1. Внимание! Отдельные фанфики могут иметь рейтинг 18+. Посещая этот раздел, вы гарантируете, что достигли 18 лет. Все персонажи фанфиков, вовлеченные в сцены сексуального характера, являются совершеннолетними с точки зрения законов РФ.
    Полезная информация для авторов: Правила оформления фанфиков (читать перед размещением!) Бета-ридинг
    И для читателей: Поиск фанфиков по ключевым словам Рекомендации и обсуждение фанфиков
    Популярные пейринги: СанСан Трамси
    Популярные герои: Арья Старк Бриенна Тарт Дейенерис Таргариен Джейме Ланнистер Джон Сноу Кейтилин Талли Лианна Старк Мизинец Нед Старк Рамси Болтон Рейегар Таргариен Робб Старк Русе Болтон Сандор Клиган Санса Старк Серсея Ланнистер Станнис Баратеон Теон Грейджой
    Другие фильтры: лучшее не перевод перевод юморвсе
    Игры и конкурсы: Минифики по запросу Флэшмоб «Теплые истории»Шахматная лавочкаНовогодний Вестерос или Рождественское чудо

Джен Фанфик: Любовь и Долг

Тема в разделе "Фанфикшн (в т.ч. 18+)", создана пользователем Алора, 26 май 2018.

  1. Алора

    Алора Ленный рыцарь

    Название: Любовь и Долг
    Фандом: сериал/сага
    Автор: Алора
    Категория: Джен
    Размер: планируется миди
    Пейринг/Персонажи: Рейегар Таргариен /Лианна Старк, Джон Сноу /Дейенерис Таргариен, Робб Старк /Маргери Тирелл, Визерис III Таргариен /Рейнис Таргариен, Санса Старк, Серсея Ланнистер
    Рейтинг: R
    Жанр: Флафф, Драма, Фэнтези, POV, AU, Дружба
    Предупреждения: OOC, Насилие, Нехронологическое повествование
    Краткое содержание: Восстание Баратеона закончилось неудачей. Победу на Трезубце одержал Рейегар Таргариен, и история двинулась по совсем другому пути.
    Сборник драбблов.
    Дисклеймер: всё принадлежит Мартину/НВО.
    Статус: в процессе

    Содержание:
    Любовь и долг
    Заложник
    Турнир
    Кровавые воды
    Услышь мой рёв
    Чёрные крылья
    Апельсиновый сок
    Цена ошибок
    Долги
    Дракон и змея
    Мгновения
    Золотой лев
     
    Последнее редактирование: 26 авг 2018
    Sancha, Ulv и brook нравится это.
  2. Алора

    Алора Ленный рыцарь

    Любовь и долг

    Стук её собственных каблучков отдавался в голове, мешаясь со стуком крови в ушах. Рейнис почти бежала по коридорам Красного Замка, с трудом сдерживая желание разбить или сломать что-нибудь, желательно что-то дорогое отцу.

    Нужная ей дверь возникла очень вовремя, когда она поняла, что она уже не может контролировать себя. Визерис часто говорил, что неправильные слова или поступки могут разбудить в нем дракона, она даже пару раз видела его в таком состоянии, но сама это испытала впервые.

    Дверь она распахнула с такой силой, что та ударилась о стену, а сидящая в комнате женщина подняла голову.

    - Мама, это возмутительно, это ужасно. Как он вообще мог так со мной поступить? - Кажется, она кричала.

    - Спокойнее, Рейнис. - В ответ лишь улыбнулась ей леди Лианна Старк. - Я ничем не смогу помочь тебе пока ты так кричишь, просто потому что не смогу понять тебя.

    Буря в душе Рейнис не утихла от этих слов, но спокойный голос той, что заменила ей мать, помог обуздать эту бурю, и Рейнис опустилась на небольшую скамеечку возле стола мамы. Сколько она себя помнила эта скамеечка всегда стояла тут. Детьми она, Дини и Джейх, а порой и Визерис часто прибегали в эту комнату, чтобы выплакавшись на коленях у леди Лианны, сесть на эту скамеечку и рассказать о своих детских бедах и горестях. И мама всегда находила для них время - успокаивала, мирила, объясняла, рассказывала истории, брала снадобья у мейстера и никогда ни о чем не рассказывала отцу. Джейх называл ее лучшей мамой на свете, и Рейнис была согласна с этими словами, хотя на самом деле леди Лианна не была её матерью. Но свою родную мать Рейнис помнила смутно, в памяти остались лишь мягкий голос, тёмные волосы да размытое пятно на месте лица. Элию дорнийскую убили, когда девочке было всего три. Её и младшего брата Эйгона. Убили, а потом бросили их тела к подножию трона, завёрнутыми в алые плащи Ланнистеров. Так ей рассказывал дядя Оберин, не зная, что девочка всё видела сама. В тот ужасный день она, ловя сбежавшего котёнка, забежала в тронный зал, где спряталась за гобеленом от безумного деда, там её и нашёл позже отец, потерявшую сознание с наполовину поседевшими волосами.

    - Я слушаю тебя, Рейнис. Кто поступил с тобой так несправедливо, что ты решила сломать дверь? - Мама обратилась к ней с мягкой улыбкой, заставив потрясти головой и отогнать жуткие воспоминания.

    - Отец... - Вновь закипая начала Рейнис, но закончить не успела, дверь вновь открылась, и на пороге появился братец Джейехейрис и тетушка Дейенерис, умильно держащая его за руку.

    - Мама, я пришёл сказать, что хочу отречься от трона. - Прямо с порога выпалил братец, вынудив Рейнис искать свою челюсть где-то в районе пола.

    - Я обязательно послушаю, что вызвало столь неожиданное решение. - А вот мама осталась спокойна, кажется, она за эти годы так привыкла к ним, что готова была уже к любым их словам или поступкам. - Но тебе придётся подождать, Джейх. Рейнис пришла первая, ей первой и рассказывать. Говори, дорогая. - Кивнула мама, когда брат и тётя устроились на скамеечке.

    - Отец хочет выдать меня за Джейха. - Выпалила Рейнис. - Он говорит, что не хочет ущемлять мои права и хочет, чтобы я стала королевой.

    - И в чём же проблема, дорогая?

    - Я не хочу замуж за Джейха. - Она зажмурилась, чувствуя, что не в силах смотреть на лицо мамы. - Он замечательный, но он мой брат, только брат. Я люблю Визериса.

    - Кого? - Открыв глаза, Рейнис убедилась, что в этот раз челюсть на полу надо было искать уже Джейху, а Дени растеряла своё вечное спокойствие и смотрела так, будто Рейнис призналась в любви к ядовитому скорпиону.

    - Визериса. И я вовсе не хочу, чтоб ты за него выходила. Ты его совсем не понимаешь.

    - Да уж действительно. - Дени вновь, кажется, обрела душевное равновесие. - Я думаю, здесь наши желания совпадают, я тоже не хочу выходить за Визериса.

    - Что ж, я думаю, проблемы ваших замужеств мы можем обсудить с Рейегаром. - Лианна перевела свои светлые северные глаза на Джейха. - Теперь твоя очередь, милый мой. Что случилось, что ты решил отказаться от трона?

    - Предложенная отцом помолвка с Рейнис. - Её брат опустил глаза, а Рейнис с облегчением осознала, что и с этим родственником её желания, похоже, совпадают. - Я подумал, что если я отрекусь от трона, то он перейдёт к Визерису, отец выдаст Рейнис за Визериса для того чтобы она стала королевой, а я смог бы взять Дени в жёны.

    - Значит все ваши проблемы из-за нежеланных браков. – Лианна встала со своего места и отодвинула бумаги. – Я говорила Рейегару, что из этой его затеи не выйдет ничего хорошего, но он меня не послушал. Пойдёмте, поговорим с нашим всемогущим королём.

    ***

    Джейх так до сих пор и не мог поверить в реальность происходящего, ещё несколько минут назад казалось, что отказ от трона и короны единственная возможность избежать брака с сестрой и остаться с девушкой, которую он любит. А сейчас оказалось, что и мама поддерживает его решение, и Рейнис не хочет становиться его женой и королевой. Джейх покосился на сестру, шедшую слева от мамы, гордо подняв голову. Когда же она успела полюбить Визериса? Должно быть за те годы, что они провели вместе в Дорне. Сестру увезли туда, когда ей было десять, а Визерису пятнадцать. Это было условием принца Дорана.,после того как его сестра погибла в Королевской Гавани от рук Ланнистеров. Корона отправила головы убийц Элии и Эйгона в Дорн, но этого оказалось недостаточно для принцев. Они требовали, чтобы один из детей Рейегара и его брат или сестра воспитывались в Дорне. Новой войны нельзя было допустить и отцу пришлось согласиться, а мама решила, кто из них поедет в Дорн. Рейнис была дорнийкой и ей гораздо больше бы были рады в Солнечном Копье, чем Джейху, а Визериса мама старалась убрать подальше от трона, также возможно надеясь, что он сойдётся с принцессой Арианной, но видимо в последнем расчёт оказался не на маминой стороне.

    - Нет, Рей. – Когда они остановились у дверей отца, из комнаты доносился голос Визериса. – Дени прекрасная, идеальная девушка, но я не хочу, чтобы она была моей женой.

    - Я не понимаю тебя, Визерис. Разве это плохо - быть женатым на идеальной девушке?

    - Только если ты сам идеальный, как Джейх. Я бы предпочёл видеть своей женой девушку не столь идеальную, но которая не будет в общении со мной напоминать каменную статую. Рейнис например.

    - Пойдём. – Мама с усмешкой осмотрела их всех - Дени, приподнявшую уголок губ в улыбке, Рейнис, прижимающая руки к груди и его самого, наверно, выглядевшего столь же глупо, как и сестра - и толкнула дверь. – Рейегар, позволь мне прервать разговор. Визерис, рада тебя видеть. Почему ты не заглянул ко мне, когда вы с Рейнис вернулись.

    - Я тоже рад вас видеть, мама. – Для Визериса такое обращение к Лианне стало чем-то вроде дани уважения женщине, которая вырастила их всех. В отличие от Дени и Рейнис свою мать он помнил хорошо. – Простите, у меня были дела. Я готовил подарок для одной замечательной девушки.

    - А когда добрался до замка, то узнал, что эту девушку собираются выдать замуж за твоего племянника. – Дени даже и не думала задавать вопрос, её слова звучали абсолютно уверенно. – Привет, братец. Не думала я, что похожа на статую.

    - Привет, Дени. Ты не то чтобы статуя, но мне не нравятся такие сдержанные, как ты. Предпочитаю более страстные натуры. – Визерис нисколько не смутился. – Джейх, приветствую. Ты ещё подрос, как посмотрю. Скоро вырастешь таким большим, что на Железный трон не поместишься. И как ты будешь тогда править?

    - Ничего, на троне прекрасно поместится Дени. Правящая королева имеет ничуть не меньше прав сидеть там, чем её венценосный супруг. – Мамин смех привлёк внимание, и они обернулись к ней сидящей на папином столе и к отцу, обнимающему её и слегка смущённо глядящему на них. – Я говорила тебе, Рей, что твоя затея ничем хорошим не кончится? Детки выросли и у них свои привязанности, на которые мы не можем повлиять.

    - Я прошу прощения у тебя, Лианна. И у вас. – Отец улыбнулся чуть грустно. – Мне казалось, что те браки, что я задумал, будут благом для вас и для страны. Но реакция Рейнис доказала мне, что я был не совсем прав. И уж точно я не позволю моему сыну и наследнику, который станет прекрасным королём, отречься от трона. Джейх, ты можешь взять в жёны Дени, если вы так хотите. Визерис, я думаю, принц Доран будет благосклонен к твоему браку с Рейнис, ты смог произвести на него хорошее впечатление.

    - Вот видишь. Я говорила, что тебе не позволят отречься. – Прошептала ему на ухо Дени, пока дядя и сестра благодарили отца. – Папа умный, просто иногда он пытается быть слишком умным и справедливым.

    - Ты умница, Дени, всё наперёд знала. – Прошептал он ей, обнимая покрепче и понимая, что был прав, когда без колебаний согласился отдать трон за право быть с ней.

    - Счастья вам дорогие мои. – Мама уже пересела на колени отца, и по её позе было понятно, что лучше бы младшему поколению покинуть комнату. – В конце концов, какое право мы имеем указывать вам кого любить, когда сами выбрали любовь, а не долг.
     
    D'arja, Sancha, Regina и 7 другим нравится это.
  3. Алора

    Алора Ленный рыцарь

    Заложник
    Роббу шесть, и он почти с рождения знает, что однажды должен будет уехать из дома и жить среди других людей. Это всё из-за того, что его отец был мятежником. По крайней мере, так объяснил ему мейстер. Больше в Винтерфелле никто не хочет говорить о мятеже. Робб знает только, что он начался из-за тёти Лианны, которую отец хотел спасти, и не понимает, зачем нужно было спасать королеву. Разве не могла сделать этого Белая Гвардия?

    Большего ему о восстании рассказывать не хотят. Отец отводит глаза, мама начинает плакать, а мейстер отговаривается ничего не значащими фразами. Они все будто боятся чего-то, но чего Робб понять не может.

    Зато он точно знает, куда ему предстоит поехать. В замке много говорят о доме Тиреллов и об их далёком южном замке - Хайгардене. Он много раз пытается представить себе этот замок, но ничего не получалось, вместо замка, прекрасного, как говорил мейстер, он видит лишь пустоту.

    А ещё он знает, что мама отсчитывает каждый его год, считая время, что им осталось провести вместе. Приезжать к нему в замок Тиреллов мама не сможет, ей и отцу запрещено покидать Север всё из-за того же далёкого восстания, о котором Робб ничего не знает. Постепенно он и сам начинает бояться и считать время, оставшееся до его десятилетия, с всё возрастающим желанием никуда не уезжать.

    ***

    Роббу десять и на его именины приезжает тётя Лианна и те, кто должен сопроводить его в Хайгарден. Праздник получается горьким, мама и всё повторяющая за ней Санса, плачут, стараясь скрывать слёзы перед гостями, Арья бегает за тётей и, умильно заглядывая ей в глаза, просит не забирать брата, маленький Бран, ещё не до конца понимающий, что происходит, весь вечер не отпускает руку Робба, а отец отводит глаза и молчит.

    Вечером у покоев родителей Робб слышит, как плачет мама, обвиняя отца в том, что он отдаёт своего ребенка и, как успокаивая её, отец говорит, что судьба их семьи далеко не так плоха. Из-за этого разговора Робб всю ночь не может заснуть. Теперь он всё знает о восстании. Знает, что оно началось с того, что тётя сбежала с Рейегаром Таргариеном. Что Север созвал знамёна, когда безумный король сжёг деда и дядю Робба и потребовал выдать отца. Что решающее сражение произошло на Трезубце, что в этой битве Рейегар Таргариен поверг Роберта Баратеона и вернул Таргариенам власть над Вестеросом. Знает, что Ланнистеры предали драконов и, захватив столицу, убили первую жену принца Рейегара его сына и отца. Знает и о суде, на котором решались судьбы мятежных лордов, на котором король приказал лорду Старку вернуться на Север и никогда не покидать его под угрозой смерти. Робб знает, что на этом суде король приказал, что старшие дети или же внуки, каждого из мятежных лордов должны стать воспитанниками в домах, что остались верны Таргариенам. Он знает всё это и злится на тётю Лианну. Зачем ей понадобилось бежать от брака с Робертом Баратеоном? Не вздумайся ей сбежать с Рейегаром Таргариеном и восстания бы не было, и не пришлось бы Роббу сейчас покидать дом, по прихоти короля.

    Из-за злости он не подходит к тёте в первые дни пути, сторонится её. Она тоже почти не разговаривает с ним, кажется, что даже не обращает внимания, но сразу замечает, когда он, спешиваясь, повреждает ногу.

    - Ты мне напоминаешь Джейха, моего сына. - Говорит она тогда с полуулыбкой. - Он такой же упрямый, никогда не скажет, что ему больно, считает это гордостью.

    Почему-то после этих слов ему становится стыдно перед тётей, Робб начинает общаться с ней и вскоре обнаруживает, что королева вовсе не такая, как он представлял. Она умная внимательная и добрая, и вовсе не надменная, она не ставит себя выше других. Она несколько раз упоминает своего сына, и Робб невольно думает об этом мальчике. Джейехейрис Таргариен - наследный принц Семи Королевств, ему кланяются, его боятся, за его внимание борются, но что было бы с принцем проиграй его отец на Трезубце? Однажды, набравшись смелости, он задаёт этот вопрос тёте.

    - Принцем бы он точно не был. - Она не злится, как ни странно. - Было бы чудом, если бы мой сын выжил, не думаю, что Роберт проявил бы милосердие к побеждённым.

    Он думает о словах тёти ещё долго, возможно, решение короля действительно было милосердным. Отца могли бы казнить за участие в восстании, отправить на Стену, но ему лишь запретили покидать Север. Может отец был прав и судьба их семьи действительно не столь уж и печальна.

    Хайгарден поражает Робба. Замок огромен и, кажется, весь увит зеленью и цветами. Яркий солнечный, построенный из светлого камня, он совсем не похож на тёмный, всегда сумрачный Винтерфелл. Во дворе их встречают. Тучный мужчина первым преклоняет колено перед королевой, целует её руку. Его семья, склоняется вслед за ним.

    - Поднимитесь, лорд Тирелл. - Тетя Лианна, кажется, почти не обращает внимания на оказываемые ей знаки уважения. - Я рада видеть, что ваши владения и ваша семья процветают. - Она кладёт ладонь на плечо Робба и мягко подталкивает его вперёд. - Знакомьтесь, лорд Тирелл - мой племянник, Робб Старк.

    - Приветствую, юноша. - Лорд Тирелл улыбается широкой доброй улыбкой. – Уверен, вам понравится Хайгарден.

    - Да какой он юноша? Мальчишка ещё. - У говорящей старушки глаза острые, колкие, но не злые.

    - Это моя матушка - леди Оленна. - Лорд Тирелл пытается нахмурить брови, но при его добром мягком лице это выглядит забавно, а не грозно. - Моя жена - леди Алерия. - Женщина с серебристыми волосами, напоминающими о Таргариенах, сухо улыбается. - Мои сыновья - Уиллас, Гарлан и Лорас. - Юноша, опирающийся на трость, склоняет голову, его похожий на отца брат улыбается, мальчик, всего на пару лет старше Робба протягивает руку. - И... - Лорд Тирелл вытаскивает из за своей спины прятавшуюся там очаровательную темноволосую девочку не старше Робба с большим и столь же добрыми, как и у всех остальных Тиреллов глазами. - Моя дочь - Маргери.

    ***

    Роббу семнадцать и он уже давно не жалеет о том, что его отец потерпел поражение в восстании. Кем бы он был, если бы Таргариены проиграли? Наследником Старков, никогда ничего кроме Севера не видевшим, помолвленным по воле отца с какой-нибудь северянкой? Нет, ему вовсе не жаль, что эта судьба миновала его. Он счастлив тем, что есть у него. Он видел Север и юг, побывал в Королевской Гавани и Речных землях, видел красоты земель западных и, конечно, Простора. Он рыцарь, посвящённый самим королём. На всю жизнь он запомнит тот день, почти год назад, когда Рейегар Таргариен коснулся мечом его плеч и назвал рыцарем, а после тихо, так, что слышал только Робб, сказал, что гордится племянником. Лорд Тирелл, тогда устроил пир, а на нём объявил о помолвке своей дочери и наследника Сервера. Робб знает, что много лет Мейс Тирелл лелеял мечту сделать дочь королевой, но, когда Таргариены объявили о помолвке принца Джейехейриса и принцессы Дейенерис и принца Визериса и принцессы Рейнис, оставил планы и позволил дочери выйти замуж по любви.

    Чего Робб не знает, так это когда он влюбился в Маргери. Может три года назад, когда лорд Тирелл принял приглашение от леди Серсеи Ланнистер и посетил вместе с семьёй небольшой турнир, устроенный в честь её именин. Робб, Маргери и Лорас тогда познакомились с Тирионом Ланнистером, умным и весёлым братом леди Серсеи, который показал детям ходы утёса, тайные места и малоизвестные обрывы, с которых было так здорово прыгать в море. Маргери тогда была невероятно красива, больше похожая на морскую деву, чем на человека.

    А может он влюбился в девочку ещё тогда, когда впервые увидел её. Когда он семь лет назад приехал в этот замок, боясь тех, кто должен был встретить его. Когда она, смущаясь не то перед королевой, не то перед невольным гостем Хайгардена пряталась за спиной отца.

    Тонкие нити плюща, укрывающие вход в беседку, в которой он сидит, отодвигает знакомая ручка и Маргери проскальзывает внутрь, шелестя длинной юбкой изумрудного платья. – Я так и знала, что найду тебя здесь. – Она смеётся, прикрывая рот ладошкой, а Робб готов поклясться, что прекраснее неё девушки в семи королевствах не сыщешь. – Чем тебе так нравится эта беседка? Есть много куда более красивых и солнечных мест.

    - Мне нравится тень. - Он ловит её ручку и целует.

    - Для северянина солнце юга слишком жаркое? – Она дразнится, когда Робб только приехал сюда, солнце действительно казалось ему слишком жарким, но за годы, проведённые на юге, он привык. – Я пришла сказать, со стен видели знамёна Таргариенов, надо идти, встретить их.

    - А твоя семья никак не обойдётся без нас? – Робб ничего не имеет против Таргариенов, напротив, они нравятся ему. Солнечная, озорная Рейнис, изображающий из себя никому не доступное божество, но незлобный Визерис, сдержанная и умная Дени, общительный, но порой слишком серьёзный Джейх и, конечно, король и королева – его дядя и тётя. Он любит их всех, но сейчас ему меньше всего хочется покидать тихую и уютную беседку, где они с Маргери вдвоём.

    - Они приехали на нашу свадьбу, Старк. – Маргери шутливо толкает его в грудь. – Нужно оказать им уважение, а значит поприветствовать у ворот. – Она берёт его за руку, тянет к выходу из беседки, и он, не сопротивляясь, позволяет увести себя на встречу с драконами.
     
    Sancha, Avatarra, Катиза и 5 другим нравится это.
  4. Алора

    Алора Ленный рыцарь

    Турнир
    - Твоей дочери четырнадцать, она молодая и красивая девушка, неужели ты хочешь, чтобы она всю жизнь провела запертой на Севере? - Эти слова звучат в голове Сансы, пока они с Арьей сидят у двери родителей, надеясь услышать их разговоры. Подслушивать - занятие не для благородных леди, но сегодня Сансе впервые нет разницы выглядит ли она как леди или нет, услышать решение, которое может изменить всю её судьбу важнее.

    Санса не помнит тот день, когда ей впервые захотелось побывать на юге. Наверное, это случилось ещё в далёком детстве, когда не было ещё Брана, а Арья была совсем крохой. Старая Нэн тогда рассказывала им с Роббом сказки, и порой среди них были истории о благородных рыцарях и прекрасных дамах. Сансе всегда хотелось быть прекрасной дамой, которую бы любил и спасал рыцарь, но, когда она немного подросла, на эти мечты о прекрасном юге легла тень. Сансе было шесть, когда она узнала, что вскоре брат уедет от них на юг. Хотя знала она это всегда, но ребёнком не осознавала, что брат уедет навсегда, что они смогут увидеться лишь после смерти отца, а может и вовсе никогда не увидят друг друга. Юг из светлой детской мечты превратился в чудовище, которое забирало у неё самого близкого человека.

    Когда королева, их тётя, приехала, чтобы забрать брата, Санса плакала вместе с мамой и почти ненавидела и королеву, и всех южан. Но через несколько месяцев ворон принёс письмо из Хайгардена, из которого выпали засушенные цветы, брат прислал их для неё. С тех пор письма приходили часто и почти в каждом были удивительные южные цветы, а однажды в письме обнаружилась целая южная сказка для Брана, часть текста которой была написана не рукой брата. А когда Сансе исполнилось десять, из письма вылетела миниатюрная картина, на которой они с Арьей нашли улыбающегося брата, определили детей Тиреллов и долго разглядывали принцев и принцесс, удивляясь их счастливым, совсем не надменным улыбкам. Мама с тех пор хранила эту картинку, а Санса поняла, что вновь хочет побывать на юге, увидеть сияющие краски, что были на картинке, почувствовать аромат живых цветов, стать прекрасной леди для благородного рыцаря и обязательно увидеть брата. Однажды она даже сказала Арье, что хотела бы родиться первой, чтобы её забрали на юг. Сестричка в ответ предложила написать письмо тёте.

    И королева приехала. Сегодня за ужином она пыталась убедить маму и отца отпустить Сансу и Арью в столицу на турнир, посвящённый шестнадцатилетию наследного принца, но отец так и не дал однозначного ответа, поэтому сейчас Сансе приходилось сидеть под дверью и прислушиваться к словам матери и отца.

    - Неужели им недостаточно того, что они забрали у нас старшего сына? - Санса не понимала слёз матери. Она читала письма Робба и была уверена, что брат был счастлив. - Теперь они хотят отобрать у нас ещё и дочерей?

    - Кет, они не хотят забрать у нас девочек. Лианна лишь предлагает показать им юг, побывать на турнире. - Голос у отца тихий и ласковый, ему часто приходится утешать маму. - Ты так любила юг, неужели ты и вправду хочешь, чтобы девочки провели всю жизнь здесь?

    - Здесь они рядом с нами, в безопасности. Я не хочу отпускать их, Нед.

    - Я тоже. Но ты же знаешь, как Санса хочет увидеть юг, девочка мечтает об этом. Не думаю, что мы вправе лишать её этого шанса. - Несколько секунд отец молчит, а Санса так сильно сжимает кулаки, что ногти впиваются в кожу. - И, кроме того, девочки смогут увидеть Робба.

    - Хорошо. - Ответ мамы почти теряется в слезах, но Санса слышит его, выдыхает, разжимая руки, и поворачивается к улыбающейся Арье.

    - Получилось. - Серые глаза сестры блестят озорными искорками. - Пошли отсюда, пока отец не узнал, что мы подслушивали. Я помогу тебе собрать твои красивые платьица.

    ***

    Столица, кажется, сияет на солнце. Санса даже выбирается из кареты и садится на лошадь, чтобы лучше видеть всё вокруг. Она никогда в жизни не видела такого огромного города, и ей хочется охватить взглядом всю Королевскую Гавань, заглянуть в каждый дом и переулок.

    Красный замок выглядит так, будто каждый камень в нем вымыли к празднованию. На ступенях их встречают принц и принцесса. Джейехейрис целует ее ручку и говорит что-то про прекрасную северную леди, но из-за волнения и восторга Санса плохо слышит.

    Гости турнира прибывают одни за другими. Дома, что остались верными Таргариенам, поддержали их в войне, и члены проигравших семей, не участвовавшие в восстании. Первый великим домом, появляющийся в столице - Мартеллы. Золотые алые солнечны шелка, кажется, летят за ними, стяги с золотым солнцем гордо реют над головами дорнийцев, а от их превосходных скакунов трудно отвести глаза. Вместе с Мартеллами в столицу возвращаются принц Визерис и принцесса Рейнис - удивительные, необыкновенно сочетающие черты Таргариенов и дорнийцев.

    Следующими прибывают Ланнистеры. Их кортеж намного тише, да и сам великий дом состоит всего из двух человек. Красивой, но всегда печальной леди Серсеи и её брата-карлика - лорда Тириона. Санса слышит шепотки, что сопровождают Ланнистеров. Во время восстания они предали Таргариенов, захватили столицу. Человек Тайвина Ланнистера убил первую жену и сына Рейегара Таргарина, а сир Джейме убил короля. Только вмешательство тёти Лианны не дало королю уничтожить львов, но своё былое величие они потеряли. Лорд Тайвин был казнён за измену, сира Джейме сослали на Стену вместе с предводителем восстания - Робертом Баратеоном, а поредевший дом возглавила леди Серсея.

    Последними в столицу прибывают Тиреллы. Толпа, встречающая их, по слухам, стоит от ворот и до самого Красного Замка. С самого утра Санса не находит себе места и выходит на ступени замка, как только сообщают о появлении на горизонте знамён с золотой розой.

    Тиреллы приводят с собой огромную свиту, и сперва Санса теряется, силясь разглядеть хоть кого-то. Самой ей найти брата так и не удаётся, но её плеча касается принцесса Дейенерис и указывает на тучного мужчину на коне, убранство которого отличается особой роскошью. Рядом с лордом Тиреллом трое юношей и уже среди них узнать брата не представляет труда. Робб, в отличие от Тиреллов, на которых зелёный и золотой цвета их дома, одет в серый и белый Старков. Он о чём-то говорит с сыновьями Мейса Тирелла и смеётся, а Санса с трудом сдерживается, чтобы стоять спокойно, как и положено леди.

    Мейс Тирелл и его семья быстро собираются вместе и поднимаются по ступеням чтобы преклонить колени перед драконами. Арья, стоящая рядом, толкает Сансу в бок и заговорщики улыбается, и в этот раз Санса вовсе не против планов сестрёнки. Осторожно они отходят чуть назад, обходят по-королевски величественных Таргариенов и, едва дождавшись момента, когда король позволяет Тиреллам подняться и предлагает пройти в подготовленные для них покои, вместе бросаются к брату.

    - Сюрприз. – Арья кричит громко, совершенно не стесняясь стоящих вокруг людей, Санса обходится без крика, но повисает на шее у брата, точно зная, что мама бы подобное недостойное леди поведение не одобрила.

    - Санса, Арья? - Робб даже не сразу произносит их имена, кажется, брат и вовсе забыл, как говорить. – Откуда вы здесь?

    Спрашивая, он смотрит куда-то за спину Сансы, и, повернув голову, она видит, как принц Джейхейрис и принцесса Дейенерис улыбаясь, изображают поклон. – Сюрприз. Мы решили, что так будет веселее, Старк. Доволен?

    - Я, конечно, Джейх, спасибо. – Санса не сразу понимает, к кому обращается брат и лишь через пару мгновений осознаёт, что Робб разговаривает с принцем, но обращается к нему, используя короткое имя.

    - Маму благодари. – Таргариены улыбаются одинаковыми улыбками и отступают, но их место почти сразу занимают юные Тиреллы.

    - Робб, это твои сёстры? – Сансе сразу нравится очаровательная темноволосая девушка всего на пару лет старше её самой.

    - Да, знакомьтесь – это Санса и Арья. – Брат так улыбается девушке, что Санса даже чувствует лёгкий укол ревности, в детстве так открыто он улыбался только ей. – Санса, Арья, познакомьтесь – это Маргери. – Та самая девушка мило улыбается и приседает в реверансе. – И её брат Лорас. – Красивый молодой юноша в ниспадающем с плеч и изукрашенном цветами плаще элегантно кланяется и целует ручки Сансы и Арьи, и Санса чувствует, как тает её сердце.

    - Какие прелестные юные леди. – Санса поворачивается на голос и видит, как к ним улыбаясь тёплой доброй улыбкой, подходит лорд Тирелл.

    - Лорд Тирел. Это мои сёстры – леди Санса и Арья Старк. – Робб улыбается и Санса окончательно убеждается, что страхи мамы были напрасны. Тиреллы стали для её брата второй семьёй, а не тюремщиками.

    - Рад знакомству, юные леди. – Даже голос у великого лорда на редкость добродушный. – Нам необходимо отдохнуть перед началом турнира, не забывай о нас, Робб.

    - Куда же я денусь. – С тихой усмешкой в спину уходящим лордам Простора отвечает её брат, а затем поворачивается и вновь крепко обнимает Сансу, а потом Арью. – Девочки, как же я скучал. Так хотел вас увидеть.

    - Мы тоже. – Санса уверена, что может сказать за них обеих. – Ты так изменился с тех пор, как мы виделись в последний раз.

    - Почти шесть лет прошло. Но ты тоже изменилась сестричка, выросла и стала ещё красивее, могу с твёрдой уверенностью сказать, что ты теперь одна из самых красивых девушек Семи Королевств. Арья, я тебя совсем малюткой помню, а ты теперь совсем большая и очень похожа на тётю Лианну.

    - Королева красавица. А я совсем нет. – Арья вздыхает, но почти сразу перестаёт грустить. – Расскажешь про турнир?

    - Турнир, конечно. – Брат улыбается. – Я буду участвовать в состязаниях рыцарей. Первый мой крупный турнир. Лорд Тирелл не разрешал ни мне, ни Лорасу выезжать на ристалище пока нам не исполнилось пятнадцати. Слишком боялся, что с кем-то из нас может произойти то же, что и с Уилласом. На его первом турнире он запутался ногой в стремени при падении и на всю жизнь остался калекой.

    - Какой ужас. – Санса чувствует холодок в сердце, почему-то она никогда не задумывалась о том, что у рыцарских турниров есть и обратная сторона.

    - Не бойся, сестрёнка. Я сам обязательно осматриваю крепление перед каждым выездом.– Брат обхватывает её за плечи. – Если честно, то я даже не знал, как написать тебе про этот турнир, чтобы ты не расстроилась, а вы вдруг тут. – Всё с той же улыбкой Робб кладёт ладонь на плечо Арьи. – В Красном Замке прекрасные сады, говорить там значительно удобнее, чем на ступенях замка. А я ещё хочу послушать, как вы попали в столицу, про Север и про родителей.

    ***

    Турнир начинается на следующий день, и Сансе кажется, что столько красок она в жизни не видела. Схватки рыцарей назначены на последний день празднования, поэтому Робб сидит с ними на местах специально подготовленных для Старков. Брат рассказывает им про состязающихся, по просьбе Сансы говорит о Хайгардене, Утёсе Кастерли и других южных замках, где ему довелось побывать, шутит, что не привык сидеть на турнирах отдельно от Тиреллов.

    Санса в ответ рассказывает, что мама надеется, что они с Арьей смогут повстречать юношей, которые могли бы стать достойными женихами, и полушутливо интересуется, может ли брат посоветовать кого-то. Но он только пожимает плечами, чуть хмурясь, говорит, что хороших людей много и одновременно очень советует даже не смотреть в сторону Джейехейриса Таргариена и Ренли Баратеона. Ренли, по его словам, хороший человек, но не тот, кто мог бы сделать девушку счастливой. А принц помолвлен с Дейенерис, вызывать гнев которой - опасно.

    Эти слова пугают Сансу и, когда вечером принцесса передаёт Сансе и Арье слова королевы, приглашающей девочек в выделенную для королевской семьи ложу, она не находит слов для ответа. Положение спасает Робб, который с улыбкой благодарит Дейенерис и говорит, что Санса с Арьей придут обязательно.

    На следующий день начинаются рыцарские схватки. Санса сидит рядом с сестрой и принцессой Дейенерис по правую руку от короля и королевы, слева от правителей Семи Королевств расположились принцесса Рейнис и принц Визерис. Но Санса мало смотрит на Таргариенов, происходящее на поле увлекает её гораздо больше. Яркие плащи рыцарей, сияющие доспехи, прекрасные кони, гордые символы домов на щитах. Атмосфера праздника вновь охватывает Сансу, у которой от восторга кружится голова.

    Каждого из бойцов встречают восторженными криками, но особенно громкими они становятся, когда на поле выезжает принц. Он вежливо улыбается всем, безупречно держит спину, его конь бежит безупречно плавно, волосы принца под лучами солнца блестят, будто расплавленное серебро.

    - Он выиграет. - Дейенерис заговаривает впервые с того момента, как первый рыцарь выехал на поле.

    - С чего бы это. - Арья совсем не боится принцессу, про которую говорят, что она правая рука королевы. - А может Робб.

    - Нет. - Принцесса щурится, и в её серьёзных глазах блестят искорки веселья. - Это именины Джейха, поэтому он выиграет.

    - Всё должно решать мастерство, а не происхождение. - Арья вспыхивает мгновенно, даже приподнимается на ноги и заодно зарабатывает осуждающий взгляд короля.

    - Мастерства Джейху тоже хватит, он лучший. - Дейенерис на выходку никак не реагирует, оставаясь столь же спокойной.

    - А почему вы не участвуете, ваше высочество? - Санса тянет Арью за рукав платья, вынуждая сесть, и спешит перевести тему. - Я слышала, что вы хорошо обращаетесь с оружием.

    - Я хорошо обращаюсь с мечами. - Дейенерис отвечает охотно, и Сансе впервые приходит в голову мысль, что принцесса очень одинока, что ей очень нужна подруга, с которой можно поболтать о разных глупостях и не думать о благе страны. - В поединке я могу многих мужчин одолеть, но для того чтобы обращаться с копьём я слишком маленькая и лёгкая. Задень меня едва-едва, и полечу на землю, а разве может принцесса валяться в песке. - Смех у неё неожиданно звонкий и чистый. Санса тоже хихикает, поддерживая шутку Дейенерис, и думает о том, что она вовсе не такая страшная, как можно решить, наслушавшись сплетен. - Смотрите, а Баратеон сегодня блистает.

    Санса поворачивается к полю и сразу видит причину удивления Дейенерис. Ренли Баратеон выехал на поле с щитом, на котором был коронованный олень его дома, но плащ, попона его коня и даже доспехи выполнены в бело-голубых цветах Веларионов.

    - Однако мамин план, похоже, сработал даже лучше, чем предполагалось. - Кажется, Дейенерис говорит сама с собой. - Баратеон в цветах Веларионов, Старк пририсовавший к своему гербу розы. Весьма-весьма мило.

    Сансе очень хочется спросить, что же это был за план, но она не успевает из-за Арьи. - А с кем это Баратеон сражается? Я, кажется, видела его где-то.

    - Это Сандор Клиган. Верный Пёс леди Серсеи. - Тот, о ком говорят, готовится к схватке на дальнем конце поля. Он собран и сосредоточен, на его щите три чёрных собаки дома Клиганов, а половина лица обезображена жутким ожогом. - Отец хотел казнить его вместе с братцем, но леди Ланнистер смогла умолить маму оставить ему жизнь. Теперь он самый верный рыцарь леди, хотя и ненавидит их на словах. Он уже выиграл общую схватку и посвятил победу Серсее, теперь вот будет здесь бороться, хотя шансов у него нет.

    - А что у него с лицом? – Санса не может сдержать любопытства, одновременно гладя, как Баратеон и Клиган разгоняются и несутся навстречу друг другу, нацелив копья.

    - Его кроватка загорелась, когда он был ещё ребёнком, говорят. – Копьё Баратеона с грохотом врезается в щит Клигана, выламывая из того щепки. – Но на самом деле это брат сунул его головой в камин из-за какой-то безделицы. Из-за игрушки, кажется. – Голос Дейенерис по-прежнему бесстрастен, но Сансу пробирает холод. Кем же нужно быть, чтобы так мучить родного брата?

    - Этому человеку было вовсе не трудно убивать невинных. – Санса вздрагивает, когда ей неожиданно отвечает король, кажется, последний вопрос она задала вслух. – У Ланнистеров было два пса, и бешенного мы уничтожили. Хорошо бы чтобы второй так и оставался комнатной собачкой леди Серсеи.

    Ей остаётся только робко кивнуть. В аметистовых глазах короля, когда он говорит о Клиганах и Ланнистерах, горит настоящая ненависть и Санса понимает, почему этого её дядю боится большая часть Семи Королевств. – Я… я пойду Робба поищу. Поговорю с ним перед следующей схваткой. – Санса немного поспешно встаёт, делает реверанс и спешит к выходу, ещё успев увидеть, как Ренли Баратеон вышибает Сандора Клигана из седла, и услышать, как взрываются восторженными криками и рукоплесканиями трибуны.

    Брата она замечает у шатров Тиреллов, но он не один, а с Лорасом Тиреллом, с которым ему предстоит сойтись в следующей схватке. Не желая мешать, она замирает в тени шатра, собираясь дождаться окончания разговора.

    - Ну и зачем тебе это? – Начала фразы брата она не слышит. – Деньги тебе не нужны, венок тоже. Вот кого ты коронуешь королевой любви и красоты? Ренли Баратеона?

    - Боюсь, не поймут. – Лорас весело смеётся, а Сансе остаётся недоумевать и думать, что же значили слова брата. – Я могу выбрать кого-нибудь ещё. Твою сестру, например.

    - Не смей. – Робб резко обрывает смех и хмурится. – Санса милая девочка, мечтающая о рыцарях и прекрасных дамах. Ты согласен быть её рыцарем? Так не давай девочке ложных надежд.

    - Хорошо, хорошо. – Лорас со смешком поднимает руки. – Но я думаю, моей очаровательной сестрёнке венок тоже не достанется. Корона королевы сегодня будет украшать серебряную головку Дейенерис Таргариен.

    - Посмотрим, я проигрывать не собираюсь. – Речь брата прерывает звук рога, знаменующий окончание очередного поединка. – Пошли. Нам ещё в доспехи надо успеть облачиться. – Роб усмехается и они с Лорасом скрываются в соседних палатках, а Сансе остаётся только вернуться в ложу Таргариенов.

    - Джейехейрис выиграл вторую свою схватку. – Вместо приветствия сообщает ей Арья.

    - Он выиграет сегодня все схватки. – Принц Визерис не поворачивается к ним, говоря эти слова. – Ради того, чтобы подарить Дени титул королевы любви и красоты он может сделать и гораздо больше.

    - Жаль, что ты не можешь. – Принцесса Рейнис хихикает и поправляет свои странные волосы, в которых мешаются чёрные и белые пряди.

    - Зачем мне короновать Дени, когда у меня есть ты? – Санса слушает слова принца лишь краем уха, всё её внимание приковано к ристалищу, на которое выезжает её брат. Только сейчас Санса замечает, что помимо лютоволка на его щите присутствует узор из роз, и понимает, о чём говорила Дейенерис.

    Её брат и Лорас Тирелл съезжаются семь раз, а на восьмой Роббу всё же удаётся выбить Тирелла из седла, тот неудачно падает и с трудом поднимается на ноги, ни о каком продолжении поединка речи и быть не может. Тиреллу помогают уйти с ристалища, а Робб следует за ним, видимо собирается выяснить всё ли в порядке с его соперником.

    Дальнейший турнир сливается для неё в сияющую яркую полосу. С каждым поединком остаётся всё меньше бойцов, Джейехейрис выбивает из седла Ренли , Гарлан Тирелл одерживает победу над Квентином Мартеллом, но в следующем поединке уступает Роббу. И чем дольше продолжается турнир, тем яснее для Сансы становится, что в финальном поединке будут участвовать её брат и наследный принц. Ни один из них не собирается проигрывать.

    Как и ожидает Санса, они встречаются в самом конце. Джейехейрис в чёрной броне украшенной алым символом его дома, алый дракон выдыхает пламя на чёрном щите, на копье повязана алая лента Дейенерис Таргариен. Он кланяется зрителям, улыбается своей невесте и захлопывает забрало чёрного шлема, который, как и вся броня принца, украшен алым драконом. Доспехи Робба выглядят гораздо скромнее, но держится он ничуть не менее гордо. Изумрудный шарфик Маргери Тирелл повязан у него на запястье. Таргариен и Старк разъезжаются в разные концы ристалища, склоняют копья и несутся навстречу друг другу. Зрители затихают, копыта коней взрывают песок, Санса почти слышит, как дышат оба соперника. Сшибка. Копья с грохотом переламываются, от щитов отлетают щепки, но оба соперника остаются сидеть в сёдлах. Ни один из них не собирается проигрывать.

    Джейехейрис и Робб ломают по десять копий каждый, после чего схватку останавливают и победу присуждают принцу. Арья обиженно сопит, но Санса видит, что Джейехейрис действительно сильнее. Брату становится всё труднее удерживаться в седле после каждого столкновения, ещё несколько сшибок и принц вышиб бы его из седла.

    Зрители ликуют, когда победитель снимает шлем и его отливающие серебром рассыпаются по плечам. Джейехейрис Таргариен машет толпе, улыбается дамам, а потом ему подносят венок из голубых зимних роз, и Сансе сразу становится понятно, зачем тётя на самом деле приезжала в Винтерфелл, такие розы росли только там. Принц объезжает ристалище по кругу, неся драгоценный венок на конце своего копья, замедляется у королевской ложи, несколько секунд смотрит на Арью, щуря аметистовые глаза, но потом улыбается и опускает венок на колени Дейенерис.

    Зрители ликуют, чествуя принца и принцессу, а король поднимается со своего места, и Санса замечает, что всё это время на поясе Рейегара Таргариена висел церемониальный меч. Король спускается к своему сыну, который преклоняет колено прямо посреди ристалища, и замирает, будто ждёт чего-то. Чего, становится понятно, когда на ристалище появляется смущённый и, похоже, ничего не понимающий Робб, уже успевший избавится от доспехов. Король что-то говорит ему, и брат опускается на одно колено рядом с принцем. А потом Рейегар Таргариен касается мечом плеч обоих юношей и производит в рыцари сначала Джейха, а потом и Робба. Помогает им подняться и говорит что-то. В тот момент Сансе, кажется, что брат никогда не выглядел более счастливым.

    Вечером Таргариены устраивают пир, знаменующий окончание праздника. Санса надевает лучшее своё платье и украшения, служанки собирают её волосы в высокую причёску. Ей так хочется, чтобы её заметили сегодня, пригласили танцевать, но первое время на неё почти не обращают внимания, даже Арью приглашает какой-то юноша, а Санса остаётся сидеть на своём месте, печально смотреть на танцующих и слушать шуточки Тириона Ланнистера, развлекающего тех, кто не пошёл танцевать.

    - Такой прекрасный пир, а ты такая печальная. - Санса вздрагивает, когда над головой звучит голос брата. - Я не позволю моей сестре грустить. - Робб с улыбкой протягивает ей руку.

    - А как же леди Маргери? - Сансе хотелось бы, чтобы её пригласил кто-нибудь другой, но отказываться от предложения брата и возможности потанцевать она не собирается.

    - Она танцует с Лорасом. Кроме того у неё недостатка в кавалерах нет. Пойдём.

    Она в ответ тихонько смеётся, но руку брата принимает и позволяет увести себя в танец.

    - Ты даже не представляешь, как я скучал по тебе, Санса. - Он ведёт её в танце и улыбается, а она невольно вспоминает его маленьким мальчиком, вместе с которым она слушала сказки.

    - Я тоже скучала по тебе. Очень сильно. Так боялась, что никогда тебя не увижу.

    - Ну почему же никогда. – Его улыбка становится какой-то неестественной. - Ты можешь приехать в столицу на именины Дени. Жаль только, что сейчас вам с Арьей нужно уехать.

    Мысль приходит в голову неожиданно, возможно, она невероятно глупая, но Санса не может не высказать её. - Робб, поехали с нами. Мама будет очень рада и отец, и ты посмотришь на Брана, он так сильно вырос. И Рикон, тебе нужно познакомиться с Риконом, ты же никогда его не видел.

    - Санса. - Брат сбивается с ритма, и они едва не сталкиваются с другой танцующей парой. - Я бы очень хотел этого, но не мне это решать, ты же понимаешь.

    Она понимает, да. Знает, что брат не может вернуться на Север без позволения, иначе это сочтут мятежом. - Но неужели лорд Тирелл не отпустит тебя? Мне он показался хорошим человеком.

    - Мейс Тирелл не может этого решить. Только король. - Робб качает головой. - Иначе я давно бы уже побывал дома.

    - Я поговорю с королём и королевой. - Она сильно сжимает руку брата. - Они же наши дядя и тётя, они должны понять. - Музыка останавливается, и они замирают, рядом с принцем и принцессой.

    - Прекрасно танцуете, леди Санса. - Кузен улыбается и смотрит на нее, слегка прищурив глаза. - Робб, поменяемся партнёршами на один танец?

    - Если они не против. - Брат выпускает её руку и протягивает ладонь Дейенерис.

    - Если ты обещаешь не наступать мне на ноги, Старк. - Принцесса смеётся и принимает предложение.

    - Ты теперь до конца жизни будешь мне тот случай припоминать?

    - Почему бы и нет? - Вновь начинают играть музыканты, и брат уводит смеющуюся принцессу.

    - Леди Санса. - Принц с полуулыбкой предлагает ладонь ей, и Санса, чувствуя, как дрожат руки, принимает приглашение. - Я услышал конец вашего разговора. О чём вы хотели поговорить с родителями? Возможно, я смогу помочь.

    - Нет, ваше высочество, я благодарю вас, но это лишнее. - Сансе вовсе не хочется вовлекать в это дело кого-то. Она не должна прятаться за чужими спинами, иначе к чему королю удовлетворять просьбу, которую она даже высказать не способна.

    - Как пожелаете миледи. - Её партнёр только пожимает плечами и переводит разговор.

    После танца с принцем у Сансы нет отбоя от приглашений. Она танцует с Гарланом Тиреллом, Ренли Баратеоном и множеством других юношей, в конце вечера на танец её даже приглашает сир Лорас, шутя, что ради такой красавицы как Санса, он даже готов поссориться с её братом. Тогда Санса вспоминает и о своём обещании. Король и королева уже некоторое время не танцуют, и лучшего времени не найти. Она находит среди гостей брата, беседующего о чём-то с лордом Тиреллом, дождавшись окончания разговора напоминает о своём обещании, и вместе с Роббом идёт к правителям Семи Королевств.

    - Ваши милости. - Она низко приседает в реверансе.

    - Да, Санса. – Её королева и тётя улыбается удивительно мягко. - Ты хотела попросить что-то?

    - Да, ваша милость. - Времени думать, откуда королева знает, у Сансы нет, нужно сказать пока решимость не изменила ей. - Ваша милость, прошу вас, позвольте моему брату посетить Север. Наша мать очень горюет из-за разлуки с ним, а наш младший брат даже никогда его не видел. - Она говорит всё это на одном дыхании и, сказав, испуганно зажмуривает глаза, как удара ожидая отказа.

    - Когда братья не знакомы между собой это плохо. - В голосе короля, однако, не слышно злости, и Санса осторожно открывает глаза. - Я достаточно доверяю своему племяннику, и уверен, что он никогда не пойдет ни против меня, ни против моей семьи.

    - Ты можешь поехать домой, Робб. - Продолжает речь тётя, и хотя Санса уже понимает к чему идёт разговор, но всё ещё не может в это поверить. - На столько на сколько захочешь.

    - Благодарю вас. - У её брата дрожит голос. - Я клянусь, я...

    - Не нужно клятв, племянник. - Рейегар Таргариен едва заметно улыбается. - Я верю тебе. Идите, обрадуйте вашу младшую сестру.

    - Арья будет счастлива. - Санса улыбается брату, когда они отходят от дяди и тёти.

    - Ты даже не представляешь, насколько счастлив я. Спасибо, Санса. - Брат крепко обнимает её, а она утыкается в его плечо и вновь чувствует себя хорошо и спокойно, как в детстве. - Только, вот... - Он запинается, но Санса не пытается спрашивать, терпеливо ждёт, пока он продолжит. - Лорд Тирелл хочет организовать в Хайгардене пир в честь моего посвящения в рыцари. Возможно, вы с Арьей согласитесь посетить Хайгарден, лорд Тирелл уже приглашал вас, а потом мы поедем на Север, к родителям.

    - Как скажешь, братик. - Она делает шаг назад и весело улыбается ему. - Я пошлю отцу ворона и сообщу, что мы вернёмся чуть позже, чем планировали. Он поймет, я уверена.
     
    Катиза, aurelle, starina7 и 4 другим нравится это.
  5. Алора

    Алора Ленный рыцарь

    Кровавые воды
    Тучи на небе собирались с самого утра, казалось, само мироздание хмурилось, протестуя против развязанной людьми войны.

    - Я буду ждать тебя. - Элия улыбается печально и немного потерянно. - И дети будут. Вернись, пожалуйста, ради Эйегона и Рейнис.

    - Я вернусь. - Прощание с женой даётся Рейегару намного тяжелее, чем он ожидал. Даже оставить Лианну в Дорне оказалось проще. Прощаясь с Лианной, он не сомневался, что его волчица сможет справиться с чем угодно, а три лучших рыцаря Королевской Гвардии защитят её и их ещё не рождённого ребёнка. Прощаясь с Элией он не чувствует подобной уверенности. Элия умная, но слишком нежная и хрупкая, она остаётся практически одна, слишком близко от его безумного отца. - Джейме Ланнистер будет защищать вас, пока я не вернусь.

    - Бедный мальчик. - Элия качает головой с грустной улыбкой. - Он мечтал о славе, а попал сюда. Ему тяжело в Королевской Гавани.

    Так же как и мне. Эти слова не прозвучат, но Рейегар знает, что Элия подумала именно об этом. Столица душила дорнийку, убивала своей холодностью и отсутствием даже малейших крох тепла, безумием короля. - Я найду ему другое место, где он сможет исполнять свой долг перед королевством после войны.

    - Спасибо. - Она понимает не высказанное обещание вернуть её в Дорн, в дом, по которому она так скучала. - Я не спросила тебя про Лианну, с не всё в порядке, надеюсь? Ты мог бы привезти её сюда, а не бросать в Дорне совсем одну.

    - С ней всё в порядке. - Рейегар так и не смог привыкнуть к тому, с каким спокойствием Лианна и Элия говорят друг о друге, кажется, считая, что они подруги. - Путешествие сейчас было бы слишком опасным. А там её защищают лучшие из моих рыцарей.

    - Я тебе верю. - Элия с улыбкой кладёт ладонь ему на плечо. - Ты победишь, я знаю, и Лианна приедет в столицу королевой. Я буду ждать тебя и буду рада встрече с ней.

    - Спасибо, Элия. - Он осторожно обнимает свою маленькую жену, которая всегда его понимала, и с которой ему сейчас почему-то совсем не хочется расставаться.

    Осёдланный конь и верные люди уже ждут его во дворе Красного Замка. Никаких поводов чтобы задержаться, всё готово для того, чтобы наследный принц отправился к ожидающему его войску. Несколько мгновений он медлит, но потом всё же взбирается на коня.

    - Ваше высочество. - Голос отвлекает Рейегара, когда он уже собирается давать команду выступать. - Прошу вас, позвольте мне ехать с вами и сражаться против мятежников. - В глазах Джейме Ланнистера такая мольба, что не уступить ему стоит огромного труда. Рейегар хотел бы удовлетворить просьбу юного рыцаря и взять его с собой, но не может. Отец слишком боится лорда Тайвина и не желает отпускать от себя его сына. - Вы нужны мне здесь, сир. Охраняйте мою жену и моих детей. - Вся надежда умирает в лице юноши после этих слов, остаётся лишь горечь, и Рейегар, желая хоть немного смягчить сказанное, добавляет. - Когда я вернусь, всё изменится, поверьте.

    Ланнистер лишь молча кивает в ответ, возможно, не верит, а возможно не придаёт значения словам. Рейегару остаётся только отвернуться и приказать выступать. Колонна тех, кто сопровождет его, двигается с места, он и сам собирается тронуть коня, но голос Ланнистера вновь останавливает его. - Ваше высочество, прошу вас, возьмите. - В руках Джейме лежит красивый короткий кинжал в золотых ножнах с изображением льва. - Никого из моего дома не будет рядом с вами, пусть хотя бы кинжал напоминает мятежникам, что Ланнистеры верны вам.

    Рейегар молча принимает кинжал и крутит в руках. Красивая вещица, абсолютно бесполезная в настоящем сражении, но он не может разочаровать юного рыцаря ещё раз. - Благодарю вас, сир Джейме. Обещаю, я возьму этот кинжал в бой.

    ***

    Воды Трезубца красны от пролившейся в них крови. Битва шла с самого утра и уже сотни бойцов полегли на берегах возле брода. Проклятая война, проклятая битва, её не должно было быть.

    Бой длился много часов, но победа так и не склонилась ни к одной из сторон. Должно быть судьбе было угодно, чтобы всё было решено между теми, из-за кого началась эта война, чтобы битва выбросила Рейегара Таргариена и Роберта Баратеона навстречу друг другу, чтобы им пришлось сойтись в схватке, чтобы меч сошёлся с молотом, чтобы между собой они решили кто достоин жизни и победы.

    Они бьются долго, падают под ними их кони, а бой перемещается с сырого берега, в красные от пролитой крови воды реки. Рейегар видит, как злобно сверкают сквозь забрало глаза Роберта, не без труда защищается от яростных атак. Ясно, что Баратеон пришёл сюда, чтобы убить его и либо достигнет своей цели, либо погибнет, ни о каком мирном разрешении ситуации речи и быть не может. Роберт слишком крепко вбил себе в голову тот глупый слух, что рассказывали про Рейегара и Лианну. А может он его и распустил, желая отомстить девушке, которая предпочла другого. Но это не важно, Баратеон настроен слишком решительно и у Рейегара только один выход - победить. Либо лечь в кровавые воды и оставить свою страну и свою семью на растерзание мятежникам. Он не может этого допустить, не может проиграть.

    В какой-то момент удача, кажется, улыбается ему. Обманное движение мечом, шаг в сторону, удар и меч нашёл брешь в доспехах Баратеона, ранил его. Вот только радость оказалась обманчивой, ранение не останавливает Роберта, а лишь придаёт ярости, и Баратеон с ревом раненного зверя поднимает молот над головой и бьёт... Рейегару почти удаётся увернуться, молот лишь задевает его, но сила удара такова, что всю правую руку мгновенно пронзает боль, пальцы разжимаются и меч со звоном, напомнившим Рейегару звон колоколов великой Септы, падает на речные камни. Шаг назад, чтобы хоть немного разорвать расстояние и под ногу попадается скользкий круглый камень.

    Удача будто птица взмахивает крылом и ускользает, оставив Рейегара на земле перед Робертом, вновь поднимающим молот. Баратеону досталась победа, и страна и жизни Элии, Лианны и детей. Так не должно было быть. Левая ладонь неожиданно касается маленькой рукояти. Клинок Джейме, конечно, он взял его в бой, как и обещал. Маленькое и бесполезное, но всё же оружие. Кинжал покидает ножны легко и правильно ложится в руку, им не ударить, слишком короткий и Рейегар почти в отчаянии бросает кинжал в Роберта.

    Бросок левой рукой, в латной перчатке, без умения это делать. Жест отчаяния. С грохотом рукоять кинжала ударяется о забрало Роберта, не только не ранив, но и вовсе никак не навредив. Но кинжал помогает иначе, остановливает удар, не даёт опустить молот, заставляет Роберта от неожиданности сделать шаг назад. Он даёт шанс. Всё так же левой рукой, так как правая так и не оправилась после удара, Рейегар подхватывает свой меч и даже не вставая наносит удар по ногам врага, в наименее защищённое бронёй место. Слабый удар, но и его оказывается достаточно, чтобы Роберт потерял равновесие и с грохотом рухнул в кровавую воду.

    Как он оказался на ногах Рейегар не помнит, кажется, он только что лежал в воде, а вот уже стоит на берегу, смотрит, как безуспешно пытается подняться изрыгающий одно проклятие за другим Баратеон. Видимо, его рана оказалась серьёзнее, чем показалось Рейегару.

    - Ваше высочество, ваше высочество. - Громко крича к нему бежит оруженосец, и где он был, когда Рейегару так нужна была помощь? - Они побежали, ваше высочество, победа за нами!

    Рейегар и сам видит это. Исход боя решился в их с Робертом поединке, видно, так и вправду было угодно судьбе. Теперь враги, ещё недавно отчаянно сражавшиеся, бежали, а его войска собирались по берегам Трезубца.

    - Продолжайте преследование. – Он говорил это собравшимся вокруг него людям, ни к кому конкретно, однако не обращаясь. – Всех кто будет сдаваться, оставляйте в живых, довольно на сегодня крови. И обязательно найдите и приведите живыми лорда Аррена и лорда Старка. – Лианна не простила бы ему гибели брата, а Рейегар не простил бы себя, если бы упустил предводителей восстания.

    - Ваше высочество вам нужно к мейстеру. – Кто-то из лордов вокруг, кто именно Рейегар понимает плохо, теперь, когда бой окончен ему едва хватает сил, чтобы стоять. Рука, по которой попал Роберт, отчаянно болит, мир перед глазами плывёт, голоса отдаются в голове странным эхом.

    Кто-то помогает ему снять шлем и взобраться на коня, что-то говорит. Чудовищным усилием Рейегар заставляет себя сосредоточиться, нельзя терять сознание, только не сейчас. Человек говорит о потерях, о множестве убитых, которых ещё не начали считать, но уже очевидно, что их тысячи. Каждое слово отдаётся вспышкой боли в висках и горечью оседает на языке. Столько погибших, прерванных жизней, разрушенных судеб и ради чего? Амбиций Аррена? Ревности Баратеона? Гордости Старка? Или его собственной недальновидности и непредусмотрительности? – Что с моей гвардией? – Голос звучит как-то надтреснуто, будто у арфы порвали струну.

    - Я не знаю что с сиром Селми и сиром Дарри, ваше высочество. – Посешно отвечает ему человек. Интересно кто же он, надо не забыть спросить имя, чтобы потом отблагодарить за помощь. – Но я видел как погиб принц Ливен.

    Элия. Проносится в сознании одна единственная мысль. Принц Ливен был её дядей. Она любило его, как же рассказать ей, что его больше нет? Как рассказать всем тем, кто потерял сегодня родных?

    Лошадь останавливается, и незнакомец помогает Рейегару спешиться. Он успевает заметить, что у помощника смуглое лицо и тёмные волосы, возможно, он из Дорна. В его шатре тихо, особенно, когда незнакомец уходит, обещая привести мейстера. Сил стоять нет, и Рейегар прямо в доспехах опускается на слишком скромный для личного шатра принца стул. Нельзя терять сознание, надо дождаться мейстера, продиктовать письмо, сообщить в Королевскую Гавань, что победа сегодня на их стороне, что мятежники разбиты, что угрозы больше нет. Эти же слова он повторяет мейстеру, который слишком сильно суетится и пытается настоять на том, чтобы сперва осмотреть пострадавшую руку Рейегара. С трудом его удаётся убедить написать письмо, пока пара мальчишек оруженосцев спешно помогает Рейегару снять доспехи.

    Он выдыхает только тогда, когда, наконец, исписанный кусочек пергамента ложится на стол, позволяет мейстеру уложить себя и осматривать руку. Теперь он может позволить себе уснуть, он справился, он спас свою страну, Лианну, Элию и детей, теперь всё будет хорошо.
     
    Sancha, Avatarra, Катиза и 4 другим нравится это.
  6. Алора

    Алора Ленный рыцарь

    Услышь мой рёв
    С крохотной картинки в медальоне на неё смотрели четыре человека. Женщина, мужчина и два ребёнка - мальчик и девочка, все одинаково золотоволосые и зеленоглазые, женщина и дети весело улыбаются, мужчина серьёзен, но в глазах его та же улыбка. Красивая картинка, на ней её семья счастлива.

    Теперь из всех, кто изображён на картинке осталась она одна, матушка умерла, рожая младшего брата, отец лишился головы за участие в восстании, а брат... Серсея касается нарисованного мальчика, он ещё жив, но оттуда, где он сейчас не возвращается никто. Осталась только она, всё, что осталось от дома Ланнистеров, теперь на её плечах. Хотя осталось немного, восстание забрало у неё отца и Джейме, и зачем только лорду Тайвину потребовалось вмешиваться, почему он не дождался победы одной из сторон? Дядя Киван не пожелал оставаться в Вестеросе, пока тот был под властью Таргариенов, казнивших его брата, забрал семью и отправился в Эссос, но не доплыл, остатки корабля, уничтоженного штормом, потом долго ещё выкидывало на берег. А через пять лет после восстания погибла и тётя Дженна. Поездка в Речные Земли к родне мужа, нападение разбойников, богатый кортеж тёти не был достаточно защищён из-за запретов Таргариенов, и через луну она хоронила последних членов своей семьи. Теперь оставались только Серсея и Тирион, всего двое из некогда великого дома.

    А могло бы не быть никого. Тогда после восстания король, все проклятия мира на его голову, был так зол на её семью, что собирался полностью уничтожить Ланнистеров. Серсею бы убили или отправили бы в молчаливые сёстры, Джейме казнили, а Тириона, назвали бы бастардом Безумного короля, навсегда лишив возможности вновь стать Ланнистером.

    Её дом и её саму спасла королева Лианна, благородная и справедливая женщина, которую король не заслужил и Тирион, от которого Серсея привыкла не ждать ничего кроме подлости. А он, хотя и был всего лишь восьмилетним мальчишкой, смог воспользоваться безразличием к нему короля, поговорил с королевой, сделал так, чтобы и Серсея смогла с ней встретиться. И королева помогла им, сказала, что понимает, что нельзя винить детей за грехи их родителей, что Тириона и Серсею не тронут и пообещала сделать всё возможное, чтобы спасти жизнь Джейме. Пообещала и сдержала обещание. Королеве не за что было любить безумного короля, убившего её брата и отца. Она смогла дать Серсее возможность поговорить с братом, а Серсея смогла убедить Джейме рассказать о причинах, побудивших его убить короля. Смертную казнь для брата заменили на ссылку на Стену, столицу ещё долго очищали от заложенного под ней дикого огня, а Серсея и Тирион отправились домой, на Утёс Кастерли.

    Серсея вновь проводит пальцем по кромке медальона и закрывает его. Интересно, где Тирион сейчас. Её брату так хотелось праздника, что Серсея ради него осталась в этом году в Утёсе, не поехала на Стену к Джейме, организовала этот турнир и, чтобы Таргариены не заподозрили какого-нибудь заговора, пригласила Тиреллов, самых верных друзей короны. Самой Серсее происходящее вокруг удовольствия совсем не доставляло, она потеряла интерес к праздникам после того, как Джейме исчез из её жизни. Оставалось только надеяться, что Тирион радуется празднику, а её мучения не напрасны. Именины брата они не праздновали никогда, это был день смерти матери, и хотя Серсея сейчас понимала, как глупо было обвинять брата в этом горе, праздновать этот день она не могла. Потому и решила устроить праздник на свои именины, ради счастья младшего брата, Джейме простил бы, что она не приехала, она знала это.

    Он всегда любил Тириона, любил и ценил. Она раньше не понимала за что, поняла только в те жуткие дни, когда их дом стоял на краю гибели, когда весь мир был против них. Тогда она увидела, что Тирион готов бороться за свою семью, что он верен им. Тогда она поняла. Слова ведьмы были глупостью, простой ложью, которой не дано было исполниться. Серсея не вышла за короля и никогда бы этого не сделала, а ведь когда-то она мечтала о браке с принцем Рейегаром, плакала, когда он не состоялся, какой же она была глупой, этот человек казнил её отца, хотел убить брата и её саму. Эта дорнийская змея Элия Мартелл и её детёныш не стоили жизни отца, а уж Джейме за убийство Безумного короля и вовсе стоило наградить и объявить героем. Она не вышла за короля, и никогда не родит ему трёх детей, она вовсе никому не родит детей и ни за кого не выйдет замуж. Она всегда любила только одного человека - брата, Джейме. Всё изменилось одиннадцать лет назад, когда она впервые поехала навещать брата. Тогда они встретились в Винтерфелле в первый и последний раз. Серсее не нравились Старки, ей было тяжело находиться среди людей, которые приняли в восстании куда более деятельное участие, но отделались лишь ссылкой на Север да необходимостью отдать старшего сына воспитанником к Тиреллам. С тех пор они встречались только на Стене, но тогда, в первый раз Джейме приехал не один, с ним был человек, чьим именем было названо восстание, тот, у кого было ничуть не меньше причин ненавидеть Рейегара Таргариена, чем у неё - Роберт Баратеон. Он был таким ярким и живым, даже холода Севера не смогли затушить тот невероятный огонь, что горел в нём. Он покорил Серсею, и сердце львицы навсегда осталось в его руках.

    Она не раз думала, что судьба была слишком жестока. Ах, если бы Роберт победил Рейегара тогда, на Трезубце. Он бы вошёл в столицу и стал бы королём, а Серсея его королевой. И она родила бы ему детей - трёх маленьких львят, а может и оленят, а может и не трёх, а больше, у неё бы была семья и корона и любимый муж, слова ведьмы ничего бы не значили. А сейчас у неё нет ничего. Ни короны, она украшает голову Лианны Старк и пусть та достойна, но драгоценное украшение и власть, приглашающаяся к нему, куда больше пошли бы Серсее. Ни мужа, Роберт навеки заперт на Стене, и Серсея может видеть его лишь два-три раза в год, когда не больше чем на неделю приезжает на Стену. Ни семьи, Серсея не хочет рожать бастардов, она знает, что детей Роберта ей никогда не позволят узаконить, а дети от другого мужчины ей не нужны.

    И всё же, где Тирион? Серсея чувствует, что глаза начинает пощипывать и обрывает мысли. Она львица с утёса, а львы не плачут. Лучше уж подумать о младшем брате и единственном наследнике, он пока с ней и останется с ней, не сможет же он бросить родную сестру. А сейчас было бы неплохо, чтобы он был не просто с ней, а прямо здесь, ей нужно было с кем-то поговорить. Не с дамами Тиреллов, от которых она отделалась, сославшись на плохое самочувствие, от их трескотни у неё болела голова, и не с их мужчинами, которые сейчас тренировались во дворе, готовясь к турниру, они и вовсе были не намного умнее своих манекенов, а единственная их ценность была в собачьей преданности драконам. Нет, ей нужен был кто-то, кто понял бы её, а такой человек был в этом замке всего один.

    Она знает, где искать Тириона, он любит один из утёсов, на которые выходят замковые галереи, устраивается там с книгой и читает или тащит туда бумаги и сидит и работает весь день, а когда Серсея вечером возвращается с очередного разговора с очередными ремесленниками или купцами из Ланниспорта, оказывается, что все дела, что она запланировала, уже сделаны. Тирион и сейчас в своём любимом убежище, она издалека слышит его голос, вот только он не один. Он разговаривает с кем-то и смеётся, а ему отвечают три голоса, двух юношей и одной девушки. Не желая быть замечено Серсея скидывает туфли и идёт к уступу, бесшумно ступая босыми ступнями по холодному полу.

    Слух не подвёл её, вместе с Тирионом действительно ещё трое, девушка и тот юноша, что выше ростом одеты в изумрудно-зелёные одежды, а их мягкие каштановые волосы сразу заставляют вспомнить Мейса Тирелла, второй юноша в серых с белым одеждах, а волосы его огненно рыжие, Серсея помнит, что такими огненными кудрями могла в своё время похвастаться Кейтилин Талли. Значит два Тирелла и Старк.

    - Так что я бы поддержал принцессу. – Заканчивает какую-то фразу Старк, и Серсее приходится напоминать, что мальчик ей не враг, что он не враг, что по-своему ничуть не менее несчастен, чем она. Его ведь тоже лишили семьи. Помогает, желание придушить мальчика уходит и сменяется чем-то вроде лёгкой жалости.

    - Да я даже не сомневался. – Тирион фыркает. – И на этом предлагаю закончить с нашими драконовластными, а не то принцесса Дейенерис при следующей встрече выскажет вам все, что она думает про ваши мнения относительно неё и её семьи, и пойти купаться, как изначально и планировали.

    - Прекрасная мысль. – Юный Тирелл, кажется, его звали Лорас, успевший немного задремать мгновенно оказывается на ногах.

    - Политика это слишком скучно для тебя, братец? – Девочка смеётся, опирается на руку, которую её поспешно предлагает Старк и встаёт.

    - Просто не нам о ней рассуждать. – Тирелл пожимает плечами и скидывает камзол. – Куда одежду складывать, Тирион.

    - Прямо на пол. – Серсея и сама не понимает, зачем говорит это и выходит из коридора, наверное, детская безмятежность оказалась заразна.

    - Леди Серсея. – Вся троица произносит её имя в один голос.

    - Сестрица. Ты вовремя. – А вот Тириона её появление совсем не удивляет, впрочем, как и всегда. – Мы как раз собирались прыгать в море. Присоединишься?

    Она не отвечает, проходит к обнесённому аккуратной оградкой краю утёса и смотрит вниз. Внизу море, глубокое, она это знает, чуть дальше вода бурлит вокруг подводных скал. В детстве, когда всё было проще, они с Джейме часто прыгали отсюда в воду, пугая матушку. Повторить сейчас было бы глупо, почти так же как подкрадываться к детям и ходить босиком. Серсея опускает взгляд на свои босые ноги, едва прикрытые подолом платья, и улыбается. – А почему бы и нет, братец. Я уж точно прыгну дальше, чем любой из вас.
     
    Avatarra, Катиза, Ulv и 4 другим нравится это.
  7. Алора

    Алора Ленный рыцарь

    Чёрные крылья
    Письма лежат на прикроватном столике, крохотные кусочки пергамента, причинившие ей больше боли, чем все травмы, которые она получила за свою недолгую жизнь. Два письма, пришедшие с разницей в месяц, две страшные вести, разрушившие её жизнь. Когда первый ворон принёс весть о том, что Рейегар проиграл сражение на Трезубце и погиб, она не поверила. Она видела сны, в которых её принц был победителем, она привыкла верить своим снам. Гвардейцы смотрели на неё с жалостью, должно быть думали, что от горя она повредилась разумом. Но она всё равно не верила, уверенная, что это письмо ошибка, что её сны не могут лгать ей. А потом прилетел второй ворон. И его вести были не менее жуткими. Столица пала, Ланнистеры предали короля, от их рук погибли принцесса Элия и её дети.

    Вот тогда Лианна и поверила. Не могло быть двух таких ошибок, и разве Рейегар позволил бы навредить Элии и своим детям, если бы был жив. Тогда она впервые в жизни плакала от горя. Так больно ей не было, даже когда приехавший сир Герольд сообщил о восстании и о смерти отца и Брандона. Тогда было больно, но тогда у неё ещё что-то оставалось, а теперь не было уже ничего, кроме её ещё не рождённого ребенка. А самым ужасным было чувство, что Элия и её малыши погибли из-за неё. Она ошиблась, а расплатились за это другие.

    Каждый раз теперь, думая об Элии, Лианна невольно переносилась в тот, теперь кажущийся таким далёким день в Харренхолле. Тогда придя на их с Рейегаром поляну она обнаружила там Элию. Лианна помнила, как от одного вида принцессы похолодели руки. Она не боялась Элии, но почему-то не смогла сказать ей ни слова. Принцесса заговорила первой. С лёгкой улыбкой похвалила платье и причёску Лианны, а в ответ на неуклюжие слова благодарности сделала комплимент её манерам и воспитанию. И только потом заговорила о Рейегаре, спросила, что у них за отношения и хочет ли Лианна стать королевой. Кажется, к тому моменту временно отказавшая ей способность думать вернулась, и Лианна смогла понять, что Элия пытается выяснить есть ли в их с Рейегаром романе некие корыстные замыслы с её стороны. Пришлось убеждать Элию, что корысти не было. Это было немного странно даже для самой Лианны. Она с детства была умной девочкой, всегда знала, к чему приведут её поступки, знала, как добиться того, что нужно было ей и в каких случаях не стоило даже пытаться добиваться. Она могла предсказать реакцию отца, братьев, жениха на все свои поступки и знала, как обернуть эту реакцию себе на пользу. В этот раз всё было не так. Разум почти кричал, что от её влюблённости не будет ничего хорошего, что ей никогда ничего не получить от этих отношений, что даже женой принца ей не стать. Но впервые в жизни ей было всё равно. Она любила и хотела любить, выгода была не причём. Всё это она объяснила Элии, а та посмеялась и пожелала счастья. Потом, во время турнира, Лианна не раз общалась с принцессой и поняла слишком лёгкое её отношение к роману Рейегара и Лианны. Принцесса не любила своего мужа, он был для неё лишь для неё лишь другом. А ещё она хотела сбросить тот груз, что налагали на неё обязанности принцессы, уехать домой в Дорн. Единственным её требованием было сохранение прав её детей, но Лианна вовсе и не собиралась их оспаривать.

    Их с Рейегаром брак был заключён с молчаливого согласия Элии, после того, как она родила здорового мальчика. Они венчались перед старыми богами, на острове ликов. А потом Рейегар увёз её в Дорн, и она была так счастлива, что совсем забыла о мире вокруг, что не обратила внимания на то, что так и не пришли ответы на письма, которые они с Рейегаром направили родным. Она ошиблась, и теперь другие заплатили за эту ошибку.

    Боль пронзает всё тело, приходится сжать зубы, чтобы не закричать. Как же это больно приводить в этот мир новую жизнь и так долго, больше всего ей сейчас хочется, чтобы всё это уже закончилось.

    Осталось чуть-чуть, ваша милость, ещё немножко. - Над головой воркует голос, но Лианна уже не может вспомнить, кому он принадлежит. Всё, что вокруг, расплывается перед глазами, ей кажется, что ещё немного, и она лишится сознания. Где-то очень далеко раздаётся хлопок, что же там происходит? Она хочет поднять голову, чтобы посмотреть, но сил нет даже на это. А затем перед её глазами вдруг возникает очень знакомое лицо, лицо человека, которого тут не может быть, ведь мёртвым не место среди живых.

    - Рейегар. - Она с трудом шепчет его имя, хочет поднять руку, чтобы коснуться, но тело не подчиняется. - Ты пришёл, чтобы забрать меня отсюда? Прости, я пока не могу, если я умру, кто позаботится о нашем ребёнке.

    - Лианна. - Его голос долетает как сквозь подушку. - Лианна, Лия. Я живой, слышишь, живой. Не думай о смерти.

    - Ваша милость у вас мальчик. - Чужой голос приходит вместе с последней вспышкой боли и громким детским криком.

    - Живой мальчик. - Она шепчет последние слова, что запомнились ей, а потом всё вокруг поглощает темнота.

    ***

    Она просыпается из-за того, что солнечные лучики скользят по её лицу. Некоторое время она просто наслаждается теплом, покоем и отсутствием боли. Потом к ней вернулась память, и она поспешила открыть глаза, чтобы узнать было ли привидевшееся ей в бреду правдой.

    Кажется, мир решил, наконец, сжалиться и её чудо не оказалось обманкой, порождённой измученным сознанием. Рейегар, её Рейегар сидел рядом и смотрел на неё.

    - Рей. – Голос слабый и звучит как-то хрипло, но не может молчать. – Ты здесь. Живой.

    - Я здесь, Лия. – Он улыбается, а она чувствует, как на глаза от счастья наворачиваются слёзы. – Я боялся за тебя. Ты два дня не просыпалась. Хорошо, что Вилла была здесь и смогла тебя вылечить.

    - Вилла чудо. – Когда она говорит о своей помощнице и повитухе в сознании всплывает детский крик, который она слышала перед тем, как потерять сознание. – Что с ребёнком?

    - Всё хорошо, Лия. У нас сын, здоровый мальчик.

    - И на кого он похож? – Она ещё помнит, как они шутили, обсуждая внешность будущего ребёнка.

    - Истинный валириец. Я думал, мы могли бы назвать его Джейехейрисом в честь моего деда и Старого короля.

    - Джейехейрис. – Она пробует имя на вкус, и оно нравится ей. – Джейх. Хорошее имя.

    - Джейхейрис Таргариен третий своего имени. – Улыбка Рейегара будто угасает при этих словах, но она не успевает задуматься о причинах, так как он берёт её за руку и внимательно заглядывает в глаза. – Лия, скажи, почему ты решила, что я мёртв?

    - Письмо. – Она слабо кивает в сторону столика. – Вороны принесли. Там на столике, посмотри.

    Он отпускает её ладонь, берёт письма, читает одно и хмурится, потом разворачивает второе и почти сразу сминает его в кулаке. – Это ложь. Моя армия одержала победу на Трезубце, и я отправил в Королевскую Гавань ворона с вестью об этом. В письме ни слова правды. Но зато понятно, почему лорд Тайвин… - Он обрывает речь и ещё сильнее сжимает руку.

    - А второе письмо. – Лианна понимает, что это глупо, слишком уж болезненная у Рейегара реакция на письма, да и слова про Тайвина Ланнистера, но всё же надеется. – Элия и её малыши?

    - Элия и Эйегон мертвы. – Он не смотрит на неё, а слова падают так тяжело, будто огромные камни. – Рейнис, бедная моя девочка, выжила. Побежала искать сбежавшего кота.

    Тело всё ещё плохо подчиняется ей, но она находит в себе силы, чтобы дотянуться до Рейегара и накрыть его руку своей, она понимает его боль, понимает и разделяет. Элия была её другом, а Эйегон ни в чём не повинным младенцем. Их смерть была кошмаром. Тот, кто послал подложные письма, был ответственен за неё. Никогда Ланнистеры не предали бы Таргариенов, знай, они правду о битве у Трезубца, кошмара бы не было. Теперь ей стало казаться, что тот же человек, а может люди, мог быть ответственен и за то, что их с Рейегаром письма не дошли до адресатов. Кто-то решил воспользоваться их любовью, чтобы сыграть в свою игру. Она допустила ошибку, думала, что всё предусмотрела, но не учла возможности вмешательства чужих интересов. Но больше она такой ошибки не допустит, она будет знать обо всём, что может угрожать её семье. А ещё она обязательно найдёт того, кто отправил подмётные письма и, возможно, создал восстание.

    - Лия, я совсем забыл сказать тебе. – Рейегар сжимает её ладонь в своей, и голос его звучит уже намного мягче. – Твой брат…

    - Нед? Что с ним? – Лианна не даёт ему договорить, страх сжимает горло. – Только не говори, что он погиб, прошу.

    - Он жив. – Ей кажется, будто с её плеч сняли, как минимум, Копьё Гиганта. – Был ранен в битве, но не серьёзно. Я думал помиловать его, но, боюсь, подобная избирательность навредит в первую очередь Старкам. Вряд ли их будут любить, зная, что они избежали наказания за восстание лишь из-за того, что жена их лорда королева.

    - Ничего. Я знаю, как этого избежать. – Она думала об этом, когда Рейегар уехал, прикидывала варианты и, кажется, нашла близкий к идеальному. - Что с остальными предводителями восстания?

    - Все живы и сидят в темницах Красного Замка. Я поручил их и город сиру Барристану и сиру Джонатону на время моего отсутствия.

    - Значит, все доживут. Таким достойным людям можно доверить что угодно. – Лианна не спрашивает про принца Ливена, догадывается, почему Рейегар не упомянул его, и не хочет вновь причинить мужу боль. – Мы можем быть милосердны ко всем, Рейегар. Пусть мой брат, лорд Арен и лорд Талли отправляются в свои замки. На всю жизнь им будет запрещено покидать их земли, а ещё они должны будут отдать заложников старшего ребёнка или внука, не старше десяти лет. Я даже думаю, что это наказание можно распространить на большую часть мятежных лордов, пускай отдадут заложников в верные дома, и мы получим шанс вырастить поколение, которое уже не сможет враждовать с теми, с кем они росли.

    - Хорошая мысль. Но мне кажется или ты не назвала одно имя. – Рейегар наконец смотрит на неё, а Лианну при одной мысли о том, о ком он говорит, начинает потряхивать от злости.

    – Пусть отравляется на Стену. Люди сочтут это милостью, но я знаю, что для него это наказание хуже смерти. У него вроде два брата? Старший может наследовать, а младший станет заложником.

    - Ты жестока, любовь моя. – Он улыбается. – Старший брат – Станнис умер в Штормовом Пределе от голода, после этого замок сдали и маленького Ренли спасли. Теперь он наследник.

    - Так даже лучше. – Лианна смотрит в глаза мужа и её неожиданно посещает мысль, что за всеми этими важными разговорами, она даже не поцеловала его. – Рей. – Сил сесть самой у неё пока нет, и она протягивает ему руки. – Помоги мне сесть, пожалуйста.
     
    Катиза, Ulv, starina7 и 3 другим нравится это.
  8. Алора

    Алора Ленный рыцарь

    Апельсиновый сок
    Даже сквозь толстые стены замка слышно, как завывает снаружи ветер. Буря не успокаивается вот уже четыре дня, и вой ветра хорошо скрывает тяжёлое дыхание Визериса. К кроватке он подкрадывается осторожно, только бы не услышали, только бы не узнали, Рейегар будет в ярости, если узнает. Визерису очень страшно, и какая-то часть его сопротивляется, не хочет делать то, ради чего он пришёл сюда, но он должен. Визерис замирает над кроваткой, силится разглядеть что-то помимо контура маленького кулька. Ему говорили, что это девочка, она могла бы быть его сестрой, но мама… Эта убила маму, и Визерис не может простить такое, он должен отомстить за свою самую красивую и самую лучшую в мире маму. Руки дрожат ужасно, а легкая пуховая подушка, кажется тяжелее каменных изваяний Драконьего Камня, но он всё же поднимает её над младенцем. Она просто не проснётся с утра, никто и не поймёт, что случилось. Он зажмуривает глаза, готовясь опустить подушку… а в следующую секунду чужая ладонь с силой сжимает его запястье, а другая зажимает рот, не давая закричать.

    “Убийцы! Они проникли в замок! Отец всегда говорил, что они прячутся в стенах! Они пришли за ним!” Визерис пытается, вырваться ударить человека, но чужая хватка крепка, и рукой не удаётся даже пошевелить.

    - Тише. Не дёргайся. Это я. – Ему требуется время, чтобы понять, что голос, шепчущий над самым ухом, принадлежит новой жене брата. Она северянка, и люди вокруг говорят, что она опасна, но на убийцу она не похожа. – Я отпущу, только не кричи, детей разбудишь.

    Визерис, немного успокоившись, дёргает головой в знак согласия и чужие ладони разжимаются, а северянка поспешно проскальзывает мимо него к кроватке, наклоняется, смотрит, касается младенца рукой и, Визерис слышит несмотря на завывания ветра, выдыхает.

    - Пойдём со мной. – Она говорит тихо и спокойно, совсем не так, как прежняя жена брата, но что-то такое звучит в её голосе, что не повиноваться невозможно, и Визерис идёт за ней в её покои, смеженные с комнатой, где спят младенцы. – Садись. – Она указывает на резную скамеечку, непонятно зачем стоящую у стены, а сама берёт свечу.

    Визерис почти заворожено смотрит, как она зажигает её от едва тлеющих углей очага, как бережно поджигает остальные свечи в комнате. Пламя на свече, кажется, танцует стремительный танец, когда северянка, наконец, опускает её в подсвечник и поворачивается к Визерису.

    - Рука не болит? – Её вопрос сбивает с толку, она должна была начать кричать, угрожать, что расскажет Рейегару, называть безумцем, а не интересоваться его рукой. – Я могла не рассчитать силу. Мои руки к мечу привычнее, чем к игле. – Она улыбается странно мягко, это кажется ещё более подозрительным, и садится рядом. – Так как, не болит?

    - Нет. – Визерис мотает головой, не понимая, чего хочет от него жена брата. – Но ты меня испугала.

    - Извини меня. Я сама очень испугалась. – Голос у неё по-прежнему спокойный, и Визерис начинает понемногу успокаиваться, Элия всегда начинала ругать сразу. – Понимаешь, твоя мама доверила мне заботу о маленькой Дейенерис, и я никак не могу её подвести и позволить чему-то плохому случиться с малышкой.

    - Мама? – Визерису никак не понять, ведь эта убила маму, зачем же просить о ней позаботиться?

    - Да, твоя мама. Она любила свою маленькую девочку, боялась за неё и просила меня позаботиться о малышке и сделать её жизнь счастливой.

    - Но она ведь убила маму? – Визерис уже не может держать этот вопрос в себе, хотя северянка наверняка разозлится, Элия всегда злилась, когда речь заходила о чём-то подобном.

    - Ну что ты. – Она, однако, лишь всплёскивает руками и вовсе не повышает голос. – Малышка вовсе не виновата. Такое случается иногда, моя мама умерла, рожая моего младшего брата, но он не стал от этого плохим человеком, и винить его было не в чем. Твоя сестрёнка ни в чём не виновата, Визерис. Она лишь младенец. Думаешь, она хотела бы жить без матери?

    - Нет, не думаю. – Она права была, наверное, разве мог кто-то хотеть жить без мамы. – И мама её любила?

    - Очень, Визерис. Так же как тебя и Рея, больше всего на свете.

    - И ты хочешь, чтобы и я любил её? – Это очень важный вопрос и поэтому, задавая его, Визерис заглядывает в серые глаза северянки.

    - Я не могу не хотеть этого. Но никто не вправе указывать нам, кого любить. – Она не отводит глаз и кладёт тонкую ладонь на его плечо – Но ты её старший брат, ты должен оберегать и защищать её. Твоя мама хотела бы этого.

    При упоминании мамы вновь защипало в глазах, но Визерис сдерживает слёзы и выпрямляет спину. – Я буду, я справлюсь и не подведу маму.

    - Я не сомневаюсь в этом, Визерис. – Лианна серьёзно кивает ему, и Визерис понимает, что она действительно верит в него.

    - Но ты ведь не расскажешь Рейегару? – Он задаёт этот последний вопрос, потому, что должен знать точно.

    - Нечего рассказывать.

    - Элия бы нашла, что рассказать. Она говорила, что я безумный, как папа. Мама очень злилась на неё из-за этого. – Глаза затуманиваются, даже думать о маме больно, но он не может плакать. Отец говорил, что драконы не плачут.

    - Я уверена, она просто плохо тебя знала. – Он неожиданно почувствовал, как тонкая женская рука обняла его за плечи, а другая погладила по волосам. – Даю тебе слово королевы, что ничего, что произошло сегодня ночью не выйдет за пределы этой комнаты.

    - Я тебе верю, ты хорошая. – Визерис всхлипывает, не в силах больше сдерживать слезы, а потом закрывает глаза и обнимает Лианну, надеясь вновь почувствовать себя рядом с мамой.

    ***

    - Писать не забывайте, мы будем очень ждать воронов. – Лианна даёт последние наставления Визерису и Рейнис, на которой оправляет дорожный плащ. – Слушайтесь Дорана и прислушивайтесь к Оберину, он иногда даёт весьма ценные советы. Но, Визерис, я рассчитываю, что ты сможешь отличить ценные советы от не слишком ценных.

    - Конечно, Лианна. – Её чрезмерная опека немного раздражает, но Визерис не может не признаться себе, что не против слушать и дальше, только бы оттянуть момент расставания.

    - Всё. Довольно. Идёмте. – Видимо она поймала себя на тех же мыслях, так как встаёт, крепко сжимая ручку Рейнис.

    - Мама, а нам обязательно уезжать? – Лианна не мама Рейнис, но Визерису нравится, что девочка так называет её. Лианна намного лучше Элии, и милая добрая Рейнис заслужила именно такую маму.

    - Разве ты не хочешь познакомиться со своими дядями, малыш? И с кузиной Арианной? И кузеном Квентином? – Визерис достаточно хорошо изучил Лианну за эти годы, чтобы понять, что королева сдерживает слёзы, отвечая на вопрос девочки. Она не хотела отдавать их, но пришлось. Дорн требовал воспитанников, грозил войной и Лианне и Рейегару пришлось согласиться, чтобы не мучить и без того настрадавшееся королевство.

    - Хочу. Но я не хочу уезжать от тебя. – Выбрать нужно было двоих, и Визерис не сомневался, выбор верный. Рейнис её дяди должны были хорошо принять, а он был взрослым, способным в случае необходимости защитить и себя и малышку.

    - Ничего. Мы обязательно будем видеться. – Лианна украдкой смахивает слезинку и выводит их и замка. Снаружи на ступенях уже ждёт кортеж, что сопроводит их в Дорн, а ещё Рейегар, и Дени и Джейх, как всегда трогательно держащиеся за руки.

    - До встречи, Визерис. Я рассчитываю на тебя. – Брат как всегда серьёзен. – Защищай Рейнис.

    - Обязательно, Рейегар. – Он отвечает настолько уверенно, насколько способен и, пока брат прощается с дочерью, оборачивается к племянникам.

    - Мы будем скучать, Визерис. – Джейх старается выглядеть столь же серьёзным, как и его отец, но получается пока плохо. – Пиши нам чаще.

    - Я сделала тебе подарок, на память. – Дени смущенно прячет глаза, протягивает тонкий лоскуток ткани, на котором красными нитями вышито что-то напоминающее помесь кракена и львоящера.

    - Спасибо, Дени. Очень красивый дракон. – Видимо девочка будет вышивать так же плохо, как и её мать, но зачем сейчас расстраивать её, она ведь так старалась. - У меня для вас с Джейхом тоже кое-что есть. – Он ловко выуживает из кармана две броши, заказанные специально для этих двоих, и протягивает им. – Серебряные драконы, для серебряных Таргариенов.

    - Спасибо, Визерис. – Детвора повисает на нём, Дени целует в щеку, пока слабо улыбающаяся Лианна не забирает своих детей и не обнимает на прощание.

    Визерис ловко взбирается на коня, оборачивается, машет своей семье, улыбается Дени и Джейху и поворачивается навстречу дороге. Расставаться горько, но, кажется, он готов открыть для себя что-то новое

    ***

    День жаркий. Жаркий настолько, что даже в обычно шумных Водяных Садах тихо. Жара разогнала всех в тень и прохладу зданий, но только не Визериса. Он знает чудное место. Одинокий прудик, укрытый в тени апельсиновых деревьев, где прохладно даже в самую сильную жару. Это его тайное место, его и Рейнис, возможно, она даже сейчас там. Визерису хочется в это верить, хотя он и понимает, что вероятность мала. Скорее она сейчас вышивает с Арианной и Тиенной или читает с леди Ним.

    В тени апельсиновых деревьев, как он и думал, тихо и пусто. Никого, все прячутся. Визерис отгоняет лёгкую тень сожаления, сбрасывает тонкую рубашку на песок и ныряет в чудесные прохладные воды прудика. И чего он расстраивается? Отлично отдохнуть можно и без Рейнис. Хотя, если быть с собой честным, то без неё даже самое приятное время препровождение что-то теряло. Пока они жили в Королевской Гавани, Визерис не был так к ней привязан, она была слишком маленькой и проводила почти всё время с Джейхом и Дени, а он тренировася, занимался с мейстером или отдыхал в компании каких-то своих приятелей, имена которых он сейчас уже не мог вспомнить. Но здесь в Дорне она неожиданно оказалась не только самой, но и единственной близкой. С принцессой Арианной отношения не заладились сразу, она на вкус Визериса была слишком гордой и заносчивой. Принц Квентин был воспитанником Айронвудов и хоть познакомиться с ним и удалось, но вот дружба у них так и не завязалась. Юные же дочери принца Оберина – песчаные змейки, оказались девушками интересными, но к тёплым и доверительным отношениям не располагающими. Так и получилось, что он постепенно привязывался к Рейнис всё сильнее и через какое-то время уже с трудом мог представить, как жить, не общаясь с ней.

    - Эй, Визерис, ты там уснул? – Весёлый голосок звучит откуда-то со стороны, вынуждая открыть глаза и невольно улыбнуться.

    - Привет, Рейнис. – Она сидит на самом бортике пруда, подобрав юбки, и сплетает свои удивительные волосы, в которых перемешаны чёрные и белые пряди, в косу. – Я думал ты со своими кузинами.

    - Я сбежала от Арианны. – Рейнис перехватывает косу алой лентой и хихикает. – Они с Тиенной обсуждают, как соблазнить какого-то очередного молоденького оруженосца, а мне это не интересно.

    - Ну да, зачем тебе оруженосец. – Глядя на неё невозможно не улыбаться. Рейнис не самая красивая девушка Семи Королевств. Дени и Лианна точно красивее, но она самая весёлая и солнечная, других таких ему встречать не доводилось.

    - У меня же есть целый принц Семи Королевств, пусть и не наследный. – Она привстаёт и снимает с одного из деревьев большой спелый апельсин и крутит его в руках.

    - У тебя всегда есть шанс сменить на наследного. – Они так часто подтрунивают друг над другом, ревновать к Дени или Джейху невозможно, сестрёнка и племянник влюблены, кажется, с того момента, как стали сознательно воспринимать мир и разлучить их невозможно.

    - Я недолго проживу после этого. Дени меня убьёт. – Рейнис снова смеётся и поднимает свою добычу над головой. – Хочешь апельсин, не наследный принц?

    - Причём на неё никто не подумает. – Улыбка, наверное, получается несколько кривой. Сестрёнка очень опасна для своих врагов и Визерис рад, что она не знает о причине, по которой им мог бы стать он. Лианна сдержала слово и никому не рассказала, а Визерис сдержал своё и не только заботился о малышке, но и смог её полюбить. Хотя для этого маленькому мальчику пришлось убедить себя, что сестра ему не сестра, а племянница, а мама умерла от какой-то болезни. – Ну, давай, если не жалко такую красоту.

    - Жалко. – Рейнис не знает о его мыслях, которые в одну секунду разгоняет её смех. – Но одну дольку я тебе по старой дружбе дам.

    - Да как ты разговариваешь с принцем. – Он хмурится, честно стараясь сдержаться и не расхохотаться. – Принц должен получать всё самое лучшее.

    - Ты не наследный. Хватит с тебя и одной дольки. – Она начинает снимать кожуру с апельсина, но взвизгивает и сжимает его слишком сильно, когда Визерис, забавляясь, брызгает в неё водой. Переспевший плод лопается, и сок брызгает на лицо и руки Рейнис. – Ай. – Она вскрикивает и вскидывает руки к глазам, пугая Визериса. Апельсиновый сок, попав в глаза, может доставить несколько минут крайне неприятных ощущений.

    - Что случилось? В глаза попало? – Он в несколько коротких гребков подплывает к ней. – Давай промоем.

    - А давай. – Она вдруг резко отмирает и кидает в него апельсином. Увернуться Визерис не успевает, только прикрыть глаза рукой, но удар апельсином по голове ничто по сравнению с радостью от того, что у неё всё хорошо. – Теперь вот всё платье в соке из-за тебя.

    - Да как ты позволяешь себе обращаться с принцем? – Воспользовавшись тем, что она отвлеклась на платье, он хватает её за руку и резко дёргает к себе, и не ожидавшая Рейнис падает к нему.

    - Ты что творишь? – Она взвизгивает, забавно барахтается в воде, пытаясь его стукнуть. – Я теперь вся мокрая.

    - Зато платье чистое. – Удержать её не так уж и трудно, а значит она не против, чтобы не говорила. Несмотря на хрупкость, Рейнис вполне способна себя защитить.

    - Ну, если только так. – Она успокаивается, встаёт на дно и хищно улыбается. – Но ты не надейся, что я забуду, Визерис Таргариен. Я тебе ещё отмщу.

    - О, я буду ждать с нетерпением, моя принцесса. – Визерис позволяет себе фыркнуть и вылавливает всё ещё плавающий в воде апельсин. – Хочешь дольку?
     
    Avatarra, Катиза, fiolent и 4 другим нравится это.
  9. Алора

    Алора Ленный рыцарь

    Глава Нэда
    Цена ошибок
    В камере очень тихо и темно. Единственный звук здесь - звук дыхания, а свет от факела падает крохотным пятном, через маленькое зарешеченное окошко на двери. Поначалу Нед ничего кроме этого пятна разглядеть и не мог, но постепенно глаза привыкли. Сколько времени он провёл в камере вспомнить он не может. Сперва, он ещё пытался считать дни, но быстро сдался. Ни единого луча солнца сюда не попадало, а сколько раз в день приходили стражники понять он так и не смог.

    Почему они ещё живы Нед не понимает. Рейегар Таргариен победил Роберта в схватке на Трезубце, и победа склонилась на сторону королевской армии. Нед был уверен, что их казнят прямо там, на поле, залитом кровью двух армий, измена и мятеж не заслуживали милостивого отношения. Но принц так и не отдал приказ о казни, лишь посмотрел на своих пленников, коротко велел не спускать с них глаз и, казалось, забыл. Не вспомнили про них и в столице, разорённой войсками Ланиистеров. Рейегар Таргариен, ставший королём, после того, как Джейме Ланнистер убил его отца, отдал лишь один приказ, о казни Тайвина Ланнистера, а потом исчез, оставив город на попечение своих гвардейцев.

    С тех пор о нём ничего не было слышно. Ни о нем, ни о Лианне. Мысли о сестре мучили Неда. Брандон и отец погибли, пытаясь её спасти, восстание организовывали под красивые слова о спасении девушки. Вот только сейчас, задумываясь обо всём, Нед понимал, что ситуация могла быть совсем не такой, как ему представлялось. Сестра всегда была умной девушкой, её было бы трудно обмануть, да и защитить себя она вполне могла. Возможно, не против трёх гвардейцев, но у неё была охрана, которая даже не заметила исчезновения Лианны. Сейчас Нед думал, что, если бы не твёрдая уверенность Брандона в том, что Лианну похитили, он бы подумал, что сестра уступила своей волчьей натуре и сбежала. А ещё и это послание от принца Рейгара, которое принесли ему перед битвой на Трезубце. Оно говорило, что Лианна уехала по собственной воле и стала женой Рейгара, предлагало разрешить всё миром, обещало помилование восставшим домам. Тогда перед битвой Нед не ответил на послание, оно вызвало лишь ярость, как мог принц, похитивший его сестру, из-за которого погибли его отец и брат, что-то требовать. Сейчас мысль казалась совсем не такой плохой.

    - Сюда, ваша милость. – Голос одного из стражей, раздаётся весьма неожиданно.

    - Кажется, король вернулся, где бы он ни был. – Джон до этого момента, казалось спавший, открывает глаза и хмурится. – Что же, зато ждать больше не придётся.

    - Вы уверены, ваша милость? Всё же мятежники могут быть опасны, а вы ещё и с ребёнком.

    Ответ услышать не удаётся, так как слова стражника слышит Роберт, и речь короля заглушает яростная ругань, призывающая все беды мира на дом Таргариен.

    - Видите, ваша милость. – Голос стражника вновь становится слышен лишь тогда, когда он отпер дверь камеры. – Лорды, а воспитаны хуже бедняков из Блошиного конца. Я запру дверь, ваша милость, постучите, когда пожелаете выйти.

    - Благодарю. – Тихий голос не принадлежит Рейегару Таргариену, но знаком Неду, слишком хорошо знаком. Вот только обладательницы этого голоса здесь не должно было быть.

    Стражник с поклоном закрепляет на стене факел, свет которого на несколько секунд ослепляет, запускает золотистые кольца перед отвыкшими от света глазами, и покидает камеру.

    - Ну, что, братик, признаться, я не думала, что наша следующая встреча произойдёт в таком месте. – Та, которую он уже не ожидал увидеть стоит под светом факела и хмурит тонкие брови.

    - Лианна. – Больше сказать нечего. Хотя ещё недавно хотелось столько всего спросить и объяснить, но почему-то слов нет.

    - Леди Лианна. Как вижу, слухи о вашем похищении оказались несколько преувеличенными. – В голосе Джона скользят странные нотки, которых Нед не может понять. Неужели он огорчён тем, что с Лианной всё в порядке? – Но почему же вас зовут королевой?

    - О да, лорд Аррен. К несчастью для вас слухи о моём похищении оказались слишком сильно преувеличенными. Жаль, не правда ли? – А теперь и в голосе сестры звучат те же нотки. Неужели она обвиняет Джона в чём-то? – Я жена короля, а значит – королева. Единственная с тех пор, как ваш мятеж стоил жизни Элии.

    - Скажете, что расстроены?

    - Я предложу вам замолчать, пока я не решила, что королевство неплохо обойдётся без вас. – Откровенную угрозу не услышать было трудно, но Нед никак не мог понять, почему его сестра и Джон злятся друг не друга. – Ну что, Нед. – Сестра разворачивается, и особенной радости от встречи в её лице нет. – Может, расскажешь мне, зачем всё это было нужно.

    - Лианна, мы думали…

    - Думали. – Договорить сестра не даёт, серые глаза блестят в свете факела. – О чём думали они, я знаю. Свергнуть Таргариенов и усадить на трон удобного короля хотел Аррен, Талли нужно было пристроить дочек, про твоего друга оленя, я молчу, как же девушка посмела предпочесть ему другого. – Лианна повышает голос, делает несколько резких шагов. – А вот ты о чём думал? Я твоя сестра, Нед? Ты, правда, поверил, что меня могли похитить?

    - Но Бран… – Оправдания звучали глупо, но что он ещё мог ей сказать.

    - Что двигало Брандоном, я разберусь, но мне всегда казалось, что ты умнее нашего старшего брата. – Она хмурится, качает головой, кажется успокоившись. – Видимо, я ошибалась.

    - А что двигало тобой? – Она слишком легко отбросила Брандона и отца, а ведь в их смерти была и её вина. – Ты должна была выйти за Роберта, этого требовал твой долг.

    - Не долг, а отец. – Она поводит плечами. – Я полюбила. Полюбила человека хорошего и достойного, того, кто несравнимо лучше Баратеона. Я не отрицаю своей вины, Эддард. – Она вздыхает и садится рядом, и только тогда Нед замечает, что она что-то держит на руках. – Знакомься, Нед, твой племянник.

    Она осторожно отодвигает одеяльце и даже в полутьме становится видно крохотное детское личико и серебристый пушок волос. Младенец спит, кривя губки, а Нед невольно вспоминает, что и у него теперь уже должен быть ребёнок. Что же будет с ним? И с Кейтилин? – Мальчик? – Но сестре он не говорит. Что она может сделать?

    - Мальчик. Весь в отца. Наследник престола, принц Джейехейрис. – Младенец, с трудно произносимым имением, возможно, услышав голос матери, открывает глаза, фиолетовые глаза. От матери в нём нет ничего. – У тебя ведь тоже семья?

    Переход столь неожиданный, что не сразу понимает, о чём она говорит. – Да, жена. И сейчас уже ребёнок должен быть.

    - Да уж. Не очень хорошо. – Лиана качает головой и поднимается. – С ними всё будет в порядке, но ребёнку придётся стать воспитанником дома Тиреллов.

    - Заложником?

    - Уж я постараюсь, чтобы мой племянник был именно воспитанником. – Она слабо усмехается. – Но, ты прав. Это меньшее, чем придется заплатить за восстание. Поверь мне, Нед, по сравнению с домом Ланнистеров, Старки отделались очень легко.

    - Мне казалось, наши приговоры ещё не объявляли. – Джон всё это время молчавший вдруг вновь заговорил.

    - Поверьте, лорд Аррен, ваш вам не понравится, а вот брата его вполне может устроить. – Больше она не говорит ничего, разворачивается и стучит, и, лишь когда стражник отпирает дверь, поворачивается, и говорит неожиданно печально. – Когда увидишь Бена передай ему, что его вины в произошедшем нет. Помешать мне он бы не смог.

    ***

    - Навечно отправить в Долину, без права покидать ее, без личного указа короля до конца жизни. – Десницы у короля пока нет и его обязанности исполняет сир Герольд Хайтауэр, он же и объявляет решение короля.

    - Я благодарю вас за милосердие, ваша милость. – Джон Аррен улыбается сухо и смотрит на Рейегара без намёка на благодарность.

    - Ваша благодарность принята, лорд Аррен. – В умении держаться королю равных нет. – Идите.

    Джона отводят Золотые Плащи, и для Неда приходит время занять его место. Король неожиданно милосерден для человека, которому восстание стоило части семьи, он помиловал семьи мятежников, большая часть лордов отправилась либо в вечную ссылку в свои земли, либо, не пожелавшие принять милость короля, на Стену. Казнили лишь тех немногих, кто отличился чем-то особенно страшным во время восстания.

    - Вы признаёте свою вину? – Прозвучавший список объявлений не длинный, но каждого из них достаточно, чтобы обеспечить смертную казнь или пожизненную службу на Стене. Измена, организация мятежа, участие в нём. Каждое тяжелее предыдущего.

    Разве можно отрицать очевидное. Он совершил ошибку, и он за неё заплатит, как и велит честь. Он уже за то благодарен королю, что его семья не пострадает. Кейтилин и их ребёнок ни в чём не виноваты. - Признаю. – Спокойно отвечает он, глядя на судей. Король едва заметно качает головой, приподнимает тонкую серебряную бровь, лорд Тирелл, спешивший сюда от самого Штормового Предела, хлопает глазами, открывает рот, будто хочет что-то сказать, но так и не издаёт ни звука, а сестра, неожиданно для него, занимающая третье кресло и очень серьёзная до того, неожиданно улыбается и прикрывает улыбку ладонью.

    - В таком случае, полагаю, судьям нет необходимости обсуждать виновность лорда Старка. – Говоря это, король будто бы едва заметно улыбается, но этот призрак улыбки пропадает столь быстро, что Нед не может быть уверен, что ему не привиделось. – Сир Герольд, прошу вас, зачитайте. – Если до этого момента у Неда ещё теплилась надежда, что приговор Джона просто успели написать достаточно быстро, то сейчас, когда король протянул свиток своему гвардейцу, она пропала. Все решения были уже приняты и повлиять на них происходящее в тронном зале никак не могло.

    - Лорд Эддард Старк, лорд Винтерфелла и хранитель Севера за измену и участие в мятеже приговаривается к отправке на Стену и службе в Ночном Дозоре. – Этого стоило ожидать. Приговор вполне справедлив. Служба на Стене всегда была почётной для Старков, многие из его семьи служили там. – Но, в связи с тем, что лорд Старк участвовал в восстании, будучи введённым в заблуждение Джоном Арреном и Робертом Баратеоном, его милость король Рейегар Таргариен первый своего имени посчитал необходимым заменить наказание на ссылку на Север с запретом покидать его без личного разрешения короля. Так же сын лорда Старка по достижению десяти лет будет обязан стать воспитанником дома Тиреллов. Есть ли вам что сказать, лорд Старк?

    Слова обрушиваются, будто подтаявший летний снег с одной из крыш Винтерефелла. Первое, что Нед может выделить, что у него сын. Значит с Кейтилин всё хорошо, и она родила здорового ребёнка, мальчика, его наследника. Только ребенка придётся отдать Тиреллу, который сидит и улыбается, похожий на большую лягушку. Как же объяснить это Кейтилин? Потом он понимает, что вечной службы на Стене не будет, что он сможет вернуться домой, растить своего сына, восстанавливать Север. Последними становятся понятны слова о причине изменения наказания, и Нед понимает, что не может молчать. Пусть даже это будет стоить ему нормальной жизни, но он не может допустить подобную несправедливость. Его никто не вводил в заблуждение, он сам совершил ошибку и никто не должен был расплачиваться за него. Он вскидывает глаза, собираясь возразить… и видит сестру, которая одними губами повторяет два слова – твоя семья. Вновь вспоминаются слова о его сыне, о мальчике которого он должен вырастить достойным человеком, о его матери, которой придется пережить разлуку с ребёнком, которой нужна будет его поддержка, Бенджен, совсем ещё мальчишка, ему трудно будет принять на себя управление целым регионом. А ещё Север, который необходимо восстановить, и знаменосцы, которые последовали за ним на войну. Его долг перед ними был не меньше чем перед Джоном и Робертом, вот только те, кто почти стали ему отцом и братом могли и сами защитить себя, а его семья – нет. – Нет, ваша милость. Благодарю вас за милосердие.

    Рейегар Таргариен кивает, Лианна улыбается, уже не пытаясь спрятать улыбку, но разворачиваясь, Нед видит Роберта, на лице которого лишь одно – непонимание. И он понимает, что теперь лицо друга и улыбка сестры останутся в памяти навсегда, что даже, если ему доведётся прожить ещё сотню лет, он не сможет сказать, верный ли выбор он сделал сегодня.
     
    Avatarra, Катиза, fiolent и 5 другим нравится это.
  10. Алора

    Алора Ленный рыцарь

    Следующая часть может быть либо Ренли, либо Кейтилин. Выбирайте, уважаемые читатели. Можно просто имя приглянувшегося персонажа в комментарии.
     
    Ulv и brook нравится это.
  11. Karatirnak

    Karatirnak Оруженосец

    Спасибо, Леди Алора, я с удовольствием перечитала весь
    сборник, как же он мне нравится :puppyeye:
    Я за Ренли :meow:
     
    Ulv, Алора и brook нравится это.
  12. brook

    brook Лорд

    Алора спасибо, леди, интересная глава и метания Нэда, оказавшегося, можно сказать, между двух огней.

    Проголосую тоже за главу Ренли)
     
    Ulv и Алора нравится это.
  13. talsterch

    talsterch Оруженосец

    Великолепный фанфик рад что Вы его отделили в отдельный сборник большое спасибо. И предпочитаю главу Ренли
     
    Ulv и Алора нравится это.
  14. Алора

    Алора Ленный рыцарь

    Karatirnak brook talsterch
    Спасибо. Ренли довольно неожиданно для меня пошёл в отрыв, так что похоже следующий он
     
    Ulv, Ассиди, Karatirnak и 2 другим нравится это.
  15. Ассиди

    Ассиди Оруженосец

    Какая интересная альтернативка! Очень живые все получились и даже Визерис не стал такой истеричкой, как в каноне (в некоторых альтернативках он ею и остался, но так, как у вас, мне больше нравится).
    Я тоже за главу Ренли!
    Прокралась опечатка - Сервер вместо Севера. Вроде что-то еще было, но я не помню, читаю-то с планшета, а там неудобно отмечтать.
     
    Алора нравится это.
  16. Алора

    Алора Ленный рыцарь

    Спасибо
    Эта АУ стала для меня возможностью посмотреть на всех интересных героев изнутри и при этом не распыляться, а такой Визерис мне тоже больше нравится, должен же он где-то хорошим человеком стать.
    Спасибо. Я сейчас тоже с планшета, исправлять неудобно, но когда буду с компа поищу Сервер и пунктуацию поправлю.
     
    Ассиди нравится это.
  17. starina7

    starina7 Оруженосец

    Алора , спасибо за долгожданную новую главу. А что касается новой, все за Ренли, а я за Кейтилин - нужно же и ей высказаться.
     
    Алора и Ulv нравится это.
  18. Алора

    Алора Ленный рыцарь

    Боюсь, у Кейтилин уже без шансов, у Ренли сейчас шесть, кажется голосов. Он неожиданный лидер, я думала будет примерно равная "борьба", но Ренли оказался силён и внезапен)))
     
  19. Насмешница

    Насмешница Скиталец

    Первая глава мне откровенно не понравилась - ага, Рейгар весь такой умничка, но слепой на оба глаза, не видел в упор, кто из детей-племяшей в кого влюблен. Тем более, что никто ничего не скрывал - чай не Ланнистеры, с инцестом ноу проблем. Хэппи-энд без тени нагнетания саспенса - ну, ок, король передумал - женитесь, как хотите.

    И Лианна - святая, идеальная вдоль и поперек. Сама мудрость. Всех любит, утешает, прощает. С Элией дружит почти семьями. Ну, влюбилась в женатика, ну, переубивали-переколошматили по итогу полстраны, плюс собственных батю с братом прожарили, ну, шоподелать - любофф же у нее!

    Тиреллов можно к ранам прикладывать. Вместо подорожника. Нихт шипов - токмо розы.

    Нет - автор честно в шапке указал флафф. Не любишь сладкого - не жуй приторный кактус.

    Но штука в том, что дальше пошло гораздо лучше.

    Насколько я помню, у Мартина как раз был нюанс, что и у Рейгара-Роберта, и у их войска силы были примерно равны, исход поединка и войны был в значительной мере делом случая - кто на каком камушке удачно подскользнулся. Момент, в котором кинжал не решающее смертельное оружие, а как мобилкой в гопника кинуть - просто ради отвлечь, выиграть критичную долю секунды - это было прикольно и понравилось.

    Еще больше понравились подметные лживые письма - от злодея-интригана Аррена, так? - причем сразу я подумала на Пицеля или Вариса, или даже на кого из заморских злодеев, желающих утопить Весторос в крови по максимуму. А так фейл Тайвина очень логично в его характер укладывается.

    Изменения в характерах Визириса и Серсеи - тоже интересная задумка. Мне нравится, когда автор показывает, что совсем другие условия и обстоятельства воспитания-окружения формируют чуть - но вполне существенно - другие характеры героев. Но стервозности и надменности в Серсее мне не хватает! Злее, злее всё же она была бы при любом ее раскладе бытия. Или как-то больше ценить, что осталась в замке за мужика? Оригинал персонажа так же хотел на место сына-наследника, и чтоб никто ей не указ!

    Да, я бы тоже почитала проду про Ренли, кому его там в воспитанники сплавили, что он цвета на турнире поменял?

    И еще - раз уж именно этот автор мастер флаффа! Просить-то можно! Я бы почитала главу про повзрослевшего Тириона. Если бы Вы придумали еще и такой финт, как сколько-нибудь правдоподобно влюбить в него Сансу - был бы вообще просто торт. Но и с другими угодными автору пейрингами хэппи-энд для Сансы и для Тириона - пусть и по отдельности - я бы охотно почитала. А как там Джейме на Стене? Он же бунтарь - может, сошелся бы с Мансом. Или наоборот - был бы типа на его месте. А Роберта пусть Тормунд замочит - они друг другу по размеру в аккурат, но Тормунд как-то гораздо симпатишнее, как личность. Как Вам идеи? Что-нибудь вписывается в общее видение дальнейшего сюжета?

    В любом случае, автору спасибо за работу. Надеюсь, с критикой первых глав не перегнула. Писала не ради обидеть автора, а показать, где не хватает, на мой взгляд, интриги, конфликта, перца в характере Лианны.
     
    Karatirnak и fiolent нравится это.
  20. Алора

    Алора Ленный рыцарь

    Долги
    Свечи заливают большой зал Красного замка таким количеством света, что кажется, что ночь решила уступить место дню. Семнадцатые именины наследного принца отмечают с невероятной пышностью и яркостью. Таргариены и раньше устраивали великолепные праздники, но этот красотой и роскошью превосходит их все.
    Ренли лениво поднимает с одного из блюд, в изобилии стоящих на длинных столах, персик и крутит в руках. Есть не хочется, персик ему даже не интересен скорее Ренли ищет, чем бы занять руки. Сейчас ему вовсе не хочется танцевать и фрукт в руках отличный предлог. Он оглядывает зал, выхватывая взглядом лица. Вот Робб Старк разговаривает со своей очаровательной рыжей сестричкой, Маргери в другом конце зала в чем-то убеждает своего отца, принцесса Дейенерис танцует с лордом Бейлишем и что-то тихо ему втолковывает, судя по лицу мастера над монетой что-то, не очень приятное, принц Джейехейрис, над чем-то смеётся вместе со своими сестрой и дядей. Последним он замечает того, кто ему нужен. Лорас стоит в тени колонны и что-то рассказывает Тириону Ланнистеру, забавно взмахивая руками. Пока Ренли раздумывает, насколько вежливым будет подойти и присоединиться к разговору, Тирелл и Ланнистер отходят от колонны и выходят из зала, Ренли очень надеется, что продолжить разговор, так как только ревности к Тириону в его жизни для полного счастья не хватает.

    - Куда смотришь, Ренли? - Когда к тебе так подкрадываются хочется только одного, послать подкравшегося идиота в пекло, ну или за Стену, к Иным. - Ревнуешь?

    - С чего взял? - Ауран Утерс незаконнорождённый сын лорда Велариона, для Ренли он стал почти братом, тем более что отношения с наследником лорда так и не смогли перерасти даже в дружбу.

    - А то я тебя не знаю. - Он ухмыляется, как и всегда. Улыбался ли так хоть один из родных братьев Ренли? Кажется, нет. Хотя он не может быть уверен, он слишком плохо их помнит. Самый старший - Роберт, был громкий, много говорил и смеялся, он начал войну и едва не стал причиной гибели их дома. Второй - Станнис. Ренли помнит его всегда хмурое лицо, как он скрипел зубами... и как отдавал во время осады последние крохи еды маленькому брату. Благодаря этим крохам Ренли выжил, а Станнис нет. Его смерть стала концом обороны Штормового Предела, замок открыл ворота, а маленький Ренли, оставшийся совсем один, отправился воспитанником к Веларионам. Так повелели драконы, король и королева, и пусть говорят, что королева – волчица, Ренли точно знает, что драконьего в ней куда больше чем волчьего. Но Ренли не держит на них обиды. Братья были мятежниками, Роберт не пожелал разрешить ситуацию с пропажей леди Лианны миром и отправился на Стену. А Станнис поддержал Роберта, закрыл ворота Штормового Предела, вместо того, чтобы присягнуть драконам, и увёл за собой в могилу множество людей.

    - Знаешь. – Как-то так незаметно получилось, что Веларионы, особенно Ауран стали ему ближе родных братьев, Роберта Ренли до сих пор так и не навестил на Стене, и за эту семью драконов, пожалуй, стоило даже поблагодарить. – Но я пока ещё не определился, ревновать мне или нет.

    - Не стоит, хотя это было бы забавно.- Ауран щурится, у него с детства привычка слегка поддразнивать Ренли, и он уже привык, хотя порой всё равно хочется, как в том же детстве, ударить бастарда деревянным мечом, да посильнее. – Лорду Тириону очень понравилась леди Старк и теперь он выясняет у Лораса можно ли подойти к девушке и поговорить с ней, не получив вызов на поединок от её брата.

    -Так вот оно что. – Теперь можно выдохнуть и даже улыбнуться. Робб Старк действительно слишком много внимания уделяет одной из своих сестёр, благодаря его усилиям у девушки есть вполне реальный шанс уехать из столицы, так и не заведя никаких полезных знакомств. – И откуда ты всё знаешь?

    - Мой брат ему сказал. – Ещё одна любительница подкрадываться, но эту в пекло послать нельзя, даже когда её нет рядом, слишком уж опасно, слишком уж много она знает.

    - Ваше высочество. – Ренли старательно изображает лучшую из своих улыбок и, лишь затем, с поклоном разворачивается. Хотя перед принцессой Дейенерис можно так и не стараться, она всё равно поймёт, что улыбка фальшивая. – Вы прекрасны сегодня.

    - Я прекрасна всегда, лорд Баратеон. – Избытком скромности Дейенерис точно не страдает. Впрочем, сегодня она действительно удивительно красива, даже Ренли трудно этого не признать. – Но спасибо вам за комплимент. Мне очень жаль, что приходится прерывать ваш разговор с лордом Утерсом. – И улыбка-ухмылка в сторону Аурана. Так к бастардам не обращаются, но Ауран водит весьма близкое знакомство с принцессой и имеет все шансы стать лордом, когда она станет королевой. – Но, лорд Баратеон, не могли бы вы пригласить меня на танец?

    Отказ не принимается и это очевидно. Хотя, если Дейенерис столь настойчива, это может значить лишь одно – у неё к Ренли имеется разговор, не предназначенный для посторонних ушей, а принцессу в таких случаях стоит слушать весьма внимательно. – Конечно, ваше высочество, танцевать с вами – огромная честь.

    Она усмехается, с королевской величественностью принимает руку, и некоторое время просто молчит и кружится в танце, даже заставив Ренли усомниться в верности его выводов. – Лорд Ренли. – Заговаривает она, когда Ренли уже окончательно решает, что этот танец действительно просто танец. – Я слышала, вы не собираетесь жениться.

    - Я пока просто ещё не нашёл ту единственную, ваше высочество. – И он, и принцесса прекрасно знают, что это ложь. О маленькой тайне Ренли знает вся столица и хорошо, если не все королевские земли. Только вот это явно не дело принцессы, будь она даже Дейенерис Таргариен.

    - Вот значит как. – Она вскидывает серебряную бровь и становится очень похожа на короля. – Тогда я советовала бы вам искать побыстрее. Вы последний в вашей семье, Ренли. Ваши соседи и вассалы уже давно поглядывают на ваши земли и с каждым годом у родителей всё меньше причин отказывать им.

    Весь хмель мгновенно выветривается из головы Ренли. Леди Веларион может сколько угодно говорить, что он легкомысленный мальчишка, но опасность таких слов вполне может осознать и он.

    – Король и королева пообещали кому-то Штормовой Предел и титул грандлордов?

    - Пока нет. – Она качает головой, ирония исчезает из голоса. – Но к ним уже не раз обращались. Не прямо, конечно, намёками, но цели обратившихся были вполне очевидны. – Разумеется, земли отойдут им лишь после твоей смерти, но никто не мешает потенциальным грандлордам её несколько приблизить.

    - Ваши родители желают смерти моей семье? – В горле застывает комок, и Ренли не понимает, как ему удаётся продолжать танец. Если бы не Дейенерис, он бы даже не узнал, что есть люди, которые могут желать его смерти, которым она может быть выгодна. Его жизнь могла бы закончиться, едва начавшись. Он боялся этого, он не хотел этого. Сияюще яркий вечер мгновенно утрачивает все краски.

    - Если оленям грозит опасность, то можно их уничтожать, а можно лишь не помогать, результат будет одинаков. – Дейенерис плавно выводит их из танца и останавливается у стены так, что их почти не видно людям у столов. – Я не хочу вашей смерти и смерти вашего рода, Ренли, и потому предупреждаю.

    - Спасибо вам, принцесса. – Он бы не отказался сейчас выпить что-нибудь. Что угодно, только бы вернуть миру яркость, а себе безмятежность. Но, если он не хочет, чтобы безмятежность закончилась смертью, нужно сохранять чистую голову. – Похоже, мне действительно стоит поторопиться с поисками той единственной.

    - Я обещаю вам год. За это время родители никому не пообещают ваши земли, но, если за это время вы не женитесь или не найдёте другого способа обеспечить себе наследника, я, боюсь уже ничем не смогу вам помочь. – Принцесса кладёт руку ему на плечо. Она маленькая, сильно ниже Ренли, но сейчас почему-то кажется, что они одного роста. – На вашем месте я бы остановила свой выбор на дочери какого-нибудь купца, она будет рада возможности стать благородной и благодарна вам. Меньше шанс, что о её изменах после рождения наследника узнают.

    - Я подумаю об этом, ваше высочество. – Единственное чего сейчас хочется – остаться одному и действительно просто подумать.

    - Подумайте, Ренли, подумайте. – Она качает головой, а затем на её лице вновь появляется совершенно ненастоящая, но очень достоверная улыбка. – Спасибо вам за танец. Он был прекрасен.

    Дейенерис вновь исчезает в толпе, возможно, идёт разговаривать ещё с кем-то, бал чудесное место для интриганки, особенно для столь искушённой. А Ренли, чувствуя, как стучит кровь в висках, разворачивается к дверям. Ему нужно выйти на воздух, побыть в тишине, одному, подальше от всеобщего веселья. Ему надо подумать над словами принцессы и решить, что же делать и как отдать долги, которые возложили на его плечи старшие братья.
     
    Sancha, fiolent, talsterch и 5 другим нравится это.