1. Внимание! Отдельные фанфики могут иметь рейтинг 18+. Посещая этот раздел, вы гарантируете, что достигли 18 лет. Все персонажи фанфиков, вовлеченные в сцены сексуального характера, являются совершеннолетними с точки зрения законов РФ.
    Полезная информация для авторов: Правила оформления фанфиков (читать перед размещением!) Бета-ридинг
    И для читателей: Поиск фанфиков по ключевым словам Рекомендации и обсуждение фанфиков
    Популярные пейринги: СанСан Трамси
    Популярные герои: Арья Старк Бриенна Тарт Дейенерис Таргариен Джейме Ланнистер Джон Сноу Кейтилин Талли Лианна Старк Мизинец Нед Старк Рамси Болтон Рейегар Таргариен Робб Старк Русе Болтон Сандор Клиган Санса Старк Серсея Ланнистер Станнис Баратеон Теон Грейджой
    Другие фильтры: лучшее не перевод перевод юморвсе
    Игры и конкурсы: Минифики по запросу Флэшмоб «Теплые истории»Шахматная лавочкаНовогодний Вестерос или Рождественское чудо

Джен Фанфик: Незначительная фигура

Тема в разделе "Фанфикшн (в т.ч. 18+)", создана пользователем Фрерин, 4 июл 2017.

Ключевые слова:
  1. Фрерин

    Фрерин Наёмник

    Название: Незначительная фигура
    Фандом: сага
    Автор: Фрерин (МТА)
    Бета: Altra Realta, Бешеный Воробей
    Категория: Джен
    Размер: Макси
    Пейринг/Персонажи: Новый персонаж, Ренли Баратеон, Станнис Баратеон, Варис и другие
    Рейтинг: R
    Жанр: AU, драма
    Предупреждения: есть "попаданец"
    Краткое содержание: Оказаться в чужом мире само по себе не сахар, а уж в негостеприимном и жестоком "Мире льда и пламени", где смерть ходит в шаге от каждого героя - вдвойне.
    А что делать, если ты оказался в теле совсем незначительной фигуры?

    Попаданец в Яноса Слинта, командующего "Золотыми плащами" - городской стражи Королевской гавани.

    Дисклеймер: всё принадлежит Мартину.
    Статус: в процессе
     
    Snow Castle и заклепкометрист нравится это.
  2. Фрерин

    Фрерин Наёмник

    Глава I

    Шесть шагов до стены — и шесть шагов назад, до окна. Посмотреть на город - и снова назад, снова шесть шагов. Меня переполняют энергия, желание что-то делать… И я хожу, успокаиваю себя.

    Не время суетиться. Иногда стоит действовать согласно пословице - «семь раз отмерь, один раз отрежь». Главное сейчас не ошибиться. Иначе быстро стану на голову короче.

    Прежняя жизнь мне нравилась больше. Обычный молодой холостяк. Работа-дом, работа-дом, отпуск, море… Бытовой комфорт, полная определенность с планами. Найти жену, завести детей, посадить дерево. В свободное время смотрел аниме, читал фантастику и фэнтези, а когда не хватало оригинальных произведений, приступал к фанфикам.

    Теперь же… Теперь я не знаю, доживу ли до завтра.

    Мне не повезло стать «попаданцем». Я читал про людей, которые оказываются внезапно в чужом мире или даже чужом теле — как в прошлом, так и в вымышленных мирах, но никогда не думал, что меня ждет та же участь. Не знаю, кто или что надо мной пошутил — но теперь я живу в Вестеросе… Век бы его не видеть!

    Нет, пожалуй, посмотреть выдуманный мир — это очень неплохо. Пройтись по Королевской гавани, посмотреть на обитель королей, черепа драконов, на Старков, посетить Септу Бейелора… Одно дело читать книги, а другое видеть все вживую. Я смотрел сериал, но продюсеры страшно сэкономили на декорациях. В сериале все очень блекло, серо, не показано даже приблизительно буйство красок, разнообразие и яркость нарядов… Даже золотые плащи городской стражи в сериале совсем не золотые!

    Кстати, я немного покопался в доставшейся мне от Слинта памяти и понял – вокруг книжная реальность. Сериал и книга похожи, особенно в первом сезоне, но с самого начала авторы сценария завысили возраст персонажей. В сериале Дейенерис взрослая девушка, а здесь ей примерно двенадцать – Драконий камень взяли ровно столько лет назад. Да и Эддард Старк не похож на Шона Бина. Может, ему повезет?

    Вестерос - поразительное зрелище. Королевская гавань - город контрастов. Серость, пыль, грязь — и яркие наряды людей, даже бедняки стремятся носить что-то яркое, хоть заплатку. Убогие лачуги, трущобы африканского города — и рядом величественные стены твердыни Мейегора, поражающие воображения развалины Драконьего логова, изумительной красоты Септа Бейелора…

    Только вот мне выпал не туризм, не прогулка с фотоаппаратом по достопримечательностям, а эмиграция. А это совсем иное дело.

    Могло быть хуже. Я, по крайней мере, не Робб Старк при въезде в Близнецы и не Джоффри на собственной свадьбе, не Эддард Старк на ступенях Септы Бейелора… И даже не Дейенерис Таргариен во время брачной ночи с Дрого.

    Останавливаюсь и нервно смеюсь. Да, хорошо, что я не Дейенерис.

    Мне повезло. Я вселился в человека своего пола и всего на семь лет старше меня реального, мог бы стать и Уолдером Фреем… Маленький, малоизвестный персонаж третьего плана. Кто помнит Яноса Слинта? Кроме кучки фанатов «Игры престолов» — никто.

    У Мартина огромное количество персонажей, в памяти читателей и телезрителей отложились немногие. Старки, Дейенерис, Ланнистеры… Уверен, такие фигуры как Бейлиш или Варис проходят у простых людей как «хитрый мужик» или «лысый хитрый мужик», а Слинт относится к категории «а это вообще кто?». К счастью, я как раз из фанатов и неплохо разбирался в мире льда и пламени, да и память Слинта помогала мне, заполняя пробелы в знаниях, подсказывая факты, которых не было в книгах – или которые были, но я позабыл. Я читал Мартина, спорил на одном фанатском форуме, но не знаю книги наизусть.

    Подхожу к столу и, взяв лист, обмакиваю перо в чернильницу и начинаю выводить на бумаге буквы, постукивая ногой по полу в такт имперского марша из Звездных войн.

    Совершенно секретно

    Личное дело Слинта Яноса, командующего Золотыми плащами.

    Характеристика на члена…

    На минутку замираю, а потом вывожу:

    Казнокрадо-рэкитирской партии Вестероса с 283 года Слинта Яноса

    Истинный болван. Характер вздорный, невыдержанный. С товарищами по работе поддерживает хорошие отношения — все офицеры платят ему дань.

    Безукоризненно выполняет свой служебный долг, если дадут взятку. Беспощаден к врагам тех, кто ему платит. Отличный спортсмен: второе место в чемпионате Королевской гавани по казнокрадству. Женат на хорошем приданом и прилагающейся к нему страшной женщине. В связях, порочащих его, замечен много и часто.

    Будет отмечен благодарностью короля за то, что поможет арестовать Эддарда Старка. За преданную службу королеве Серсее и лорду Бейлишу зачислен Тирионом в ряды Ночного дозора. За неподчинение приказам лорда-командующего уволен из Ночного Дозора через отсечение головы.

    Удивительно, но на бумаге ни одной кляксы, все закорючки местного алфавита выведены идеально ровно. Янос Слинт, как ни странно, умел хорошо писать, отец в прямом смысле слова вбил в него эту науку, а я получил вместе с телом все навыки. Вчера пробовал размяться с мечом и показал неплохие результаты, даже поколотил пару солдат, хотя в прежней жизни владел клинком на уровне Арьи Старк — знал лишь, что нужно колоть острым концом.

    Мне досталось все, что знал и умел Слинт. Я умею говорить и писать на местном языке, не путаюсь, к кому и как обращаться и как кланяться. Помню в лицо и по именам всех бесчисленных знакомых Слинта и его подчиненных.

    Мне тридцать шесть лет — я стал старше на семь лет, тело заплыло жиром, но это не так страшно. Я помню многое из прочитанного в прежней жизни, примерно знаю, что будет в Вестеросе и Эссосе в ближайшие несколько лет… и совершенно не представляю, чем это закончится. «Ветров зимы» я так и не успел дождаться, не говоря уже о последнем томе.

    Я командующий гарнизоном Королевской гавани, у меня под рукой две тысячи плохоньких, но солдат, и обязанность охранять порядок и закон в городе.

    И что мне с этим делать?

    Не знаю.

    Еще хотя бы неделю назад… Или лучше две, окажись я всего на две недели раньше — все было бы иначе, можно было бы попытаться что-то сделать. Но я перенесся в Вестерос вчера, а сегодня, всего час назад, в столицу тайно ввезли короля.

    Роберт Баратеон проехал через городские ворота. Ночью. Не в седле, а в карете мелкого лорда... и возвращался он с охоты, в телеге везли тушу убитого королем кабана.

    Я прекрасно помню сюжет Игры престолов и знаю, что дело идет к буре. А я близь её эпицентра.

    За что мне это? Я был обычным человеком. Никому не делал большого зла, не делал и большого добра. Не занимался научными исследованиями ни в какой секретной лаборатории, не увлекался мистикой… Последние пять лет проработал простым учителем физики. Кому я помешал?

    Миг переноса я не помню. Не помню, что последнее я видел. Наверное, просто заснул над тетрадками. Или я был в сарае, варил стекло? Было у меня такое необычное хобби, делать вещи по старинным технологиям.

    Не знаю, за что мне это… Но я постараюсь выкарабкаться.

    ***
    Наверное, я бы сбежал в Эссос. На Стену ехать мне откровенно неохота, там можно жить, если не дерзить Джону Сноу, но уж слишком холодно. Грядущая война с одичалыми и нашествие живых мертвецов не прибавляет Стене привлекательности, и даже в Дозоре бывают интриги и заговоры.

    Я не смог бы остаться и служить Ланнистерам. Один из первых приказов Серсеи — убить всех бастардов Роберта, а я не подниму руку на ребенка.

    Возможно, я выбрал сторону из-за Арьи и Сансы. Лорд Слинт неоднократно видел дочерей Старка издалека, и я любопытства ради вызвал в памяти их лица — а потом подумал, что же будет с этими девочками потом… И вспомнил о младенце Барре, дочери Роберта, убитой по приказу Серсеи, вспомнил и о прочих ужасах Игры престолов. Наверное, я выбрал сторону из благородства. По крайней мере, мне хочется так думать.

    А может, дело в том, что тогда был всего мой второй день в новом мире? И я все еще не воспринимал окружающую действительность всерьез, для меня Вестерос был еще абстракцией, а рассуждения о том, что делать Яносу Слинту – просто фантазией? Может быть, поэтому я решился на авантюру? Или дело в том, что во мне жила странная и нелепая надежда, что если я поломаю «сценарий», меня вышвырнет обратно?

    Так или иначе, но, приняв величественную позу, я махнул рукой и сказал «жребий брошен». Я поставил себе три цели: выжить самому, сделать лучше Вестерос и по возможности спасти Старков. Но как это сделать?

    Первым делом я постарался вспомнить, что же было в каноне. Потом сложил это со знаниями Слинта… и убедился, что смерть Эддарда Старка очень логична.

    В самом деле…

    Сейчас, примерно в это время, у постели умирающего короля Эддард пишет под диктовку Роберта завещание. Короля мне не спасти, в эту эпоху рана в живот смертельна, здесь нужен хороший хирург с инструментами и лекарствами, а лучше целая больница. Будь хоть пара недель в запасе, я бы попробовал предотвратить встречу короля с кабаном. Роберт Баратеон плох как правитель, но лучше он на троне, чем гражданская война.

    По завещанию регентом при наследнике Роберта должен стать Эддард Старк. Эддард еще, помнится, чуть изменит текст, упомянув вместо «Джоффри» абстрактного «наследника» или как-то так. Сам Старк хочет передать престол Станнису, следующему по очереди из настоящих Баратеонов, а для этого нужно арестовать Серсею, Джоффри и прочих Ланнистеров.

    Беда Старка в том, что у него мало войск. Я позабыл цифру из книги, но память Слинта услужливо подсказывает — меньше сотни человек из Винтерфелла. У Ланнистеров примерно столько же, около сотни солдат и дюжина рыцарей. Сил мало… И очень скоро Эддард решит привлечь к заговору «Золотых плащей», которыми командую я. Сделает это через Петира Бейлиша.

    Старк не учел один маленький нюанс. Станнис это последний человек, кого мы с Бейлишем хотим видеть на троне. Мы оба погрязли в коррупции и казнокрадстве… И нам не нужен патологически честный король, не умеющий прощать. Если Станнис отрубил пальцы Давосу, спасшему его жизнь, за прежние грехи, то чего лишимся мы? Мне дороги все части тела, особенно голова, и Яносу Слинту и Петиру Бейлишу тоже.

    Результат выступления Старка был немного предсказуем. Для всех, кроме Старка. Увы, его талант к интригам можно принять за «абсолютный ноль».

    А мне-то что делать?

    У меня около суток. Старк напишет завещание, поговорит с Бейлишем, Бейлиш съездит ко мне и уговорит действовать вместе, Старк «обрадует» Сансу тем, что они вернутся домой, Санса сбегает к Серсее… Все случится следующим вечером. А может, раньше? Может и раньше. В середине дня или даже утром. Но точно не ночью — на момент ареста Арья была на уроке, а их по ночам не проводят.

    Самый первый план, родившийся в моей голове, был до безобразия прост. Следовать канве книжных событий до самого ареста Старка. И потом скомандовать арестовать не Старка, а Серсею. Раз-два - и в дамки.

    Я немного обдумал план, пофантазировал, что мне делать дальше, как потом подружиться с Мелисандрой или сбежать к Дейенерис…

    - Идиот! - воскликнул я на всю комнату. Пожалуй, слишком громко, за дверью послышалось шебуршание. Надо следить за собой, уже мешаю спать караульному.

    Обмакнув перо в чернила, я быстро нарисовал высокий кол, а на нем свою голову. Вот что меня ждет на самом деле.

    Люди не юниты в компьютерной игре. Недостаточно отдать команду «атаковать», «добывать минералы» или «построить зиккурат», чтобы они засуетились. Надо быть уверенным, что приказ будет действительно выполнен. На этом погорел Эддард Старк — и я чуть не повторил его ошибку.

    У каждого из людей Слинта есть свои интересы, и Станнис на троне или Старк у трона им так же не интересен, как и самому Слинту. Это же одна мафия! Из семи капитанов королевской стражи только один более-менее приличный человек, Джаселин Байуотер, но он предан Баратеонам, а Джоффри официально Баратеон! А простые стражники? Они как минимум заколеблются!

    С одной стороны - приказы королевы, юного короля, авторитет династии и дон Бейлиш. С другой - никому не интересный лорд с далекого севера и я, нелюбимый начальник, которому многие должны денег, и очень многие метят на мой пост… Интересно, мне отрубят голову сразу в тронном зале или подождут до Септы Бейелора? И не устроят ли офицеры драку за право первому всадить нож в мою спину, доказав преданность новому королю?

    Впрочем, солдаты не будут ничего решать. Не успеют. Рядом с Джоффри обычно есть Сандор Клиган… и он отреагирует быстро. Не успею я закончить слова про арест — и моя голова покатится по тронному залу.

    Можно меня поздравить, я побил рекорд Старка по глупостям в интригах. Тщательно надо быть, тщательнее. Как говорила Серсея - «в игре престолов ты либо побеждаешь, либо погибаешь». Третьего не дано.

    А если иначе? Не дожидаться переворота? Прямо сейчас поднять солдат и двинуть на Королевский дворец? Солдат проинструктируем заранее, с офицерами переговорю… Если их убедить заранее, то не будет никакой сумятицы. Бейлиша арестовать сразу - и кляп в рот или голову с плеч…

    Не выгорит. Красный замок — это, как ни странно, замок, быстро его не взять. Правда, на воротах стоят мои люди… Могут и пропустить. Но офицеры не согласятся менять власть. Станнис-король им банально невыгоден. Предложение пойти поштурмовать дворец во имя Станниса приведет лишь к тому, что меня скрутят и отправят в темницу…

    Этот план еще хуже.

    А если заручиться поддержкой кого-то авторитетного? Например, Эддарда Старка, десницы короля. Собрать войско, прикрываясь якобы приказом Старка, двинуть его к дому Эддарда, вытряхнуть его из постели и убедить возглавить? Пусть зачитает завещание, по которому он регент, я пообещаю награду всем подчиненным… И уже совсем иное дело. Уже не «сбрендивший командующий городской стражей отдает странные приказы», а «городская стража выполняет приказ законного десницы», совсем другое в глазах солдат… Главное - дать людям немного времени принять то, что Старк - регент. И теперь даже если Серсея будет что-то орать, все будет ясно — дамочка лезет в регенты против воли мужа, она мятежница… Желательно сразу воткнуть ей в рот кляп, чтобы не подкупила солдат.

    Солдат и офицеров можно обмануть. Мы не отбираем трон у бастарда Джоффри, не отдаем его нелюбимого Станнису. Мы просто помогаем нашему любимого королю Джоффри и деснице взять власть, устранив Серсею. Что потом король поменяется, людям необязательно знать.

    Я невольно улыбнулся и нарисовал другую картину — такой же кол и уже голову Серсеи. Впрочем, художник из меня как балерина. Увидев этот рисунок, Серсея велела бы меня казнить за оскорбление своей персоны… Если бы кто-то сказал ей, что это её голова…

    Послышались шаги, и дверь приоткрылась. В комнату вошла женщина. Старше меня, с неправильным, некрасивым лицом, кривым носом и некрупной обвислой грудью. Моя жена. Стоит ли говорить, что Вестерос не дошел до бритья ног, да и мылись здесь не каждую неделю?

    И не такое большое было приданое… Что же Слинт на неё польстился?

    Не только приданое, тесть занимал неплохой пост. После восстания Роберта я стал капитаном городской стражи, а вот в командующие меня продвинул в том числе этот брак...

    Память вдруг подсказывает вид любовниц Слинта и я слегка вздрагиваю. Толстые, необъятные женщины с усиками и сросшимися бровями… Не мой типаж, совсем не мой.

    - Янос, что происходит?

    - Иди спать! Завтра расскажу.

    Немного твердости в голосе – и жена уходит. Чудеса! Уверен, услышь об этом Слинт, он бы не поверил. Вчера она пыталась меня гонять – как настоящего Слинта, но получила отпор. Видимо, погнутая при ударе об стену поварешка произвела на неё впечатление…

    Я прошелся по комнате и посмотрел на еще темное небо. Сейчас нет и полуночи. Когда все начнется? У меня еще несколько часов, и следует хорошенько обдумать план. Какие у нас минусы?

    Например, не получится подойти с войском к дому Старка перед штурмом Красного замка. Потому что Эддард Старк расположился в этом замке, в башне десницы. А это значит, что у меня будет мало времени на уговоры. Съездить вначале самому?

    В Королевской гавани немало шпионов. Как скоро Варису и Бейлишу доложат, что я поехал к Старку? Король умирает, и тут, несмотря на глубокую ночь, командующий столичным гарнизоном едет к деснице… к которому никогда не ездил. Зачем? Лунатизм? Или они что-то замыслили? Я бы на месте Бейлиша тут же метнулся к городской страже, распропагандировал её, и к моему возвращению это было бы уже не мое войско.

    Получается, что я не могу договориться со Старком заранее.

    Отсюда проблема, что если Эддард Старк решит вести себя не так, как я задумал? Например, откажется распечатывать завещание, мол, только на заседании Малого совета, или возжелает, чтобы мы немедленно дали клятву верности Станнису? Или скажет что-то вроде «Роберт еще жив, и я не хочу омрачать его последние минуты кровопролитием в его доме, приходите позже»? Да самое банальное, увидит солдат у стен крепости, решит, что это переворот, и скомандует своим людям драться?

    Кстати, фразу про последние минуты я где-то слышал.

    Покопавшись в памяти, я пусть и не сразу, но нашел ответ.

    В сериале этого не было. А вот в книге — да, помню. Ренли предложил Старку собрать своих и его людей и немедленно арестовать королеву. Мысль, кстати, здравая — Янос Слинт подсказывает, что несколько десятков воинов Ренли точно найдет, их мало, но это превосходные бойцы, один Лорас Тирелл чего стоит. Тут он настоящий терминатор, как в книге, один из лучших рыцарей Вестероса, несмотря на юность, а не кудрявое нечто из сериала. Не гламурный гей, а настоящий боевой гомосек…

    Воины Ренли, да воины Старка, да плюс внезапность — неплохой шанс побить Ланнистеров. Какой простой и изящный план! Пожалуй, в голове Ренли что-то есть. А вот Старк план отверг, чистоплюй, зато потом побежал к Бейлишу и Слинту. Практически сам себя затащил на эшафот. Интересно, что потом делал Ренли? Где он был при аресте Старка?

    Я этого не помнил, но логика подсказывала, что, скорее всего, Ренли сделал ноги почти сразу после отказа Старка – по крайней мере, потом он объявился в Хайгардене, где женился на Маргери и объявил себя королем. Впрочем, это неважно.

    Не имеет значения, кто и что потом сделал. Сейчас мысли должны быть направлены лишь в одну сторону. Мне нужно организовать переворот, не имея верных людей, союзников и времени.

    Может, это невозможно?

    Может, стоит сыграть в другую игру? Например, чуть позже сбежать из Королевской гавани? С собой для очистки совести прихватить Арью да Сансу, девочек послать на север, а сам - на восток. Где там ныне Дейенерис? Уже овдовела или еще нет?

    План упирается в отсутствие верных людей и возможное противодействие Вариса и Бейлиша. Повяжут в воротах или у причала.

    Или попробовать уговорить Джоффри? Мол, пусть Старк мерзнет на стене в компании насильников да убийц - это куда страшнее, чем отсечение головы?

    Может, кстати, сработать. Без казни Старка Тайвин не будет занят войной с северянами, его войско придет к Королевской гавани и подавит восстание что Станниса, что Ренли. Тирион не станет десницей и не отправит меня на стену. В Вестеросе воцарится тишь да благодать, а отдельно взятый командующий городской стражей останется на теплом месте и будет иметь несколько лет на подготовку перед встречей с Дейенерис. Уж за несколько-то лет я придумаю, как не стать обедом для драконов.

    А если не удастся? Может, тогда сказать солдатам «стоп» и сообщить, что я подчиняюсь приказам регента, а не юного короля? Королева Серсея меня за это наградит… если солдаты подчинятся, а то ведь Джоффри отдаст другой приказ, и полетят уже две головы.

    Или все-таки организовать переворот?

    Но как?
     
  3. Фрерин

    Фрерин Наёмник

    Глава II

    Действовать я начал еще до всех раздумий. Первый свой приказ я отдал, как только узнал о ранении короля: велел поднять всю стражу и собрать её у моего дома. Я еще не знал, как буду действовать, но уже собирал войска. Объяснение для окружающих было простое — «на всякий случай». Я ведь знаю лишь то, что в город ввезли раненого короля, и только потому, что мне доложили стражники на воротах. Вдруг это переворот, мятеж? На всякий случай я отправил гонцов в Красный замок за инструкциями.

    С точки зрения закона я чист. С королем что-то стряслось - и командующий городской стражей приготовился к неприятностям и запросил начальство, что делать: как официальное, мастера над законом лорда Ренли и даже десницу короля лорда Старка, так и неофициальное, Бейлиша. Суетится командующий, не то за свое место боится, не то выслужиться хочет. Бывает.

    Пока я думал, пытался найти идеальное решение моих проблем, перебирая одну комбинацию за другой, шло время. Гонцы скакали, стража собиралась.

    Два моих посланца вернулись почти одновременно. Ренли приказал отменить тревогу и спать, а Бейлиш велел усилить гарнизон Красного замка. Я подумал — и отправил туда три сотни человек под командованием Джаселина Байуотера, самого честного из офицеров, самого независимого от Бейлиша. Что бы ни случилось — все решится в Красном замке. Войска нужны именно там.

    Надеюсь, внешне, в глазах Бейлиша и Вариса, мои действия выглядят безупречно. Слинт выполнил приказ неофициального начальства и направил самого исполнительного и сообразительного подчиненного.

    Провожая солдат и Байуотера, я с трудом удержался от совета. Мне очень хотелось напомнить капитану, что приказы после смерти Роберта имеет право отдавать только регент, а не юный король и не его мать. Но я сдержался, ведь кто знает, на кого на самом деле работает Байуотер и к чему приведет мой совет?

    Городская стража собиралась, я мерил шагами кабинет, думал и порой пересчитывал построившихся рядом с моим домом бойцов. Для солдат есть семь казарм в разных частях города — у Драконьих ворот, на Сапожной площади, в Красном замке и в иных местах, многие солдаты живут в своих домах, а офицеры обычно рассеяны по всему городу. С одной стороны, Золотые плащи могут быстро выставить в любой точке города небольшой отряд, а с другой - собираться в единый кулак им очень долго.

    Повезло, что я догадался сразу поднять городскую стражу по тревоге. Сейчас меня где-то полторы тысячи солдат, считая ушедших к Красному замку, а еще пять сотен только добираются. Не прибыл даже один из семи капитанов, не говоря уж о многих десятниках и простых бойцах.

    Вскоре после ухода Байуотера прибыл гонец с ответом от Старка. Эддард велел собрать войска и ждать. Значит, пора выступать. Медлить нельзя.

    Гонцы принесли мне главное: расстановку фигур. Бейлиш у себя дома, спал, пока его не поднял мой человек. Дальше он наверняка поедет в Красный замок, побудет там, пока его не разыщут люди Старка, поговорит с ним и лишь тогда направится к казармам. Ренли был в Красном замке, Старк — у короля, мой человек увидел его, лишь когда тот вышел. Значит, завещание написано. Мне надо торопиться. Впрочем, не явись последний гонец, я бы выступил максимум через полчаса.

    Я спустился во двор и отдал приказ:

    - Коня!

    Моментально подвели моего коня, уже давно оседланного, и я вскочил в седло. В другой жизни я катался на лошади лишь в детстве, на пони в парке. От Яноса Слинта мне достались и навыки верховой езды.

    - Не знаю, что происходит, - сказал я подъехавшим ближе четырем капитанам и нескольким десятникам. - Но наш мастер-над-законами велел идти к нему.

    - И что ему надо? - спросил сам себя Аллар Дим. Очень мерзопакостный рыцарь, но он моя правая рука, ближайший соратник. Каков поп, такой и приход…

    Мы поехали. В последний момент я обернулся – у окна второго этажа, держа в руке свечу, стояла жена Слинта. Бедная женщина, если я проиграю, ей не поздоровится.

    Я оставил одного капитана собирать остальную стражу, а сам с остальными силами выступил в поход. Никто в моем войске не знал, что Ренли велел разойтись по домам — с гонцом говорил только я, и сразу же после этого отправил его с поручением к самым дальним воротам.

    Приказ Ренли понятен. Он не доверяет городской страже. Он не знает, как обернется дело, может, переворот, может, бегство — и пусть ненадежные войска не путаются под ногами.

    Интересно, сколько ему потребуется времени, чтобы поговорить со Старком, добраться до дома, собрать своих сторонников, принять решение и сбежать? Полагаю, немного. И часть этого времени уже потрачено — пока до меня добирался гонец.

    - Янос, мы едем к лорду Ренли через Риверран? - на лице подъехавшего Алларда Дима написано недоумение. Я специально делал крюк, чтобы добраться до резиденции Ренли со стороны городских ворот, чтобы перехватить его, но не объяснять же это Диму?

    Я смачно выругался и пошутил, мол, лошадь по привычке несет меня к трактиру, Алан Дим и другие офицеры весело засмеялись. Мы свернули на боковые улицы, идя уже в нужном направлении. Не такой большой крюк, как я хотел, но ничего, сойдет. Главное, чтобы люди Ренли не сбежали, увидев на горизонте мое войско

    Никакое войско не может идти бесшумно. По мостовой били ноги солдат да конские копыта, люди переговаривались, кто-то шутил и смеялся, другие пели, третьи ругались, лязгало оружие и броня, трещали горящие факелы… Наверное, мы разбудили половину столицы.

    Немногие бодрствующие обыватели тушили свечи и закрывали ставни — им непонятно, кто идет по улицам, и люди предпочитают прятаться. Королевская гавань еще помнит погром, устроенный Ланнистерами, горожане тут осторожны. Но я был уверен, за нами следили, и чьи-то ноги несли Варису и Бейлишу весть — войска идут.

    Лишь пройдя немного с войском по городу я понял, какую же глупость совершил. Лорд Ренли наверняка испугается, сбежит, только заслышав поступь моих солдат. Это будет самым правильным, логичным действием! А мне потом придется арестовывать Старка да объяснять Бейлишу, зачем я вывел войска…

    Оставалось надеяться, что всех запутает мой маневр, и Ренли, который не будет ждать войска с этой стороны и хотя бы заинтересуется, кто это идет, и Вариса с Бейлишем, которые потратят время на раздумья, куда и почему я иду столь странным маршрутом…

    До резиденции Ренли уже было недалеко. Повезло, что он жил не в Красном замке, а в помпезном доме неподалеку от него. Кажется, он издавна принадлежал Баратеонам.

    Здания становились все богаче и роскошнее, все больше возвышалась громада Красного замка, венчающая собой холм Эйегона… Величественное зрелище. Я любил прогулки по ночным городам... Только до сей поры гулял с хорошей компанией или любимой девушкой, а вот вместе с маленькой армией как-то не приходилось.

    Впереди раздался топот копыт — и на большом расстоянии перед нами осадили коней несколько десятков всадников. Ехали в ночи, без факелов, довольствуясь лишь светом почти полной луны, без знамен… Интересно.

    Сделал жест рукой, останавливая стражу. Потом, чуть сжав бока коня, выехал вперед. За мной без спроса последовал Аллар Дим.

    Чужие всадники были напряжены, готовы в любой момент сорваться с места и не то пойти на прорыв, не то развернуться. От них отделилось тоже двое. Рыцарь в зеленых доспехах и еще один, в светлой броне с узорами. Они въехали в полосу лунного света, и я увидел лица. Янос Слинт узнал обоих.

    Первый выглядел как молодой Роберт Баратеон. Высокий, черноволосый и красивый мужчина — у него не было бы отбоя от девушек, обращай он на них внимание. А может, и обращает, но не попадается? Слухи о нем и Лорасе могут быть ложью. А второй — Лорас Тирелл, совсем юнец, я его представлял совсем другим.

    - Лорд Ренли! - я чуть поклонился, насколько позволил надетый доспех и то, что я сижу на лошади. - Городская стража по вашему приказанию прибыла. Мы готовы выполнить любой ваш приказ по поддержанию правопорядка и законности в городе!

    - Вроде еще не пил, - позади послышался удивленный шепот Аллара Дима. Такие обороты немного не в моем стиле. Надо быть осторожнее, это все нервы, хорошо хоть не ляпнул «во имя свободы и демократии», «социалистической законности» или другую неподходящую чепуху.

    Ренли вздрогнул и обменялся взглядом с Лорасом, а потом как-то странно посмотрел на меня.

    - Сир Слинт, подъедьте ближе.

    Я приказал Аллару Диму вернуться, и он нехотя развернул лошадь. Сам я направился к Ренли и Лорасу. Они внимательно смотрели на меня, но руки обоих были далеки от оружия. Хороший знак… Впрочем, Янос Слинт никогда не считался отличным мечником, уж не Лорасу его бояться.

    Мы остановились друг напротив друга. Наверное, от волнения все мои мысли сводились к тому, какой ориентации эти двое. В сериале все однозначно, в книге — нет, я лично не разглядел никаких намеков, хотя люди на форуме что-то такое находили. Как будто сейчас это имело значение. В Игре престолов надо выбирать союзников не по сексуальным взглядам.

    - Лорд Ренли, я слышал, король Роберт смертельно ранен.

    - Да, - взгляд его необычайно внимательный и цепкий. - Кто приказал вам прибыть сюда, сир Янос?

    - Я сам. Не люблю Ланнистеров, лорд Ренли.

    Баратеон и Тирелл снова обменялись взглядами.

    - И ваши люди не любят Ланнистеров? Сколько их у вас?

    - Они любят золото. Здесь тысяча двести, - Ренли неожиданно присвистнул. – В Красном замке четыре сотни, лорд Ренли.

    - Было не больше сотни, - вмешался Лорас. В голосе его слышится обвинение и недоверие.

    - Я усилил гарнизон.

    - Почему вы пришли ко мне?

    - Лорд Старк слишком щепетилен, сомневаюсь, что он решится нанести удар.

    - Вы правы, лорд Слинт, - ответил Ренли, немного задумавшись. – Лорд Старк не только щепетилен, но и скуп. Что же хочет лорд Бейлиш и где он?

    «Лорд» - интересное обращение. Ибо Слинты никакие не лорды, и это общеизвестно. А Ренли, похоже, до сих пор не верит, что я пришел сам.

    - Я не знаю его желаний, лорд Ренли. Я знаю только свои. Получить полное прощение за все прошлые ошибки, небольшой замок на берегу моря… И разрешение допросить и казнить Бейлиша.

    - Вот как? - на лице Ренли написано удивление. Я-то был человеком Бейлиша. - Вы считаете, его есть за что казнить?

    - Лорд Ренли, уверяю вас, Бейлиш расскажет о страшных злодеяниях. К тому же, можно смело вешать всякого, пробывшего мастером над монетой хотя бы три года, а он проработал вдвое от этого.

    Ренли откинул голову и весело засмеялся.

    - То есть мастером над монетой вы, лорд Слинт, стать не хотите? - спросил он с улыбкой.

    - Я знаю свое место, лорд Ренли. Мне не прыгнуть выше головы.

    - Ценное качество. Лорд Слинт, я вас, оказывается, совсем не знал… Не будь за вами «золотых плащей», я бы решил, что вас подменили… Что вы думаете о лорде Старке?

    - Из него выйдет хороший регент на время грядущей войны с Ланнистерами, но в мирное время он слаб, и лучше, если бы этот пост занимал кто-то более искушенный в столичной жизни.

    - В вашу голову забредают очень интересные мысли, лорд Слинт. Вы получите полное прощение за все прошлые грехи, я дам вам титул и земли, ваши сыновья станут оруженосцами у достойных рыцарей. Но вы сумеете доказать лорду Старку вину Бейлиша? Он его считает своим союзником.

    - Неделя — и Бейлиш признается, лорд Ренли, и так, что Старк поверит ему.

    - Что ж, я понял вас, лорд Слинт, - глаза Ренли сверкнули. - Я захватил с собой деньги. По два дракона рядовому, четырнадцать десятникам и две сотни капитанам хватит?

    - Да, лорд Ренли.
     
  4. Владимир И

    Владимир И Межевой рыцарь

    Небольшой замок на берегу моря это Драконий камень?))
    Может стоит на время событий отослать жену из города?
    Варис поучаствует в допросе Бейлиша?

    ПРОДЫ!!!!!!!!
     
    Пуффинус нравится это.
  5. Фрерин

    Фрерин Наёмник

    У главного героя не настолько мания величия)

    А не успеть, слишком мало времени.
    Ночью привозят Роберта и ГГ начинает суетиться, переворот этой же ночью

    Теоретически может, а зачем это ему?
    Он скорее будет наблюдать... и думать, какая муха укусила Слинта, и уж не из одного черно-белого ли дома...
     
    заклепкометрист нравится это.
  6. Фрерин

    Фрерин Наёмник

    Глава III

    Ренли обладал немалой харизмой и даром убеждения. Недолгий разговор с офицерами, короткая речь перед солдатами — и городская стража готова идти с ним на край света. Такая же харизма была у Роберта, Янос помнил его молодым.

    В замок оказалось удивительно легко попасть. Обычно на ночь запирали ворота и поднимали подъемный мост, но не сегодня. Как ворота в Навесной башне открыли, ввозя умирающего короля, так и не закрывали. И здесь распоряжается лучший из капитанов! Непорядок, в городской страже царил настоящий бардак усилиями Слинта, но сейчас это мне на руку.

    В воротах нас пропустили без всяких проблем, потому как их контролировала исключительно городская стража, и они, конечно же, не стали мешать сослуживцым и своему командиру.

    Красный замок делился на несколько изолированных друг от друга частей, как подобает всякому хорошему замку. Вначале Западный двор, тут есть и хозяйственные постройки вроде кухни, и такие объекты, как тронный зал. Потом, через мост и через еще одни ворота, — Восточный двор. Тут стоит, помимо прочего, башня десницы, в которой живет Нед Старк и его люди, и казарма Золотых плащей — одна из семи городских казарм. Там сидит две сотни моих людей, еще столько же рассеяны по всему замку.

    Далее дворцовая лестница с множеством поворотов, она ведет во Внутренний двор. Там башня Королевской гвардии, там Твердыня Мейегора, крепость внутри крепости. И именно в Твердыне Мейегора находятся умирающий король, Серсея и Джоффри.

    У Серсеи около сотни солдат и дюжина рыцарей, все гвардейцы Ланнистеров жили в Западном дворе — и это правильно, Роберт не подпускал чужих солдат близко, не все мозги он пропил.

    — Проверить казармы! — первый приказ, что я отдал, входя через ворота.

    — Господин, большинство гвардейцев там, — доложил мне стоящий на воротах десятник. Память упорно отказывалась выдавать его имя. — Королева хотела их призвать в Твердыню Мейегора, но сир Барристан разрешил пропустить только рыцарей.

    Логично, Серсея решила подтянуть войска ближе. Но ввод чужих войск в святая святых вызвал непонимание у королевских гвардейцев, что тоже логично. Роберт еще жив, Серсея пока никто. Не за это ли потом прогнали Барристана из гвардии?

    — Где Байуотер?

    — На Малых воротах, господин командующий.

    Прекрасно, он как раз контролирует ворота между западным и восточным двором.

    — Как пройдем — закройте ворота и запритесь наверху. Никого не выпускать. Возможно столкновение с гвардейцами Ланнистеров. Королева пыталась убить короля.

    — Неведомый! — воскликнул десятник и поклялся, что они никого не выпустят, а я сказал, что оставляю тут две сотни человек.

    — Я и не знал, что Роберт женат на кабане, — засмеялся Ренли, когда мы отъехали чуть дальше от ворот. — То-то мне показалось знакомым его хрюканье. Лорд Слинт, гвардейцами займемся позже. Сейчас главное — королева.

    — Полностью согласен, милорд.

    Впереди предстояло самое опасное. Путешествие мимо башни десницы. Вряд ли сейчас лорд Старк спит, и проход больше тысячи солдат привлечет его внимание. На это у меня была заготовка.

    — Аллар, когда мы войдем в ворота, скачи к башне десницы. Передай ему, что сир Барристан приказал ввести в Твердыню Мейегора Золотых плащей и что он просит направить северян присмотреть за казармами Ланнистеров.

    — Он подозревает Серсею в покушении на короля и собирается арестовать её, но просит лорда Старка убедиться, что гвардейцы Ланнистеров ей не помогут, — добавил лорд Ренли.

    Я посмотрел на Ренли по-новому. Пожалуй, у него есть недюжинный ум. Я рассчитывал, что услышав про просьбу, Старк тут же забудет обо всем и займется ланнистерскими гвардейцами. Но идея с королевой еще лучше!

    — Она отравила вино, из-за чего король пропустил удар кабана, — предложил я версию, и Ренли чуть улыбнулся.

    — Именно так.

    Почти полная луна, яркое небо с незнакомыми звездами, легкий ветерок… Ночь хороша… И топот почти тысячи человек по двору. Внутри бурлит адреналин, мир меняется, в голове неожиданная ясность мыслей и решимость. Отступать некуда. Сейчас я творю историю. И это мне по силам.

    Дворцовый переворот — это несложно.

    Враг может быть силен, у него может быть тысячи и тысячи солдат, множество сторонников, но решает все тот, у кого больше солдат здесь и сейчас. Серсее не помогут ни гвардейцы Ланнистеров, ни армии Тайвина — их не будет в твердыне Мейегора.

    Я читал про многие дворцовые перевороты. Чтобы захватить власть в огромной империи, хватает порой всего одной-двух сотен солдат. Елизавете Петровне, например, хватило как раз столько. Или другой пример, у герцога Бирона были верные люди, а его брат командовал гвардейским полком. Но в ночь переворота герцога охранял другой полк, чей командир велел пропустить два десятка человек, которые вынесли герцога из дворца, а потом другие люди вошли в дом его брата и тоже унесли его в тюрьму.

    Мой переворот отчасти напоминал путч генералов против Гитлера летом сорок четвертого. У заговорщиков не хватало верных соратников и подконтрольных войск, они использовали немало лжи, чтобы привлечь на свою сторону людей, присвоить себе право командовать. Не повезло, проиграли. Гитлер выжил при взрыве и убедил людей следовать его приказам.

    Нам — повезет.

    Уже везет. Гвардейцы Ланнистеров предпочли сидеть в казармах и не высовываться. Разумеется, проход ночью Золотых плащей вглубь Красного замка явление необычное, но они не считают нас врагами, да и руководство наверняка у Серсеи. К тому же казармы гвардейцев в дальнем от нас углу двора, их отсюда даже не видно из-за огромного здания, внутри которого тронный зал.

    Через Малые ворота мы прошли с небольшой заминкой, Байуотер задумался, стоит ли нас пропускать. Уверен, в одиночку я бы потратил куда больше времени, но Ренли выехал вперед, сказал пару фраз — и все. Вот что значит харизма, титул и должность мастера-над-законами.

    Байуотера я послал к внешним воротам, подальше от Старка, а здесь оставил другого офицера и три сотни человек. Еще полсотни пошли к башне Вариса. Я бы бросил мастера-над-шептунами в темницу, но Ренли велел его аккуратно и с уважением доставить в Твердыню Мейегора.

    Ленинский принцип — «брать мосты, вокзалы, почту, телеграф, телефон» я помнил, а Ренли дошел до всего своим умом. Так что мы выделили людей и на башню Верховного мейстера, проконтролировать, чтобы он не отправлял сообщений, и на калитки в стенах.

    Башня десницы. В окнах свет, я слышал шум собирающихся людей, вниз спускались сонные северяне, на ходу надевая амуницию. С удивлением они смотрели на идущих мимо солдат. Неда Старка нет. Может, слушает Аллара Дима, может, отдает приказы или занят дочерьми… Нет и Бейлиша, чего я опасался. Интересно, они сейчас совещаются, лорд Бейлиш уже покинул замок, или еще не пришел?

    Дворцовая лестница, какая же она длинная…

    Память Слинта подсказывала мне, как он много раз ходил здесь. А впервые это было еще в восстание Баратеона. Тогда на ступенях лежали тела в золотых плащах — городской стражи, тщетно пытавшейся задержать войско Ланнистеров. И просто тела слуг, бежавших наверх. Я помню, молодой Слинт тогда прошелся по замку, удовлетворяя любопытство и ища, что украсть.

    Я помню слишком много. Не всех слуг убили сразу — некоторых пытали, узнавая, где ценности. Женщин насиловали, я видел их измученные тела, до которых никому не было дела. Я видел тела детей прислуги. Видел Рейенис Таргариен, девочку лет четырех, которой человек Ланнистеров нанес с полсотни ударов ножом. Видел кровь на стенах в покоях семьи принца Рейегара.

    Я помню слишком много…

    Надеюсь, этого не повторится. Солдаты Ланнистеров не возьмут город вновь.

    Надеюсь, у меня получиться сделать этот мир капельку лучше. Здесь слишком много зла и жестокости, слишком много.

    Внутренний двор. Впереди Твердыня Мейегора.

    Мост опущен. Не зря вперед поскакал Лорас Тирелл с устным приказом якобы «десницы» — не поднимать мост, не запирать ворота, пропустить войска.

    — Не понимаю, где гвардейцы? — удивился Ренли, а потом пояснил: — Сир Борос стоял с этой стороны моста, сир Престон с другой.

    Вскоре мы узнали ответ. Престон Гринфилд лежал на земле со связанными руками и без сознания — он пытался подать сигнал, но Лорас его вырубил сильным ударом. А вот Борос Блаунт сидел рядом с хмурым видом — как я потом узнал, он просто не решился вмешиваться, испугался стали Лораса.

    — Сир Лорас, я восхищен вашим мастерством, — произнес я и увидел краем глаза улыбку на лице Ренли. Что ж, теперь я царедворец, и придется льстить, много и мало. Тем более что юноша, быстро и без шума вырубивший одного из лучших воинов семи королевств, действительно достоин восхищения.

    Мы двинулись вперед. Янос Слинт почти не бывал в Твердыне Мейегора, и нас вел Ренли. Удивительно, но мы не видели ни одного королевского гвардейца, хотя они не могли нас не слышать. Может, они охраняют Роберта? Не было никого, даже слуг — наверное, все уходили с нашего пути.

    Здесь, в этих переходах, я понял свою ошибку. Столь громадное войско мне просто не нужно, хватило бы всего пары сотен человек на замок, остальных можно оставить снаружи, у казарм Ланнистеров. Сейчас мои люди наверняка разбредаются по замку… и грабят его. К утру тут не останется ничего ценного, и служанок остается только пожалеть. Может, попросить лорда Старка навести порядок после переворота?

    Люди встретились лишь у покоев Серсеи. Почти два десятка рыцарей в доспехах и алых плащах Ланнистеров и два белых гвардейца. У всех обнажены мечи.

    — Что это значит, сиры? — спросил вышедший вперед королевский гвардеец с каштановыми волосами. Увы, из всей белой гвардии Слинт знал лишь Барристана и Джейме.

    — Сир Арис, мы пришли, чтобы арестовать Серсею Ланнистер по обвинению в покушении на жизнь короля, — Ренли говорил совершенно спокойно, размеренным вежливым тоном, держа руку далеко от меча.

    Арис Окхарт, вот кто это. В Пире Стервятников его соблазнила Арианна Мартелл, вовлекла в заговор, и он погиб.

    — Король смертельно ранен кабаном, вам ли это не знать, лорд Ренли, — сказал второй гвардеец с абсолютно безжизненным, непроницаемым лицом. Он говорил спокойно, будто констатировал факт.

    Дверь открылась, и к нам вышла Серсея Ланнистер. Величественная и прекрасная, в темном наряде, со следами слез на щеках. С неё можно было писать картину безутешной вдовы.

    Какая же она красивая… Траур ей определенно к лицу.

    — Лорд Ренли, ваш брат еще жив, а вы уже затеяли мятеж? — спросила она с тонкой улыбкой, заглядывая в глаза каждому из нас. — Сиры, неужели вы поддались на этот глупый обман? Всем известно, что мой муж Роберт тяжело ранен кабаном, я была в этот день в столице. Сиры, еще не поздно одуматься, склонитесь перед Джоффри, законным наследником Роберта Баратеона, и он простит вас… Арестуйте мятежника, пытающегося узурпировать трон в обход братьев и племянников!

    Что-то было в королеве такое странное, завораживающее — никто не посмел её перебить, а после её слов повисла в воздухе тишина.

    — Серсея из дома Ланнистер, — произнес я отчего-то торжественным тоном. — Вы обвиняетесь в том, что велели своему кузену дать Роберту вино с зельем, помутившее его разум, и ослабившее его руку на охоте…

    — Сир Слинт, мой муж всегда пил.

    — Отпираться бесполезно, вас кузен уже признался во всем! Сдавайтесь, вашу судьбу решит суд. Он рассказал все. Вы дали ему мехи, сказали, что это любимое вино Роберта, вы…

    Я смотрел на бледную Серсею, видел, как она дрогнула… Еще немного, ну же! Я знаю, твоя психика неустойчива, ты впадаешь в истерики, ты крайне мнительна… Еще немного…

    Нет. Моих слов мало, чтобы вывести её из себя…

    — Вы…

    — Ваш собственный родич, ваш валонкар свидетельствует против вас.

    Валонкар. Младший брат по-валирийски. Слово, услышанное некогда Серсеей в пророчестве, в которое она верила всю жизнь. Кузен — он по сути тоже младший брат, только двоюродный.

    Стоило только мне произнести это слово, как Серсея переменилась в лице, с неё слетели всякая величественность и спокойствие, на лице застыл неописуемый ужас, тут же сменившийся гневом.

    — Лансель! Мерзкий предатель! Нет!

    Серсея вдруг развернулась и почти бегом скрылась в своих покоях, откуда донесся истошный крик: «Джоффри!»

    Арис Окхарт медленно вышел из строя и развернулся спиной к нам, а лицом к гвардейцам Ланнистеров.

    — Сиры, вы все слышали. Сложите оружие в ножны.

    Второй гвардеец встал рядом с ним, а потом люди Ланнистеров переглянулись — и один за другим убрали мечи.

    — Сир Арис, сир Мур, я прошу вас караулить у покоев моих племянников, — произнес Ренли, обращаясь к белым гвардейцам. — Сир Пламм, и вы, сиры, прошу вас проследовать к людям дома Ланнистеров и поведать о случившемся. Я не хочу, чтобы из-за преступления одной вздорной женщины лилась кровь хороших воинов.

    Переворот свершился.

    Могло быть и хуже. Мы бы прорубились через этот заслон, неизбежно прорубились… Но теперь мне придется объяснять, что такое валонкар и почему я его произнес. Ничего, придумаем что-нибудь, как и что делать со Станнисом, Варисом, Иными и прочими врагами! Самое трудное позади.

    Я никогда так не ошибался.
     
  7. Immortal

    Immortal Скиталец

  8. Фрерин

    Фрерин Наёмник

    Отступление первое

    Лорд Ренли Баратеон стоял у подножья Железного трона и разглядывал его. Это зрелище впечатлило Ренли в день, когда он с братом впервые вошел в Тронный зал, впечатляло его и ныне. Больше тысячи мечей, сплавленные огнем Балериона Черного Ужаса, скованные рукой самого Эйегона Завоевателя поражали воображение.

    Эйегон Первый был гением, он создал шедевр, никем не превзойденный. Троны Штормовых королей, королей Горы и Долины, королей Запада и Севера забыты всеми. О Дубовом троне в Хайгардене поется в паре песен, не более, но про Железный трон знают даже простолюдины.

    Интересно, каково сидеть на нем? Роберт жаловался, что тяжело и неудобно, затекает спина, болит задница, и с высоты плохо слышно бормотание внизу. Эйериса Безумного зарезали прямо на этих ступенях, Джейме как-то показывал, на какой именно. Мейегора Жестокого трон убил сам, если верить старой легенде.

    Скоро Ренли проверит, каково сидеть на нем. Скоро.

    Еще недавно, считанные часы назад, казалось, что впереди жестокая война за право жить. Когда Эддард Старк в приступе типично северного благородства и слабоумия отверг план переворота, Ренли понял — нужно бежать. Серсея и Ланнистеры жадны до власти, и им чуждо милосердие. Если он останется в столице, то умрет. У Ренли и у Тиррелов есть только один шанс выжить — повторить восстание Роберта.

    У Простора сильнейшая армия в Вестеросе. Войско Штормовых земель одно из лучших, оно велико, рыцари доблестны и умелы. Если действовать быстро и вместе, то есть неплохой шанс.

    Ренли из дома Баратеонов, первый этого имени… Звучит.

    Против двух королевств выступят все остальные. Ланнистеры, Север, Речные Земли, Королевские, Долина… Дорн останется в стороне — Мартеллы ненавидят Ланнистеров, но между ними и Тиррелами вражда, особенно между их знаменосцами.

    Два владения против пяти. Шанс есть. Можно успеть занять столицу, разбить Ланнистеров до того, как подойдут Север и Долина. Есть надежда на Серсею — она злобна и глупа, она может поссориться со Старком и изгнать его… или даже убить, но на такой подарок судьбы Ренли не мог и надеяться. Серсея не Эйерис Безумный, самое большее — Старк уедет в Ночной дозор.

    Но внезапно все переменилось. Благодаря кому? Яносу Слинту, которого Ренли искренне считал полным ничтожеством. Ленивый начальник городской стражи, только и умевший, что обирать горожан да торговать должностями. Его род обеднел настолько, что отец Слинта работал мясником в Чаячьем городе.

    Увидев впереди чужое войско, Ренли испугался. Неужели Серсея оказалась проворней? Он торопился покинуть город, да так, что не успел предупредить всех друзей — близнецы Редвины опять ночевали в каком-то борделе, и слуги не нашли их.

    Ренли повернул бы коня, надеясь уйти от погони, если бы не был уверен, что все ворота уже заперты. Будь он на месте Серсеи, он бы вначале послал гонцов к воротам и лишь потом отряд с приказом арестовать. Оставалось только надеяться, что это не за ним… Интересно, Роберт во время восстания тоже чувствовал подобную смесь страха и надежды, переходящую потом в упоительный восторг? Быть может, в Каменной септе, когда его прятали от людей Таргариенов…

    Теперь же в восстании нет нужды. Власть Ланнистеров свергнута в столице, и скоро падет и на Утесе Кастерли. Одна земля не выстоит против всего Вестероса.

    Дверь открылась, и в зал вошел Лорас в броне и со шлемом в руках. Он еще не успел снять доспехи, его роскошный плащ был весь в пыли, от него несло потом, своим и лошадиным.

    — Все рыцари из Западных земель арестованы, — сказал он, подойдя ближе.

    — Прекрасно, — кивнул Ренли. — Пусть с ними хорошо обращаются. Многие потом станут нашими вернейшими союзниками.

    — Пес сбежал.

    — Где же он был?

    — В борделе, гулял с самого вечера.

    — Бедные шлюхи, — вздохнул Ренли. — Лучший воин Серсеи провел переворот в борделе. Лорас, может мне набирать гвардию Штормового предела из женщин? Они хотя бы не ходят к шлюхам.

    — Только не из дорниек, они могут…

    — Жаль, говорят, у Оберина Красного змея как раз семь дочерей, — Ренли усмехнулся. — И всех он учит владеть оружием.

    — Восемь, — скривился Лорас.

    — Еще лучше, одна будет в резерве. Где сейчас Пес?

    — Серсея послала за ним человека, тот обшарил половину Королевской гавани. Когда они подъехали к Красному замку, мы были уже внутри. Стража вместо того, чтобы впустить его и задержать, отогнали Пса выстрелами.

    — Идиоты, — припечатал Ренли, а потом фыркнул. — Или наоборот, умные. Мало кто рискнет выйти против Пса, его боятся даже рыцари, не то что простые стражники, которые с трудом отличают один конец меча от другого.

    — Простолюдины всегда отличались подлостью и хитростью… — Лорас вдруг улыбнулся. — Ренли, я сейчас своими глазами видел, как Слинт уговаривает браавосийца дать ему уроки.

    — Наш лорд-мясник решил заняться фехтованием и не нашел ничего лучше, чем выбрать водяного плясуна? — Ренли хлопнул в ладоши и рассмеялся. — Забавное зрелище. Мясник, танцующий с тоненьким клинком…

    — Ренли, Слинту отказали — мол, его позвал на службу лорд Старк, но посоветовали другого браавосийца.

    — Даже чужеземец понимает, лучше учить северного дикаря, чем простолюдина. Лорас, на следующем турнире нас ждет увлекательное зрелище! Мясник, вообразивший себя лордом.

    — Слинта просто убьют, если у него хватит глупости полезть на ристалище. Борова не научишь фехтовать.

    — Поставим другого командующего стражей, — Ренли пожал плечами. — Верного нам. Слинт почти простолюдин, ему незнакомы верность и честь. Он предал Бейлиша, предаст и снова. Побудет командующим до конца войны, а затем уйдет жить в свои владения, в Ночной дозор или в землю.

    — Ренли, зачем нам отдавать Бейлиша? Он может быть полезен.

    — Уже поздно, друг мой, Бейлиша уже отвели в темницу. Он скользкий тип, его лучше убрать. Лишняя фигура на доске кайвассы. Пойми, Лорас, сейчас он союзник Эддарда Старка… Его арест ссорит Слинта со Старком, а это на пользу нам. И самое главное, Лорас, убирая Бейлиша, мы освобождаем место в Малом совете. Уверен, Гарлан прекрасно справится с должностью мастера-над-монетой.

    — Ты как всегда расчетлив, Ренли.

    — Расчет как раз то, что нам нужно. Нам предстоит длинная партия, Лорас. Её конец предопределен. Ланнистеры скоро падут. Эддарда Старка тяготит столица, он глуп и ничего не смыслит в интригах. Старк слишком честен, чтобы вернуться в Винтерфелл, он исполнит последнюю волю Роберта, как бы он ни тосковал по своим сугробам и дикарям.

    — Он будет нам мешать.

    — Да, но пройдет всего несколько лет, Джоффри вырастет, нужда в регенте отпадет, и Старк уедет на свой Север. Станнис сам настроит мальчика против себя, у него удивительный талант ссориться с людьми. Власть сама окажется у нас, просто больше не будет рук, способных её взять.

    — Не у нас, Ренли, власть будет у Джоффри. Ты уверен, что сможешь управлять им?

    — Он злобен и глуп, но разве мы не управляемся с злобными и глупыми псами? Они жрут то мясо, которое мы им даем, терзают тех, на кого мы их спустим. Побольше вина, шлюх, охоты — и Джоффри будет неинтересно ничто другое. Если окажется слишком глуп и злобен — в наших лесах еще есть кабаны.

    — Леди Оленна захочет выдать…

    — Ей лишь бы пристроить Маргери. Лорас, когда будешь у бабушки, расскажи ей о существовании Томмена и Мирцеллы.

    — Ренли, а если… — взгляд Лорас обращенный на Железный трон, был красноречивее тысячи слов.

    — Я помню, что ты мне предлагал ночью. Тогда это был единственный шанс. Сейчас… Джоффри, Томмен и их сыновья — мои наследники. Десница тоже сидит на Железном троне. Если власть будет у меня, то какая разница, как зовут короля?
     
    Пуффинус, Snow Castle и Владимир И нравится это.
  9. Фрерин

    Фрерин Наёмник

    Глава IV

    Король Роберт умер около полудня. Не знаю, насколько это совпадает с книгой или сериалом. Говорят, перед смертью он пришел в себя, попросил привести Неда, потребовал свой молот и тут же потерял сознание, после чего скончался.

    Я в этот момент был в темнице и там услышал бой всех колоколов столицы. Позже за мной пришел сам Лорас Тирелл, совсем не печальный, только очень усталый. Он привел меня в зал Малого совета, где был лишь мастер-над-законами, крайне задумчивый. Судя по двум полупустым бутылкам вина, заседание совета уже прошло.

    Интересно, Эддард Старк уже заявил, что Джоффри — сын Джейме, или нет? Я чень рассчитывал, что он решит подождать прибытия Станниса.

    — Возьмите вино, лорд Слинт, — скомандовал Ренли. — Выпьем же за помин души моего брата Роберта.

    Мы выпили. Необычное здесь, в Вестеросе, вино. Вкусное, терпкое…

    — Вот прощение всех ваших преступлений, лорд Слинт, какими бы они ни были, — Ренли пододвинул мне свиток, украшенный большими печатями, и поморщился. — Лорда Старка было трудно убедить, он вам не доверяет.

    Я быстро пробежал взглядом свиток. Все как я и хотел… И даже более чем — я вернулся к самой первой строчке, снова и снова её перечитывая. «Именем Роберта Баратеона…»

    Документ подписали еще при жизни Роберта? Или Старк посчитал неправильным и бесчестным раздавать помилование именем заранее незаконного короля?

    — Милорд, не расскажете, как он воспринял новость об аресте Серсеи?

    — Лорд Старк был потрясен, — Ренли вздохнул. — Казалось, вот-вот — и он её прикажет отпустить, но благоразумие победило. Лорд Старк очень злился из-за обмана… О боги, почему северяне столь помешаны на чести?

    — У них зимой так холодно, милорд, что замерзает все кроме чести, — не очень удачно пошутил я. Но Ренли засмеялся.

    — Прекрасно сказано, лорд Слинт. Кстати, что вы выберете? Замок в Штормовых землях или любое владение в Западных? Кроме Утеса Кастерли и тех замков, чьи лорды перейдут на мою сторону?

    — Боюсь, милорд, когда вы разобьете Ланнистеров, на вашу сторону перейдут все, даже покойные Рейны и Тарбеки, — Лорас и Ренли рассмеялись. — Я был бы горд получить земли под вашей рукой.

    — У меня есть два выморочных замка и еще один с юной девицей, подходящей вашему сыну. Прибудет мой мейстер, расспросите подробно о землях и выберете любой.

    — Спасибо, милорд.

    — У вас ведь нет герба? — на лице Ренли прорезался интерес.

    — Нет, милорд.

    — Я придумаю вам герб. Мало кто может похвастаться тем, что создал новый герб для нового дома.

    — Почту за честь, милорд. Я не сомневаюсь в вашем вкусе и чувстве прекрасного.

    — В гербе обязательно должно быть золото, — тихо, сам себе, сказал Ренли Баратеон. — Цвет плаща городской стражи и один из двух цветов Баратеонов…

    — И цвет металла, что любит лорд Слинт, — улыбнулся Лорас, а я рассмеялся:

    — Милорд, неужели во всем Вестеросе найдется кто-то, кто не любит золото или предпочитает ему серебро или медь?

    — От северян можно ждать чего угодно, — засмеялся Ренли, а потом указал на свиток. — Как видите, лорд Слинт, я держу слово. Какие обвинения вы хотите предъявить Бейлишу?

    — Казнокрадство. Лорд Бейлиш придумал немало интересных способов обогатиться. Свои бордели он строил не за свои деньги. Мне удастся вернуть многие деньги в казну.

    — Неплохо, но этого мало.

    — Вымогательство. Всякий торговец в Королевской гавани платит два налога, в казну — и ему.

    — Вы даже не планируете больше собирать второй налог сами? — Ренли улыбнулся. — Не боитесь, что вас не поймут ваши же воины?

    Вот как… об этом я не подумал, просто не успел, но у Ренли есть прекрасное объяснение тому, что я затребовал себе Бейлиша. Честолюбивый Янос Слинт решил не только обзавестись титулом, но и захватить себе всю финансовую «империю» Бейлиша. По сути — подвинуть своего начальника по «теневой» линии… А поживиться есть чем. Бордели, доли в купеческих организациях, дома и мастерские. Все это тянет на сотни тысяч драконов.

    — Милорд, я предлагаю своего рода реформу. Второй налог уменьшаем наполовину, но поднимаем официальный налог. Казна собирает больше, торговцы отдают меньше. Я и мои люди не отдаем ничего никакому Бейлишу, и у нас остается больше, чем раньше. Все довольны, кроме Бейлиша.

    Я сказал это специально — пусть не думает, что Янос Слинт хочет себе слишком многого. И заодно это будет намеком, если Ренли захочет получать дань вместо Бейлиша — пусть озвучит сейчас. Буду только рад платить, чем больше я нужен лорду Ренли, тем больше у меня шансов. Сейчас моя ставка на него — а дальше будет видно.

    — Вы мыслите словно мастер-над-монетой… Не хотите на этот пост?

    — После того, как я сам рассказал вам, что делать с мастерами-над-монетой?

    Мы втроем рассмеялись.

    — Впоследствии, милорд, неофициальный налог можно убрать полностью — но придется заменить почти всех капитанов и две трети десятников. Это работа не на один год.

    — Королевству пойдет только на пользу, если городская стража будет крепка, неподкупна и абсолютно верна. Я могу только одобрить это начинание, я все-таки мастер-над-законами. Уверен, своей реформой вы повысите поступление в казну от города наполовину.

    Я всеми силами постарался скрыть удивление. Похоже, Ренли понял меня по-своему: я хочу устроить «чистку» в городской страже, чтобы поменять ненадежных людей на своих. И только что он дал мне благословение, но в ответ потребовал выжать из города деньги.

    Нет. Не правильно читаю между строк. Ренли сказал сколько денег я должен отдать в казну, значит, остальное можно оставить себе. Он не обложил меня налогом, а напротив, дал «премию».

    — Я делаю все, что в моих силах, милорд.

    — Вернемся к лорду Бейлишу. Казнокрадство и вымогательство — весомые обвинения, возможно, их хватит для лорда Старка, но сами понимаете — Бейлиш будет очернять и вас. Вам известно еще что-нибудь?

    — Уверен, в прошлом Бейлиша найдется какое-нибудь темное пятно, убийство или интрига. При мне он хвастался излишне близким знакомством с Лизой Аррен.

    — Мужество лорда Бейлиша достойно восхищения, не многие способны на такое даже ради высокой должности, — заметил Ренли с непроницаемым выражением лица. — Скажите, лорд Слинт, как поживает бывшая королева? Мне сообщили, вы заставили солдат выстукивать ломами стены в темнице?

    — Я боюсь скрытых ходов, милорды. Мы нашли один и замуровали. Королева плачет, ругается, просит пощадить детей — как и в своих покоях.

    — Чем же её так напугало слово валонкар? И что оно значит?

    Я так и думал, что услышу этот вопрос. Наверное, я зря продемонстрировал, что знаю что-то необычное. С другой стороны, без этого погибло бы два десятка человек, не меньше, и возможно среди них был бы и я.

    — Младший брат по-валирийски, — сказал Лорас и произнес длинную фразу на незнакомом мне языке.

    — Простите, милорд, я не знаю валирийского. Только пары дюжин слов, из которой добрая часть ругательства… — а это действительно правда. Как-то Слинт снял в борделе элитную проститутку, изображавшую из себя валирийскую принцессу и пополнил свой словарный запас… — Лорд Бейлиш любил поговорить, и однажды он упомянул, что Серсея не любит Тириона из-за пророчества, в котором валонкар должен убить её с детьми. Я запомнил эту историю из-за её нелепости и рискнул.

    — Лорд Бейлиш всегда поражал меня своими знаниями. Удивительнее только знания лорда Вариса… Лорд Слинт, завтра проводите меня в темницу, я хочу взглянуть на Серсею.

    — Как вам будет угодно, милорд. Король не изъявлял желание поговорить с матерью?

    — В ближайшие дни Джоффри будет настолько увлечен вином и шлюхами, что не заметит, если сгорит вся Королевская гавань.

    — Неужели лорд Старк поставляет ему шлюх?

    — Старку плевать на мальчика. Уверен, Роберт был бы рад, узнав, как я воспитываю его сына, — Ренли засмеялся. В его голосе мне вдруг почудилась грусть. Все же Роберт был его братом. — Скоро приедет Станнис и научит мальчика умеренности.

    «А заодно — настроит короля против себя, — подумал я. — Между строгим дядей и дядей, позволяющим развлечения, мальчик выберет, разумеется, второго. Прекрасно! Лорд Ренли не только решает тактическую проблему — отвлекает короля, но и стратегическую, приближает его к себе!»

    Мы поговорили еще о разных планах, о погребении короля и об обеспечении безопасности. Я осторожно высказал мысли о войне с Ланнистерами, и мне удалось убедить Ренли расширить штат городской стражи до четырех тысяч человек. Он предупредил, что уже написал в Штормовой предел, и оттуда скоро прибудет войско, которое поможет с защитой города.

    Выйдя из зала Малого совета, я прошелся по замку, окидывая его хозяйским взором. Он совершенно не пострадал в переворот, если не считать пропавших ценностей и вина из подвалов. Смена власти вышла абсолютно бескровной — мне есть, чем гордиться. Выжили даже солдаты Ланнистеров — они сдали оружие и сейчас изо всех сил пили в своих казармах, заливая вином страх перед Тайвином. За вино им платила казна — изящный ход со стороны Ренли. Думаю, тем, кто не пошевелил пальцем, когда арестовывали дочь Тайвина, лучше не приезжать в Ланниспорт, а эмигрировать в Эссос.

    Около ворот я увидел странное зрелище — трое северян сопровождали молодую и красивую девушку, почти девочку, с младенцем на руках.

    — Кто это? — спросил я грозным тоном. — Куда вы её ведете?

    — Приказ лорда Старка, — доложил самый молодой северянин, а потом отчего-то смутился. — Милорд десница велел нам её разыскать и привести с ребенком, обращаться мягко.

    Что за женщина с ребенком могла потребоваться лорду Старку?

    Я подошел ближе к девушке, насторожившейся от моих действий.

    — Мальчик, девочка?

    — Девочка, милорд…

    Ребенок как раз распахнул глаза… Голубые глаза. Волосы не видны из-за чепчика, но, готов поспорить, черные. Надо проверить, не появился ли в замковых кузнях новый подмастерье.

    Это Барра, последняя дочь Роберта Баратеона от проститутки. В книге убита вместе с матерью Алларом Димом по приказу Слинта и Серсеи. Как же можно поднять руку на младенца? Не представляю…

    Разумеется, лорд Старк не оставил борьбу. Он не выступил сразу, он признал королем Джоффри, собирает бастардов и ждет… очевидно, приезда Станниса?

    Пока все идет, как я и предполагал.

    Лорд Ренли принял мои объяснения или сделал вид что принял, лорд Старк смирился, что переворот прошел без него. Осталось всего ничего. Пережить приход Станниса, интерес к моей персоне со стороны Вариса, войну с Ланнистерами и самое страшное — общение с законной женой.

    Похоже, у меня есть шансы выжить в Вестеросе.
     
  10. Хильда Белая Шапка

    Хильда Белая Шапка Межевой рыцарь

    Автор, жжешь, пиши ещё. Да, и Слинт не незначительная фигура.
     
    Пуффинус, Sancha и Rbio нравится это.
  11. Фрерин

    Фрерин Наёмник

    Отступление второе

    Варис медленно шел по стене Красного замка к своей башне, размышляя о превратностях судьбы и о своих планах.

    Многие люди, считающие себя умными, строят сложные, длинные планы… которые рушатся из-за любой мелочи. Когда в одну и ту же игру играют десятки игроков, немудрено, если что-то пойдет не так.

    Люди — не фигуры кайвассы, у каждого есть свои желания и воля, и иногда даже самая ничтожная фигура может сыграть не так, как рассчитывалось.

    Например, командующий Золотыми плащами Янос Слинт.

    Еще несколько часов назад казалось, что — все, в Вестеросе власть захватят Ланнистеры, и придется перекраивать планы, но вдруг человек Бейлиша внезапно бросает своего покровителя и свергает Серсею. Говорят, Слинт сделал это по приказу Ренли — но маленькие пташки уже напели Варису, что Ренли не знал о своем приказе, пока не встретил на улице Золотых плащей.

    На самом деле это можно было предвидеть. В прошлом Слинт был офицером городской стражи Чаячьего города — и вовремя перешел на нужную сторону в восстание Баратеона, в решающий момент открыв ворота. В награду Слинт получил должность в столице, Джон Арррен не доверял стражникам Таргариенов. Но кто помнит столь давние события? Забыл уже и сам Варис, видя перед собой лишь заплывшего жиром нечистого на руку человека, слепо пляшущего под дудку Бейлиша… Но, оказывается, Слинт еще молод в душе.

    Удивляет не предательство Слинта, а его расторопность, слишком быстро действовал командующий городской стражей, слишком уверен был в своих силах. Это не в его характере, обычно Слинт медлил и не торопился. Надо будет уточнить, выяснить, сам ли он догадался или за ним кто-то стоит, вдруг в Королевской гавани объявилась новая сила или проснулась старая.

    Игроков в Вестеросе немного, куда меньше, чем фигур, мнящих себя игроками. Из списка можно вычеркнуть Ланнистеров и Бейлиша — их слуга не стал бы играть против них. Разумеется, можно вычеркнуть и мастера-над-шептунами.

    Аррен мертв, Варис лично убедился в этом. Это не Ренли, не Тиррелы, у них не было никакой связи с Слинтом, но надлежит все проверить, твердо убедиться в этом.

    Остается только Питцель. Цитадель могла вступить в игру, но Великий мейстер догадывается об истинном происхождении детей Серсеи и о том, что Станнис тоже догадывается об этом. Насколько Ренли и Роберт умели внушать преданность и находить друзей, настолько их брат умеет внушать страх и наживать врагов. Питцель стал бы расчищать дорогу Станнису, если только это дорога на тот свет.

    Быть может, новый игрок? Мартеллы? Принц Доран и его брат ненавидят Ланнистеров и мечтают о мести. Раньше дорнийцы связывали свои мечты с возвращением Таргариенов, но они могли устать ждать… Через кого бы им действовать? Этот кто-то, несомненно, здесь.

    Следует проверить, нет ли у Слинта связей с Мартеллами, проверить, где все дочери Оберина, это может быть их игра, не Дорана. Надо присмотреть за Цитаделью, домами Простора и проверить связи с Браавосом. У Железного банка длинные руки. Следует изъять одного любопытного человека из королевской темницы и хорошенько поговорить.

    Во всех случаях не виден мотив действий, но не виден — не значит, что его нет. Варис давно знал — не следует отбрасывать даже мельчайшие намеки. Тени не появляются просто так. Если есть тень, значит, её кто-то отбрасывает.

    Скорее всего, Янос Слинт действовал сам, вспомнив молодость, но следует проверять все, даже самые ничтожные подозрения.

    Ирония судьбы — Слинт своими руками расчистил дорогу к трону Станнису, а значит, сам себя отправил в отставку или даже в Ночной дозор. Станнис не потерпит Слинта в командующих городской стражей несмотря ни на какие помилования.

    Станнис не умеет прощать, он до сих пор ненавидит лордов Простора за осаду Штормового предела. Он не умеет прощать и утопит в крови Западные земли, он постарается делить новые владения справедливо и наживет тысячи врагов. Его ныне опасаются в Просторе и на Железных островах, а будут ненавидеть, он приобретет врагов в Долине и иных землях. Станнис может поссориться даже со Старком. Станнис — это война… и магия, проклятая магия. Близ его жены вертится асшайская ведьма.

    Магия — тонкая, сложная материя, и границы её неизвестны. Воевать против неё кажется невозможным. Как можно устроить заговор против человека, который способен увидеть в огне покушение на себя?

    Но как бы ни были драконы сильны и мощны — их истребили. Чародеи могущественны — но миром правит не сила, а ум. Ведьму можно победить. Достаточно послать несколько десятков человек убить её. Высматривая в огне будущее, она не сможет увидеть все будущее, все варианты!

    Станнису придется уйти и чем быстрее, тем лучше. Следует постараться и сохранить Ренли в столице, как и Слинта — он будет полезен, у него есть влияние на Золотых плащей. Потом немного подтолкнуть, навести на мысль — и на Железном троне воссядет новый король, четвертый за последний месяц. Подданные скоро начнут путаться, как зовут их правителя.

    Младший из Баратеонов наделен умом и харизмой, он умеет вести людей и, как Роберт, способен прощать и находить друзей. Ренли объединит расколотое королевство, и станет популярным королем, он умеет внушать преданность и любовь.

    Станнис — это война, Ренли — мир. Тиреллы наверняка выдадут за него Маргери, чтобы укрепить своё влияние на династию. Вестерос будет силен и прочен… пока это будет нужно.

    У Ренли есть и другое важное достоинство. Он последний из Баратеонов. Если Ренли убьют заговорщики, желающие посадить на трон, например, Эдрика Шторма, то Вестерос останется без законного короля и с ненавистью к тем, кто убил Ренли.

    Мейстеры говорят, что природа не терпит пустоты… И Варис найдет, чем заполнить эту пустоту. Мальчик растет и скоро будет готов к правлению. Будут готовы и Золотые мечи, и кхал Дрого созреет идти через море навстречу славе и смерти.

    Хорошие планы сильны тем, что допускают отклонения от них, этого не понимали предки Вариса и потому вновь и вновь проигрывали. Они возводили слишком хрупкие здания на негодном фундаменте. Но выводы сделаны. Бейлиш решил вести свою игру и чуть было не обрушил все равновесие при дворе, Серсея сыграла неправильно и убила Роберта слишком рано, внезапно вылез Янос Слинт… Но планы Вариса не нарушились, а напротив, чуть-чуть приблизились к финалу. Лишние фигуры слетели с доски, слетят и другие.

    Скоро Железный трон получит законного владельца. Пять раз спор пытались решить мечом и пять раз проиграли, но интриги помогают там, где бессильна сталь. Борьба, длящаяся почти столетие, завершится.

    Глава V

    — Доброе утро, — сказал я, протаскивая в дверь большую корзину.

    На аккуратно заправленной кровати сидел Лансель Ланнистер. Выглядел он как молодая копия Джейме — недаром Серсея затащила его в постель. Точнее, затащила бы, не вмешайся я.

    Лансель посмотрел на меня с немым вопросом, и я качнул головой. Суд не сегодня.

    — Итак, у нас сегодня хорошее вино, — я достал из корзины две бутылки, — мясо, еще теплое, сыр, лепешки и мед, все как вы просили.

    — Арборское? — Лансель широко улыбнулся, понюхав вино. — Спасибо, лорд Слинт.

    — А это я взял от себя, — на стол легла толстая рукопись. — «Путь к Семерым», написано во времена Бейелора Благословенного.

    — Благодарю вас, лорд Слинт, — на лице Ланселя искренняя улыбка, он действительно мне благодарен.

    Знал бы он, что оказался в камере по моей вине. Я помнил из книг — Роберту подливал вино его сквайр, кузен Серсеи, и сказал об этом при аресте королевы. Ренли вспомнил, какой из двух сквайров подавал меха, да и сама королева в гневе назвала имя Ланселя. Его задержали в городе в ночь переворота.

    — Сир Лансель, все, что я узнаю о вас, внушает мне доверие, — сказал я, сев на табурет рядом с узником. — Я верю, вы человек чести. Если вы дадите мне слово, что не сбежите и не будете говорить никому о наших беседах, то завтра вас сопроводят в септу.

    — Лорд Слинт, клянусь своей честью, что не сбегу, и единственное, что сорвется с моих уст, это молитвы и слова покаяния! — говоря это, он положил руку на «Семиконечную звезду», библию семибожия.

    — Сир Лансель, я вам верю.

    — Благодарю вас, лорд Слинт, — Лансель замялся, а потом задал вопрос: — Как она?

    — Увы, Серсея по-прежнему далека от Семерых и по-прежнему возводит напраслину на вас…

    Лансель нахмурился и на мгновение сжал кулаки, а затем зашептал молитву. Что ж, чем больше я общаюсь с ним, тем больше верю — он мог примкнуть к «воробьям», радикальному религиозному течению. В книге его сподвигло к вере ранение, сейчас арест.

    — Я буду молиться, чтобы Семеро смилостивились над ней.

    — Я уверен, ваши молитвы для Серсеи будут значить больше, чем любые другие.

    — Я вспомнил еще некоторые её грехи, — Лансель дал мне несколько исписанных листов пергамента.

    — Спасибо, сир.

    Убедить сотрудничать Ланселя оказалось несложно. Для него грубый, жирный, шпыняющий его Роберт был Королем с большой буквы, ставленником высших сил, а верность ему — не пустой звук. Я напомнил юному романтику о долге, рассказал, что грозит ему как пособнику королевы и почти цареубийце…

    Сыграл я и на другом — сказал, что Серсея обвиняет его во всем, якобы это он предложил подпоить короля крепленым вином. А потом подвел к камере Серсеи и дал постоять десяток секунд — она тут же излила на него свой богатый внутренний мир: поток ругани и обвинений.

    Осталось только проявить каплю жалости и сострадание, заверить, что верю ему, а не Серсее, пообещать помочь, заступиться перед Старком и молить Семерых смягчить гнев короля и десницы…. И Лансель заговорил.

    Он охотно давал показания, пообещал выступить в суде, запросил перо, бумагу и стал активно вспоминать все плохое, что помнил о Серсее. Лансель пылал пламенным гневом к «предавшей» его Серсее и очень хотел из обвиняемых в цареубийстве стать свидетелем. Я это обещал и собирался сдержать слово.

    — Быть может, мне стоит еще раз поговорить с ней?

    — Нет, сир, не стоит. Увидев вас, она снова даст волю гордыне, гневу и ненависти, и это только отдалит её от Семерых.

    — Вы правы, милорд, — Лансель тяжело вздохнул. — Я буду молиться, чтобы Семеро вывели её душу из пучины греха.

    — Будем надеяться, что они услышат эти молитвы. У вас будут какие-нибудь просьбы?

    — Нет, сир.

    — Я зайду вечером, дабы вместе вознести молитву Семерым.

    — Я буду ждать вас, — сказал он абсолютно искренне, а потом, когда я уже был в дверях, спросил: — Лорд Слинт, у вас все в порядке?

    — Почти. А почему вы спрашиваете?

    — Вы плохо выглядите.

    — За последние две недели с переворота я спал самое большее пять часов подряд, в другие ночи и того меньше. Работы невпроворот.

    Заперев камеру Ласеля, я взял другую корзину и пошел дальше по коридору. Вниз, на следующий уровень, к тем преступникам, которые были по-настоящему опасны.

    Я не соврал, я действительно вымотался и до смерти хотел спать, но, увы, некоторые вещи нельзя никому поручить. Например, особо важных преступников.

    На двери Серсеи висело три замка, и я по очереди отпер их.

    Если Лансель выглядел так, будто только-только попал в темницу, то королева сильно изменилась. Грязные, запутавшиеся волосы, лихорадочный взгляд, впавшие щеки… Сейчас она напоминала ободранную кошку.

    И это сделал я. Серсея не шла на сотрудничество. Первые два дня я выводил её из себя провокационными вопросами, заставляя проговариваться. Так, например, после разговора о бастардах Роберта она выпалила, что велела родившихся от него близнецов утопить в колодце, а мать, простую служанку, продать.

    Я применил даже своего рода пытки — днями и ночами у двери её камеры пели «Рейнов из Кастамере». Исполнителей я нашел в темнице, по очереди выводил заключенных и заставлял петь… пообещав тому, кто вставит в текст больше оскорблений Ланнистерам, бутылку вина. Музыкальным слухом обладали единицы, но заключенные искренне старались.

    Потом, когда Серсея дошла до точки кипения, я подобрал к ней ключ. Мерзкий, плохой ключ, и мне было стыдно, что я его использую, но главное — на пятый день она стала говорить со мной обо всем. Что не сделаешь ради всеобщего блага!

    — Что с моими детьми? — Серсея впилась в меня совершенно безумным взглядом.

    — Живы, — я постарался сказать это как можно равнодушнее и отвернулся, выставляя на стол хлеб и вино. В первые дни я давал кипяченую воду, но после того, как королева чуть не загнулась от поноса, заменил на вино. Как выяснилось, слугам было лень кипятить воду, и они её разбавляли сырой. — Вы закончили?

    Я взял со стола несколько листов пергамента и быстро просмотрел их. Неплохо, но мало, слишком мало. Любопытно — я совсем забыл про этот эпизод, хотя это как-то вспоминал Джейме, кажется в «Пире Стервятников».

    Серсея уже настолько сдалась, что вспоминает те преступления, о которых я даже и не заикался…

    — Вы недостаточно откровенны. Распишите подробнее инцидент в Дарри, как вы уговаривали Джейме отрубить руку Арье. Распишите, что бы вы сделали с Робертом, если бы он проснулся в этот момент. Вечером я зайду к вам, и если мне не понравится прочитанное, то письмо Мирцеллы отправится в огонь.

    На мгновение в глазах Серсеи проскочил гнев, но лишь на миг…

    — Я напишу, будьте вы прокляты!

    Бейлиш содержался на самом нижнем этаже, прямо в пыточной камере. Мы разминулись в ночь переворота — он уже поговорил с Эддардом и поехал ко мне домой договариваться о мятеже. Вместо меня Бейлиш застал две сотни боеготовых стражников и сразу же повел их к Красному замку — участвовать в штурме, но опоздал. Его вызвал к себе поговорить лорд Ренли, и Петир Бейлиш очнулся в тюрьме.

    У Бейлиша была устойчивая психика, сильная воля и недюжинный ум. С ним было труднее всего. Мне пришлось опуститься до физических пыток. У меня не было палача, которому можно довериться, поэтому пришлось фантазировать самому. Благодаря памяти Слинта я нашел в городе пару глухих, и они не давали Бейлишу спать и заставляли стоять по стойке смирно, а воду выдавали лишь через день.

    Один прием я позаимствовал у Рамси Болтона.

    Ночью в камеру к Бейлишу пришли несколько людей в плащах Ланнистеров, вывели его из камеры, сказали, что лорд Тайвин взял Королевскую гавань и хочет видеть его, потом швырнули меня в эту же камеру, содрали камзол… У всех был характерный говор Западных земель.

    На выходе из тюрьмы Бейлишу, страдающему от жажды, дали напиться. Он жадно глотнул пересохшими губами из чаши и отбросил её — вода была соленая. Тут же опустилась решётка, отрезая такую близкую свободу, и Бейлиша, вопящего, потащили обратно в камеру.

    Пять дней он терпел, но на шестой не выдержал и начал каяться в разных грехах…

    Я был неопытным следователем, но знал простейшие приемы, как, например, снова и снова возвращаться к некоторой теме, ловя людей на нестыковках и обмане. Папки с «уголовными делами» росли и ширились.

    — Добрый вечер, лорд Бейлиш, — я нарочно соврал про время, сбивая узника с толку. — У меня накопилось множество вопросов к вам.

    Выглядел некогда гордый лорд ужасно. Спутанные волосы, измученный взгляд, постаревшее лицо, седина… Выбритая макушка мне напоминала фильм «Зеленая миля», как и кресло с ремнями рядом. Но это не электрический стул, а куда хуже.

    Я подозвал слуг, ждущих за дверью.

    — Не надо! Я все скажу!

    — Надо, Петир, надо.

    Мы потащили кричащего и брыкающегося Бейлиша к стулу, потом привязали его. Особое внимание я уделил двум ремням, фиксирующим его голову. Затем внесли ведро воды и поставили его перед Бейлишем. Его глаза расширилось от ужаса, он задрожал.

    Что же я делаю…

    — Вы мне снова солгали, лорд Бейлиш. Вы солгали о доходах сети борделей, солгали насчет связей в таможне… Сейчас вы снова подумаете, а потом поговорим.

    — Я скажу! Да, я соврал, на самом деле…

    — Подумайте хорошенько, что скажете, у вас будет время.

    Он кричал и обещал быть откровенным, клялся Старыми и Новыми богами, сыпал цифрами и фактами. Но слуга по моей команде вылил ведро в бачок над головой Бейлиша. Затем я улыбнулся ему и приоткрыл кран. На выбритую макушку заключенного упала первая капля, и он завопил от ужаса.

    На первый взгляд — ничего особенного, но когда капли равномерно падают на голову секунда за секундой, минута за минутой…

    Слуги взяли факел и вынесли из камеры. Я запер лорда Бейлиша и прислонился к стене. Мои пальцы дрожали и с большим трудом справились с крышкой фляжки с вином. Скоро, очень скоро мой узник станет откровенным.

    Постепенно, капля за каплей, я выдаивал с Бейлиша информацию, но иногда мне становилось страшно от моих действий. Не стану ли я чудовищем вроде Рамси Болтона? Я утешал себя тем, что допрашиваю и пытаю людей, виновных в тяжких преступлениях, и более того — развязавших гражданскую войну в другой реальности, и тем, что рано или поздно я принесу благо Вестеросу, в том числе и благодаря тому, что узнаю от узников.

    Но все равно… допросы, пытки. Это слишком для меня. Но необходимо.

    Лансель, Серсея и особенно Бейлиш отнимали у меня силы и время. Но кроме допросов были и иные занятия.

    Например, текучка. От смены власти в городе не перестали происходить убийства, ограбления и тому подобное, а значит, у городской стражи оставалось много работы. Всегда много работы.

    В прошлой жизни я полгода отработал в полиции, сразу после армии, но ушел, заново поступил в институт, из которого вылетел по юношеской дури, и доучился до конца. Не смог служить в полиции, не мое это было, не мой стиль жизни. Но судьба жестоко посмеялась надо мной, закинув на пост командующего городской стражи… который, по сути, самый главный полицейский в столице.

    Но мне было мало этого, я еще занялся удвоением стражи. Причем не просто так — основной целью было сделать новую стражу менее коррумпированной, более боеспособной и преданной мне. Работы в этом направлении было столько, что хотелось изобрести порох и застрелиться.

    Но я занимался не только стражей и узниками. В один из первых дней хорошенько подумал и начал перестройку темниц. Ни один узник не должен сбежать оттуда против моей воли, а еще нужно предусмотреть то, что я сам могу оказаться в любой камере.

    Я старательно присваивал «наследство Бейлиша» — приходилось помнить и о друзьях Слинта, и тщательно продумывать все так, чтобы меня потом никто не мог ни в чем обвинить. Тут было над чем поломать голову.

    На фоне стольких дел сущим отдыхом было фехтование — я нанял себе мастера, чтобы отточить навыки. Изначально планировал Сирио Фореля, но он уплыл в Винтерфелл вместе с Арьей и Сансой. К счастью, я успел повидаться с Форелем, и он мне дал адрес хорошего учителя, тоже браавосийца. Джейме Ланнистером мне никогда не стать, но фехтовальщиком «выше среднего» — почему бы и нет? Упражняясь с клинком я расслаблялся, отдыхал душой — воистину, лучший отдых это смена деятельности.

    Дел было много. Я мотался по столице, решая тысячу и один вопрос одновременно, беседовал с заключёнными, пытаясь выудить из них ценную информацию, фехтовал, отчитывался перед мастером-над-законами…

    Я исхудал, не видел жену, так и не познакомился с детьми и любовницами Слинта, ел и пил в случайных местах. Мне некогда даже было задуматься над дальнейшими планами, над интригами в семи королевствах, о Станнисе, Варисе, Белых ходоках и драконах, я падал и засыпал.

    Бывшие друзья и знакомые Слинта думали, что я сошел с ума от страха за пост и от желания выслужиться, не понимали, что со мной происходит. Несколько раз заводили разговоры о прошлом, словно пытались убедиться, что я действительно Янос Слинт. Многие старались мне помочь. Аллар Дим, например, попытался меня напоить, а потом притащил проститутку. Я обнял её и заснул от усталости, и меня не беспокоили до полудня — Дим запретил пускать ко мне кого-либо.

    Разумеется, так не могло продолжаться вечно, но я надеялся, что после прибытия Станниса всем будет не до моих странностей.

    Я пахал не только от желания все успеть — но и желая забыться, желая не думать о том, что никогда не увижу дом и родных, что застрял в средневековье… и о том, что делают здесь. Янос Слинт любил выпить, и доставшиеся от него привычки требовали, чтобы я утопил горечь потерь в вине. Но это кратчайший путь к смерти, и отнюдь не из-за алкоголизма. Играть пьяным в Игру престолов подобно смерти.

    Поэтому я топил себя в работе.

    И мне это удавалось.
     
    Пуффинус и tea нравится это.
  12. Синий Деверь

    Синий Деверь Оруженосец

    Не плохой фанфрик...
    Мне нравится
     
  13. Фрерин

    Фрерин Наёмник

    Глава VI
    Это случилось, наверное, на третьей неделе после переворота — я уже потерял счет дням, погрузившись в работу. Я торопился по каким-то своим делам, выезжал из Красного замка, и на подъемном мосту меня догнал всадник.

    — Лорд Слинт, вас просит к себе лорд Эддард Старк, десница короля.

    Я одернул поводья коня и повернулся. Передо мной был северянин, это же слышалось и в его речи. Благодаря навыкам Слинта я легко различал, из какого региона Вестероса родом человек, я мог даже узнать по говору, из какого вольного города Эссоса прибыл купец.

    Судя по одежде — простой слуга, но с северянами не всегда угадаешь, многие носят небогатые наряды. Конь неплохой, значит, если слуга, то самого Старка.

    — Веди.

    Я поехал к башне десницы. Оцепенение и безразличие ко всему, довлевшее надо мной в последние дни, моментально слетело с меня. Интерес власть имущих не к добру.

    Меня позвал десница короля, а значит, будет задавать неудобные вопросы, и я даже догадываюсь о ком. От того, как я отвечу, зависит дальнейшая моя судьба. Интересно, в Королевской гавани Эддард по-прежнему лично рубит головы? С простыми преступниками справляется палач Золотых плащей, а для особо важных раньше был сир Илен Пейн, и сейчас его место вакантно...

    Старк сидел за столом и что-то выводил пером на пергаменте. Он совсем не похож на Шона Бина. Сейчас, впервые за все время, обращаю внимание, насколько он молод. Всего лет тридцать-тридцать пять, не больше. Практически мой ровесник. У меня есть знакомые, которые в этом возрасте только-только обзаводятся семьей и еще прожигают жизнь в ночных клубах, а он правитель целого государства и глава большого семейства, его старший сын может водить войска…

    Были знакомые, Саша, были. Пора свыкнуться — теперь твой дом Вестерос, и здесь другой подход к возрасту. Робб Старк в четырнадцать командовал армией, Дейенерис захватывала города. Тридцать-тридцать пять это уже очень и очень много.

    — Лорд Слинт, — Старк произнес мой титул так, что сразу ясно, насколько он меня презирает, и как он меня оценивает. — Я требую, чтобы вы немедленно освободили лорда Бейлиша.

    Взгляд его холоден и тяжел. Эддард слабый политик, но он потомок Старков, которые восемь тысяч лет правили Севером, и сам он много лет был лордом Винтерфелла, самовластным хозяином огромного региона. И это чувствовалось, это пробирало до печенок!

    — Лорд Старк, — сказал я как можно тверже, каких же усилий мне это стоило! — Вы десница короля и регент, ваше слово для меня — закон. Но прошу вас прежде выслушать, в чем обвиняют лорда Бейлиша.

    Старк поиграл желваками, потом резко произнес:

    — Говори!

    — Я прочитаю вам только пару страниц, написанных мною со слов лорда Петира Бейлиша, и на каждой стоит его роспись — «с моих слов записано верно», — произнося это, я скинул со спины рюкзак и достал из него толстую папку с бумагами, потом несколько мучительно долгих секунд боролся под тяжелым взглядом Старка с завязками.

    Я настолько боялся потерять ценные бумаги, что изобрел рюкзак и таскал их всегда с собой вместе с бутылкой вина, грамотой о помиловании и золотом в соседнем отделении. Я как-то показал другое отделение стражникам, и не зря, до моих ушей уже донесся шепот: Янос Слинт настолько любит вино, что постоянно таскает его с собой.

    Не то, не то, не то… Вот.

    Я кашлянул, а потом произнес:

    — Лорд Старк, я писал со слов Бейлиша, ничего не меняя. Итак…

    «Я знал, что лорд Старк, приехав в Королевскую гавань, начнет искать убийц Джона Аррена. Поэтому я решил направить его поиски по ложному следу и заодно поссорить его с Ланнистерами. Я убедил Лизу написать письмо Кейтилин особым, секретным шифром, который знали только…»

    Лорд Старк переменился в лице, попытался встать, но не смог — подвела больная нога, еще не до конца зажившая рана, полученная от Джейме Ланнистера.

    Я прекрасно понимал, что Эддард Старк не будет доверять показаниям Бейлиша — можно выдумать все, что угодно, выпытать любое признания… И поэтому первым делом выбил из Бейлиша информацию по делам вокруг Старков. Теперь я зачитывал то, что знал только ограниченный круг лиц, что не мог знать ни Слинт, ни даже Варис, только мой узник!

    Многого не знал и я, например, способа доставки писем. Уверен, о некоторых деталях не писал сам Джордж Мартин.

    Старк бледнел, краснел, стискивал кулаки и скрежетал зубами.

    «Вопрос: Как вы убедили Лизу Аррен?

    — Как обычно.

    — Поясните.

    — Страх и похоть. Я рассказал, что так будет лучше для Робина, что это скроет наше преступление, а потом хорошенько оттрахал. Чуть не задушил подушкой — она так кричала…»

    — ЧТО?!

    Эддард Старк все-таки встал, абсолютно бледный, требовательно протянул руку — и я вложил в неё лист из протокола допроса. Он поднес его к лицу и долго смотрел расфокусированным взглядом, читая, а потом рухнул на кресло, снова перечитал показания и отбросил их в сторону.

    «…Желая углубить рознь между Ланнистерами и Старками, я солгал, что кинжал принадлежит Бесу. Я не знал, что Кейтилин похитит Тириона, я не рассчитывал…» — я зачитал другой лист, и Старк еще больше побледнел.

    — Ложь, все ложь, на юге царит одна ложь, — пробормотал он, затем залпом выпил бокал вина. — О боги, милосердные боги, почему так! Он же клялся мне, ей… Одна ложь. Садитесь, лорд Слинт… Это он пытался убить Брана? Зачем?

    — Лорд Старк, Бейлиш лишь солгал про кинжал, — произнес я, опустившись на указанное мне место. — Вашего сына выкинул в окно любовник Серсеи. Мальчик лазил по башне и застал их в неурочную минуту. Я, увы, пока не добился от неё имени мерзавца, но уверяю вас…

    — Не стоит, — Старк повел рукой. — Это мне ведомо…

    Прекрасно, что он не вдается в подробности. Я специально не расспрашивал Серсею об инцесте. Если я узнаю, что Джоффри и Томмен бастарды Джейме, то потом придётся объяснять лорду Ренли, почему не сказал ему, а если расскажу, то он организует новый переворот и возведет себя на трон вместо Станниса. Ренли возьмет власть и погибнет, благодаря Мелисандре.

    — Милорд, кинжал принадлежал Роберту, но…

    — Серсея могла его украсть, Роберт никогда не был внимателен к мелочам, — в глазах и голосе Эддарда появилась нескрываемая тоска.

    Я кивнул. Не время сейчас открывать правду. Серсея клянется, что она не посылала убийцу с кинжалом — и я ей верю. Использовать приметное оружие мог только редкостный глупец, имеющий доступ ко всем сокровищам Роберта и испытывающего при этом неприязнь к детям Старков. В окружении Роберта Баратеона, кроме Серсеи, был только один такой человек…

    — Зачем лорд Бейлиш, — Старк выплюнул это имя словно ругательство, — хотел поссорить меня и Ланнистеров?

    — Он считал, что пока вы будете враждовать, он может обделывать свои темные дела за вашей спиной и наращивать свое влияние и могущество, помогая вам бороться с Ланнистерами… В перспективе он надеялся с вашей помощью утвердиться в Орлином гнезде, женившись на Лизе Аррен. Еще он считал, что скроет свое преступление.

    Старк не стал спрашивать, что за преступление. Он снова наполнил бокал, выпил и замолчал надолго. Снова выпил. Этак он превратится во второго Роберта. Он помолчал еще немного, а потом задал другой вопрос:

    — Кто убил Джона Аррена? — каждым словом Старка, наверное, можно было забивать гвозди.

    — Петир Бейлиш уговорил свою любовницу Лизу Аррен подлить яд. Бейлишу стало известно, что лорд Аррен узнал о некоторых махинациях и хочет сослать его в Ночной дозор. Лиза Аррен рассчитывала выйти замуж за любовника.

    — Позор… Кругом измена, ложь, и обман… — произнес Старк, а потом вздохнул и снова налил вина. — Отведите меня в тюрьму. Я хочу взглянуть в его глаза.

    — Лорд Старк, Бейлиш искусно мешает ложь с правдой, и очень трудно отделить одно от другого. При вас он может пытаться оправдаться или, напротив, клеветать на честных людей. Прошу вас, дайте мне закончить дело. Дайте мне еще месяц, и Бейлиш расскажет обо всех преступлениях, и я передам его на ваш суд.

    — У вас месяц, потом король решит его судьбу, — изрек твердым тоном Старк, и я не сразу понял, что он имеет в виду. Неужели Бейлиша будет судить Джоффри?

    Нет. Законный король в глазах Старка только один. Станнис Баратеон.

    Месяц. Я это запомню. Уверен, срок крайне завышен. Станнис, как только получит письмо от Старка, так немедленно поплывет в Королевскую гавань, нести возмездие во имя Рглора... Точнее возмездие во имя справедливости — он еще не сменил веру. Скоро его корабли появятся близ столицы. Мне следует подготовиться.

    — Благодарю вас, лорд Слинт, за то, что вы раскрыли мне глаза на преступления этого человека. Прошу, оставьте меня, теперь мне следует о многом подумать.

    — Раскрывать преступления — мой священный долг, как начальника городской стражи.

    Придет время, и я обязательно поговорю с Эддардом Старком, но не сегодня. После обеда поеду к оружейникам и закажу для него подарок — кинжал из Драконьего стекла. Немного обсидиана найдется в столице. При вручении скажу, что по легенде именно такими оружием бились его предки в Долгую ночь, и вверну фразу про то, что Иных убивали либо им, либо валирийской сталью. Пусть Старк выбросит подарок, пусть повертит пальцем у виска — но он запомнит этот случай и когда придет время вспомнит.

    Еще один кинжал следует отправить в Черный замок, лорду-командующему Ночного дозора.

    У меня есть шанс сохранить голову при Станнисе, я могу неплохо устроиться при Ренли или Дейенерис, у меня были бы шансы при дворе Джоффри или Эйегона шестого — но единственный король, при котором мне абсолютно ничего не светит, это Король Ночи. И надо будет придумать что-то еще, не ограничиваться намеками. К счастью, у меня и всего Вестероса есть еще немного времени в запасе.
     
    Пуффинус, Ronage, tea и ещё 1-му нравится это.
  14. Ronage

    Ronage Оруженосец

    Очень интересное развитие событий:bravo:
     
    Фрерин и Пуффинус нравится это.
  15. Пуффинус

    Пуффинус Знаменосец

    Фрерин , текст отличный, читаю с огромным удовольствием. Но Вы делаете распространённую ошибку: документ, который король перед смертью диктовал Старку, был не завещанием, а указом о назначении протектора. Фраза о совершеннолетии "моего сына Джоффри/моего законного наследника" означала просто срок полномочий этого протектора. Впрочем, возможно, это Ваш герой не очень точно помнит все детали).
     
    Фрерин и tea нравится это.
  16. Пуффинус

    Пуффинус Знаменосец

    Согласен. Аффтар, пешы исчо!
     
    Фрерин нравится это.
  17. Фрерин

    Фрерин Наёмник

    Всем спасибо за теплые слова!
    Интересная деталь, спасибо! Буду знать
     
    Пуффинус нравится это.
  18. Фрерин

    Фрерин Наёмник

    Глава VII

    Разумеется, никто не дал мне обещанного месяца. Корабли Станниса появились близ Королевской гавани через девятнадцать дней после переворота.

    К этому моменту с запада уже шли тяжелые новости. Джейме Ланнистер еще до того, как узнал о перевороте, разбил войско Речных земель и сейчас терзал Речные земли. Эдмур Талли слал панические письма, жалуясь на разорение земель, и собирал новую армию у своей столицы. В книгах Роббу пришлось снимать осаду с Риверрана, значит, скоро новая битва, которую Эдмур проиграет и я не могу ничем помочь.

    Варис докладывал — из Ланниспорта уже выступило другое войско, во главе с самим Тайвином, и скоро оно войдет в Речные земли. В Малом совете спорили, куда двинется Тайвин — напрямик к столице вдоль Черноводной или севернее, через Харренхолл, отрезая Королевскую гавань от армий Севера и Долины.

    Меня трижды вызывали на Малый совет и расспрашивали об укреплениях столицы и боеспособности королевской стражи. Высокие лорды были не в состоянии что-то решить. Оборонять столицу от Тайвина не было сил, а бросить не давали престиж и честь. Вся надежда была на то, что подкрепления подойдут раньше, чем Ланнистеры.

    В Хайгардене и Штормовом пределе собирали знамена, Робб Старк вышел из Винтерфелла и должен был уже быть рядом с перешейком. В столицу стягивались отряды войск из Королевских земель, прискакали первые рыцари Штормовых земель, чьи владения ближе всего к столице.

    Мы — сильнее. У нас больше сил, но они разбросаны по большой территории, а противник мобилизован. У Ланнистеров одна надежда — на блицкриг, и я уверен, они это понимают.

    У меня прибавилось работы, в город пришли первые беженцы, стремительно росла преступность, подскочили цены… Я подал идею заполнить склады столицы и начать приготовления к осаде — и забыл, что инициатива наказуема. Заняться этим пришлось мне.

    Вестерос стремительно втягивался в большую войну. Мои действия не принесли мира, но полностью изменили расстановку фигур. Вместо пяти группировок — все против Ланнистеров.

    Старки не в ссоре с троном, а, напротив, поддерживают династию. Ренли все еще в столице, он и не думает пока провозглашать себя королем. В книжной реальности, полагаю, он выступил просто потому, что у него не было иного выхода — Ланнистеры не дали бы ему ни капли власти. Сейчас столица его.

    Пожалуй, мне будет, чем гордиться, когда рухнет блицкриг Ланнистеров. Да, Западные земли зальют кровью, погибнут тысячи и тысячи людей… Но лучше пусть страдает один Запад, чем весь Вестерос. Тем более что Ланнистеры виноваты в войне — они вторглись в Речные земли еще при жизни Роберта. Они сами ведут свои земли к краху.

    На что они надеются? На то, что не дадут их врагам соединиться? Разобьют вначале армию Речных земель, потом возьмут столицу, потом расправятся с северянами и войском Тиреллов и Ренли? Слишком хрупки надежды. С другой стороны, на что-то надеялись в ставке Гитлера в сорок четвертом и даже в сорок пятом?

    Корабли Станниса появились на девятнадцатый день. Значит, еще день-два, Станнис договорится со Старком, быть может, предъявит доказательства Ренли… И у нас будет новый король. Так я думал.

    Я сетовал лишь, что не успел выжать всю информацию из Бейлиша, и надеялся, что у Станниса не дойдут руки, и у меня останется еще несколько дней на допросы.

    Иногда, в редкую свободную минуту я размышлял, кого же поддержать, Ренли или Станниса, если они разругаются. И тот, и тот король были по-своему выгодны Вестеросу и мне. В Ренли меня пугала его молодость, малоопытность и самое главное, Мелисандра в противниках. В Станнисе — возможный конфликт с Тиреллами, его беспощадность и та же Мелисандра, но уже в союзниках. Я взвешивал все за и против и даже подкидывал монету, но не выбрал никого. Была надежда что сильные мира сего решат вопрос без меня, например Варис или Питцель тихо спровадят Станниса в лучший мир — или он отправит туда их, громко и публично, что тоже неплохо.

    * * *​

    Прибытие Королевского флота — неординарное событие. Неудивительно, что встречать вышел весь город, даже король. Жизнь в средневековье скучная, мало новостей, мало событий, культурных мероприятий.

    Мне пришлось немало потрудиться, обеспечивая правопорядок. Собрать стражу, продумать, где ее расставить, раздать инструкции, еще раз хорошенько обдумать, как и где будут стоять зрители и стража… Массовые мероприятия не терпят поверхностного отношения. Чуть ошибся — и все, здравствуй, Ходынка. Я не имел никакого опыта, но меня выручала память Слинта и его навыки.

    Флагман Станниса, трехпалубная галера «Ярость» с тремя сотнями весел, причалила первой. Аккуратно и ровно галера подошла к пирсу, остановилась, и несколько человек тут же примотали свисающие с неё веревки к тумбам на берегу. Кажется, это называется «пришвартоваться», а обратный процесс — «отдать концы».

    С «Ярости» спустили трап, и по нему сошел закованный в доспех лысый мужчина с квадратным подбородком. Лорд Станнис Баратеон.

    На его груди был черный олень на золоченом фоне, и над кораблями реяло знамя Баратеонов, никакого огненного сердца Владыки Света. Это хороший знак…

    Так и должно быть.

    В книгах Станнис перешел в новую веру не сразу, он обратился к чужим богам, лишь когда растаяла надежда на помощь людей. И даже потом, когда Мелисандра доказала свою полезность, Станнис пытался обойтись без неё. Не взял красную жрицу к Черноводной, долго отказывался приносить в жертву Эдрика Шторма… Станнис никогда не был марионеткой Мелисандры. Я помню об этом, я спросил о характере Станниса на одном интернет-форуме. Интересно, в «Ветрах зимы» он сожжет Ширен или нет? Книги не сериал, в них море несовпадений.

    Сейчас, когда власть у него почти в руках, нет нужды прибегать к потусторонним силам, к сомнительной помощи жрицы. Станнис-то, на самом деле, не верил ни в каких богов.

    Вслед за Станнисом с корабля сошло полсотни человек, все в доспехах. Интересно, кто из них Луковый рыцарь? Ни один человек не похож на актеров из сериала, поэтому я мог узнать Давоса только по гербу или по руке. Интересный человек, было бы любопытно с ним познакомиться.

    — Сиры, будьте готовы увести короля, — вдруг сказал Барристан другим белым гвардейцам. — Лорд Янос, я жду вашей…

    — Сир Барристан! — перебил его Ренли. — Станнис последний человек, от которого можно ждать измены!

    — У него слишком много воинов, — отрезал Барристан. — Лорды и сиры, я рассчитываю на вашу поддержку…

    — Пусть только попробует, — хвастливо воскликнул Джоффри и положил руку на меч. — Я лично отрублю ему голову.

    Я внимательно взглянул на Станниса. В отличие от Ренли я знал, что тот может выступить против Джоффри. Но сейчас у него всего пятьдесят воинов… У нас больше. Может, Станнис просто опасается нападения?

    С корабля свели нескольких лошадей, специально для Станниса и самых знатных лордов. Взобравшись в седло, Станнис подъехал ближе. Больше всего в нем поражало лицо — казалось, он в принципе не способен смеяться.

    — Остановитесь, сир, — попросил его Барристан. — Я не сомневаюсь в вашей чести и чистоте ваших замыслов, но прошу вас остановиться. Моя честь не дает мне позволить приблизиться к королю стольким воинам.

    — Джоффри — не король, — произнес на всю Королевскую гавань Станнис.

    «Он совсем дурак?» — подумал я. Станнис не договорился ни с кем, не переговорил, сразу с места в карьер…

    Но тут я понял, что дурак здесь отнюдь не Станнис. Его войско тут, на пирсе и на причаливающих кораблях, а наше рассеяно по столице. Сейчас у Джоффри примерно три сотни человек, двести мои люди, остальные — Старка и других лордов, до остальных далеко. У Станниса всего пять-шесть десятков, но этого хватит, чтобы продержаться до подхода подкрепления или даже захватить короля…

    Словно молния ударила меня. Люди Старка… Старка!

    — Сир Барристан! Арестуете его! — приказал Джоффри и выхватил меч.

    — Лорд Станнис, — голос Барристана оставался спокойным, но он положил руку на меч. — Возможно, вы не получили вести, но ваш брат, король Роберт Баратеон, первый своего имени, скончался, оставив трон своему сыну…

    Многие расслабились, я обернулся и увидел, как Джоффри опустил вздернутый меч, как на губах Ренли всплыла насмешливая улыбка, он явно собирался отпустить шутку по поводу Станниса, пропустившего смену власти.

    — Мой брат Роберт не оставил законного потомства. Джоффри, Мирцелла и Томмен — плоды кровосмесительной связи между Серсеей и её братом Джейме.

    — Прекрасно! Прекрасная выдумка! — в повисшей тишине раздался голос Ренли, полный веселья. — Вот чем ты занимался почти год на Драконьем камне, сочинял небылицы. И что, теперь ты хочешь, чтобы мы склонились перед тобой?

    — Я законный король андалов, ройнаров и первых людей.

    — Сир Барристан! Арестуйте его! — проорал Джоффри.

    — Лорд Станнис, прошу вас спешиться и отдать свое оружие, — Барристан собирался выполнить приказ своего короля.

    Удивительно, но в воздухе висела абсолютная тишина. Слышно было, как переступают копытами кони людей Станниса.

    — Постойте, сир, — Эддард Старк говорил твердо, без капли сомнения в голосе. — Клянусь своей честью, это правда.

    — Лжец! Изменник! Отрубите ему голову! — провизжал Джоффри, указывая мечом на Эддарда. — Я ваш король!

    Королевские гвардейцы дернулись, но Барристан остановил их жестом.

    Вот и настал момент истины. Сейчас я мог поддержать Станниса или возразить. У меня были аргументы, уж очень зыбкие у него доказательства. Возразить, засыпать аргументами, предложить решить дело Большим королевским советом — на съезде всех знатных лордов королевства... Поклонник законности Станнис согласится и проиграет на совете, его не хотят видеть королем. Все это я не раз продумывал — и, возможно, при других обстоятельствах я бы принял иное решение.

    Но сейчас передо мной не два пути, а, на самом деле, три. Я поддерживаю Станниса и помогаю ему стать королем. Я выступаю против, засыпаю аргументами и он соглашается на Большой совет, где проиграет... Или я выступлю против, а Станнис не захочет слушать или поймет свои шансы на совете и попробует решить дело силой — здесь и сейчас.

    У меня сейчас больше войск под рукой — но, уверен, на "Ярости" сидит еще немало воинов и они поспешат на помощь Станнису. И все остальные корабли тоже наверняка не пусты. Станнис мог привезти несколько тысяч воинов. Мы проиграем. Но у Станниса недостаточно сил, чтобы не дать нам сбежать. В Красный замок? Тупик, возьмут штурмом или измором. В Штормовой предел или Хайгарден. Собрать войска, за нас Штормовые земли и Простор, за Станниса Север и Речные земли, Тайвин третья сторона. Шансы есть, но если вмешается Мелисандра, то будет худо. Но насколько?

    — Дети королевы Серсеи совсем не похожи на Роберта Баратеона, — раздался скрипучий голос мейстера Питцеля. — Сам Роберт иногда выражал сомнение в своем отцовстве.

    Что это, неужели старичок решил перебежать на другую сторону? Я-то считал, что он человек Ланнистеров… Наверное, Питцель решил, что Джоффри проиграл.

    Да, такой человек Ланнистеров, что в каноне подсунул Эддарду книгу о родословных…

    Бегство и война или поддержка Станниса? Слишком ненадежен первый путь, слишком опасен, легко можно погибнуть. И неправильно это, начинать войну. Второй — тоже полон опасностей и риска. Но...

    Я уже подстраховался на случай ареста, не стоит бояться правосудия короля, главное чтобы он не казнил на месте, а отправил в тюрьму, хоть на одну ночь. И здесь нет Мелисандры. Правление Станниса будет недолгим... или нет? Он может и выкарабкаться.

    Сейчас стоит выбор между кровавой гражданской войной с неизвестным итогом и новым переворотом со столь же неясным результатом. Не знаю, какой путь лучше для меня, но для Вестероса лучше если все решиться в стенах Красного замка.

    — Я видел четырех бастардов Роберта, они все темноволосы и голубоглазы, — вид Станниса говорил о том, что его оскорбляет недоверие. — В книге мейстера Маллеона перечислены все браки Баратеонов и Ланнистеров, и все дети в них были темноволосы и голубоглазы.

    Ренли стоял с ошарашенным видом и смотрел на Станниса будто видел его впервые. Жаль что я далеко от него, можно было бы перемолвиться словом. Лорас разглядывал галеру, словно прикидывал сколько там еще кроется воинов... Уверен, много — наверняка Станнис не стал выводить всех сразу, опасаясь что короля увезут в замок.

    — Милорды, клянусь своей честью, все сказанное правда, — повторил Старк. Над ним могли иронизировать, его могли играть в темную — но в глазах Вестероса его слово ценилось.

    — Милорды! — как только Старк умолк, я поспешил сказать свое слово. — В последние дни я допрашивал королеву Серсею. Она призналась, что убила мужа, опасаясь, что он узнает о её измене.

    Серсея еще мне не признавалась в инцесте, поэтому я и обошел этот вопрос.

    В тишине раздался смешок.

    — Милорды, у меня отпали все сомнения, Джоффри не сын Роберта, — усмехнулся Ренли и снова издал смешок. — Надо же, мой брат обрюхатил половину Вестероса, а Джейме в это время заделал детей его жене… Какая ирония.

    Он смеялся почти так же, как когда впервые услышал это от меня — после разговора со Старком я пересказал нашу беседу Ренли и, разумеется, упомянул про измену Серсеи. Но у него, похоже, не хватило фантазии вообразить, что дети Роберта рождены не от него. Или решил пока не торопиться?

    — Сир Барристан, вложите свой меч в ножны, — приказал Станнис. — И принесите клятву своему законному королю.

    — Вы… Вы… изменник! Вы все изменники! Убейте их всех, лорд Старк! Я приказываю вам! Слинт, Барристан, сир Трант, сир Окхарт, сиры… Убейте изменников! Я ваш король! Убейте, убейте! — Джоффри лихорадочно смотрел по сторонам и кричал, размахивая мечом, по его щекам текли слезы, он кричал и кричал, а потом вдруг побежал вперед, к Станнису.

    Это было неожиданно… и многие еще в глубине души считали Джоффри королем, не успели принять мысль о его происхождении. Никто не посмел его задержать. Или ему просто позволили решить дело в поединке?

    Он добежал и даже замахнулся мечом, Станнис выхватил свой меч, неожиданно ярко вспыхнувший, словно тысячи солнечных зайчиков отразились от него.

    Джоффри не добежал, до Станниса было еще пять-десять шагов, их мечи не столкнулись, я это видел и был готов в этом поклясться. Но Джоффри вдруг споткнулся и упал на брусчатку. Упал, попытался встать и захрипел, дергаясь, словно по нему некто пропускал разряды тока…

    Не было ничего — ни удара меча, ни свиста стрелы. Сам Станнис с изумлением смотрел на свой сияющий клинок и на Джоффри, затем убрал меч в ножны — и мучения мальчика прекратились. Он скрючился и застонал.

    Я посмотрел на Станниса, посмотрел за него… Сердце мое пропустило удар. На палубе «Ярости» стояла женщина в алом.

    Мелисандра.

    Она здесь.
     
  19. Синий Деверь

    Синий Деверь Оруженосец

    О! Огненная женщина.
    Классно.
    Нравится, автор пиши ещё.
     
    Пуффинус и tea нравится это.
  20. Хильда Белая Шапка

    Хильда Белая Шапка Межевой рыцарь

    Вот это поворот. Интересно, а Мелисандра сможет распознать в "Слинте" не совсем Слинта?