Повелители магии. Эпическое фэнтези — основа жанра

cov_cd_b (1)Гигантские армии сражаются насмерть… Могучие маги обмениваются страшными заклятиями… От деяний героев зависят судьбы мира… Со времен Толкина эпик — самое популярное направление фэнтези!

Что такое “эпическое фэнтези”? Чем оно отличается от героики? На Западе это понятие трактуют весьма широко, включая сюда даже “Гарри Поттера” и “Плоский мир”. Но принадлежность к эпику часто определяется личными пристрастиями критиков. Попробуем разобраться самостоятельно, заодно познакомившись с историей эпика и его лучшими представителями.

Множество авторов оказало Толкину наивысшую почесть — попыткой имитации.
Аарон Белз

Древний жанр

Эпос — одна из древнейших форм художественного произведения, которая изображает действия или события в объективно-повествовательной форме. Эпические предания лежат в основе мировой культуры: “Рамаяна”, “Старшая Эдда”, “Песнь о Нибелунгах”, “Илиада” — лучшие образчики эпоса седой древности. В средние века появился христианский эпос об идеализированных богатырях: “Песнь о Роланде”, сказания о короле Артуре, “Парсифаль”. Следующий этап — героические поэмы возрождения и нового времени: “Неистовый Роланд”, “Освобожденный Иерусалим”, “Потерянный Рай”. Новейший эпос обратился от мира легенд к реальной истории (“Жижка” Мейсснера, “Полтава” Пушкина) или философии (“Чайльд Гарольд” Байрона). В 18-19 веках поэтический эпос уступил место прозаическому роману.

На Западе к эпическому часто относят почти все фэнтези, ибо в основе его, в конечном счете, лежат тщательно или не очень переработанные мифы. Впрочем, справедливее считать первоисточником всего эпического фэнтези вполне определенный текст — “Властелина Колец”. На основе романа Дж. Р. Р. Толкина мы и попробуем вычленить формальные признаки эпического фэнтези.

Главный признак эпика — подробно выписанный фантастический мир. Одни авторы создают ворох дополнительного материала: карты, глоссарии, приложения. Другие рассыпают по сюжету массу мелких деталей, которые придают вселенной оттенок реалистичности.

Еще один признак — сверх-идея о принципиальном противостоянии Добра и Зла. События могут поначалу выглядеть обыденно: государства развязывают своекорыстные войны, а вокруг трона плетутся интриги. Но постепенно читатель понимает, что борьба ведется не за богатство, не за власть и даже не за спасение невинной красотки от зловредного колдуна. Нет! Свет и Тьма сошлись в извечном споре, и его исход зависит от героев. Отсюда глобальная задача — Спасение с большой буквы. Спасают, как минимум, государство, чаще — мир, человечество, Вселенную.

Ключевым является и нелинейный сюжет. Автор не просто день за днем описывает путешествие героев — это как раз один из признаков фэнтези героического. В эпике обычно одновременно и параллельно происходит множество событий. Герои начинают совершать подвиги вместе, но ветры судьбы разносят их в разные стороны. И перед читателем оказывается несколько историй, сплетенных в общий клубок интриги.

И, наконец, масштабность описываемых событий. Перед нами не квест героя по доставке шкуры Золотого Козла из пункта А в пункт Б. Масштабность проявляется во всем. Географически — действие охватывает страну, континент, весь мир, несколько миров. Хронологически — приключения героев затягиваются на месяцы, годы, века. Количественно — персонажи не просто убивают одного дракона, демона или орка, счет идет на десятки и сотни. Ситуационно — гигантские армии сходятся в яростных битвах, могучий магический смерч проносится над миром, поднимает голову Вселенское Зло.

Маленький шаг для одного человека…

Существует мнение, что сразу после появления “Властелина Колец” фэнтези освободилось из литературного гетто. Это не так, ибо издатели обратили жадное внимание только на классиков жанра. А книги Дансени, Эддисона, Кэйбелла, Уайта и других не годились для массового потребления. Что же до молодой поросли авторов, то их не принимали в расчет.

И тут появился “Волшебник Земноморья” (1968) Урсулы Ле Гуин. Это был почти прорыв! “Почти” — потому что, несмотря на восторженные вопли критиков и фанатов, основная масса читателей продолжала игнорировать фэнтези. Но еще один шажок был сделан. Главное достижение Ле Гуин — в том, что она написала фэнтези по законам реализма (Толкин все же остался ближе к литературной сказке).

Начало семидесятых прошло под знаком Роджера Желязны. Его “Хроники Амбера” (первый роман вышел в 1970) привлекли внимание многих поклонников фантастики. К литературной сказке и реализму Желязны примешал пряную щепоть философии — и все это в блестящей упаковке хитроумного сюжета!

Но Толкина, Ле Гуин и Желязны можно назвать лишь “крестными” современной фэнтезийной эпопеи. Истинным отцом стал совсем другой человек, значительно уступающий им талантом.

В 1977 появился дебютный роман Терри Брукса “Меч Шаннары”, красивое подражание Толкину. Именно это качественное, но откровенно ремесленное изделие стало камнем, породившим лавину. “Меч Шаннары” — первое фэнтези, попавшее в бестселлеры газеты New York Times, — причем на целых 5 месяцев! Такое было не под силу и “Властелину колец”.

Успех Брукса показал издательским боссам, что фэнтези может быть выгодным товаром. И поставлять его способны не убеленные сединами интеллектуалы, а молодые и хваткие живчики. Издатели не подкачали, открыв хищные объятия авторам фэнтезийных эпопей, и понеслось…

На этом история эпика как направления фэнтези заканчивается. Толкин заложил каноны. Ле Гуин и Желязны привнесли элементы “большой” литературы. Брукс создал добротный коммерческий продукт. В жанр хлынул поток авторов, чей дальнейший успех зависел уже от литературного мастерства: владения стилем, умения создать захватывающий сюжет и правдоподобных персонажей.

Вся королевская рать

Самая распространенная форма фэнтезийной эпопеи — сериал. Большинство из них, увы, пишутся до упора, по принципу “пока покупают”. Тот же Брукс создал “Меч Шаннары” как единичный роман, продолжение появилось лишь 5 лет спустя. Зато к настоящему времени Брукс накатал уже 13 томов, и останавливаться не собирается. По тому же пути отправились и Ле Гуин с Желязны.

Почти одновременно с Бруксом стартовал еще один успешный автор — Стивен Дональдсон, чей дебют “Проклятие лорда Фоула” (1977) получил Британскую премию фэнтези. Мрачноватая история прокаженного Томаса, регулярно попадающего в волшебный мир, где болезнь временно покидает его, стала одним из наиболее успешных эпических сериалов.

В восьмидесятых на небосклоне эпического фэнтези загорелось еще несколько ярких “звезд” — знаковых фигур жанра.

Сериалы Дэвида Эддингса — гибрид эпической саги, любовной истории и рыцарско-героического романа с элементами триллера. Возможно, эта смесь и позволила Эддингсу стать одним из самых преуспевающих авторов конца 80-х годов. Особым успехом пользовалась трилогия “Эления”: каждая из частей попадала в список национальных американских бестселлеров. Хорош также и пятироманный “Белгариад”. Однако Эддингс погряз в самоповторах, и пик его популярности давно миновал.

В 1982 поклонникам эпика открылся путь в Мидкемию Рэймонда Фэйста, одну из наиболее разработанных магических вселенных. Проработкой деталей и объясняется популярность сериала, ведь особых литературных достоинств за Фэйстом не числится. За начальным романом “Ученик мага” последовало более 20 томов, входящих в 6 циклов.

На те же восьмидесятые пришелся дебют плодовитого, но заурядного автора, чьи книги, однако, стали символом коммерческого фэнтези-сериала. Маргарет Уэйс несколько лет проработала в Мекке ролевиков TSR Inc., поэтому многие ее циклы, обычно написанные в соавторстве с Трэйси Хикменом, основаны на ролевых сеттингах. Действие самого знаменитого сериала происходит в мире DragonLance. Вклад Уэйс в эту межавторскую серию — более 20 средних романов и антологий. Не блещут и другие ее эпики — “Меч Тьмы” и “Врата Смерти”. Зато тиражам Уэйс позавидует любой!

Протест против вала беззастенчивых спекуляций на творческом наследии Толкина дал толчок деятельности интересного автора. Канадец Гай Гэвриел Кей написал роман “Древо Жизни” (1984), да и всю трилогию “Гобелены Фьонавара” как ответ “ремесленникам” от эпического фэнтези. Впрочем, эти книги пользовались успехом и у широкой публики. Сейчас Кей пишет редко, но метко, и входит в число наиболее издаваемых авторов фэнтези “для взрослых”. А его замечательная “Тигана” (1990) — отличный пример того, что фэнтезийная эпопея вполне способна вместиться в один том.

Еще один яркий писатель — Тэд Уильямс, автор объемной трилогии “Память, горе и шип” (она же “Орден Манускрипта”), которая разошлась миллионным тиражом. Отличительная черта его стиля — жесткая реалистичность неторопливо описываемых событий.

О саге “Колесо времени” Роберта Джордана, начатой романом “Око мира” (1990), написано немало. И хотя автор явно затянул сериал, он продолжает пользоваться значительным успехом. Терри Гудкайнд с “Мечом Истины” пошел иным путем: все романы цикла обладают вполне законченным сюжетом. Однако и с ним сериальность сыграла злую шутку: каждый новый роман слабее предыдущего.

Луч света — “Песнь Льда и ПламениДжорджа Мартина. Начатый в 1996 как псевдоисторическая хроника, цикл постепенно обрел черты масштабной фэнтезийной эпопеи. Заслуга Мартина в том, что он поднял реалистичность событий на исключительную высоту. У него нет уныло-благостных положительных персонажей, даже “хорошие ребята” способны совершить низкий поступок, а злодеи, наоборот, — подвиг. Дабы не опустить планку, Мартин очень тщательно работает над новыми книгами цикла: четвертая часть, заявленная еще на прошлую весну, не вышла до сих пор. А всего планируется 6 томов.

Эпик пишут и женщины. Правда, Меган Линдхольм прославилась под мужским псевдонимом Робин Хобб. Ее взаимосвязанные циклы о Королевском убийце и Живых кораблях балансируют на грани эпика и психологической прозы. Уж больно часто ее герои оказываются перед сложным моральным выбором.

Едва ли не самая популярная в США эпопея — трилогия Линн Флевеллинг “Ночные странники”. В России цикл внимания не привлек, однако для американцев романы о приключениях двух друзей-гомосексуалистов стали объектом настоящего культа. Книги написаны здорово, но их гигантский успех трудно объяснить только литературными достоинствами.

Из тех, кто “звезданул” на рубеже веков, стоит отметить Грегори Киза. Его “Терновый Король” (2002), начало цикла о Королевстве Шипа и Костей, не только стал бестселлером, но и заслужил лестные отзывы критиков. Среди других заметных фэнтезийных эпопей можно отметить романы еще неизвестного у нас Роберта Станека.

А также циклы “Пандемия” Дэйва Дункана, “Падение Малазана” Стивена Эриксона, “Властители Рун” Дэвида Фарланда, “Тьма” Гарри Тертлдава, “Симфония Веков” Элизабет Хэйдон, “Книга Слов” Джулии Джонс, “Остров Отшельничий” Лиланда Модезитта, “Хроники Крови и Камня” Роберта Ньюкомба… Правда, ныне эпик страдает от недостатка новых идей. Поэтому авторы стараются превратить свои опусы в причудливые коктейли, составленные из разных жанров. Кому-то удается, большинству — не очень.

Но свет не сошелся клином на англоязычных авторах. Хотя выбор и небогат: “Ведьмак” Анджея Сапковского — вот главное достижение. Может, именно в России появится писатель, которому будет “по зубам” совершить революцию в эпической фэнтези?

Впервые опубликовано в ежемесячном журнале “Мир фантастики“.
Мир Фантастики №1(17), 2004 год
Автор: Борис Невский

Наверх

Сообщить об опечатке

Выделенный текст будет отправлен мейстеру на проверку: