Дикий огонь

Применение дикого огня в битве на Черноводной.

Дикий огонь — горючая смесь, используемая в военных целях. Ее готовит Гильдия Алхимиков в Королевской Гавани. Дикий огонь горит ярко-зеленым пламенем очень долго и ничем не тушится. Таргариены со времен смерти последних драконов особо интересовались диким огнем; король Эйрис II Безумный окружал себя пиромантами, казнил своих врагов с помощью дикого огня и в конце восстания Роберта Баратеона приказал сжечь всю Королевскую Гавань с помощью этого зелья. Красные жрецы, как Торос из Мира и, возможно, Мелисандра, также используют дикий огонь для своих представлений. Дикий огонь использовался в битве на Черноводной.

Свойства

Тирион Ланнистер держит в руках сосуд с диким огнем. Кадр телесериала HBO.

В обычных условиях дикий огонь представляет собой жидкость мутно-зеленого цвета. От холода он загустевает и медленно перетекает в наклоненном сосуде, а при нагревании приобретает консистенцию лампадного масла. Это очень летучее и очень текучее вещество; оно способно пропитывать ткань, дерево, кожу и, если верить алхимикам, даже сталь; таким образом, любой материал становится легковоспламеняющимся[1]. Дикий огонь легче воды и при попадании в воду растекается по поверхности.

При воспламенении дикий огонь горит ярко-зеленым пламенем, «цвета желчи, нефрита и пиромантовской мочи»[2]. Он не тушится водой и вообще ничем, так как, по-видимому, содержит в своем составе окислитель и не нуждается в кислороде воздуха. Горение может продолжаться очень долго; известно, что тончайший слой дикого огня на мече Тороса из Мира был способен гореть целый час[1]. Попытки потушить дикий огонь бессмысленны, так что остается лишь ждать, пока субстанция выгорит полностью. У моряков есть присказка, что нельзя пытаться тушить дикий огонь даже струей мочи, ибо «хрен отвалится»[3]. С годами субстанция становится более «капризной», способна воспламениться от малейшего нагрева, даже от солнечного света, и очень легко взрывается. Взрыв одного сосуда заставляет взорваться соседние[1].

Температура пламени дикого огня очень высока, от его жара плавятся самые прочные металлы и плоть стекает с костей, как воск[1]. По словам пиромантов на свете есть только три вещи горячее дикого огня: драконье пламя, подземный огонь и летнее солнце[2]. Алхимики прекрасно сознавали, насколько опасен их продукт, и постоянно предупреждали об опасности заказчиков-королей[4].

Приготовление и хранение

Чан дикого огня. © Fantasy Flight Games. Художник: Грегори Шуч (Gregory Szucs).

Это исключительно ценное вещество готовит Гильдия Алхимиков в Королевской Гавани; процесс приготовления дикого огня и его состав связан с магией и окружен множеством тщательно оберегаемых тайн. Алхимики, работающие с диким огнем, называются пиромантами. Сам дикий огонь они называют просто «субстанцией»[1]. В Гильдии есть Галерея Железных Факелов, освещенная двадцатифутовыми опорами из черного металла, смазанного диким огнем — впрочем, их зажигают только в честь приезда знатных гостей: дикий огонь слишком дорог, чтобы тратить его впустую[1].

Хранят дикий огонь в шарообразных глиняных горшках размером с кулак, с очень тонкими стенками; горловина запечатывается воском. Стенки сосуда намеренно делаются грубыми и шершавыми, чтобы сосуд не выскальзывал из пальцев. Сосуды, сделанные во времена короля Эйриса, согласно королевскому пожеланию делались в форме фруктов[1].

По старым правилам сосуды с диким огнем уничтожали после истечения срока годности, но после восстания Роберта Баратеона у Гильдии не достает средств и людей, чтобы это делать; вместо этого старые сосуды запечатали воском и закачали в подземные хранилища воды[1].

Перевозка сосудов осуществляется в телегах с песком. Мастерские Гильдии — голые каменные помещения, откуда сосуды с диким огнем уносят в хранилища сразу же после приготовления. Мастерские снабжены примитивными, но действенными системами пожаротушения — над потолком каждой мастерской находится комната с песком, которым в случае пожара внизу можно засыпать пламя вместе с незадачливым алхимиком. Галлин уверял, что на комнаты с песком «наложено заклятие» — Тирион подозревал, что речь о каком-нибудь хитроумном механизме[4].

Пироманты в подземелье. Кадр телесериала HBO.

Впрочем, возможно, алхимики действительно используют магию при приготовлении дикого огня. Таллин рассказывал Тириону, что некогда спрашивал своего учителя Поллитора, почему многие заклинания алхимиков не так действенны, как говорится в книгах, и тот ответил, что магия стала уходить из мира после смерти последнего дракона. С возвращением драконов в конце «Игры престолов» заклинания алхимиков стали более действенными[5].

История

В 174 году от З.Э. король Эйгон IV Таргариен попытался использовать дикий огонь для завоевания Дорна, тогда суверенного и непокорного государства. По приказу короля были выстроены «драконы из дерева и железа»[6] — семь огромных передвижных огнеметов, извергающих струи дикого огня. Эти грозные машины, возможно, пригодились бы при осадах замков, но один из «драконов» загорелся на дороге через Королевский лес, задолго до дорнийской границы. В пожаре погибли все семь машин, сотни сопровождавших их людей и добрая четверть Королевского леса[7].

Во время Великого весеннего поветрия в 209 году от З.Э. Бринден Риверс велел пиромантам сжечь диким огнем тысячи трупов, сваленных в Драконье Логово. По словам Сефтона, зеленое зарево дикого огня было видно со всех концов города, и он даже годы спустя не мог видеть зеленый цвет без неприятных воспоминаний[8].

Известно, что Эйрион Таргариен умер донельзя глупой смертью, спьяну выпив сосуд дикого огня. Он был убежден, что этот поступок превратит его в дракона, но скончался в муках[9]. Дикий огонь сыграл неясную роль в пожаре Летнего замка, во всяком случае, слова «дикий огонь» есть в отрывочных записях мейстера Гильдейна об этом событии[10].

Красный жрец Торос из Мира, будучи умелым фехтовальщиком и большим любителем турниров, смазывал диким огнем свой меч и ходил в поединки с горящим в буквальном смысле мечом, пугая противников и их боевых коней[11]. Это было эффектно, но не слишком-то экономно — после каждого турнира меч приходилось выбрасывать как пришедший в негодность[12].

Мелисандра, возможно, также пользовалась диким огнем — чудесный огненный меч Светозарный, вынутый Станнисом из горящей статуи Матери, вспыхнул ярким зеленым «как яшма» пламенем, которое через несколько минут выгорело. Обожженный почерневший меч, потерявший всякую красоту, унесли[13]; Станнис впоследствии носил необычный светящийся меч, но неизвестно, был ли он тем самым, что король вынул из огня[14].

Дикий огонь известен и на Востоке: в Кварте Дейнерис Таргариен видела пироманта-фокусника, который, по словам Куэйты, устраивал фокусы с порохом и диким огнем[15].

Эйрис II и его тайники

Тайник пироманта. © Fantasy Flight Games. Художник: Джонни Клейн (Jonny Klein).

Эйрис II Таргариен относился к дикому огню донельзя серьезно, пироманты постоянно входили в его свиту. После Колокольной битвы, когда стало ясно, что власть Таргариенов может пасть, король приказал заминировать всю Королевскую Гавань сосудами с диким огнем — он решил сжечь город в случае поражения: «пусть Роберт будет королем обугленных костей и жареного мяса». По приказу короля по всему городу были устроены тайники с сосудами — «под септой Бейелора, в трущобах Блошиного Конца, под конюшнями и кладовыми, у всех семи ворот и даже в подвалах самого Красного Замка». Об этих работах знали только сами король, его телохранитель Джейме Ланнистер и собственно осуществлявшие минирование мастера-алхимики — Россарт, Белис, Гаригус и другие. Десница Кварлтон Челстед, раскрывший планы Эйриса и попытавшийся отговорить короля, был казнен с помощью дикого огня: десницу окунули в дикий огонь и подожгли. Эйрис назначил Россарта новым десницей. Именно угроза сожжения города заставила Джейме Ланнистера убить короля и Россарта, а затем поодиночке расправиться и с остальными пиромантами, знавшими расположение тайников и последний приказ короля[16].

Галлин, не входивший в число доверенных лиц Эйриса и не знавший о расположении и назначении тайников, говорил, что больше половины запасов дикого огня, сделанных для короля Эйриса — свыше 4 тысяч сосудов — пропало бесследно[1]. Некоторые тайники были обнаружены по случайности. Так, в 298 году от З.Э. около 200 сосудов были, к ужасу верховного септона, найдены в подземельях прямо под Великой септой Бейлора и в большой тайне вывезены в хранилища Гильдии[1]. Еще один тайник из 300 с лишним сосудов незадолго до битвы на Черноводной обнаружили в руинах Драконьего Логова: некоторые шлюхи водили в эти руины своих клиентов, и один из них, провалившись спьяну в подвал, вскрыл один из сосудов и попробовал содержимое[5].

Битва на Черноводной

Наиболее масштабным применением дикого огня была битва на Черноводной во время Войны Пяти Королей. Флот Станниса Баратеона из более чем двухсот кораблей подошел по реке вплотную к городу и вступил в бой с малочисленным флотом Джоффри, тем самым попав в заготовленную Тирионом Ланнистером западню[3].

Для обороны города еще задолго до битвы Серсея Ланнистер заказала пиромантам 10 тысяч горшков с диким огнем. На момент посещения Тирионом Гильдии Алхимиков они располагали 7840 сосудами, включая 4000 «переспелых» сосудов короля Эйриса[4]. Тем не менее, спустя несколько месяцев Галлин доложил, что готово 13 тысяч сосудов — много больше, чем ожидалось. Тирион заподозрил, что алхимики хотят его обмануть, и пригрозил пироманту королевским палачом[5].

Тирион распорядился подготовить огнеметные команды, выученные стрелять из катапульт горшками с зеленой краской и горящим маслом[1]. Во время битвы река была перекрыта цепью, после чего большая часть вражеского флота была сожжена с помощью снаряженных диким огнем катапульт, настенных огнеметов и кораблей-брандеров; разлившийся по поверхности реки дикий огонь поджигал корабли ниже по течению[3][17]. Практически все находившиеся на кораблях обеих сторон рыцари, матросы и солдаты либо сгорели заживо, либо утонули[18].

Сожжение башни Десницы

На свадьбу Томмена Баратеона Серсея Ланнистер распорядилась заминировать башню Десницы в Красном замке диким огнем и сжечь; Джейме Ланнистер счел это решение безумным, но не воспрепятствовал. Специально для этого Гильдия алхимиков две недели пополняла запасы дикого огня; в башне поместили полсотни сосудов с диким огнем, переложив их дровами, бочками со смолой и имуществом Тириона[2].

Цитаты

Дикий огонь – предательская штука, а десять тысяч горшков способны всю Королевскую Гавань превратить в головешки.Битва королей, Тирион I


Горящая смола – одно дело, а дикий огонь – совсем другое. Потушить его почти невозможно. Накроешь его плащом – плащ загорится, прихлопнешь ладонью – загорится рука.Битва королей, Давос III


Я не знаю, старик, видел ли ты хоть одну битву, но всё может пойти наперекосяк. Мы метаем что-то в Станниса, он метает что-то в нас. Люди гибнут, люди срут под себя, люди бегут. А это значит — горшки бьются. А это значит — огонь в наших стенах. А это значит — несчастные скоты, защищающие город, в итоге спалят его дотла.Телесериал HBO / The Ghost of Harrenhal


Поцелуи дикого огня превращали корабли в погребальные костры, а людей – в живые факелы. Воздух был полон дыма, стрел и криков.<...>Около десятка костров полыхало под городской стеной там, где разбились бочки со смолой, но по сравнению с диким огнем они казались свечками, мигающими в горящем доме, – их красно-оранжевые языки бледнели рядом с ядовито-зеленым адом. Низкие облака, перенимающие цвет горящей реки, окрашивали небо в бегущие диковинно-красивые оттенки зелени. Страшная красота – словно драконий огонь. Быть может, Эйегон Завоеватель чувствовал то же самое, пролетая над Огненным Полем.Битва королей, Тирион XIII


Вниз по течению плыли обгоревшие тела, и тонущие цеплялись за дымящиеся обломки. В пятидесяти футах выше над рекой плясал зеленый огненный демон. В каждой из десяти своих рук он держал бич, и все, на что падали удары, воспламенялось. <...> Казалось, что Черноводная кипит в своих берегах, а по воздуху носились горящие снасти, горящие тела и обломки кораблей.Битва королей, Давос III


Башня, охнув в ответ, осветилась изнутри красным, желтым, оранжевым… и зеленым, зловещей темной зеленью, цвета желчи, жадеита, пиромантовой мочи. Алхимики именуют это вещество «субстанцией», но в народе оно зовется «диким огнем».Пир стервятников, Серсея III


За кулисами

Прообразом дикого огня послужил греческий огонь — похожая горючая смесь, использовавшаяся в Византии с VII века н.э. и до самой гибели империи в 1453 году, оставаясь своего рода супероружием византийцев. Слова wildfire и Greek fire в английском языке были изначально синонимичны. Состав греческого огня, как и в Вестеросе, держался в глубокой тайне и остался неизвестным. Считается, что в рецептуру греческого огня входили сырая нефть, негашеная известь и сера.

Кроме того, дикому огню в ПЛИО присвоены некоторые свойства современных напалмов, точнее, супернапалмов. Супернапалм — сгущенный бензин с загустителями и добавлением порошков легких металлов — не тушится водой и обладает очень высокой температурой горения; образующиеся при горении шлаки способны прожигать даже металлические конструкции (что и происходило с мечом Тороса).

Источники

пошлите друзьям во́рона
Наверх