1. Добро пожаловать в раздел творчества по Песни Льда и Пламени!
    Полезная информация для авторов: Правила оформления фанфиков (читать перед размещением!) Бета-ридинг
    И для читателей: Поиск фанфиков по ключевым словам Рекомендации и обсуждение фанфиков
    Популярные пейринги: СанСан Трамси
    Популярные герои: Арья Старк Бриенна Тарт Дейенерис Таргариен Джейме Ланнистер Джон Сноу Кейтилин Талли Лианна Старк Мизинец Нед Старк Рамси Болтон Рейегар Таргариен Робб Старк Русе Болтон Сандор Клиган Санса Старк Серсея Ланнистер Станнис Баратеон Теон Грейджой
    Другие фильтры: лучшее не перевод перевод юморвсе
    Игры и конкурсы: Минифики по запросу Флэшмоб «Теплые истории»Шахматная лавочкаНовогодний Вестерос или Рождественское чудо
    Внимание! Отдельные фанфики могут иметь рейтинг 18+. Посещая этот раздел вы гарантируете что достигли 18 лет. Все персонажи, размещенных в разделе произведений, являются совершеннолетними.

Гет Фанфик: Задание

Тема в разделе "Фанфикшн (в т.ч. 18+)", создана пользователем Ortrud, 21 авг 2016.

  1. Ortrud

    Ortrud Наемник

    Оригинальное название: «The Assignment»;
    Автор: Shadowsfan;
    Ссылка на оригинал: http://archiveofourown.org/works/7717333
    Язык оригинала: английский;
    Фэндом: «Песнь льда и пламени», «Игра Престолов»;
    Размер: макси;
    Рейтинг: R;
    Категории: гет, романтика, приключения, шпионские игры по мотивам сериала «Миссия невыполнима», альтернативная реальность времен «холодной войны»;
    Пейринг: Станнис Баратеон/Санса Старк;
    Персонажи: Станнис Баратеон, Санса Старк, Петир Бейлиш, Давос Сиворт, Мелисандра, Гендри Уотерс, Мерин Трант, Тайвин Ланнистер, Янос Слинт, Варис, упоминаются Нед Старк, Кейтилин Старк, Сандор и ряд других героев ПЛиО;
    Статус: в процессе;

    Краткое содержание: Станнис Баратеон, глава Отдела невыполнимых миссий, полагал, что нынешнее задание будет относительно простым. В ходе этой операции ему надлежало выследить и обезвредить по другую строну Железного Занавеса торговца оружием, который намеревался продать тритий, сырье для изготовления «грязной» атомной бомбы, преступникам из западного Берлина. Связным Станниса, по легенде возглавлявшего германский криминальный синдикат, в Белоруссии был Петир Бейлиш, двойной агент, завербованный десять лет назад. Однако агент Баратеон не подозревал о том, что Бейлиш привлечет к делу свою племянницу, красотку Алейну, которой предстояло сыграть роль любовницы Станниса. Алейна тайком просит его о помощи, но Станнис не знает, насколько ей можно доверять, а чувства, постепенно зарождающиеся между ними, ставят под угрозу как саму операцию, так и жизни членов его команды.

    Все права принадлежат Джорджу Мартину и HBO.
     
    Ёжик и Убийца Матрешек нравится это.
  2. Ortrud

    Ortrud Наемник

    ГЛАВА ПЕРВАЯ

    Четырнадцатое сентября 1965 г. - Минск, Белоруссия

    - Алейна Петировна, могу я пригласить вас на танец?​

    - Разумеется, товарищ Слинт. Это честь для меня. Хотя я предпочитаю, чтоб меня называли Алейной Стоун. Товарищ Бейлиш – мой приемный отец. На самом деле мы с ним не родственники.​

    - Как вам угодно, - рассеянно ответил Слинт. Он украдкой поглядывал на грудь девушки и явно не интересовался ее родственными связями.​

    Алейна протянула ему руку и одарила самой чарующей улыбкой. Немолодой мужчина, от которого разило чесноком и укропом, точно от выдержанной колбасы, внушал ей отвращение, но она подавила это чувство и позволила отвести себя на танцплощадку. Точно так же она сдержала возглас удивления, когда Слинт схватил ее рукой не совсем за талию и грубо привлек к себе. Ей нельзя было забывать о том, что Петир считает Яноса Слинта важной персоной. Бывший глава городской милиции недавно получил пост министра внутренних дел, а такой покровитель мог пригодиться деловому человеку вроде Петира Бейлиша. Опекун велел Алейне уделить как можно больше внимания Слинту этим вечером. Пусть, мол, он почувствует себя исключительным. Надо полагать, именно так и чувствовал себя этот дородный, лысоватый мужчина средних лет, когда неуклюже вел Алейну в танце под слишком изысканную и западную для советского бала мелодию Штрауса. Во всяком случае, Слинт самодовольно ухмылялся и поглядывал на других танцоров свысока.

    Алейна знала, что ее считают привлекательной. Об этом свидетельствовали взгляды, которые бросали на нее мужчины. Они смотрели на нее так, словно она была редкой драгоценностью или картиной. Сокровищем, которым хочется владеть единолично - на зависть соперникам. Интересно, как они смотрели бы на нее, если б знали, что этот облик – всего лишь тщательно созданная иллюзия? Прическа, макияж, дорогое платье и бриллиантовые сережки Алейны в точности соответствовали указаниям ее опекуна. Она пользовалась услугами лучших белорусских парикмахеров, портных и учителей хороших манер. Петир даже нанял в частном порядке наставницу, которой щедро платили за тактичность, чтоб Алейна постигла под ее руководством искусство обольщения. Алейна Стоун была творением Петира. Он пестовал ее с двенадцати лет и превратил в собственное оружие. В очаровательную красотку, которая могла вскружить мужчине голову так, что он забывал об осторожности и, сам того не заметив, выдавал ей свои тайны. К двадцати двум годам Алейна Стоун превратилась в очень искусную шпионку.

    - Я должна поздравить вас с недавним повышением по службе, товарищ Слинт, - сказала Алейна, старавшаяся не морщиться, когда партнер наступал ей на ногу. – Мой дядя говорит, что вы – самый важный человек в нашем городе. Несомненно, вы защитите нас от любых продажных изменников.​

    Вид у Слинта, которому были в новинку комплименты, сделался удивленным.​

    - Да, конечно, - натянуто ответил он. – Вы можете на меня положиться, миледи.​

    - Я в этом совершенно уверена, - мило улыбнувшись, Алейна мягко подтолкнула партнера, чтоб они сдвинулись вправо и не мешали другим танцорам. – Хотя необходимость усилить охрану границ, вероятно, усложнит эту задачу.​

    - О чем это вы? – Недоуменно спросил Слинт.​

    Алейна поняла, что он даже больший глупец, чем полагал Петир. Ее опекуна очень интересовала охрана границ; главным образом, по этой причине Петир и попросил Алейну сблизиться со Слинтом. Однако свежеиспеченный министр явно не имел представления о текущих событиях.

    - Я слышала, что неподалеку от Минска построят новое хранилище радиоактивных отходов. Нам очень повезло, что нашему городу оказали такую честь. Говорят, что отходы, переправленные сюда с подмосковной АЭС, будут храниться в подземном бункере, который соорудят на пустоши к северу от города, - объяснила Алейна, едва не закатившая глаза. Любого разумного человека ужаснула бы подобная перспектива, но тугодум-партиец вроде Слинта сочтет ее честью. – Вам не кажется, что поезда со столь опасным грузом станут целью саботажников на границе с Россией?​

    Слинт нахмурился и надолго задумался, но потом, наконец-то, сообразил, о чем ведет речь Алейна. Его лицо просветлело и сделалось отечески-снисходительным.

    - Вам не стоит забивать свою прелестную головку подобными вещами. Разумеется, Москва обо всем позаботится. Поезда будут охранять бойцы Красной Армии. Меня проинструктируют надлежащим образом, если потребуется усиление мер безопасности.​

    - Конечно, - произнесла Алейна. Чуть помедлив, она словно бы невзначай приблизила губы к уху Слинта, отчего тот заметно покраснел, и прошептала: - Мой дядя упоминал об этом в беседе с другими товарищами. Он думает, что Минск только выиграет, если городская милиция подключится к охране груза, едва тот окажется в нашей юрисдикции. В таком случае партийные вожди перестанут считать Минск рядовым провинциальным аванпостом Советского Союза.​

    Стыдливо потупившись, Алейна прибавила:

    - Это слова дяди Петира, не мои. Такие разговоры кажутся мне довольно скучными, но я подумала, что это заинтересует вас.​

    Будет лучше, если Слинт сочтет ее пустоголовой особой.

    - Да-да, конечно, ваш дядя – мудрый человек, - проворчал Слинт и кивнул, отчего его брыла затряслись. – Однако вмешательство в армейскую операцию было бы дерзостью с моей стороны. Такие выходки недопустимы.​

    - Вы – министр внутренних дел, и Минск находится в вашей юрисдикции. Неужели усиленная охрана покажется неуместной партийным вождям? – Спросила Санса, широко распахивая зеленые глаза и изображая невежду. А потом поспешно прибавила: - Простите меня, товарищ Слинт, я не собиралась ставить под сомнение вывод, к которому вы пришли. Я уверена, что вы уже все тщательно обдумали. Кому, как не вам, разбираться в таких вопросах.​

    Слинт насупился. Выражение его лица выдавало внутреннюю борьбу: он явно хотел произвести впечатление на Алейну, но опасался гнева вышестоящего начальства. Алейна заморгала, хлопая ресницами, и опустила руку, касавшуюся спины Слинта, чуть ниже. Похоже, это помогло ему принять решение. Поскольку Алейна была немного выше своего партнера, она разглядела капельки пота, выступившие на его лысоватом темени. Прочистив горло, Слинт сказал:

    - Я действительно обдумал все это самым тщательным образом. Откровенничать с вами я не могу, поскольку дело касается повышенных мер безопасности, но, будьте уверены, городская милиция позаботится обо всех жителях Минска, в том числе и о вас.​

    Удержавшись от самодовольной ухмылки, Алейна улыбнулась Слинту так, словно он был Кэри Грантом, а не тучным бюрократом средних лет. Следуя указаниям Петира, она поместила в почву семя, которое, по всей видимости, прижилось. Слинт вновь покраснел и рывком прижал Алейну к себе, обдав ее резким запахом чеснока.

    - Я снимаю номер в этом отеле, Алейнушка Стоун, - пробормотал он и попытался подмигнуть, но вместо этого лишь прищурился. – Не желаете пройти туда, чтоб… освежиться?​

    Алейна пришла в такое отвращение, что чуть не оттолкнула Слинта. К счастью, музыка уже не звучала, и правила приличия вынудили его отступить. Сделав глубокий вдох, она надула губы.

    - Я охотно составила бы вам компанию, но мне нужно вернуться к дяде. – Алейна поглядела на столик, за которым сидел Петир, и с облегчением заметила, что опекун не сводит с нее глаз. – Завтра он уезжает по делам в Ригу, а я буду сопровождать его. Наш поезд отправляется спозаранку.​

    - Я уверен, ваш дядя не будет против, - возразил раздосадованный Слинт. – Я не задержу вас надолго.​

    Алейна отступила на шаг.

    - Прошу прощения, товарищ Слинт, но мне пора.​

    Побагровев от гнева, Слинт схватил ее за руку. Алейна невольно поморщилась, но быстро приняла невозмутимый вид. Призвав на помощь все самообладание, она подалась к Слинту и расцеловала его в обе щеки по европейскому обычаю.

    - Благодарю вас за танец, товарищ Слинт. Не соблаговолите ли вы препроводить меня к моему столику? Несомненно, мы с вами скоро увидимся снова, - сказав так, Алейна одарила его самой игривой улыбкой, какую только могла изобразить.​

    Присмирев, Слинт, похоже, вспомнил, что они находятся в общественном месте, и огляделся по сторонам. Алейне было интересно, подумал ли Слинт хоть раз о своей жене, которая, скорее всего, сидит дома и присматривает за их детьми. К сожалению, по своему скромному опыту она знала, что женатые мужчины ничем не отличаются от холостяков. И те, и другие хотят переспать с ней. Слинт, о котором она и раньше была невысокого мнения, упал в ее глазах ниже некуда. Пару минут чиновник бестактно таращился на Алейну, а потом все же подал ей руку.

    - Само собой, мы с вами еще увидимся, Алейнушка Петировна. Я поговорю об этом с вашим дядей.​

    Проигнорировав его угрожающий тон, Алейна молчала до тех пор, пока они не подошли к столику Петира.

    - Ваша племянница очаровательна, товарищ Бейлиш, - заявил, не соизволив улыбнуться, Слинт и прибавил: - Зайдите ко мне в контору, когда вернетесь из Риги. Я хочу потолковать с вами о деле, связанном с новыми мерами безопасности.​

    - Да, конечно. Я запишусь к вам на прием через вашего секретаря.​

    После того, как они попрощались со Слинтом, Петир взял Алейну под руку и повел через банкетный зал к гардеробной. Заученно улыбаясь и вежливо кивая другим гостям, дядя и племянница негромко переговаривались. Алейна знала, что практически все общественные здания нашпигованы камерами и подслушивающими устройствами, ведь Москва всегда начеку.

    - Думаю, все прошло неплохо. В этой игре тебе нет равных, дорогая, - похвалил Алейну Петир.​

    - Вы полагаете, что товарищ Слинт как-то связан с людьми, по вине которых был арестован мой отец? – Спросила Алейна, сделавшая вид, что не слышала комплимента. Ей всегда было не по себе, когда он хвалил ее за изворотливость, хотя она знала, что это необходимо. И она вправду была искусной лгуньей.​

    Похоже, вопрос застиг Петира врасплох. Помедлив минуту, он поспешно ответил:

    - О, нет, я так не думаю.​

    - Но вы обещали мне, когда я начала помогать вам, что мы вернем моему отцу доброе имя и покараем тех, кто погубил мою мать. – Алейна уже не улыбалась и повысила голос. Дядя предостерегающе посмотрел на нее.​

    - Мы это сделаем, Алейна. Скоро. Как только я покажу, чего стою, здесь, мы получим преимущество, которое сможем использовать по возвращении в Москву. Наберись терпения.​

    Алейна замерла на миг, но сумела сохранить невозмутимость. С тех пор, как Петир забрал ее из приюта, и она узнала о трагической участи родителей, прошло почти десять лет. Сколько еще ей придется ждать?

    От раздумий Алейну отвлекла жена влиятельного члена Политбюро. Радостно поприветствовав их, она расцеловала Алейну в щеки и перекинулась парой слов с Петиром. Когда дама ушла, они продолжили разговор.

    - Терпения мне не занимать, дядя. Вашими стараниями. Я лишь хочу убедиться в том, что приношу пользу, и мы с вами движемся к нашей цели. Я не забыла о том обещании, которые вы дали мне давным-давно.​

    - Я тоже не забыл о нем, - посмотрев Алейне в глаза, Петир отвел взгляд. – Виновники получат по заслугам. Твое участие в деле необходимо для того, чтоб это случилось. Просто потерпи еще немного. В скором времени я дам тебе важное задание. Самое важное из всех, что ты когда-либо выполняла.​

    Алейна внимательно всматривалась в его лицо, пока они забирали свои пальто у пожилой женщины за стойкой гардеробной. Петир казался искренним, но у него всегда был такой вид. Она видела, как искусно он лжет другим. Раньше она считала, что ей он лгать не станет. Как знать, не лжет ли Петир сейчас? Что ж, она продолжит хранить терпение до тех пор, пока не выяснит это.

    ***​

    Четверг, восемнадцатое ноября 1965 г. – Лондон, Англия

    Поначалу задание казалось относительно простым. Рассеянно, по привычке, скрипя зубами, Станнис Баратеон затаился в одной из телефонных будок в центре Лондона и прослушивал магнитофонную запись на кассете. В ходе предстоящей операции ему надлежало выследить по другую сторону Железного Занавеса торговца оружием, который намеревался продать тритий, сырье для изготовления «грязной» атомной бомбы, преступникам из западного Берлина. Связным Станниса в Белоруссии был Петир Бейлиш, двойной агент, завербованный десять лет назад. Бейлиш устроит Станнису, по легенде возглавляющему германский преступный синдикат, встречу с русским торговцем оружием. Получив радиоактивное сырье, Станнис мог устранить торговца любым удобным способом. Когда самоуничтожающаяся кассета превратилась в клуб едкого дыма, Станнис уже выбросил из головы предупреждение о том, что правительство будет отрицать свою осведомленность касательно его действий, и принялся мысленно подбирать себе команду.

    В распоряжении Станниса, главы секретного отдела (неофициально называемого Отделом невыполнимых миссий, сокращенно ОНМ) ЦРУ, были лучшие агенты мужского и женского пола. Однако трудность состояла в том, что ему нужно было выбрать именно тех людей, которые подходят для участия в этой конкретной операции. Вернувшись в отель рядом с Гайд-парком, Станнис поднялся к себе в номер, налил чашку чая, взял досье и сел, откинувшись на обитую плюшем спинку дивана. Работа у него была нелегкая. Секретность, постоянные разъезды и опасные задания обрекали его на одиночество. Оно не слишком тяготило Станниса, поскольку он считал, что долг обязывает его защищать свою страну и остальной мир от угрозы со стороны Советского Союза. Особенно от угрозы ядерной войны. Безвестные, безликие и не воспетые солдаты вроде него сражались изо дня в день на фронтах «холодной войны» во имя национальной безопасности.

    В любом случае, ему подходила жизнь шпиона, поскольку одиноким он был долгие годы. Когда началась Вторая мировая война, его родители плыли из Лондона в Бостон, но нацистская субмарина, торпедировавшая их корабль, не позволила им добрать до фамильного особняка на Кейп-Код. Все пассажиры погибли, в том числе и Ренли, путешествовавший вместе с родителями. Станнис и Роберт, в ту пору студенты, записались в армию годом позже, как только Соединенные Штаты вступили в войну. Роберт погиб на пляже Омаха, где пытался обезвредить пулеметчика, поливавшего огнем его взвод.

    Выжить удалось лишь Станнису, хотя он провел на фронте всю войну, а его пехотная дивизия в 1945 году одной из первых вошла в Берлин. После бомбардировок город лежал в руинах. Станнис, работавший на разведку союзников, был там во время реконструкции. На его глазах советские войска укрепили свои позиции в восточном Берлине и попытались захватить ту часть города, которую держали под контролем их недавние союзники. Тысячи беженцев устремились на запад. К тому времени, как Советы заперли их за Стеной, Станнис уже служил в ЦРУ. В 1962 году он перешел в ОНМ и стал тайным агентом, работающим под прикрытием. Порой Станнис задавался вопросом, как сложилась бы его жизнь, если б он вернулся на Кейп-Код после войны. Была бы у него жена… дети? Не каждая женщина смирилась бы с его серьезностью, почти нездоровым стремлением к совершенству и прагматизмом. Все любовницы Станниса неизменно и чересчур охотно указывали ему на эти недостатки. По-видимому, от качеств, помогавших ему в работе, не было никакого толка в личной жизни. Станнис считал, что это к лучшему, поскольку человеку его профессии не стоит сближаться с кем бы то ни было. Личные привязанности делают агента уязвимым, превращают его в потенциальную жертву предательства и шантажа. Одиночество все же предпочтительнее такого риска.

    Станнис тряхнул головой. Раздумывать о прошлом ему было некогда. Нужно заняться той папкой, что лежит у него на коленях. Отставив чашку в сторону, он вытащил стопку биографий агентов и приступил к формированию своей команды. Станнис точно знал, кто станет его правой рукой – Давос Сиворт, специализацией которого было оружие. Он уже работал с Сивортом и высоко ценил того. Во-первых, Давос обеспечит их любым оружием, которое потребуется им в ходе операции. Во-вторых, он сумеет договориться с торговцем, а потом позаботится об опасном грузе. Станнис знал, что на самом деле Давоса Сиворта зовут как-то иначе. В целях собственной безопасности агенты пользовались псевдонимами и не знали настоящих имен друг друга. Информацию, которой ты не владеешь, невозможно выдать даже под пыткой. Тем не менее, опыт совместной работы с Сивортом и неплохая интуиция подсказывали Станнису, что этот человек достоин доверия. Вытащив из папки фотографию благообразного бородача Сиворта, Станнис отложил ее в сторону.

    Следующей была фотография рыжебородого мужчины с повязкой на глазу. Агент Берик Дондаррион. Тоже специалист по оружию и толковый агент, но не такой искусный переговорщик, как Давос. Вдобавок, Берик вспыльчив. Решив, что для данной операции он не подходит, Станнис убрал его фото в папку. Пригубив чай, Станнис задумчиво воззрился на фотопортрет шикарной рыжеволосой дамы с поразительными глазами. Без этой загадочной особы, которую он знал лишь под именем Мелисандры, ему тоже было не обойтись. Ловкая, точно воровка драгоценностей, она могла обойти любую систему безопасности, а при виде такой красотки охранники буквально выпрыгивали из штанов. Мелисандре уже поручали задания, выполнять которые приходилось по другую сторону Железного Занавеса, и она успешно справлялась с ними. Станнис положил ее портрет рядом с фотоснимком Давоса.

    Кроме того, Станнису требовался человек, который возьмет на себя обязанности шофера и телохранителя. Он быстро просмотрел оставшиеся фотографии и на мгновение задержал взгляд на снимке бритого наголо агента. Борос Блант говорил по-русски, но Станнис опасался, что этот здоровяк с приплюснутым носом будет слишком выделяться из толпы. Ему был нужен физически крепкий человек, не привлекающий к себе внимания и способный вести наблюдение. В конце концов, Станнис отдал предпочтение Гендри Уотерсу, молодому многообещающему агенту, который был на хорошем счету в ЦРУ. Юноша, владеющий приемами рукопашного боя, сыграет роль телохранителя, чье присутствие на встрече криминальных авторитетов будет вполне уместным и ожидаемым.

    Станнис был вполне доволен своим выбором. Его смущал разве что непредсказуемый Бейлиш. Станнис не знал этого человека, а потому не мог доверять ему. Бейлиша пришлось включить в команду, поскольку он был накоротке с белорусскими правительственными чиновниками. Предполагалось, что Бейлиш найдет им еще одного связного в Минске. Эта пока что неизвестная персона поможет им установить контакт с торговцем оружием. Станнис, не любивший сюрпризы, решил, что будет настороже, пока не убедится в безобидности Бейлиша. В начале очередной операции Станнис нередко испытывал сомнения, но сейчас, набирая секретный номер, чтоб созвать членов команды, он не мог избавиться от неприятного предчувствия, что это задание окажется особенно проблематичным.
    --- Склейка сообщений, 21 авг 2016 ---
    Примечание переводчика, то есть, мое: Старки - русские, Бейлиш - член ЦК Компартии Белоруссии, Станнис - агент ЦРУ, действие происходит в СССР времен 60-ых. Такого я еще не видела, и мне очень понравилось. Поэтому я взялась за перевод:). Если история вам понравится, продолжение обязательно будет. Жду отзывов и заранее прошу прощения за возможные неточности; я старалась их избегать, но не знаю, насколько мне это удалось. Приятного чтения!
     
    Последнее редактирование: 23 авг 2016
    Areta, Ёжик, gurvik и 3 другим нравится это.
  3. fiolent

    fiolent Оруженосец

    Прочитала шапку, потом отвлеклась. Поэтому когда читала текст, напрочь забыла, что это перевод.. И была в недоумении: что за саботаж на границе России и Белоруссии??? в 60е?? граница же фикция... Табличка на дороге.
    А потом вспомнила, что перевод))) и все встало на свои места)))
    Очень интересно как наш мир видят по ту сторону Железного занавеса. Да еще и через призму ИП)))
     
    Ortrud нравится это.
  4. Чебурашка

    Чебурашка Ленный рыцарь

    Взаимоисключающие понятия

    Требую в фанфик больще медведей балалаек и водки, товарищи

    Порвало от смеха
    --- Склейка сообщений, 21 авг 2016 ---
    Я бы кстати не удивился если в советское время между союзными республиками была граница и блок-пост
     
  5. Syringa

    Syringa Без права писать

    :bravo::hug:
     
  6. fiolent

    fiolent Оруженосец

    Я в советское время несколько раз ездила с родителями по маршруту Мурманск-Ленинград-Таллин-Рига-Вильнюс-Калининград-Каунас-Минск-Гомель-Чернигов-Симферополь и обратно в Архангельск на авто иногда через Москву.

    никаких границ не помню, я обычно сидела впереди с картой, 86-91гг
     
  7. Ortrud

    Ortrud Наемник

    fiolent , мне этот фанфик тем и понравился, что это взгляд с другой стороны:). К тому же, автор, как мне кажется, к делу подходит серьезно и старается избегать самых расхожих штампов.
     
    Ёжик нравится это.
  8. Ortrud

    Ortrud Наемник

    А тем временем, сюжетная интрига понемногу начинает завязываться. Начальные главы скорее вводные, но скоро все будет, в том числе и водка;). Медведей и балалаек не обещаю.
    ГЛАВА ВТОРАЯ

    Четверг, восемнадцатое ноября 1965 г. - Минск, Белоруссия

    Санса смотрела в окно своей спальни, находившейся на пятом этаже многоквартирного дома. Глядя в сумрачную даль поверх залитых дождем крыш, она различила реку. Фонари, загоравшиеся на улицах, освещали немногочисленных прохожих под зонтами. Одни возвращались домой с работы, другие шли в кафе или клуб. Сансе страстно хотелось присоединиться к ним, но охранник, стоявший у двери квартиры, не позволял ей выйти или встретиться с кем-нибудь. Она подумала, отнюдь не впервые, что Алейне Стоун, ее личине, живется куда лучше, чем Сансе Старк. Петир твердил ей, что заботится о ее безопасности. К этому все сводилось. Люди, которых она встречала, знали ее только как Алейну Стоун. Правды не знал никто. Правду полагалось утаивать, поскольку отец Сансы был предателем.

    Алейне Стоун разрешалось выходить из квартиры, посещать банкеты и бывать в ресторанах, хотя ее неизменно сопровождал дядя Петир. Даже сейчас она могла бы выйти на прогулку, но охранник, конечно же, увяжется за ней, а после доложит обо всем ее опекуну. Расскажет, где она была и с кем общалась. А Петир начнет донимать ее расспросами. С кем это ты разговаривала в кафе? Твои собеседники просили тебя о встрече? Почему ты решила пойти в клуб одна? Лучше уж сидеть дома, чем терпеть допрос. Так что она проведет этот вечер в одиночестве, дожидаясь возвращения Петира с работы. Потом они поужинают вдвоем, немного поговорят о всяких пустяках и лягут спать.

    Теперь, когда Санса повзрослела, скучная отшельническая жизнь, которую она вела, стала совершенно невыносимой. В школьные годы ей было проще. Благодаря учебе, а также урокам танцев и музыки, которые она посещала с позволения Петира, она общалась с людьми, что было замечательно. Вот только о дружбе с кем-либо не могло быть и речи. Всякий раз, когда она сближалась с кем-то, ее вынуждали разорвать отношения. Она переставала посещать внеклассные занятия, вежливо отказывалась, когда ее приглашали поиграть или сходить на концерт, не отвечала на телефонные звонки. Опять-таки, от этого зависела ее безопасность.

    Санса вяло прошлась по спартански обставленной комнате, скользя взглядом по немногочисленным безделушкам. Декор, который она выбирала по своему вкусу, был современным, но не безликим. При виде фарфоровой куклы Сансе стало грустно. Белокожая, зеленоглазая, рыжеволосая девочка-крестьянка в народном костюме походила на нее. Последний подарок матери, единственный уцелевший сувенир из прошлой жизни. Санса не расставалась с куклой в приюте и забрала ту с собой, когда Петир увез ее из Москвы в Минск. Игрушка напоминала ей о прошлом и заставляла в тысячный раз задаваться вопросом, почему вся ее жизнь пошла прахом.

    До десяти лет Санса не знала горя: у нее были любящие родители и старший брат, учившийся в школе-интернате, а ее мать ждала еще одного ребенка. Санса помнила, что была счастлива. Все пошло прахом после того, как в дверь их квартиры постучались среди ночи. Санса, разбуженная громкими голосами, подкралась к двери спальни и увидела, как трое мужчин в темных костюмах уводят ее отца. Его встревоженное лицо и ужас матери напугали ее до полусмерти. Кейтилин Старк попыталась скрыть от дочери правду о судьбе Эддарда, но слезы и дрожащие руки матери дали Сансе понять, что дело плохо. Через несколько дней она узнала, подслушав разговор матери с дядей Петиром, что ее отца арестовали и отправили в сибирский лагерь. С тех пор Санса не видела Эддарда Рикардовича Старка, но часто думала о нем. Столько лет прошло… жив ли еще ее отец? Можно ли выжить в таком кошмарном месте?

    Вспоминая прошлое, Санса поняла, что с той ночи дядя Петир стал частым гостем в их квартире. Она знала, что на самом деле он не был ее дядей, скорее другом матери, однако Петир настаивал, чтоб Санса называла его именно так, и тогда это не казалось ей странным. Судя по всему, после ареста Неда Кейтилин полагалась на Петира больше, чем на прочих друзей. Порой, когда Сансе полагалось спать в своей постели, Петир обнимал плачущую Кейтилин и нашептывал ей слова утешения. Он несколько раз звонил кому-то по телефону из их квартиры, а мать Сансы смотрела на него с отчаянием. В то время Санса не могла уловить смысла этих напряженных переговоров, поскольку не знала, с кем беседует Петир, но интуитивно понимала, что они касаются ее отца.

    Примерно неделю спустя жизни Сансы изменилась навсегда. Мать отвела ее в школу и пропала. Плачущая от страха Санса провела ночь в милицейском участке. Взрослые с ней не откровенничали, но она поняла, что от нее скрывают какую-то ужасную тайну. Утром ей сообщили, что Кейтилин Старк погибла в результате несчастного случая. Санса пыталась задавать вопросы, но никто не потрудился ответить на них, а поскольку у нее не было близких родственников, ее отправили в государственный приют. Когда она справилась о брате, ей сказали, что его приютили друзья, живущие в Ленинграде. Позже Санса слышала, как персонал приюта шепчется о том, что Кейтилин Старк, вероятно, не вынесла скандального ареста мужа и покончила с собой. Санса не верила этим сплетням, как не верила в то, что ее отец – предатель.

    В приюте с ней обращались хорошо, но государственное учреждение казалось Сансе стерильным, а его персонал – равнодушным. Она научилась скрывать свои чувства. Сотрудники приюта и другие дети не особо жаловали дочь предателя, но, к счастью, вели себя с ней вполне вежливо. Почти два года спустя, после того, как Сансе исполнилось двенадцать лет, ее забрал из приюта дядя Петир. Она почти забыла, как он выглядит, и сначала подумала, будто Петир скажет, что произошла ошибка, и Кейтилин на самом деле жива, а потом отвезет ее домой. Но, вглядевшись в лицо Петира, Санса отказалась от этой идеи. Вид у него был серьезный, а улыбка, которой Петир пытался подбодрить ее, казалась натянутой и лишенной настоящей сердечности. И все же Санса обрадовалась, узнав, что этот бледный человек с тонкими усиками и темными глазами хочет стать ее опекуном. В приюте она вела уныло-однообразное существование и полагала, что приемной дочери влиятельного политика уготована более интересная жизнь.

    Пока они добирались до ее нового дома, Петир отвечал на вопросы Сансы. Двенадцатилетней девчонке его объяснения казались убедительными, но сейчас, задним числом, она назвала бы их, по меньшей мере, поверхностными. Петир утверждал, что хотел приехать за ней раньше, но это было невозможно с юридической точки зрения и, пожалуй, нецелесообразно. Он, мол, старался обезопасить ее, поскольку Кейтилин Старк не покончила с собой (в чем Санса не сомневалась и прежде). А потом Петир сообщил, разрывая мир Сансы на части, что ее мать убили агенты КГБ.

    - Кэт была прекрасной леди, дружбой с которой я дорожил. Она хотела бы, чтоб я позаботился о тебе, - сказал Петир, взяв ладошку Сансы в свою руку. Сансу это не утешило, поскольку его рука оказалась до странности холодной. – Мы найдем тех, кто стоял за этим, дорогая. Мы найдем их и заставим заплатить.

    Именно тогда Санса Старк исчезла, уступив место Алейне Стоун. Судьбы Сансы и Алейны, в целом, были похожи, за исключением рядя существенных отличий. Алейна Стоун тоже осиротела в десять лет, но ее родители погибли в автомобильной аварии. Ее отец не был предателем. У Алейны не было ни друзей, ни других родственников, кроме дяди Петира. Только так, став другим человеком, Санса могла обезопасить себя. Петир твердил, что заботится лишь о ее безопасности, и поначалу Санса ему верила. Тогда она верила Петиру, но с недавних пор стала сомневаться в нем.

    - Алейна? Почему ты сидишь в темноте?​

    Санса судорожно вздохнула от испуга, когда услышала голос Петира, стоявшего на пороге. Она так глубоко задумалась, что не слышала, как он пришел домой. Разумеется, к ней в спальню он вломился без стука, но Санса подавила раздражение, вызванное его неожиданным появлением, и приняла невозмутимый вид.

    - Добрый вечер, дядя. – Санса покорно подставила ему щеку, поскольку знала, что Петир обязательно поцелует ее. В детстве она чувствовала себя взрослой дамой, когда он касался ее щеки губами, но теперь ей казалось, что его поцелуи стали излишне долгими. – Мне нравится, как выглядит город в это время суток, когда на улицах зажигаются фонари. Особенно после дождя, когда можно увидеть отражения в лужах. Я просто любовалась видом.​

    - Увы, на самом деле там холодно и серо. Тебе повезло, что сегодня ты можешь остаться дома, дорогая.​

    Посмотрев на куклу в руках Сансы, Петир удивленно изогнул бровь, но воздержался от комментария.

    - Может быть, мы поужинаем в городе? – Предложила Санса, надеявшаяся, что Петир согласится. Ужин с ним не назовешь развлечением, но она, по крайней мере, выберется из квартиры и побудет на людях. Все лучше, чем томиться от вечной скуки.​

    - Не сегодня, - ответил Петир. – К сожалению, этим вечером я занят. Я вернулся домой только для того, чтоб переодеться и взять нужные документы. Боюсь, мне предстоит скучнейший деловой ужин с московскими бонзами.​

    - Я могла бы составить вам компанию, - не сдавалась Санса. – Они, часом, не владеют информацией, которая пригодилась бы нам? – Чуть помедлив, прибавила она.​

    Петиру не нравилось, когда она заводила речь о смерти матери, даже если они были наедине. Два месяца назад, после банкета, он отмахнулся от ее вопросов, и с тех пор они не поднимали эту тему.

    - Не сегодня, Алейна, - Петир укоризненно посмотрел на нее. – Эта встреча не имеет отношения к нашему делу. Сандор сходит в кафетерий на первом этаже и купит тебе что-нибудь на ужин. И те пирожные, которые ты так любишь, на десерт, хорошо?​

    Санса разозлилась, когда Петир повернулся к двери. Он опять попросту отмахнулся от нее. Ему плевать на то, что она, неделями маявшаяся от скуки, будет безвылазно сидеть в квартире и этим вечером. Неужели она проведет остаток своих дней именно так? Она ведь доказала, что из нее получится ценная сообщница. Петир признал, что она без труда нашла подход к Яносу Слинту. Петир доверял ей роль помощницы, когда ему это требовалось, но не разрешал развлекаться по собственному усмотрению.

    Петир содержал Сансу, но формально уже не являлся ее опекуном, поскольку она достигла совершеннолетия. Она могла бы уйти хоть сейчас и не вернуться. Она – женщина, а не ребенок. Хотя это могло разозлить Петира, Санса решила, что ей пора громко заявить о себе.

    - Я хочу пойти с вами, - сказала она, вставая и выпрямляясь в полный рост. – Если вы не возьмете меня с собой, я отправлюсь в другое место. Скажем, в новый ресторан в отеле «Европа». Мне до смерти надоело торчать в этой квартире, словно я домашняя кошка.​

    Санса пыталась говорить так, как подобает взрослой, уверенной в себе женщине, но даже ей самой эти слова казались жалобами обиженной школьницы. Она заметила, что спина Петира напряглась. Помедлив минуту, он медленно повернулся к ней лицом и одарил явно натянутой улыбкой.

    - Если тебе скучно, Алейна, ты вполне можешь прогуляться. В компании Сандора.​

    - Я не хочу идти с Сандором! – Вспылила Санса. – Мне не нужна нянька. Я приглашу кого-нибудь из знакомых.

    - Одного из твоих университетских приятелей? Ты общалась с кем-то из них в последнее время? – Спросил Петир без всякого любопытства, поскольку уже знал ответ.​

    Взгляд Петира смягчился, и в нем, как показалось Сансе, промелькнула жалость. Оно и понятно, ведь друзей у нее нет. Он об этом позаботился. Санса сжала руки в кулаки, чтоб те не задрожали. Она толком не знала, чего хочет больше – кричать или плакать. Прежде чем она нашлась с ответом, Петир продолжил довольно-таки резким тоном:

    - Потерпи еще несколько дней. Я ведь сказал, что дам тебе новое задание. Очень важное задание. Выполняя его, ты будешь наслаждаться ночной жизнью Минска на протяжении нескольких вечеров.​

    Санса впилась взглядом в лицо Петира, точно сыщик, высматривающий улики. Заманчивое обещание, но она его уже слышала. Что это – очередная ложь, простая попытка утихомирить ее? Помедлив, Санса изобразила равнодушие, чтоб Петир не догадался о том, какие чувства она испытывает.

    - Какое задание? – Искренне полюбопытствовала Санса. Хотя Петир нагло манипулировал ей, перспектива была и впрямь будоражащей. Санса чуть расслабила плечи.​

    - Детали я еще не проработал, но если все пойдет по плану, наше возвращение в Москву, - Петир сделал паузу, чтоб подчеркнуть важность следующих слов, - и твое замужество станут решенным делом.​

    - Замужество? – У Сансы перехватило дыхание. О чем он говорит? – О моем замужестве речи не было. За кого я выйду замуж?​

    - Мы не раз обсуждали это, - с напускным удивлением продолжил Петир. – Удачный брак, который я намерен устроить, упрочит и твое, и мое положение в советском обществе и политических кругах. Мы неоднократно говорили об этом.

    - Я думала, это означает, что вы позволите мне бывать в обществе. Думала, что сама познакомлюсь с тем, кто мне понравится. А вы, совсем как в девятнадцатом веке, решили выдать меня замуж без моего согласия!​

    Пальцы Сансы крепче стиснули куклу, когда ее гнев разгорелся с новой силой. Она внезапно поняла, что заточение в квартире – это еще полбеды. Ей стало ясно, что Петир не собирается искать людей, уничтоживших ее семью. Он просто использует ее, чтоб упрочить свое положение. Петир явно заметил ее огорчение, которое она не смогла скрыть. Предостерегающий взгляд опекуна заставил Сансу прикусить язык. Если она выведет его из себя, он ее накажет. Петир мог запереть ее в квартире на несколько недель, он уже поступал так прежде. Усилием воли Санса подавила гнев; все ее мышцы были так напряжены, что она дрожала.

    - Конечно же, последнее слово будет за тобой, Алейна. Я лишь забочусь, как обычно, о твоем благополучии.​

    Петир отвернулся, давая понять, что разговор окончен, и бросил через плечо:

    - Мне жаль, что у тебя выдался не лучший день, но мне пора идти. Мы можем обсудить все это позднее.​

    Когда Петир закрыл за собой дверь, Санса зажмурилась и попыталась сделать глубокий вдох, чтоб унять ярость, от которой у нее стучало в висках. Это никогда не закончится. Она давно выросла, но по-прежнему несвободна. Петир контролирует ее каждый шаг. Он найдет ей подходящего, с его точки зрения мужа, после чего заботиться о ее благополучии будут целых два надсмотрщика. Ей некуда бежать, поскольку у нее нет ни родственников, ни друзей, ни собственных денег. Она совсем одна. Разрыдавшись от злости, Санса со всей силы отшвырнула куклу. Ударившись о дверь, та упала на пол и разбилась. Хотя ей удалось выпустить пар, Санса заплакала еще горше, поскольку дорожила этой безделушкой.

    - Алейна, с тобой все в порядке? – Спросил Петир из другой комнаты, но, к счастью, не стал проверять, в чем тут дело.​

    - Все хорошо, я просто уронила книгу, - поспешно ответила Санса, вытирая глаза бумажной салфеткой и отчаянно пытаясь взять себя в руки. ​

    Сделав несколько глубоких вдохов, она наклонилась, чтоб собрать обломки. Откинув с лица выбившиеся из прически пряди, Санса нахмурилась, когда увидела уголок листа бумаги, сложенного пополам и спрятанного в теле куклы. Положив разбитую игрушку на кровать, Санса села рядом с ней и принялась рассматривать находку. Поддев ту двумя пальцами, она поняла, что это записка, свернутая маленьким квадратиком и засунутая в щелочку между головой и шеей куклы. Когда Санса развернула записку и начала читать, ее кровь вдруг превратилась в ледяную воду.

    «Милая Санса, если ты читаешь это, то я либо мертва, либо нахожусь в лагере…»
    , - гласили начальные строки, написанные рукой ее матери.

     
    gurvik, Areta, Ёжик и ещё 1-му нравится это.
  9. Чебурашка

    Чебурашка Ленный рыцарь

    Дайте угадаю , Петир двойной агент , а стало быть он сотрудник МГБ и причастен к исчезновению Старков
    --- Склейка сообщений, 23 авг 2016 ---
    Также хочу внимание обратить на точность автора с отчеством Неда , автор точно буржуй ?
     
  10. Ortrud

    Ortrud Наемник

    Угадали:). Но при этом он канонично себе на уме.
    Точнее некуда. Причем она именно так написала, даже подправлять при переводе ничего не пришлось. А вообще, отечества в случае героев ПЛиО звучат очень забавно. На мой вкус, похлеще "комрада Бейлиша", хотя это тоже впечатляет:D.
     
    Ёжик нравится это.
  11. Ortrud

    Ortrud Наемник

    Выкладываю сразу две главы, поскольку они довольно короткие. Анонс и пара слов от меня: первая встреча главных героев, ужасы советского режима и канонично коварный Мизинец присутствуют. С ним автор попала в точку; мне кажется, человек его типа прекрасно вписывается в советскую партийную номенклатуру. Что до того, насколько каноничны Станнис и Санса – на мой взгляд, вполне, если сделать поправку на альтернативную вселенную, законы жанра и заведомо не книжный пейринг.

    ГЛАВА ТРЕТЬЯ

    Среда, восьмое декабря 1965 г. - Минск, Белоруссия

    В Минск они прибыли поодиночке и добрались до города без каких-либо проблем. Первым туда прибыл Давос, а следом за ним – Мелисандра. Они сняли и обезопасили квартиру в доме, находившемся неподалеку от центра города, но не на главном проспекте. Расположение здания и несколько отдельных входов позволяли покинуть его в любой момент. Гендри раздобыл автомобиль и припарковал тот в гараже в конце квартала. Последним в Минск прибыл Станнис, обеспокоенный грядущей встречей с Бейлишем. Они условились о встрече в местном кафетерии, где всегда было многолюдно в обеденное время. Бейлиш должен был привести связного, стараниями которого они в дальнейшем смогут обмениваться информацией. Это было необходимо, поскольку Бейлиша могли разоблачить, если бы он начал слишком часто появляться на людях в компании западного бизнесмена. Проблема заключалась в том, что Станнис практически ничего не знал о Бейлише, а потому сомневался в его надежности. Он намеревался сохранять предельную бдительность до тех пор, пока не соберет информацию об этом человеке.

    Встреча, состоявшаяся в полдень, только подкрепила подозрения Станниса. Агент Баратеон занял неприметный столик в дальней части кафетерия, а Давос и Мелисандра, пришедшие туда заранее и притворявшиеся влюбленной парой, расположились в самом центре помещения. Гендри пил кофе за столиком, стоявшим снаружи, сразу за дверью. Вскоре появился Бейлиш, но его сопровождала юная леди. Девушка в наряде, подходящем для обложки журнала мод, выглядела лет на восемнадцать и явно не была обещанным связным. Скрыв недовольство, Станнис сосредоточил внимание на рыжеволосой красавице, когда Бейлиш представил ту.

    - Это Алейна Стоун, моя племянница, - сказал он, помогая девушке сесть за столик.​

    Станнис понял, что Бейлиш лжет. Представляя девушку, он смотрел вниз и влево. Это безотчетное, едва уловимое движение глаз всегда выдавало лжецов. Станнис не знал, кто такая Алейна, но она точно не была племянницей Бейлиша.

    - Что она здесь делает? – Негромко спросил Станнис, дружески поприветствовав Бейлиша и непринужденно разлив чай по трем чашкам.​

    - Расслабьтесь, - ответил Бейлиш, сердечно улыбаясь, но не повышая голоса. – Она – часть плана. Алейна сыграет роль вашей белорусской любовницы. В компании молоденькой красотки вы будете больше похожи на криминального авторитета, которым являетесь по легенде. К тому же, Алейна поможет нам обмениваться сообщениями, не вызывая при этом подозрений.​

    Неужели Бейлиш подразумевал эту девушку, когда обещал найти последнего члена для команды Станниса? Поистине неожиданный поворот событий. Челюсть агента напряглась, когда он подавил досаду. Человек, с которым ему приходилось работать, вел себя совершенно непрофессионально.

    - Кто поверит в то, что ваша племянница вдруг увлеклась мной, вашим знакомым?​

    - Не будьте так наивны, мистер Баратеон. Многие девушки заводят шашни с западными бизнесменами средних лет. Девицы получают дорогие подарки и мечтают о визе для поездок за границу. А мужчины… мы все знаем, что получают они. Все это в порядке вещей.​

    Бейлиш улыбнулся так, что Станнису захотелось принять душ. Агент окинул Алейну внимательным взглядом. Высокие скулы, светлая кожа, потрясающие зеленовато-голубые глаза – она настоящая красавица. Ее густо-рыжие, хотя не такие темные, как у Мелисандры, волосы были заплетены в косу, стильно уложенную вокруг головы. С этой очень восточно-европейской прической она выглядела старше, но Станнис решил, что ей не больше двадцати лет.

    - А что скажете вы, мисс Стоун? – Спросил Станнис, глядя ей в глаза. –Как вам все это?​

    - Наша миссия не вызывает у меня сомнений, мистер Баратеон, - уверенно ответила она, с улыбкой поворачиваясь к «дяде». – Я хочу внести свою лепту, чтоб мы точно добились успеха. У меня есть опыт. Я уже выполняла поручения моего дяди.​

    По-английски она говорила с легчайшим русским акцентом, но, в остальном, безупречно. Вглядевшись в ее лицо, Станнис не заметил и следа неуверенности. Участие девушки в операции его не радовало, но время и место для споров были неподходящие.

    - Очень хорошо. Мисс Стоун должна прийти ко мне сегодня в семь вечера. Сообщите ей адрес моей квартиры и позаботьтесь о том, чтоб она не опоздала.​

    Когда Бейлиш вытащил сигарету, Станнис подал ему книжечку спичек; на внутренней стороне ее обложки был написан адрес съемной квартиры агента. Взяв спичку, Петир запомнил адрес и вернул книжечку Станнису.

    Чай они допили в молчании. Потом Петир встал и пожал Станнису руку. Алейна подалась вперед и, по европейскому обычаю, коснулась щеками его щек. При этом она провела пальцами по его руке, что могло бы показаться стороннему наблюдателю игривым жестом. Когда девушка отстранилась, Станнис почувствовал, что она вложила ему в руку какой-то тонкий плоский предмет. Минуту она смотрела ему в глаза так, будто хотела что-то сказать, но промолчала и вышла из кафетерия вместе с Бейлишем.

    Убедившись в том, что они скрылись из виду, Станнис разжал пальцы, а потом развернул и прочел записку, которую Алейна передала ему при прощании тайком от Петира. Девушка написала всего два слова: «Помогите мне».

    Тяжело вздохнув, Станнис пришел к выводу, что простых заданий не существует.

    ***​

    Санса не знала, правильно ли она поступила, вручив записку Станнису Баратеону. Когда она выходила из кафетерия вместе с Петиром, ее сердце билось так быстро, что Санса боялась упасть в обморок. Однако она поборола дурноту, и они с Петиром спокойно вернулись домой. Петир, судя по его виду, не подозревал о том, что сделала Санса. Едва они оказались в квартире, он решил еще раз пройтись по плану. Петир всегда планировал все очень тщательно. Благодаря этому он преуспевал в политике и не позволял кому-либо обхитрить его. Улучив момент, Санса извинилась и вышла в туалет. Ей необходимо было ненадолго отделаться от опекуна, чтоб восстановить самообладание.

    Посмотревшись в зеркало, она поправила выбившиеся из прически темно-рыжие пряди. Ее щеки раскраснелись, но она вполне могла сказать, что обязана румянцем холодному воздуху. Однако ей нужно выровнять дыхание и расслабить плечи. Эти едва заметные признаки тревоги не укроются от внимания Петира.

    «Дорогая, почему ты так напряжена?» - Вечно спрашивал он таким утомленным тоном, словно у нее не было миллиона причин для беспокойства. Впрочем, на этот раз он, вероятнее всего, решит, что всему виной их встреча со Станнисом Баратеоном. Нельзя допустить, чтоб у Петира появились подозрения. Только не сейчас, когда ей, наконец-то, выпал шанс вырваться на свободу.

    Стоит ли ей доверять Баратеону? Это был вопрос первостепенной важности. Она сильно рисковала. Чутье подсказывало Сансе, что Петир скорее убьет ее, нежели расстанется с ней. Опекун никогда не поднимал на нее руку, но его одержимость контролем давала Сансе понять, что по своей воле он ее не отпустит. После того, как она нашла записку от матери, ее сомнения насчет Петира только усилились. По правде говоря, он оказался даже большим мерзавцем, чем она полагала. Санса достала сложенную записку из сумочки. Ей следовало бы сразу уничтожить записку, чтоб Петир не нашел ту, но ведь это были последние слова ее матери. Кейтилин словно бы взывала к ней из прошлого, и Санса пока не могла заставить себя избавиться от записки. Она выучила слова матери наизусть, но все равно перечитала их в двадцатый раз:

    «Милая Санса, если ты читаешь это, то я либо мертва, либо нахожусь в лагере. Ты и представить не можешь, как тяжело мне бросать тебя на произвол судьбы. Я едва ли смогу спасти себя, но меня утешает мысль о том, что ты уцелеешь. Ты обязательно уцелеешь. Петир, скорее евсего, возьмет тебя под опеку. Соглашайся на это. Он позаботится о твоей безопасности, пока ты не станешь достаточно взрослой для того, чтоб жить самостоятельно, однако доверять ему нельзя. Что бы он тебе ни говорил, не забывай мои слова! Он предал твоего отца и поступит с тобой точно так же, если это будет ему выгодно. Как только повзрослеешь, беги на Запад. В Швейцарию, к тете Лизе. Я уже послала весточку Роббу, велев ему тоже отправляться к ней. Она позаботится о…»

    У Сансы сложилось впечатление, что ее матери кто-то помешал, поскольку последнее предложение осталось незаконченным. Кейтилин лишь приписала внизу, явно второпях: «Я люблю тебя».

    Записка убедила Сансу в том, что ей грозит серьезная опасность, но вызвала много вопросов. Как и почему Петир предал ее отца? Возможно, он предал и ее мать? Что сталось с Роббом – он все еще в Ленинграде или сумел сбежать, как велела ему Кейтилин? Когда Санса осмысляла всю эту новую информацию, у нее начинала болеть голова. Лишь одно было ясно как день: она должна исполнить наказ матери и сбежать от Петира Бейлиша, пока не поздно. Два дня назад Петир, наконец-то, рассказал Сансе о том, какое именно задание он намерен поручить ей. Петир, как оказалось, был задействован в тайной операции, которой руководил американский агент Станнис Баратеон. Сначала Санса удивилась, поскольку всегда считала Петира верным сторонником Коммунистической партии. Он планомерно делал карьеру в ее рядах – ради высокого общественного положения и власти. Дядя объяснил Сансе, что работает на американцев не первый год, но делает это по заданию правительства. Петир был двойным агентом. Конечно, Санса считала само собой разумеющимся то, что Петир втайне преследует собственные цели, о которых не подозревает Баратеон. Однако Бейлиш признался в том, что вполне может перейти на сторону Запада, если его карьера здесь вдруг не задастся. Как и предупреждала Кейтилин, дядя Сансы вправду был двуличным человеком. Вне зависимости от того, какими были намерения Петира, задание, которое он дал Сансе, оказалось настоящим подарком судьбы. Она встретится, и не раз, с американским агентом! Ей вправду выпал шанс сбежать. Санса дотошно расспрашивала дядю о задании, но тот отвечал уклончиво. Петир сообщил ей только то, что хотел довести до ее сведения. Санса знала наперед, что ей придется подыгрывать ему и держать глаза и уши открытыми.

    Перед встречей со Станнисом Баратеоном Санса неоднократно взвесила в уме все риски, учитывая переменные факторы и стараясь предугадать возможные результаты. Этому Петир ее уж точно научил. Взаимодействуя с Баратеоном, она позаботится о том, чтоб заведомо остаться в выигрыше. Если она намекнет агенту, что Петир ведет двойную игру, Баратеон станет ее должником и, скорее всего, поможет ей сбежать. С другой стороны, если Баратеон окажется не таким толковым человеком, как она надеялась, и не сможет расстроить планы Петира, то Санса просто притворится, будто все еще всецело поддерживает дядю. Петир велел ей убедительно сыграть роль любовницы Баратеона, попутно вскружив агенту голову, чтоб манипулировать им. Пока она следует указаниям Петира и снабжает информацией Баратеона, они оба будут довольны. В конце концов, один из них одержит победу. Если верх возьмет Петир… Сансе не хотелось даже думать о том, что произойдет тогда.

    Вознамерившись лавировать между двумя мужчинами, она затевала опасную игру, но ведь ее положение было отчаянным. С Петиром она, пожалуй, справится, поскольку знает, на что он способен, и не станет недооценивать его. Другое дело – Станнис Баратеон. Незнакомец, о котором она знала лишь со слов Петира. Она даже не подозревала о его существовании до тех пор, пока два дня назад Петир не рассказал ей в общих чертах о предстоящей встрече. Дядя утверждал, что его связные почти ничего не сообщили о Баратеоне, но Санса сочла это заявление ложью. Петир сказал, что Баратеон слывет безукоризненно честным человеком, и усмехнулся. Санса знала, что Петир терпеть не может честных людей. Они для него бесполезны, поскольку их нельзя подкупить. В последние дни Санса слушала дядю очень внимательно и обдумывала каждое его слово, выискивая скрытые смыслы и воссоздавая то, о чем он умолчал. С каждым днем эта игра давалась ей все легче. Сансе пришлось освоить ту, иначе она бы не выжила.

    - Дорогая, тебе нездоровится?​

    Оклик Петира испугал Сансу и отвлек от размышлений. Девушка поморщилась, когда задребезжала круглая дверная ручка. Петир попытался открыть дверь и обнаружил, что она заперта. Опекун вечно принимал в штыки ее попытки уединиться. Санса поспешно открыла кран, отчего старые водопроводные трубы протяжно застонали в знак протеста.

    - Я просто привожу себя в порядок. Мои волосы сегодня ужасно непослушны. Я скоро выйду, - крикнула Санса так беззаботно, как только могла.​

    - Я буду в кабинете, - выдержав неловкую паузу, ответил Петир.​

    Выдохнув, Санса взялась дрожащими руками за края раковины. Она пыталась сдержать дрожь, но у нее ничего не получалось. Петир точно заметит, насколько она взвинчена. Схватив сумочку, Санса принялась рыться в ее содержимом. Расческа, компактная пудра, помада, салфетки… наконец, она нащупала знакомую жестяную баночку, на крышке которой был нарисован красивый белый волк, и вытащила ту. Несмотря на то, что у нее дрожали руки, Санса смогла достать из жестянки две таблетки, положила их на язык и проглотила, запив водой. Она сразу успокоилась, хотя знала, что таблетки подействуют не раньше, чем через двадцать минут. Внутренний голос, который Санса решила проигнорировать, корил ее за слабость. Весь прошлый месяц она пыталась избавиться от этой зависимости. Таблетки «от нервов» ей прописал два года назад приятель Петира, врач по профессии, и Санса начала подозревать, что они не так безвредны, как он утверждал. Но сейчас, в стрессовой ситуации, она не могла без них обойтись. Закрыв сумочку, Санса пощипала себя за щеки, чтоб те порозовели, сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. Все, теперь она готова к встрече с дядей в его кабинете.


    ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

    - Мне не нравятся неожиданности. По-моему, это ставит под угрозу всю операцию, - пожаловался, нахмурив густые брови, встревоженный Давос. – Мы ничего о ней не знаем. Какая именно помощь ей требуется? Она хочет перейти на нашу сторону? Или заманивает нас в ловушку? Мы попросту ничего не знаем.​

    Рассеянно скрипя зубами, Станнис расхаживал по гостиной и слушал своего первого помощника.

    - Свяжись с нашими информаторами в Лондоне. Возможно, МИ-6 что-то известно о ней.​

    - Уже сделано, - ответил Давос, передавая Станнису досье. – Информация скудная, но вам она не понравится.​

    Вытащив из кармана очки для чтения, Станнис просмотрел досье и задержал взгляд на зернистой фотографии Петира Бейлиша и Алейны Стоун, выходивших из тускло-коричневого многоквартирного дома.

    - Забирая ее из московского приюта, он заявил, что Алейна – его племянница, но документальных подтверждений этому нет, - продолжил Давос. – Сразу после того, как Эддарда Старка арестовали по обвинению в шпионаже, Бейлиш получил пост в Центральном Комитете Компартии Белоруссии. Старк – отец Алейны Стоун. Точнее говоря, Алейна Стоун в действительности является Сансой Старк.​

    Станнис воззрился на Давоса поверх оправы очков.

    - Я так и думал, что это привлечет ваше внимание, - самодовольно улыбнувшись, съязвил Давос.​

    - Эддард Старк, бывший посол Советского Союза в Соединенном Королевстве? Агент, завербованный МИ-6?​

    Давос кивнул.

    - Британцы утверждают, что не платили ему, хотя наши с этим не согласны. Советы были уверены в его виновности. Старка отправили в лагерь, откуда он, судя по всему, не вернулся.​

    - А вскоре после этого Бейлиш получил ключевой пост в правительстве Белоруссии. В качестве награды, возможно?​

    - Такие совпадения не бывают случайными. В то время Советы внедряли подконтрольных им людей в правительства стран Восточного блока. Они хотели убедиться в том, что эти страны по-прежнему лояльны Москве, и, заодно, наладить шпионскую сеть. По-видимому, эта задача оказалась по плечу Петиру Бейлишу.​

    - Поэтому мы его и завербовали, - прибавил Станнис, убирая очки в нагрудный карман. – Надо полагать, дочери человека, которого коммунистический режим считает предателем, такие игры не внове. И все же, меня настораживает тот факт, что Бейлиш не сообщил нам об этом. Он должен был знать, что мы все выясним. Мелисандра, вы ужасно молчаливы, - обратился Станнис к рыжеволосой красавице, непринужденно устроившейся в кресле. – Выскажите свое мнение по данному вопросу.​

    В команде Станниса не было случайных людей. Они с Давосом и Мелисандрой уже работали вместе и прониклись уважением друг к другу. Давос был осмотрительным человеком, тщательно взвешивавшим риски и лишь потом вносившим свои предложения. Мелисандра могла пойти на риск, но никогда не совершала безрассудных поступков. Она предлагала рискнуть в тех случаях, когда это было оправданно и сулило наилучший результат. Станнис знал, что в ближайшие дни и недели будет во всем полагаться на Давоса и Мелисандру. Пока мужчины разговаривали, Мелисандра, с виду абсолютно равнодушная, листала журнал мод. Однако Станнис неплохо знал Мелисандру, а потому не принимал ее показную незаинтересованность за чистую монету. На самом деле она не пропустила мимо ушей ни единого слова, а ее точка зрения была уникальной, поскольку Мелисандра, выполняя различные задания, провела за Железным Занавесом несколько лет.

    - Бейлишу нельзя доверять, - заявила Мелисандра, отбрасывая журнал в сторону и сосредотачивая внимание на Станнисе. – Он предаст кого угодно. Бейлиш продал бы собственную мать, будь это ему выгодно. Возможно, он так и сделал.​

    - Да-да. Мы все знаем, что представляет собой Бейлиш, - нетерпеливо сказал Станнис. – Мне интересно ваше мнение о мисс Старк. Она честна с нами или пытается на пару с Бейлишем саботировать нашу операцию? Вы согласны с Давосом, что ее участие в деле недопустимо, и нам нужно немедленно завершить операцию?​

    Мелисандра нахмурилась.

    - Не думаю, что это возможно. Слишком много жизней поставлены на карту. Как бы мы ни рисковали, нельзя допустить, чтоб в распоряжении террористов оказалось радиоактивное сырье. Я предлагаю допросить Сансу Старк. – Мелисандра улыбнулась, когда Давос поднял бровь. – Деликатно, разумеется. Посмотрим, что она нам скажет.​

    Обдумывая предложения советников, Станнис сосредоточенно наморщил лоб. Подойдя к камину, обдавшему жаром его лицо, агент бросил в огонь папку, полученную от Давоса. Бумаги почернели, начали тлеть и, наконец, загорелись. Вскоре от них осталась лишь горка пепла. Станнис задумчиво припомнил, как выглядела Санса Старк. Очаровательная красавица, высокая и элегантная, с огненно-рыжими волосами, контрастирующими с ее холодной учтивостью. Она молода, но Гендри немногим старше нее и уже успел хорошо проявить себя в качестве члена команды. Чутье подсказывало Станнису, что Санса – вовсе не беспомощная дева в беде, ожидающая принца-спасителя. В кафетерии она вела себя сдержанно, профессионально и слегка игриво – очевидно, для того, чтоб сойти за любовницу Станниса. Агент Баратеон напомнил себе, что не стоит недооценивать девушку лишь потому, что она молода и красива.

    - Мы будем придерживаться первоначального плана. Будем надеяться, что мисс Старк сумеет дать удовлетворительные ответы на наши вопросы, когда придет сюда. Вы согласны?​

    Станнис повернулся, чтоб посмотреть на Давоса и Мелисандру. Они оба кивнули, но хмурые гримасы выдавали их опасения.​

    ***​

    - Нет, конечно же, нет. Нет ни единого шанса, что он догадается о связи между нами. Меня там не было.​

    Услышав голос Петира, Санса остановилась перед дверью кабинета. Она знала, что не должна подслушивать телефонный разговор, но ей могла пригодиться любая информация. В ближайшее время ей придется быть очень осторожной, чтоб Петир не застиг ее врасплох и не заподозрил неладное.

    - Да-да, я это знаю. Он выяснит, кто она такая, но это не создаст проблем. Уверяю вас, я держу ситуацию под контролем. Баратеон не сможет предотвратить поставку, и даже если он докопается до правды, в конечном счете, это не будет иметь особого значения, не так ли?​

    Когда Санса услышала это загадочное замечание и последовавший за ним смешок Петира, у нее мороз прошел по хребту. Интересно, с кем он разговаривал? Очевидно, Петир привлек к делу кого-то еще. Вероятно, собеседник Петира был важной персоной, раз уж опекун Сансы обещал сохранить в тайне его личность. Услышав, как Бейлиш положил трубку телефона, Санса решила, что ей пора показаться ему на глаза.

    - О, ты здесь, - Петир одарил ее характерной улыбкой, не затрагивавшей его глаз. – Я уже начал беспокоиться.​

    - Я же сказала вам, что со мной все в порядке. Я всего лишь поправляла прическу и макияж. Я хочу хорошо выглядеть этим вечером.​

    - Ты всегда прекрасно выглядишь. Все будут смотреть только на тебя.​

    В детстве Санса заливалась румянцем, когда Петир делал ей такие комплименты, но после того, как она повзрослела, его похвалы и взгляды, которыми он порой окидывал «племянницу», стали казаться девушке оскорбительными. Сохраняя непринужденный тон, она попыталась сменить тему разговора. Возможно, ей удастся получить потенциально ценную информацию.

    - Я слышала голоса, когда шла по коридору. Я думала, у вас посетитель.​

    - Это был всего лишь деловой разговор по телефону, он тебя не касается.​

    - Он имел какое-то отношение к Станнису Баратеону?​

    Санса понимала, что ступает по тонкому льду. Петир окинул ее почти подозрительным взглядом, поскольку она обычно не расспрашивала его, но информация была нужна ей позарез.

    - Вовсе нет. Я беседовал с бывшим коллегой из Москвы. Ты с ним незнакома, но вскоре я представлю вас друг другу. От него, во многом, зависит наше будущее. – Загадочно улыбнувшись, Петир присел на край столешницы и жестом предложил Сансе сесть на диван. – Впрочем, сейчас не самое подходящее время для разговора о планах на будущее. Мне нужно убедиться, что ты понял, в чем заключается твоя задача на ближайшие несколько дней.​

    - Мне необходимо вжиться в роль любовницы Станниса Баратеона, - вымученно улыбнулась Санса. – Понимать тут особо нечего. Я буду появляться с ним на людях, словно мы обычная пара, и передавать ему или вам информацию, когда это потребуется.​

    - Именно так. Все должны считать Баратеона рядовым западным бизнесменом, это крайне важно. Днем они, обычно, проводят деловые встречи и ездят на экскурсии, а по ночам хлещут водку и развлекаются с женщинами. Он сделает вид, что приехал в Минск по делам, а его связь с моей прелестной племянницей послужит надежным прикрытием для наших с ним встреч в общественных местах. – Склонив голову набок, Петир оценивающе оглядел Сансу. – Думаю, тебя не слишком обременит необходимость носить красивые платья, равно как и ужины в лучших ресторанах Минска. ​

    - Нет, - искренне ответила Санса. – Гораздо труднее будет заручиться доверием Станниса Баратеона. Вы велели мне сблизиться с ним и вызвать на откровенность, но я не знаю, как далеко, по вашему мнению, должна зайти…​

    Санса смутилась, подняв эту тему в разговоре с опекуном, и осеклась. Петир всегда был ревностным блюстителем ее чести. Он не позволял ей встречаться с мальчиками, когда она училась в школе, и редко отпускал на вечеринки, танцы и прочие увеселительные мероприятия, где Санса могла бы увлечься кем-то. Петир давным-давно дал Сансе понять, что ей нужно удачно выйти замуж. Выдав ее за влиятельного человека, Петир смог бы использовать того в своих интересах. Однако влиятельные мужчины, как правило, щепетильны, поэтому Петир требовал, чтоб Санса оставалась целомудренной. Впрочем, она не была совсем уж невинной. Петир позаботился о том, чтоб она получила базовые сведения. К счастью, он не выказал желания стать ее наставником в этих вопросах. Когда Санса была девочкой-подростком, опекун познакомил ее со своей «подругой». Мадам Катаяшович, с которой у Сансы сложились доверительные отношения, стала ее единственной советчицей в том, что касалось интимных аспектов жизни женщины. По всей видимости, роль наставницы пришлась мадам Катаяшович по вкусу, и она не ограничилась рассказом о том, откуда берутся дети. Втайне от Петира она подробно рассказала Сансе о способах, которыми девственница, желающая остаться таковой, может удовлетворить мужчину. Эти сведения одновременно заворожили и ужаснули Сансу. Она не знала, хватит ли ей смелости применить на практике свои познания, при одной мысли о которых ее бросало в краску. Даже в том случае, если у нее будет такая возможность, и ей этого захочется. Правда, таблетки, которые она принимала, помогали ей расслабиться и прибавляли храбрости. Кроме того, с мужчинами имела дело Алейна, а не Санса Старк. Алейна Стоун была целеустремленной и уверенной в себе особой. Она могла сделать то, на что никогда не решилась бы Санса.

    Согласно указаниям Петира, Алейна могла обольщать мужчин, но не должна была заходить слишком далеко, поскольку ее девственность – залог удачного брака. Поэтому Петир вряд ли захочет, чтоб она переспала со Станнисом Баратеоном. Санса в любом случае не стала бы делать этого, но она не хотела перечить Петиру до тех пор, пока ее бегство оставалось под вопросом.

    - Нет, дорогая. – Заметив смущение племянницы, Петир сел рядом с ней и положил ладонь поверх ее рук. Санса подавила желание отпрянуть. – Это не входит в мои намерения. Тебе не придется спать с ним. Просто заставь его увлечься тобой или даже влюбиться в тебя. Ты можешь вскружить голову любому мужчине, а рассеянность – прямой путь к ошибке. Но будь осторожна с ним, он совершенно не похож на простофилю Слинта, которого было так легко одурачить. Агент Баратеон – опасный человек вне зависимости от того, кем является, союзником или врагом. Не стоит его недооценивать.​

    - Я думала, вы с ним на одной стороне, - продолжила Санса, изображая наивность. – Вы сказали мне, что решили работать на американцев, потому что однажды мы с вами можем перебраться на Запад.​

    - Я на нашей стороне, Алейна. На той, где нет никого, кроме нас двоих. В настоящее время Баратеон и его команда наши союзники. Они помогут нам достичь краткосрочных целей и станут нашей страховкой в том случае, если неудача вынудит нас к бегству. Как только они превратятся в помеху, каждый из нас пойдет своим путем.​

    Санса кивнула, не потрудившись указать опекуну на то, что их план в действительности был его планом, а пресловутый свой путь, скорее всего, приведет американцев к смерти.

    - Полагаю, тебе пора отправляться на встречу с Баратеоном. – Встав, Петир поднес руку Сансы к губам, чтоб поцеловать ту. – Следуй моим инструкциям и, в конце концов, у тебя все получится. Доверься мне.​

    Если бы она только могла это сделать. По правде говоря, сейчас Санса не доверяла никому.​
     
    gurvik, fiolent, Areta и ещё 1-му нравится это.
  12. Чебурашка

    Чебурашка Ленный рыцарь

    Дайте ка угадаю : от Станниса Санса узнает о своих родителях , предаст Мизинца и дальше как в фильмах про Джеймс Бонда переспит с агентом 007 и он увезет ее на Запад навстречу счастью. А подлый генерал Иван Распутин останется с носом
     
  13. Ortrud

    Ortrud Наемник

    Я, конечно, точно не знаю, потому что автор свой фанф еще не дописала, но, думаю, вы во многом правы. Может, и хэппи-энд в духе "бондианы" будет, это уж как автор решит.
     
  14. Ortrud

    Ortrud Наемник

    ГЛАВА ПЯТАЯ

    - Мисс Стоун, вы позволите взять ваше пальто?

    Стоя перед Станнисом Баратеоном, Санса впервые как следует разглядела его. В кафетерии она была не слишком наблюдательна, поскольку сильно нервничала, передавая агенту записку под носом у Петира. При ближайшем рассмотрении Станнис, превосходивший ростом высокую Сансу, оказался весьма импозантным мужчиной. Он не был красив, точно кинозвезда, но при виде его точеного подбородка и поразительно синих глаз у Сансы вновь, как и при первой встрече с ним в кафетерии, перехватило дыхание. Пожалуй, ей нескоро надоест смотреть на него. Вдобавок, в его облике было нечто такое, чему Санса не могла дать точного определения, но это одновременно устрашало и подбадривало ее. Пристальный взгляд Станниса Баратеона убеждал ее в том, что он, при необходимости, без колебаний убьет врага, но при этом умрет за то, во что верит. Теперь она поняла, почему Петир велел ей быть осторожной с агентом.

    В правоте опекуна она удостоверилась в ту минуту, когда повернулась к Станнису спиной. Приспустив пальто с плеч Сансы, он одним стремительным движением прижал ее к себе. Вскрикнув от удивления, Санса уронила сумочку. Высвободиться она не могла, поскольку Станнис держал ее мертвой хваткой, а рукава пальто сковывали ей руки. Санса хотела лягнуть его в голень, но предусмотрительный агент поставил ногу под таким углом, что это не представлялось возможным.

    - Мелисандра, - негромко позвал Станнис.

    Прежде чем Санса успела возразить, Мелисандра подошла к ней и довольно-таки бесцеремонно ощупала девушку, проведя руками по ее груди, животу и бедрам. Давос, тем временем, поднял с пола ее клатч и бросил тот Гендри.

    - Что вы?.. – Разозлившись, закричала Санса, но Станнис тотчас зажал ей рот рукой.

    Мелисандра приложила палец к губам, призывая Сансу к молчанию, и гнев девушки угас так же быстро, как и вспыхнул, поскольку она поняла, в чем дело. Они искали подслушивающие устройства, «жучки».

    Перестав вырываться, Санса почувствовала, что Станнис ослабил хватку. Сансе вдруг пришло на ум, что сейчас, когда он не стискивает ее так грубо, прикосновение его сильных рук ей даже приятно.

    - Чисто, - сказала Мелисандра, возвращаясь на место.

    - Здесь нет ничего, кроме косметики, носового платка, баночки с аспирином и связки ключей, - прибавил Гендри, закрывая сумочку Сансы.

    - Примите мои извинения, мисс Стоун, - произнес Станнис, отпуская Сансу и снимая с нее пальто. – Мы избавились от всех «жучков», которые были в квартире, но вы вполне могли принести подслушивающее устройство. Несомненно, вы все понимаете.

    Санса взяла сумочку, которую подал ей Гендри; к счастью, он принял ее таблетки за аспирин. Потирая руки, она пристально посмотрела на Станниса, когда тот повесил ее пальто. Интересно, отчего это щеки агента слегка порозовели – от физических усилий? Или ему понравилось держать ее в объятиях? Когда Станнис подошел к ней, Санса решила, что все это ей просто почудилось. Судя по его хмурой гримасе, ему вообще мало что нравилось.

    - Да, мистер Баратеон. Я знаю, что пока не заручилась вашим доверием.

    - Для начала расскажите нам о себе, - велел Станнис, жестом предлагая Сансе сесть на диван. – Полагаю, вам следует назвать свое настоящее имя. А затем вы расскажете нам о том, как Санса Старк стала приемной дочерью Петира Бейлиша.

    Глаза Сансы расширились от удивления, но, в остальном, она не подала виду, что слова Баратеона потрясли ее. Кивнув, она расправила платье, вымученно улыбнулась, села рядом с Давосом и принялась подробно рассказывать о том, как превратилась в Алейну Стоун, племянницу Петира Бейлиша. Станнис расхаживал по комнате взад-вперед, точно заточенная в клетку пантера, и засыпал ее вопросами.

    - Сначала я верила ему, - призналась Санса ровным тоном, хотя от гнева у нее сжался желудок, когда она вспомнила о предательстве Петира. О записке матери она рассказывать не стала. Санса решила, что не будет раскрывать все карты, пока не узнает побольше об американцах и их целях. – Я была ребенком, когда он забрал меня из приюта. Он хорошо обращался со мной и позволял мне ходить в школу, но был против моей дружбы с другими детьми.

    - Значит, в то время вы считали Бейлиша обычным общественным деятелем? У вас не было подозрений на его счет? – Спросил Станнис, останавливаясь напротив Сансы. Скорее даже, угрожающе нависая над ней. Несомненно, он делал это сознательно.

    Не позволив страху или злости затуманить свой разум, Санса искренно ответила:

    - Нет. Я ни о чем не подозревала. Он не давал мне повода. Петир каждый день ходил на работу, иногда задерживаясь там допоздна.

    - Но в какой-то момент вы поняли, чем он занимается на самом деле, - перебил ее Станнис. Он не спрашивал, а утверждал.

    - Мистер Баратеон, если вам это известно, почему вы требуете от меня объяснений? Мне не нравится ваш тон. Я попросила вас о помощи, но если вы не доверяете мне, нам не стоит продолжать этот разговор.

    Баратеон гневно сверкнул синими глазами, но не успел возразить ей, поскольку его опередил Давос.

    - Мисс Старк, простите меня за то, что я перебиваю вас, но вы, конечно же, понимаете, что мы не сможем доверять вам, пока не убедимся в вашей искренности.

    - Я не лгу вам, мистер Сиворт. Я говорю правду, - спокойно сказала Санса. – Вам решать, верить мне или нет.

    - Это не игра, - Станнис контролировал свой голос, но Санса заметила, как напряглась его челюсть. –Мы либо убедимся в достоверности информации, которую вы сообщили, либо выясним, что вы лжете. Если вы лжете, вам не удастся избежать последствий.

    Она не лгала. Пока еще нет. До сих пор все шло по плану Петира. Он хотел, чтоб Санса заручилась доверием американцев. К реализации собственного замысла Санса еще не приступила. Ей не удастся сбежать, если она не сблизится со Станнисом Баратеоном так, как и не снилось Петиру. Идти наперекор опекуну было страшно, но Санса считала себя искусной обольстительницей и манипулятором. В конце концов, Баратеон такой же мужчина, как и все прочие. Петир был хорошим учителем, и Санса собиралась пустить в ход все свои умения и навыки. Только на это раз она позаботится не о его интересах, а о своих.

    - У вас есть все основания для того, чтоб устроить мне допрос третьей степени - так, кажется, говорят американцы? Я это понимаю. Однако не могли бы мы продолжить этот разговор в другое время? Петир велел мне поужинать с вами, мистер Баратеон. Мы должны появляться на людях, чтоб все узнали о нашем романе. Если я пробуду в вашей квартире слишком долго, у Петира появятся подозрения.

    Гендри, который стоял у окна и наблюдал, чуть сдвинув штору, за тем, что происходит снаружи, повернулся к ним, словно по сигналу, и сказал:

    - На улице припаркован черный седан. Перед ним стоят двое мужчин. Они не шелохнулись с тех пор, как мисс Старк вошла в квартиру.

    - Надо полагать, это правительственный автомобиль, - заметил Давос.

    Глаза Станниса, пристально смотревшего на Сансу, сузились от подозрения.

    - Подручные Петира, - поспешно предположила Санса. – Вы наверняка знали, что он прикажет им следить за мной.

    - Разумеется, знали, - коротко ответил Станнис. – Мы не дилетанты. Среди прочего, нам известно, что вы должны назвать имя посредника, торговца оружием. Петир здесь не главный. Операцией руковожу я.

    - Да, конечно, - ответила слегка смутившаяся Санса. По всей видимости, Баратеону необходимо полностью контролировать ситуацию. В этом они с Петиром похожи. Возможно, она сумеет извлечь из этого выгоду. – Посредником является генерал Трант.

    - Мерин Трант? – Нахмурившись, заметил Давос. – Армейский командир?

    Санса кивнула.

    - Бывший армейский командир. Его перевели в Минск и назначили начальником местного гарнизона. Думаю, он не обрадовался понижению в должности. Зато здешний черный рынок сполна оправдал его ожидания. Вдали от Москвы дельцы чувствуют себя вольготно. Петир договорится о встрече с Трантом и сообщит нам во время ужина, когда и где она состоится.

    - Почему не прямо сейчас?

    - Мой дядя – осмотрительный человек. Он полагает, что так будет безопаснее.

    Встав и расправив платье, Санса заметила, что Станнис Баратеон окинул взглядом ее длинные ноги, а потом поспешно отвел глаза. Похоже, внешне невозмутимый агент не так уж нечувствителен к ее чарам.

    - Мистер Баратеон, я не привыкла упрашивать мужчин поужинать со мной. – Очаровательно улыбнулась Санса. – Вы ведь едите, не так ли?

    Промолчав, Станнис мрачно посмотрел на нее, а затем подал ей пальто.

    - Давос, пока мы ужинаем, достань нам необходимое оружие. Я не собираюсь идти на встречу с Трантом без него. Наружное наблюдение можно доверить Мелисандре и Гендри.

    Давос кивнул, извинился и направился в кабинет, чтоб сделать несколько звонков.

    Станнис помог Сансе надеть пальто. В этот раз он не пытался заключить ее в крепкие объятия. Санса мысленно отругала себя за то, что почувствовала легкое разочарование. Никогда прежде ей не приходилось манипулировать по-настоящему привлекательным мужчиной, так что бдительность терять нельзя.

    - Мисс Старк, вы готовы?

    - Вы должны называть меня Алейной. Я ведь ваша любовница. – Санса взяла агента под руку. – Я уже предвкушаю приятный вечер в вашей компании, Станнис.

    Вновь окинув ее мрачным взглядом, Станнис открыл дверь. Санса задалась вопросом, умеет ли он улыбаться, и решила, что нет.

    ***

    Советские заведения, по большей части, были безликими, но ресторан отеля выделялся на их фоне своей европейской элегантностью, хотя Станнис не обращал особого внимания на декор. Пока Санса рассказывала ему о местной кухне, он пытался избавиться от опасений, от которых у него сжимался желудок. Они не давали Баратеону покоя со времен первой встречи с Бейлишем и его «племянницей». Станнису не нравилось все, что произошло с тех пор. Агенту не нравились нововведения Бейлиша и его попытки руководить операцией. Он не обрадовался, когда Алейна Стоун, оказавшаяся Сансой Старк, вдруг попросила его о помощи. Очевидно, она хотела сбежать от Петира Бейлиша, с которым Станнису приходилось сотрудничать в настоящий момент. Любая спецоперация чревата непредвиденными проблемами, но в этот раз все пошло не по плану с самого начала. Какую игру ведет мисс Старк? Станнис сомневался в том, что она была абсолютно откровенна. Однако Мелисандра права – они не могут пойти на попятный. Слишком уж важна эта операция. Теперь, когда начало ей положено, он обязан позаботиться о том, чтоб члены его команды остались целыми и невредимыми.

    - Вы должны заказать водку, а потом – вино. Здесь так принято, - подсказала Санса, когда глубоко задумавшийся Станнис вперил взгляд в винную карту.

    - Гм, - пробормотал он, давая понять, что слышит девушку, но даже не взглянул на нее.

    Санса вдруг подалась вперед и схватила Станниса за руку, привлекая к себе его внимание.

    - За нами наблюдают. Сделайте вид, что пытаетесь напоить меня, поскольку нетрезвую девицу проще затащить в постель. Так поступил бы любой бизнесмен из Германии. Или я уже так наскучила вам, что вы не можете даже притвориться, будто хотите соблазнить меня?

    Это на него подействовало. Челюсть Станниса напряглась, пульс участился. Он сам не знал, что именно вывело его из себя: осведомленность юной красотки, превосходно разбиравшейся в мужских потребностях, или ее указания. Возможно, он разозлился потому, что Санса была права.

    - С чего вы взяли, что за нами наблюдают? – Спросил Станнис, чтоб выяснить, насколько она сообразительна на самом деле.

    Не поворачивая головы и по-прежнему улыбаясь Станнису, Санса бросила взгляд на столик в углу. За ним сидели, не сводя глаз с меню, двое мужчин в костюмах.

    - Эти двое следят за нами. Люди вроде них по таким ресторанам обычно не ходят.

    - Почему вы так решили?

    - Здесь ужинают западные бизнесмены и продажные политики, обогащающиеся за их счет. Бизнесмены приходят сюда с любовницами, а политики – с женами, которые хотят похвастаться дорогими нарядами. Эти двое одеты не по моде и не носят запонки. У них на запястьях часы из нержавеющей стали, армейского образца. Метрдотель убрал с их столика лишние приборы – значит, жены к ним не присоединятся. Им здесь не место. Мнеп родолжить?

    Подняв бровь, Станнис заставил себя улыбнуться; ему ведь полагалось получать удовольствие.

    - Подручные Бейлиша?

    - Нет, думаю, я бы узнала их. Люди Петира будут ждать снаружи. Этих, судя по их виду, прислал генерал Трант. Вероятно, он хочет знать, как мы проводим время.

    - Я впечатлен, мисс Стоун. – Станнис не лукавил. Санса вправду знала свое дело. Благодаря наставлениям Бейлиша. Подумав об этом, Станнис разозлился сильнее, чем должен был. – Вас этому дядя научил? Интересно, какие еще уроки он вам преподал? – Произнес Станнис откровенно издевательским тоном.

    Санса неожиданно отдернула руку и помрачнела. Заметив это, Станнис искренне пожалел о своей несдержанности.

    - Я думала, что вам можно доверять, но, видимо, ошибалась. Вы не только грубиян, но еще и дилетант. Будь вы профессионалом, мне не пришлось бы постоянно напоминать вам о том, что на людях меня нужно называть по имени.

    Санса замолчала, когда официант подошел к ним и спросил, готовы ли они сделать заказ.

    - Я могу перевести, если вы… - Начала Санса.

    - В этом нет необходимости, - прервал ее Станнис и обратился к официанту на безупречном русском языке. Заказав водку в качестве аперитива, он попросил принести им на закуску блины с икрой, а потом – огуречный салат, жаркое из кролика с черносливом и дорогое французское вино. К его удовольствию, Санса удивленно изогнула бровь.

    - Я профессионал, Алейна, - сказал Станнис, когда официант ушел. – Мне не нравится тот факт, что наш так называемый роман был идеей Бейлиша. Вдобавок, он превратил вас в шпионку, и это мне тоже не по душе.

    - Поэтому вы были так грубы? Потому что не доверяете Бейлишу? Или мне? Если вы, будто рыцарь, печетесь о моей невинности, то вам не стоит беспокоиться. Я давно не ребенок. С тех пор, как лишилась обоих родителей и оказалась в приюте.

    Сказать ей правду Станнис не смог бы при всем желании. Он точно не знал, почему вел себя с ней так грубо. Возможно, его смущала непристойная роль старого развратника, соблазняющего юную девушку. Роль, в которую он слишком уж вжился. Станнис вынужден был признать, что его влечет к Сансе. Это влечение не только тревожило его, но еще и казалось ему опасным.

    - Мне не нравятся неожиданности, - в конце концов, ответил он. – Сначала мне преподнес сюрприз Петир, привлекший к делу вас, а потом вы удивили меня своей запиской. В настоящее время я не доверяю никому из вас. Людям моей профессии свойственна подозрительность.

    - Как вы сказали, наш роман был идеей Петира. Я лишь делаю все возможное для того, чтоб воплотить ее в жизнь. – Подавшись ближе к Станнису, Санса негромко прибавила: - Если вы не начнете уделять мне внимание, я подумаю, что кажусь вам непривлекательной.

    Сунув руку под стол, она сжала колено Станниса, отчего его ногу окатило волной жара.

    - Вряд ли хоть один мужчина, находящийся здесь, сочтет вас непривлекательной, - искренно сказал Станнис.

    - В том-то и дело, не так ли? Я играю определенную роль, но она дается мне нелегко, поскольку вы мне не подыгрываете.

    Станнис вгляделся в лицо Сансы, но не смог определить, сердится она или просто дразнит его. Да, она вправду хорошая актриса.

    - Я делаю вам комплимент, а не пытаюсь продолжить спор.

    - Это был комплимент? Наверное, это трудности перевода, но я не вижу разницы между вашими комплиментами и оскорблениями

    Станнис сжал зубы, удерживаясь от очередного язвительного ответа, который лишь усилил бы напряжение между ними. Черт побери, Санса права. Он вел себя грубо и непрофессионально. Что бы ни делал с ней Бейлиш и о чем бы ни просил ее, Санса в этом не виновата. Она была ребенком, когда Бейлиш забрал ее из приюта. Станнис старался не думать о том, как ей жилось под крылом у Бейлиша, поскольку это только разозлило бы его. Санса просто играет отведенную ей роль. К тому же, она попросила о помощи, и он должен дать ей шанс заручиться его доверием.

    - Простите меня, - лаконично сказал он. – Может быть, мы заключим перемирие?

    - Я была бы очень рада этому, - ответила Санса, легко касаясь его руки пальцами с безупречным маникюром и одаривая насмешливо-игривым взглядом. Невзирая на все свое самообладание, Станнис почувствовал, что к его щекам прилила кровь. Санса и впрямь знала свое дело.

    ***

    Отдавая должное роскошному, прямо-таки декадентскому, ужину и крепкому алкоголю, которым славился ресторан, Санса старалась не переусердствовать. Она только пригубила напитки и попробовала деликатесы. Трудное задание влияло на ее желудок не лучшим образом. Она не могла позволить себе ошибиться на глазах у людей Петира и Транта. Ей необходимо убедить Петира и Станниса в том, что она следует их указаниям. Пока у них общая цель, но вскоре пути двух мужчин разойдутся, и они вступят в противоборство, а она, тем временем, сумеет ускользнуть так ли иначе. Потому что другого выхода у нее нет.

    Санса заметила, что Станнис тоже лишь пригубил вино. Он сохранял ясность рассудка, но, следуя совету Сансы, начал оказывать ей знаки внимания. Она продолжила флиртовать с ним, смеясь и касаясь его руки, когда им подавали очередное блюдо. Станнис, в свой черед, слегка сжимал ее пальцы или подносил их к губам, чтоб поцеловать, и смотрел ей в глаза. Ни один воспитанный человек не позволил бы себе большего в таком изысканном заведении. Сансе, к ее удивлению, пришлась по вкусу роль любовницы Станниса. Петир не раз давал ей подобные поручения, но прежде они тревожили и обременяли Сансу. Ей претила компания мужчин вроде Яноса Слинта, хотя она любила бывать на балах и приемах. Это задание было совсем другим. Станнис казался ей интересным и привлекательным. Сансе хотелось побольше узнать о его прошлом, но внутренний голос советовал ей соблюдать осторожность. Ей явно не стоит всецело доверять Станнису или всерьез увлекаться им. Однако Сансе могла пригодиться любая информация, которой он с ней поделится.

    - Расскажите мне о себе, Станнис. Откуда вы родом? –Санса старалась говорить непринужденно. Укоризненный взгляд Станниса свидетельствовал о том, что он счел этот вопрос неуместным.

    - Я родился в Огайо, однако детство провел в Берлине. Мы перебрались туда, поскольку мой отец был дипломатом, - вежливо ответил Баратеон.

    Разумеется, это была легенда. Санса и не рассчитывала на то, что он вдруг начнет откровенничать с ней.

    - Каким вы были в детстве? У вас есть братья или сестры?

    - У меня было два брата. Оба погибли много лет назад.

    Санса знала, что легенда агента, как правило, близка к правде, поскольку та убедительнее вымысла. Вероятно, Станнис не солгал ей, хотя не стал вдаваться в подробности.

    - Я сожалею.

    - Не стоит. Вы ведь не знали об этом, когда задавали вопрос. К тому же, как я сказал, с тех пор прошло много лет.

    Помолчав минуту, чтоб не показаться бестактной, Санса попыталась развеселить собеседника.

    - Вы были старшим ребенком в семье? Полагаю, властным вы были с детства, - заметила Санса, чьи глаза лукаво заблестели.

    Станнис едва удержался от смеха.

    - Я был средним, но мой старший брат, пожалуй, согласился бы с вами.

    Подавшись к ней, он понизил голос, и Санса затрепетала от волнения.

    - Ваш черед, дорогая Алейна. Расскажите мне о себе. – Произнес Станнис так, словно хотел сказать: «Эту игру можно вести вдвоем».

    - Что вы хотели бы узнать обо мне?

    - Вы сказали, что дядя не разрешал вам дружить со сверстниками. Так как же вы развлекались в ранней юности?

    Санса отвела глаза. Вполне невинный вопрос, ответив на него, она себя не скомпрометирует. Однако разговор по душам с человеком, которого Санса едва знала, казался ей пугающе интимным. Она могла бы просто солгать ему, но вежливость Станниса почему-то побуждала ее к откровенности.

    - Я читала. В основном, русские романы – такие, как «Война и мир» и «Анна Каренина». Придумывала и шила себе одежду.

    Станнис кивнул и поднял бровь, показывая, что это произвело на него впечатление.

    - А еще я ходила в кино.

    - Вот как? И какой же фильм нравился вам больше всего? Дайте-ка я угадаю – «Броненосец «Потемкин»?

    Санса рассмеялась. Ей понравилась подначка Станниса. Он походил на обычного человека, когда дразнил ее.

    - Нет. Вообще-то, я терпеть не могу большинство русских фильмов. Мой любимый фильм – «Ровно в полдень», в нем снимались принцесса Грейс и Гэри Купер. Вы его видели?

    Станнис не сумел скрыть неподдельного изумления, чем удивил Сансу.

    - Здесь показывают американские фильмы?

    - О, да, министр культуры считает, что они наглядно демонстрируют эгоистичность и развращенность американского общества. Так что несколько иностранных фильмов ежегодно выходят в советский прокат.

    - Почему вам нравится этот фильм? Я не думал, что женщины любят вестерны.

    - Это очень поверхностное суждение, - укоризненно, но с улыбкой сказала Санса. – «Ровно в полдень» нравится женщинам по многим причинам.

    - По каким именно? – Станнис скептически смотрел на Сансу, пока официант подавал им кофе.

    Когда официант ушел, она ответила:

    - Во-первых, Купер и Грейс Келли были потрясающей парой. Такая романтическая история.

    - Купер был несколько старше Грейс Келли, когда они снимались в том фильме, - заметил Станнис.

    Ей кажется, или Станнис вправду смутился? Он водил пальцем по ободку чашки и вдруг заинтересовался кружевной каемкой салфетки.

    - Меня не смущает разница в возрасте. Гэри Купер был невероятно хорош собой, - заговорив о любимом актере, Санса залилась краской. Станнис был гораздо старше нее. Вероятно, разница в возрасте у них была такой же, как и у влюбленной пары в фильме. Однако Санса недавно поняла, что ей нравятся зрелые мужчины. Ровесники, с которыми она общалась не так уж часто, казались ей инфантильными и глупыми. –Кроме того, героиня Грейс Келли, при всей ее молодости, была такой же отважной и сильной, как ее возлюбленный. В конце она спасла ему жизнь, хотя это дорого обошлось ей.

    - Разве? В конце фильма они просто уехали вместе.

    - Она убила человека, чтоб спасти ему жизнь, хотя была пацифисткой. Она предпочла любовь принципам. Как знать, смогла ли она примириться с этим, или чувство вины мучило ее долгие годы.

    Санса посмотрела в глаза Станнису, и он ответил ей пристальным взглядом, смутившим девушку.

    - Наверное, вы считаете глупостью такое серьезное отношение к обычному фильму.

    - Нет, не считаю. Я просто удивился, потому что это и мой любимый фильм тоже.

    Глаза Сансы расширились. Он издевается над ней или говорит правду? Интуиция подсказывала ей, что Станнис не кривит душой.

    - Почему вы отдаете предпочтение этому фильму?

    Помедлив, Станнис качнул головой, словно вопрос смутил его.

    - Уилл Кейн, герой Гэри Купера, ставил долг превыше всего. Он спас город, хотя никто не поддержал его. – Санса посмотрела на Станниса так, что он прибавил: - Кроме жены. Все советовали ему спасаться бегством. Они сами так и сделали, оставив его умирать. Однако Кейн исполнил свой долг, потому что это было правильно. Я восхищаюсь его поступком.

    Санса всмотрелась в его лицо, озаренное мягким светом свечей, и почувствовала, как что-то распирает изнутри ее грудь. Неужели Станнис Баратеон вправду тот, кем кажется? Благородный человек, для которого долг превыше всего? Человек, которому она могла бы доверить свою жизнь? Здравый смысл подсказывал Сансе, что жизнь – не фильм, а Станнис – не Гэри Купер, но ведь чудеса иногда случаются. От размышлений ее отвлек официант, вновь подошедший к ним.

    - Как только будете готовы, - сказал он, подавая Станнису серебряный поднос, на котором лежал изящный конверт.

    Станнис достал из конверта счет и вложенную в него визитную карточку. Вытащив из нагрудного кармана очки, он прочел сообщение, а потом положил в конверт пачку банкнот. Повернувшись к Сансе, Станнис негромко сказал ей:

    - Карточку прислал Трант. Судя по сообщению на оборотной стороне, наша встреча состоится в полночь, в клубе «Гавана». Вы знаете, где он находится?

    - Да, неподалеку от набережной. В криминальном районе города. Туда не стоит идти безоружным.

    - Я и не собирался, - ответил Станнис и посмотрел на часы. – Мы успеем вернуться в квартиру. Думаю, Давос снабдит нас оружием. Вы должны сообщить Бейлишу о месте встречи.

    - В этом нет нужды, - Санса посмотрела на двух мужчин, наблюдавших за ними весь вечер, а теперь потягивавших напитки. – Эти двое точно увяжутся за нами, а снаружи нас наверняка поджидает Сандор, мой телохранитель. Полагаю, ваши люди тоже присоединятся к нам. Держу пари, весь Минск будет в курсе того, куда мы направились.

    - Значит, нам пора ехать, не так ли?

    Поднявшись с места, Станнис помог Сансе встать. Она вдруг пожалела о том, что они не могут задержаться здесь. Ужин в компании Станниса оказался очень приятным. Это был один из лучших вечеров – нет, пожалуй, самый лучший вечер – на ее памяти. Она знала, что рано или поздно тот закончится, ведь им предстоит работа. Остаток ночи она проведет не столь приятно и, возможно, даже подвергнется опасности. Однако Санса надеялась, что окажется на шаг ближе к свободе, если все пройдет гладко.



     
    gurvik и Ёжик нравится это.
  15. Ortrud

    Ortrud Наемник

    Приключения, местами романтические, продолжаются...
    ГЛАВА ШЕСТАЯ
    В клубе, куда они прибыли незадолго до полуночи, было полным-полно народу. Вечеринка была в самом разгаре. Бездарный джазмен, щеголявший прической «помпадур», - этакий белорусский Синатра – надрывался на маленькой сцене, а в баре и за столиками рекой лилась водка. Женщины в коротких юбках и меховых накидках льнули к лысоватым мужчинам в дурно сидящих на них костюмах. Санса едва не поморщилась, когда в нос ей ударил запах пота, дешевых духов и сигаретного дыма.

    - В час ночи, после закрытия, тут начинается стриптиз, - пояснила Санса. Она держала Станниса за руку и, приблизив губы к его уху, говорила достаточно громко для того, чтоб ее слова не заглушал грохот музыки и гомон набравшихся посетителей. – Официально такие заведения вроде как вне закона, милиционеры проводят рейды каждый месяц и для вида арестовывают кое-кого, но политики типа Петира покрывают их владельцев ради прибыли.

    Станнис кивнул, пока они протискивались сквозь толпу, высматривая Транта в тускло освещенном клубе. Гендри, изображавший телохранителя, держался позади них и старался принять грозный вид. У него был передатчик; в том случае, если у них возникнут проблемы, Давос и Мелисандра, оставшиеся в припаркованном снаружи автомобиле, об этом сразу узнают. Станнис решил, что им с Сансой не стоит брать подслушивающие устройства, поскольку их могли обыскать. Санса знала, что Станнис и Гендри вооружены, но это не внушало ей особой уверенности в собственной безопасности. Она вспомнила другой вестерн, «Перестрелка у корраля «Окей», и встревожилась так, что у нее вспотели руки, и началась изжога. Вдобавок, Петир сказал ей, когда она готовилась к встрече со Станнисом, что Трант – опасный и непредсказуемый человек.

    - Петир сказал мне, что Трант однажды принял своего партнера по игре за карточного шулера и перерезал тому горло прямо за столом осколком водочной бутылки, - доверительно произнесла Санса, сжимая руку Станниса чуть крепче.

    - А он настоящий весельчак, - невозмутимо заметил Гендри, беспрестанно переводивший взгляд с одного посетителя клуба на другого.

    Санса знала, что статус подопечной Петира послужит ей неплохим щитом, но американцы могут оказаться буквально между жизнью и смертью. Если Трант что-то заподозрит, он убьет Станниса без колебаний, и ее мечты о бегстве умрут вместе с ним. Она уповала на то, что Станнис – мастер своего дела. Чутье подсказывало Сансе, что так оно и есть.

    Словно бы почувствовав ее тревогу, Станнис положил руку ей на поясницу. Санса посмотрела ему в глаза. Их чистая синева разительно контрастировала с серостью этого убогого местечка и подбодрила Сансу, точно глоток свежего воздуха.

    - Вы готовы к этому? – Участливо спросил Станнис.

    Сделав глубокий вдох, Санса кивнула и одарила его мимолетной улыбкой. Сердце Сансы билось очень быстро, но она знала, что так действуют на нее принятые таблетки. Зато они помогут ей успокоиться. Без них она просто не справилась бы со всем этим. Теперь в игру вступила Алейна, поскольку от трусихи Сансы здесь было мало толку.

    - Разумеется. Все затевалось ради этого. – Станнис ошибается, если думает, что она запаникует и сбежит, точно дилетантка. Ей нужно показать себя с наилучшей стороны, и ближайшие несколько часов станут серьезной проверкой для них обоих. – Он там, в дальнем углу бара, - прибавила Санса и махнула рукой, привлекая внимание спутников.

    - Это не Трант, - возразил Станнис. – Я видел его фотографию.

    Он взглянул на Гендри, и тот покачал головой.

    - Это его подручный, Мэндон Мур.

    - Ах, да. Я видел их совместную фотографию, но не узнал его с бородой.

    - Трант теперь тоже носит бороду. Ваши шпионские снимки устарели. Вам повезло, что я с вами, - поддразнила Станниса Санса.

    Станнис мрачно поглядел на нее, но Сансе показалось, что в его глазах промелькнуло восхищение. Почему-то это обрадовало ее больше, чем должно было.

    - Трант ждет нас в задней комнате. Там играют на деньги.

    Санса слегка потянула Станниса за руку, и он повел ее к бару сквозь толпу.

    - Думаю, тебе не позволят сопровождать нас, - шепнул Станнис Гендри. – Оставайся здесь и смотри в оба.

    Санса заметила, как поглядывали на нее мужчины, мимо которых она проходила. В своем вечернем платье и меховом манто она выделялась среди здешних завсегдатаев. Она была слишком шикарной для этого притона. По всей вероятности, Трант пригласил их сюда для того, чтоб они поняли – встреча пройдет на его территории. Когда они приблизились к Муру, громила, стоявший рядом с ним, шагнул вперед и преградил им путь. Гендри тоже вышел вперед и смерил незнакомца взглядом.

    - Что вам нужно? – Спросил по-русски телохранитель Мура.

    - Нас пригласил сюда генерал Трант, - спокойно ответил Станнис, говоривший с легким американским акцентом. Он держался невозмутимо, но крепче сжал руку Сансы. – Вы не проводите нас к нему?

    - Пропусти их, Йорен, - приказал Мур.

    Йорен отошел в сторону. По хребту Сансы поползли мурашки, когда высокий, худой и бледный мужчина, расположившийся у стойки бара, окинул ее изучающим взглядом. Никогда в жизни она не видела таких холодных глаз, как у него. Санса быстро посмотрела на Станниса, а мужчина, тем временем, сказал:

    - Я – Мур, сослуживец генерала. Я так понимаю, вас интересует определенный товар. Оружие, по всей вероятности. Мои полномочия позволяют мне вести с вами переговоры от имени генерала.

    - Вам известно, что меня интересует, и я буду вести переговоры только с генералом Трантом, - рявкнул Станнис, бестрепетно встречая взгляд Мура. – Немедленно отведите меня к нему. Или генералу не нужны мои деньги?

    Мур не подал вида, что угроза Станниса подействовала на него, но произнес, хмыкнув:

    - Как вам угодно. Следуйте за мной. – Посмотрев на Гендри, он прибавил: - Ваш сторожевой пес может остаться здесь.

    Следуя за Муром, они прошли по темному коридору мимо общего туалета, откуда попахивало мочой и блевотиной. Санса старалась задерживать дыхание до тех пор, пока они не добрались до двери в дальнем конце коридора. Дверь открылась после того, как Мур трижды постучался в нее, и они очутились в очередной задымленной каморке. Крупный мужчина с окладистой бородой сидел за столом и играл в нарды с несколькими партнерами. На них поглядывали без особого интереса полуголые девицы, слонявшиеся по комнате. Все курили – кто сигару, кто сигарету, - хотя вытяжки здесь не было. Санса дала себе слово, что вымоет голову и выстирает платье, как только вернется домой.

    - Ждите здесь, - велел Мур, оставляя посетителей у столика в углу. Судя по закупоренным бутылкам с водкой и рюмкам, это был импровизированный бар.

    Подойдя к Транту, Мур прошептал что-то ему на ухо. Генерал коротко кивнул, и Мур подозвал взмахом руки Станниса с Сансой.

    - Значит, вы – бизнесмен из Берлина?

    - Станнис Баратеон.

    Станнис протянул руку, но Трант будто бы не заметил этого.

    - Судя по вашему паспорту, вы американец.

    - Сейчас я живу в Берлине, но у меня двойное гражданство. Так можно получать больше прибыли.

    - Вы говорите по-английски, верно? – Трант вдруг перешел с русского на английский. – Я, в отличие от моих необразованных товарищей, им владею.

    - Мы можем говорить по-русски, чтобы все нас понимали.

    - Нет, мистер Баратеон, я буду говорить на вашем языке, чтоб избежать недопонимания.

    Выиграв партию, Трант рассмеялся, встал и жестом велел одному из телохранителей забрать пальто гостей. Быстро обыскав их, тот, заодно, забрал и портативный пистолет Станниса. Кивком отослав подручного прочь, Трант сосредоточил внимание на Станнисе и Сансе. Последнюю он окинул таким оценивающим взглядом, словно она была сочным стейком.

    - Я смотрю, вы вовсю наслаждаетесь советским гостеприимством, - не сводя глаз с Сансы, сказал генерал Станнису. – Минские дамочки очень хороши собой, не так ли?

    Одна из девиц, явно приревновавшая генерала к Сансе, поскольку тот уставился на ее грудь, обвила Транта руками. Не обращая на нее внимания, тот продолжил:

    - Как насчет еще одного взаимовыгодного обмена?

    Станнис обнял Сансу за талию и по-хозяйски привлек к себе.

    - Пожалуй, нет, - резко сказал он. – Я здесь для того, чтоб обсудить нашу сделку, генерал Трант. Приступим к делу?

    - Да бросьте вы! – Хохотнул Трант. – Делу время, потехе час. У нас так принято. Давайте-ка пропустим по рюмочке!

    Генерал согнул палец, и на столе тотчас появился поднос с бутылкой водки и рюмками. Подружка Транта, которой, видимо, наскучили его заигрывания с Сансой, закатила глаза и направилась к девицам, сидевшим за соседним столиком.

    - Мне нравится ваше предложение, но я не пью водку, - вежливо отказался Станнис.

    Трант уставился на него так, словно он заявил, что побывал на луне.

    - В Минске все пьют водку. Я сочту ваш отказ личным оскорблением.

    Трант не сводил с них черных, как уголь, глаз и говорил ледяным тоном. Сансу начало подташнивать, но она изо всех сил старалась не обращать на это внимания. Трант быстро наполнил рюмки доверху. Схватив одну из них, Санса практически сунула ее в руку Станниса.

    - Держи, дорогой, - проворковала она с милой улыбкой. Взяв еще одну рюмку, Санса посмотрела в глаза Транту и провозгласила, сначала по-русски, затем по-английски: - Ваше здоровье!

    Дважды подняв рюмку в знак уважения к обоим мужчинам, Санса поспешно осушила ее. Облизнув губы, она перевернула рюмку вверх дном и поставила на поднос. Станнис и Трант неотрывно смотрели на нее. Потом они вежливо подняли рюмки и молча выпили водку. По-видимому, проделка Сансы помогла ослабить напряжение.

    - Еще по одной, - распорядился Трант, вновь наполняя рюмки. – За женщин! – Плотоядно глядя на Сансу, выкрикнул он по-русски.

    Санса посмотрела на Станниса. Тот сказал: «За женщин» и проглотил прозрачную жидкость.

    Когда Трант начал наполнять рюмки в третий раз, дурнота, одолевавшая Сансу, сменилась страхом. Вдруг они со Станнисом напьются до такой степени, что шагу ступить не смогут? Трант явно стремится к этому. Страшно даже представить, что может случиться с ней в этом клубе, если она потеряет сознание, а Станнис не сумеет помочь ей. Пригубив водку, Санса вдруг залилась театральным хохотом и выплюнула ту на пол.

    - Прошу прощения! Водка ударила мне в нос! Я слишком много выпила этим вечером. Где уж мне тягаться с вами, мужчинами, - хихикнула Санса, старательно строя из себя беспомощную дамочку, которой ее наверняка считал Трант.

    Неуклюже наклонившись – якобы в поисках пятен на платье, - она продемонстрировала Транту ложбинку между грудями. Видимо, ее отвлекающий маневр подействовал на генерала, раз тот засмеялся и указал на стол для игры в нарды.

    - Давайте-ка присядем. Вы играете? – Спросил он, обращаясь к Станнису.

    Станнис, смирившийся, судя по его виду, с напрасной тратой времени, кивнул.

    - Надеюсь, вы готовы к финансовым потерям.

    Немного расслабившись, Санса села рядом со Станнисом. Агент снял пиджак и накинул тот ей на плечи. Невзирая на то, что в комнате царила духота, Санса только обрадовалась этому, поскольку ее смущал взгляд Транта. Весь следующий час она смотрела, как мужчины играют в нарды, пьют водку и курят сигары. Станнис позволил Транту выиграть большинство партий. При этом он показал себя достойным противником и делал вид, что огорчен, когда проигрывал. Санса полагала, что Станнис прошел проверку на мужественность, которую устроил ему Трант.

    Когда Трант объявил, что сейчас они сыграют последнюю партию, Станнис вдруг наклонился к Сансе и сказал:

    - Поцелуй меня, чтоб мне повезло!

    Санса тотчас подыграла ему, предварив поцелуй томным взглядом и бесстыдно проведя по губам языком. Хотя дыхание Станниса отдавало водочным перегаром, а театральный поцелуй вышел несколько неловким, Санса получила гораздо больше удовольствия, чем ожидала. Она улыбнулась Станнису и задержала взгляд на его лице. Пьяные мужчины радостно заулюлюкали, но умолкли, когда Трант раздраженно посмотрел на них.

    - Какой-то там поцелуй не поможет вам обыграть меня, - проворчал генерал, бросая кости.

    Поначалу исход партии казался неопределенным, но, в конце концов, Трант все-таки выиграл, сорвав банк. Станнис гневно проклял свое невезение.

    Закурив очередную сигару, Трант хвастливо пересчитал свой выигрыш на глазах у оппонента.

    - Выведите всех отсюда! – Велел генерал своим людям.

    Те вытолкали за дверь пьяных мужчин и женщин, кое-кто из которых спотыкался и невнятно протестовал. В комнате остались лишь два телохранителя генерала.

    - А теперь поговорим о деле, - заявил Трант. – Товар, который вас интересует – радиоактивные отходы или, по-вашему, грязная вода, – стоит недешево. Его нелегко достать и трудно перевозить. Вам потребуется допуск, транспорт, охрана и разрешение на вывоз.

    - Поэтому мы и обратились к вам, генерал Трант. Все вышеперечисленное для вас не проблема, верно? Мой берлинский консорциум не стеснен в средствах, и я готов заключить с вами сделку. Нам нужно лишь договориться о цене и выбрать наилучший способ доставки, - заметил Станнис.

    - Да, - кивнул Трант, задумчиво почесывая бороду. – Почему вам так нужен этот товар?

    - Вас это не касается, - спокойно ответил Станнис. – Но если у вас есть друзья в западном Берлине, посоветуйте им сменить место жительства.

    Всмотревшись в лицо Станниса, Санса поразилась тому, как убедительно он играет роль главы международной криминальной организации. Поглядев на Транта, она решила, что он попался на эту удочку.

    - Что ж, я познакомлю вас с моим московским компаньоном. У него дача неподалеку от Минска, он приедет туда на выходные. Окончательное решение будет принято по итогам ваших переговоров с ним.

    - О каком компаньоне идет речь? – Отрывисто спросил Станнис.

    Это было не по плану. Санса посмотрела на Станниса, но тот не сводил глаз с Транта. Санса пыталась сохранять спокойствие, однако чувствовала, что Станнис напряжен. Они полагали, что будут вести дела только с Трантом, а у него, как оказалось, есть компаньон. Эта неожиданность могла изменить абсолютно все.

    - Мне говорили, что ваши полномочия позволяют вам заключать такие сделки. Мы рассчитывали на то, что окончательное решение будет принято этим вечером!

    - Нет. Это невозможно. – Махнув рукой, возразил Трант. – Мой компаньон – высокопоставленный чиновник из комитета по утилизации радиоактивных отходов. Без его содействия вы не получите нужный вам товар, а он не заключает сделки с теми, кого не знает лично. Если вы намерены вести с нами дела, приходите сюда в субботу утром, и мы вместе отправимся к нему на дачу.

    Санса поняла, что Станнис будет вынужден согласиться на это. Им необходимо установить личность таинственного московского чиновника, от этого зависит успех всей операции. Интересно, Петир в курсе дела? Возможно, он уже предал Станниса? Пульс Сансы вновь участился, когда ее обуял панический страх.

    - В следующий раз я возьму с собой телохранителя и двух помощников, - твердо сказал Станнис, явно пришедший к тому же выводу, который сделала Санса.

    - Да. Мне понятна ваша забота о собственной безопасности, - ухмыльнулся Трант. – Дача большая, там полно комнат, а еще есть сауна и конюшня. Вы славно отдохнете. Ваша дама может поехать с вами, - прибавил он, указав на Сансу.

    Станнис хотел возразить, но Санса его опередила:

    - Я буду только рада. Благодарю вас, генерал Трант.

    Станнис сердито посмотрел на нее, однако она сделала вид, что не заметила этого. Ей хотелось побывать в загородном поместье и провести больше времени наедине со Станнисом. Так что пусть он немного позлится, это того стоит. Кроме того, Станнис нуждается в ее помощи, хотя он, возможно, так не думает.

    - В таком случае, увидимся в субботу, - Станнис кивнул Транту, и один из подручных генерала вернул ему пальто и пистолет.

    Приятно взволнованная Санса шагнула к двери. Хорошо, что встреча прошла относительно спокойно. Однако от радости Сансы не осталось и следа, когда Трант схватил ее за руку.

    - Женщина останется со мной до субботы. Называйте это моей страховкой.

    Генерал бесцеремонно привлек девушку к себе, прежде чем Станнис успел помешать ему. Глаза Станниса сузились. У него был такой вид, точно он собирался достать оружие. У Сансы перехватило дыхание, когда головорезы Транта первыми выхватили пистолеты. Неужели генерал устроил эту встречу для отвода глаз, лишь для того, чтоб вот так запросто избавиться от Станниса? Агент не мог сделать ровным счетом ничего и, судя по его виду, понимал это.

    - Это невозможно. Вы можете вежливо попросить девушку остаться, но если она захочет уйти, я отвезу ее домой, - произнес Станнис зловеще невозмутимым тоном.

    Санса вгляделась в лицо Станниса, пытаясь понять, что у него на уме. На миг он вперил в нее взгляд, а потом быстро посмотрел на Транта. Похоже, Станнис предлагает ей сделать следующий ход. Игнорируя панику, Санса заставила себя собраться с мыслями. Через секунду решение было найдено. Она должна разрядить обстановку прежде, чем Трант затеет спор со Станнисом. Не пытаясь высвободиться, она повернула голову к генералу и произнесла:

    - Генерал Трант, нас, кажется, не представили друг другу должным образом. Я – Алейна Стоун. Племянница товарища Бейлиша. Несомненно, вы его знаете – он член Центрального Комитета Коммунистической партии.

    Натянутая улыбка Сансы стала шире, когда самодовольная ухмылка постепенно исчезла с лица Транта. Генералу явно не сообщили о том, кто она такая. Как только Трант разжал пальцы, Санса приблизилась к Станнису и взглядом дала ему понять, что с ней все в порядке.

    - Вы должны были сказать мне о том, кто вы, мисс Стоун, - довольно-таки беззлобно укорил ее Трант. – Пригласите вашего дядю на дачу. Уверен, ему там понравится.

    - Я передам ему ваше приглашение. Час уже поздний, мне пора домой, а то дядя встревожится. Спокойной ночи, генерал Трант.

    - Спокойной ночи, мисс Стоун. До свидания, мистер Баратеон. Я с нетерпением жду новой встречи с вами.

    Он произнес это таким тоном, что Санса содрогнулась, когда Станнис повел ее к выходу.


    ГЛАВА СЕДЬМАЯ

    Четверг, девятое декабря 1965 г. - Минск, Белоруссия

    К тому времени, как они выбрались из шумного притона, голова у Станниса уже шла кругом и гудела, хотя он принял таблетку, нейтрализующую действие алкоголя. Встреча с Трантом потребовала от него такой сосредоточенности, что теперь Станниса поддерживал лишь выброс адреналина да холодный ночной воздух. Ему хотелось поскорее вернуться в квартиру и упасть в кровать, но на повестке дня оставалось еще одно дело. Станнису нужно было обсудить с Сансой ее просьбу о помощи. Пока она ему мало что объяснила. Станнис знал, какой фильм нравится ей больше всего, но не имел понятия о том, вправду ли Санса хочет сбежать. Если на нее окажут давление, чью сторону – его или Петира – она примет?

    Станнис и Санса перешли через дорогу. Гендри следовал за ними по пятам. В ближайшем проулке дважды мигнул фарами автомобиль. Давос и Мелисандра, ждавшие их возвращения, подали сигнал.

    - Гендри, поезжай на квартиру вместе с Давосом и Мелисандрой. Нам нужно многое обсудить. А мы с Алейной прогуляемся. – Распорядился Станнис.

    Гендри с любопытством посмотрел на него, но тотчас кивнул и скрылся в темном проулке.

    - Почему вы отослали автомобиль? – Спросила заинтересовавшаяся, но не огорчившаяся Санса.

    - Нам нужно побеседовать наедине. Кроме того, мне не помешает свежий воздух, которого очень не хватало в той мерзкой комнате, где я провел последние девяносто минут.

    На самом деле Станнис был не готов к граду вопросов, который наверняка обрушат на него помощники, и хотел провести еще немного времени наедине с Сансой, но не собирался признаваться в этом. Он взял Сансу за руку, и они неторопливо пошли по пустынной улице.

    - Давайте присядем на пару минут, чтоб у меня прояснилось в голове, - предложил Станнис, когда они добрались до парка.

    Он смахнул свежий снег со скамейки, и они сели. Санса прижалась к Станнису, обвив руками его левую руку и положив голову ему на плечо. Любой наблюдатель счел бы их обычной парочкой, романтическое свидание которой затянулось допоздна.

    - Я уверена, что за нами следят, - заметила Санса, словно бы прочитавшая мысли спутника. Станнису, впрочем, не было особого дела до того, следят за ними или нет. Цель, которую они ставили перед собой этим вечером, достигнута, и теперь он может расслабиться; хотя бы на миг.

    Они молча сидели на скамейке. Холодный воздух превращал их дыхание в пар, заметный в свете уличных фонарей. Снег, припорошивший тропинки и деревья, и тишина, царившая в парке, будто бы заключали их в кокон, изолировали от прочих горожан. Голова у Станниса все еще немного кружилась и начинала болеть.

    - Вы не хотите рассказать мне, пока мы беседуем тет-а-тет, что означает ваша записка? Вам требуется наша помощь, чтоб сбежать от Бейлиша? Вы хотите попросить убежища в Соединенных Штатах? – Вдруг спросил Станнис.

    Он не хотел начинать серьезный разговор, но это было необходимо, да и момент казался ему вполне подходящим. Станнис чувствовал, что суровое испытание, через которое они с Сансой недавно прошли, сблизило их.

    К несчастью, Санса по-прежнему отвечала весьма уклончиво на его вопросы – видимо, те показались ей нелегкими.

    - Мне действительно нужна ваша помощь для того, чтоб сбежать от Петира, - неуверенно начала она. – Но я не просто ищу убежище. Все гораздо сложнее.

    - В каком смысле?

    - Я даю слово, что все объясню вам в свое время, - уклончиво пообещала Санса и продолжила, пока Станнис не задал ей очередной вопрос. – Этим вечером вы были на высоте, - произнесла она слегка игривым тоном. – Трант был уверен, что водка свалит вас с ног, но вы держались молодцом. Думаю, это его удивило.

    - Мне немного помог антидот, разработанный нашей спецслужбой. Однако он оказался не настолько эффективным, как я надеялся.

    Повернувшись к Сансе, Станнис поморщился, поскольку это движение отозвалось болью в его голове. Санса не смогла удержаться от смеха.

    - Я рад, что вас забавляют мои страдания, - проворчал Станнис, но одарил Сансу полуулыбкой. Мягкий свет фонарей делал девушку еще краше. Она была настоящей отрадой для его глаз. – Вы тоже были на высоте. Вы сохраняли спокойствие в сложной ситуации и проявили находчивость. Вдобавок, вы сразили Транта наповал. Вы очень убедительно играли роль искусной любовницы.

    - Я прошла хорошую школу под руководством Петира. Эту роль я играю не первый год.

    Помедлив, Станнис задал ей щекотливый вопрос, не дававший ему покоя с тех пор, как он познакомился с Сансой.

    - Бейлиш… был жесток с вами?

    Санса рассмеялась. Ее смех был сухим и невеселым. Лицо девушки омрачилось, и Станнис сразу пожалел о том, что задал этот вопрос.

    - Жестокость бывает разной; уверена, вы это знаете.

    Она долго смотрела вдаль, восстанавливая самообладание, а потом устало улыбнулась Станнису. На миг – краткий, почти иллюзорный – маска слетела с ее лица, и Станнис увидел ту уязвимую женщину, которой Санса была в действительности. Потом ее лицо вновь стало непроницаемым.

    - Я всегда жила в хорошей квартире, носила красивую одежду и ела досыта. Чего еще могла желать бедная сирота?

    Станнис, раздосадованный неизменно уклончивыми ответами Сансы, нахмурился. Уклончивость он приравнивал к обману. Если Сансе действительно нужна его помощь, почему она, черт возьми, так неоткровенна с ним? Этим вечером они были одной командой и сумели уцелеть в опасной ситуации. Станниса раздражал тот факт, что Санса все еще не доверяет ему.

    - Мисс Старк, вы когда-нибудь забываете о притворстве? – Язвительно спросил он, называя настоящую фамилию девушки.

    - А вы, мистер Баратеон? – Парировала она, одарив Станниса отрепетированной улыбкой. – Вы всерьез полагаете, что я доверюсь человеку, которого почти не знаю? Человеку, который сомневается во мне? У нас обоих есть веская причина для соблюдения осторожности. Благодаря обстоятельствам нашего знакомства мы оба знаем, как сложно отличить реальность от иллюзии.

    Станнис посмотрел в ее сияющие глаза, обрамленные невероятно длинными ресницами. Ему вдруг стало грустно оттого, что она так пресыщена в столь юном возрасте. Собственная профессия, вынуждавшая его лгать и убивать ради защиты невинных людей, показалась Станнису омерзительной. Кто такая Санса – одна из тех, кого он обязан защищать, или враг? Ему хотелось поговорить с ней откровенно, раскопать кучу всего этого дерьма и добраться до правды. Однако их с Сансой разделял не только языковой барьер – они оба были участниками игры, в которой разоблачение грозит смертью.

    Вновь пошел снег. Крупная снежинка коснулась губ Сансы и тотчас превратилась в каплю воды. Протянув руку, затянутую в перчатку, Станнис медленно провел большим пальцем по нижней губе девушки. Ее рот казался таким манящим, он был просто создан для поцелуев. Сейчас Санса не выглядела искушенной шпионкой, играющей определенную роль. Она казалась Станнису юной красавицей, жаждущей поцелуя. Не успев подумать об этом дважды, Станнис наклонился к Сансе и прижался холодными губами к ее удивительно теплым губам. Девушка затаила дыхание, и Станнис помедлил, пока она, вздохнув, не разомкнула губы, позволяя ему поцеловать ее по-настоящему. Нежно посасывая нижнюю губу Сансы, он чуть повернул голову и почувствовал легкое прикосновение ее языка, а потом неторопливо отстранился.

    - Это был настоящий поцелуй, - прошептал Станнис, губы которого согревало дыхание Сансы. – Не показной. Мне хотелось поцеловать тебя, Санса.

    Но, даже произнося эти слова, Станнис невольно задавался вопросом, кого он поцеловал на самом деле – настоящую Сансу Старк или ее маску? Сможет ли он когда-нибудь отличить их друг от друга? Станнис заметил уголком глаза, как в автомобиле, припаркованном за деревьями, вспыхнул огонек; кто-то прикуривал сигарету. Они все еще были под наблюдением.



     
  16. Syringa

    Syringa Без права писать

    О Боже! Опять развесистая клюква, причём с серпом и молотом!
     
  17. Ortrud

    Ortrud Наемник

    Примечание переводчика: начиная с этой главы обещанная автором романтика становится все более... пылкой, скажем так (законы жанра:)). Приключения будут позже; сама жду.
    ГЛАВА ВОСЬМАЯ

    - Нам необходимо установить личность этого чиновника из комитета по утилизации радиоактивных отходов до того, как мы встретимся с ним на даче. Возможно, нас заманивают в ловушку, - заметил Давос, как только они расположились в гостиной, и Станнис рассказал о том, что выяснилось во время разговора с генералом Трантом.​

    - Это будет не так уж сложно, - сказала Мелисандра, закуривая сигарету. – Нужно ознакомиться со списком всех сотрудников этого ведомства.​

    - Несомненно, Советы охотно предоставят его нам, если мы их вежливо попросим, - съязвил Давос.​

    - Об атомной энергии говорят во всем мире, а Советы любят хвастаться своими достижениями. Я уверена в том, что их делегация присутствовала на конференции по вопросам атомной энергии, недавно состоявшейся в Женеве. С этого я бы и начала, - возразила Мелисандра, после чего Давос одарил ее одобрительной ухмылкой.​

    Санса, устроившаяся на подлокотнике дивана, слушала американцев и думала, что они ей, пожалуй, нравятся. Ей нравились их беззлобные пикировки и уважительное отношение к точке зрения собеседника. Сансе хотелось бы стать для них своей, но она знала, что американцы ей не доверяют. Она для них чужая. Увы, их недоверие было вполне оправданным. В какой-то момент Сансе, возможно, придется решать, чья жизнь ей дороже. Жизнь каждого из них или ее собственная. Она посмотрела на Станниса, сидевшего в кресле. Судя по тому, что он постоянно сжимал пальцами переносицу и был необычайно молчалив, его все еще беспокоила головная боль. Когда он, извинившись, ушел на кухню, Санса последовала за ним, оставив его дискутирующих коллег наедине.

    - У вас все еще болит голова? – Спросила она Станниса, запивавшего водой таблетку аспирина.​

    Станнис кивнул и поморщился. Он не шелохнулся, когда Санса забрала у него стакан, поставила тот на разделочный стол и непринужденно положила руку ему на грудь. Однако Станнис не остался равнодушным, когда она встала на цыпочки и поцеловала его, прижав к плите.

    - Санса, что ты делаешь? – Шепотом спросил он.​

    Поскольку Станнис отстранился не сразу и не спешил прервать их поцелуй, Санса решила, что он не имел ничего против этого. Положив руки ей на бедра, он мягко отодвинул ее, но, опять же, не слишком далеко. Санса заметила, что Станнис, руки которого все еще лежали у нее на бедрах, быстро посмотрел на дверь.

    - Они не смогут увидеть нас, - уверила его Санса, хотя мысль о том, что их вдруг поймают с поличным, была будоражащей и заставляла ее сердце биться чаще. Станнис, судя по его смятенному виду, испытывал те же чувства. Санса вновь подалась к нему, на этот раз медленно, чтоб он понял, каковы ее намерения.​

    - Не в этом дело, - пробормотал Станнис, касаясь губами ее губ.​

    - А в чем же дело? – Прошептала Санса и, не дожидаясь ответа, снова поцеловала его; более решительно, чем прежде.​

    Станнис, которому не удалось скрыть свое желание, ответил на поцелуй. Смежив веки, Санса позволила себе насладиться вкусом его губ. Угрызения совести она проигнорировала. Она просто выполняет свое задание, верно? На этот раз задание оказалось приятным, но что в этом плохого?

    Когда Станнис целовал ее в парке, она поняла, что небезразлична ему. Она сама, как это ни удивительно, тоже не осталась равнодушной. Санса трепетала, когда Станнис целовал ее. Ничего подобного она не испытывала даже в те минуты, когда фантазировала по ночам о разных кинозвездах. Они оба были на взводе после встречи с Трантом, и этот поцелуй, порожденный выбросом адреналина, растревожил Сансу, но, увы, оказался недолгим. Теперь интуиция советовала Сансе воспользоваться своими чарами, чтоб заручиться доверием Станниса и, заодно, утолить любопытство. Но Станнис, к досаде Сансы, снова прервал поцелуй и оттолкнул ее – на этот раз более решительно. Рывком вытащив из кармана носовой платок, они принялся грубо стирать с губ следы ее помады.

    - Дело в том, что я совершил ошибку. Я не должен бы целовать вас так в том парке.​

    - Вы не сделали ничего плохого. Поцелуи вполне уместны, раз уж мы изображаем любовников, - возразила Санса, забирая у него платок и стирая пятнышко помады в уголке рта, которое Станнис пропустил.​

    Она заметила, что он вновь помрачнел. Когда они сидели на скамейке и смотрели друг другу в глаза, у него был такой безмятежный вид. Обезоруженный Станнис был гораздо красивее этого хмурого и подозрительного агента.

    - Да, но я заставил вас поверить в то, что этот поцелуй не был игрой на публику. Приношу вам свои извинения за это. Санса, наши отношения должны оставаться строго деловыми. Надеюсь, вы это понимаете.​

    - Называйте меня Алейной. Вы должны соблюдать конспирацию, даже когда мы с вами наедине, - залившись краской, огрызнулась Санса.​

    В конце концов, мужчинами манипулировала не Санса, а бесстрашная Алейна. Когда Станнис называл ее Сансой, она чувствовала себя уязвимой, а это было недопустимо. Почему с ним так чертовски трудно иметь дело? Будь на месте Станниса Янос Слинт, тот бы уже ел у нее с руки. Правда, она и через миллион лет не захотела бы поцеловаться со Слинтом.

    - Незачем разговаривать со мной так, словно я ребенок. Разумеется, я понимаю, что наши отношения носят чисто деловой характер. Я была в образе, поскольку это идет на пользу делу, и сочувствовала вам, потому что у вас болела голова после нашего недавнего приключения.​

    Всмотревшись в лицо Станниса, Санса не смогла понять, какие чувства отражаются в его глазах. Он сожалеет о том, что поцеловал ее? Или разочарован? Как бы то ни было, Санса тоже испытывала подобные чувства. Она сказала себе, что это к лучшему. Она слишком ослабила бдительность. О серьезном увлечении не может быть и речи, пока она не знает, что ей придется делать в дальнейшем.

    - Мы должны вернуться в гостиную, - резко сказал Станнис, окинув Сансу таким долгим взглядом, что она едва не усомнилась в верности своего решения. Похоже, она поздно спохватилась и уже не сможет обуздать свои чувства к нему.​

    - Да, - согласилась Санса, направляясь к двери.​

    Ее вдруг охватило неуемное беспокойство. Санса чувствовала, что находится на пределе. Ей бы не помешало еще одна таблетка, но их, вероятно, не стоит принимать так часто. Санса вновь присела на подлокотник дивана; на Станниса она старалась не смотреть. Она заметила, что Давос с любопытством поглядывает на них обоих, но списала это на проделки собственного воображения, распаленного чувством вины.

    - Уже поздно, - сказал Станнис коллегам. – Давайте ляжем спать, а разговор продолжим завтра. Гендри, пожалуйста, отвези мисс Стоун домой.​

    Опередив Гендри, Санса произнесла:

    - В этом нет нужды. Люди моего дяди будут ждать меня снаружи.​

    - Хорошо, в таком случае, Гендри проводит вас до машины, - продолжил Станнис, когда Гендри подал Сансе пальто. – Передайте Бейлишу, что нам нужен список членов советской делегации, присутствовавших на прошлогодней конференции в Женеве. Ему будет нетрудно достать такой документ. Полагаю, ему неизвестно имя компаньона Транта, раз он не проинформировал нас. Возможно, вам удастся выяснить степень его осведомленности по данному вопросу?​

    Санса уловила нотку подозрительности в голосе Станниса.

    - Я не думаю, что он в курсе этого. Однако я уже высказала свое мнение насчет того, насколько Петир заслуживает доверия. Я попытаюсь выяснить все, что только смогу.​

    Станнис кивнул.

    - Завтра мы снова поужинаем вместе, и вы расскажете мне обо всем, что вам удастся узнать. Встретимся здесь, в восемь часов вечера. Спокойной ночи, Алейна.​

    - Спокойной ночи.​

    Натянув отороченные мехом перчатки, Санса позволила Гендри проводить ее и заставила себя не оглядываться на Станниса.

    *** ​

    После того, как она ушла, Станнис повернулся к Мелисандре.

    - У вас остались связи в Москве? Информаторы, на которых можно положиться?​

    Стряхнув пепел с сигареты, Мелисандра поразмыслила немного и ответила:

    - Да, я знаю человека, который может оказать нам содействие.​

    - Попросите его раздобыть список членов той делегации. Второй источник информации мне бы не помешал.​

    - Проверим, насколько лоялен Бейлиш? – Улыбнулась Мелисандра. – Это мудрое решение.​

    - Как насчет Сансы Старк? – Спросил Давос. – Вам удалось выяснить, почему она передала нам ту записку?​

    - Нет, - признался Станнис. – Она отвечала уклончиво на все мои вопросы.​

    - Стоит ли нам доверять ей?​

    - Пока нет.​

    Хотя Станнису очень не хотелось признавать это, он сомневался в том, что Санса Старк достойна доверия. Он мысленно дал себе пинка за то, что не устоял перед ее чарами. Да, она невероятно привлекательна, а он никогда не вел монашеский образ жизни. Однако их отношения были частью текущей операции, а Станнис обычно оценивал беспристрастно даже тех, кто ему нравился. Санса казалась искренней и вела себя так, словно ей приятна его компания, но все это могло оказаться обманом. Если доверие к ней станет ошибкой, это, вполне возможно, будет стоить жизни не только самому Станнису, но и его коллегам.

    - При взаимодействии с мисс Старк мы по-прежнему будем держаться начеку. Не сообщайте ей информацию, которую вы не хотели бы довести до сведения наших противников. Нам нужно убедиться в искренности мисс Старк, причем сделать это необходимо как можно скорее.​

    - Я могла бы попросить моего информатора собрать о ней сведения, - предложила Мелисандра.​

    - Кто он такой? Вы полагаете, что он имеет доступ к закрытой информации такого рода? – Недоверчиво спросил Станнис.​

    - Его внедрили в Центральный Комитет Коммунистической партии. Он вхож в кабинет Генерального секретаря, - объяснила Мелисандра, улыбнувшаяся, когда Станнис поднял бровь. – Я не знаю, как его зовут на самом деле, и мы никогда не встречались, но его кодовое имя – Варис. Думаю, он сможет предоставить нам нужные сведения как о Сансе Старк, так и о судьбе ее отца.​

    - С чего вдруг Варис станет помогать нам? Ему-то какая выгода от этого? – Нахмурившись, спросил Давос.​

    - Скажем так, он мой должник, - загадочно ответила Мелисандра. – Если сведения окажутся важными, он, возможно, попросит об ответной услуге. Вариса, главным образом, заботит собственная выгода, однако он охотно идет на сделки. К сожалению, сбор таких сведений требует времени.​

    - Время не на нашей стороне, - вздохнул Станнис. – Свяжитесь с Варисом как можно скорее. Посмотрим, что из этого выйдет. Давос, мы сможем пронести оружие на дачу? Нас наверняка обыщут.​

    - Мы могли бы сделать это двумя способами, - подавшись вперед, ответил Давос. – Можно подкупить человека, работающего в поместье, чтоб он пронес туда оружие и спрятал то в тайнике. Но я бы не назвал этот способ наилучшим.​

    - Почему?​

    - Жители провинциальных городков на виду друг у друга. Боюсь, попытка подкупа работника, наверняка живущего неподалеку от поместья, не останется незамеченной. Вдобавок, местные жители, скорее всего, не предадут человека, регулярно берущего их на работу.​

    - Значит, этот вариант отпадает, - задумчиво поджав губы, констатировал Станнис. – Может быть, один из нас выдаст себя за курьера? Допустим, он привезет из Минска какие-то товары, которые нельзя заказать по соседству?​

    - Это может сработать, но риск велик. Так называемому курьеру едва ли удастся незаметно спрятать оружие. По-моему, это слишком опасная затея.​

    Станнис кивнул в знак согласия.

    - А второй способ?​

    - Мы сами пронесем туда оружие. Трант хочет, чтоб мы встретились с ним и вместе поехали на дачу. В одной машине мы все не поместимся, а значит, нам потребуется собственный автомобиль. Мы можем спрятать оружие в нем.​

    - А как же обыск? Они не позволят нам сесть в машину, битком набитую пистолетами, - возразил Станнис.​

    - Мы тщательно спрячем пистолеты. Так, чтобы их не нашли. Куда сложнее будет забрать их, когда мы окажемся на даче. Машину явно загонят в гараж и не оставят без присмотра. Но я подумаю об этом и решу проблему до субботы, - пообещал Давос.​

    - Что ж, тогда я предлагаю отправиться на боковую. Нам всем предстоит трудный день.​

    Когда они вышли в коридор, и Мелисандра с Гендри скрылись в своих спальнях, Давос коснулся ладонью руки Станниса.

    - Между вами и Сансой Старк произошло что-то такое, о чем я должен знать? – Спросил он, нахмурив брови.​

    Станнис обомлел, но не стал отводить глаза.

    - Ничего такого, о чем тебе стоило бы беспокоиться, - честно ответил он.​

    Убрав руку, Давос произнес более добродушным тоном:

    - Я все понимаю. Она вам нравится. Вы ей сочувствуете. Черт возьми, я тоже. Ей, должно быть, пришлось нелегко. Она осиротела и стала подопечной этого мерзавца, ее так называемого дяди. Но если вы не просто сочувствуете ей… - Помедлив, чтоб Станнис понял его намек, Давос продолжил: - Меня беспокоит все, что может повлиять на эту операцию.​

    - Как бы я ни относился к Сансе Старк, мои чувства не повлияют на операцию. Даю тебе слово, - поклялся Станнис.​

    Давос кивнул и ушел в свою комнату. Станнис, оставшийся в коридоре, тщетно пытался забыть о том, как целовался с Сансой Старк на кухне.
    --- Склейка сообщений, 4 сен 2016 ---
    ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
    Четверг, девятое декабря 1965 г. – Минск, Белоруссия

    - Вы назвали мне все имена из списка? Вы в этом уверены? – Недоверчиво спросил Станнис.​

    Они с Сансой сидели на небольшом двухместном диване, задвинутом в самый угол тускло освещенной комнаты отдыха. После ужина Санса предложила спутнику перебраться туда из главного зала ресторана, чтоб выпить кофе в более приватной обстановке. К тому же, это позволяло им говорить свободно и подкрепляло легенду об их романе. Санса была совсем не против того, что Станнис обнимает ее одной рукой, а их ноги соприкасаются. Девушку раздражала резкость Станниса, но она поневоле заметила, как красивы его глаза, поблескивающие в мягком свете свечей. Взгляд агента был пристальным.

    - Я выучила список наизусть, как велел Петир. Других имен там не было, - заверила Станниса Санса.​

    - Он казался удивленным, когда вы сообщили ему о компаньоне Транта?​

    - Петир умело скрывает свои чувства. Он не казался удивленным, но я и не ожидала ничего другого. Он сделал вид, что заинтригован.​

    Санса и Станнис уже обсуждали это. Она подробно рассказала агенту о том, как отреагировал Петир на ее отчет о встрече с Трантом. Правда, Санса умолчала о том, что Петиру известно (со слов Сандора) об их со Станнисом поцелуе в парке. Петир похвалил ее, сказав, что она отлично справилась с заданием. «Думаю, ты его очаровала, - рассудил Бейлиш. – Теперь он уязвим, дорогая». Об этом Санса тоже не стала упоминать.

    - Вы уверены в том, что эта информация точна? – Продолжил Станнис, повторяя вопрос, который уже задавал.​

    - Я выучила тот список, который дал мне Петир. Я не знаю, насколько честную игру он ведет с вами. Говорю же, он сообщает мне только то, что считает нужным. В этом вы с ним похожи, - огрызнулась Санса.​

    Она устала от расспросов и, в то же время, чувствовала себя виноватой. Будь на то ее воля, она не стала бы ничего утаивать от Станниса. Сансе хотелось рассказать ему всю правду и поклясться в верности, но она не могла пойти на такой риск. Операция американцев вполне могла закончиться полным провалом, но мысль о том, что ей придется предать их, с каждым днем беспокоила Сансу все сильнее. Она удивилась, когда Станнис нахмурился.

    - Я совершенно не похож на Петира Бейлиша, - возразил он. – Ума ни приложу, почему вы решили сравнить меня с ним. По-вашему, я человек такого сорта?​

    У Сансы подвело живот так, словно она взмыла вверх на карусели. Такое случалось с ней всякий раз, когда Станнис был откровенен или показывал, что чувствует на самом деле. Неужели она вправду оскорбила Станниса или даже ранила его чувства, когда сравнила с Петиром?

    - На мой взгляд, вы оба пытаетесь использовать меня в своих интересах и не доверяете мне всецело, - честно ответила Санса, позволяя Станнису заглянуть под ее маску. – Станнис, я стараюсь изо всех сил. Я думала, что прошлой ночью доказала свою верность вам. Когда вы, наконец, перестанете ставить под сомнение каждое мое слово и просто поверите мне?​

    - Почему вы считаете, будто я не верю вам? – Спросил Станнис, но отвел глаза и, тем самым, выдал себя с головой.​

    Подняв руку, Санса провела накрашенным ногтем по контуру его челюсти, покрытой жесткой вечерней щетиной. Станнис вздрогнул и посмотрел ей в глаза. Санса медленно провела пальцем по его шее, потом придвинулась к нему, подняла другую руку и принялась развязывать галстук Станниса.

    - Вы всегда держитесь так скованно и официально, что больше похожи на полицейского, чем на любовника. Я хочу, чтоб вы расслабились и поговорили со мной откровенно, но мы, похоже, доверяем друг другу лишь в те минуты, когда целуемся.​

    Дыхание Станниса стало прерывистым. Подняв голову, Санса заметила, что он не сводит глаз с ее губ. Воспользовавшись моментом, она быстро провела по губам языком.

    - Вы поверили мне, когда я сказала прошлой ночью, что мне нравится целоваться с вами? – Прошептала Санса. – Что мне нравится быть вашей любовницей?​

    Дыхание Станниса – теперь-то уж точно прерывистое – согревало ее рот.

    - Но ведь вы не… - Пробормотал он, когда их лица сблизились еще на дюйм.​

    - Я не?.. – Улыбнулась Санса, затрепетавшая от возбуждения.​

    - …моя любовница, - произнес Станнис, склоняя голову набок и чуть размыкая губы, касавшиеся рта Сансы.​

    - Жаль, - выдохнула она, когда их губы слились.​

    Санса закрыла глаза и позволила себе не думать ни о чем, полностью отдалась чувственному наслаждению. Растворилась в этом поцелуе. Она забыла о притворстве, об инструкциях Петира, о побеге, который планировала. Она и Станнис были одни в целом мире. Забыв о сдержанности, они жадно, с нарастающим пылом, исследовали рты друг друга. Язык Станниса проник в рот Сансы, когда она разомкнула губы, и все ее тело объяла истома. Жар разливался по ее животу и промежности. Неудовлетворенное желание, сжигавшее ее изнутри, заставило Сансу застонать. Прижавшись к Станнису, она запустила руки ему под пиджак и принялась скрести сквозь рубашку его спину. Мускулы Станниса были твердыми и напряженными. Он зарычал от удовольствия, когда Санса начала разминать их, точно кошка, теребящая лапами одеяло. Санса хотела большего, гораздо большего. Она чувствовала, что желание Станниса тоже нарастает. Он прижимал Сансу к себе, стискивал руками ее обнаженные плечи. Его сильные пальцы не впивались в нежную кожу девушки, но были так напряжены, что Санса понимала – деликатность дается ему с трудом.

    Глаза Сансы распахнулись, когда неподалеку раздался шум. Задребезжали нити бус на входе в комнату отдыха, и кто-то прочистил горло. Станнис отстранился от Сансы, убрал руки с ее плеч и отвернулся. На его лице промелькнула досада, когда он выпрямился и увидел Давоса с Мелисандрой.

    - Простите нас за то, что мы вам помешали, - произнес Давос так непринужденно, словно не застиг Станниса и Сансу врасплох. – Однако у нас есть новости.​

    Когда Давос и Мелисандра сели на соседний диван, Санса заметила, что рыжеволосая женщина улыбается ей. Сансе даже показалось, что в необычных глазах Мелисандры промелькнуло восхищение. Давос, напротив, выражал неодобрение всем своим видом. Задержав взгляд на Станнисе, он посмотрел на Сансу. Потом вновь взглянул на Станниса. Санса смутилась и почувствовала себя лишней, когда вдруг поняла, что Давос безмолвно спрашивает у Станниса, можно ли говорить откровенно при ней. Коллеги Станниса до сих пор сомневались в ней, хотя она изо всех сил старалась расположить их к себе.

    - Я уйду, если вы этого хотите, - произнесла она ледяным тоном.​

    Посмотрев на Станниса, Санса заметила, что мужчина, страстно целовавший ее пару минут назад, вновь превратился в агента Баратеона – холодного, невозмутимого и здравомыслящего профессионала.

    - В этом нет необходимости, - ответил Станнис. – Давос и Мелисандра не пришли бы сюда, если бы ваше присутствие было для них проблемой. Итак, что вы узнали?​

    Мелисандра заговорила первой.

    - Варис связался со мной. Ему удалось достать список членов делегации, присутствовавших на женевской конференции.​

    Санса нахмурилась и повернулась к Станнису, однако он разом отмел все ее невысказанные претензии.

    - Мне нужно было удостовериться в том, что Бейлиш действительно сотрудничает с нами. Это не означает, что мы не доверяем вам, Алейна. Пожалуйста, назовите Мелисандре и Давосу фамилии, которые были в списке Петира, и мы посмотрим, совпадет ли эта информация с данными, полученными из другого источника.​

    Санса кивнула и снова огласила список членов делегации. Когда она замолчала, Мелисандра и Давос выжидательно посмотрели на нее, потом переглянулись и, наконец, повернулись к Станнису.

    - Ну, и? – Вопросительно произнес Станнис, поскольку его коллеги явно располагали дополнительными сведениями.​

    -В списке Вариса было на одну фамилию больше, - ответил Давос. – Других расхождений нет.​

    - Кого не было в первом списке?​

    - Тайвина Ланнистера.​

    Лицо Станниса застыло, он словно бы онемел на мгновение. Потом его глаза сузились, а вид стал крайне встревоженным.

    - Вы в этом уверены?​

    - Да, - ответила Мелисандра. – Сейчас мы проверяем криминальное и финансовое прошлое всех членов советской делегации, но уже ясно, что Петир Бейлиш не включил в свой список Тайвина Ланнистера. Возможно, он сделал это без заднего умысла, по ошибке. Алейна, вы когда-либо слышали об этом человеке?​

    - Нет. Я никогда не встречалась с ним и не слышала о нем от Петира, - покачала головой Санса, не сводившая глаз со Станниса. Тот явно был потрясен; что-то здесь не так.​

    - Я его знаю, - наконец, процедил Станнис сквозь сжатые зубы.​

    - Знаете? – Переспросил Давос, глаза которого расширились. – Откуда? Кто такой Тайвин Ланнистер?​

    - Ланнистер – это проблема, - буркнул Станнис. – Очень серьезная проблема.​

    ***

    - Я ничего не понимаю. Как вы могли познакомиться с Тайвином Ланнистером?​

    Этим вечером по комнате расхаживал Давос. Станнис молчал до тех пор, пока они не оказались в квартире, так что его спутникам оставалось только гадать, почему он так расстроен. Едва они переступили порог, Станнис сказал: «Ланнистер знает меня». В настоящий момент он спокойно сидел на диване рядом с Сансой и смотрел на ковер так пристально, словно тот был кладезем мудрости. Давос мерил комнату шагами и засыпал патрона вопросами. Мелисандра курила, Гендри смотрел в окно; оба терпеливо ждали объяснений.

    - Это было в Берлине, после войны, - ровным тоном начал Станнис. – Советы, укрепившие свою позицию в городе, пытались вытеснить оттуда союзников. ЦРУ тогда еще не учредили официально, и я работал на военную разведку. Высшие чины этого ведомства организовали встречу представителей противоборствующих сторон, чтоб прийти к соглашению с Советами и положить конец оккупации западного Берлина.​

    - Все это документировано. В конце концов, советские войска покинули западную часть города, - перебил Станниса Давос. – В секрете это не держалось.​

    - В отличие от условий соглашения, - продолжил Станнис. – Союзники взяли под арест нескольких нацистов, которых хотели заполучить Советы. Наши полагали, что Советы пойдут на уступки, если мы передадим им этих военнопленных.​

    - Почему к делу привлекли ваше ведомство? Такие соглашения больше по части дипломатического корпуса, чем военной разведки, верно? – Спросил Давос.​

    - Речь идет об ученых. О физиках, - Станнис поднял голову и посмотрел в глаза Давосу.​

    - Бомба?​

    - Да, - мрачно подтвердил Станнис. – Немцы пытались создать атомную бомбу до того, как это сделаем мы. Им не удалось опередить нас, но Советы очень интересовались их разработками в этой области. Советам были нужны те физики.​

    - Наши расстались с теми умниками вот так запросто? – Недоверчиво спросил Давос. – Неужели мы преподнесли бы такой подарок коммунистам?​

    - Ради того, чтоб уберечь от них половину Берлина и, возможно, всю Западную Германию? Я бы не стал к этому призывать, но согласился, не раздумывая. Высшие чины, имеющие вес в правительстве, хотели заключить такую сделку.​

    - А причем тут Тайвин Ланнистер?​

    - На той встрече Советы представляли несколько офицеров и комиссар. Он был птицей совсем другого полета. Вид у него был почти царственный. Офицеры Красной Армии обычно неотесанны, неряшливы и куда менее дисциплинированны, чем, скажем, эсесовцы. Такими были офицеры, участвовавшие в переговорах, но только не комиссар. Высокий и статный, он был одет безукоризненно, а его туфли были начищены до зеркального блеска. Его холодные глаза светились умом, а взгляд был таким цепким, что казалось – этот человек может прочесть чужие мысли. Я никогда его не забуду. Его представили как Тайвина Титосовича Ланнистера. Среди советских представителей он был главным.​

    Минуту все молчали, а потом Мелисандра нарушила тишину:

    - Его представили вам? Он знает, как вас зовут?​

    Станнис понял, к чему она клонит, и кивнул.

    - Я знаю, что у вас на уме. Нет, моего имени ему не называли. Я был мелкой сошкой, помощником генерал-майора. Я держался в тени, помалкивал и снабжал участников переговоров сведения о военнопленных, когда это требовалось.​

    - Значит, есть шанс, что он не запомнил вас, - заключил Давос. – Но стоит ли нам полагаться на этот шанс?

    - Можно подумать, у нас есть выбор, - нахмурившись, сказала Мелисандра. – Трант уже встречался со Станнисом. Мы не можем ни заменить, ни загримировать его. Либо мы все срочно переигрываем, либо действуем по плану, вопреки тому, что Ланнистер может разоблачить Станниса.​

    - Мы могли бы пересмотреть план, хотя это опасная затея, ведь операция в самом разгаре, - заметил Станнис.​

    - Так ли уж это важно? – Сказала Санса, молчавшая, пока агенты обсуждали ситуацию. Все сразу сосредоточили на ней внимание.​

    - Что вы имеете в виду? – Нетерпеливо спросил Станнис. – Если меня разоблачат, мы провалим операцию, и нас, в лучшем случае, арестуют.​

    - Если Тайвин узнает вас, вы вполне можете сказать, что были офицером в ту пору, но потом разочаровались в правительстве и продажных чиновниках. Со временем вы могли прийти к выводу, что криминальный бизнес более прибылен, чем государственная служба. Это объяснило бы ваш союз с бандитами и террористами. Люди меняются. Вы тоже могли измениться за двадцать лет.​

    Станнис посмотрел на Сансу и невольно улыбнулся. Ему вдруг страстно захотелось поцеловать ее, однако он сдержал неуместный порыв и заставил себя перевести взгляд на Давоса и Мелисандру. Идея Сансы им явно понравилась. Посмотрев на Гендри, Станнис увидел, что он тоже улыбается. Санса произвела впечатление на его команду. Станнис сам не знал, почему это так важно для него.

    - Это решение настолько очевидно, что мы умудрились проглядеть его. Спасибо вам, Алейна, за свежий взгляд на ситуацию. Вы показали нам, что мы сосредоточили все внимание на деревьях и не заметили за ними леса.​

    Санса посмотрела Станнису в глаза и, как ему показалось, слегка покраснела, а потом отвела взгляд. Ему захотелось остаться с ней наедине. Побудить ее к откровенности; заставить рассказать о том, что она утаивает от него. Станнис чувствовал, что ей самой этого хочется. Он убедился в этом, когда Санса поцеловала его в комнате отдыха. Она не притворялась, никто не смог бы играть так искусно. Санса могла обманывать его на словах, но глаза выдавали ее. Если бы они только могли остаться наедине. К сожалению, сейчас у него не было на это времени.

    - Что ж, это решает дело. Голосую за поездку на дачу и встречу с Ланнистером, - сказал Давос.​

    - Я согласна, - прибавила Мелисандра; Гендри кивнул.​

    Потом все трое посмотрели на Станниса.

    - Хорошо, будем действовать по плану. Даю отмашку, - объявил Станнис. – Однако нам нужно многое сделать до субботы. Необходимо собрать как можно больше информации о Тайвине Ланнистере. Мелисандра, вы можете в последний раз связаться с Варисом?​

    Мелисандра улыбнулась.

    - Да, но, думаю, на этот раз его услуги обойдутся нам недешево.​

    - Свяжитесь с ним и держите меня в курсе дела, - распорядился Станнис, а затем переключил внимание на Давоса. – Что насчет оружия?​

    Прежде чем тот ответил, Санса вдруг встала и произнесла:

    - Мне пора домой. Петир удивится, если я не вернусь в скором времени.​

    Станнис нахмурился, поскольку Санса стала вести себя иначе. Несколько минут назад, когда они говорили о Тайвине Ланнистере, она казалась задумчивой и невозмутимой, а теперь выглядела взволнованной, нервно теребила ремень сумочки и слишком уж стремилась поскорее уйти.

    - Что-то не так? – Язвительно спросил Станнис.​

    Санса оставила сумочку в покое и покачала головой.

    - Нет, все в порядке. Я хочу обсудить это с Петиром. Вы хотите, чтоб я спросила его, знаком ли он с Тайвином Ланнистером?​

    Станнис окинул Сансу испытующим взглядом, но решил не давить на нее. Возможно, она просто устала. Они все устали.

    - Да, конечно, а завтра мы это обсудим.​

    Санса кивнула, а потом позволила Гендри помочь ей надеть пальто. Когда она направилась к двери, Станнис окликнул ее:

    - Алейна, прежде чем вы уйдете…​

    - Да?​

    - Не спускайте с Бейлиша глаз, когда будете рассказывать ему о Ланнистере. Последите за его реакцией.​

    Санса кивнула, и Станнис, поддавшись порыву, прибавил:

    - Будьте осторожны.​

    Санса посмотрела – пожалуй, в ее глазах промелькнула печаль, - на него и произнесла:

    - Я всегда осторожна.​

    ***

    Когда Санса вернулась домой, Петир работал в своем кабинете. Настольная лампа осветила его лицо, когда он поднял голову и посмотрел на племянницу. Прежде чем Петир начал расспрашивать ее, Санса извинилась и поспешила в туалет. Она чувствовала, что ее сейчас вырвет.

    Санса склонилась над раковиной, ухватившись за нее дрожащими руками, и изрыгнула струйку горькой жидкости. Ничего другого в ее желудке не было; она так нервничала, что едва притронулась к ужину. Во время рандеву со Станнисом и общения с его командой она сохраняла самообладание только благодаря таблеткам. Теперь ей была нужна новая доза. В последние дни Санса принимала их реже, чем обычно, чтоб сохранять ясность ума. Таблетки помогали ей расслабиться, но от них ее клонило в сон.

    Санса быстро умылась и промокнула лицо полотенцем. Через пару минут сюда явится Петир, чтоб узнать, в чем дело. Все дело было в открытии, которое она сделала незадолго до того, как покинула квартиру американцев. Оно было причиной всего этого: тошноты, учащенного сердцебиения, паники. Санса поняла, кто такой Тайвин Ланнистер, когда вспомнила подслушанный телефонный разговор. Неужели это было только вчера? Казалось, с тех пор прошли годы. «Нет, конечно же, нет. Нет ни единого шанса, что он догадается о связи между нами. Меня там не было». Именно эти слова произнес Петир, когда разговаривал по телефону с тем, кого назвал бывшим коллегой из Москвы. Теперь Санса подозревала, что он имел в виду Тайвина Ланнистера. Все сходится! Вряд ли такое совпадение по времени может оказаться случайным. В тот же день, когда Петир связался с таинственным коллегой из Москвы, генерал Трант упомянул о своем московском компаньоне, который, по чистой случайности, оказался высокопоставленным чиновником из комитета по утилизации радиоактивных отходов. «Меня там не было». Под «там» явно подразумевался Берлин.

    Петира не было в Берлине, зато там был Тайвин Ланнистер. Если она права, и Петир действительно ведет дела с Тайвином Ланнистером, это означает… стоило Сансе подумать об этом, как ее желудок вновь сжался. Это означает, что Петир уже предал американцев. Он с самого начала собирался подставить Станниса. Санса не исключала возможности, что Петир играет против американцев, и думала, будто готова к такому повороту событий, но лишь сегодня поняла, насколько это ей небезразлично. Ей становилось физически плохо при одной мысли о том, что американцам грозит опасность. Станнису грозит опасность. Вопрос лишь в том, почему это ее так волнует – потому, что его гибель положит конец ее надеждам на побег, или потому, что она влюбилась в него.

    Однако времени на раздумья у нее не было, поскольку из коридора донесся шум. Петир идет. Порывшись в сумочке, Санса поспешно вытащила баночку с таблетками. Когда она открыла ту, у нее екнуло сердце: осталось всего четыре таблетки! Она не может принять их сейчас, ведь они точно понадобятся ей на даче. Сердце Сансы вновь забилось чаще, а ладони стали влажными, хотя она только что вытерла руки. Думать об этой проблеме ей тоже было некогда, ведь шум шагов становился все громче. Закрыв сумочку, Санса распахнула дверь и слабо улыбнулась Петиру, который был на полпути к туалету.

    - Что-то не так, Алейна? – Хмурясь, спросил он. – Вечер в компании Баратеона не задался?​

    - Со мной все хорошо. Правда, меня немного подташнивает. Наверное, я просто перенервничала.​

    Петир вгляделся в ее лицо, но, похоже, не заметил ничего подозрительного.

    - Отлично, тогда пойдем в кабинет. Расскажешь мне обо всем. Я велю Сандору принести нам чай.​

    Когда Петир отошел в сторону, Санса прибавила как бы невзначай:

    - Я хотела принять одну из тех таблеток, которые вы мне дали, чтоб мне лучше спалось, но они почти кончились. Вы не могли бы позвонить утром доктору Пицеллю и попросить у него еще таблеток?​

    Петир отвел ее в кабинет и усадил за стол, потом переложил с одного места на другое несколько документов. Санса решила, что он намеренно тянет с ответом. Что ж, она подождет, не станет показывать ему, насколько ей нужны эти таблетки. Она не доставит Петиру такого удовольствия. Наконец, он ответил:

    - Конечно, дорогая. Утром я сразу же позвоню ему. А теперь расскажи мне обо всем. Баратеона устроил тот список, который я достал?​

    Санса понимала, что должна подбирать следующие слова тщательно. Следуя указаниям Станниса, она хотела последить за реакцией Петира. Если она сразу скажет ему, что американцы самостоятельно раздобыли точно такой же список, он мгновенно насторожится. Нужно удивить его.

    - Кто такой Тайвин Ланнистер? – Прямо спросила Санса.​

    Ее уловка сработала – глаза Петира рефлекторно расширились, прежде чем он взял мимику под контроль. Помедлив, он отрывисто хохотнул.

    - Я знал, что они все выяснят, но не думал, что это случится так скоро. Полагаю, пришла пора полностью ввести тебя в курс дела.​

    Сансе пришлось подождать, поскольку в кабинет вошел Сандор, поставивший на стол поднос с чашками и чайником. Отпустив его взмахом руки, Петир налил чаю себе и Сансе, а потом продолжил:

    - Тайвин Ланнистер – важная персона. Возможно, ты уже знаешь, что он возглавляет комитет по утилизации радиоактивных отходов. Тайвин активно содействовал строительству Обнинской атомной электростанции, первой в России. ​

    - Зачем высокопоставленному чиновнику предавать свою страну, сбывая радиоактивные отходы боссу немецких бандитов? – Резко спросила Санса, не пытавшаяся скрыть отвращение.​

    - Алейна, неужели мои уроки не избавили тебя от наивности? Наши чиновники ничем не лучше своих продажных западных коллег. Умные люди используют их. А Тайвин очень умный человек. До Октябрьской революции его семья была богатой и влиятельной. Когда коммунисты пришли к власти, Ланнистеры потеряли все: землю, состояние и так далее. Титос Ланнистер примкнул к коммунистам, чтоб вернуть семье доброе имя, а его сын Тайвин начал заново наживать капитал во время Второй мировой войны. Ему подарили дачу под Минском в награду за то, что он привез из Берлина немецкие разработки в области ядерного оружия, а сотрудничество со мной приносит Тайвину стабильный доход. Разумеется, свои деньги он хранит в иностранных банках. Однако он не забыл о том, что коммунисты уничтожили его семью. Не забыл – и не простил их за это.​

    - Это с ним вы разговаривали по телефону? Он знает, что Станнис – американский агент? – Санса пыталась говорить непринужденно, но у нее это не получалось. Пригубив чай, она поставила чашку на блюдце. Та звякнула, поскольку у Сансы дрогнула рука.​

    Петир нахмурил брови, помедлил, а потом сказал:

    - Да, он знает.​

    - Вы предали их, - прошипела Санса.​

    - Тайвин Ланнистер – мой деловой партнер. Алейна, ты же знала, что это может случиться. Я говорил тебе, что я – на нашей стороне. Нам выгоден провал американцев. Поставки сырья на Запад приносят огромный доход, а Станнис Баратеон пытается положить этому конец. Вдобавок, Тайвин должен благоволить нам. Он не только влиятельный политик, он еще и вдовец.​

    Лишь сейчас Санса вспомнила о том, что еще сказал ей Петир. Прежде она об этом не задумывалась, поскольку полностью сосредоточилась на опасности, грозящей Станнису. «Ты с ним незнакома, но вскоре я представлю вас друг другу. От него, во многом, зависит наше будущее». Все ясно, Петир хочет выдать ее замуж за Тайвина Ланнистера! Мысль об этом превратила кровь Сансы в лед. Она почувствовала, что у нее похолодели щеки. Наверное, она побледнела, раз Петир поспешно продолжил с напускной беспечностью:

    - Я познакомлю тебя с ним, когда мы приедем на дачу. Несомненно, он, как и все прочие мужчины, заинтересуется тобой.​

    - Вы поедете с нами на дачу? – Задала глупый вопрос Санса, ошеломленная откровениями Петира.​

    - Да, конечно. Ты не справишься в одиночку с таким важным делом. Не тревожься, я обо всем позабочусь. Детали мы можем обсудить позже. Полагаю, ты уже заручилась доверием Баратеона, и он, думаю, ничего не заподозрит, пока не станет слишком поздно. А теперь ложись спать, дорогая. У тебя был трудный день, тебе нужно отдохнуть. Утром мы продолжим этот разговор.​

    Санса молча кивнул и вышла, проигнорировав самодовольную улыбку Петира. Она знала, что не сможет заснуть этой ночью, но не осмеливалась принять последние таблетки. Они понадобятся ей в субботу, когда она встретится со Станнисом и вновь будет лгать, глядя ему в глаза. Спасти его она все равно не сможет. От нее никогда не было никакого толку. Собственная слабость больше не имела для Сансы значения. Все бессмысленно, раз победу одержит Петир.
     
  18. Чебурашка

    Чебурашка Ленный рыцарь

    Вот был бы это Сандор а не Станнис каментов было б в 2 раза больше