GQ признал «Черноводную» лучшей ТВ-серией нынешнего года

Мы вряд ли будем оригинальны, сказав, что «Черноводная», 9-я серия второго сезона Игры престолов, кажется нам лучшей в этом сезоне. Да, это нестандартная по композиции серия, события в которой происходят в одном месте и в одно время; действие не перескакивает постоянно с одной сюжетной линии на другую. Но если это и «нестандарт», то такой нестандарт мы весьма одобряем. Сайт авторитетного журнала GQ оценил «Черноводную» даже выше: признав ее не просто лучшей серией в сезоне, но лучшей серией в телесезоне. Напомним, что мы переводили интервью режиссера Нила Маршалла, в котором он делился своими впечатлениями от съемок и рассказывал закадровые подробности. Теперь же Брайан Рафтери с GQ.com собрал воедино аналогичные истории исполнительных продюсеров сериала, Беньоффа и Вайса, а также сценариста «Черноводной» и автора «исходника» Джорджа Мартина. (В оригинале приведены также цитаты как раз из того переведенного нами интервью Нила Маршалла, их мы здесь не дублируем.)

Мартин: Дэвид и Дэн выдали мне для написания сценария самую сложную серию сезона. Полагаю, это такая коварная месть с их стороны за то, что им приходится снимать «неэкранизируемый» сериал. Чтобы снимать эту серию точно по книге, потребовался бы бюджет, сопоставимый с бюджетом любой из трех частей «Властелина колец». В ней были бы битва на море, сражение на земле, мост из кораблей, по которому армия переходит залив, огромная цепь, созданная по замыслу Тириона, для того чтобы запереть корабли на реке, много конных сцен… И все это было бы ужасно дорого. Но мои принципы как сценариста таковы: надо включать в сценарий всё. Если что-то осилить не получится, эту часть всегда можно будет выкинуть. Но если изначально не включить ее в сценарий, то ее уж точно никогда не снимут.

Вайс: Когда сценарий получен и прочитан, ты начинаешь осознавать шансы воплотить его на экране. И где-то через месяц мы позвонили Мартину и сказали: «Джордж, прости ради бога, но цепи в серии не будет». А еще через какое-то время: «Джордж, у нас нет времени на всех этих лошадей. Они чертовски замедляют процесс».

Мартин: Не скажу, что я был расстроен. Но это потеря. И если бы не мой опыт работы на ТВ, принять эту потерю было бы сложнее. Наш сериал мне очень нравится, но я бы хотел, чтобы в сезоне было хотя бы на две серии больше.

Вайс: Планы битвы все время менялись в зависимости от того, на какой бюджет мы могли рассчитывать. Мы хотели потратить на этот ключевой эпизод как можно больше, но, конечно, не больше, чем у нас в принципе было. Так что это был вопрос постоянной перекройки бюджета.

Беньофф: У нас был очень напряженный разговор с руководством HBO. Очень неловко было. Они нас спрашивают: «Так что, вам еще 500 тысяч выделить?» А мы: «Нееет…» Они: «Что, миллион?» Мы: «Нууу…»

Вайс: Мы вроде попросили в итоге 2,5 миллиона. И получили 2 с чем-то. Для ТВ это очень серьезные деньги, и для них выделить такую сумму было тяжело. Но они поняли, насколько это важно: мы сумели объяснить, что весь сезон сходился к этой ключевой точке. И снять ее в обычном телевизионном стиле — в виде обсуждения происходящей битвы несколькими героями в комнате — означало загубить весь сезон.

Беньофф: Мы к тому моменту уже год как понимали, что 9-й серией будет «Черноводная», и при планировании сезона закладывали непропорционально огромные средства, как денежные, так и временны́е, именно на съемку этой серии. Это самое серьезное из всего, что мы до сих пор делали. И как раз перед началом съемки мы потеряли режиссера: его отец заболел, так что ему пришлось остаться дома. А мы впали в панику.

Вайс: Мы разглядывали список режиссеров, которые были свободны, так как у них был перерыв между съемками. Таких всегда немного, да нам, к тому же, нужен был особенный человек, способный снять битву так, чтобы она выглядела даже более убедительной, чем это позволял бюджет. И тут мы наткнулись на одно имя, словно высвеченное огнями рекламной вывески: Нил Маршалл. (Маршалл в своем интервью рассказывает, как ему сделали в субботу предложение начать работать на съемках в понедельник.)

Беньофф: В разговоре с женой я не могу упоминать Маршалловский триллер «Спуск» — она настолько перепугалась при первом просмотре, что даже сейчас, несколько лет спустя, не готова вспоминать и обсуждать его.

Вайс: Учитывая, что тот же «Спуск» был снят за весьма скромные деньги, мы понимали, что́ Нил способен выжать из ограниченного бюджета и какое великолепное действо он может обеспечить.

Беньофф: И все же мы волновались. Безусловно, нам нравились его работы, но начать снимать для сериала — это совсем другое дело. На съемках фильма режиссер — сам господь бог, и у него были месяцы на подготовку перед началом съемок. А Нилу пришлось снимать чужой фильм и безо всякой подготовки. Да он даже имен героев не знал! Неудивительно, что мы были слегка на нервах.

Беньофф: Мы решили отойти от книги и перенести сражение на ночное время, потому что наши мастера по спецэффектам сказали, что это существенно облегчит съемки — темнота может скрыть очень многое.

Вайс: И создает правильное настроение: ночью гораздо проще впасть в отчаяние.

Беньофф: Североирландская массовка — очень крутой и одержимый народ. Готовясь к своей крохотной роли, они отрастили себе бороды и длинные волосы.

Вайс: И они с каждым годом всё лучше владеют мечом. К концу съемок сериала у Северной Ирландии будет огромное тренированное средневековое войско.

Вайс: Я позволил себе вздохнуть свободно, когда просмотрел отснятые за первые пару дней материалы Нила. Их количество и качество говорило о том, что съемки завершатся успешно. Также я отметил отличное настроение, царившее на съемочной площадке, которую по 8 часов в день поливал ледяной дождь.

Беньофф: Мы прописываем в сценарии каждую сцену, так что знаем, как примерно она должна выглядеть и о чем должна рассказать зрителю. С отснятым Маршаллом материалом мы могли позволить себе роскошь выбирать при монтаже из кучи вариантов раскрытия каждой сцены.

Вайс: Нам приходилось снимать в таком темпе, что мы не могли себе позволить долгую работу над актерскими эпизодами. Если бы Питер Динклейдж не выдал свою речь на стене («В наши двери ломятся отважные люди. Пошли убьем их!») за два-три дубля, нам пришлось бы выкинуть эту сцену и снимать дальше. Питер сделал ее с первого раза.

Беньофф: Изначально мы не были уверены, что кто-нибудь вообще станет смотреть Игру престолов, но были уверены, что те, кто станет — будут смотреть прежде всего на Тириона, потому что это потрясающий персонаж и его великолепно играет Питер. Когда мы вели переговоры с Питером о его участии в съемках, мы обещали, что он получит за эту роль Эмми. Наверняка он тогда считал, что мы бесстыдно врем. (Динклейдж действительно получил Эмми в 2011-м.)

Вайс: Тирион — безусловный герой, но герой, не сопряженный с насилием. И в трудные жизненные ситуации он попадает против своей воли. Но выходит из них живым и с победой.

Беньофф: Это один из самых современных нам героев саги, взгляды Тириона максимально близки к нашим сегодняшним. Он вроде как живет в эпоху Просвещения, когда остальные еще остались в Средневековье. У него скептическое отношение к окружающему миру, есть чувство юмора, а в книгах ему досталось большинство самых шикарных фраз.

Беньофф: Готовясь снимать сцены битвы, мы в первую очередь ориентировались на «Спасение рядового Райана», но пересмотрели и кучу других фильмов, включая «Лоуренса Аравийского», «Спартака», «Эль Сида», «Зулусов», потому что они близки эстетике нашего сериала. В 60-е в распоряжении режиссеров не было спецэффектов, а у нас они были, но ограниченный бюджет позволял использовать их только для тех сцен, которые иначе было не снять — для морского сражения и взрыва дикого огня. Говорят, они размножили число горящих стрел до 10 миллионов. (Реальных горящих стрел для съемок было заготовлено 4500 штук.)

Вайс: Использовать спецэффекты для битвы очень соблазнительно, потому что это не отнимает драгоценное съемочное время. Но если есть возможность сделать то же самое с помощью грима, получается обычно даже лучше. А Нил был словно ребенок в лавке сладостей. (Маршалл в своем интервью рассказывает, какое удовольствие он получал, придумывая разные варианты насильственных смертей и ситуаций в бою.)

Вайс: У всех свои границы допустимого [на экране] насилия. Остается только доверять своим ощущениям.

Беньофф: У Дэна этих границ нет, а вот меня постоянно подташнивает. И осознание того, где находятся разумные границы, требует времени. В эпизоде на турнире в первом сезоне, когда свежепроизведенный в рыцари сир Хью погибает с осколком копья в горле, на экране он добрых пять секунд булькает кровью. Если бы мы снимали эту сцену сейчас, мы бы сократили ее длительность до трех секунд.

Вайс: В основном это чисто редакторские решения: «Эта сцена с насилием длится 12 кадров. Нормально или слишком?» Грань между мощным, цепляющим видеорядом и его превращением в комедию с литрами хлещущей крови и кровавым месивом очень тонкая. И нельзя переступать черту, за которой начинается территория «Зловещих мертвецов».

Беньофф: Мы привлекли к съемкам множество инвалидов с ампутированными конечностями. Так что когда вы видите на экране, как парню оттяпывают ногу топором — знайте, это одноногий инвалид, надевший протез.

(Маршалл в своем интервью рассказывает, что решение расширить роль Станниса в сражении, с подъемом по штурмовой лестнице и «битвой за нишу», принимал он.) Мартин: Я против изменения персонажей для экранизации, но в то же время я понимаю, что книги — это книги, а кино — это кино. Изменения неизбежны. Но сцены, которые добавляют Дэвид и Дэн, как правило превосходны — по сути, нечто подобное и подразумевалось в книгах.

Беньофф: Мы стараемся писать добавленные сцены, просто взяв героев Мартина и поместив их в другую ситуацию. (Дэвид отмечает, что сцена в конце 9-й серии, когда Серсея собирается дать яд Томмену и выпить его сама, написана под влиянием аналогичной смерти супруги и детей Йозефа Геббельса после самоубийства Гитлера.)

Мартин: Дэвид и Дэн часто говорят: «Этого персонажа придется выкинуть». А я им в ответ: «Но в шестой книге у него очень важная роль, так что, когда вы туда доберетесь, вам придется нелегко». После этого они могут передумать. А могут — и нет. (смеется) Впереди еще две огромные книги, и Дэвид и Дэн не знают очень многого о судьбах моих героев. Даже я, хотя и представляю себе общую канву повествования, многое открываю прямо в процессе написания. Как говорится, дьявол кроется в деталях. И в этих книгах сокрыто множество дьяволов.

Беньофф: У нас впереди еще одна битва, даже более грандиозная, чем Битва на Черноводной. Но ее вам придется подождать до конца четвертого сезона. И мы уже репетируем проникновенные речи, с которыми будем вымаливать у руководства побольше денег.

Комментарии (14)

Наверх

Сообщить об опечатке

Выделенный текст будет отправлен мейстеру на проверку: