1. Добро пожаловать в раздел творчества по Песни Льда и Пламени!
    Полезная информация для авторов: Правила оформления фанфиков (читать перед размещением!) Бета-ридинг
    И для читателей: Поиск фанфиков по ключевым словам Рекомендации и обсуждение фанфиков
    Популярные пейринги: СанСан Трамси
    Популярные герои: Арья Старк Бриенна Тарт Дейенерис Таргариен Джейме Ланнистер Джон Сноу Кейтилин Талли Лианна Старк Мизинец Нед Старк Рамси Болтон Рейегар Таргариен Робб Старк Русе Болтон Сандор Клиган Санса Старк Серсея Ланнистер Станнис Баратеон Теон Грейджой
    Другие фильтры: лучшее не перевод перевод юморвсе
    Игры и конкурсы: Минифики по запросу Флэшмоб «Теплые истории»Шахматная лавочкаНовогодний Вестерос или Рождественское чудо
    Внимание! Отдельные фанфики могут иметь рейтинг 18+. Посещая этот раздел вы гарантируете что достигли 18 лет. Все персонажи, размещенных в разделе произведений, являются совершеннолетними.

Гет Фанфик: Короткие истории о некоторых обитателях Вестероса

Тема в разделе "Фанфикшн (в т.ч. 18+)", создана пользователем Птица Элис, 4 фев 2016.

  1. Птица Элис

    Птица Элис Наемник

    Название: Короткие истории о некоторых обитателях Вестероса
    Фандомы: Песнь Льда и Огня
    Автор: Птица Элис
    Бета: Natali Fisher
    Категория: гет, джен, пародия. Есть все.
    Размер: макси
    Пейринг/Персонажи: указываются отдельно для каждой новой главы.
    Рейтинг: R
    Жанр: Drabble/Drama/Humor
    Предупреждения: ООС по умолчанию. Без ООС - только Мартин.
    Краткое содержание: Перед вами - сборник небольших рассказов о персонажах ПЛиО по заявкам читателей - на любой вкус: от модерн-АУ до сказки, от попаданцев до кроссовера, от драмы до стеба. Аффтар старался сделать персонажей максимально каноничными. Но в юмористических главах это вряд ли вышло.
    Дисклеймер: всё принадлежит Мартину. Идеи (за малым исключением) принадлежат читателям.
    Статус: закончен
     
    Bulldozzerr, Cat. и Леди Яна нравится это.
  2. Птица Элис

    Птица Элис Наемник

    Джоффри/Санса. «Страх - это лишь плод твоего воображения»

    По заявке Soleil Vert: Джоффри/Санса. "Страх — это лишь плод твоего воображения".

    * * *
    Санса вжалась бы в стену, если бы знала, что это ее спасет — если бы знала, что может в ней раствориться, исчезнуть. Если бы позади не стоял сир Мендон Мур, придерживая ее за плечи — наверное, чтобы она не сбежала.

    Но разве ей есть, куда бежать?

    Ее загнали, точно зверя на охоте — или она сама покорно шагнула в ловушку?

    — Неужели ты боишься? — насмешливо спрашивает Джоффри. — Хотя, конечно, боишься — ты ведь такая слабая, — голос его сочится медом: король в приятном расположении духа.

    Санса устало, почти покорно закрывает глаза и лишь едва вздрагивает, когда его рука медленно, почти любовно заправляет локон, выбившийся из прически, за ухо.

    Она качает головой — все тело сжимается в протесте. Тошнота подкатывает к горлу, но она принуждает себя не шевелиться, пока пальцы скользят по ее щеке.

    Сансе противно — ей кажется, что кожа от прикосновений Джоффри покрывается мерзкой, липкой паутиной, опутывающей все ее тело.

    Она задыхается в ней, ощущая, как страх ледяной водой заливает ее внутренности, выворачивает наизнанку желудок.

    Санса тонет в нем, теряется. Не видит выхода.

    "Страх — это только иллюзия", — убеждает себя она, но сама не верит. Ничего реальнее этой перебивающей дыхание холодной волны просто быть не может.

    Отец говорил, что северяне не смеются — холодными зимами смех застревает в горле и душит их.

    Сансу душит не смех. Сансу душит страх.

    — Ты же не боишься, правда? — почти ласково спрашивает Джоффри.

    С королем всегда следует соглашаться — но не в этом случае.

    — Взгляни на меня!

    Она открывает глаза. Джоффри смотрит на нее, склонив голову — почти с любопытством. В зеленых глазах — почти насмешка. С Джоффри всегда так: сердится ли он, притворяется ли галантным, насмехается — все это не до конца. Не хватает для искренности какого-то одного штриха, и Санса даже не может сказать, какого. Она просто знает, что Джоффри такой же лгун, как и все остальные.

    — Сир Мендон, — говорит он, — покажите леди Сансе, насколько остра ваша сталь.

    Черное озеро ужаса смыкается над ее головой, когда она чувствует, как меч холодной тенью скользит вниз по ее беззащитному горлу.

    "Хорошо бы, — неожиданно спокойно думает Санса, — это быстро закончилось — одно движение, и смерть. Я уже устала бояться".

    И молиться она тоже устала, но не хочет признаваться себе в этом.

    Боль вспыхивает неожиданно — в руке, как будто ее внезапно лизнуло открытым пламенем.

    "Неужели так убивают?" — пробивается сквозь туман боли и ужаса жалкая мысль.

    Лицо Джоффри расплывается перед глазами.

    — Это всего лишь царапина, — произносит он насмешливо. — А ведь тебе следовало отрубить руку.

    Сансе не хочется видеть, что с ее рукой, — но против воли она скашивает глаза. Широкий голубой рукав стал сиреневым от пропитавшей его крови.

    — Почему? — спрашивает она как можно тише, стараясь не выдать боли. Но вместо спокойного "почему" в ее вопросе звучит беспомощное "за что?" — и это слышно даже самой Сансе.

    Глупый вопрос, глупый, как сама Санса. Джоффри никогда, никогда, никогда не нужен повод.

    — Вместо твоей сестры, — охотно, впрочем, откликается он, снова делая легкий, текучий шаг к ней. — Знаешь, иногда мне даже жаль, что она сдохла, не поплатившись.

    Влажное, мерзкое дыхание касается уха, и Санса невольно отшатывается в сторону.

    — Ты говорила матери, что боишься меня, — говорит Джоффри спустя пару бесконечных мгновений. — Страх — это лишь плод твоего воображения, — усмехается он. — Ты любишьменя, Санса, — хорошенько запомни это.

    Санса молчит — и даже кивнуть не может, уставшая и окаменелая.

    Джоффри улыбается, снова касаясь ее щеки.

    Паутина, мерзкая паутина — она облепляет губы, проникает в рот, склизкая, липкая, грубая...

    Волки не боятся. Леди не плачут.

    Но ее волчица давно мертва.

    Леди больше нет.

    Санса покорно терпит поцелуй.
     
    Джей, Cat., Жорик и 6 другим нравится это.
  3. World_Viktory

    World_Viktory Удалившийся

    Санса здесь такая сильная и одновременно такая слабая. Очень жалко ее :(
    Дроффри мелкий мудила :devil:
     
  4. Птица Элис

    Птица Элис Наемник

    World_Viktory
    Мне кажется, в том и суть ее - внешне мягкая, но не ломающаяся.
     
  5. World_Viktory

    World_Viktory Удалившийся

    Птица Элис
    Да, Санса сложный человек. Сколько про нее не читаю, нахожу все новые и новые черты, не все они мне приятно, но это уже мои личные замашки.
     
    Птица Элис нравится это.
  6. Птица Элис

    Птица Элис Наемник

    World_Viktory, и это замечательно - была бы она приятной во всех отношениях - не была бы живым персонажем.:)
     
  7. Гражданин Креветка

    Гражданин Креветка Удалившийся

    Good Fanfiction!-сказала англоязычная часть моего творческого Я.:bravo: Мне нравятся такие минифики. Джоффри и Санса получились весьма каноничными. Хотелось бы прочитать остальные "истории о некоторых обитателях Вестероса".
     
    Cat., World_Viktory, Птица Элис и ещё 1-му нравится это.
  8. Птица Элис

    Птица Элис Наемник

    Гражданин Креветка
    Очень приятно, спасибо! Что же касается всего остального - планирую пока выкладывать главы ежедневно.
     
  9. Птица Элис

    Птица Элис Наемник

    Джоффри, Пес, мейстер. «Почему Таргариены воевали с Дорном?»

    По заявке Clegane: Джоффри | Пес | мейстер "Почему Таргариены воевали с Дорном? — Потому что там живут красивые бабы (или шлюхи) с большими сиськами. И дешевое вино". Фэйспалм мейстера.

    * * *

    Джоффри вздохнул и поскреб ногтем капельку воска на мейстерском столе. Ему было невыносимо скучно в душном, прогретом летним солнцем замке. А ведь снаружи было так чудесно! Сквозь витражные окна лилось разноцветное солнце — вспыхивало, дробилось на полоски, искорки; цвета перемешивались и путались, как гербы в его голове, которые Джоффри должен был выучить.

    Он в негодовании шлепнул ладонью по столу — ведь он же принц! Скажите на милость, зачем ему учиться, если у него будут советники? Вот они пускай и учатся, а он, Джоффри, вовсе не обязан — чтобы править, совершенно необязательно думать, не так ли?

    Еще чего — запоминать какие-то гербы, какую-то дурацкую историю...

    — Отец все равно их сверг! — пробурчал Джоффри. — Мне незачем учить их имена и все остальное. Какая польза от давно мертвых королей?

    Мейстер Пицель сложил узловатые руки на животе.

    — История учит королей править... — занудливо, нараспев начал он привычные увещевания, и Джоффри почувствовал, что засыпает. Перед глазами кружились полчища врагов, и Джоффри с увлечением их протыкал отцовским мечом. А кого не мог проткнуть, тем расшибал головы отцовским же молотом — вдалеке король Роберт кричал ему что-то хвалебное, наверное, восхищаясь его силой и смелостью.

    Из приятной дремоты его вывел все тот же голос, на этот раз казавшийся едва ли не возмущенным:

    — Мой принц, если вы не будете меня слушать, мне придется пожаловаться вашей матушке...

    Джоффри зевнул и подумал, что очень хотел бы на это посмотреть. Интересно, что бы сделала мать, вздумай мейстер на него пожаловаться? Велела всыпать палок? Не Джоффри, конечно, — мейстеру.

    Нет, это слишком просто.

    Может, вырвать ему бороду по волоску — долго, зато интересно. Или, может быть, надежнее будет вырвать ему язык?

    — Вашей матери... или вашему отцу.

    Принц, размечтавшись о пытках, от неожиданности едва свой собственный язык не откусил.

    Вот это была серьезная угроза — Джоффри еще не забыл отцовскую зуботычину после той истории с беременной кошкой.

    — Я все выучил, великий мейстер! — пролепетал он, стараясь, чтобы голос не звучал испуганно.

    — То-то же, мой принц. Вы необыкновенно умный и способный юноша. Ну, приступим же, — прокряхтел мейстер Пицель, заставив Джоффри надуться от гордости. — Где же книга? — спросил он чуть растерянно, оглядывая стол.

    — Как вы можете спрашивать у меня урок и требовать прилежания, — протянул Джоффри, ногой заталкивая злополучную книгу глубже под стол, — если сами путаетесь в своих свитках?

    Мейстер, казалось, сильно смутился — во всяком случае, его щеки, похожие на два запеченых яблока, тронула неяркая краска.

    — Я прошу меня простить, — забормотал он невнятно, приподнимаясь на ноги и бренча цепью. — Я сейчас принесу другой экземпляр... право же, какая неприятность...

    Когда Пицель проходил мимо, Джоффри ужасно захотелось дернуть его за бороду.

    Едва за ним хлопнула дверь, он крикнул:

    — Пес! Эй, Пес, ты мне нужен, сейчас же!

    Страшная, обгорелая рожа Сандора Клигана просунулась в дверной проем.

    — Чего изволите? — уголок его рта насмешливо дернулся.

    — Пес, ты должен мне помочь, — не терпящим возражений тоном приказал Джоффри. — Ты знаешь историю?


    * * *

    — Итак, мой принц, извольте ответить мне: почему Таргариены воевали с Дорном?

    Телохранитель в углу что-то пробурчал — глуховатый мейстер Пицель не мог этого расслышать. Пицель, но не Джоффри, который послушно повторил:

    — Потому что там живут красивые бабы с большими сиськами.

    Великий мейстер открыл рот и стал наливаться краской.

    — Что?

    Подбородок под пушистой бородой мелко затрясся.

    — И дешевое вино, — радостно добавил Джоффри, оглянувшись на Пса.

    Тот хрипло расхохотался.
     
    Жорик, Mirielle, Lali и 11 другим нравится это.
  10. Птица Элис

    Птица Элис Наемник

    Санса/Петир. «Он пел об одной, а пошел к другой»

    По заявке lonely_dragon: Санса/Петир. "Он пел об одной, а пошел к другой".

    * * *

    Утро медленно перетекало в ясный, тихий день, и небо сияло над ними остро и переливчато, как опрокинутая лазуритовая чашка.

    Осторожную тишину вспугнул всего лишь один тревожный вопрос.

    — Вы бы спасли мою мать, если бы могли?

    Санса Старк поднимает голову и долго, внимательно смотрит ему в глаза. Что она там ищет? Ветер треплет ее рыжие локоны, сквозящие снежной пылью, она жмурится от ветра, но продолжает смотреть.

    Пронзительно-синий взгляд струится прямо под кожу, и в поисках спасения Петир берет ее озябшие руки в свои, проводит линию по запястью, вглядываясь в невидимые символы на тонкой коже... Что угодно придумать, только бы не смотреть в глаза. Такие знакомые, такие яркие, как будто само небо, навеки запертое в тюрьме глазниц.

    Повисает неловкое молчание; Санса не отнимает рук — Санса ждет ответа.

    — Если б я мог... — с сожалением говорит он и замолкает — девочка может додумать сама. И, разумеется, сделает неправильные выводы.

    Если бы он мог, он бы убил Кейтлин Талли — нет, Кейтлин Старк! — второй раз. Сам. Своими руками убил бы и не пожалел ничуть, как она когда-то не пожалела его самого.

    — Вы любили ее? — тихо спрашивает Санса, опуская глаза.

    Любил ли он Кейтлин?

    Его единственная слабость. Его единственная настоящая ненависть — Кет, верная долгу, Кет-бессердечная, Кет-предательница.

    Гноящаяся, незаживающая рана на месте бьющегося сердца. Любил ли он? Почти так же сильно, как и ненавидел.

    Конечно, он внимательно следил за ее жизнью — не пропускал ни единого слуха, доносившегося с Севера о леди Старк, пряча за тонкой улыбкой злорадство: и тебя, Кошечка, предали, повесив на твою прелестную честную шейку отродие лжи — бастарда.

    И, пожалуй, даже больнее предали, не отослав прочь, а заставив терпеть плоды предательства — день за днем.

    А ведь ему, Петиру, еще повезло — его участь куда проще...

    Не глядя под ноги, он делает шаг вперед.

    Глаза режет от слепящего солнца, вспыхивающего искрами белого, острого пламени на снегу.

    Лучи дробятся, разбиваются на осколки, ломко горят в золотых волосах Ке... Сансы, спешащей за ним.

    Он оборачивается и, не удержавшись, проводит по ним рукой, точно стремясь погасить солнечное сияние.

    Санса не протестует — мальчишка Джоффри хорошо над ней потрудился. Это и к лучшему — отныне девочка сочла бы другом всякого, кто едва милее Неведомого. Право же, удобно. Такая тихая, такая покорная, такая... доверчивая. Имя мягкое, как ее манеры, — Сан-са. Не звенит проклятым колокольчиком — Кейт-лин-Тал-ли, — а тихо шелестит: Сан-са.

    Как трудно удержаться. Как же они похожи...

    — Ты очень напоминаешь мне ее, — сказал он. Впрочем, Сансе только еще предстояло стать его Кейтлин.

    Он опять солгал.

    Люди смертны. Как легко прервать их жизнь — вовремя шепнув нужное слово или собственными руками перерезав горло кинжалом.

    Гораздо сложнее создать человека.

    Вылепить из его души, как из мягкой глины, то, что тебе нужно, куда сложнее. О, для этого требуется особый дар.

    Петир осторожно приподнял ее подбородок.

    Он вылепит Кейтлин, которая будет принадлежать только ему, — он вылепит ее такой, какой она должна быть.

    Лучистые снежинки таяли на ее щеках.

    Петир определенно выбрал себе подходящий герб. Он сам — как птица-пересмешник. Подражает их красивым и глупым песенкам о любви, доброте и долге — но только подражает, высмеивая их про себя.

    Он был доверчивой, едва согретой пичугой на руке Кейтлин, которой та безжалостно сломала едва оперившиеся крылья.

    Он пел чудесные, звонкие песенки — пел об одной, а пошел к другой.

    Слушай же, Санса, — пересмешник поет для тебя.
     
    abril, Жорик, Mirielle и 7 другим нравится это.
  11. Fleur-de-Liss

    Fleur-de-Liss Знаменосец

    Лучшего объяснения и не придумать:D
     
    Cat., Жорик, Lady Tyra и ещё 1-му нравится это.
  12. Птица Элис

    Птица Элис Наемник

    Fleur-de-Liss, угу.
    Зачем мудрствовать лукаво.
     
  13. Птица Элис

    Птица Элис Наемник

    Домерик Болтон, Дейнерис. «Нет ничего приятнее, чем когда в вас стреляют и не попадают»

    По заявке Fluxius Secundus: Домерик Болтон | Дейнерис. "Нет ничего приятнее, чем когда в вас стреляют и не попадают".


    * * *
    — Нет ничего приятнее, чем когда в вас стреляют и не попадают, — сказал заяц, прижимая длинные уши к спине.

    Вернее, не сказал, а подумал, но Дейнерис, обнаружившая чудесную способность слышать мысли оборотней, поняла его и для удобства называла этот обмен мыслями разговором.

    Королева сочувствующе погладила зайчика по пушистой спинке — по правде говоря, не совсем зайчика, но Дени также было удобнее называть его так, — погладила зайчика по приплюснутой мордочке. Тот зажмурился — кажется, от удовольствия.

    Повисло молчание. Наконец Дени рискнула уточнить:

    — Что ты... вы имеете в виду?

    Обращаться к зверьку на "вы" было довольно безумно... до того, как Дени стала слышать голоса мертвых в своей голове.

    Ловко перебирая лапками, зайчик с беличьей ловкостью забрался к ней на колени.

    — Ваше величество... Вы знаете историю моих злоключений. Пятнадцать лет! Пятнадцать лет я не видел отчего дома — четыре года я воспитывался у тетушки Барбри и три года в Долине служил оруженосцем у лорда Редфорта. И восемь лет назад я погиб... — зайчик смахнул слезинку длинным ухом. — Ваше величество, вы знаете, что меня убил мой сводный брат-бастард, завидовавший моему происхождению... — голос его как-то совсем по-заячьи дрогнул и пресекся. — Подумайте только — какая ирония! Отравить меня тушеной зайчатиной!

    — Да, от братьев — сплошные проблемы, — посочувствовала Дейнерис. — Мне ли об этом не знать. Но могу ли я задать вам один вопрос? — осторожно нашаривая слова, произнесла королева.

    — Разумеется, — откликнулся заяц.

    — Я хотела спросить, вы... — она несколько смутилась, — не знаете ли вы... могут ли другие мертвые возвращаться? Ведьма сказала мне, что мой умерший супруг может вернуться ко мне — когда солнце встанет на западе и опустится на востоке, когда высохнут моря и ветер унесёт горы, как листья.... — в голосе ее зазвучали близкие слезы.

    Зайчик горестно вздохнул и положил лапку поверх дениной ладони в бледном подобии утешения.

    — К сожалению, я не знаю ничего о том, что там, за чертой, — зверек содрогнулся всем своим пушистым тельцем. — Я помню лишь довольную улыбку бастарда, темноту — а затем я очутился в этом теле. Простите, ваше величество.

    — Мне жаль, — кивнула Дейнерис. — Но продолжайте же.

    Зайчик шевельнул правым ухом, лежа у нее на коленях, как большая пушистая подушка.

    — Но вы не знаете, ваше величество, что на этом мои приключения не закончились. А виной тому — вы!

    Пальцы Дени, рассеянно поглаживавшие теплую шерстку, замерли.

    — Что?!

    Дени терпеть не могла, когда ее в чем-то несправедливо обвиняли. Но заяц успокаивающе махнул лапкой.

    — Вы привели в мир драконов — следовательно, и магию. Разве без этого я смог бы выжить? Я бы давно исчез, растворился в звере — если бы не вы.

    Ушки его нервно подрагивали, и Дени почувствовала запоздалое раскаяние... но и удовольствие от похвалы.

    — Имея такие сильные лапы, — с видимым удовольствием продолжал заяц, — и будучи в некотором роде мертвым, я подумал, что мне следует использовать эту вторую жизнь с пользой. Естественно, понятие "польза" не значило "окончить жизнь на чьем-то столе". Мало-помалу привыкнув к своему новому положению и к себе в новом качестве, я предпринял попытку путешествия в Королевские земли — мне давно хотелось там побывать. Не буду описывать подробности — и все лишения, что пришлось мне вытерпеть, — скажу только, что затея моя в конце концов увенчалась успехом.

    Я стал жить в лесу, — время от времени вздыхая, рассказывал он, — и жизнь моя была бы прекрасна, если бы не отсутствие близких... и книг, — заяц раздраженно стукнул лапой по коленке Дейнерис. Та ойкнула. — Простите, ваше величество, — учтиво склонил длинноухую голову тот. — Так вот, не знаю, чего мне не хватало больше — впрочем, я не жаловался. Ровно до тех пор, пока меня не поймали слуги короля.

    Дени слушала, затаив дыхание.

    — Сидя в телеге, связанный, я уныло размышлял, что отцу следовало бы сменить герб с ободранного человека на ободранного зайца — в честь дважды глупо погибшего сына. Я с ужасом представлял, как окончу жизнь в котле с похлебкой, но судьба оказалась ко мне благосклонной.

    Вместо кухни меня выпустили в замковом дворе, и этот глупый мальчик-король принялся стрелять в меня — и моих длинноухих собратьев по несчастью — из арбалета.

    Дени готова была поклясться, что если б заяц мог, он бы расхохотался.

    — Неужели он истратил все стрелы понапрасну? — недоверчиво спросила она.

    — Именно! Именно! — в восторге восклицал заяц. — Он стрелял, как малыш, впервые взявший в руки лук, а я — я прыгал, я вертелся, я подскакивал! Все выше и выше! А стрелы летели — мимо, мимо, мимо... Нет ничего приятнее, чем когда в вас стреляют и не попадают, — повторил он. — Ведь я, по сути, был первым, кто нанес поражение лже-королю. А вы, ваше величество, мне проспорили, утверждая, что это не так.

    На самодовольное выражение заячьей мордочки невозможно было смотреть без смеха.

    — По уговору вы обещали выполнить любое мое желание.

    — Хорошо. Чего же ты хочешь? — рассмеявшись, спросила Дейнерис. — Я исполню все, что в моих силах.

    — Я хочу... книги, — маниакально сказал зайчик. — Много-много книг. И человека, который переворачивал бы страницы, — подумав, добавил он.
     
  14. Lali

    Lali Межевой рыцарь

    Бедный Домерик...
     
    Grim87613 и Птица Элис нравится это.
  15. Птица Элис

    Птица Элис Наемник

    Lali
    Лол. Ну зато мечта исполнилась;)
     
  16. Птица Элис

    Птица Элис Наемник

    Маргери Тирелл. «Я боюсь совсем не успеть того, что имеет вес и оставит след»

    По зааявке lonely_dragon: Маргери Тирелл. "Я боюсь совсем не успеть того, что имеет вес и оставит след".

    * * *
    Чего боится Маргери?

    Маргери боится грамкинов, о которых ей рассказывал Уиллас. Она с визгом прячется под одеяло, едва заслышав шаги служанки. Бояться так — очень весело. Страх поднимается изнутри легкими, холодными пузырьками, и девочка тихо смеется, изо всех сил вжимаясь лицом в мягкую, теплую шерсть.

    Маргери представляет, что играет с грамкинами в прятки. Спрятаться под одеялом — отличная идея, это самое укромное место в ее покоях, а если они все же догадаются заглянуть туда, то непременно придет братец Лорас и их всех победит — он ведь хочет стать рыцарем и защищать прекрасных леди. А если у него не получится — конечно, на помощь Маргери придет взрослый Гарлан и строго скажет, что никаких грамкинов не существует — они и исчезнут.

    А пока Маргери Тирелл сидит под одеялом и с упоением боится.


    * * *

    Чего боится Маргери?

    Маргери ничего не боится. Нет места в Просторе, где она бы не побывала — одна или вместе с кузинами: кажется, вместе со своей верной кобылкой они видели каждую рощицу, каждую речушку в Хайгардене — и везде ее встречали радостно. Женщины и мужчины улыбались, дети тянули к ней ручонки... Разве чего-то можно бояться в землях, где тебя так сильно любят?

    Бабушка, однако, была с ней решительно не согласна; впрочем, Королева шипов ни с кем и никогда не соглашалась, обо всем имея особое мнение.

    Она говорила:

    — Они улыбаются тебе, дурочка, в надежде получить лишнюю монету. Будешь держать чернь в сытости — и они отплатят тебе любовью. Но стоит тебе позабыть о них — и вся любовь тоже позабудется: они разорвут тебя на части вместе с твоим хорошеньким платьицем!

    Но Маргери только всякий раз пожимала плечами: разве посмеют люди, добрые люди ее разорвать, если она под защитой своих братьев и отца?

    Маргери не любит ощущение страха, возникающее от ехидных бабушкиных слов. Бабушка не верит, что люди добры?

    Зато Маргери верит: объездив земли отца вдоль и поперек, она видела доброту своими глазами.

    * * *

    Маргери боится всех на свете.

    — Ты побледнела, сестрица, — обеспокоенно говорит Лорас, переплетая свои пальцы с ее. Они у него неожиданно теплые — или у самой Маргери руки заледенели?

    Она с наслаждением греет озябшие ладони, стараясь не смотреть брату в лицо — он терпеть не может жалости.

    А Маргери не может смотреть на него иначе — сердце будто невидимым кулаком стискивает: говорят, будто Ренли убила тень, и неизвестно, правда ли это, но, несомненно, после его смерти одна только тень осталась и от Лораса.

    А он сильный. Он даже ее беспокойство замечает — какая самоотверженность!

    Маргери с благодарностью, без слов, пожимает ему руку — зная, что он поймет.

    — Ты уже не веришь, что люди добры? — тихо спрашивает Лорас. Голос сквозит обреченностью.

    Маргери упрямо вскидывает голову:

    — Я — верю. Что бы ты ни говорил. Просто... их испортил страх. За свою жизнь. За жизни своих детей.

    — А чего боишься ты?

    Она нагибается и чертит на песке рисунок: дева, тянущая руки к солнцу. Налетевший порыв ветра бросает ей в лицо песчинки и уничтожает тонкие линии без возврата.

    — Столько людей безвестно умирает каждый день. Я сама пережила уже двух супругов, — лицо Лораса при упоминании Ренли едва-едва, но болезненно искажается, и Маргери качает головой: в правильном мире это она должна быть безутешной. — Я боюсь... боюсь совсем не успеть того, что имеет вес и оставит след. Я как этот песок. Ветер дунул — и я уже не здесь, уже на стороне бывших врагов. Я боюсь, — слова даются трудно, застревают в горле, — что не успею сделать ничего по-настоящему хорошего. Боюсь быть забытой — но боюсь и того, что меня запомнят только как... как... — в голосе невольно звучит отвращение, и руки беспомощно падают на колени.

    Лорас смотрит на нее с невыразимым сочувствием, и Маргери опять думает: как у него хватает сил жалеть еще и ее?

    Он не успевает докончить — к ней, раскинув руки, со всех ног бежит Томмен.

    Она наклоняется, и ее маленький муж со счастливым смехом повисает на ее шее. Маргери кружится с ним, и яркий, безумный мир летит вокруг, отражаясь в его круглых зеленых глазищах.

    Совсем малыш.

    И добрый, добрый — определенно добрый! Может быть, единственный добрый человечек в этом змеином логове.

    Маргери прижимает его к себе крепче и краем глаза ловит улыбку Лораса.

    — Маргери ничего не боится, — уверенно говорит Томмен, уткнувшись в ее плечо. — А если вдруг испугается, я ее спасу — правда, сир Лорас?

    И Маргери верит ему.

    Он обязательно вырастет сильным королем — и спасет ее ото всех грамкинов на свете.

    Чего боится Маргери?

    Маргери ничего не боится.
     
    gurvik, Lali, вНЕ-времени и 7 другим нравится это.
  17. Жорик

    Жорик Знаменосец

    Подсказки Пса офигенны!!! Пес-суфлер, Пес-шпаргалка:bravo::bravo::bravo::bravo::bravo::bravo::bravo: Это потрясающе:bravo::bravo::bravo::bravo::kissy::kissy::kissy::kissy:
    Домерик-зайчик - ну просто невероятно непредсказуемо и няшно:kissy:
     
  18. Птица Элис

    Птица Элис Наемник

    Жорик
    Спасибо!
    С зайчиком я преизрядно намучилась, потому что когда мне дали персонажей и ключ, единственной реакцией было: "Что, как?"
    Вот и пришлось выкручиваться:)
     
    Жорик, Cat., Grim87613 и ещё 1-му нравится это.
  19. Амарилла

    Амарилла Ленный рыцарь

    Всё-таки маньячество в крови у Болтонов, даже таких милых как Домерик.:) Круто всё-таки получилось.
    А скоро моя заявка...
     
    Жорик и Птица Элис нравится это.
  20. Птица Элис

    Птица Элис Наемник

    Майя Таурус?
    *протирает пронзатель*