Гет Фанфик: Only love can save me

Morgana Pendragon.

Наемник
Автор: Morgana Pendragon.

Бета: Maria Moss

Фандом: Мартин Джордж «Песнь Льда и Пламени», Игра Престолов (кроссовер).

Пейринг: Роберт Баратеон/Лианна Старк

Персонажи:
Эддард (Нед) Старк, Роберт Баратеон, Лианна Старк (Лиа)

Рейтинг:
G.

Жанры:
Гет, Романтика, AU, Драма, Ангст.

Размер: Драббл.

Описание: Modern AU!
— Для чего создана ты? Ну, помимо того, что ты создана для меня, конечно.


Статус:
закончен.

Публикация на других ресурсах: Только с разрешения автора.

 

Morgana Pendragon.

Наемник
Она приоткрыла тяжёлые веки, сладко зевая и потягиваясь в постели, словно кошка. Нет, не кошка. Волчица. Дикая северная волчица.

Девушка скинула пуховое одеяло и босыми ногами ступила на прохладный пол. Наслаждаясь привычным и любимым холодом, Лианна подошла к окну и одним быстрым движением распахнула тяжелые бархатные занавески. За окном открывался прекрасный пейзаж: крупные хлопья снега кружили, медленно опускаясь на уже запорошенную землю. Старк почти ощутила невесомое прикосновение снежинки к кончику носа, и улыбка появилась на красивом лице. Боги, как безумно эта девушка любила снег. Лианна буквально выросла в снегу. Север в любое время года мог порадовать снежными бурями.

Лия провела рукой по слегка запотевшему стеклу, заметив чёрный автомобиль, припаркованный у самого крыльца, и с трудом разглядела номер. Она не поверила своему счастью: лицо просветлело, сердце блаженно запорхало в груди. Словно окрыленная, девушка выбежала из спальни, ничего не накидывая поверх голубой пижамы, и, сбегая через несколько ступенек сразу, влетела в прихожую. Раскрасневшаяся и растрепанная Лианна кинулась на шею брата, приезд которого ждала долгих два года.

«Два года», — крутилось в голове.

— Лия, — прошептал Нед, зарываясь холодным носом в волосы, жадно вдыхая родной и домашний запах.

Сомкнув руки на спине сёстры, Эддард подхватил её и покружил в воздухе, наслаждаясь любимым смехом. Звонким, нежным и таким родным. Так смеялась только Лианна, только она. Так громко и так искренне. Несколько мгновений они стояли не в силах оторваться, прежде чем нашли в себе силы выпустить друг друга из объятий.

— Я так скучал по тебе, — выпалил Нед, — Лия, я так скучал.

Девушка только загадочно улыбнулась, замечая, с каким интересом брат рассматривает её лицо.

— Нед, — произнесла она почти снисходительно, — забыл, как я выгляжу за два года?

Невинная фраза, но, боги, сколько в ней обиды, глупой детской обиды. Нед уехал на следующий день после её дня рождения. Тогда ей было шестнадцать. А приехал в день её рождения, через два года. Долгие два года он учился в юридической академии Джона Аррена, без возможности навестить родных.

— Ты повзрослела, — улыбнулся брат. — С днём рождения, к слову, — наигранно, словно он забыл и только сейчас вспомнил.

Лия шутя ударила его в плечо, но через секунду улыбнулась и обняла. Пара секунд и она отстранилась, все ещё сияя, как новогодняя ёлка.

— Я приготовил подарок, Лия. Обещаю, тебе понравится.

— Обещаешь? — приподнята бровь, почти не веря.

Ведь прошло долгих два года, она изменилась. Конечно, они переписывались, но этого всегда было недостаточно. Она не знает его так хорошо, как сестра должна знать родного брата. А он не знает её.

— Конечно, — улыбнулся Нед, заглядывая в распахнутые серые глаза.

— Ну, смотри мне, Нед, — шутливо пригрозила девушка, не скрывая счастья.

Ровно до того момента, пока за спиной брата не послышалось какое-то шевеление. Слегка высунув голову, девушка наткнулась взглядом на поднимающегося с дивана…

«Этого не может быть…»

Роберт Баратеон не спеша обошел журнальный столик и занял место возле лучшего друга.

— Здравствуй, Лия, — глубокий приятный голос, не менее приятный, чем его хозяин. И, о боги, как он произнёс её имя, словно оно было… самым волшебным, что есть в этом мире.

Роберт возвышался над Недом на целую голову. Темноволосый и голубоглазый, накаченный и мускулистый, он, вне всяких сомнений, был девичьей мечтой.

«Скольких же девушек побывали в его постели?» — почти ревнивая мысль.

Баратеон протянул ей свою большую ладонь, и Лианне пришлось сделать усилие, чтобы не отводить взгляд от его глубоких глаз, уставленных прямо на неё. Еще мгновение, и она захлебнется от нехватки воздуха, слишком уж глубоко она нырнула в его ясные глаза.

— Роберт, — выдавила улыбку, вкладывая свою маленькую ручку в его ладонь. — Сколько лет мы не виделись? Семь? Восемь?

Баратеон улыбнулся, и было в этой улыбке что-то, что заставляло сердце Лианны трепетать, словно подстреленная птица.

— Восемь, — ответил без сомнений, решительно, словно считал, — тебе было десять, и ты была занозой в заднице.

— Судя по тому, что я слышал от Брандона, мало что изменилось, — влез Нед, молча наблюдавший за ними до сих пор. После сощурившись под укоряющим взглядом сёстры.

— Она повзрослела, — запротестовал Роберт, и волей-неволей его взгляд скользнул по красивому телу, скрытому лишь лёгкой пижамой. Груди, бусинки которой не скрывала тонкая ткань, пухлым бедрам и стройным ногам, лишь слегка прикрытым пижамными шортиками.

Лианне захотелось прикрыться, вырвать руку из его теплой ладони и убежать к себе в комнату, закрыв дверь на засов. Смущение захлестнуло девушку. Боги, как она жалела, что так неосмотрительно выскочила из комнаты, не потрудившись накинуть хоть что-нибудь.

«Перестань. Так. Разглядывать. Меня», — мысленная просьба, и, наверное, Робб её услышал, раз перевёл взгляд к лицу северянки.

— Ты тоже, — пришла в себя Лианна и выдавила ухмылку, — наслышана о твоих… подвигах, — она наигранно находила нужное слова, наблюдая за реакцией Роберта, который только улыбался в ответ, как идиот.

— Это в прошлом, — ответил уверенно, слегка лаская пальцем её руку.

«Ложь».

— Нед рассказал тебе? — тон такой, словно он предан, словно он не хотел, чтобы ОНА знала.

— Робб, — вырвалось случайно. Так девушка называла его в детстве. В далёком детстве, много лет назад, когда они играли вместе. Когда он был грустным мальчиком, чьи родители попали в шторм, отдыхая на своей яхте, и утонули. Лианна склонила голову набок. — Пресса.

Баратеон слегка закатил глаза и наигранно тяжело вздохнул.

— Лия, тебе не стоит верить всему, что пишут эти идиоты, — замолчал, но, поразмыслив, добавил. — Я польщен, что ты так интересуешься мной.

Она почти задохнулась от возмущения, вырвала руку из его ладони, а он использовал её замешательство, чтобы ещё раз поглазеть на её подтянутое тело. Ничуть не смущен, решителен и настойчив.

— Не бери на себя слишком много ладно, Роберт? Земля не вертится вокруг тебя, — разгоряченная, сердитая, жадно вдыхающая воздух через ноздри. — И, ради богов, хватит пялиться на меня так, словно я первая девушка, которую ты увидел!

Лианна ждала, что он отвернётся, возмутится. Она ожидала чего угодно, но только не громкий, веселый, заразительный смех и такой же наглый, неотрывный взгляд. Эддард нахмурился, недовольно хмыкая. От его прежнего веселья не осталось и следа, пока Баратеон давился смехом.

Именно такими ребят нашли Лиарра и Рикард. Мать подбежала к Неду, обнимая его, целуя в щеку, пока отец пожимал руку Роберта, причитая о том, как он повзрослел, и как от мальчика, гостившего у него в детстве, не осталось и следа. Лия почувствовала себя лишней и решила быстро уйти, пока отец не заметил, в каком виде его дочь встречает гостей, или пока Баратеон снова не обратил на неё внимание. Быстрым шагом, почти бегом девушка добралась до лестницы и начала подниматься, чувствуя на себе взгляд Баратеона.

«Наглец, даже не поздравил с днём рождения», — надув губы, подумала девушка.

Уже достигнув вершины лестницы, Лианна не выдержала и обернулась, встречаясь глазами с Робертом всего на мгновения, но этого хватило, чтобы густо залиться краской.


***



Она подняла бокал выше, искренне улыбаясь отцу, вкрадчиво говорящему тост. Рикард не привык выражать свои чувства, будучи истинным северянином: хладнокровным и расчётливым, однако дочь любил сильно, и последние слова отца затеплились в сердце Лианны, словно пушистый котёнок.

— За мою дочь! — праздно закончил Старк, и звон хрусталя пронёсся по комнате рваной, но приятной мелодией.

Лия соприкоснулась бокалом с Робертом, который игриво подмигнул девушке, наконец, оторвав голодные глаза от открытого декольте насыщенного синего платья. Узнав о приезде Роберта, Лиарра лично выбрала дочери платье, выставляя Лию, как племенную кобылу, за что и получила справедливую долю брани. Девушка не винила себя за ссору с матерью, которая дулась весь вечер, поджимая губы и хмуря брови, изредка кивая и посылая дочери недовольные взгляды.

Ужин, к счастью, был в лучших традициях Старков: изобильно накрытый стол, фамильное серебро и пошлые шутки Брандона, в этот раз щедро приправленные весёлым хохотом Роберта. Лианна краснела и опускала глаза, когда старший брат совсем переходил черту, но, казалось, никто кроме Эддарда не замечал её напряжения. Милый Нед преподёс особый подарок: в тайне ото всех он подарил сестре кольт с удобной рукояткой, как раз под женскую руку. Нарушил строжайший запрет отца, ради Лианны. Девушка давно хотела научиться стрелять, хоть Рикард и Лиарра противились таким увлечениям дочери.

— Об этом никто не должен узнать, Лия, отец убьёт меня, — пригрозил брат, хоть и знал, что Лианна не выдаст тайну. Девушка обняла горячо любимого брата, пообещав, что сохранит любой его секрет.

Лианна видела, как изменился Эддард после знакомства с Джоном Ареном. Это было даже забавно, особенно когда Нед сидел рядом с Брандоном, выпрямив спину и аристократически зажав пальцами вилку и нож, в то время, как старший ребёнок Рикарда вальяжно развалился на стуле и грыз мясо, держа руками. Нед стал воплощением чести и добропорядочности, закончив юридическую академию Аррена. Лианне показалось, что в Неде умерла какая-то часть их северной природы, но от этого она, конечно, не станет любить его меньше.

Из раздумий девушку вырвал громкий голос, поднимающегося с места Роберта.

— С вашего позволения, мистер Старк, я бы хотел произнести тост, — вежливо попросил Баратеон, уже пьяный, но ещё твёрдо стоящий на ногах.

— Конечно, Роберт, — Рикард вытер рот кружевной салфеткой и снова положил её на колени, прежде чем ответить и, откинувшись в кресле, с интересом посмотреть на гостя.

Робб взял свой бокал с переливающейся красной жидкостью и, приподняв его, кивнул в сторону Лианны, загадочно улыбаясь. Его синие глаза ловили смущённо мечущийся серый взгляд.

«Молчи, Роберт, ради богов, молчи».

— Лия, — начал Баратеон, не обращая внимания на тихий хохот Бенджена, пьяное одобрение Брандона и сверлящий тёмный взгляд Эддарда, — ты прекрасная девушка, и в этот знаменательный день, я хочу поднять бокал за твоих замечательных родителей…

«Подкаблучник».

— … и за тебя.

«Пей уже, идиот», — закатив глаза, подумала девушка, наблюдая, как Роберт достаёт что-то из кармана, а после, залпом осушив бокал и шатаясь, подходит к ней.

Баратеон оставляет подарок на столе перед тарелкой девушки и, прежде чем её тонкие пальчики потянулись к бархатной коробочке, наклоняется, целуя её в щеку, прошептав:

— С днём рождения, моя Лия, — тихо, чтобы расслышала только она.

Робб отходит, но по выражению его лица ясно, что он хочет узнать её мнение о подарке. Лия почти ощущает нетерпение Баратеона, отдалённо понимая, что ей самой очень любопытно. Ловкие пальцы открывают коробочку с тихим щелчком.

«Это безупречно красиво».

Лианну сложно назвать типичной девушкой, которая приходит в восторг при виде блестящих побрякушек, но это… это нечто большее. Небольшая подвеска на тонкой цепочке — волчица, зажавшая в зубах синюю розу. Маленькое серебряное чудо. Девушка неторопливо берёт подвеску в руки, рассматривая с восхищением.

— Спасибо, Робб, это очень красиво, — смотря в синие глаза, сказала девушка, замечая, что он рад, что смог угодить. Ну, или он просто перебрал. Но что-то в его лице, казалось бы, выдавало восторг и гордость. Словно Роберт Баратеон ещё был способен на настоящие чувства.

Лианна многое о нем знала. Знала, что Робб много пьёт, часто, если не постоянно трахает толпы легкодоступных девиц и совсем не прислушивается к тем, кто пытается заботиться о нём. Лия даже знала, почему он такой. Он будет до хрипа в голосе кричать, что это не так, но смерть матери и отца когда-то разбила ему сердце, и ничто до сих пор не смогло залечить эту рану.

— Надень её. Она будто создана для этого платья, — встряла мать, после послав мужу какой-то чересчур странный взгляд.

Лия подносит прохладный металл к бледной коже, и все взгляды прикованы к ней.

— Знала бы ты, как долго он выбирал эту подвеску, — фыркнул Нед, без которого, конечно же, не обошлось.

— Она очень красивая, — снова повторила девушка, проведя рукой по драгоценному синему камешку, выложенному в виде розы, задевая черные глазки волчицы, понимая какой тонкой работы касаются её пальцы.

— Не так красива, как ты, — заметил Роберт, застывший неподалёку, облокотившись на спинку кресла. Брандон лениво обернулся через плечо к Баратеону, отпуская очередную пошлость, но Лианна не слушала. Не могла услышать, ведь смотрит в глаза, в которых тонула, так и не нащупав дна.

«Он не так безнадежен, как думает Нед…» — верит девушка.

***



Сидеть дома, когда на улице выпал снег, она просто не могла. Наспех натянув на себя верхнюю одежду и сапоги, Лия выскочила на улицу, жадно вдыхая морозный воздух и ловя ладошками снежинки, которые тут же таяли, обожженные теплотой. Спустившись с крыльца, прыгая через несколько ступенек, как маленькая, Лианна наслаждалась знакомыми с детства видами.

Она обошла двор, с детским восторгом отмечая, как посаженные осенью тонкие деревья наклонились вниз под давлением тонкой корки льда, создавая безупречно прекрасный ледяной коридор. Словно сказка, сон наяву. Лия не ожидала подвоха, когда снежок, попавший за шиворот куртки, начал быстро таять, мокрой дорожкой скользя по вязаному свитеру, оставляя мерзкое ощущение липких пальцев. Такая подстава была в порядке вещей для братьев Лианны. Они любили застать сестру врасплох, мстя за былое. Девушка сощурилась, медленно оборачиваясь и натыкаясь взглядом на Роберта, отчаянно пытавшегося сдержать смех и сделать серьёзное лицо. Баратеон тут же отвёл глаза, будто разглядывая крышу особняка.

Такие шутки прошли бы со многими, но не с Лианной. Девушка слепила несколько крупных снежков и запустила их в обидчика. Баратеон ловко увернулся от трех, но последние два его настигли. В притворной ярости Робб подлетел к Старк, хватая её за ноги и кидая в холодный сугроб, тут же наваливаясь сверху. Лия отчаянно колотила его по груди, замечая, что свой вес Баратеон перенес на локти, понимая, что может попросту раздавить девушку. Он разглядывал её лицо, словно пытался выучить каждую черточку наизусть. Лианна набрала в ладонь побольше снега и умыла лицо Баратеона. Роберт растерялся на мгновение, и вырывающееся тело под ним обрело превосходство.

— Нед был прав, ты совсем дикая, — проговорил Роберт, улыбаясь той самой улыбкой, которая сводила с ума девушек. Запыхавшийся и раскрасневшийся, он смотрел на неё сияющими синими глазами, глубокими и чистыми.

Лия только загадочно улыбнулась, не отводя от него серых глаз, ловко выскользнула из ленивой хватки и, вскочив на ноги, подбежала к ближайшему дереву. Обхватывая часть ствола, девушка спряталась за его мощью, выглядывая, чтобы взглянуть на Баратеона. Непослушные кудри выбились из-под шапки и были слегка припорошены крупицам снега. Робб сел, лениво наблюдая за девушкой слегка повернув голову.

— Поймай меня, — громко воскликнула Лия, сама не зная почему и зачем. Нет. Знала. Где-то глубоко внутри, девушка признавала, что повзрослевшая версия шумного мальчика с грустными глазами как минимум не оставляет её равнодушной с самого приезда. — Если осмелишься.

Баратеон выпустил заразительный смешок, неуклюже поднимаясь и подходя к дереву. Положив на шероховатый ствол руку, он провёл ею по коре, в надежде дотронуться до ускользающих пальцев Лианны. Девушка лишь звонко рассмеялась, обойдя дерево, но не отводя серых глаз от Робба. В тот момент, когда их руки почти соприкоснулись, она отпрянула от дерева и подбежала к другому, так же прижавшись к мощному стволу. Под нежный смех, ласкающий слух, Роберт пошёл за ней, двигаясь медленно, будто боялся испугать. Будто олень может спугнуть волчицу. Нелепо. Старк гоняла парня от дерева к дереву минут сорок, пока, наконец, не почувствовала лёгкую усталость и, замешкавшись, упустила Баратеона из виду. Лия выглянул из-за ствола, лихорадочно ища блестящие синие глаза.

«Возможно, ему надоело… или он замерз и ушёл в дом…»

Разочарование, которое заползло за шиворот и больно укусило, заставило девушку вздрогнуть. Как-то слишком сильно это задевает. Лианна почувствовала горячее дыхание на своём затылке за секунду до того, как сильные руки сомкнулись по обе стороны от её головы, загораживая пути к отступлению.

— Поймал, — устало прошептал Роберт тёмным волосам.

— Поймал, — повторила Лианна, не спеша оборачиваясь к Баратеону. Она улыбалась, не в силах скрыть лихорадочный блеск в глазах.

Роберт стоял ближе, чем думала Старк, их разгоряченные бегом тела почти соприкасались. Лия чувствовала прерывистое дыхание на своём лице, красном то ли от их догонялок, то ли от смущения. Скорее от смущения.

— Ты красивая, — выпалил Баратеон слишком быстро.

«Нет, это глупо…»

— Скольким девушкам ты это говорил? — в ней говорила волчья кровь, волчья ревность, волчье желание не просто обладать, а обладать единолично. Она хочет верности. И если он не может дать ей этого… то не о чем и думать.

— Ни одной, — ответил он спокойно, слега отодвинувшись от девушки, но не прекращая ласкать её лицо своим дыханием. — Обычно я говорю девушкам другое…

— Что? — спросила она, не давая ему уйти от темы.

— То, что они хотят услышать.

«Значит, это я хочу услышать. Как глупо…»

Она фыркнула, поворачивая голову в сторону дома.

— Так у тебя есть подход к любой девушке, — размеренно произнесла Лианна, чувствуя, как холодело что-то внутри.

«Боги, когда это начало меня заботить?»

— Нет, — коротко ответил Роберт, борясь с желанием дотронуться до вздернутого подбородка и повернуть её лицо, чтобы просто смотреть в серые глаза, но он только слега отряхнул снег с тёмных прядей. — С детства одна девушка была для меня загадкой, и я до сих пор не могу понять её. Дикая, свободная, красивая… и недоступная. К тому же у неё есть братья, которые скорее отгрызут мне яйца, чем подпустят к ней, — горько шептал Роберт.

Лианна резко повернула голову, почти сталкиваясь с ним носом. Такая близость затуманивала глаза. Воздух стал ощутим, его можно было коснуться, если захотеть.

«Оттолкни его. Сейчас. Отстрани. Думай».

Лия не думала, не отстранилась, не отталкивала. Она позволила горячим, влажным губам припечатать её к дереву, чувствуя сильные руки на своей талии сквозь меховую куртку.

Боги, как он целовал. Нежно и страстно одновременно. Робб боялся причинить боль неумелым губам, и в то же время жадно впивался в них. Это был не первый поцелуй Лии, но это был первый настоящий поцелуй. Их дыхание уже сбилось, когда девушка, наконец, позволила себе поиграть с ним своим острым язычком, вызывая хриплые полустоны Баратеона. Воздух в лёгких стремительно заканчивался, и, опьяненные друг другом, они оторвались. Лия наблюдала, как Робберт медленно подносит пальцы к губам, улыбаясь, словно наевшийся досыта кот. Девушка с трудом глотала горячий воздух, задыхаясь. Ей казалось, что если она сейчас не уйдёт, то захлебнется, и одним рывком высвободившись от мягкой хватки, она бежит в дом, чувствуя его взгляд спиной и съеживаясь.

«Нет. Никогда больше».

***



Если Лия и поняла что-то за эти три недели, то только то, что избегать человека, который живёт с тобой в одном доме практически невозможно. Как назло, Лия не могла даже до кухни дойти, не пересекшись с Баратеоном.

И это злило.

Она не могла сказать, что было тогда во дворе, а его синие глаза ждали, жаждали её слов или действий, и это ощущалось каждой клеточкой тела. Лианна поклялась себе, что такого больше не повторится, потому что это была ошибка, непростительная ошибка. После всего, что писал Нед и жёлтая пресса, Лия не могла позволить себе влюбиться в Баратеона.

Но она уже это сделала. Уже, черт её возьми, влюбилась в него.

Лианна просто искала мать, когда врезалась в его грудь носом, понимая, что запах его одеколона пьянит не хуже дорнийского вина. Роберт улыбнулся, слегка поддержав её и вернув равновесие, положив тёплые ладони на тонкую талию. Лианне казалось, что она чувствовала подушечки грубых пальцев даже через прочную ткань свитера.

— Куда ты так летишь? От меня прячешься? — в его голосе, пожалуй, было всё, кроме равнодушия.

— Нет, — рявкнула в ответ, сдерживаясь, чтобы не стряхнуть его руки с себя. Она желала оттолкнуть его, убежать и больше никогда не видеть, и прижаться к нему, поцеловать и больше никогда не терять из виду.

— Ты не снимаешь её, — Робб улыбнулся, кивая в сторону серебряной подвески, подаренную в день её рождения.

Он разжал руки, убирая их с талии, и коснулся подвески. Почти невесомое прикосновение к холодному металлу заставило Лию затаить дыхание. Пальцы Баратеона неторопливо поползли вверх, и он коснулся оголенной ключицы и горящей от его прикосновения кожи. Испытывающе медленно, он провёл линию вверх через шею до щеки, задерживаясь на ней, лаская нежную кожу.

«Борись!»

— Что ты делаешь? — Лия с трудом выдавила из себя сдавленный шёпот, прикрывая глаза и склонив голову к его шероховатой руке.

— Ты о чём? — он игриво поднимает бровь, и уголки губ стремительно ползут вверх, так невероятно очаровательно.

Девушка лихорадочно хотела, чтобы он и дальше воспламенял холодную кожу. Схватив его за руку, она увлекла его в первую попавшуюся дверь. Кажется, это чулан. Мысленный процесс всё медленнее и незначительнее. Они не говорили, он просто впился своими губами в её губы, прижимая податливое тело к пыльным полкам. Лия машинально зарылась пальцами в чёрные волосы, поражаясь их мягкости. Они изучали друг друга, и, кажется, мира вокруг больше не существовало. Роберт пах морем, штормящим и бурлящим, и солью.

Баратеон прервал поцелуй, восстанавливая сбитое дыхание. Соприкоснувшись лбом со Старк, не отрывая синих глаз от её серых, так напоминающих штормовое небо, и, кажется, он счастлив. По-настоящему, а не так, как у Аррена, когда трахал всё, что имеет титьки и всё равно не мог заполнить пустоту, что раздирала его после смерти отца и матери. Роберт не мог понять, о чём думает это северное, своенравное чудо, которое покорило его с первого взгляда много лет назад. А теперь то мучает неопределённостью и почти полностью игнорирует, то заталкивает в чулан и отнимает дыхание.

Теперь Лия расцвела, и ни одна девушка не сравнится с ней в красоте и неподражаемой, естественной дикости. Её глаза всегда широко распахнуты, алые губы и растрепанные, темные волосы сводят с ума.

— Лия… — прошептал Роберт, почти смущённый, то ли потому что она сестра его лучшего друга, то ли потому что ещё ни одна девушка не вызывала в нем такой эйфории.

Треск, скрежет и скрип прерывает их. Лия и Роберт одновременно поднимают головы и ежатся от взгляда сердитых серых глаз, не предвещающего ничего хорошего.

***



Настойчивые солнечные лучи бьют в окно, жадно заполняя комнату, невесомо играя на его лице. И хотя солнце уже давно встало, Роберт Баратеон предпочел не выбираться из постели, по крайней мере, еще несколько часов. Тяжело вздыхая, он лениво проворачивается на другой бок, снова ускользая в дремоту. Хорошо бы сейчас встать и полностью закрыть занавески.

«Когда, черт его возьми, солнце на Севере стало припекать так сильно?»

Роберту почти удалось заснуть снова, когда тонкая фигура пробралась в комнату, а полы заскрипели под её тихими шагами. Запах горячего шоколада он уловил практически сразу, как и запах её сладких духов.

Баратеон старательно изображал сон, просушиваясь к каждому её шагу и звуку. Он расслышал, как Лианна оставила чашку с какао на прикроватной тумбе с его стороны и полностью открыла тяжелые занавески.

— Просыпайся, соня, — пропела она звонко, падая на пустующую половину его постели. И как бы сильно Роберту ни хотелось сгрести её в свои объятия и зацеловать до смерти, он не осмелился.

— Лия, — прохрипел он, лениво распахивая глаза, смотря в её счастливое лицо, пропуская мысль о том, как же было бы здорово просыпаться рядом с ней каждое утро. — Какого черта ты здесь делаешь?

— Пришла разбудить тебя, королева драмы, — усмехнулась девушка, стаскивая с него одеяло. Роберт схватился за ткань, удерживая одеяло на себе, пытаясь забраться под него с головой и спрятаться от неё до того, как успеет сделать какую-то глупость.

Осознав, что Лианна не оступится и не отстанет, он сел. Одеяло упало с его груди, и она покосилась на него, густо заливаясь краской. Что ж, по крайней мере ему снова удалось смутить её. А это дорого стоит. Лия многое делала очаровательно, но, когда она краснела, смущённо отводя глаза, единственное, что хотелось Роберту — целовать ее, пока губы не онемеют.

— Ты хоть понимаешь, что именно сказал мне твой брат? — спросил Роберт сурово, и она рассмеялась, прикрывая рот ладошкой.

— Да, — кивнула она, — я стояла за углом и слышала каждое слово.

— Бран обещал, что отрежет мой член и… скормит его собакам твоего отца. Но больше всего меня пугает то, что после этого он обещал рассказать о нас твоему отцу, который вероятно пустит меня всего на корм своим собакам. У вас на Севере что, собачьей еды не достает, или я просто выгляжу слишком аппетитным?

Роберт игриво приподнял брови, и Лианна стукнула его кулаком по груди, заливаясь смехом.

— Так ты боишься? — она улыбнулась. — Кто бы мог подумать, что Роберт Баратеон такой трусишка.

Он попытался защититься:

— Я знаю Брандона, я знаю твоего отца и знаю, что они убьют за тебя и…

Она коснулась пальцем его губ, вынуждая Роберта заткнуться и выслушать её.

— Бран уехал сегодня утром пока ты спал, глупый, он ничего не рассказал моему отцу.

На лице Роберта потрясение сменилось облегчением, но в глазах осталось непонимание.

— Серьезно? Я думал…

— У его невесты какие-то проблемы с её бывшим или… Я не знаю, я редко вникаю в то, о чем рассказывает Брандон, хватит и одного озабоченного в семье.

Брандон был настроен очень решительно, когда вчера застал их в кладовой. Роберт знал, что расскажи он отцу Лианны о том, что видел, Рикард выставил бы его из своего дома, не желая слушать, и вряд ли Роберту довелось бы ёще хоть однажды увидеть Лию. Вот чего он боялся на самом деле.

Всё это, конечно, Лианна легко считала по его лицу. Поднявшись и открыв верхний ящик комода, порылась там и кинула в Баратеона простой синий свитер и джинсы.

— Собирайся, ты отвезешь меня в Волчий лес и научишь стрелять из револьвера.

Он быстро кивнул все ещё немного напряженный.

— Перестань. Думаешь, я бы рискнула твоим членом?

***



Лианна нетерпеливо ерзала на переднем сиденье, указывая Роберту, куда повернуть и лениво поддерживая его болтовню. Он кинул на неё быстрый взгляд, наблюдая, как она сдувает прядь с лица и девушка заинтересовано повернулась к нему, садясь в вполоборота.

— В чем дело, Робб? — спросила она.

— Ничего. Я просто… ты ведь предупредила бы, если бы хотела скормить волкам? Просто скажи, если что-то не так, я исправлюсь и…

Он добился своего, Лия рассмеялась, даже не позволяя ему закончить шутку.

— Мне жаль, что твой брат застукал нас, — признался Баратеон, когда её смех утих, неотрывно смотря на запорошенную свежим снегом дорогу.

Она просто пожала плечами.

— Это не так важно. Он не посмеет рассказать отцу, иначе я обмолвлюсь о том, что он трахал Барбри, и у него будут огромные проблемы.

— Серьезно, Барбри? — удивился Баратеон.

— Он большой мальчик. Но отцу это не понравится, и его невесте, предполагаю тоже, — заметила Лианна.

— Бран говорил, она скучна.

Девушка вновь пожала плечами, почти не отрывая взгляд от его лица и часто отвлекая Роберта от дороги.

— Кейтилин хорошая девушка, созданная для того, чтобы быть женой и матерью, она подходит моему брату.

— А ты? — тут же спросил Робб.

— Я? — на её красивом лице мелькнула озадаченность.

— Для чего создана ты? — застигая её врасплох своим вопросом, поинтересовался Баратеон.

— Я…

— Ну, помимо того, что ты создана для меня, конечно, — добавил он, заставляя легкий румянец вспыхнуть на её бледных щеках. Лианна рассмеялась, и Роберт в очередной раз жадно насладился этим звуком.

— Для приключений, наверное, — подумав, отозвалась девушка.

— В этом мы похожи, — задумчиво кивнул он.

— Нет, Роберт, других приключений, помимо погони за юбками.

Баратеон закатил глаза, старательно изображая обиженную физиономию.

— Мы уже говорили об этом.

— Нет, кажется, ты пытался съехать с темы, но я это заметила, — настояла Старк.

— Да брось Лия, ты уже всё решила.

— О чём ты?

— О том, что у нас ничего не выйдет. После всех рассказов Неда я понял, что ты, наверное, мой идеал девушки; та, которую я искал, возможно, всю жизнь, и когда я увидел, узнал тебя, я осознал, что так и есть. Но вместе с тем ты внушаешь себе, что не сможешь быть с таким как я, что я не смогу измениться ради тебя и ещё какую-то чушь. Я сам знаю, что не достоин тебя; никогда не буду достоин, но я прошу один шанс доказать, что я могу сделать тебя счастливой.

Лия не знала, что на это стоит ответить. Ей было сложно опровергнуть правдивость его слов. И это было первым, что пришло ей в голову:

— Сколько ещё ты планируешь задерживаться у моих родителей? — её голос предательски дрогнул.

Робб снова стал веселым и, казалось бы, забыл о том, что только что сказал ей нечто действительно личное и серьёзное. Нечто, что могло бы сойти за признание.

— Уже не терпится избавиться от меня? — спросил он шутя, но его взгляд выдал всю серьёзность этого вопроса. — Ноги моей не будет в твоем доме после рождества, — заверил он.

— Так скоро… — прошептала Лия, и Баратеон с надеждой, граничащей с отчаянием взглянул на неё.

— У меня некоторые… — он прочистил горло, — юридические дела дома, мой отец завещал мне бизнес семьи, и теперь я достаточно взрослый, как говорит Джон, чтобы принять бразды правление. На самом деле он много чего говорит, что я пустоголовый и что мне нужно скорее жениться и… — он тяжело выдохнул. — Ты встречала Серсею Ланнистер, да?

Лия покачала головой, молча выслушивая его.

— Он хочет, чтобы я женился на этой нимфетке, и меня страшит одна мысль об этом.

— Не похоже, что ты боишься женщин, — заявила она с кислой улыбкой, отвернувшись к дороге.

— Таких, как она, следует бояться. Это настоящий монстр в юбке.

— Твоя судьба очень трагична, — саркастично согласилась Лианна.

— Да! — выпалил он. — Клянусь тебе, эта женщина хочет меня убить, так что ты должна спасти мне жизнь.

— И как мне это сделать? — нехотя Старк всё же взглянула на Роберта, встречаясь взглядом с его синими, как море, которое ей доводилось видеть только на картинках, игривыми глазами.

— Выйти за меня замуж, — произнёс Баратеон таким тоном, будто они только что обсуждали что-то не важнее погоды. Она в шоке открыла рот, потом закрыла. Несколько минут не могла вынудить себя выдать хоть слово и наконец, не отходя от шока, напористо спросила:

— Ты только что сделал мне предложение?

— Ну, я должен сначала спросить разрешения у твоего отца. Знаю, что не кажусь слишком серьезным, но в какой-то момент жизни просто понимаешь, что встретил правильного человека. Это как удар молнии, тебя озаряет, и появляется осознание, что если сейчас я упущу её, то проведу всю оставшуюся жизнь, сожалея об этом, — признался Роберт как будто не Лие, а самому себе.

— Если верить тебе, Серсея позаботится, чтобы это была очень коротка жизнь, — её голос прозвучал слишком нервно и прерывисто. Часть её считала, что он шутит, другая хотела, чтобы он был серьёзен больше всего на свете. — Ты серьезно хочешь…

— Со мной ты всегда будешь свободна, и, клянусь, вся наша жизнь будет приключением. Для начала ты должна увидеть юг, увидеть море, потом мы могли бы отправиться на восток и… — он внимательно посмотрел в её лицо, в горящие серые глаза, приоткрытые губы, замечая на её лице метания, сомнения и… жадное предвкушение. — Я обещаю, что никогда не стану врать тебе. И не буду лезть под юбки к другим женщинам, я никогда не опозорю тебя изменой.

Она закатила глаза, ощутив колкое сомнение. Укол жестокой реальности. И, обернувшись к окну, чтобы прийти в себя, заметила, что из переполненных серых туч повалили огромные хлопья снега.

— Я ни к кому никогда не чувствовал ничего подобного, — Робб взял Старк за руку, возвращая себе внимание девушки. — Мне кажется, я вспомнил, как это — любить кого-то, только когда встретил тебя. К тому же это единственный способ быть рядом с тобой и не быть скормленным собакам твоего отца.

— Ты просто невыносим, — ответила девушка с непроницаемым лицом, чувствуя, как он сжимает её ладонь, горько усмехаясь.

— Почему? — спросил Роберт надуваясь.

— Потому, что как после всего этого я могу сказать тебе нет? — кокетливо поинтересовалась Лианна, улыбаясь ему, пожалуй, даже ощутив, как сердце Роберта остановилось и снова начало биться, когда суть её слов дошла до него.

— Ну, у тебя в кармане револьвер, мы на дороге ведущей в лес, и ты всё ещё можешь избавиться от меня други…

Она взяла в привычку перебивать его, впрочем, её горячими губами того стоили. Роберт едва ли не въехал в дерево, но не мог даже рассердиться на Лианну за это. Впервые за многие годы, рядом с ней, прижавшейся к его боку, он не чувствовал себя одиноким и пустым.
 
Сверху