1. Добро пожаловать в раздел творчества по Песни Льда и Пламени!
    Полезная информация для авторов: Правила оформления фанфиков (читать перед размещением!) Бета-ридинг
    И для читателей: Поиск фанфиков по ключевым словам Рекомендации и обсуждение фанфиков
    Популярные пейринги: СанСан Трамси
    Популярные герои: Арья Старк Бриенна Тарт Дейенерис Таргариен Джейме Ланнистер Джон Сноу Кейтилин Талли Лианна Старк Мизинец Нед Старк Рамси Болтон Рейегар Таргариен Робб Старк Русе Болтон Сандор Клиган Санса Старк Серсея Ланнистер Станнис Баратеон Теон Грейджой
    Другие фильтры: лучшее не перевод перевод юморвсе
    Игры и конкурсы: Минифики по запросу Флэшмоб «Теплые истории»Шахматная лавочкаНовогодний Вестерос или Рождественское чудо
    Внимание! Отдельные фанфики могут иметь рейтинг 18+. Посещая этот раздел вы гарантируете что достигли 18 лет. Все персонажи, размещенных в разделе произведений, являются совершеннолетними.

Гет Фанфик: Трансформация (aka A need to suffer)

Тема в разделе "Фанфикшн (в т.ч. 18+)", создана пользователем Черный Жемчуг, 6 авг 2016.

?

Мне продолжать? )

  1. Да

    15 голосов
    93,8%
  2. Нет

    1 голосов
    6,3%
  1. Черный Жемчуг

    Черный Жемчуг Наемник

    Название:Трансформация (aka A need to suffer)
    Фандом: TV-сериал "Игра Престолов"
    Автор:spankingfemme, а я перевожу
    Ссылка на оригинал: http://archiveofourown.org/works/7276261/chapters/16522912
    Бета: Ёжик
    Категория: гет
    Размер: миди
    Пейринг/Персонажи: Санса Старк/Рамси Болтон, Джон Сноу, Петир Бэйлиш, Слуги, Стражники, Солдаты
    Рейтинг: NC-17
    Жанр:Драма
    Предупреждения: АУ с 6 сезона, !darkСанса, Фемдом, BDSM, Порка, Изнасилование/Нон-кон, Групповое изнасилование/Нон-кон, Связывание, Стокгольмский синдром, Психологические пытки, Психоанализ, !Много психоанализа
    Краткое содержание: Альтернативное окончание эпизода S6E9 Игры Престолов. Вместо того, чтобы отдать Рамси собачкам на растерзание, Санса решает, что относительно быстрая смерть - это излишняя роскошь для такого чудовища, как он. Настал его черёд быть объектом издевательств!
    Дисклеймер: всё принадлежит Мартину/НВО.
    Статус: в процессе
     
    Последнее редактирование: 29 авг 2016
    Afra V и Ёжик нравится это.
  2. Черный Жемчуг

    Черный Жемчуг Наемник

    От автора:
    ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ! Окей, этот фик очень мрачный, он несет в себе такие элементы как : (см. Предупреждения)
    Очень неприятные вещи будут происходить с не таким уж и бедным Рамси Болтоном…извини, мужик, но я безжалостна! :devil::)
    Планировался мини, но…я пишу помногу, и уже половина превысила 4000 знаков, так что…будет еще одна глава…не имею представления, сколько глав будет в этом фике, он живет своею жизнью! Эта глава довольно легкая, следующие будут мрачнее. Не говорите, что вас не предупреждали! )
    От переводчика: главу №1, как мне кажется, смогут выдержать даже консервативно настроенные Сиры, особенно если недолюбливают Рамси Болтона. А вот со 2-3 - уже вопрос ) Так то я любитель слэша, но эта история (ГЕТ ли это вообще?) показала, главное - вовсе не наличие второго мальчика )
    --- Склейка сообщений, 6 авг 2016 ---
    ОГЛАВЛЕНИЕ.
    Глава 1. Вверх тормашками.
    Глава 2. Наизнанку
    Глава 3. Сверху и снизу.
    Глава 4. Все ниже и ниже.

    Глава 5. Как ни крути.
    Глава 6. Новый путь.

    Глава 7. В клочья.
    Коллаж к фику.

    --- Склейка сообщений, 6 авг 2016 ---
    Глава 1. Вверх тормашками.

    Медный привкус во рту поприветствовал его при пробуждении.

    Рамси задохнулся, до боли в груди втянув живительный холодный воздух. На него обрушился каскад ощущений и сознание вернулось окончательно.

    Кажется, по крайней мере одно ребро сломано, но если не считать боли во всем теле, да нескольких порезов и ушибов, Рамси был на удивление целехонек.

    Если бы ОН взял бастарда в плен, тот бы уже успел лишиться некоторых конечностей, части шкуры и несомненно, молил бы о милосердии (коего не предполагалось!).

    Рамси не бы уверен, на каком этапе отключился; должно быть, все случилось вскоре после того, как этот предатель, ночной дозорный, яростно обрушил на него свои кулаки.

    Он сплюнул и осторожно поднял голову, дабы обозреть окрестности.

    Глаза склеились от засохшей крови, один яростно моргал, другой не открывался из-за отека.

    В помещении было темно, но свою игровую комнату он признал сразу. Здесь он учил послушанию Вонючку, как, впрочем, и многих других.

    Подергав путы на руках, он осознал, что привязан к своей крестообразной дыбе, почему-то с задней стороны. Привязали крепко, аж руки немеют. Подвигал пальцами, чувствуя покалывание от разбегающихся мурашек.

    Ноги закреплены тем же манером, тускло осознал он. Голова снова упала вперед и мир погрузился в темноту.


    Много часов спустя, ощущение чего-то мокрого, прижатого к опухшему глазу, разбудило его. Он рывком вскинул голову и Санса отшатнулась.

    Посеянный им страх засел настолько глубоко, что она невольно лишний раз шарахалась, несмотря на его надежные путы.

    Движение было едва заметным, но Рамси заметил и самодовольная улыбка растянула его разбитые губы.

    - Моя дражайшая жена! Вижу, ты пришла поухаживать за мной. Как и долженствует приличной женщине. – Рамси говорит уверенно, хотя голос после долгих часов беспамятства звучит хрипло.


    Санса оцепенела, затем с нечитаемым выражением на лице снова шагнула к нему. Зачерпнула воды из маленькой миски, которую держала, отжала лишнюю, и продолжила очищать его лицо, чем собственно, и занималась до того, как он очнулся.

    Его губы дернулись и улыбка на мгновение исказилась, пока сознание тщилось понять, зачем ей эти хлопоты по умыванию его персоны.

    - К чему все это? Ты и я, мы оба знаем, что мне недолго осталось…разве что…разве что ты не в силах оторваться от меня…или от моего члена? Что, я был настолько хорош, что ты напоследок хочешь вкусить еще немного, до того, как со мной покончат?

    Рамси яростно дернулся, ухмылка снова была на месте, а глаза безумно пялились на нее.

    Санса подняла холодный взгляд.

    - Меня никогда не интересовало то, что ты собирался мне предложить. Но сейчас, сейчас я склоняюсь к мысли отнять кое что у тебя.

    Ухмылка превратилась в оскал, фыркнув, он уставился на нее:

    - Что ты можешь отнять у меня? Этот дом? Мою жизнь? Все досталось твоему братцу-бастарду, раз уж он победил. Тебе и делать ничего не пришлось, дорогая, тут тебе ловить ничего!

    Уголки ее губ поползли вверх.

    - Верно. Я не отвоевывала имение своими руками, и не мне отнимать твою жизнь. Но помяни мое слово, Рамси, до того как ты умрешь, от тебя ничего не останется, я позабочусь об этом.

    Рамси рванулся вперед, в попытке напугать. Как она смотрит, аж ярость захлестывает, вырвать бы ей глаза за такую наглость!

    Санса только усмехнулась.

    - Ты так хочешь все контролировать. Себя, свою судьбу, все на свете, но сейчас не тот случай, верно? Да и никогда не мог, это то тебя и гложет. Ничего, я тебе покажу, как много еще можно отнять у тебя. Лично или по моей команде это будет делаться, но под конец ты будешь умолять о смерти.

    Негромко смеясь, Рамси откинулся назад.

    - Ты? Нежная. Сладкая. Санса?

    Его настрой сменился на серьезный.

    - Ты совершаешь ошибку. Развяжи меня! Прямо сейчас. И будешь прощена!

    Тень легла на чело Сансы. У него был такой уверенный вид, словно он и правда рассчитывал, что она склонится на его сторону, и ЭТО ПОСЛЕ ВСЕГО, ЧТО БЫЛО. Поистине, наглость этого человека была безгранична!

    Она царственно выпрямилась, задрав подбородок.

    - Наклонись чуть вперед, если не хочешь, чтобы кровь и сопли остались размазаны по всему лицу.

    Рамси снова скалился как акула.

    - Как скажешь, дорогая супруга. Кто я такой, чтобы отказывать леди Болтон в желании поухаживать за мужем? Полагаю, лорду пристало выглядеть презентабельно.

    Для того, что она собиралась с ним делать, умывать его было совсем не обязательно. Но он же любитель игр, так что быть посему, она с ним поиграет! Капелька доброты и ложные надежды как нельзя лучше украшают собой жестокость.

    Рамси расслабился, заурчав от ее манипуляций, пока она водила тряпицей по его опухшему и израненному лицу. Он лениво наблюдал за ней, только однажды прикрыв здоровый глаз, когда дошло до него. А так выглядел даже скучающим.

    Она делала свое дело, стараясь не морщиться, а закончив, отошла на пару шагов, оценить картину в целом. Он с усмешкой следил за ней одним глазом. Она усмехнулась в ответ, правда, причина ее радости была ему невдомек.

    Она предвкушала момент, когда от его самодовольства не останется и следа.

    - Ну как? Соответствую? – фыркнул он, все еще пытаясь пригвоздить ее взглядом.

    Она отвернулась, отошла на несколько шагов и взяла с маленького столика нож устрашающего вида. Периферическим зрением увидела, что он напрягся. Развернулась к нему. Рамси явно пытался храбриться, но улыбочка вышла какая-то вымученная.

    Он издал нервный смешок.

    - Что? Ты меня теперь резать будешь? И в чем тогда был смысл вытирать всю эту кровь?

    С каменным лицом, Санса молча приблизилась. Тело ее покрывалось мурашками, ей было страшно, но знать ему об этом ни к чему. Достаточно того, как много он отнял у нее, пришел его черед почувствовать себя в шкуре жертвы. Тон ее был ровным.

    - У меня нет намерений тебя резать или еще как-то уродовать. По правде говоря, ничего из того, что я с тобой сделаю, не принесет серьезного физического ущерба. Я не ты, Рамси, у меня есть свои границы. Но ты – ты все равно сломаешься.

    Он разразился преувеличенно громким недоверчивым смехом.

    - Ты…ты думаешь, что такая девчонка, как ты, может сломать МЕНЯ? Не причинив увечий? Ты меня за слабака принимаешь? Или просто пытаешься играть не в своей лиге? Я ставлю на последнее!

    Оставив его без ответа, Санса зашла сзади.

    Рамси сжал челюсти, сглотнул, сердце бешено затрепетало в груди. Он приготовился ощутить холодную сталь, вгрызающуюся в него. В конце концов, сам то он постоянно лгал тем, кого пытал. Его не удивило бы, если бы с помощью красивых слов она попыталась усыпить его бдительность.

    Санса сделала долгую паузу, дабы позволить предчувствиям захлестнуть его, затем продолжила. Рамси замер, когда приподняли его одежду, но резать начали вовсе не плоть. Вместо этого нож разрезал ремни и сорочку. Клочья одежды упали на пол, оставив спину открытой.

    Санса легонько провела ножом вверх по его спине, тело Рамси невольно дрогнуло, а сам он попытался извернуться, чтобы поглядеть, что она будет делать дальше. Страх в его глазах вызвал у нее прилив жара. Ей понравилось выражение его лица. Быстрыми движениями она разрезала рукава и он остался голым по пояс.

    -Так и знал! Ты меня хочешь! – обрадовался Рамси, разминая затекшую шею. – У, Санса, да ты маленькая извращенка, разве нет? Что ж ты раньше то молчала, мы могли бы так здорово провести время вместе!

    В ответ Санса ловким движением распорола правую брючину штанов. Повторила то же самое с левой ногой и отбросила обрывки подальше.

    Сжимая кулаки, он предстал перед ней совершенно голым, прерывисто дыша.

    От нее не укрылось, что его явно нервирует вся эта ситуация, так что она позволила себе удовлетворенно улыбнуться.

    - И я склоняюсь к мысли, что мы-таки отлично проведем время вместе, дорогой муж!

    Рамси пытался бросить на нее взгляд, в пределах своей возможности хоть как-то повернуться. Он больше не улыбался. Что бы она не собиралась с ним делать, это явно было что-то неожиданное. В его тоне больше не было игривости.

    - Вспомни, Санса, ведь ты же леди! Что…что бы ты там себе ни думала, я прошу тебя пересмотреть свой план действий! Что бы ты не сделала, назад пути не будет!

    - О! В отличие от тебя, я знаю, на что я способна. Но все впереди! – просто сказала она, снова направляясь к столику и наклонилась за ведром. Вода плескалась из стороны в сторону, пока она шла назад к кресту. Молча вынула из ведра жесткую щетку и принялась довольно грубо оттирать его от грязи.

    Прикосновение ледяной воды заставило его выгнуть спину, он проворчал:

    - С ума сошла?!

    Санса продолжала чистить его, игнорируя замечания. Щетка из конского волоса определенно предназначалась для чистки полов. Он был сбит с толку ее поведением, его тело напрягалось, причиняя себе боль.

    Санса обработала все открытые поверхности, забавляясь тем, как он задергался, когда дело дошло до интимных частей тела, коим она уделила особое внимание.

    Он постарался не издать ни звука, но его неровное дыхание, так же, как и напряжение и дрожь, ясно свидетельствовали о дискомфорте. Он немного расслабился, когда она бросила щетку в ведро и отошла за полотенцем.

    - Будем играть в переодевание? – скалясь, он склонил голову набок.

    Странная семейка эти Старки. Может его готовят к какому-то судебному фарсу? Но - тут вам не Королевская Гавань, знатные северяне не играют в такие шарады. Хотя… у них могло возникнуть желание продемонстрировать силу в таком а-ля цивилизованном ключе, в честь освобождения Винтерфелла. Все-таки война то продолжается.

    Санса была серьезна, как никогда.

    - Нет, одежда тебе в ближайшее время не понадобится.

    И не давая ему шансов допытываться дальше, покинула подземелье.

    Рамси смотрел ей вслед, невольно дрожа в холодной промозглой комнате. Едва она удалилась, он начал яростно рваться, пытаясь растянуть связывающие его веревки, и к моменту ее возвращения уже задыхался, доведя себя до состояния полного изнеможения.

    Она вернулась с корзиной и присела к столу.

    Рамси изогнул шею, пытаясь разглядеть что там, но Санса умышленно повернулась так, чтобы содержимое оставалось для него загадкой.

    Первый извлеченный предмет оказался длинным куском кожи, прикрепленным к рукоятке. Санса пару раз попробовала его в порядке эксперимента, и повернулась к сверлившему ее взглядом Рамси.

    Это что? Ремень? Серьезно? Рамси был почти оскорблен, хоть и испытал облегчение, могло быть что-нибудь похуже.

    Девчонка то дурочка и профан. Он ухмыльнулся.

    - Это все, на что ты способна? Так и знал, всегда была недалекой. – он надеялся разозлить ее. Вызвать бурную реакцию, чтобы она быстро утомилась, растеряла уверенность и все вернулось на круги своя.

    Но понял, что просчитался, когда она двинулась к нему такая целеустремленная, с высоко поднятой головой.

    Санса сделала глубокий вдох, взяла себя в руки и жестко приложила Рамси ремнем по заднице.


    Прошло уже много лет, как он в последний раз сталкивался с жалящим ощущением от воздействия этого чудо-девайса.

    Он привык быть тем, кто причиняет боль и никогда не сталкивался с болью от пыток лично. Удовольствие явно было ниже среднего, а вот полная неподвижность и беспомощность определенно не давали сосредоточиться ни на чем другом, кроме ощущений. Ее выбор инструмента может и не доставлял особого физического ущерба, но заставлял гореть огнем каждое нервное окончание.

    Санса наносила удар за ударом, украшая бледную кожу красными рубцами.

    Но когда она прошлась по уже воспламенившимся местам, Рамси начал терять самообладание и зарычал, яростно дергая свои путы.

    - Жалкая, мелкая дрянь! Все чего ты добьешься, это разозлишь меня еще больше! – угрожающе зашипел он, сжимая кулаки. По правде говоря, становилось уже довольно-таки больно, и он не знал, сколько еще продержится, пока она его окончательно допечет.

    Она сполна отплатила за эту злобную выходку, увеличив силу равномерно наносимых ударов. Конечно, до таких крайностей ей раньше доходить не приходилось, но она помогала матери растить младших, в том числе и держать их в узде с помощью порки.

    Конечно, ничего такого серьезного, но некоторую технику она приобрела. Ремень не был чем-то необычным в имении Старков, так что когда она решила, что хочет наказать Рамси лично, первая мысль была о ремне.

    Может, это и выглядело смешным для Рамси на начальном этапе, но ей было очевидно, что потихоньку она сбивает его наносной экстерьер. И когда ей удастся сломать его в этом смысле, она перейдет к следующей стадии, и будет ломать его дальше. Не будучи извергом от природы, но побыв его женой некоторое время, она кое-чему научилась.

    К третьему раунду Рамси уже видимо сжимался в ожидании удара, рыча и вздрагивая при каждом контакте с ремнем, но старался концентрироваться на своей злости в ожидании, когда же она наконец утомится.

    - Ты еще не закончила? Это же просто смешно! - выкрикнул он сквозь стиснутые зубы. Видя, что она вошла в раж, ему стало трудно цепляться за свой гнев. Как долго она собирается это все продолжать?

    - Вот как? Тебе придется долго извиняться и просить меня о прощении, прежде чем я остановлюсь! – констатировала Санса.

    Рамси выдавил из себя смешок.

    - Не бывать этому! Придется бить меня до потери пульса, прежде чем я извинюсь перед тобой, шлюха!

    - Как скажешь. – съязвила Санса, сменила руку и продолжила наносить удары по уже поврежденным участкам.

    Кожа начала приобретать темный оттенок красного, переходящий местами в откровенные синяки.

    В последней отчаянной попытке сохранить достоинство, он обрушил на девушку поток ругательств, всех какие вспомнил, и взбрыкнул изо всех сил, пытаясь растрясти основание креста. Тот не сдвинулся ни на йоту.

    Наконец, его тело обвисло в изнеможении, растратив всю энергию, но Санса не останавливалась!

    Бесконечно нарастающее жгучее ощущение сильно поколебало его решимость, и он заорал с неприязнью:

    -Хватит! Санса, хватит уже!

    Если он ожидал, что все прекратится, как по команде, то жестоко просчитался. Она спокойно заметила:

    - Я уже сказала, что тебе нужно сделать, Рамси - извиниться и молить меня о прощении.

    Боль или её невозмутимый ответ были тому причиной, но что-то посеяло в нем панику и привело к осознанию - эту битву ему не выиграть. Он прикусит свой язык и сделает ровно то, что она сказала. Мысль просто убийственная.

    И если изначально все началось с кряхтения и иногда вскриков, то на пятом круге, да по уже поврежденной плоти, Рамси заголосил по полной, издавая протяжные вопли. Он больше не хотел играть в ее игру, и, собрав остатки высокомерия, прорычал:

    - Ладно! Хорошо! Ты выиграла! Санса, прекрати уже! Извини! Прости меня!

    Настал черед Сансы посмеяться.

    - Как-то неискренне. Старайся лучше!

    Рамси ушам своим не поверил, итак достаточно унизился, произнеся эти слова! Да будь он проклят, если с его губ сорвется еще хоть что-то ей на потребу!

    - Хочешь извинений?! – бушевал он. – За что??? МОЖЕТ, ЗА ТО, ЧТО ВСАДИЛ СТРЕЛУ В СПИНУ ТВОЕМУ БРАТУ? НО, ДОРОГАЯ МОЯ, МНЕ СОВСЕМ НЕ ЖАЛЬ! ЖАЛЬ, ЧТО ВРЕМЕНИ БЫЛО МАЛО, Я БЫ ЭТОГО ЩЕНКА НА КУСКИ НАРЕЗАЛ И В ГЛОТКУ ЕМУ ЗАПИХАЛ, ПОКА НЕ ПОДАВИТСЯ!

    Санса ахнула, и Рамси издал победный смешок, пусть даже слабенький и натянутый, настолько его обрадовал полученный эффект. Причинить ей боль даже в такой ситуации – маленькая, а победа.


    Выбить бы ее из колеи… и если она все та же жеманная девица, которую он знал, она утратит уверенность и выбежит прочь, вся в слезах, соплях и расстроенных чувствах. И откажется от своей глупой затеи.

    Вместо этого, Санса взялась за ремень обеими руками и замахнулась в полную силу. Удары, стремительные да с оттяжкой, эхом отражались от стен.

    У Рамси глаза на лоб полезли от удивления, и он испустил пронзительный полный агонии крик. Боль обрушивалась на него с такой скоростью, что сознание более не фиксировало, где заканчивается один удар и начинается другой.

    Больно было и раньше, но ТАКОГО просто ничто не предвещало.

    Спустя мгновения Рамси не выдержал и отчаянно завопил:

    - Я…Я не это хотел сказать! Я просто…злился…Я…Я извиняюсь! Леди Санса! Пожалуйста! Я извиняюсь! Простите! Простите меня!

    Рамси извивался и брыкался, но она не смягчилась. Он задел ее за живое и в седьмое пекло, что сейчас он тут надрывается как резаный.

    Только лицо Рикона маячило сейчас перед ее внутренним взором, и слезы катились по щекам. Она безудержно вымещала свою боль, пока не услышала слова, прорывающиеся сквозь отчаянные режущие слух вопли.

    - Пощади! Пожалуйста!

    - Пощади? – прошипела она, – ТЫ! НИКОГО! НИКОГДА! НЕ ЩАДИЛ! – каждое слово сопровождалось жалящим ударом.

    Болевой порог Рамси остался далеко позади и теперь он жалобно всхлипывал.

    - Санса! Пожалуйста! Прояви милосердие! Ты же хорошая женщина! Пожалуйста, остановись!


    Это было правдой, она была лучше него, и он мог надеяться, что она проявит благородство и даст ему передышку от мучительного наказания.

    Руки и ноги Рамси тряслись от боли и унижения. Она сказала, что сломает его, а он не поверил, что такое вообще возможно. И она действительно сломала его, и он ненавидел себя за то, что позволил так себя принизить.

    Инструмент с глухим стуком упал на пол и тело на кресте облегченно обмякло.

    У Сансы просто больше не было сил держать ремень, но она мысленно отметила успех первой части своей миссии – заставить этого испорченного засранца прогнуться.

    Его жалобные мольбы отзывались в ушах сладкой музыкой. Не так уж он крут, как мнил о себе, удовлетворенно размышляла Санса. По факту, сдался даже быстрее, чем ожидалось. Но начнем с того, что только слабая личность станет творить с людьми те нездоровые вещи, что делал Рамси.

    Вернув себе самообладание, она шмыгнула носом и вытерла глаза. Шагнула к нему. Как раз чтобы успеть увидеть мокрое лицо, прежде чем он опустил голову от стыда подальше, не желая показывать свои слезы. Ее губы сложились в твердую линию.

    - Посмотри на меня.

    Он не смог себя заставить, его трясло.

    - Я сказала, смотри на меня, Рамси. Иначе мне придется снова взяться за ремень и продолжать выколачивать твою шкуру.

    Этого было достаточно, ее серьезный настрой не подлежал сомнению. Мысль о возобновлении порки заставила его подчиниться, и он жалобно глянул на нее незаплывшим глазом.

    Никогда еще женщина не опускала его так низко, да и ни один мужчина не мог. Но лично для него весь ужас был именно в том, что все это с ним делала представительница слабого пола.

    Рамси сейчас являл собою жалкое зрелище, попранная гордость заставляла его рот дергался.

    Какой контраст с его обычным высокомерием, которое он в свое время так охотно ей демонстрировал. И совершенно очевидно, что ей нравится видеть его таким!

    Его замутило, и он отвел взгляд.

    Лицо исказилось от невыносимого горя, и слезы хлынули как из прорванной дамбы. Он судорожно хватал ртом воздух, стыдясь, что позволил себе прийти в подобное состояние.

    Особенно унизительно было плакать у нее на глазах, и это после той власти, что он имел над ней когда-то...

    ВСЕ ДОЛЖНО БЫЛО БЫТЬ СОВСЕМ НЕ ТАК!

    Санса удовлетворенно кивнула. Это чудовище столько раз заставляло ее плакать, наслаждаясь ее мучениями. Видеть его сломленным и уязвимым стало наградой.

    Впрочем, она еще не закончила. Прежде чем получить передышку, ему придется пасть еще ниже.
     
    Последнее редактирование: 28 окт 2016
    Afra V, юма, Tanabell и 4 другим нравится это.
  3. Черный Жемчуг , классный фанфик :thumbsup:.
    Санса - прям такая "строгая мамочка" :D.
    – Что ты делаешь со мной? – со слезами в голосе спросил он у ворона.
    – Учу тебя летать.
    – Я не могу летать.
    – Ты уже летишь.
    – Я падаю.
    Каждый полет начинается с падения.
     
    World_Viktory и Черный Жемчуг нравится это.
  4. Черный Жемчуг

    Черный Жемчуг Наемник

    Конечно, строгая...как положено домине. ) Кстати, в оригинале было backside :meow: по чему там она его ударила, но перевести ТАК показалось...забавнее.

    И да, это только 1 глава из уже 10 написанных автором. И помочь Сансе опустить Рамси еще ниже - от желающих не будет отбоя. Буквально, как на зоне :devil:
     
    Последнее редактирование: 7 авг 2016
    World_Viktory и вНЕ-времени нравится это.
  5. Лысина Вариса

    Лысина Вариса Оруженосец

    А Теончик-то будет? У него к Рамси тоже счётик некороткий такой...:creative:
    Интересная история. Запишите в поклонники.:hug:
     
  6. Черный Жемчуг

    Черный Жемчуг Наемник

    Спасибо, очень приятно :in love: Тут такое дело...
    Автор не я, от меня мало что зависит )) Теончика авторка не задумывала, НО. На Архиве англоязычные дамы, вдохновленные ее творчеством, начали писать еще два фика сходной тематики,
    в которых Теон с помощью колдовства отрастил себе член обратно...а Рамси, как на грех, попал в лапки друзьям Теонки...В общем, если запал не растеряю, они следующие на очереди на перевод ) Но если вам надо срочно, могу ссылки кинуть
     
  7. юма

    юма Оруженосец

    Читала это фик в оригинале. На самом деле весьма круто написан. Автор очень талантлив. Причем как описатель психологической динамики она превосходна. А перевести фик - ого-ого как непросто. Особенно во второй его половине, где много именно психологических состояний, описанных точно и литературно изощренно. И несколько откровенно непотребных сцен. Которые мне даже трудно вообразить на этом в целом невинном сайте)))
    Серьезную задачу вы перед собой поставили)). Снимаю шляпу)) И вам очень, очень нужна бета, не только по грамматике, но - что на мой взгляд главное - по литературной части))
     
    World_Viktory и Черный Жемчуг нравится это.
  8. Черный Жемчуг

    Черный Жемчуг Наемник

    Желаете? :)
    Чтобы текст смотрелся более гладко, полагаю, нужно далее позволить себе больше вольности в интерпретациях...в том числе резать и выкидывать некоторые куски предложений. На это мне пока что не хватило духу, честно говоря, но видимо придется себя заставить!
    Насчет вот этого -
    может, на НС-21 исправить? ) есть шансы, что такое вообще удалят?
    с другой стороны, в слэшах полно чего то похожего...
    По фандому Queer as folk в каждом втором есть групповое изнасилование мужчины
    и вроде как ничего )
     
    юма и World_Viktory нравится это.
  9. юма

    юма Оруженосец

    Не знаю даже. Формально говоря, все должно пройти, просто, мне кажется, в 7К как-то все мягче. Но что может запретить по жестче?))
     
  10. Черный Жемчуг

    Черный Жемчуг Наемник

    Глава 2. Наизнанку

    Небольшая картиночка в качестве иллюстрации, подаренная автору одной из читательниц. Источник.

    [​IMG]

    Санса наблюдала, как Рамси захлебывается, силясь прекратить плакать перед ней, но без особого успеха. Из-за многочисленных ушибов ему было тяжело дышать, что только делало заметнее попытки подавить рвущиеся из горла звуки. Судорожный вздох вырвался из его груди в попытке загнать назад разыгравшиеся эмоции.

    Чем больше он старался, тем сложнее становилось вернуть самообладание, и тем сильнее он расстраивался. Происходящее было унизительно по всем статьям, а внутри поднималось бешенство от невозможности тут же наброситься на Сансу в ответ.

    Он подверг бы ее смертным мукам.

    Он показал бы ей небо с овчинку.

    Он бы устроил ей седьмое пекло на земле.

    Он возненавидел ее сильнее, чем кого бы то ни было в своей жизни. Все, кто пытался вступить с ним в противостояние, не вызывали ничего, кроме насмешки. Но к НЕЙ, к ней он теперь питал особый сорт ненависти. Если бы только поменяться с ней местами и отыграться уже за то, что вообще посмела помыслить о таком! Она же в подметки ему не годится, как и все они.

    Если бы не те ужасы, что он творил с ней, ее семьей, Теоном и множеством других людей, Санса смогла бы даже ощутить укол вины, глядя на прискорбное состояние Рамси. Но, учитывая обстоятельства, это было лишь частью заслуженного правосудия. Он заработал смерть за свои злодеяния, но мучиться заслужил еще больше. Она двинулась за тряпицей, которой умывала его ранее, негромко стуча каблуками по каменному полу. Встала перед ним:

    - Смотри на меня.

    После трудных предыдущих мгновений его темные волосы свисали в беспорядке, мокрые от пота, концы слегка завивались. В итоге, проглотив комок в горле, он нашел в себе силы встретиться с ней взглядом. Рот как изломанная линия, оскал клыков, а глаз щурится на нее с отвращением. Проклятия рвались с языка, но воспоминания о пережитой боли заставили промолчать. Он был разъярен, но не настолько глуп.

    Санса потянулась обтереть ему лицо, и Рамси отпрянул, проскрежетав сквозь зубы:

    - Не трогай меня!- лицо перекосилось злобной судорогой.

    Санса оценивающе изучала его, размышляя о его реакциях и о собственных ощущениях, которые были пережиты в свое время. Если бы тогда у нее была возможность противостоять ему без страха последствий, как сейчас!

    С другой стороны, ему пора начинать опасаться ее гнева. Пока нет, но скоро начнет, размышляла она, обходя его сзади, дабы проинспектировать дело своих рук в виде покрытой кровоподтеками задницы.

    Рамси извернулся вслед за ней, дыхание участилось, и волны дрожи пробегали по его спине по мере ее приближения. Глухое рычание, вырвавшееся у него, выдавало недовольство с весомым налетом дурных предчувствий. Колени тревожно дернулись в пределах, дозволенных веревками.

    Санса на мгновение подняла на него глаза, потом вернулась к осмотру тела. Его последние слова звучали у нее в голове в унисон с поселившейся там было уверенностью, что никогда больше она не коснется ни одного мужчины.

    Ей казалось, что он ухитрился лишить ее подобных желаний, что его садистская жажда шарить по ее телу, тискать и оставлять синяки убила в ней всякое влечение. Но теперь, когда вот он перед ней, привязанный и беспомощный, Санса ощутила, как внутри заискрились неожиданные позывы.

    Видя сейчас решимость Рамси, Санса отдавала себе отчет, что можно хоть шкуру с него спустить и замучить, и будет всё не то. Даже сильные побои, если и сподвигнут молить о пощаде, не оставят того следа, что он оставил на ней.

    Порка задумывалась как способ сделать его посговорчивее. Другая часть плана касалась идеи трахнуть его в отместку за то изнасилование, а потом, насладившись возмездием, отдать солдатам, желающим с ним позабавиться. А она… о, она будет смотреть. Так же, как он заставил Теона смотреть, когда отнимал ее девственность. И Рамси их всех обслужит, к ее вящему удовольствию.

    Предвкушение его реакций на такой поворот событий будоражило Сансу, а собственное возбужденное состояние даже немного пугало.

    Она хотела, чтобы он на своей шкуре ощутил, через что она прошла, но в 10 раз сильнее. Изначально жажда мести держалась на гневе и чувстве мести, но сейчас примешалось кое-что еще.

    Она запросила у Джона полной свободы действий в отношении Рамси, приказав привязать того в этой комнате. Объяснила, что хочет взять свое, прежде чем его казнят. Он крупно задолжал ей за свои деяния.

    Джон выглядел озадаченным, беспокоясь как о ее безопасности, так и о моральном облике, но Санса убедила его, что иначе ей будет сложно жить дальше. Джон был посвящен в историю их с Рамси взаимоотношений, и брат не стал отрицать ее право лично наказать его, если иначе ей никак не успокоиться. Но полного представления о том, насколько далеко простираются ее планы, у лорда Сноу не было и в помине.

    Предполагалось, что преступника повесят во дворе, когда Санса с ним закончит, таков был изначальный план. И ее боль отступит. На тот момент идея повешения ее вполне устраивала, но теперь…

    Когда она совершенно укротит его и сама обретет душевное равновесие, то, возможно, даже отпустит, а может быть и нет. Санса вспоминала о Теоне и спрашивала себя, может ли ОНА быть настолько жестока, чтобы довести кого-то до подобного состояния. Теон перестал быть тем человеком, которого она когда-то знала. Ей пришлось простить его, о чем еще несколько месяцев назад не могло быть и речи. Его самые страшные проступки не шли ни в какое сравнение с деяниями Рамси.

    Возможно… возможно, стоит оставить его в роли домашней зверушки, как он поступил с Теоном. И ломать дальше, пока он не станет совершенно неузнаваем, пока ничего не останется от бастарда, за которого ее угораздило выйти замуж.

    Сознание упивалось открывающимися возможностями. По сути, она может творить с Рамси все, что ей заблагорассудится, и он ничего не сможет возразить. Ее бросило в жар от этих мыслей, соски царапали одежду. Когда-то скромность не позволила бы ей мечтать о подобном. Но ее невинность давно была похищена.

    [​IMG]
    Источник.
    Уже вполне осознанно она погрузила пальцы в покрытую кровоподтеками плоть, ощущая содрогание мускулов. Рамси зашипел и приподнялся на носках. Санса испытующе всматривалась в его лицо, продолжая мять израненную филейную часть.

    Рамси заворчал и напрягся под ее касаниями, на лице его мелькнуло недоумение. Весь ее облик сейчас вопил о похоти. Никогда в прежние времена она не смотрела на него ТАК, когда они были наедине, вечно держалась испуганным зверьком. Тогда это более чем устраивало, распаляя желание взять ее здесь и сейчас.

    Страх других всегда являлся для него одним из главных спусковых механизмов. Чем больше женщина паниковала от его действий, тем головокружительнее было его личное удовольствие. Разве что Миранду он не заставлял вскрикивать, но и она корчилась. Они все корчились.

    Он уже было хотел рявкнуть на Сансу, вызвать ответную лавину гнева, но ее дальнейшие действия сбивали с толку. Ослабив хватку, она почти невесомо провела кончиками пальцев по ставшей чувствительной коже. Мурашки разбежались по затрепетавшему телу, пока Санса продолжала свое исследование в более деликатной манере.

    Такие прикосновения не по его инициативе были ему не по нраву.

    Натянуто улыбаясь, Рамси бросил снисходительно:

    - Неужто начало нравится то, что ты видишь? – смешок. – Вынужден тебя разочаровать: если тебе нужен мой член, придется для начала меня развязать. А потом довольно долго держать его во рту, прежде чем я смогу простить тебя за то, что ты тут сейчас натворила.

    Едва прозвучали эти слова, ладонь Сансы нанесла три сокрушительных шлепка по правой ягодице.

    - Да пусть хоть отсохнет и отвалится, мне все равно! Он тебе не пригодится, разве что отрезать и рот тебе заткнуть! – насмешливо заметила Санса.

    Рамси аж подпрыгнул от жалящего удара ладони по уже раздраженной коже, а еще больше от этого комментария. Кто бы мог ждать от благовоспитанной леди Сансы подобных речей. Тем паче, что и угроза теперь казалась вполне осуществимой.

    Морщась, глянул через плечо, втянув воздух через стиснутые зубы.

    - Ну если мой член тебя не интересует, то какого рожна тебе от меня надо, моя дорогая Санса?

    Санса ответила просто:

    - Всего, что пожелаю. Ты так сильно мне задолжал, что придется расплачиваться, хочешь ты этого или нет. Выбора-то у тебя нет.

    Последняя сентенция была призвана ранить его гордыню. Она сочла, что сработало, видя, как тревожно кривится его рот. Он отвернулся, переваривая ее слова.

    - Думаешь, у тебя все козыри? Можешь бить меня до крови хоть дни напролет, пытать, заставлять орать от боли - ты не отменишь сделанного мною. Еще долго после моей смерти я буду оставаться тем, кто попользовал тебя.

    Он приготовился к ответному удару, хотел, чтобы она набросилась на него. Чтобы чувствовать это снова – что он по-прежнему использует ее, лишает главного, за это он был готов заплатить самую ужасную цену.

    К его удивлению, ее рука замерла лишь на мгновение и продолжила свой путь по пояснице, поглаживая мускулы и скользя вниз к бедру.

    - Ты помнишь нашу первую брачную ночь? Ты спросил меня…ты спросил меня, девственница ли я.

    Рамси моргнул в замешательстве, не понимая, куда она клонит:

    - Что?

    - Ты хотел быть уверен, что ты у меня первый, – она сделала паузу, храня серьезность.

    Рамси выдал злобный оскал.

    - Естественно, моя жена - это моя собственность, а лорд имеет право первой ночи.

    У него явно чесался язык, чтобы оскорбить ее, но она и виду не подала, какое отвращение вызывают его слова, - вместо этого улыбка ее ширилась.

    - Да, это важно - быть первым. Так что позволь мне спросить тебя, Рамси, ТЫ все еще девственник?

    Он хихикнул, покачав головой.

    - Ты совсем свихнулась? Ты же присутствовала вовремя нашей первой брачной ночи, – теперь он смотрел с сожалением. – Хотя я открою одну маленькую тайну, – игриво прошептал, нагнувшись к ней, – ты не была у меня первой.

    Ее улыбка стала еще шире, с оттенком откровенного злорадства; она шагнула к нему ближе и положила обе руки на ягодицы. Плоть была горячей на ощупь, оставленные ею следы образовали припухлости на коже. Она гладила половинки, как будто складку на одежде. Каждый раз, как руки двигались вверх и вниз, она чувствовала, как рефлекторно сжимаются мышцы.

    Она созерцала движения своих рук, посмеиваясь.

    - Нет, кончено же я осознаю, что я не была первой в ЭТОМ смысле. То, что я хочу узнать, это… - она развела ему ягодицы, и он застыл, внезапно осознав, куда она клонит. Санса подняла на него взгляд и продолжила:

    - Буду ли я у тебя первой? В конце концов, это мое право - лишить тебя девственности, как и у тебя. Ты не согласен, дражайший супруг?

    Краска залила лицо Рамси, глаза сверкнули:

    - Ты…ты не посмеешь… жена не смеет так обращаться с мужем!

    Эти ее игривые откровения сеяли злость и панику.

    - Не смей! – заорал он, когда она приставила пальцы к его отверстию. Он яростно задергался, пытаясь сбросить ее руки, но те вцепились крепко, не отпуская. Она хихикнула: эти потуги ее только веселили, но с толку не сбивали, так что пришлось их оставить. Он дрожал и тяжело дышал сквозь стиснутые зубы, морально готовясь к ужасному. Слова закончились, а ожидаемый ответ только еще больнее ударит по самолюбию.

    Она явно играла с ним, и обычно он был скор на ответ или реакцию, но теперешняя ситуация сделала его уязвимее, чем когда-либо в жизни. Рамси отвернулся, окаменев и подрагивая от страшного предчувствия.

    Его вынужденная покорность отозвалась в ее теле электрическим разрядом.

    Хотя большую часть времени Рамси казался ей чудовищем, Санса помнила, что в день знакомства он показался ей симпатичным. В случае договорного брака с внешностью жениха все могло оказаться гораздо хуже.

    Разумеется, его злобная натура тут же уничтожила любые намеки на влечение, которое могло у нее возникнуть. Но теперь, когда он стоит перед нею нагим и дрожащим, она увидела все в несколько ином свете. Злобной натуры теперь можно было не опасаться, и это дало возможность полюбоваться его внешней оболочкой.

    Он был строен и хорошо сложен, алебастровая кожа и ледяные голубые глаза оттенялись спутанными темно-каштановыми волосами. В общем, надо признать - зрелище приятное глазу.

    Санса оценила, как он обеспокоен перспективой, что его поимеют, и она коснулась его там большим пальцем, чувствуя, что он рефлекторно сжался. Хотя разведенные ноги и худоба не давали шансов хоть как-то увернуться.

    Рамси втянул воздух, тяжело сглатывая, мысли его путались. Не мог поверить, что Санса его действительно домогается. Такого унижения он мог ожидать от кого угодно из своих врагов, случись им схватить его, но только не от Сансы, никогда.

    Тяжело было принять то, что она с ним сейчас делала.

    - Тебе… тебе не стоит этого делать, Санса! Я… я понимаю, что ты запуталась, но это так на тебя не похоже! Ты же сама понимаешь, что так себя ронять - это неправильно для леди? – рискнув оглянуться назад, нервно выдавил он, все еще пытаясь ее образумить.

    От угроз сейчас толку не будет, лишь теплилась надежда, что сладкими речами можно заставить ее одуматься. Санса фыркнула:

    - Не похоже на меня? А откуда тебе знать, какая я? Ты никогда этим не интересовался. Тебя интересовали только выгоды, которые ты надеялся приобрести. А теперь взгляни-ка на себя: привязан к своему собственному пыточному девайсу, ни одежды, ни имени, ни титула, последний из Болтонов… да и то лишь по бумажке от короля. Но в глубине души мы оба знаем, что ты был и остаешься бастардом!

    - Нет! Заткнись, твою мать!!! Что ты знаешь?! Я полноправный наследник Болтонов, и ты у меня этого не отнимешь!

    Рамси взбеленился, потому что ее сентенция точно совпала с его собственной неуверенностью по данному вопросу.

    - Мне и делать ничего не нужно, Рамси - ты пустил все псу под хвост своими руками, – констатировала Санса.

    Теперь он тяжело дышал, вслушиваясь в каждое ее слово, пока она продолжала поглаживать пальцем чувствительные нервные окончания вокруг его отверстия. Понятно теперь, зачем она так тщательно его вымыла. Он нахмурился.

    Несмотря на физический дискомфорт, мысли его поплыли в направлении “последний в своей семье”. Он вспомнил тот день, когда мать отправила его в замок Болтонов с известием, что он сын лорда. Как он был взволнован, счел это подтверждением величия, которое всегда в себе подозревал!

    Вырасти в бедности и безвестности, чтобы узнать, что ты родня благородным – все это пробудило в нем жажду гордо нести имя дома Болтонов. Он увлекся традицией предков спускать шкуру со своих врагов, как бы отдавая им дань уважения единственным доступным ему способом. Такое право дается только при рождении, и теперь ее слова попали в точку. Если он последний из Болтонов, традиции и честь Дома умрут вместе с ним. Страх забвения давил на него, он снова заговорил.

    - Нет… ты все еще моя жена! Ты тоже Болтон, признаешь ты это или нет! Ты не можешь отрицать, что мы обменялись плащами, Санса! – если ему не жить, пусть живет хотя бы имя. Он приложил чертову уйму усилий, чтобы заработать его, чтобы какая-то девка им швырялась просто так.

    - Нет, Рамси, я в первую очередь – Старк. И во вторую тоже. Наш брак был полным абсурдом, его легко аннулируют, уверяю тебя, – безжалостно заметила Санса, видя, как его волнует затронутая тема.

    Облизнув губы, он помотал головой.

    - Ты можешь отрицать это сколько угодно, но мы оба знаем истину!

    Она усмехнулась, позволив его словам повиснуть в воздухе, прежде чем ответить:

    - Это не важно. Мы так же оба знаем, что ты и твое имя больше ни у кого не вызывают и капли уважения. Однажды я снова выйду замуж. А даже если и нет, никто не назовет меня Болтон, из уважения ко мне и к дому Старков. Признай это, Рамси, не в титулах дело, у тебя ничего не осталось, кроме печальных перспектив. Но… не будем на этом зацикливаться, верно? Есть идеи получше, как нам с пользой провести время.

    Санса отпустила его и двинулась к своей корзине, стоящей на столе.

    Рамси поймал себя на том, что таращится в пустоту, не в силах отвлечься от суровой действительности, как бы ни хотелось. Он едва заметил, что она отошла и вернулась, держа в руках деревянный предмет фаллической формы.

    Изделие явно тонкой работы притянуло его взгляд, в котором теперь засквозила обеспокоенность. С перекошенных губ слетело ненавистное:

    - Ах ты, ****** сука!

    - Это ты про себя, я полагаю? Все верно, именно это я и собираюсь делать, – и с этими словами одной рукой она раздвинула половинки, а другой примерилась резным деревянным фаллосом ко входу.

    В первый же вечер после взятия Винтерфелла Санса подошла к Тормунду с вопросом, правду ли говорят, что он искусен в резьбе по дереву. Он ответил, что в основном мастерит оружие, но всеми силами постарается помочь. Она была предельно откровенна, и в описании необходимого предмета, и того, для чего он будет использоваться. Тормунд слегка удивился и порядком развеселился, заверив ее, что завтра к обеду все будет готово.

    И одичалый постарался на славу, изготовив предмет достаточно крупным, чтобы доставить Рамси максимум неприятных ощущений.

    При виде изделия внутри у Рамси все упало. Вопреки желанию не давать волю страху, тот вылез наружу в его безумно расширившихся глазах и отпавшей челюсти.

    Санса без колебаний приставила деревянный предмет ко входу, и Рамси вжался в чертов крест, как будто пытаясь сбежать.

    Рамси испустил гортанный стон, чувствуя, как верхушка предмета проникает в него, вызывая жгучую боль.

    - Ой! Санса! Стой! Это неправильно! Пожалуйста, не надо! – в голосе сквозило отчаяние, но Санса продолжала ожесточенно проталкивать свою деревяшку.

    - Нет!

    Он отчаянно вопил, временами задыхаясь от боли, пока в него запихивали удлиненный предмет. Не удержался и оглянулся: казалось, что уже вошло все огромное дилдо, но на самом деле вошла только половина.

    Боль перекрывала все связные мысли, и Рамси захныкал:

    - Санса, пожалуйста! Он не поместится! Он не влезет!

    Уже было безразлично, как он там выглядит в ее глазах. Надо во что бы то ни стало заставить ее прекратить. Она не прекратила, только бровь подняла:

    - Не припоминаю, чтобы ты хоть немного ко мне прислушался, когда насиловал меня бессчетное количество раз, Рамси. Так что какая мне разница, больно тебе или нет? Я же это не ради тебя делаю! – и с силой задвинула остаток дилдо вовнутрь. Рамси испустил пронзительный вопль. – Это все для меня. Твои чувства по данному вопросу роли не играют.

    После чего, к вящему ужасу Рамси, Санса начала двигать деревянное дилдо туда-сюда, в том время как он вскрикивал от боли с каждым толчком.

    Этот новый поворот событий подрывал последние остатки его достоинства, и он больше не знал, как с этим жить. Невозможно игнорировать тот факт, что его насилуют предметом, специально для этого изготовленным.

    Сколько ни закрывай глаза на действительность, но пока тебя продолжают трахать в течение, кажется, целой вечности, осознание происходящего рано или поздно наступит. Его вопли окрасились тоской.

    Санса как завороженная смотрела на дилдо, двигая деревяшку туда-сюда, ощущая и преодолевая сопротивление. Происходящее породило пульсацию внизу ее живота, бедра увлажнились, пока она вколачивалась в него.

    Зрелище того, как он брыкается и вздрагивает, жалобно умоляя прекратить делать это с ним, только подзадоривало ее еще больше. Жажда наслаждения накрыла ее с головой, и Санса, поглощенная процессом, почти перестала его слышать.

    Его голос превратился в слабые приглушенные рыдания, и она почувствовала себя отомщенной. Загнав дидло до основания, привалилась к нему, сотрясаясь в сладком оргазме.

    Она кончила от одного вида его мучений, мгновенно понял Рамси, и что-то в нем надломилось.

    Боль этого открытия ошеломляла, и он взвыл:

    - Убей меня! Пожалуйста! Пусть все прекратится!

    Он прекрасно помнил, как сам доводил людей до подобного состояния. Но себя в их шкуре ни разу не представлял. Теперь неочевидное обрело пронзительную ясность. Рамси в жизни своей никому не сочувствовал, но то, что она сотворила, буквально растоптало его и привело к осмыслению, что именно он сделал с ней и с остальными. Он бы никогда не признался, что своими руками навлек на себя эту катастрофу, но сила ее воздействия проливала свет на ощущения других.

    Он бессильно повис на крестовине - грудь ходила ходуном от тихих всхлипов - и хотел только одного: чтобы вытащили чертов деревянный предмет. Чье присутствие было довольно болезненно, не говоря о страшном унижении, и не переставало напоминать о только что пережитом насилии.

    Санса подняла взгляд, упиваясь зрелищем содрогающегося тела. Он выглядел настолько беспомощно, что искра удовольствия проскочила последним отголоском оргазма (первым в ее жизни разделенным с кем-то, пусть и против его воли). Это окрыляло и расслабляло одновременно.

    Она удовлетворенно вздохнула. Может, это и жестоко - удерживать Рамси с подобными целями, но она оправдывала себя тем, что наказание совершенно заслуженное. Всю жизнь он сеял только боль и страдания, так зачем избавлять его от них?
     
    Последнее редактирование: 17 авг 2016
    Филин, Afra V, юма и 2 другим нравится это.
  11. Какой ужоссс :eek: :koshmarrrr:!!111
    А если Санса еще и не закончила, а только "разогревается" :волнуюсь:?.. Там же есть еще простор, как можно сделать ощущения Рамси куда более... интенсивными :sneaky:.
    Боюсь представить, что же автор написал в продолжении :волнуюсь:.
     
    Afra V, Ёжик, World_Viktory и ещё 1-му нравится это.
  12. Черный Жемчуг

    Черный Жемчуг Наемник

    А как иначе то? :devil laugh: С ними, злодеями, по-строгому приходится ;)

    .
    Эх, дорого бы я дала, чтобы узнать, как вам видится этот простор )))
    Скажите честно - вам его уже жалко? уже на этом этапе? ) Санса тож женщина добрая на самом деле ;)
     
    Afra V, Ёжик, World_Viktory и ещё 1-му нравится это.
  13. Оххх, фантазия моя :rolleyes:... Но вы лучше переводите-переводите, автору-то виднее :oops:, и у вас хорошо получается :thumbsup:.
    Неа :p.
    Ага :meow:. И как примерная жена все свои чувственные порывы реализует только с законным супругом :meow::
     
    Afra V, Ёжик, World_Viktory и ещё 1-му нравится это.
  14. Черный Жемчуг

    Черный Жемчуг Наемник

    Спасибо :)
    Неа?! так я и думала, к таким темам особо жестокосердные люди тянутся :smirk: но вы обязательно потом пишите, когда начнется...;)
    Вот да, даже с точки зрения той морали не подкопаешься, если свечу не держать ))
     
    Afra V, Ёжик, World_Viktory и ещё 1-му нравится это.
  15. юма

    юма Оруженосец

    Такая рокировка и такая чудная химия началась)) Санса испытывает кайф от того, кого ненавидит. И стройный он и красивый и как хорош, когда трясется и умоляет.
    Ух, маньячка)
    А чо? Влечение к мужу - это же замечательно, а когда он хорошо привязан - то безопасно и полезно для физического и психического здоровья))
    А бедненький Рамсик :sneaky:, не просто ему ощущать себя мужем, существующим, чтобы приносить наслаждение жене унижением и слабостью и проводить всякие неприятные параллели.
    Парочка поменялась ролями, и теперь наступит новая жизнь - по-настоящему интенсивных удовольствий и психологических открытий :oh:
    Переводите, переводите, мы ждем))
     
  16. Черный Жемчуг

    Черный Жемчуг Наемник

    ага, и выглядит при этом в точь-точь как один британский актер !:bravo: :kissy:
    нельзя, чтобы такое добро пропало, на виселицах или как там еще Джон готов был казнить его гаагским трибуналом ... такое добро самой пригодится! :devil:

    Спасибо, бум трудицца не покладая рук! ;) И да, психологических открытий там будет от души! ))
     
    Последнее редактирование: 18 авг 2016
    Afra V, Ёжик, вНЕ-времени и ещё 1-му нравится это.
  17. Черный Жемчуг

    Черный Жемчуг Наемник

    Устраивайтесь поудобнее, ребята, настало время ох.... тёплых ламповых историй.
    Санса дает в Винтерфелле небольшой светский прием в честь любимого супруга. Джон Сноу наконец то все знает, и одобряет.
    ***​
    Глава 3. Сверху и снизу.
    Рамси напряженно разглядывал потолок, держась неестественно прямо. И все из-за неудобства, доставляемого деревянным фаллическим предметом, который Санса оставила глубоко погруженным в его тело. Веревка была обернута вокруг пояса и перекрещена между ног, удерживая дилдо за рукоятку. Да, она засунула огромный деревянный член до основания и накрепко привязала, позаботившись о том, чтобы избавиться от него не было ни малейшей возможности. (О, как же он старался! Снова и снова, всю ночь напролет!)

    Дилдо плотно сидело на месте и никуда не девалось. Рамси весь извертелся, стараясь расслабиться и облегчить неприятное саднящее ощущение. Но все его усилия не привели к успеху, а самолюбие не позволяло успокоиться, пока эта штука находится внутри.

    Понимания того, что это делала именно она, точнее, делает она… этого было достаточно, чтобы держать его на взводе, подпитанном жгучим отвращением. Но вскоре злость начала сменяться жалостью к себе. Такого он не заслужил!

    Мышцы дрожали от усталости, всё болело, а голова кружилась от переутомления. Сколько он уже привязан к этому устройству? Дня три, не меньше. Сложно сказать, сколько раз он отключался и приходил в себя в первые сутки, пока Санса не почтила его своим присутствием.

    Она покинула его со словами “подумай о том, как и почему ты здесь оказался. А я с нетерпением жду завтрашнего дня.”
    Это было вчера в середине дня, а сейчас было утро следующего. Рамси вскинул голову, услышав скрип двери, возвещающий чей-то приход. Впрочем, это была не Санса, а её брат-бастард.

    Осознавая свое положение, он поморщился, багровея от стыда. Джон определенно увидит и оценит все, что успела проделать его сестрица.

    Джон стоял как вкопанный, в шоке разглядывая Рамси. Помнится, Санса собиралась провести с ним некоторое время до казни, а чуть позже удивила Джона просьбой отложить казнь и подержать пленника еще некоторое время.

    Она не вдавалась в детали, чем конкретно занимается, но Тормунд между делом проболтался о ее задании. А еще о том, что ею был брошен клич, что каждому, кто захочет поиметь Рамси физически, будет предоставлена такая возможность вечером после захода солнца. И что несколько добровольцев уже бьют копытом в нетерпении, чтобы заняться им вплотную, как из чистой похоти, так и из мести за понесенные в боях потери.

    Бывший дозорный, огорошенный этой новостью, пришел, чтобы вступить с Сансой в пререкания, но ее тут не оказалось, зато открывшееся зрелище заставило его внутренности скрутиться узлом.

    Он поймал себя на том, что с трудом верит, что его сестренка Санса способна пытать человека столь изощренным образом, но они долгое время были разлучены и не общались. Жизнь на фоне войны и всего остального заметно усложнилась.

    Джон проглотил комок в горле и сделал еще несколько шагов вглубь комнаты. Рамси опустил голову, дрожа от усталости и адреналина. Он упорно отводил взгляд, и от Джона это не укрылось. Челюсти его сжались в гневе.

    Должно быть, негодяй и правда причинил его сестре много горя, раз она пошла на такие экстремальные меры воздействия!

    В обычной обстановке Рамси поддразнил бы парня, но сейчас был не тот случай. Он надеялся, что все вот-вот закончится, и спросил с деланным смирением:
    - Ты пришел избавить меня от мучений?

    Джон грозно насупился:
    - Потерпи немного, скоро тебя усыпят, как бешенного пса. Когда ты последний раз видел Сансу? Я хочу поговорить с ней относительно тебя.

    Рамси едва слышно засмеялся и поднял голову, чтобы глянуть на Джона. Безумная улыбка, украшавшая его лицо, словно бы выдавала распад и без того поврежденного рассудка.
    - Твоя сестра… это что-то с чем-то! Ты назвал меня бешенным псом, но она явно сделана из того же теста. Если я бешеный пес, то она - бешеная сука.

    Джон ударил его наотмашь.
    - Не смей своим поганым ртом оскорблять мою сестру! Между вами нет ничего общего! Я собирался убедить Сансу, что ее замысел на твой счет слишком жесток даже для такого как ты. И ты тут же доказал мою неправоту, Рамси! Приятной ночи.

    И, наградив его последним неодобрительным взглядом, Джон с шумом вышел из комнаты, кивнув сопровождавшему его стражу у дверей. Они удалились, и только скрежет обитой железом двери резонировал по камере.

    Рамси охватила тревога: что еще за замысел, слишком жестокий даже для такого, как он?

    Пазл начал складываться, когда спустя примерно два часа двое крупных мужчин внесли железный каркас кровати, а также матрас. Они с любопытством оглядели Рамси, и один даже прыснул, пробормотав:
    - Мелкий говнюк наканец-та получит, што заработал.

    Людей такого типа он уже видел в замке. Простолюдины вроде кузнеца или плотника, не стоящие его внимания. Тем не менее, их дерзкие речи заставили его внутренне кипеть от злости. Но он был бессилен что-либо с ними сделать. Судя по их поведению, они просто посмеются над ним и разозлят еще больше, поэтому он просто молча наблюдал с мрачным выражением на лице.

    Они прикрепили цепи к каждой ножке, каждая цепь заканчивалась манжетой наручника. У кровати не было изголовий, и пустой матрас, выглядящий весьма зловеще с перекинутыми через него пустыми кандалами, как будто ждал его.

    Очевидно, Санса намеревается подвергать его насилию и дальше, судя по высказываниям ее брата, и Рамси все больше нервничал по мере того, как день клонился к вечеру и ночь была не за горами.

    После того, как оба здоровяка вышли, Рамси ощутил, как выкручивающий внутренности страх захлестывает его, а зрение подозрительно теряет четкость.

    Невозможно поверить, что все это происходит именно с ним! Она УЖЕ опозорила его настолько, что впору хоть под землю провалиться. Это был явный перебор, и нехорошие предчувствия терзали его до глубины души.

    Вскоре после того, как те двое ушли, появилась Санса с охраной, следующей за ней по пятам.
    Она указала на Рамси:
    - Отвяжите его и положите на кровать лицом вниз. Хорошенько закрепите кандалы и отмерьте длину цепей так, чтобы он мог встать на колени, но не более того. Я хочу, чтобы руки были плотно закреплены, а поднималась только задняя часть.

    Стражи молча кивнули и приступили к исполнению.
    Рамси отрицательно мотал головой, пока они резали веревки сначала на лодыжках, потом на запястьях. Он почти рухнул на пол, когда кровь прилила к конечностям и голове. Впрочем, стражники успели его подхватить и под руки поволокли к ожидающему его матрасу.

    - Подождите! Подождите! – Рамси яростно извернулся, но тут же пожалел, ощутив жгучую боль от огромного дилдо, все еще сидящего глубоко внутри. Он прохрипел:

    - Санса… я обидел тебя, но то, что ты уже сделала со мной – разве этого не достаточно? Даже твой брат приходил сказать тебе, что все зашло слишком далеко, и воззвать к твоему здравому смыслу!

    Санса наградила его уничижительным взглядом, приблизившись к кровати и наблюдая, как он тщетно борется с людьми, сковывающими его руки.

    - О да, мы говорили с Джоном. Он поведал мне, что ты был невежлив и даже очернял мое имя. Так что ТЕПЕРЬ он полностью согласен с моей концепцией. Спасибо и мои поздравления, Рамси!
    Ты временно помилован, пока я не дам Джону знать, что закончила с тобой. А это, нужно признать, может случиться нескоро, потому что мне неожиданно понравилось тебя мучить. Хочу заметить, что не приветствую твои высказывания обо мне в подобном ключе. Сейчас я тебя бить не буду… не в этот раз. Но говорю как на духу, Рамси, я не потерплю от тебя сквернословия в свой адрес! С этой минуты ты будешь примерно наказан каждый раз, как посмеешь оскорблять меня. Это ясно?

    Пока она говорила, Рамси пялился на нее с беспримерной злобой, скаля зубы.

    Стражи прикрепили его лодыжки, прежде чем отойти от кровати. Санса взирала на него совершенно невозмутимо. Она сделала паузу, давая ему время для ответа, и двинулась вокруг кровати к ремню, лежащему на столике.

    Лицо Рамси вытянулось, а глаза расширились от понимания того, что последует, если он не ответит. Он поспешно выкрикнул:
    - Ясно! Все ясно!
    Получить дополнительную порцию боли сейчас явно было лишним, учитывая уже полученное и предстоящее.
    Рамси рефлекторно сжался при ее приближении. Казалось, ее оценивающий взгляд сулил явные неприятности. Собственная неконтролируемая реакция вызывала тошноту, и он стыдливо вперился в матрас.
    Это не со мной, это не может происходить со мной! - думал он, не желая признавать, что у Сансы всё лучше получается находить на него управу.
    Это не ее роль! Эта роль – моя! Моя жена, моя собственность! По-другому и быть не может. В этом нет никакого смысла! Рамси потерялся в своих мыслях, пытаясь игнорировать реальность.

    Губы Сансы тронула усмешка. Определенно, его обычно такое наглое или жестокое обращение с ней на глазах сменяется смирением.

    Он подергал наручники, проверяя их прочность, и явственно приуныл.

    Руки были закреплены внатяг и почти вплотную прилегали к матрасу. Рамси потянулся в своих новых оковах. Те, что на лодыжках, давали возможность подтянуться к краю кровати и свесить голову. Он попытался приподняться в районе груди, но ручные кандалы позволяли только неловко опереться на локти. Долгие часы на крестовине ослабили его, и если забыть про предстоящее сегодня вечером, он был почти рад оказаться лежащим на удобной поверхности.

    Санса зашла сбоку, ремень недвусмысленно свисал с ее руки.
    - Мне нужно, чтобы ты приподнял зад.

    Судя по взгляду в ее сторону, полному омерзения, Рамси собирался сказать ей какую-то гадость и уже открыл было рот. Не дожидаясь ответа, она быстро нанесла удар ремнем, застав его врасплох.

    Его спина мгновенно выгнулась, как у кобры, отзываясь на боль. Ремень приземлился на уже поврежденные места, опалив огнем и заставив внутренние мышцы сжаться вокруг дилдо, что тоже было несладко.

    Он дернулся и обиженно уставился на нее.
    - Я… я даже ничего не сказал! Зачем было меня бить просто так?
    - Слишком громко думаешь. Кроме того, ты не поднял зад, как было сказано. Не заставляй меня повторяться, а то приложу сильнее, - взгляд Сансы недвусмысленно сулил кары за неподчинение.

    Рамси помрачнел и попытался медленно встать на одно колено, потом на другое. Сам себе удивляясь, что делает это без препирательств и попыток острить. Боль утомила, и само по себе усилие сделать что без пререканий окончательно истощило в нем желание бороться.

    На него вдруг снизошло озарение: он позволяет ей выигрывать. Снова вспыхнули стыд и ненависть к ней за свое падение на еще одну ступень. Непонятно, как это случилось, но он ощущал себя почти побежденным и с самыми неутешительными прогнозами.

    Перемещение в требуемое положение заставило его негромко застонать из-за болезненных ощущений в заднем проходе. И как бы ни было противно ее о чем-то просить, он хрипло прошептал:
    - Можно его уже убрать?
    - Так, что это сейчас было, Рамси? – она отлично все расслышала, но ей хотелось, чтобы он произнес это вслух. Именно потому, что ПРОСИТЬ ему будет тяжело.

    Рамси стиснул зубы, прекрасно отдавая себе отчет, что именно она делает – искусства садизма она явно набралась от него. Он бы мог сейчас даже гордиться, если бы оно не оттачивалось на нем лично.
    Прорычал:
    - Можно его убрать?!
    - Что убрать? – она с ним играла, наслаждаясь эффектом от своих подколок.
    - Чертову деревяшку, которую ты в меня засунула! – язвительно ответил он.
    - Какой маленький злюка, ты гляди! Попроси вежливо, по-хорошему, и я проявлю снисхождение. По-другому не получится.

    Она решила, что можно дать ему отдохнуть пять или шесть часов перед запланированными на вечер мероприятиями, но передышку он получит только в обмен на послушание.

    Лицо Рамси залилось краской. Он колебался, идти ли ей на встречу. Доставлять ей такое удовольствие вовсе не хотелось. Но и отказ смирить свою гордыню точно так же никуда не приведет, и он останется в том же положении.

    Впереди предстояло испытать на себе новые задуманные ею жестокости, и он решил, что лучше сейчас переступить через самолюбие и получить снисхождение в виде столь необходимого ему отдыха.

    Переутомление, с каким ему раньше никогда не приходилось сталкиваться, изнуряло до мозга костей. Он не ел уже три дня, хотя на фоне стресса даже не заметил этого. Он тяжело вздохнул.
    - Пожалуйста… - и нехотя заставил себя продолжать, – пожалуйста, нельзя ли достать из меня этот твой пыточный инструмент?

    Он постарался произнести все слова предельно четко, чтобы не заставляли повторять еще раз. Они прозвучали для него чужеродно. Это не я, это не со мной.
    Польщенная его согласием, Санса бесцеремонно швырнула ремень между его разведенных ног, придвинулась и медленно развязала узлы на веревках, позволив им свободно повиснуть.

    Долго распутывала веревку, забавляясь тем, как он нетерпеливо ерзает, желая поскорее избавиться от инородного предмета. Но все же не настолько нетерпеливо, чтобы разозлить ее и заставить отыграть все назад. Она взялась за рукоятку и медленно потянула.

    Если бы Рамси сам пытал кого-то подобным способом, он непременно заставил бы человека поверить, что уже все закончилось. А потом резко запихнул дилдо назад и сообщил страдальцу, что передумал! Так что оставалось только благодарить Сансу, что она не совсем такая, как он.

    Его непроизвольно тряхнуло, он не удержался и негромко застонал, когда предмет наконец исчез, оставив вместо себя пустоту. Тем не менее, сразу же стало легче.
    - Скажи мне спасибо, – небрежно бросила Санса.

    Благодарить не хотелось от слова совсем. Пусть хрипло и тоскливо, но слова на выдохе сами слетели с языка:
    - Спасибо.
    Она одобрительно кивнула:
    - Можешь опустить свой зад.

    Деревяшка была вымыта в ведре все той же щеткой и опущена в корзину, стоящую на столике.

    Пока Санса делала свое дело, Рамси осторожно опустился на кровать, позволив себе немного расслабиться впервые за долгое время. Было невероятно приятно лежать на удобной поверхности и наконец-то не чувствовать боли.

    Эта небольшая демонстрация доброты с ее стороны заставила слезы навернуться на глаза, тем более, что благодарить тянуло за ТАКУЮ малость. Чудовищное и нехарактерное для него чувство, оно вводило его в замешательство и дезориентировало напрочь.

    Видимо, на его лице что-то отразилось, потому что Санса стала приглядываться. Рамси выглядел потерянным, как будто вот-вот заплачет. На нее он не смотрел, но когда их взгляды все же встретились, было заметно, что обычно пылавший его глазах огонь угас. Стало понятно, что он отчасти сдался.

    Он молчал, ожидая, когда к нему обратятся.

    Ненавидеть его почему-то стало сложнее. Санса даже ощутила укол вины за то, что собиралась делать с ним дальше. Но напомнила себе, кто перед ней, и это помогло восстановить ее решимость.

    С деланным безразличием она смотрела на него сверху вниз:
    - Советую поспать. Перед тем, что я для тебя приготовила, лучше отдохнуть.
    Рамси моргнул, показывая, что услышал ее, и взор его переместился куда то в пространство.
    Санса бросила на него последний взгляд и вышла.

    Рамси с недавних пор навострился узнавать ее шаги, стук ее каблуков так же, как и скрип металла на доспехах стражников. Когда они удалились, он обнаружил, что все мысли из головы улетучились.

    От него теперь мало что зависело, так что нечего было и гадать, что будет дальше. Когда дойдет до дела, поводов для волнений будет в избытке, в этом он был уверен. Но прямо сейчас хотелось ненадолго забыться. Силы ему понадобятся, чтобы встретиться лицом к лицу с новой напастью.
    Он закрыл глаза и позволил сну овладеть собой.
    ***​
    Рамси спал как убитый, и даже приход Сансы его не разбудил.

    Дыхание было неровным, но выглядел он почти умиротворенно, а лицо, как она заметила, начинало заживать. Отеки спали, остались только порезы и синяки. Он начал походить на прежнего себя впервые с тех пор, как Джон безжалостно поработал над ним кулаками. Удивительно, что Джон не сломал ему нос или не выбил зубы, учитывая ожесточение, с которым действовал ее брат.

    Она вспомнила, как Рамси точно так же мирно спал в ее постели после того, как терзал ее полночи.

    Теперь не нужно было страшиться его пробуждения, чтобы успеть сбежать. У него больше нет над ней власти, и ей оставалось только догадываться, о чем он думал тогда, просыпаясь рядом с ней, и что почувствует сейчас.
    Будет ли это похоже на ее тогдашний ужас? Она надеялась, что так.

    Словно почуяв ее присутствие, Рамси внезапно проснулся. Взгляд у него стал более ясным, чем во время их последней встречи. Туман в голове рассеялся, так что он не одарил ее своей фирменной высокомерной ухмылкой или дерзкими словами, а только презрительно скривился.
    - Рада, что ты проснулся. Тебе необходимо было освежиться для приема наших гостей.

    Она кивнула в сторону двери. Стражник распахнул дверь, и два человека внесли изящное кресло и установили его поблизости. Санса с достоинством уселась в него, устраиваясь поудобнее.
    - Я хочу, чтобы это послужило еще одним напоминанием о нашей первой брачной ночи и всех прочих ночах, проведенных вместе.

    Пока она говорила, в комнату один за другим вошли порядка двенадцати мужчин. Рамси вскинул голову, и челюсть его отпала. Он все понял.

    В их первую брачную ночь он заставил Вонючку смотреть, чтобы сломить его еще больше, а заодно показать ей, кто в доме хозяин. Власть над ними обоими доставляла ему изысканное удовольствие.

    Смертельно побледнев, Рамси в шоке уставился на нее огромными глазами.
    - Нет… я же с тобой такого не делал! Тогда, с Вонючкой, ВСЕ БЫЛО НЕ ТАК!
    - Его имя Теон! – прошипела она, вцепившись в подлокотники и подавшись вперед.

    Попытки обесценить содеянное с ними разозлили ее. – Кстати, раз уж ты так любишь давать прозвища своим жертвам, я для тебя тоже что-нибудь придумаю. Сдается мне, после сегодняшней ночи правильное будет называть тебя, скажем…Шашлычок!

    Она кивнула пришедшим, и те начали раздеваться. Санса обратилась к мужчинам, пока они скидывали штаны.
    - Очередь начинается вот тут, – она указала на изголовье кровати. – Я устала от болтовни Рамси, так что его рот должен быть все время занят.
    Она не успела продолжить, как Рамси бешено заорал:
    - Вот только попробуйте кто подойти ко мне со своим хреном, пеклом клянусь, я откушу его!

    Санса усмехнулась:
    - Так и знала, что ты это скажешь.

    Она кивнула в дальний угол, и оттуда вышел человечек с конструкцией из колец, которая сильно смахивала на лошадиную уздечку.

    В центре располагалось большое кольцо, от которого отходили две металлических скобы, что вели к кожаным ремешкам, а те в свою очередь, прикреплялись к кольцам по бокам. На концах устройство оканчивалось кожаными застежками.

    Человечек явно собирался одеть эту узду на Рамси. Она определенно все предусмотрела.

    Рамси ахнул и замотал головой:
    -Нет! Нет! НЕ НАДО!

    Оба стражника подбежали, чтобы пособить человечку в его нелегкой задаче. Рамси сопротивлялся из последних сил, стискивая зубы и мешая запихивать кольцо в рот.

    Происходящее явно породило в нем панику: его прошиб пот, а грудь вздымалась от выброса адреналина.
    Он кинулся на одного с намерением укусить, сделать все что угодно, лишь бы больно стало кому-то другому. Но вышло только хуже: один стражник воспользовался этим, чтобы зажать ему челюсть, и второй смог засунуть кольцо, не повредив свои пальцы.

    Как только им удалось вставить кольцо, застегнуть узду на голове уже было делом техники.

    Рамси остервенело пытался отодрать новое пыточное приспособление, потираясь им о матрас и собственное плечо, но довольно быстро стало понятно, что оно закреплено надежно. Он опустил голову, стараясь сдержать слезы на фоне этого нового унижения. Она и в самом деле отнимала у него последнее, не давая шансов отыграться.

    Убедившись, что с Рамси вопрос урегулирован, Санса повернулась к полуодетым мужчинам, некоторые из которых наглаживали себя, заведённые видом красивой дамы благородного происхождения, раздающей здесь указания. Она разъяснила им, что они делают это для нее и исключительно в указанных ею пределах.

    - Так, порядок навели, давайте же приступим! Как я уже говорила, господа, очередь начинается вот тут, и вам разрешается излить семя ему в горло или на лицо. Когда спереди закончите, можно заходить сзади и сделать второй подход. Если к тому моменту вы все еще не насытитесь, вон там приготовлено ведро с теплой водой, можно ополоснуться и снова встать в очередь, – инструктаж по организации группового изнасилования звучал в устах Сансы так, словно речь шла об украшении залов к празднику.

    Пока она говорила, мужчины начали двигаться в указанном направлении, и Рамси застыл при их приближении. Высота кровати была достаточной, чтобы у любого человека не слишком высокого роста пах оказался как раз на одном уровне с его головой. Он понял, зачем у кровати не было спинок, когда первый напряженный член нетерпеливо замаячил вблизи его лица.

    Они ВСЕ выглядят нетерпеливыми, осознал Рамси с тошнотворным ужасом. Вечеринка обещала быть долгой и неприятной.

    Дальше он подумать не успел, потому что стоящий перед ним мужик запустил руку в его шевелюру и приподнял его голову над кроватью до боли в груди, а потом притянул ее к своей промежности.

    Рамси завертел головой в последней попытке сопротивляться, но был награжден жалящим ударом ремня. Он даже не заметил, как Санса схватила ремень, укус которого застал его врасплох, заставив испустить невнятный вопль сквозь уздечку.
    Мужик, держащий его голову, воспользовался этим моментом, чтобы засунуть свой член ему в рот до упора, не давая дышать и заставляя глаза вылезать из орбит.

    Тело словно окаменело, руки вцепились в края матраса, не в состоянии делать еще что-то за рамками попыток хоть как-то вздохнуть. Мужик был явно сильно на взводе, потому что кончил спустя какие-то мгновения, после чего отстранился.
    Рамси никак не мог отдышаться, кашляя и борясь с позывами к рвоте. Если бы в желудке хоть что-нибудь было, его бы точно вывернуло, и не только от самого факта, что пенис побывал у него во рту, но и от вкуса и запаха спермы. Он до сих пор мог ощущать запах промежности этого мужика после того, как тот прижимал его голову к своему паху. Было омерзительно до смерти.

    Кровать позади прогнулась, и он понял, что этот, первый мужик, перемещается сейчас, чтобы пристроиться сзади.

    Тот дернул его за бедра, пытаясь поставить в удобную для себя позицию. Много хочет! Рамси выкрикнул сквозь кольцо неразборчивую угрозу в его адрес, одновременно пытаясь увильнуть от попыток приподнять себя и приступить к делу.

    Санса поднялась с места.
    - Прошу вас, сэр, сойдите с кровати на секундочку. Рамси нужно объяснить, что грубость с моими гостями недопустима.

    Мужчина подчинился, а она взяла ремень в руки и начала нещадно лупить наотмашь. Рамси делал все возможное, чтобы увернуться.

    К месту его пригвоздил один из стражников, схватив под коленом и прижав к кровати, чтоб неповадно было избегать ее гнева. И Санса наносила удар за ударом, пока Рамси не был вне себя от боли и не охрип от крика.

    Спустя несколько минут экзекуции Санса остановилась.
    - Каждый раз, когда не станешь слушаться, ты будешь наказан! Это понятно?
    Рамси дрожал и тяжело дышал, пытаясь собраться. Ремень ужалил еще раз, сильно.
    - Мне нужно, чтобы ты утвердительно кивнул. Покажи, что понял, Рамси, – приказала Санса.

    Рамси скривился и, к своему ужасу, обнаружил, что кивает. Довольная, Санса улыбнулась:
    - Теперь, когда мы договорились, я хочу, чтобы ты встал на колени, чтобы этому человеку было удобно.

    Она продолжала стоять рядом, поигрывая ремнем.
    Он понял по ее маневру, что ослушание приведет к новой порции боли, а за ней все равно последует неизбежное, и встал на колени. Сразу же сзади прогнулась кровать под весом мужика, жаждущего продолжить свои упражнения.

    Рамси услышал, как тот наглаживает свой член, а следующий в очереди придвинулся, готовясь трахнуть его в рот. Рамси содрогнулся, чувствуя проникновение в свое и без того саднящее отверстие. Когда первый погрузился по полной, второй схватил его за подбородок и похотливо лыбился, глядя на него сверху.
    Рамси нашел глазами Сансу, которая снова устроилась в кресле с ремнем на коленях, довольно улыбаясь.

    И пока передний мужик душил его своим членом, а второй вколачивался сзади, его глаза наполнились слезами и потекли по щекам. Они текли и текли, но распалённых насильников это ни на секунду не остановило.
    ***​

    Соски Сансы отвердели при виде того, как они самозабвенно трудятся над Рамси один за одним, и как он судорожно рыдает, пока они трахают его всю ночь напролет.

    В какой-то момент она возбудилась настолько, что уже было начала себя трогать, но вовремя спохватилась. Это не уберегло ее от оргазма прямо в кресле, который она перенесла так тихо, как смогла. Если кто-то из гостей и заметил, то виду не подал.

    Санса отошла, чтобы умыться и заодно отдать распоряжения насчет ванны с горячей водой, которую необходимо было принести в камеру.

    Пока все мужчины насытились, наступило раннее утро. Некоторые пожелали пройтись по второму кругу. К тому моменту, когда они исчерпали свои силы, Рамси был весь покрыт потом и семенем, его неконтролируемо трясло, а из горла вырывались жалобные вопли в память об утраченных гордости и достоинстве.
    Он даже не осознавал, что уже все закончилось, пока тонкие пальцы Сансы не начали расстегивать узду.

    От ее прикосновения он съежился, и было очевидно, что он наконец оценил причиненную ей боль, и даже с избытком. Рамси осторожно пошевелил освобожденной челюстью, но глаз на нее не поднял.

    Санса махнула стражам:
    - Снимите оковы и поместите его в ванну.

    Те исполнили, что было велено, и Рамси уже не делал попыток сопротивляться. Последние несколько часов он словно пребывал в ступоре, уйдя в себя в попытке отгородиться, насколько это возможно, от всего, что с ним делали.

    Погружение в теплую воду было как бальзам на раны, которые покрывали его с ног до головы. Содрогаясь, он яростно плескал воду на лицо, чтобы смыть отвратительные следы тех, кто использовал и испачкал его во всех смыслах. Усердно терся мочалкой, которую нашел на краю ванны, но как ни старался, все равно чувствовал себя грязным, чувствовал ИХ на себе и в себе. Бросил мочалку и зарыдал, закрываясь руками.

    Санса узнала эти столь знакомые ей эмоции и заметила:
    - Это нельзя отмыть. Как ни скреби мочалкой, оно с тобой навсегда.
    Рамси повернулся к ней с совершенно несчастным выражением лица и выдавил, запинаясь:
    - Я… я больше не могу… Пожалуйста… останови это. Прикончите меня! Я готов умереть...

    Он был опустошен и сломлен. Его сознание помутилось после всего, через что она заставила его пройти, и даже на ненависть больше не было сил. Все, чего он хотел – прекратить свои мучения.

    Санса наклонилась к его уху:
    - Но Я пока не готова к твоей смерти.

    Она выпрямилась, а Рамси, ошарашенно моргая, неверяще глядел на нее.
    Она взяла его за подбородок и развернула к себе:
    - Ты мой, Рамси. И пока я не решу с тобой расстаться, ты будешь мне служить. Я буду о тебе заботиться. И до тех пор, пока я буду тобой довольна, я буду хорошо с тобой обращаться. Ты ведь не против? Чтобы я обращалась с тобой хорошо?
    Рамси почувствовал растерянность, пытаясь осознать этот новый поворот событий и то, что это для него значит. Он обнаружил, что отупело кивает.

    Улыбка Сансы стала шире, она наклонилась и запечатлела легкий поцелуй у него на лбу:
    - Хорошо.
    Она повернулась к стражникам:
    - Я пришлю служанку, чтобы сменила простыни, а также принесла полотенце и еду. Пусть вытрется и поест, после этого привяжите обратно к кровати. Возможно, позже я навещу моего нового подопечного.

    Рамси тяжело сглотнул, наблюдая ее уход. Потом снова погрузился в воду, все еще не понимая, что с ним будет дальше.
     
    Последнее редактирование: 2 сен 2016
    Филин, World_Viktory и Ёжик нравится это.
  18. Ёжик

    Ёжик Лорд

    Здесь горячо :smirk:
     
  19. Лысина Вариса

    Лысина Вариса Оруженосец

    У-ух, быть Рамси Вонючкой.
     
  20. Черный Жемчуг

    Черный Жемчуг Наемник

    Не, купать будут регулярно :p но он бы лучше грязный отсиделся где-нить в углу ...
     
    World_Viktory нравится это.