейджоя странное выражение надежды и неясного вопроса, которое не давало ему покоя со времени их первой безмолвной встречи.

    Глухая железная дверь открывалась очень долго, словно в замедленном фильме. У Теона пересохло во рту, когда из-за нее появился Рамси в сопровождении охранника, припадающего на правую ногу.

    Охранник снял наручники, и Рамси быстро оглядел зал за стеклянной перегородкой. Он сразу увидел знакомую худощавую фигуру в той же самой куртке, в которой Теон пришел на их первое свидание.

    Рамси, сильными движениями размяв кисти, что-то сказал — Теон не разобрал что именно, он слышал только громкий назойливый голос дорнийки.

    Теон не отваживался посмотреть в лицо Рамси и не понимал, чего ему больше хочется — спрятаться под стойку или убежать. Сердце застучало так, что заглушило все остальные звуки, и в животе заворочался какой-то липкий тревожный ком.

    Боги, зачем я снова пришел сюда? Что я скажу ему? Что он скажет мне?

    Рамси сглотнул и перевел дыхание. Грейджой все еще стоял поодаль, словно вовсе не собирался занимать стул у переговорной трубки, поэтому Рамси улыбнулся ему и поднял ладонь в приветственном жесте.

    Все, как и прежде! Ты ждешь моей команды, боишься приблизиться, боишься первым начать разговор... Это хорошо. Это очень хорошо. Ну давай же, подойди ко мне... сделай первый шаг, мой славный!

    Теон наконец поднял глаза и уставился на губы Рамси. Раньше ему казалось, что они похожи на отвратительных жирных червяков. Сейчас он не увидел в них ничего противного: губы как губы. Они шевелились — Рамси что-то говорил. Но чтобы понять, надо было взять трубку, и Теон подошел к стойке. Ноги согнулись сами собой, словно подломившись в коленях, и он опустился на стул.

    Рамси указал на телефонную трубку. Теон с сомнением протянул к ней руку и замер на миг, не решаясь снять ее с рычага. Он украдкой бросил взгляд на Рамси — тот выглядел расслабленным и не опасным.

    Стекло. Нас разделяет пуленепробиваемое стекло. Успокойся. Он ничего не сможет тебе сделать.

    Рамси, не отрываясь, жадно обегал его взглядом — снова и снова, казалось, что он ощупывает его глазами. Теон собрался с силами и решительно поднес трубку к уху. Рамси заговорил первым.

    — Здравствуй, мой Теон, — он постарался произнести эти слова со всей проникновенной нежностью, на которую только был способен.

    Голос Рамси был хрипловатым и мягким, Теон уже забыл, как чувственно может звучать его раскатистое "р".

    Рамси вновь мягко улыбнулся, стараясь не выдать свой отчаянный голод. Он хотел не просто услышать Теона. Он страстно хотел его самого. Их разделяло всего лишь несколько дюймов, но Рамси не мог прикоснуться к нему и даже не мог вдохнуть его запах.

    Теон выглядел испуганным, но, когда он плотно прижал телефонную трубку к уху, кажется, начал успокаиваться.

    Взгляд Рамси упал на пальцы Теона, и его передернуло от отвращения. Лицо исказила гневная гримаса, левый угол рта резко опустился вниз: на обеих руках Грейджоя красовались перчатки с наполнителем вместо отсутствующих пальцев, и Рамси охватило бешенство.

    — Я же приказал тебе выбросить эти долбаные перчатки нахрен, — отчеканил он в трубку, с яростью глядя на ладони Теона.

    Тот похолодел.

    Твою мать… Рамси же приказал прийти без перчаток!

    Теон посмотрел на него расширенными от ужаса глазами и вдруг непроизвольно подался назад, едва не выронив трубку из пальцев.

    Рамси раздраженно скрипнул зубами.

    Седьмое пекло, нет!

    Нет!

    Снова все идет совсем не так! Ну почему этот долбаный Грейджой вечно все делает не так!

    Рамси на мгновение прикрыл глаза и глубоко вдохнул, стараясь утихомирить свой гнев, ярость на его лице сменилась досадой. Нужно было успокоить Грейджоя, потому что Рамси чувствовал — еще немного, и их свидание завершится бегством трусливого гаденыша.

    — Теон… — Рамси поразился, насколько хриплым стал его голос. — Подожди, Теон… Я хотел сказать совсем не то. Успокойся и посмотри на меня. Посмотри на меня!

    Теон, повинуясь приказу, ошалело уставился на него через стекло.

    Рамси сделал паузу, вглядевшись в испуганное лицо Грейджоя, а затем продолжил говорить.

    Теон слушал Рамси, не разбирая слов, но низкий голос, лившийся из трубки, был ровным и успокаивающим.

    — Я всего лишь хочу попросить тебя снять эти долбаные перчатки. Я целый год не видел твоих рук. Покажи мне свои ладони. Пожалуйста, — Рамси натянуто улыбнулся, хотя это стоило ему непомерных усилий. — Всего лишь небольшая просьба, неужели ты откажешь мне в этом? Теон, сними перчатки! Я хочу просто посмотреть на твои руки.

    О Боги... я разговариваю с ним, как с недоумком-молокососом... Грейджой! Да приди же в себя наконец! Не нужно сейчас меня бояться... просто сними эти долбаные перчатки и дай мне посмотреть!

    Растерянный Теон не верил своим ушам: Рамси его просил. Не приказывал, а просил снять перчатки. Рамси улыбался — похоже, он больше не злился, и Теон вздохнул с облегчением.

    Он отложил трубку в сторону и потянул перчатку с правой руки. Оттопыренный мизинец, набитый ватой, упруго торчал в сторону. Теон смотрел на свою ладонь как на чужую. Тонкие красивые пальцы были исчерканы белыми нитками шрамов на бледной коже, а сбоку — отвратительный короткий обрубок. Он бросил взгляд на Рамси. Тот подался вперед и жадным взглядом следил, как перчатка плавно съезжает с пальцев.

    Теон положил ладонь на стол, и Рамси облизнулся. Над его верхней губой и на висках выступили мелкие капельки пота. Теона передернуло. Рамси, не моргая, смотрел на его руку так, словно собирался ее съесть. Кажется, он даже перестал дышать. Это было настолько омерзительно, что Теон разозлился. Он поднял глаза на Рамси и, облокотившись на стойку, выставил перед ним вторую руку, развернув ладонью к себе.

    Смотри, скотина.

    Широко улыбнувшись, он начал медленно стягивать перчатку зубами, захватывая каждый палец по очереди; слегка тянул вверх и переходил к следующему. Рамси застыл, глядя как неторопливо Теон сдирает перчатку с левой ладони.

    Теон неотрывно смотрел Рамси в глаза, которые казались совершенно безумными. В уголках его полуоткрытых губ блестела слюна.

    Когда во рту Теона остался кончик указательного пальца полностью снятой перчатки, он отбросил ее в сторону взмахом головы и припечатал трехпалую ладонь к стеклу.

    Дыхание Рамси участилось, он смотрел на бледные узкие руки в шрамах и порезах. Левая напоминала лапу инопланетного создания, а правая казалась неестественно узкой из-за отсутствующего мизинца.

    Твои руки прекрасны… они мои… как и ты, Теон… ты принадлежишь мне… Мой, и только мой… когда же я наконец смогу забрать тебя…

    Рот наполнился тягучей слюной. Рамси никак не мог оторваться от трехпалой руки Теона, прижатой к стеклу, прекрасно понимая, что их молчание слишком затянулось и снова рушится так хорошо продуманный сценарий диалога. Однако он ничего не мог с собой поделать. Пах распирала привычная ноющая боль. Если бы не это проклятое стекло…

    Теон подхватил трубку правой рукой и с вызовом спросил:

    — Ну что? Ты кончил?

    Рамси невольно усмехнулся про себя. Грейджой-Грейджой… И это первые слова, которые он услышал от гаденыша за целый год молчания!

    — Конечно, — серьезно ответил Рамси и посмотрел в глаза Теону. — Твои руки очень красивые.

    Обескураженный Теон смутился и немедленно убрал левую ладонь. Рамси досадливо проводил взглядом его руку. Еще в прошлый раз Теон заметил во взгляде Рамси что-то, похожее на восхищение. Сейчас же Рамси смотрел на него как на любовника. Красивые руки… настолько красивые, что Теон стыдится показываться на людях без перчаток. Покраснев, он просунул левую ладонь между коленями — так, чтобы ее не видел Рамси. Перчатка валялась на полу в трех футах от стула, и Теон пожалел, что решил закончить свое дерзкое спонтанное представление чересчур эффектным жестом. Он многое бы отдал, чтобы отброшенная перчатка оказалась сейчас в кармане его куртки. А еще лучше — на левой руке.

    — Ты хотел, чтобы я пришел к тебе на свидание, — неуверенно произнес Теон, все еще чувствуя неловкость.

    Звучит, как будто он приглашал меня в ресторан на настоящее свидание!

    — Так о чем ты хотел поговорить со мной? — более твердым тоном продолжил он.

    — Да, я хотел, чтобы ты пришел. Я хотел с тобой поговорить, — Рамси сделал многозначительную паузу. — Мы не разговаривали больше года. Поговори со мной, Теон! Расскажи, как ты живешь...

    Теон хмыкнул.

    — Ты же лучше моего знаешь, как я живу. У тебя везде соглядатаи, хоть ты и за решеткой, кругом глаза и уши.

    Рамси примирительно поднял вверх ладонь.

    — Ты ошибаешься. Мне не докладывают о каждом твоем шаге, Теон. Мои люди всего лишь изредка присматривают за тобой и забирают письма. Они отвечают за твою безопасность — ведь я не хочу, чтобы ты попал в неприятности… в жизни всякое случается, сам знаешь.

    Рамси внезапно замолчал. Он отвел глаза в сторону, будто что-то припоминая.

    — Расскажи мне о девочках, — неожиданно потребовал он. — Как там непоседа Джейни? Как Хелисента? Она любила тебя больше всех, Теон... Я помню, как ты прятал для нее лакомые кусочки. Ты думал, что я этого не видел, ну а я не вмешивался в вашу "тайну". Было забавно смотреть, как она вечно норовила облизать тебе лицо. А Кира? Все такая же прожорливая, верно?

    Теон любил собак, которых уже давно считал своими, и мог рассказывать о них часами.

    — Девочки в порядке, я покупаю им дорогой корм и вожу к хорошим ветеринарам. Джейни такая же егоза, а Хели очень ласковая. Кира жрет в три горла, если за ней не уследишь, и недавно я решил посадить ее на диету. Девочки очень дружелюбные, никогда не ссорятся и никого не задирают на прогулках, хотя в парке их почему-то побаиваются... не всем нравится эта порода. Люди считают доберманов агрессивными, но на самом деле они нападают, только когда хозяину грозит опасность…

    Рамси смотрел на бледное осунувшееся лицо Теона в обрамлении полуседых волос, и пах снова наливался болью. Если бы не это проклятое стекло... Он наблюдал, как шевелятся губы Теона и время от времени кивал ему, улыбаясь. Он полностью погрузился в звуки голоса, который уже немного подзабыл. Сейчас с ним разговаривал не подобострастный Вонючка, а прежний Теон Грейджой, который уверенно и бойко рассказывал что-то о собаках, но Рамси не вникал в смысл его монолога. Он слушал только голос. Но что-то мешало ему, что-то перебивало и заглушало Теона — какой-то рокочущий раздражающий гул, доносящийся слева.

    Рамси обернулся на посторонний шум. Дорниец с сальными прилизанными волосами, сидящий через несколько стульев от него, громко тараторил в трубку, наполнив помещение резкими гортанными звуками.

    Дорнийская скотина!

    Рамси с яростью уставился на смуглый профиль дорнийца, в деталях представляя, как подходит к этому уроду и изо всех сил всаживает кулак прямо в острый птичий нос, ломая перегородку и хрящи, превращая лицо мерзавца в кровавую кашу.

    — Они очень любят играть с резиновыми мячиками, у меня уже полный мешок изгрызенных игрушек… Рамси... — голос Теона дрогнул, — ты ведь не заберешь у меня девочек, если выйдешь из тюрьмы?

    Теон с замиранием сердца ждал ответа на свой вопрос, но Рамси не слушал его и смотрел куда-то в сторону. Теон замолчал и стал смотреть туда же, на дорнийца и его жену. Жестикулирующий дорниец почувствовал чужие внимательные взгляды, испуганно глянул на Рамси, повесил трубку и начал пятиться к двери. Его жена что-то истошно завопила на южном гортанном языке и стала бить трубкой по стеклу. К разъяренной дорнийке подскочил охранник, присматривающий за посетителями, и, придерживая за плечо, вывел из зала. В комнате сразу стало тихо.

    Рамси вновь повернулся к Теону.

    — Прости, — как можно мягче произнес он, приблизившись к стеклу. — Я не расслышал твой последний вопрос. Ты спросил о том, когда я выйду из тюрьмы?

    Рамси пропустил мимо ушей вопрос о девочках, и Теон побоялся задавать его снова. Он видел, как Рамси разозлился на дорнийца, и решил, что будет лучше спросить в другой раз, когда тот будет в более благодушном настроении.

    — Я слышал, что апелляция через месяц, и тебя, скорее всего, освободят. Мне говорили, твое дело теперь ведет Варис, а он никогда не проигрывает, и ты выйдешь на свободу.

    Рамси медленно кивнул.

    — Кажется, сейчас мы перешли к самой важной теме, — сказал он, еще ближе пододвинувшись к перегородке. Его лицо едва не соприкасалось со стеклом. — Я хочу знать, что ты думаешь о нашем будущем, Теон?

    Тот ошеломленно захлопал глазами. Конечно, он думал о том, что Рамси может выйти из тюрьмы, и это так или иначе изменит его жизнь, но мысли о совместном будущем с Рамси ему даже близко не приходили в голову.

    Рамси заметил, как Теон встревоженно отвел взгляд и неуверенно скривил губы. Похоже, он слишком поторопился с прямым вопросом, который совершенно выбил Грейджоя из колеи. Рамси занервничал — он понял, какой ответ сейчас услышит от Теона.

    Твою мать, ну что за долбаная спешка?! Молчи, Грейджой, не отвечай ничего! Я сейчас все исправлю. Я все скажу за тебя сам.

    Рамси быстро заговорил, не отрывая взволнованного взгляда от лица Теона:

    — Мне действительно осталось совсем немного до апелляции. Я скоро выйду на свободу, это вопрос уже решенный. Нескольких моих ребят выпускают на волю уже на следующей неделе.

    Рамси перевел дыхание и, прижав трубку к губам, горячо зашептал:

    — Теон, я просто хочу узнать, что ты думаешь о нас с тобой? Что ты думаешь о нас? Я часто писал тебе, что хочу быть рядом с тобой. Я хочу, чтобы мы были вместе! Я хочу тебя, Теон, и я ничего не могу с собой поделать. Ты прекрасно все знаешь, я говорил тебе об этом тысячу раз! Ты нужен мне!

    Теон недоверчиво смотрел на Рамси и не мог вымолвить ни слова.

    Рамси стиснул левую руку в кулак — так, что ногти, казалось, прорвали кожу.

    Проклятый Грейджой, ну почему ты не отвечаешь?!

    — Я понимаю, — сказал Рамси, выкладывая последний козырь. — Я понимаю, что должен учитывать и твои желания, Теон. Если ты скажешь, что пока не готов принять меня, я смирюсь с этим. Я обещаю, что не буду преследовать тебя или навязываться. Но я бы хотел общаться с тобой время от времени. Просто встречаться иногда. Навещать собак. Они ведь принадлежат мне так же, как и тебе. Кажется, у нас с тобой впервые появилось что-то действительно общее.

    Теон недоуменно смотрел на него и никак не мог понять, кто из них двоих сошел с ума. Он продолжал молчать, и Рамси не выдержал.

    — Теон… скажи мне правду... Я знаю, что у тебя за весь этот год не было никого — ни любовника, ни любовницы. Неужели тебя совсем не волнует то, как сильно я хочу тебя? Неужели ты не хочешь, чтобы я сделал тебя счастливым?!

    Теон словно очутился в безумном зазеркалье. Рамси говорил странные, неожиданные вещи. Он твердил, что не будет навязываться, что оставит ему собак, что сделает его счастливым…

    Рамси.

    Сделает счастливым.

    Ага.

    — Рамси… Прости, я как-то не думал обо всем этом так...

    Теон вспомнил свои сны, в которых постоянно присутствовал Рамси, и как просыпался, перепачканный собственной спермой. Как перечитывал его письма снова и снова, а потом шел в ванную, чтобы снять напряжение.

    — Я... я не знаю... наверное, я тоже хочу тебя, — неожиданно для самого себя произнес он.

    Боги старые и новые, что я говорю!

    В глазах Рамси вспыхнул победный огонек, однако Теон не заметил этого.

    Да! Да! Именно эти слова он мечтал услышать от Теона, именно этого он добивался от него целый год!

    Он тоже хочет меня! Конечно, хочет... только я могу дать ему то, чего он хочет на самом деле!

    — Но я боюсь тебя, Рамси, — продолжил Теон внезапно севшим голосом. — Я боюсь, что ты снова запрешь меня в подвале, будешь бить, резать, наказывать и отрубать пальцы. Я боюсь, что ты заставишь меня снова стать твоим Вонючкой, посадишь на цепь и будешь кормить с рук.

    Теон поднял голову и посмотрел Рамси прямо в глаза.

    Скажи мне, что всего этого больше никогда не будет.

    Рамси медлил. Сейчас надо было всего лишь сказать правильные слова... эти слова были почти что правдой. Рамси не был уверен, что хочет вернуть себе прежнего Вонючку. Нет. Он желал заполучить Грейджоя, который, побывав в его руках, изменился, превратившись в Теона, который был интересен. Который был нужен. Которого он хотел.

    — Теон, мой Теон, — Рамси прикоснулся кончиками пальцев к исцарапанному стеклу. Он ласково смотрел прямо в расширенные зрачки Теона. — Все это осталось в прошлом. Забудь о нем. Я никогда не причиню тебе вреда. Никаких подвалов и цепей. Я хочу, чтобы ты был счастлив со мной, и ты будешь! Мы будем вместе — ты и я, и больше никакой боли! Верь мне, Теон!

    Рамси провел ладонью по стеклу, словно погладив лицо Грейджоя. Его глаза блеснули.

    — И наш первый секс, Теон, — медленно растянув губы в усмешке, сказал Рамси. — Ты запомнишь его на всю жизнь. Это я тебе тоже обещаю!

    Колченогий Карл откашлялся за плечом Рамси.

    — Прошло сорок минут, я не могу больше позволить вам оставаться здесь, мистер Болтон, — извиняющимся тоном сказал он.

    Рамси поднялся со стула, продолжая глядеть на завороженного Теона, который все еще сжимал в пальцах бесполезную трубку.

    — Помни! — сказал Рамси, артикулируя губами, пока Карл застегивал наручники у него за спиной. — Ты мой, Теон! Всегда помни об этом!
     
  16. Lady Snark

    Lady Snark Знаменосец

    Прода!!! :bravo: :bravo: :bravo: :bravo: :bravo: :hug:
     
    Rina, Lelianna и World_Viktory нравится это.
  17. Frau Lolka

    Frau Lolka Знаменосец

    Lady Snark , ну ты-то все это уже читала )))) и даже в кое-чем поверила Рамси, я помню :D
     
    Lelianna, World_Viktory и Lady Snark нравится это.
  18. Lady Snark

    Lady Snark Знаменосец

    Ну и что! А я как раз дозреваю чтоб перечитать. :creative: :creative: :creative:
     
    Rina, Lelianna и World_Viktory нравится это.
  19. Frau Lolka

    Frau Lolka Знаменосец

    Lady Snark , перечитать это хорошо )))) Кстати можно же с самого начала, с "Железной цены".
     
    Rina, Lelianna, World_Viktory и ещё 1-му нравится это.
  20. Эмарис

    Эмарис Оруженосец

    Ох,как это роскошно!
    --- Склейка сообщений, 17 янв 2016 ---
    Спасибо большое за такое жаркое продолжение!!!:in love::in love::in love:
     
    Rina, Lelianna, Lady Snark и 2 другим нравится это.