Гет Фанфик: ПЛиП. Игра на выживание

Gerda

Лорд
Название: ПЛиП. Игра на выживание
Фандом: Сага/Пила (фильмы)
Автор: Я (на фикбуке Gerda_Lind)
Бета: Ester_Lind
Категория: Гет
Размер: Миди
Пейринг/Персонажи: Григор Клиган/Жиенна Вестерлинг, Игритт, Джоффри Баратеон, Роберт Баратеон, Теон Грейджой, Дейенерис Таргариент, Сандор Клиган, Русе Болтон
Рейнтинг: NC-17
Жанр: Драма, ужасы, детектив
Предупреждения: Кроссовес с Пилой, ООС, Modern AU, насилие, нецензурная лексика
Краткое содержание: Между ними есть что-то общее. Что-то, о чем они не подозревают. И однажды они просыпаются в незнакомой закрытой комнате, а голос на плёнке предлагает сыграть в игру.
Дисклеймер: всё принадлежит Мартину
Статус: Завершен.
Заметка: Будет продолжение.

Содержание
Пролог
Глава 1. Жертвы на вынос
Глава 2. Раз уж ты в аду, рассчитывай только на дьявола
Глава 3. Кровая жатва
Глава 4. Дверь, которую нельзя открывать
Глава 5. Огненное море
Глава 6. Новая жизнь начинается в Рождество
Глава 7. Птичка в клетке

Глава 8. Пиявка
 
Последнее редактирование:

Gerda

Лорд
Пролог

Жертвы на вынос.

Теон Старк улыбнулся, придумав название для своей секретной операции.

Ему поручили важное дело: вывести из строя намеченные объекты и доставить их в Дом. Он досконально изучил личные дела жертв. Там была собрана вся полезная информация. Теон отметил информативность досье. Кое-какие пункты очень удивляли. Узнать такие подробности можно, только если у тебя хорошие связи в полиции, а то и в мэрии. Род деятельности и расписание, привычки и привязанности, грешки и слабости… Все в одной толстой папке, которую Она оставила на его столе.

Теон сладко вздохнул, подумав о Ней. Красавица, настоящая красавица. Но это не главное. Он чувствовал с ней настоящую связь. Родство душ. Она была очень яркой и привлекательной внешне, как и сам Теон, но за этим скрывалось нечто большее. То, о чем другие не подозревали. Да и сам Теон не знал, что внутри у него назрел такой нарыв. Он понял это благодаря Конструктору.

Два года назад

‒ Странное дело, Нед, ‒ Роберт Баратеон откинулся на спинку стула, покачал головой. ‒ Я видел разных убийц. Но такого...

Теон притаился за дверью, подслушивая разговор отчима и его лучшего друга. Мэр Вестероса, Роберт Баратеон, казался растерянным, и явно нуждался в поддержке своего заместителя.

‒ Газеты не готовы рассказать жителям, что в городе появился маньяк? ‒ Эддард Старк явно говорил не совсем то, чего ждал от него друг.

Роберт досадливо закряхтел, осушив половину бокала. На столе между мужчинами стояла бутылка с выдержанным дорнийским вином. Мэр то и дело прикладывался к ней. Перед отчимом стоял нетронутый бокал.

‒ Какой маньяк, Нед? ‒ досадливо спросил Роберт. ‒ Всего две жертвы, которые никак не связаны. Ламберт Кейл, тридцатилетний хирург. Погиб от обширной кровопотери после того как отпилил себе ногу. Адам Рэйнальдс, фотограф двадцати пяти лет, умер от голода и обезвоживания, запертый в подвале. Друг с другом они не знакомы, никаких соприкосновений.

‒ А плеер с кассетой? ‒ Теон различал досаду в голосе отчима.

Да, только такой фантастический болван, как Роберт Баратеон, мог не замечать связи. Не хотел верить в то, что Вестерос терроризирует маньяк, и жертв будет куда больше.

‒ Плеер с кассетой! ‒ мэр стукнул кулаком по стулу и багровое вино бурным потоком разлилось по белоснежной скатерти, которую Кейтлин привезла из Миэрина. ‒ Нед, может, ты не будешь досаждать мне этим плеером, как твой брат Бенджен? Пара убийств, а вы разводите панику! Старки!

‒ Нужно предупредить людей, Роберт. Может, ввести комендантский час…

‒ Нет! Слышишь меня, Нед? Никакого комендантского часа! Мы не станем сеять панику! Ты меня понял?!

‒ Подождем, когда убьют еще человек десять, и тогда предупредим, да, Роберт?

Настоящее время

Теон усмехнулся. Отчим оказался прав. Убийства были связаны. И люди узнали о маньяке после нескольких смертей, которые утаить было уже трудно. Журналисты раздули происходящее до небес. Маньяк получил звонкое прозвище "Конструктор" благодаря ловким механизмам, которые устраняли жертв. Теоретически, маньяк никого не убил. Люди сами доходили до смерти, не желая следовать правилам. Теон считал, что все эти правила ‒ лицемерие хреново. Из таких ловушек невозможно спастись. Теон читал грязные подробности в газетах, подслушивал беседы отчима и дяди Бена. Ему казалось, что выпутаться из этого дерьма просто невозможно. Кто в здравом уме сможет всадить себе раскаленную иглу в глаз, чтобы вытащить ключ и разомкнуть приспособление, которое расплющит голову, если этого не сделать? Даже времени на это не давалось почти! Каких-то жалких тридцать секунд!

Самому Теону повезло больше.

Год назад.

Пробуждение в темной, незнакомой комнате. Передергивает от острого запаха мочи, приторно-сладкой вони дерьма. Во рту вкус крови и железа. Голова склонилась к груди под тяжестью какой-то громоздкой штуковины, металлическая скоба до боли сдавила лоб. Теон хотел ее снять, но оказалось, что он привязан к неудобному стулу. Сразу вспомнилось, как временные подружки жаловались после неприятных визитов к гинекологу. Теон откинул голову назад, увидел над собой колпак огромной лампы. Прикрыл глаза, вскрикнув, когда глаза резануло ослепительным светом.

Где он, проклятье?! Вчерашние события расплывались, как в тумане. Прокуренная студия, гремящая музыка, много водки и коньяка. Резкий звонок в дверь. Вваливается большая, ржущая компания. Девчонки с длинными ножками и привлекательными сиськами. Кто-то принес марихуану. Бурные танцы, дикий смех. Теон уединяется с яркой блондинкой в туалете. Веселый смех: ʺПопробуй, у меня только самое лучшее!ʺ Тонкий шприц у запястья. Темнота…

Телевизор напротив замерцал зеленью. Теон прикрыл слезившиеся глаза. На экране появился странный тип в маске. Он заговорил искаженным глухим голосом. Теон привык к полицейским разговорам дома ‒ дядя Бен был шефом полиции; Джон, незаконнорожденный сын отчима, работал там же. Они часто обсуждали рабочие темы за столом. К тому же, у Теона было полно приятелей, которые не дружили с законом и знали лазейки. Он нахватался полезной информации, поэтому сразу понял, что незнакомец использует устройство, которое искажает голос.

‒ Здравствуйте, Теон. Вы меня не знаете, но я вас знаю. Я хочу поиграть с вами.
И вот что случится, если вы проиграете. Устройство, которое на вас надето,
фиксирует верхнюю и нижнюю челюсти. Когда сработает таймер, ваш рот разорвется. Считайте, что у вас на голове медвежий капкан, работающий наоборот. Сейчас я вам продемонстрирую.

На экране маньяк провел наглядную демонстрацию. По спине Теона пробежала струйка ледяного пота.

‒ Открыть капкан можно только одним ключом, он в желудке вашего мертвого сокамерника. Посмотрите сами, убедитесь, что я не лгу. Поторопитесь. Умирать или жить - вам выбирать.

Теон замер, пригвожденный к стулу. Сердце разразилось частым стуком, во рту пересохло. Он не хотел верить в то, что происходило. Телевизор шелестел серым пустым экраном. Из видео-проигрывателя автоматически вылезла кассета. Теон протестующе замычал, панически озираясь по сторонам. Беда в том, что обзор загораживала эта дерьмовая штуковина, и он даже боялся крутить головой ‒ вдруг взорвется?! Паника подступала, крик рвался из горла, Теон бился словно птица, попавшая в клетку, пока не почувствовал, что руки его свободны. Он ликующе выскочил из стула, но неожиданно раздался звук. Что-то натянулось и лопнуло. А потом пугающе близко затикали часы.

Рот, он разорвет мой рот!

Теон заметался по комнате, вознес руки к голове. А потом споткнулся о какой-то грязный кулек и рухнул на пол, расшибая колени. Нет, не кулек. Тело. Человеческое тело. Что сказал этот тип? Ключ в желудке сокамерника? Теон уставился на труп перед ним. И заорал от страха, когда тот внезапно разомкнул веки. Пленник застонал, в глазах над изолентой мелькнула паника. Тиканье врезалось в мозг Теона, вызывая пульсирующую боль. Теон нащупал холодную полоску ножа, и, с криком, заглушающим панику, изо всех сил ударил незнакомца в живот. Занес руку и бил, бил, бил… А потом с глухими рыданиями закопал руки в теплые внутренности, в склизкие кишки. Часы тикали, тикали, тикали… Он нащупал скользкий теплый ключ… Панически тыкался им в крохотную скважину… Повернись! Повернись!

Сухой щелчок.

А потом были допросы. Реабилитация. Отчим не жалел денег на лучших специалистов. Как всегда.

Настоящее время

Теон криво усмехнулся, поглаживая досье пальцем.
Конструктор был прав. Что-то в жизни Теона не сложилось. Семья заместителя мэра… О нет, его не били. Не издевались. Лучшие преподаватели, крутые колледжи, модные шмотки… Правду о себе Теон узнал в четырнадцать лет. Нашел бумаги на усыновление в кабинете отчима, когда забрался в его личный сейф. Ему выдавали карманные деньги, как и всем детям, но у Старков было так… строго. Нормальные ребята объяснили, что есть другая жизнь. Интересная, необычная. Нужно только немного бабла, чтобы раскрутиться. Теон загорелся. Старки все усложняли! Они возлагали большие надежды на всех детей. Правила приличия, забота о хороших оценках, благотворительные мероприятия… Все так идеально и красиво… Потом уже Теон понял, что его, богатенького сынка, просто развели на бабки. Потом он нередко задавался вопросом, а не было бы лучше, если бы он не знал правду? Потому что, узнав, он начал замечать то, чего раньше не видел. Отношение отчима и его жены, например. Эддард Старк с его строгими понятиями о достоинстве и чести… Он не порол ремнем за плохое поведение, нет. Просто в его глазах читалось разочарование. Не соответствуешь высоким стандартам, не настоящий Старк, обязан искупать каждым вздохом. Кейтлин Старк… Она любила организовывать благотворительные балы, приемы и мероприятия, где собирали деньги для сирот из Астапора или инвалидов из Лисса. Смотрела на Теона, как на жертву, которую бросили родители-сутенеры. А он ведь даже не знал, кто его настоящие родители. Эта благотворительная жалость разъедала хуже кислоты. Вот тогда у него и начались проблемы с наркотиками и алкоголем.

Конструктор. Реабилитация. Его даже не ругали. И это было хуже всего. Благодетели сраные!

А потом появилась Она. И Теон увидел новый смысл в жизни.

‒ Игра началась, ‒ он улыбнулся.
 

Gerda

Лорд
========== Глава 1. Жертвы на вынос ==========

Сигаретная вонь витала в воздухе. Сандор поморщился, широко распахнув окно. Наверное, Алия надымила и забыла проветрить. Пользуясь отсутствием отца, который отбыл на очередную собачью выставку. Вообще Сандор редко спускался в гостиную. Он предпочитал сидеть в своей комнате. Но сегодня как назло сломался телик, а в пять вечера по спортивному каналу транслировали чемпионат мира по боксу. Сандор любил такие передачи. Он ходил на секцию по свободной борьбе с тех пор, как… Да, наблюдать за бойцами всегда интересно. Можно потом использовать эффектные приемы на Арене. Подпольные бои… Его тайная и лучшая часть жизни. Сандор попал на Арену случайно и стал настоящей звездой, любимцем публики. Как приятно было слушать аплодисменты, восторженные крики! Даже его увечная рожа не имела значения, когда он выходил на Арену! Сандор придумал себе простое короткое прозвище — Пёс. Ему всегда нравились собаки. Сильные, верные. Они не предавали. Не причиняли беспричинную боль.

Сандор криво улыбнулся. Тот давний случай с братцем… Папаша заставил Гору ходить к психологу, принимать таблетки. Загнал в футбольную команду, чтобы там злость срывал. Но Пёс держался в стороне от психованного братца, с тех пор как тот изуродовал ему лицо. Желал того же самого и Алии, но младшая сестра по какой-то непонятной причине тянулась к Григору. Лезла к нему со всякой хернёй. Алия умела и любила выводить на скандал и провоцировать. Всем внешним видом требовала внимания. Сестрёнка… Она отличалась от приличных манерных девочек. Короткие, взъерошенные, чёрные волосы, кольцо в носу и пирсинг языка, ультра-короткие юбки и декольте, в котором можно утонуть. Самому Псу бывало неловко смотреть на родную сестру. А Гора иногда выходил из себя, орал на неё, рвал неприличную одежду. Пёс зорко наблюдал за этими сценами. Пусть воспитывает, как умеет, раз Алии так важен, но если попробует тронуть сестрёнку… Пёс всегда наготове.

Радовало, что сейчас дома не было ни Алии, ни Горы. Тишина, покой. Они скандалили как семейная парочка. По крайней мере, никто не помешает спокойно посмотреть бокс! Сандор плюхнулся на диван и включил телевизор. В гостиной ему было неуютно. Он мог одолжить ноутбук у Алии, но там пароль. Придётся звонить, спрашивать. Девчонка потом месяц будет ходить, нос задрав, словно жизнь ему спасла. К тому же… Пёс понимал, почему ему не нравилось выходить из комнаты. Он никогда не чувствовал себя в безопасности. Скорей бы совершеннолетие! Свалить из дома… Но пока приходится терпеть. И если Пёс позволит страху управлять жизнью, то [ходор]-братец победил. Ничего, однажды Пёс ему покажет.

Сандор уставился на экран. Шоу как раз начиналось. Ведущий громко выкрикивал приветствия, камера показывала возбуждённые лица зрителей и блестящие тела участников. Хорошенькие полураздетые болельщицы прыгали с помпонами. Красота! Пёс сорвал блестящую фольгу с пивного горлышка и ловко открутил алюминиевую крышку. Раздалось шипение, поползла пена, которую Пёс тут же слизнул. Холодненькое! Хорошо, что холодильник, наконец, починили, после того как припадочный братец разбил об него голову очередного приятеля Алии. Она потом орала как резаная, а холодильник начал барахлить. Через несколько дней Пёс обнаружил на дверце пришпиленную магнитом записку Горы: ʺ Вот деньги на ремонт. Алия, следующий уебан вылетит в окноʺ. Пес покачал головой. В одном Григор был прав. Алия совсем не умела выбирать поклонников. Какие-то придурки, нарики и маргиналы. Впрочем… Ему ли говорить о неправильном выборе.?

Пес уставился на рыжую болельщицу в бикини, которая прошлась, виляя бедрами, по краю огороженной площадки. Она держала на вытянутых руках табличку с номером один. Первый раунд. Хорошенькая куколка… Прямо как Санса. Фигурка красивая, глазки голубенькие. Вот бы и пташка перед ним когда-нибудь так… Пёс мечтательно закрыл глаза, представив, как Санса заходит в его спальню и медленно раздевается. От нее пахнет сладкими духами, она улыбается ему так же нежно, как [ходор]у-Джоффри… Может… Может, после того раза, как он двинул сраному принцу в рожу, Санса…

Замечтавшись, Сандор не услышал, как скрипнула входная дверь. Кто-то осторожно зашел в гостиную и приблизился к нему. А потом Пёс почувствовал мерзкую вонь тряпки, закрывающей лицо. Он начал сопротивляться, забарахтался, силясь подняться. Но движения замедлялись, руки безвольно упали на колени. Пёс обмяк и провалился в темноту.

***

После футбольной тренировки Гора пошел в автомастерскую, где подрабатывал несколько дней в неделю. Официально он зарабатывал не так уж и много, но были еще и побочные доходы. Перепродажа краденных запчастей, например. К тому же он приторговывал травкой. С тяжелыми наркотиками не связывался. Одно дело прочим школьникам марихуану толкать, а другое дело вязаться с героином. Подобными делами крутили такие люди… С ними Гора вязаться не хотел. Это верный путь в колонию для малолетних преступников, а потом и в тюрьму. Рафф как-то заикнулся на этот счёт, пришлось ему разукрасить физиономию. Ходил потом обиженный, но Григор предпочитал бить ближних, чтобы дальние боялись. Пускай Рафф ноет и жалуется, зато не посмеет подставить. Другим тоже пример. Эрик и Кевин, чокнутые близнецы-отморозки, слишком много курили сами, ничего не соображали. Отвязные ребята, они окажутся в тюрьме через пару лет и без помощи Горы. Они уважали его грубую силу и признавали авторитет. Шептун был себе на уме, но ему нравилось, что при Григоре можно заработать. Он участвовал в правонарушениях наряду со всеми, и это гарантировало его молчание. Не полностью, конечно. Но если Шептун откроет рот, то о нем тоже будет что рассказать в полиции. У Горы даже хранился кое-какой компромат на своих дружков. Особенно неприятный, когда речь шла о Хоуте. Варго ведь был извращенцем и трусом. Он пристал к их компании из каких-то мутных соображений, но Гора позволил ему остаться. В драках парень становился настоящим отморозком, а вот в обычное время лебезил. Странный. Да у всех них были свои заскоки. Но Гора был привязан к своей стае. С этими парнями он развлекался и делал дела. Хочешь жить, умей вертеться!

Нет, не этого хотел папаша. Пропихнул Григора в футбольную команду, пользуясь близким знакомством с директором. Там одни мажоры обретались. Забавно, что именно им Гора сбывал свой товар. Любили золотые мальчики развлечься на вечеринках. Общаться с ними Григор не любил, считая заносчивыми [ходор]ами, но ему нравилось носиться по полю, сшибая противников с ног и забивая голы. К тому же, спортивный талант помогал Горе переходить из класса в класс. Ведь до того, как Григора засунули в команду, он оставался на второй год трижды. Ковыряться в книжках Горе не нравилось, и он отбывал дни в школе, как тюремный срок. Но футболистам всегда ставили хорошие оценки. Гордость школы, как-никак. Горе всего-то и нужно было, что приносить победы. Осталось отбыть последний год и можно валить из дома! Дома Григор бывать не любил.

Зато Гора любил автомастерскую. Здесь он отдыхал душой. Другие механики были нормальными ребятами, понятными ему. С ними можно было поболтать, выпить пива. Хоть Григор формально и был школьником, но уже достиг двадцатилетнего возраста. Поэтому он неплохо вписывался в компанию. Сейчас Григор работал один. Копался в движке красного лексуса. Несколько часов назад в автомастерскую зашла темноволосая молодая женщина. Фирменные вещи, бриллиантовые украшения, изящные манеры… Сразу видно, что из высшего общества. Наверное, проезжала мимо, а машинка забарахлила. И как она доверила Горе свою малышку? Григор мог запросто поменять хорошие детали на какое-нибудь старьё. Хотя в этом случае он решил, что не станет рисковать. Он неплохо разбирался в людях и подозревал, что дамочка не простая. С ней могут возникнуть проблемы. Затаскает по судам. Не хватало еще попасть в центр скандала и лишиться работы.

Так что Григор добросовестно занимался её машинкой, склонившись над капотом с инструментом в руке. Время от времени он разгибался, чтобы хлебнуть холодного пива. Он, как старший из компании, теперь мог покупать алкоголь и сигареты для всех. А до этого пользовались фальшивыми удостоверениями, которые как-то своими путями добыл Шептун. Проблем с алкоголем и сигаретами у их компании никогда не было. Хотя курил Гора редко. Во-первых, как и всякий спортсмен, следил за дыханием. Во-вторых… Сигареты могли спровоцировать спазм. Гора поморщился. В голове немного шумело. Нехороший признак. Нужно лечь спать пораньше. Хоть бы пронесло! Хороший сон иногда помогал предотвратить очередной приступ. Главное, чтобы никто ему не мешал. Если Алия устроит очередной скандал, он выдерет девчонку ремнём! Давно пора научить её уму и разуму. Братец с ней слишком добр, а папаша очень редко бывает дома. Видимо, противно обретаться под одной крышей с Григором. Ну так он скоро свалит. Как только закончит школу.

Гора разогнулся, когда боль тупым гвоздём вдолбилась в затылок. Он схватил бутылку пива и жадно к ней присосался. Прохладное, горьковатое, вкусное… Жертвоприношение жестокосердной суке, которая вкрадчиво сверлила его виски. Гора резко выпрямился и отшвырнул пустую бутылку в сторону. Подрагивая, опёрся рукой о капот и стоял так несколько мгновений. Нужно возвращаться к работе… Григор склонился над движком, а потом неожиданно почувствовал сильную боль в затылке и упал. Прицельный удар отправил Гору в нокаут. Он даже не успел выругаться.

***

В ʺБешеной креветкеʺ было шумно. На сцене надрывался чернокожий парень, который даже воодушевлённо подпрыгивал. Люди вокруг скакали и визжали, подпевая нестройными пьяными голосами. Дейенерис с улыбкой наблюдала за всем этим, облокотившись о барную стойку. Ей нравилось в ʺБешеной креветкеʺ. Владельцу и по совместительству бармену было наплевать, кто что творит, пока не ломают мебель и не бьют посуду. Камер нигде не было, персонал (нелегальные иммигранты) страдал перманентной амнезией, а еще здесь были запасные пожарные выходы. В случае визита полиции всегда можно было смыться под шумок. Именно поэтому ʺБешеную креветкуʺ облюбовали для тёмных делишек. Здесь часто толкали травку и таблетки, отмывали грязные деньги, заключали незаконные сделки. Дейенерис не сомневалась, что лица многих из присутствующих красовались на стенде «Поймать живыми или мертвыми».

Сама Дейнерис приходила сюда, чтобы заключать сделки с желающими купить её животных. По ночам к воротам «Драконьего рая» часто подъезжали тонированные грузовики, которые забирали подготовленные ящики с ядовитыми ящерицами, змеями, крокодилами, пауками и прочими экстремальными зверушками. Покупатели просто не хотели тратить огромные деньги, чтобы законно всё оформить и переправить опасных тварей через границу. К тому же, для содержания опасных животных требовались особые разрешения. И даже большие деньги не помогли бы желающему держать дома восьмиметрового питона в качестве комнатной собачки. Дейнерис было наплевать на такие детали. Если кто-то обожал львов, которые регулярно и с радостью закусывали хозяевами, она предоставляла экстремалам этих львов. За определённую сумму, конечно.

Да, это был её бизнес. Её способ закрепиться в чертовом городе, откуда двадцать три года назад им с братом пришлось бежать, после того как их отца-мэра расстреляли какие-то ублюдки. Скрывались ночью, впопыхах. Личное имущество Таргариенов, конечно, досталось конкурентам отца. Дейнерис и Визерис скитались по городам, часто переезжая с места на место. Визерис считал, что их преследуют наёмные убийцы. Конечно, у брата была паранойя, но он заразил Дейни маленькой мечтой о мести. О возвращении семейного наследия. Именно этим она и занялась, после того как её муж, владелец теневого бизнеса в Монголии, скончался и оставил её наследницей всего своего состояния. Визериса муж выгнал из резиденции задолго до своей смерти. Дейнерис не стала искать брата, который достал вечным нытьём и манией величия. Она одна приехала в Вестерос, поселилась на окраине и открыла своё маленькое дело. Попутно Дейнерис собирала сведения. Пара пластических операций, новое имя… Теперь её не узнавали в упор, и Дейнерис проворачивала свои дела прямо под носом у ублюдков, которые обеспечили её семье краткую полную боли жизнь.

Сегодня Дейнерис оказалась в ʺКреветкеʺ не из-за теневых сделок. Она отмечала день рождения. Обычно Дейни игнорировала этот праздник, но сегодня у неё было подходящее настроение. Девушка заказала себе пару коктейлей. Рядом с ней сидел смазливый испанец, который улыбался во все зубы.

— Попробуй это, — Мигель протянул ей стакан с тёмной жидкостью. Сверху плавали кусочки льда.

— Что это? — опасливо спросила Дейнерис.

— Не переживай, Глория, — развязно сказал Мигель, положив большую потную руку на бедро Дейнерис, — Ничего смертельного. Просто коктейль старины Джейка. Не из тех, что есть в прайсе. Попробуй! Это улёт полный. Потом танцевать пойдем!

Дейнерис рассмеялась и вопреки своим правилам, сделала глоток. Не принимать напитки из чужих рук… Это Визерис её заразил паранойей. Он всё кричал, что их хотят похитить, изнасиловать, убить. Что нужно всегда быть начеку. К чёртовой матери его! Этот урод испоганил ей двадцать лет жизни. Она не позволит испортить свой собственный день рождения! Дейнерис осторожно сделала глоток.

Алкоголя практически не чувствовалось. Сладкий, приторный вкус.

— Там что, цветочная пыльца? Или сироп? — она весело рассмеялась.

— Может быть, и то и другое, — загадочно улыбнулся Мигель. — Выпей ещё и попробуй угадать, принцесса!

— Меня брат принцессой называл, — улыбнулась Дейни и залпом допила содержимое стакана.

Как жарко здесь! Она небрежно стянула дорогой фирменный пиджак. На шее блеснули крупные бриллианты. Дейнерис взяла салфетку и начала небрежно обмахиваться. Ей показалось, или компания за соседним столиком курит слишком уж вонючие сигареты?

— Тебе нравится, принцесса? — тёмные глаза Мигеля приблизились, как будто он хотел поцеловать её. В начале вечера Дейне была вовсе не против этого, но сейчас мысль о его губах почему-то вызывала тошноту.

— Мне… мне нужно на воздух, — сдавленно произнесла девушка и резко поднялась, едва не опрокидывая стакан.

— Проводить тебя? — испанец выглядел обеспокоенным.

— Нет, — через силу улыбнулась Дейне, — Подожди здесь. Я скоро вернусь.

Она подхватила сумочку и торопливо пошла к двери, слегка покачиваясь и толкая толпящихся людей. Пятна от огней у сцены кружились перед глазами, а голос чернокожего певца ввинчивался в уши как дрель. Дейнерис вышла на улицу и прижалась к стене. Свежий воздух должен помочь. Задыхаясь, она царапнула дверь. Перед глазами заплясали пятна, ватные ноги подкосились. Резко и болезненно приблизилась земля. Сквозь пелену Дейнерис увидела, как кто-то склоняется над ней, поднимает и перекидывает через плечо. Резковатый запах дорогого одеколона… «Чёртов Визерис иногда бывает прав», — подумала Дейнерис Таргариен, перед тем как лишилась сознания.

***

В гостиничном номере пахло дорогим коньяком и элитными сигарами с Кубы. Но эти запахи перебивал стойкий, ни с чем не сравнимый аромат продажной любви. Селективные духи элитной проститутки, пропитавшие молодое тело, сладковато-резкая смесь пота, спермы и клубничного лубриканта… Мэр Вестероса проводил сегодняшнюю ночь не дома. Впрочем, он редко ночевал дома. Роберт не любил возвращаться туда, где царила Серсея. Она обставила их особняк в соответствии со своим вкусом. У себя дома Роберт чувствовал себя как-то неуютно, словно забрёл в гости. Причём к недружелюбным хозяевам, которые мечтали о том, чтобы он поскорее ушёл. В спальне Серсея предпочитала одну ролевую игру, растянувшуюся на годы брака — она мастерски изображала бревно. Роберт понять не мог, что за дерьмо творится с этой женщиной. Ведь он нравился всем остальным!

Вот например роскошная чернобровая киска, которая лежала рядом на кровати, смотрела на мэра с должным уважением и восхищением. Пусть он был не двадцатилетним юнцом, но все ещё был кое на что способен! Девушка раскинулась в небрежной позе, втягивая в себя наркотический дым, который выпускала из тонких породистых ноздрей. Сейчас она выглядела как сексуальная подружка дьявола. Вот хоть сейчас в преисподнюю! Так Роберту показалось сквозь призму качественного порошка, который он вдохнул перед тем, как ринуться в бой! Нед не одобрил бы это всё, он вообще не умел развлекаться.

— Подруга дьявола? — со смешком переспросила жрица любви, которой едва исполнилось девятнадцать лет.

Кажется, он заговорил вслух. Девушка оценила шутку. Как её зовут? Данайя или Летиция? Роберт, честно говоря, не помнил. Он снял её в ресторане, где праздновал заключение контракта с новой обслуживающей компанией. Яркая брюнетка сразу привлекла опытный взгляд. Рослая, грудастая и смешливая, сейчас проститутка заливисто хохотала, потряхивая роскошной гривой волос. Роберт невольно присоединился к её смеху, забирая косяк из загорелой руки. Он сделал глубокую затяжку и, откинувшись на мягкие подушки, смачно шлёпнул её по сочному бедру.

— Да, подруги дьявола, они такие, — ухмыльнулся мэр, — Всегда темноволосые, обнаженные и обязательно делают грешные вещи.

Серсея умудрялась быть редкостной стервой, несмотря на золотистую шевелюру. Роберт нахмурился. Не стоит думать о благоверной, когда лежишь в постели с прелестной любовницей. Он всосал в себя ещё немного дыма. Личный врач говорил, что такой образ жизни скоро сведёт мэра в могилу. Ещё один ставленник Серсеи! Можно ли ему доверять? Баратеона всюду окружали Ланнистеры. Куда ни глянь, светлые патлы, надменные рожи, пренебрежительные манеры. Даже в их детях было больше от Ланнистеров. Особенно в Джоффри, который вечно цеплялся за мамину юбку.

— А еще какие они? Подруги дьявола? — капризно протянула девушка, выпячивая розовые губки, словно для поцелуя.

— Они… — Роберт сбился с мысли, голова заполнилась дымным дурманом, — Они такие… — мужчина, неловко выбрался из кровати, пошатнулся.

— Эй, ты куда…? — удивилась проститутка.

— Мне нужно… Лицо умыть… — пробормотал Роберт. — А ты пока расслабься и будь готова к продолжению.

В ванной Роберт включил кран и облил голову холодной водой. Наверное… Наверное смешивать косяк с порошком было не лучшей идеей. Мэр выпрямился, услышав чьи-то шаги.

— Я же просил подождать! — сердито сказал Роберт.

Его повело, и он ухватился за бордовое полотенце с вышитым названием гостиницы. В тот же момент чья-то рука мягко, но решительно накрыла его лицо тряпкой. Резкий запах ударил в нос. Мэр начал оседать на пол.

— Эй, ты что…? — успел сказать он и вырубился.

— Ну ты где? — через десять минут Роуз, элитная проститутка, которой посчастливилось снять мэра, пошла в ванну.

Она опасалась, что Роберт Баратеон умер от передоза, а её будут допрашивать в качестве свидетельницы. Опасения Роуз оказались напрасными. В ванной комнате никого не было.

***

Джоффри растянулся на кровати, вспоминая события минувшего дня. Матери он рассказывать не станет — тут же начнёт доставать расспросами и назойливой заботой. Нет, с одной стороны было приятно такое внимание. Мама искренне интересовалась его делами, выслушивала, поддерживала во всём. Но иногда её опека становилась чересчур навязчивой. Она контролировала всё. Заставляла каждый день начинать со стакана молока по совету старого педофила Пицеля. Да-да, Джоффри замечал, как старый [ходор] пялился на его зад и с какой радостью заставлял раздеваться на осмотрах. Поэтому Джоффри старался свести эти осмотры к минимуму. Для этого приходилось съедать все, что находилось на тарелке. Идеальное сочетание белков, жиров и углеводов. Диета, разработанная для быстро растущего организма. ʺМеньше шоколада, Джоффри. Ты же не хочешь покрыться прыщами? ʺ Нет, он не хотел изуродовать свою безупречную бледную кожу. Любуясь красавицей матерью, Джоффри радовался и гордился тем, что пошёл в неё внешностью. Отец… Честно говоря, он выглядел отвратительно. Разжиревший, как кабан, грузный. Он казался чужим человеком. Гостем в их красиво обставленном особняке.

Раньше отец пытался пообщаться со старшим сыном. Джоффри помнил эти неловкие ласки, попытки установить отношения. Настоящие мужчины и всё такое. Водил Джоффри на боксёрские матчи и на футбол. Джоффри зевал и скучал на футболе, а бокс закончился, когда он увидел жуткое зрелище. Одному из бойцов сломали нос, кровь залила лицо. Тошнота подступила к горлу Джоффри. Он вскочил и ринулся в туалет, чтобы проблеваться. Папаша почувствовал разочарование. Кажется, он считал, что настоящий мужчина должен рваться в драку каждые пять минут. Но Джоффри не хотелось портить причёску и ломать ногти, которые каждую неделю полировал личный мастер по маникюру. Вот мама понимала Джоффри куда лучше. Поэтому её, пускай навязчивая, опека была предпочтительней, чем неприятие отца.

Только расставание с девицей Старк Джоффри обсуждать не захотел. Матушка узнала, конечно. Пыталась выпытать у Джоффри детали. Но тут он пошёл на принцип и вдаваться в подробности отказался. Унизительно вспоминать! В тот день он подтрунивал над своей невестой. И вдруг, ни с того ни с сего Пёс, который был приятелем до сих пор, набросился на него и ударил по лицу. И что на него нашло? Но ничего, Джоффри знал, что отыграется. Он начал уже сегодня!

Джоффри прикрыл светлые глаза и мрачновато улыбнулся, вспомнив, как встретил бывшую девушку сегодня днём. Она находилась в ювелирном магазине с подружкой. Девушки как раз рассматривали свадебные кольца на витрине. Джоффри и спросил, не собирается ли Санса замуж. За Пса, например. Раз уж он решил поиграть в заступника. Или за другое грубое животное. Может, даже за своего братца-бастарда. А что, случались прецеденты. Таргариены, например, устраивали близкородственные браки. Чтобы фамильные капиталы сохранить. Только это их не спасло, все равно все погибли, а деньги прикарманили другие семейства. В основном Ланнистеры, Баратеоны и Болтоны. В большей степени, конечно, Ланнистеры. Дедуля уж точно своего никогда не упускал! Санса после невинного вопроса сначала замерла, а потом неожиданно смутилась. И начала щебетать какой-то бред, который всегда так раздражал Джоффри. Что-то о том, что это для Робба и его невесты, Джейн Вестерлинг. Джоффри видел её мельком на раутах. Милая, молчаливая брюнетка, дочка партнёров деда. Явно не дура, как Санса, которая заткнуться не могла. Джоффри быстро оборвал этот лепет. Он не сомневался, что Санса уже жалеет о глупости, которую совершила. Но принимать её обратно Джоффри не собирался. Он достоин самой лучшей жены. И это точно не Санса.

После встречи с девушками, Джоффри пошёл в тир, оборудованный в саду. Вообще-то, он поклонником оружия не был, но дядя Джейме говорил, что настоящий мужчина должен уметь обращаться с оружием. Сам дядя гордился коллекцией ножей и кинжалов, отлично попадал в центр мишени с десяти шагов. На сафари выезжал и убивал там львов и носорогов. Храбрец! Джоффри решил, что стоит прислушаться. Отца это впечатлит. Он гордился тем, что служил в армии и воевал. Так что теперь Джоффри дважды в неделю расстреливал манекены. Жаль, что вместо соломенных чучел нельзя людей поставить! Приходилось довольствоваться фотографией Сансы, которую он прикреплял к голове манекена. Ничего. Однажды он станет мэром и тогда…

Джоффри улыбнулся и потянулся к стакану с тёплым молоком. Поморщился и проглотил содержимое. Во рту запершило, и он поперхнулся, выплёвывая эту гадость. Слугам руки отрубить мало! Пока Джоффри задыхался и кашлял, зазвенело оконное стекло. Комната заполнилась едким газом. Джоффри захрипел, вскидывая руку к воротнику. Ему не хватало воздуха! Он хотел позвать на помощь. Агонизируя, сделал еще один резкий вдох и… впал в забытье с запахом молока и горчицы.

***

Джейн Вестерлинг целый день ходила по магазинам в обществе новой подруги. Подругу выбрали за неё. Сестра жениха Джейн, Санса. Жениха тоже выбрали за неё. Робб Старк. Старший сын первого помощника мэра. ʺВыгодная партияʺ, — с придыханием сказала мать, поставив Джейн перед фактом. Её всегда ставили перед фактом. Иногда позволяли выбрать между вариантами, предложенными родителями. Но всё это касалось мелочей. Никаких жизненно важных решений Джейн сама не принимала. Её образование (никаким дизайнером ты стать не можешь, это же неприлично), её хобби (нет, душенька, волейбол не для девушек, займись-ка ты лучше художественной гимнастикой), круг общения (с той девочкой дружить нельзя, у неё отец работает на заводе), личная жизнь…

Сегодня счастливая невеста посещала элитные бутики, подбирая идеальное кольцо, лучшее платье, подходящие аксессуары и нижнее белье. Правда, делать покупки Джейн тоже не позволили — она могла отложить то, что ей понравилось, но потом мать непременно проинспектирует выбор, чтобы торжество не испортило что-то неуместное. Джейн затаённо усмехалась. Неуместное! Знали бы они. Самое неуместное ждёт жениха в первую брачную ночь. Жених… Комок к горлу подступал при мысли о том, что придётся обвенчаться, пойти к алтарю и лечь в постель с Роббом Старком. Нет, он не был мерзким, уродливым, надменным. Вполне приятный молодой человек с хорошими манерами. Ответственный, серьёзный, взрослый. Но после всего, что было…

Они переместились в кафе. Джейн отрешённо слушала дружелюбную болтовню Сансы. Ей было не до нарядов для подружек невесты, музыки для первого танца и цветов на праздничном столе. Санса с удовольствием обсуждала это всё. Она воплощала собой идеал девушки из высшего общества. Дружелюбная, вежливая, манерная… К тому же, её душу не разъедала тайна. Вряд ли в жизни милая, щебечущая Санса когда-либо поступала неосмотрительно. Как Джейн.

После того, как они разошлись, Джейн позвонила матери и невинным голосом сказала, что задержится с Сансой. Они сидят в кафе, изучают свадебные журналы и просто не могут оторваться от этого сейчас. Как только закончат, Джейн вызовет такси. Нет, пешком она точно не пойдёт и бродить по тёмным улицам не станет. Сеанс дежурной лжи. В последнее время Джейн часто врала. В ней прорезался талант актрисы, которая с ловкостью обводила родителей вокруг пальца. Слишком долго притворялась хорошей домашней девочкой!

Джейн поймала такси и назвала адрес. Небольшой бар в не лучшем районе. Раньше Григор часто приводил ей туда. Сегодня Джейн явилась одна. Можно было не бояться встретить знакомых и не бояться никого в целом. Благодаря Григору. Джейн устроилась за столиком возле сцены, достала из кожаного клатча от Луи Витон пачку сигарет. Закурила. Григ посмеивался над этой привычкой, говорил, что маленьким домашним девочкам не нужно запихивать в рот всякую дрянь. Она смеялась в ответ, и курила сигареты, и пила разноцветные коктейли, и танцевала среди людей в кожаных брюках, коротких юбках, обтягивающих шортах, вызывающих чулках. Среди людей, которых мать, пренебрежительно поджав аристократичные тонкие губы, называла отребьем.

Забавно, но после многочасовой прогулки с Сансой Джейн изо всех сил потянуло к этому… отребью. Она тайно надеялась увидеть в баре Григора. Хотя бы мельком. Он порвал с Джейн, когда она рассказала о помолвке с Роббом. Спокойно улыбнулся и сказал: «Так к этому ведь всё шло, детка. Ты прекрасно понимаешь, что у нас с тобой нет будущего». А потом сел на свой мощный байк и уехал, оставив Джейн сходить с ума в её маленькой упорядоченной жизни.

Ей так хотелось от всего этого отвлечься, когда они только начали встречаться! Она увидела Григора на тренировке, и что-то ёкнуло в девичьей груди. Григ отличался от прочих. Он был таким… сильным, порывистым, большим… Как дикий зверь. Она любовалась его движениями, и однажды Григор заметил заинтересованный взгляд. Пригласил её посидеть в одном местечке. Джейн думала, что они пойдут в какое-нибудь кафе, а Григор привёл её в бар. Она вспыхнула от возмущения, хотела дать ему хорошую затрещину. Как он посмел?! Пригласить её в такую помойку! И неожиданно Джейн заметила на лице Григора усмешку. Он прекрасно знал, что делал. Вызывал у неё реакцию. И Джейн рассмеялась, сказала, что место обалденное. Он предложил выпить. Небольшой вызов. Джейн согласилась. Всё, что Григор делал потом, становилось для неё вызовом. Только в постель он заманил её не на ʺслабоʺ. Джейн сама захотела. И не жалела об этом, совсем не жалела. Она потеряла то, что мать называла ʺглавным достоинством девушкиʺ. Но Джейн даже не чувствовала себя испорченной. Скорее… живой.

Ей было приятно, что кто-то знает её другой. Не приличной домашней девочкой. В баре её теперь узнавали благодаря Григору. Джейн спокойно сидела, потягивая коктейль и никто к ней не пытался приставать. Но без Грига бар опустел. Выпивка была дрянной, музыка слишком громкой, а рыжая певица на сцене — вульгарной. Джейн сбежала минут через двадцать и, свернув за угол, вытащила телефон, чтобы вызвать такси. Но не успела. Прикосновение сзади, вот что Джейн почувствовала. С губ сорвался беспомощный хрип, и невеста осела в чьи-то руки.

***

Русе Болтон решил провести свободное время со своими детьми. У него выдалось свободное время между деловой встречей и ужином с акционерами. Конечно, можно было задержаться на работе, но это было бы неразумно. С Домериком он совершил ошибку, запустив воспитание. Наследник рода вёл расслабленный образ жизни на окраине города. Поселился в студии, ремонтировал машины, выступал в театре и казался вполне довольным жизнью. В обмен на поддержание семейной репутации и встречи с важными людьми Домерик показывался на приёмах и деловых совещаниях. Но можно было считать старшего сына безнадёжно потерянным. К счастью, у Русе были другие отпрыски, которых можно было правильно воспитать и приставить к делу. Кто бы мог подумать, что небольшое происшествие с горничной к этому приведёт? Русе тогда был довольно молод, кровь ударила в голову и… Не сказать, что это было изнасилованием. Во всяком случае, когда к нему заявилась беременная женщина, она не выдвигала таких обвинений. Наверное, решила, что будет выгодней состричь с него деньги. Сначала Русе хотел отправить её куда подальше — горничной не хватило бы денег, чтобы с ним судиться. А потом что-то его толкнуло и он решил провести экспертизу. Определить отцовство. Когда выяснилось, что дети и правда от него, Русе назначил женщине содержание. Конечно, речь о работе горничной уже не шла. Он не хотел позориться тем, что его дети будут от прислуги. Теперь мать его детей жила на другом конце страны. По его настоянию. Русе показалось, что она с облегчением отказалась от опеки. Не то чтобы он запретил им видеться, но… Те редкие формальные встречи… Нет, зная своих деток, Русе даже понимал, почему она предпочла скрыться.

Его двойняшки, Рамси и Эстер, к счастью оказались не такими расслабленными и безудержными, как Домерик. Рамси отличался талантами в области экономики, и, несмотря на некоторые тёмные пристрастия, быстро впитывал науку. Эстер держалась более сдержанно, в духе Болтонов. Она умела контролировать себя и скрывать желания, которые разделяла с братом. Может, и слишком разделяла. Об этом Русе предпочитал не думать. Эстер проявляла склонность к управлению и хорошо разбиралась в людях. Русе был уверен, что дочь будет не стыдно поставить директором его холдинга.

Сегодняшняя встреча длилась часа три. Русе решил, что можно поиграть в шахматы. Посмотреть, чему они научились за это время. Он уже давно начал развивать в них аналитическое мышление, логику и умение просчитывать ситуацию на много ходов вперёд. Вспыльчивый и импульсивный, Рамси ненавидел шахматы. Эстер играла куда лучше. Сначала брат и сестра сыграли несколько раз друг против друга. Причём со стороны Эстер Русе увидел кое-какие уловки. Потом Русе по очереди сразился с братом и сестрой, разбив обоих на голову.

Но хорошего понемногу. Его ждали в загородном клубе, где собирались хозяева жизни. Собранный и безукоризненно одетый, Русе сел в чёрный лимузин с личным водителем и попросил его налить минеральной воды без газа (вредно) и со льдом. Русе сделал небольшой глоток. Машина мягко, почти незаметно тронулась с места. Русе велел открыть окно и наслаждался свежим прохладным воздухом. Он допил воду и положил бутылку на кожаное блестящее сидение. Голова склонилась в сторону. Болтон вздрогнул, выпрямляясь. Не время спать. Его ждет важная встреча с потенциальным партнёром. Им нужно многое обсудить. Если договорятся, то внесут раздор в фирму конкурента, стравив совет директоров. Русе прикрыл глаза, кивая головой в такт движениям автомобиля. Во сне он улыбался, отпустив контроль. Лимузин свернул в сторону неподалеку от загородного клуба, куда направлялся Русе Болтон. Он ехал куда угодно, но только не в заведение для избранных.

***

Игритт весело рассмеялась, запрокинув голову и разложив длинные ноги на потёртом диване. Члены группы вторили хохоту своей солистки. Они не курили и не выпивали. Их вставило и так. Обожание поклонников пьянит лучше водки и доставляет сильнее самой забористой травы. Даже если ты выступаешь в небольшом баре на окраине города, а твоя публика — в основном байкеры, сомнительные личности и молодежь, решившая вырваться на волю. Одичалая приняла стакан холодной воды из рук гитариста и, сделав глоток, снова прыснула. Рикки-Весельчак снова выдал одну из своих шуточек — спародировал фанатку из тех, что прячут в кармане не стиранные трусики, чтобы зашвырнуть в физиономию кумиру.

— Мне нужно отойти, — все еще содрогаясь от смеха, Игритт поднялась с дивана.

Тор убрал ноги со стола, пропуская её. Парни продолжили хохмить по поводу прижимистого хозяина, который снова пытался зажилить часть выручки, хотя как раз благодаря их группе в заведении был полный аншлаг. Игритт безоблачно улыбнулась, выйдя в коридор. Там она наткнулась на грустного прыщавого парня с большими ушами и видом вселенского неудачника. Он протянул ей букет цветов. Розовых. Ещё с детства Одичалая ненавидела розовый цвет.

— Мартин? — удивилась Одичалая, останавливаясь напротив. — Ты что здесь делаешь? Как же мать?

Он был её главным поклонником. Работал на складе грузчиком, жил с мамашей и посещал каждый концерт Игритт. И как только нашел дорогу в это заведение? И как только его отпустила мамочка?

— Я… Я к тебе пришел, — с потрясающей искренностью говорит он. — Ты такая красивая! Так здорово выступала!

— Спасибо, — сдержанно кивнула Игритт, обходя его.

Она не нуждалась в таком ухажере, но Мартин продолжал приходить и постоянно говорил неуместные вещи. Игритт подавляла эмоции. Мартин не виноват в том, что он не нравился ей. Игритт предпочитала совсем другой типаж. Мартин же — ходячее недоразумение. В груди Игритт вскипело раздражение. Она не любила, когда навязывались, а Мартин тащился за ней и что-то нудил.

— Может, сходим вместе в «Колокольчик»? — спросил он, и девушка нескрываемо поморщилась. — Ну, можно не в «Колокольчик», можно в другое место. Куда захочешь! — заискивал Мартин, а Игритт подумала, что он ведёт себя как великовозрастной девственник.

— Извини, я не пойду с тобой никуда, — отрезала солистка «Одичалых великанов» и, перекрывая жалкий лепет неудачника, закричала: — Просто отвали от меня! Не приходи на мои концерты и прекрати пускать слюни! Я не буду с тобой спать! Ты мне противен!

Его лицо забавно сморщилось. Взрослый парень выглядел так, будто готов расплакаться в любой момент. Игритт быстро прошла мимо и, наконец, оказалась на крыльца. Она достала мятую сигарету из кармана короткой кожаной юбки и сделала глубокую затяжку. Её всё ещё трясло от отвращения. Мартин вызывал инстинктивно отвращение. Вот такие в фильмах обычно оказывались маньяками. Как в том фильме, где парень завёл резиновую подружку, которая выглядела, как девушка его мечты, а потом решил сделать такую же послушную девушку из живой и настоящей. Игритт сделала ещё несколько глубоких затяжек и стряхнула пепел, часть которого приземлялась на золотистые открытые босоножки. Одичалая выпустила резкое словечко и наклонилась, чтобы его стряхнуть, а потом почувствовала удар и полетела вниз. Но не упала с лестницы благодаря чьим-то бережным рукам, которые, обволакивая, увлекли её за собой. К небольшому фургону, в котором доставляли алкоголь. «Покути с Капитаном Джеком» гласила шутливая вывеска на боку автомобиля, и пират в шляпе с повязкой на глазу весело улыбался, протягивая незримому собутыльнику большую бутыль с ямайским ромом.

***

— Зачем тебе это? — спросил Конструктор.

Санса пожала плечами. Она удобно устроилась на столе, закинув ногу на ногу. Взгляд её небрежно скользил по многочисленным механизмам, которые он придумывал и разрабатывал сам. Непонятные чертежи, удивительные устройства… Санса восхищалась мощным интеллектом и необъятной фантазией Конструктора.

— Вы же сами понимаете, — сказала она.

Было так странно прямо общаться с Конструктором. Затрагивать самые разные темы. Они неоднократно сталкивались на светских раутах, но Сансе даже в голову не приходило, что он может быть тем самым убийцей, которого так активно разыскивали. Впрочем, Сансе нравилось их общение. Оно было… настоящим. Без фальши и всяческой мишуры, которую так любили в высшем обществе.

— Твою тягу к эмоциям можно назвать зависимостью, — рассудительно заметил Конструктор.

Санса спокойно посмотрела на него. Зная, что Конструктор предлагал поиграть людям, у которых рыльце в пушку, она могла бы испугаться. Но не испугалась. Ей был несвойственен страх. К тому же, Сансе казалось, что она хорошо понимает Конструктора.

Она улыбнулась, вспомнив, как очнулась в центре лабиринта с колючей проволокой. Выслушала обращение Конструктора. Ей предстояло выбираться, рискуя своей кожей в буквальном смысле слова. Никогда ранее она не чувствовала себя такой живой! И когда всё закончилось, к ней навстречу выехала идиотская кукла на велосипеде и проводила к выходу. Санса ушла, подрагивая от возбуждения. Через какое-то время Санса получила странную записку. Приглашение.

Так они познакомились по-настоящему.

— Если бы они часто появлялись, можно было бы назвать это зависимостью, — парировала она.

Только тот, кто не понимал Конструктора, побоялся бы с ним дискутировать. Сансе нравилось участвовать в этих диспутах. Он не считал её никчёмной светской девочкой.

— Туше, — Конструктор кивнул. — И ты не такая мелочная, чтобы делать это из-за жениха. О, извини. Бывшего жениха. Кстати, удобный способ избавиться от него.

— Я учту на будущее, — Санса улыбнулась.

Наверняка ей навяжут кого-нибудь ещё. Она бы предпочла Лораса Тирелла, несмотря на несомненную склонность к парням. Эффектный, никогда не опозорит на приёме, к тому же, не будет приставать в постели. Нет, для этих игр у неё был вариант получше. Глаза Сансы затуманились и она мечтательно улыбнулась.

— Что же, ты помогала разрабатывать игру, имеешь право поучаствовать, если тебе так хочется, — кивнул Конструктор. — Только помни, что, если ты вступила в игру, тебе придётся сыграть.

Санса отрешённо кивнула.

— Вы вколете мне антидот? — спросила она.

Через несколько мгновений Конструктор кивнул.

Санса улыбнулась.

Она сказала не всю правду. Она тоже имела право на небольшую слабость. Вернее, большую, если говорить буквально.
 

Gerda

Лорд
========= Глава 2. Раз уж ты в аду, рассчитывай только на дьявола ==========

Пёс приподнялся, опираясь рукой о пыльный пол, и застонал от боли. Голова его пульсировала так, словно к вискам прикрепили взрывчатку с тикающим механизмом. Сандор прижал руку ко лбу, разомкнул веки и тут же зажмурился — по глазам неприятно резануло белым ярким светом, который излучали люминесцентные лампы. Но что-то странное успело отпечататься в сознании Пса, и он широко распахнул глаза, обалдело разглядывая большую, почти пустую комнату.

Пробуждение в незнакомом месте всегда не к добру…

Взгляд Пса заскользил по стенам, ощетинившимся клочками обоев. Почерневшая от подтёков штукатурка. Оторванные плинтуса. Поскрипывающие половицы с грязными разводами. В воздухе запах сырости и гниющих тряпок. Холодные батареи вдоль стен исписаны какими-то словами. Тяжёлая металлическая дверь с огромной красной надписью «Выхода нет?» Пёс, пошатываясь, поднялся на ноги. Взгляд его привлёк огромный железный ящик, стоявший посреди комнаты. Парень обошёл его, чтобы получше рассмотреть. А за ним…

— Пташка! — воскликнул он, приподнимая тело рыжеволосой девушки, которая свернулась калачиком на заплёванном полу.

Сандор отклонил её голову на плечо и почувствовал прекрасный аромат длинных волос. Нежные губы Сансы оказались так близко, что он мог бы поцеловать её, если бы только захотел. Эта мысль заставила сердце биться чаще, несмотря на паршивую обстановку. Но вдруг девушка застонала и пошевелилась в его руках. Пёс крепко прижал её к себе.

Что же происходит, чёрт побери?

— Сандор? — его имя, нежным голоском сказанное, отдалось в сердце, а потом и в паху. — Что случилось? Где мы?

— Что за [фигня] творится?

Пёс едва не подскочил, услышав грубый и слишком знакомый голос. Гора. Появился словно из ниоткуда в пустой комнате. Фокусник херов! Не в ящике же он прятался? Псу почему-то было неприятно смотреть на эту огромную металлическую коробку, которая очень напоминала закрытый гроб. Только со стеклянным окошком. Интересно, для чего она здесь?

— Это вы принесли меня сюда? — Санса приподнялась, опираясь о плечо Пса, дёрнулась в сторону. — Зачем?

Голос Пташки звучал испуганно и плаксиво, но Сандор почувствовал прилив нежности. Он погладил девушку по растрепавшимся локонам, посмотрел в прекрасные голубые глаза с заботой. Он защитит её от кого угодно. От чокнутого ублюдка Григора тоже!

— А что, непонятно? Групповушку хотим устроить, — глумливо отозвался Гора, заставив Сансу задрожать и податься к Сандору.

— Только тронь её, и я тебе башку проломлю! — тут же ощетинился Пёс, прижимая пташку к себе.

Он заозирался по сторонам в поисках какого-нибудь оружия, но в комнате не было ничего, кроме железного ящика и обшарпанного цветастого ковра. Ничего! Григора он и в рукопашной уделает! Со времён того случая много воды утекло, он научился всяким трюкам. Пускай Гора чокнутый садист, но теперь ему не удастся так легко…

— А не ты ли притащил нас сюда? — подозрительно спросил Сандор.

Гора пожал широкими плечами.

— Было бы проще оглушить тебя дома и затащить в подвал, — с улыбочкой маньяка заметил он.

Пёс внимательно посмотрел на братца с этими его ухмылками и меткими фразами. Ну не [ходор] ли он? Но в его словах был смысл.

Красные буквы на двери приманивали Пса своей многозначительностью. Он подошёл, подёргал за ручку, услышал сухой звук. Заперто.

— Давайте не будем ссориться, — прощебетала пташка. — Лучше попытаемся вспомнить, как мы здесь оказались. Что вы помните из последнего? Я, например, была дома и разбирала сумки после похода по магазинам.

— У меня идея получше, — пробормотал Гора.

Пёс встревоженно взглянул на него. После шутки о групповухе он беспокоился за Сансу. Ладно, он мечтал о пташке последние пару лет и дрочил перед сном, думая о ней. Представлял её в интересных нарядах или без них. В разных позах. С губками, смыкающимися вокруг его напряжённого члена или стройными ножками, опустившимися на его плечи, чтобы зашёл поглубже. Но эта сволочь…

— И какая у тебя идея? — спросил он.

— Попробуем высадить дверь, — просто сказал Григор. — Мы в доме, а не в крепости. Вдвоём справимся.

Пёс усмехнулся, посмотрев на брата. Кивнул. Придётся сотрудничать с этим ублюдком, но…

***

— Стойте! — воскликнула Санса.

Её не удивило, что братья Клиганы решили в первую очередь воспользоваться грубой силой. Они повернулись к ней одновременно, и Санса обнаружила некое сходство в движениях парней.

— Что ещё? — раздражённо спросил Гора.

Он держался довольно спокойно для человека, который оказался запертым в мерзкой дыре. Пёс тоже. Но они пока ещё не поняли, ГДЕ и у КОГО они очутились. Вот когда узнают, начнётся самое веселье. Многие теряли голову от одного осознания. И погибали. Глупо, бездарно погибали.

Григор должен доказать, что он не идиот. Пройти через все испытания и проявить себя. Показать себя достойным. Возможно, он даже спасёт её. Санса подавила улыбку, которая возникла при этой мысли. Низ живота скрутила сладкая судорога.

— Я нашла какой-то плеер с кассетой. Может, это как-то прояснит ситуацию?

Не хотелось бы, чтобы Григору вынесло мозги ещё до выхода из комнаты.

Не зря Санса попросила отправить её в Дом вместо Теона. В нём чувствовалась какая-то нестабильность, хрупкость, разболтанность. Теон мог сколько угодно считать, что Игра изменила его, сделала более сильным. Но он оставался озлобленным обиженным мальчишкой, который осознал, что его собственная семья от него отказалась. Санса видела за красивой маской лица едва скрытую злость, неуверенность. Они сблизились после того, как побывали в ловушках Конструктора, но, несмотря на это, Санса не доверяла сводному брату. Особенно, когда речь шла о Григоре. Ведь Теон неприкрыто желал её. Вернее, возжелал, когда увидел её истинное лицо. Отправлять его в Дом было рискованно. Непредсказуемый результат. С другой стороны, находясь в Доме, она могла управлять игрой более рассудочно. Она промолчала по поводу своего желания понаблюдать за Григором в стрессовой обстановке. Но Конструктор согласился с её аргументами.

— Дай сюда, — Гора подошёл к ней широкими шагами и забрал плеер из рук.

Их ладони соприкоснулись на мгновение, и Санса сдержала стон — словно электрический заряд прошёл сквозь тело, замирая между ног. Она посмотрела на Гору снизу вверх. Он возвышался над ней, и окажись он сверху… Не раздавил бы он её? Не порвал бы всё внутри? Она ведь не сдержалась, когда Теон притащил Гору и бросил на пол, как мешок с картошкой. Не смогла противиться соблазну и… потрогала его. Ничего особенного, просто забралась ручкой в его штаны и обхватив огромный член, который стремительно затвердел под нежными поглаживаниями. Она довела его до развязки, но постеснялась взглянуть на него. Теон вернулся, когда Санса утирала липкую от спермы руку кружевным платочком с инициалами. Судя по лицу, он понял, чем занималась его сводная сестра. Оправдываться Санса не собиралась, но вот пересмотреть его роль в игре…

— Что там? — спросил Пёс, который держался рядом с ней, не решаясь обнять за талию.

Беспокоился за её безопасность, охранял как верная собака. Боялся, что Григор причинит ей вред. Но Сансу будоражила, что она находилась взаперти с Горой. Григор нажал кнопку, и комнату огласил такой знакомый и родной для неё голос. Что-то домашнее ощущалось в нём, несмотря на искажение. Санса удержала испуганное выражение лица, пока Конструктор озвучивал правила.

«Здравствуйте, игроки. Я хочу сыграть с вами в игру. Сейчас вы находитесь в запертой комнате и время у вас ограничено. Газ, который распространяется по дому, медленно отравляет ваши лёгкие. Противоядие вы можете найти в этой печке, однако на всех его не хватит. Придётся вам выйти наружу. Но я настойчиво советую вам не открывать эту дверь. Помните, время работает на вас».

— Что за игра? — ошарашенно спросил Пёс.

Гора тем временем оглядывался, принюхиваясь, словно огромная собака. Серые глаза настороженно заскользили по стенам. В комнате неожиданно стало тесно. Григор Клиган осознал себя в ловушке.

— Кажется, мы в полном дерьме, — со знанием дела протянул он.

— О нет, нет! — пискнула Санса. — Что за газ? Какое противоядие? Мы что, погибнем?

Пёс положил тяжелую тёплую ладонь на её плечо, успокаивающе сжал.

— Успокойся, пташка, — сказал он. — Что происходит? О какой игре идёт речь? — спросил он у брата.

— Ты что, с луны свалился? — воззрился на него Гора. — О Конструкторе не слышал? Маньяк, который устраивает с людьми ё***ые игры.

— Что за ё***ые игры?

— Типа вынь ключ из задницы сломанной рукой или тебе разорвёт морду, — отозвался Гора. — Ловушки, подсказки…

Интересно… Григор узнавал эту информацию намеренно? Он ведь… способен на подобные вещи. Санса с трудом удержалась от того, чтобы дотронуться до жуткого ожога на лице Пса. На самом деле, шрамы после огненного поцелуя не были для неё препятствием. Санса прекрасно понимала, что Сандор мечтает её трахнуть. Он так страстно на неё смотрел. Возможно, представлял её, когда ласкал свой член. Но она мечтала совсем не о его члене. Санса сморгнула мысль об этом и облизнула губы.

— А о какой печке он говорит? — удивилась она, изображая невинность. — Нужно её найти!

Сансе казалось, что такое поведение может спровоцировать Гору на бурную реакцию. Он посещал психолога и пил таблетки, подавляющие гнев. А ещё играл в футбол, чтобы сублимировать жестокость. Но в игре раскрывалась истинная сущность человека. Почему выбор Сансы пал на Григора? Она увидела в нём потенциал. В игре она могла увидеть настоящее лицо Горы.

***

— Что её искать? — раздражённо спросил Григор. — Вот она.

Огромный ящик привлёк его внимание сразу же. Может, потому что Гора проснулся, прижимаясь к холодному железному боку. Печка… Он взглянул на недоумевающего Пса. Братец льнул к девице и явно недоумевал. Видимо, пропускал вечерние новости последний год. Слухом не слыхивал о маньяке. Судя по всему, Пёс не до конца понимал, насколько же они вляпались. Сам Григор не следил за ходом расследования, но он ведь следил за событиями, слушал людей. Этого было достаточно, чтобы сделать вывод: они в полной ЖОПЕ.

— Нужно посмотреть, что там внутри. У кого-нибудь есть сотовый, чтобы подсветить? — раздражающе дрожащим голоском спросила Санса Старк, дочь заместителя мэра.

Григор задумчиво сел на корточки возле печки. Не болван же Конструктор, чтобы оставлять им телефоны… Тогда можно было бы позвонить ему и заказать пиццу с холодным пивом. Но на всякий случай Гора проверил карманы. Обнаружил там пачку сигарет и зажигалку. Как мило!

— Туда не смотреть надо, а залезть, чтобы достать противоядие, — хмуро сказал Гора.

Не нравилось ему это! Забраться в печь, как пирожок, чтобы заживо испечься… Очередная чокнутая ловушка. Наверняка, когда туда заберёшься, разгорится огонь.

— Залезть? — бездумно переспросил братец.

Гора вздрогнул, посмотрев в лицо брату. Отец заплатил хорошие деньги, чтобы лицо Пса привели в порядок. Кое-какие шрамы остались, но не такие жуткие, как когда…

Сердце Григора замерло. Чокнутый маньяк знал. Он знал об этом случае! Он специально поместил их в комнату с печкой. Ловушка рассчитана на Пса!

— А как же дверь? — подала голосок Санса. — Противоядия в печке не на всех хватит. Но туда нужно забраться и достать хоть что-то! Сандор, не стой истуканом, залезь и добудь шприцы!

Но Пёс застыл возле печки. Кажется, он осознал, что от него требуют. Лицо его посерело. Глаза побелели от ужаса. Кажется, Пёс готов был грохнуться в обморок при одной мысли. Гора задумчиво щёлкнул зажигалкой, и Сандор испуганно шарахнулся от огонька. Посветив вовнутрь чёрного просторного ящика, Григор разглядел, что у задней стенки возле небольшого окошка что-то висит.

— Кажется, я вижу шприц. Или что это может быть, — пробурчал он.

— Вот видите! Всё-таки противоядие есть! — бурно возрадовалась Санса.
— Давайте поищем предмет, чтобы подцепить его?

— Нет здесь предмета, — рыкнул Гора. — Он хочет, чтобы мы лезли в ловушки, а не обходили их!

Григора злило, что какой-то больной на голову психопат знает их историю и устроил вокруг неё извращённый квест. Он прикрыл глаза, делая глубокие вдохи-выдохи, как учил психолог. Думай. Думай. Что делать? Их похитил маньяк, который обожает игры на выживание. Они заперты в комнате, дверь открывать нельзя по какой-то причине. Но в печке лежат противоядия. Некоторые жертвы выживали. Значит, шанс есть. Гора глубоко вздохнул, вглядываясь в тёмный зев печи.

— Я туда залезу.

— Ты? — изумился Пёс.

Губы Григора скривились в пародии на усмешку. Как всё закономерно… Он мог сгореть заживо, доставая противоядие. Какая ирония судьбы! Смерть в огне… Гора плохо помнил, что произошло тем памятным вечером. Но сейчас ему предстояло… Может быть, прочувствовать всё то, что почувствовал тогда брат.

— А у нас есть выбор? — коротко спросил Гора.

Не Сансу Старк же заставлять. Пёс так трогательно за неё заступался! Он не позволил бы отдать её на сожжение как ведьму. В средние века на кострах сжигали рыжеволосых, которых обвиняли в колдовстве. Как символично и забавно! Но это их история. Небольшая братская тайна. Зачем вмешивать посторонних? Даже странно, что с ними оказалась эта девчонка…

— Тебе лучше раздеться, Григор, — пискнула Санса Старк.

Гора недоуменно посмотрел на неё. Она казалась удивлённой. Не ожидала, что в печку полезет он, а не Пёс? Мысль возникла и также быстро ускользнула. Ему предстояло…

— Зачем? — спросил он.

— Если вдруг… печь заработает… Будет чем перекрыть доступ кислорода. Раздевайтесь оба!

***

Пёс замер. Братец собрался лезть в печку за противоядием. Но… Этот многолетний ночной кошмар… О, сколько раз он видел во сне, как Григор с лицом, лишённым человеческого выражения, хватает его за шкирку и суёт лицом в камин! Огонь, слизывающий слои кожи… Дочиста, до бела, шершавым языком… Потом пластические операции. Многочисленные пластические операции, после которых хотелось сдохнуть от боли. Но худшим во снах был не огонь. Не боль. Больше всего пугало чужое лицо с пустыми глазами. Это был не его брат, а монстр.

— Если что-то случится, ты сможешь его вытянуть? — спросила Санса, дёрнув Пса за рукав.

Сандор медленно повернул к ней голову. Григор быстро и решительно раздевался. Снял посеревшие заношенные кроссовки, стянул синие джинсы, простую белую футболку и остался в чёрных боксерах.

— Да, — хрипло сказал Пёс, кивнув.

Сил ему хватит. Но желания? Сколько раз он мечтал о том, чтобы Гора сгорел заживо. Например, он заснул с сигаретой, а когда начался пожар, лежал бы парализованный и беспомощный, ожидая своей участи. Или… Медленная казнь, как в прошлые времена… Медленная прожарка с перерывами. Эта печь напомнила ему Быка Фаларида. Псу всегда хотелось услышать, как ублюдок громко орёт там внутри, пока его кожа прилипает к стенкам и плавится.

Теперь появился отличный шанс проверить. Пёс облизнул пересохшие губы.

— Ладно, чего ждать, — Григор выдохнул, как пловец перед погружением в ледяную воду.

И полез в печь.

Пёс замер, стиснув кулаки. До боли зажмурил глаза. Он просто не мог на это смотреть! Григор постепенно заполнял собой пространство проклятой печки! Сердце Сандора колотилось как сумасшедшее. Спина покрылась ледяным потом, стекающим струйками от поясницы вниз.

— Видишь что-нибудь там? — глухо спросил Пёс.

Гора зашевелился внутри. В любой момент могло загореться пламя. Это же печка! Как же она работает?

— Вижу один шприц впереди, — эхо разнесло голос Григора. — Кинь мне зажигалку, она там, в кармане.

Пёс наклонился к одежде Горы и начал искать. Тем временем Григор напряженно замер, а потом потянул за шприц. И… Ничего не произошло. Сандор швырнул брату зажигалку, которая прогрохотала внутри, приземляясь рядом с босыми ступнями Горы. Григор взял её, и Пёс услышал, как он проводит по колёсику, освещая нутро печки слабым огоньком.

— Здесь рисунок, — задумчиво сказал Гора. — Рожица дьявола и надпись. Какой-то вентиль… «Раз уж ты в аду, рассчитывай только на дьявола».

— Что это значит? — спросила Санса, наклоняясь и наблюдая за Григором.

— Не знаю, — глухо донёсся его голос из недр печки. — Погодите! Здесь ещё одно противоядие! В сторонке висит.

Сандор выдохнул, утирая пот со лба. В печку забрался Григор, а не он, но его мутило. К горлу подкатывала тошнота.

— Но на кассете было сказано, что на всех не хватит… — задумчиво сказал Пёс.

— Да… Не нравится мне это, — сказал Гора. — Это печка. Вдруг она заработает, когда я дёрну за что-то ещё.

— Тогда возвращайся, — непослушными губами пробормотал Сандор.

И Григор развернулся, ползя обратно. До самого последнего момента Пёс представлял, как дверца захлопывается и Гору окутывает грозное пламя. Но ничего не произошло. Бледный как смерть, Сандор прислонился к проклятой печке.

— На, покури, — Гора сунул ему в руки пачку сигарет и зажигалку.

Ну да. Кому противоядие, а кому сигареты. Пёс кивнул, отрывая обёртку и швыряя на пол. Достал одну, чиркнул зажигалкой и задымил. Всё справедливо. Григору хватило храбрости, а ему нет. Поэтому противоядие получил Гора. Доказательство его силы и превосходства… Справился там, где сам Пёс не смог. Сандор подозревал, что если бы попробовал, обрушился бы в обморок. На глазах у пташки. Спасибо Горе, что избавил от этого позорного зрелища. Пёс с силой затянулся сигаретным дымом и закашлялся, наблюдая за Горой. А тот почему-то медлил.

— Ловушка была рассчитана на тебя, — сказал он, посмотрев на Пса.

Тот пожал плечами, давясь и кашляя. Может, сочетание сигарет и ядовитого газа — не лучшая идея.

— Я уж понял, что маньяку слишком многое известно, — мрачно сказал он.

Правду знали немногие. Григор на это намекал?

— И это тоже. Но я о дозе. Мне её не хватит.

***

Санса завороженно наблюдала за происходящим.

Григор такой храбрый! Он сам решил забраться в печку, а мог ведь заставить Пса или её. Девушка предложила им раздеться под благовидным предлогом, но на самом деле ей хотелось… Хотелось увидеть тело Горы. Руки её подрагивали, пока Григор снимал с себя лишнюю одежду. И наконец он остался в одних трусах, обнажив сильное тело с мускулами. Широкие плечи, мощная грудь, покрытая чёрными волосками, плоский живот… Тёмная дорожка спускалась вниз, и Сансу передёрнуло и скрутило при мысли о том, что у него там под трусами. Она ведь трогала его огромный, твёрдый, возбуждённый член… Только не видела его. Но это можно наверстать…

Главное, чтобы он не сдох, дёрнув за шприц. Но если Гора просто брутальный идиот, который не умеет улавливать намёки, она не могла ничем помочь. Как и Пёс. Если дверца захлопнется, открыть её будет невозможно. Сердечко Сансы зашлось стуком, и она даже сжала потную липкую руку Пса, который явно струхнул, когда дошло до дела. Григор же… О, он не подвёл! Он решил не рисковать и выбрался целым и невредимым. Санса окинула задумчивым взглядом его тело. Да… Будет приятно почувствовать на себе его тяжесть. Только вот…

Она надеялась, что в печку залезет Пёс. Он бы сгорел там, оставив её наедине с Горой. А теперь планы нарушились. Сандор будет таскаться за ней хвостиком, постоянно мешаясь.

— Доза? — удивлённо переспросила она.

— Масса тела у нас у всех разная, — пояснил Гора.

А он умел удивлять!

— И к чему ты клонишь? — поинтересовался Пёс, стряхивая пепел на пол.

Он понемногу приходил в себя.

— Вот к чему, — мрачно сказал Гора, метнувшись к нему и всадив шприц в плечо брата. А потом надавил.

Григор отдал своё противоядие Псу.

— Но как же… Как же…

Да, Сансе тоже хотелось бы понять, почему Гора благородно подарил жизнь брату, которого так жестоко изувечил. Что это значит? Она испытующе смотрела на Григора, пока Сандор что-то мямлил.

Неловкую сцену прервал резкий щелчок. Гора тут же сгруппировался. Видимо хотел отразить неведомую опасность. Но это всего-лишь сработал таймер и распахнулась дверь.

— Вот что значили слова, что время работает на нас, — сказала Санса. — Идёмте?

Она сделала несколько шагов, когда Пёс её остановил. Неблагоразумно выходить вот так, не подстраховавшись. Григор поддержал брата. Они швырнули ботинок Пса в коридор. Ничего не произошло. Тогда Клиганы подхватили свои вещи и вышли. Санса последовала за ними. Она задумчиво наблюдала за тем, как братья Клиганы одевались. А потом Гора достал из кармана открытку.

— Что это за дрянь? — спросил Пёс, наклонившись к брату.

Впрочем, обсудить это они не успели. Неподалеку раздался выстрел, а потом девичий визг.
 

Gerda

Лорд
========== Глава 3. Кровавая жатва ==========

Мэр Вестероса похрапывал как пьяный боров, вольготно развалившись на заплёванном дощатом полу. Русе брезгливо поморщился, вдыхая кисловатый запах тряпок, который чудно гармонировал с сыростью и запустением. Многие решили бы, что это дурная шутка, но Русе был слишком уж реалистом, чтобы верить в подобное. Он помнил, как водитель подал ему стакан воды со льдом. Выпив её, Русе, по всей видимости, уснул. Не попал на встречу, а очнулся… ЗДЕСЬ. Роберт Баратеон всхрапнул, Русе поморщился. Голова пульсировала и клонилась к полу, словно чужая, пришитая к шее недавно. В углу комнаты он увидел спящую молодую женщину в дорогом костюме. Она откинула голову назад и массивное золотое украшение выбилось из под алой шёлковой блузки. Русе не знал, кто она такая, но понял, что незнакомка тоже из приличного общества.

Если бы он оказался с одним только Робертом, то заподозрил бы проделки конкурентов. Но… Каким-то нелепым было его похищение. Как в фильме. Злоумышленник действовал слишком нагло для профессионала. К тому же… присутствие посторонней. Русе почувствовал внутреннее напряжение, догадка мелькнула в его голове, но она была слишком неприятной. Похищенный прошёлся по комнате, обшаривая каждый угол взглядом серых холодных глаз. Пыль, запустение, разруха. Он заметил едва заметный крест на стене. Рыжеватого цвета кирпича. Кажется… Плитка здесь отходила. Русе ударил по стене кулаком и почувствовал, как она поддаётся. Ещё несколько тычков. Пыль, полетевшая в лицо. Русе засунул руку в дыру и нащупал кассетный плеер.

ТВОЮ МАТЬ.

Снова до него донеслось мычание Роберта, который спал, пребывая в счастливом неведение. Русе подошёл к мэру и бесцеремонно пихнул его ногой в бок. Роберт застонал, переворачиваясь, и попытался прикрыться несуществующим одеялом. Русе пнул ещё. Было приятно. Если бы не эта вечно пьяная скотина, они не оказались бы в такой ситуации! Ведь это Роберт не давал хода расследованию, отрицая очевидное. В Вестеросе орудует маньяк, тупая ты сволочь!

‒ Не буди меня, я сплю, Раднежа… ‒ пробормотал Роберт.

Русе едва подавил порыв с ноги врезать прямо в жирную рожу.

‒ Придётся разбудить. Поднимайся, Роберт! И посмотри в какой мы заднице!

Кажется, ему изменило хвалёное самообладание Болтонов. Убил бы Баратеона, если бы незнакомка не закашлялась, пробуждаясь.

‒ Ай, ‒ застонала она, приподнимаясь и ощупывая голову.

На лбу запеклась кровь. Видимо, когда её похищали, хорошо саданули. Русе подошёл ближе. Она оказалась молодой. Лет двадцати двух или двадцати трёх. Тёмные волосы были крашеными, судя по корням, которые отросли на сантиметр. Огромные голубые глаза выделялись на бледном лице с розовыми пухлыми губами. По впалой щеке потекла слеза.

‒ Кто вы? Что происходит? Ничего не понимаю, ‒ тонким голоском сказала она.

‒ Русе, ради Семерых, что ты забыл в моём номере? ‒ хрипло спросил Роберт, поднимаясь и опираясь рукой о пол.

‒ Это не твой номер, Роберт, ‒ Русе подавил желание подойти и врезать мэру по яйцам.

‒ Вы знакомы? ‒ всхлипнула девушка.

‒ Не бойтесь, ‒ Русе сел на корточки напротив. ‒ Мы не причиним вам вреда. Я Русе Болтон. Работаю в мэрии города. А это Роберт Баратеон, мэр Вестероса. Кажется, нас троих похитили. Как вас зовут, мисс?

Он решил держаться с ней осторожно. Не вываливать всю правду сразу. Не хотелось, чтобы она впала в истерику. Русе следил за ходом расследования и знал леденящие душу подробности. Конструктор мог устроить мясорубку, заставить его убить соседей по комнате. Однако, пока этого не произошло, им всем следовало ладить. Русе дотронулся до плеера, который спрятал в кармане пиджака. Он бы послушал его наедине, сделал свои выводы. Но без наушников с тем же успехом можно включить запись для всех.

‒ Очень приятно… Я… я Глория Драгонс. Но кто мог нас похитить?

Сумасшедший маньяк, который любит устраивать игры на выживание. Не лучший ответ, когда говоришь с милым нежным созданием.

‒ Не иначе как политические конкуренты. Выкуп хотят, ‒ сказал Роберт, который уже успел подняться на ноги и стряхивал с одежды пыль.

‒ Что, даже от неё? ‒ иронично спросил Русе.

‒ Какое жуткое место, ‒ Глория зябко обхватила плечи руками.

‒ Тогда я решительно ничего не понимаю, Русе. Но обстановка здесь и правда неприятная, ‒ поморщился человек, который мог заснуть на полу в своей блевоте или с шлюхами в грязном вонючем притоне.

‒ Ну разумеется. Но не беспокойся, Роберт. Я нашёл инструкцию. Может увидев её, ты поймёшь.

Неестественно спокойный, Русе вытащил плеер и холодно улыбнулся. Теперь от этой небольшой штуковины зависели их жизни. Болтон нажал на кнопку Play.

******

Дейенерис казалось, что она попала в ночной кошмар. Ей часто снились страшные сны. Особенно часто Дейни видела ту жуткую ночь, которую даже не могла помнить, потому что ещё находилась в животе у матери… Джейме Ланнистер бесшумно подбирался к отцу сзади, а она ничего не могла поделать. У неё не было голоса, чтобы его предупредить. Не было рук, чтобы убить ублюдка первой! Кровь разбрызгивалась по шёлковым обоям и медленно стекала по спине отца, который несколько мгновений смотрел прямо в глаза Дейенерис, словно упрекая за бездействие, а потом упал. Спешное бегство матери. Её приступы паники ощущались, как собственные. Болезненные толчки в животе… Машина едва не вылетела в кювет, когда водитель не справился с управлением. Страх погони. Визерис прижимался к Рейнис, бледный и непривычно тихий...

Дейне понимала, что, ища мести, может оказаться в серьёзной переделке.

Но ЭТО...

Дейнерис прикрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов. Она слишком многое пережила, чтобы так раскисать. Мужчина, который представился Русе Болтоном (ещё одна знакомая фамилия), извлёк на свет кассетный плеер и включил его. Комната заполнилась искажённым голосом.

«Здравствуйте, игроки. Наверное, вы гадаете, где вы и почему здесь оказались. Это Дом смерти. В воздухе распространяется ядовитый газ. Через три часа дверь откроется. К сожалению, через два часа вы умрёте. Рядом с дверью вы можете увидеть устройство. В верхней его части находится ключ от этой комнаты, но для того, чтобы он опустился, нужно чем-то пожертвовать. Вставьте свои руки в отверстия и насытьте устройство кровью. Но помните, слабость смертельна. Для того, чтобы добыть противоядие, вам ещё придётся постараться. Сохраняйте силы, игроки. Желаю всем вам выжить в этой комнате».

Дейенерис поперхнулась воздухом. Она поняла, где они оказались и у кого. Только слепые и глухие не знали о маньяке по прозвищу Конструктор. Она посмотрела на спокойного как ледышка Русе Болтона. На оцепеневшего Роберта Баратеона. Как же часто она желала долгой мучительной смерти этой скотине! Только умирать с ним ей вовсе не хотелось.

‒ Так это действительно Конструктор, ‒ беспомощно протянул мэр.

‒ Вы знали? ‒ медленно спросила Дейенерис, обращаясь к Русе Болтону.

Тот бледно улыбнулся.

‒ С тех пор, как очнулся здесь в вашем обществе. Плеер стал доказательством. Это его почерк.

‒ Почему же его до сих пор не поймали?! ‒ таргариенский темперамент прорвался наружу. ‒ Убийства год назад начались, если не больше!

‒ Не было уверенности, что это один и тот же человек, ‒ беспомощно развёл руками Роберт Баратеон. ‒ Откуда же было знать, что это серийник?

‒ Да это было очевидно после третьего убийства. Бенджен Старк твердил об этом уже после второго.

Дейенерис легко различила смертельную ненависть в бледных глазах Русе Болтона. Она сама умела горячо любить и жарко ненавидеть.

‒ Я ошибся, ‒ просто сказал Роберт Баратеон.

Неужели ей придётся умереть здесь из-за этого тупого жирного скота? Она думала, что её враг всеведущий, опасный и беспощадный. Сколько Визерис внушал, что нужно соблюдать осторожность? Мол, их окружают опасные люди, которых подсылал вездесущий мэр Вестероса. А перед ней сидел алкоголик с похмелья, который не понимал, что с ними происходит!

‒ Да какая разница?! ‒ взорвалась она. ‒ Что нам сейчас делать? Он сказал, что нужно отдать свою кровь! Сколько? Вдруг мы умрём?!

Дейенерис с сомнением посмотрела на устройство. Она не так много знала об убийствах и ходе расследования. Русе Болтон явно был куда лучше осведомлён. Но и того, что Дейенерис слышала, было достаточно. Что эта металлическая штуковина сделает с её руками? Переломает кости? Раздробит? Пронзит насквозь? Готова ли она отдать руку в обмен на жизнь? И там три отверстия…

‒ Есть и другой вариант, ‒ растерянность Роберта Баратеона сменилась решительностью и он подошёл к двери, простукивая её и примеряясь к чему-то.

Русе Болтон подошёл к Дейне вплотную и, обняв за талию, склонился к её уху.

‒ Вы сейчас ни во что не вмешивайтесь, ‒ шепнул он. ‒ Не волнуйтесь. Мы выйдем.

Дейенерис невольно подалась к нему. Хотелось ощутить чью-то силу, хотя ей становилось не по себе, когда она смотрела в эти холодные безжалостные глаза. Но у Русе Болтона явно были претензии к мэру. Оставалось надеяться на лучшее. Дейне кивнула.

‒ Поможешь мне, Рус?

Мужчины разбежались, ударили плечами в дверь. Баратеон был тучным, но мощным. Щепки полетели в стороны, когда он начал решительно рваться на волю. Видно было, что в прошлом мэр был красивым и сильным мужчиной. Вот только сейчас он превратился в жирного пьяницу. Русе Болтон был не таким крупным, но и он казался крепким. Однако, их совместных усилий не хватило, чтобы высадить с виду хлипкую дверь.

Дейенерис нервно хихикнула.

‒ Облицована железом, ‒ пояснил Русе Болтон.

***

‒ Значит, придётся совать руки, ‒ сказал Роберт, разглядывая непонятное ему приспособление.

Вообще-то Бенджен Старк долго его терроризировал насчёт убийств. Приходил в рабочий кабинет и разглагольствовал о том, что почерк сходится. Он заговорил об этом уже после второй жертвы. Бедный парень должен был глаз себе вырезать, чтобы достать ключ от маски, которая сомкнулось, вонзив сотни острых шипов в его голову. А первый… Отпилил себе ногу. Кажется, это был хирург. Болевой шок.

‒ Руки? Ну знаешь ли, Роберт! Из-за того, что ты не хотел слушать Старка, мы оказались в этом дерьме. Ладно, мы. Может, есть причины, по которым мы здесь.

Рейегар Таргариен… Роберт не жалел о том, что проломил молотком голову этого ублюдка. Неужели нужно было позволить его чокнутому отцу продолжать управлять городом? Оставить не отомщённой смерть бедняжки Лианны? Насилие, которое она пережила… Бедняжку нашли при смерти. Говорят, следователя вывернуло от густого запаха крови, который смешивался с нежным ароматом роз. Роберт слышал, что эти проклятые розы были повсюду. С тех самых пор он возненавидел «королеву цветов».

Роберт сжал кулаки и перед глазами у него потемнело при мысли о проклятом Таргариене. Он думал, что с годами избавится от горячей ненависти к Рейегеру и смертельной тоски по Лианне. Последнее почти удалось. С каждой новой шлюхой и дозой светлый образ отступал. Роберт уже не мог вспомнить милые черты. И почему он отдал портрет Лианны Неду?

‒ Но как же она? ‒ вопросил Русе, театральным жестом указав на Глорию, которая зябко обхватила себя руками.

По красивому, но очень бледному лицу стекали крупные слёзы. Огромные глаза походили на драгоценные сапфиры. Девушку била дрожь.

‒ Не ссорьтесь, прошу вас, ‒ всхлипнула она. ‒ Прошу вас, сделайте хоть что-нибудь. Я не хочу умирать! За что?

‒ Я… Я не хотел, ‒ Роберт растерянно развёл руками, чувствуя себя ужасно.

Он, правда, не желал, чтобы кто-то пострадал. Тем более, чтобы по его вине погибла эта красивая совершенно не виноватая девушка. Даже если, по мнению свихнувшегося маньяка, она была в чём-то виновата,

‒ Ах, ты не хотел! ‒ обрушился на него Русе. ‒ А нам от этого легче? Или ты хочешь, чтобы она засунула руку туда?

‒ Нет…

Роберт склонил голову на грудь. Если бы он прислушался к словам Бенджена, они бы начали искать этого маньяка раньше. Сколько человеческих жизней можно было сохранить… Девочка… Неужели придётся услышать её крики боли? Увидеть, как приспособление ломает ей руку? Роберт не знал, как работает механизм. Может быть, протыкает руку насквозь или дробит кости. Или работает как мясорубка, размалывая человеческую плоть. Дробя кости и превращая руку в фарш… Роберт преодолел приступ тошноты, подкатившей при этой мысли.

‒ Я сам это сделаю, ‒ сказал он. ‒ Подстрахуешь меня, Рус?

Одутловатое лицо окрасилось решимостью, и на мгновение Роберт стал таким же, как прежде. Когда был молодым и красивым.

***

‒ Конечно, ‒ Дейенерис заметила усмешку, промелькнувшую на лице Болтона. ‒ Лучше не смотри на это, милая моя.

Мужчина подошёл к Дейне и обнял её, прижимая к себе. Она почувствовала приятный, горьковатый аромат его одеколона. Дейне уткнулась лицом в грудь Болтона, но лицо повернула так, чтобы видеть, как Роберт Баратеон подходит и засовывает руку в отверстие. Сначала ничего не произошло, а потом она услышала гудение и треск. Заработал механизм. С губ мэра сорвался громкий вопль боли.

‒ Ах ты сука! Насквозь! ‒ проревел он.

Несмотря на ненависть к этому человеку, Дейнерис не могла отказать ему в храбрости. Он вставил руку в аппарат без всяких колебаний, хотя наверняка понимал, что останется без неё. Да и без жизни. Дейенерис наблюдала за тем, как кровь течёт по трубке. Механизм выкачивал из Роберта Баратеона кровь и наверняка не остановится, пока не обескровит его. Если бы руки сунули они трое, то это было бы не смертельно. Но Дейенерис уж точно не станет спасать жизнь виновнику смерти брата, человеку, узурпировавшему власть. И она была уверена, что Русе Болтон провоцировал Роберта не затем, чтобы его подстраховать.

‒ Кажется… Я вижу ключ, ‒ пробормотал побледневший и потный Баратеон. ‒ Русе, помоги мне.

Глаза Дейенерис сверкнули в предвкушении. Свобода!

Русе Болтон не тронулся с места.

‒ Что же ты, Рус?

Роберт Баратеон с трудом держался на ногах. Правда, стонать от боли перестал. Наверное, худшее произошло, когда ему проткнуло руку. Дейенерис поёжилась.

‒ Нужно было догадаться. Ты всегда был бессердечным ублюдком. Остерегайтесь, мисс. Он и вас убьёт, если будете ему мешать.

Дейенерис пронаблюдала мимику мэра, когда он осознал, как его подставили. Невольно на её губах расцвела улыбка. Счастливая улыбка.

‒ Может, и так. Зато я увидела твою смерть. Какого узнать, что умер, спасая Таргариена? ‒ спросила Дейни, и глаза Роберта Баратеона удивлённо расширились.

Вот только она не увидела на его лице ни сожаления, ни вины. Озарение, да. Шок, проступивший сквозь боль, исказившую лицо до маски смертника.

‒ Так это ты… Девочка… Дейенерис, ‒ мэр покачал головой. ‒ Ты не знаешь правду… Русе, расскажи ей…

Глаза Дейенерис удивлённо расширились. О чём говорил этот пакостный ублюдок? Впрочем, Роберт Баратеон не мог пояснить, что имел в виду, поскольку сил говорить у него не было, а потом он потерял сознание, повиснув на вытянутой руке.

‒ Непременно. Покойся с миром, Роберт.

Русе Болтон выпустил её из объятий и подошёл к механизму. Достал ключ, выпавший из небольшого отверстия. А потом повернулся к ней. Бледное лицо выражало лёгкий интерес. Дейенерис задумалась, не зря ли она озвучила правду. Ведь Болтоны тоже были в числе семейств, которые делили наследие отца.

***

‒ Запоминайте, ‒ сказал Русе Болтон, сжимая ключ в руке. ‒ Наш самоотверженный мэр бросился к машинке, сунул в неё руку, и мы не смогли ничего сделать. Всё закончилось слишком быстро.

Он посмотрел на Дейенерис Таргариен долгим задумчивым взглядом. Их объединило общее преступление и общая тайна. Но кое-что смущало Русе Болтона. Как любопытно… Конструктор поместил в одну комнату мэра и человека, у которого были все причины его ненавидеть. Случайность ли это? Или осведомлённость? Он обращался к ним безлико, называя игроками. Никаких имён. Но их ждали испытания. К тому же… Конструктор пожелал им всем остаться в живых. Почему? Предполагал, что произойдёт это жертвоприношение?

‒ Ясно, ‒ кивнула Дейенерис Таргариен. ‒ О чём он говорил?

Русе Болтон задумался. С одной стороны, его несколько смущало, что у провокации была свидетельница. С другой стороны… В этом Доме наверняка найдутся разнообразные способы умереть. К тому же, если Дейенерис Таргариен выживет… У неё будут основания молчать. В обмен на сохранение её тайны. Любопытно, что она делает в Вестеросе? Наверняка дело в мести. Какая радость звучала в голосе Дейенерис, когда она озвучила Роберту своё имя!

‒ Думаю, о личности вашего отца. О причинах его убийства, ‒ пожал плечами Русе Болтон. ‒ Вы много о нём знаете?

Судя по нерешительности на лице девушки, знала она мало. Колоритной личностью был Эйерис Таргариен, ничего не скажешь. Обожал огненные шоу, устраивал убийства. Лишь благоразумие его телохранителей и помощников помогало как-то прикрывать это всё. Потом безобразная история с Лианной Старк и Рейегаром…

‒ Мне рассказывали, что он был весёлым, но вспыльчивым человеком.

‒ Очень весёлым, ‒ усмехнулся Русе. ‒ В качестве шутки на вечеринке связал Брандона Старка так, чтобы он удавился, пытаясь спасти своего отца от сожжения. А до этого ваш старший брат Рейегар похитил Лианну Старк, держал где-то взаперти и насиловал. Ваш отец отказался выдать сына.

Лицо Дейенерис окаменело.

‒ Это ложь! ‒ голос её дрогнул, и руки сжались в кулаки.

‒ Если выберемся из этого Дома, покажу вам материалы дел. Они хранятся в центральном полицейском управлении. Можете, также, пообщаться с Джейме Ланнистером. Он был свидетелем. Впрочем, скорее всего, вы хотите сохранить инкогнито, не так ли?

Дейенерис медленно кивнула.

Наверняка только что её мир рухнул.

Русе Болтон галантно предложил ей руку. Возможно, она ещё пригодится. К тому же, учитывая хладнокровие, с которым она принесла Роберта в жертву… Эта девушка способна на решительные поступки. Что имеет значение в игре на выживание.

‒ Потом я достану для вас материалы дел. А сейчас нам нужно думать о том, как достать противоядие.

Русе Болтон открыл дверь. Почти сразу он услышал, как прогремел выстрел. Кто-то завизжал.

‒ Кажется, мы не одни тут, ‒ заметил он. ‒ Идёмте… Глория.

Рука об руку они спустились на первый этаж.
 

Gerda

Лорд
========== Глава 4. Дверь, которую нельзя открывать ==========

‒ Что между нами может быть общего? ‒ надменно спросил сын мэра, брезгливо поджимая губы.

Игритт подавила желание дать мелкому говнюку по голове чем-нибудь тяжёлым. Хотя кроме сейфа с противоядием, ничего подходящего в захламлённой комнате не было. Хотелось бы ей думать, что всё это странная шутка. У неё было полно друзей и приятелей с криминальными наклонностями, они были способны и не на такое. Но что-то подсказывало Игритт, что ни один из них не стал бы изображать из себя маньяка по прозвищу Конструктор.

‒ О Семеро, неужели мы погибнем? ‒ испуганно проблеяла красивая темноволосая девица, которая часто появлялась в баре, где Игритт выступала.

Григор её приводил. Кажется, его развлекала интрижка с богатой леди. Ох, как же не повезло оказаться в такой компании… Были бы здесь сейчас её ребята… Они бы точно нашли выход вместе. А так здесь мелкий трусливый сноб и истеричная девица.

‒ Если перестанешь плакать и заламывать руки, выживем, ‒ решительно сказала Игритт.

Хотя после услышанного она была далеко не так уверена, как показывала. Игритт нашла плеер в унитазе без воды. Ей пришлось засунуть туда руку, задержав дыхание. Потому что воняло острой мочой и калом, а ещё она увидела подсохшую кровь. Богатые чистоплюи брезгливо морщили нос, но ведь надпись «Ищите подсказку» что-то должна была значить.

«Приветствую и добро пожаловать. Наверное, всем вам любопытно, где вы находитесь. Но уверяю вас – это совсем не важно. Гораздо важнее то, что сулят вам эти стены – спасение, но спасение нужно заслужить. Через три часа двери этого дома откроются. К сожалению, вам осталось жить всего два часа. Сейчас вы вдыхаете смертоносный газ. Вы вдыхаете его с тех пор, как оказались здесь. Если вам известно про теракты в метро, вы знаете, как стремительно подобный газ разрушает человеческое тело. Единственный способ выжить и выйти отсюда – найти антидот. Шприцы с антидотом спрятаны в помещении. Один – в сейфе у вас перед глазами. Вы все обладаете шифром. Подумайте: цифры у вас в голове, а ключ к их порядку можно найти на радуге. Как только вы поймете, что между вами общего, вы осознаете, почему вы здесь. Постарайтесь правильно понимать мои слова – в них подсказка, она отмечена крестом. В помещении много комнат – ищите. Игра начинается."

Игритт была согласна с мажором. Что их могло объединять? Да серебристое платье Джейн Вестерлинг стоило больше, чем вся мебель в комнатушке, которую снимала Игритт!

‒ Заперто, ‒ констатировала она, подёргав ручку.

‒ Что это должно означать? ‒ снова подал голос Джоффри, манерно растягивая слова.

‒ А может, это шутка? Вдруг нас похитили ради выкупа?

Игритт подавила смех, который вырвался наружу в виде хрюканья. Вот таких, как эти надменные аристократы, могли похитить ради выкупа. Но только не её.
У неё не было богатств или влиятельных родственников, которых можно шантажировать. Зато были друзья, которые были ради неё готовы на всё. Но смогут ли они найти её? За два часа?

‒ Не будьте идиотами. Это Конструктор, ‒ мрачно сказала она, обходя комнату в поисках чего-то, что может помочь.

Игритт понятия не имела, что её может объединять с этой парочкой. Да и шарады разгадывать она никогда не умела. Зато она умела выпутываться из передряг. Сколько уличных драк, полицейских облав и прочего дерьма она пережила! Справиться и на этот раз!

‒ Ключ! ‒ воскликнула она, обнаружив за батареей конверт, который тут же раскрыла.

На обратной стороне был нарисован красный знак вопроса. Надпись под ним гласила «Не открывайте им дверь». Но Игритт уже опротивело это всё. Что же, она должна торчать в этой комнате с двумя снобами и в итоге подохнуть от газа? Лучше выйти отсюда и найти ловушку. Шанс на жизнь… Игритт вздрогнула, вспомнив о том, что видела урывками в новостях. Будет больно, очень больно… Но она собиралась жить, а не умирать.

‒ Может, не стоит открывать? ‒ робко спросила Джейн, увидев надпись на конверте.

‒ И что мы будем делать? Ждать, пока не загнёмся? Ну уж нет!

Игритт решительно направилась к двери. Там был и глазок. Она настороженно заглянула в него. Что может быть не так? Может, с другой стороны кто-то стоит, поджидает с топором? Но вряд ли. Этому психу нравилось издеваться над людьми, стал бы он так быстро заканчивать свою больную игру? Игритт повернула ключ в замке и потянула дверь.
Раздался выстрел.

***

Джейн Вестерлинг испуганно наблюдала за рыжей девушкой, которая так уверенно держалась. Она нашла плеер, а запись немного прояснила тот кошмар, в котором они оказались. Очнувшись в запертой комнате с Джоффри и незнакомкой, Джейн растерялась. Она не понимала, что происходит. Но услышанное показалось ей дурной шуткой. Ядовитый газ? Два часа до смерти? Ловушки и антидоты? Это звучало слишком ужасно. Ноги подкашивались при мысли о том, что это всерьёз…

О Семеро, она, как и все, слышала о Конструкторе, но… Неужели она заслужила такое? В чём она провинилась? Слёзы начинали разъедать глаза при мысли о мучительной и скорой смерти. Неужели она никогда больше не увидит родителей? Григора? Джоффри подошёл к ней и достал из кармана испачканного пиджака надушенный платок. Джейн благодарно улыбнулась и кивнула. Было так приятно видеть что-то привычное. Благородные манеры, например. Она поднесла платок к лицу, с трепетом наблюдая за тем, как рыжеволосая незнакомка открывала дверь. Что там за ней таилось? Ей было так страшно, что она сжала руку Джоффри. А потом…

Джейн заверещала, когда раздался выстрел и Игритт упала на грязный пол. Дверь распахнулась, открывая вид на коридор. Джоффри сначала замер как вкопанный, а потом вырвал руку у Джейн, с громким воплем ужаса бросился прочь. Джейн споткнулась о тело Игритт и упала на колени, рассадив их. Но прикосновение к трупу было невыносимо пугающим, и она с визгом ужаса вывалилась в коридор, не обращая внимания на боль. Светловолосая макушка Джоффри мелькала впереди. Джейн бросилась за ним. Она бежала со всех ног, а потом…. Потом спасительным маяком впереди показалась огромная, хорошо знакомая фигура.

‒ Григор! ‒ Джейн бросилась ему на шею. ‒ О Боже, это ужасно! ‒ зарыдала девушка. ‒ Она открыла дверь, и ей прострелило голову! Какой кошмар!

Джейн зашлась в истерическом плаче, хватая парня за руки, цепляясь за его футболку. Неожиданная пощёчина обожгла её кожу, она вскрикнула, прижимая руку к щеке, и начала оседать на пол, но сильные руки Горы подхватили её, ставя на ноги и бережно удерживая.

‒ Истерика, ‒ констатировала Санса Старк, которая находилась рядом с Григором вместе с рослым парнем с изуродованным лицом.

Григор упоминал о том, что у него есть брат. Прослеживалось семейное сходство.

‒ Что вы здесь делаете? ‒ высокомерно спросил Джоффри, пока Джейн, всхлипывая, прижималась к Григору.

‒ Пытаемся выжить, ‒ буркнул Сандор Клиган, дёрнув плечами. ‒ Что у вас стряслось? Мы слышали выстрел.

Джейн затряслась, стискивая руку Григора, который обнял её за талию, привлекая к себе. Она чувствовала себя в безопасности, находясь с ним рядом. С облегчением девушка прижала голову к его груди.

‒ Да… рыжая девица нашла плеер. Нам сказали, что мы умрём от ядовитого газа через два часа. И что-то о противоядие в сейфе. Якобы шифр есть у нас всех. Нужно понять, что между нами общего и мы узнаем его, ‒ губы Джоффри презрительно поджались. ‒ Потом она нашла ключ и открыла дверь, хотя было сказано, что её нельзя открывать. И тогда её застрелило.

‒ Это как? ‒ спросил Григор. ‒ Там кто-то был? И где сейчас пистолет?

‒ Там механизм был, ‒ всхлипнула Джейн, ‒ Это ужасно… Кровь повсюду… Мозги-и-и…

‒ Значит, пистолет вы не забрали? ‒ поинтересовался Григор.

‒ Кажется, он был прикреплён к двери, ‒ фыркнул Джоффри. ‒ Но, к счастью, мы живы. И когда мой отец узнает об этом, мерзкий психопат пожалеет о том, что смел меня похитить.

******

‒ Боюсь, твой отец ничего не сможет сделать. Уже. Он только что героически погиб, ‒ провозгласил Русе Болтон, который появился рука об руку с темноволосой красивой девушкой.

Глория Драгонс, владелица фирмы, незаконно торгующей опасными и запрещёнными животными. Санса подавила усмешку. Конструктор говорил, что такой, как Русе Болтон, вряд ли станет совать руку в механизм, когда под рукой есть другие кандидаты. Что касается Глории, она держалась довольно спокойно, несмотря на то, что стала свидетельницей неприятного зрелища.

Санса, впрочем, увидела куда более неприятную вещь. Она просто оторопела, когда эта шлюха Вестерлинг, невеста Робба, бросилась на шею к её Григору! Неужели эта тварь действительно с ним встречалась? Санса подавила волну жгучей ненависти. Ничего! Здесь в Доме полно возможностей отправить её на встречу с предками! А потом можно утешить Григора.

‒ Как… Как это, погиб?

Лицо Джоффри выражало изумление. Он воззрился на Русе Болтона, потеряв дар речи. Сансе было приятно видеть растрёпанного и шокированного Джоффри. А ещё она была уверена, что надолго запомнит, как он с девичьим визгом нёсся по коридору! Это выглядело весьма потешно. Хорошо, что Джоффри был трусом и не решился открыть дверь сам. Игритт погибла достаточно быстро и чисто. Санса надеялась, что Джоффри будет умирать долго и мучительно. Ей надоело изображать перед ним смазливую дурочку, которая не замечает пренебрежение и насмешки. А ведь сначала он действительно ей нравился. Галантный, златовласый принц с зелёными очами… Какое же ты жалкое ничтожество, Джофф!

‒ Да, как это произошло, мистер Болтон? ‒ спросила Санса. ‒ Это просто ужасно! Надеюсь, мистер Баратеон не сильно страдал?

Пусть Джофф подёргается, узнав, что здесь и руки протыкают!

‒ Наш мэр храбро ринулся в ловушку, куда нужно было вставить руку, чтобы достать ключ от комнаты. И из него вытянуло всю кровь, ‒ сказала Глория, разглядывая прочих.

‒ Я даже не успел его остановить. Всё произошло так быстро, ‒ с подобающей печалью сказал Русе Болтон.

Санса восхитилась таким самообладанием. Конечно, она слышала о хвалёной выдержке этого человека. Но одно дело слухи, а другое дело спокойствие, когда находишься в логове Конструктора. Не всякий мог этим похвастаться. Уж точно не потаскуха Вестерлинг, которая хныкала, цепляясь за Григора!

‒ Нужно послушать плёнку. Вы оставили плеер в той комнате? ‒ спросил Русе Болтон, обозрев компанию холодными спокойными глазами.

‒ Даааа… ‒ пролепетала Джейн, смущённо отрываясь от Григора.

Наконец осознала, что выдала себя с головой. Санса подавила усмешку. Маленькая сучка!

‒ Проклятье, Игритт… ‒ сказал Григор, когда они оказались в комнате с пистолетом, прикреплённом к двери.

Конечно. Конструктор знал, кого куда сажать. Он был уверен, что вспыльчивая и прямая Игритт бросится открывать дверь. А таким паникёрам, как Джейн и Джоффри, не придёт на ум подождать, пока механизм автоматически отомкнётся. Выяснять, что между ними общего, они тоже не стали бы. Санса кашлянула, и Пёс тут же обеспокоенно положил руку на её плечо.

‒ Я в порядке, ‒ сказала она, наблюдая за остальными.

Джейн дрожала от страха, продолжая держаться рядом с Григором. Тот изучал механизм, явно надеясь вытащить пистолет. Но это было невозможно, и он понимал это, судя по разочарованному лицу.

‒ Значит, что-то общее… ‒ задумчиво сказал Русе Болтон, прослушав содержание плёнки.

‒ Что-то я особо не вижу общего, ‒ хмыкнул Гора, который позволил Джейн схватить его за руку и даже обнял мелкую гадину за талию.

‒ Может, речь о каких-то поступках? ‒ задумчиво спросила Санса. ‒ Или… многие здесь из одного общества.

‒ Я же тебя видел, ‒ вдруг сказал Григор, внимательно посмотрев на Глорию. ‒ Ты оставляла машину в мастерской, где я работаю.

‒ И это ты считаешь связью? ‒ парировала та. ‒ Ищи получше.

‒ Откуда я знаю, что психованный маньяк может считать связью? ‒ раздражённо спросил Гора.

‒ Он точно не психованный, ‒ с усмешкой заметил Русе Болтон. ‒ Не стоит заблуждаться на этот счёт.

‒ А вам откуда знать? ‒ тут же ощетинился Пёс.

Забавно. Братья были чем-то похожи. Оба резкие, прямые, настороженные, как хищники. Но в Григоре было кое-что ещё. Оно пробудилось, когда он отвесил затрещину Джейн. Санса позавидовала ей в тот момент. Этот короткий и резкий жест пробудил в ней какое-то сладкое чувство. Волну возбуждения, которая возникала раньше при виде Джоффри.

‒ Я работаю в мэрии и у меня есть доступ к материалам дела, ‒ прохладно сказал Русе. ‒ На вашем месте я не стал бы оскорблять Конструктора. Здесь могут быть камеры.

Санса подивилась догадливости мистера Болтона и его пониманию психологии серийных убийц. Если он ещё немного поговорит в том же духе, компания, чего доброго, решит, что он и есть Конструктор.

***

‒ Главное не это. Нам нужно добыть противоядия, ‒ сказала Дейенерис.

Они получили новую информацию и это было неплохо. Но время шло. Хорошо, что Конструктор не страдал заодно и клептоманией. Он оставил ей дорогие фирменные часы, украшенные кристаллами Swarovski. Как ни странно, прошло не так много времени. А казалось, что целая вечность. Её до сих пор мутило при мысли о том, что сказал Русе Болтон. Неужели её отец был убийцей? Опасным психопатом, которого убили из-за этого? В глазах Дейенерис он был родным человеком, которого убили какие-то ублюдки. А потом их имущество конфисковали и присвоили себе. Мог ли Русе Болтон лгать? Конечно, видя, как он мастерски довёл Роберта до могилы, она не сомневалась в том, что мог. С другой стороны… Было бы разумней сказать ей, что Роберт бредил. Зачем бы Русе Болтону нервировать её в такой ситуации? Нервировать… Дейенерис глупо хихикнула.

‒ Давайте хотя бы познакомимся. И попробуем сделать вывод, что имел в виду Конструктор, ‒ предложила она. ‒ Мы не знаем, сколько здесь антидотов. Вдруг их на всех не хватит? Не стоит разбрасываться тем, что в сейфе. Меня зовут Глория Драгонс. Я управляю фирмой, которая торгует животными. Вдова. Приехала из-за границы.

‒ Думаю, меня все знают. Я Русе Болтон, работаю в мэрии. Владею сетью гостиниц и другой недвижимостью. У меня трое детей. Домерик, Рамси и Эстер.

Потихоньку они представлялись, называли имена и описывали личности. И что-то в голове Дейенерис не укладывалось. Если их набирали из числа именитых и богатых граждан… Не вписывались братья Клиганы. Разные возраста, обстоятельства жизни, статусы…

‒ А она? ‒ тихо спросила Дейенерис, посмотрев на тело рыжеволосой девушки.

Если Роберта Баратеона ей жалко не было, то этой бедняжке Дейни искренне сочувствовала. Расплата за храбрость… Как несправедливо.

‒ Да… Это Игритт. ‒ кивнул Григор Клиган. ‒ Она выступала в баре, где мы с Джейн часто бывали.

‒ То есть здесь оказались вы с братом. Ваша девушка. И Игритт, с которой вы общались, ‒ констатировал Русе Болтон. ‒ Не забудем также о мисс Драгонс, чью машину вы чинили.

‒ Что вы хотите этим сказать? ‒ тут же ощетинился Григор Клиган.

‒ Ничего особенного. Сопоставляю факты.

‒ А я дружил с Джоффри и знал Сансу, ‒ дёрнул плечами Пёс. ‒ Мэра тоже встречал, когда бывал у них в гостях.

Нет, что-то не складывалось. Дейенерис могла бы сказать правду о себе, но здесь собралась молодёжь, которая не имела никакого отношения к событиям прошлого. Да и хватало того, что об этом знал Русе Болтон.

‒ Всё это чушь, ‒ надменно сказал сынок покойного мэра, который настолько не был похож на отца, что Дейне диву давалась. ‒ Я вижу общее между частью компании, ‒ он самодовольно улыбнулся. ‒ Но кое-кто здесь… явно не из приличного общества.

‒ Ты что-то сказал? ‒ Григор Клиган угрожающе сверкнул глазами.

Дейенерис почудилось что-то опасное во взгляде этого парня. Он всё ещё учился, но почему-то производил впечатление далеко не школяра. Наверняка оставался на второй год. Причём не один раз.

‒ Да так. Эта Игритт… По манерам сразу видно, что настоящая дешёвка.

С губ Дейнерис сорвалось аханье, когда Григор Клиган одним ударом кулака повалил Джоффри на пол. Тот застонал и покатился по грязным доскам, закрывая лицо руками.

‒ Нет! Ты не смеешь! Я сын мэра! ‒ выкрики сменились жалким скулежом, когда Григор с силой пнул его в живот.

Надо же… Здесь опасен не только Русе Болтон. А Джоффри Баратеон и впрямь ничтожество. Если так подумать, его отец держался куда достойней даже перед смертью.

‒ Игритт была хорошей девушкой. Куда получше такого трусливого дерьмоеда, как ты, ‒ пророкотал Клиган-старший.

А младший скрасил это представление хриплым смехом. Эти братья-акробаты явно держались друг друга. Дейенерис обеспокоенно посмотрела на Русе Болтона, который, судя по взгляду, думал в том же направлении.

‒ Предлагаю разделиться и искать ловушки, ‒ сказал тот, мастерски игнорируя избиение, которое происходило у них на глазах. ‒ Поскольку мы можем долго пытаться угадать, что имел в виду Конструктор.

‒ Поддерживаю, ‒ кивнула Санса Старк. ‒ Джейн, иди с мистером Болтоном и Глорией. Джоффри, думаю, тебе тоже лучше остаться с ними.

‒ Пусть Джейн остаётся с нами, ‒ добродушно сказал Григор, который перестал бить всхлипывающего Джоффри и достал сигареты. ‒ А ты лучше иди со своими знакомыми, Санса.

Дейенерис показалось, или лицо девицы Старк окаменело от такого предложения?
 

Gerda

Лорд
========== Глава 5. Огненное море ==========

‒ Мы осмотрим нижний этаж. Вы верхний, ‒ сказал Русе Болтон.

Санса, кипя от возмущения, присоединилась к компании благородных и богатых. Спасибо за заботу, Григор! Она ведь сделала всё для того, чтобы находиться с ним рядом. Наблюдать, делать выводы. Проклятье! Но если бы она заартачилась, это вызвало бы подозрения. Поэтому пришлось скрывать бешенство за милой улыбкой. Нужно же оставаться нежной и вежливой Сансой Старк! Она ненавидела эту особу и с радостью угробила бы её в этом доме. Но невозможно избавиться от своего альтер-эго.

Она презрительно посмотрела на Джоффри, который поднялся с пола, размазывая кровь по лицу. Остальные деликатно не обращали на это внимания. Как будто ничего не произошло. Представители высшего света умели игнорировать то, что им не нравится. К тому же, никто не хотел получить от Григора Клигана! Санса с затаённым удовольствием наблюдала за бывшим женихом, который уже не казался таким самонадеянным.

‒ Кажется, братья Клиганы от тебя не в восторге, ‒ заметила она.

Ведь недавно Пёс вмазал Джоффри, заступившись за Сансу. Джоффри слишком уж кичился и ухаживал за Маргери Тирелл у всех на глазах. Сандор ошибочно решил, что Сансу это очень огорчает.

‒ Я сделаю всё, чтобы засадить этого бешеного ублюдка, ‒ процедил Джоффри, метнув на неё страшный взгляд.

Точнее, он думал, что может кого-то напугать, но внутренне Санса лишь веселилась.

‒ Вы же будете свидетелем на суде, мистер Болтон?

‒ Непременно. Если все мы доживём до суда.

Сансе нравилось чувство юмора Русе Болтона!

Они шли по коридору. Глория и Болтон оглядывали стены и потолок в поисках креста, а Джоффри плёлся с кислой миной, не принося никакой пользы.

‒ Смотрите, дверь, ‒ заметила Глория.

Они столпились у входа в комнату. Санса заулыбалась, пользуясь тем, что никто не видит. Конечно! Как удачно им попалась комната, которая была предусмотрена для Джоффри. Она хотела что-то сказать, но неожиданно поперхнулась и закашлялась. А потом…

‒ Кажется, газ начал действовать, ‒ заметил Русе Болтон.

Он выглядел неплохо, разве что был более бледным, чем обычно. Санса же недоверчиво уставилась на свой плевок. Кровь! Но… Но он же обещал вколоть ей антидот! Он…

‒ Если ты вступила в игру, то тебе придётся сыграть.

Как же она не догадалась…

Конструктор приготовил что-то и для неё.

Санса глубоко вдохнула отравленный воздух и зашлась кашлем. Глория подошла и начала стучать ей по спине, Русе Болтон наблюдал за ними с лёгким интересом и тревогой. Но беспокоился он, скорее, за себя. Думал о симптомах.

‒ Я в порядке, ‒ пробормотала Санса, выпрямляясь. ‒ Давайте зайдём туда. Там чьё-то спасение.

Они оказались в комнате, в углу которой стоял ящик, закрытый чёрным полотном. Глория решительно сдёрнула ткань, отшвырнув её на пол. Они увидели большой аквариум, заполненный прозрачной жидкостью. Интересное задание ожидало Джоффри. Несмотря на смертельный риск, Санса испытывала удовольствие. К тому же… Конструктор был прав в своей мрачной философии. Нужно учить людей, которые слишком небрежно относились к жизни, ценить её. Ведь он сам умел наслаждаться приятными мелочами, несмотря на то, что был лишён многого.

‒ «В огненном море лекарство от смерти. Но не всякий решиться нырнуть. Но если ты сможешь, то двери откроешь. Отныне начнёшь новый путь», ‒ прочитала Глория, подняв записку, лежавшую на аквариуме.

‒ А это что такое? ‒ задумчиво спросил Русе, взглянув на двухлитровую бутылку воды и блюдце с порошком.

Он осторожно понюхал порошок. Потом даже лизнул.

‒ Сода. Осаждает кислотные ожоги, ‒ спокойно отметил он.

‒ Какое маленькое отверстие… ‒ заметила Глория. ‒ Наши руки туда точно не пролезут, правда, мистер Болтон?

Сансу забавляло, как они мило ладят. Отлично! Отправили Роберта Баратеона на тот свет и общаются, как на приёме. Необычные люди.

‒ Санса, а как насчёт тебя? ‒ согласно кивнул Русе Болтон.

***

Джоффри с усмешкой посмотрел на Сансу Старк. Забавно будет посмотреть, как она суёт свои руки в аквариум с кислотой. Его всегда раздражала эта девица, которую так навязывал отец. Он с ней и гулял-то лишь для того, чтобы порадовать его. Матери тоже совсем это не нравилось. Санса была, конечно, красивой и воспитанной, но какой же она была скучной и глупой! Это просто убивало. Вот Маргери - дело другое. Не только очень богата и принадлежит к одной из лучших семей, но и разделяет его интересы. Пусть лучше Санса суёт свои толстые, плебейские лапы в кислоту!

‒ Нет, ‒ качнула головой Санса. ‒ Мои запястья не пройдут.

Джоффри хмыкнул. Она не была тростинкой. И умрёт от газа, потому что не может просунуть свои отнюдь не аристократичные руки в аквариум. Но взгляд его застыл от следующей реплики.

‒ Кажется, это для твоих рук, Джофф. Ты же сам говорил, что у тебя самые изящные и тонкие запястья.

Джоффри похолодел. Он и правда говорил так. Пожалуй, его любимой частью тела были руки. Нет, он был красив в целом. Прекрасное лицо, которое так походило на ангелоподобный лик матери. Сияющие лесной зеленью глаза и золотые кудри. Статная фигура, как у дяди Джейме. Но больше всего Джоффри любил свои руки. Он мог часами любоваться тонкими пальцами, аккуратными лунками ногтей, которые каждую неделю полировал и доводил до совершенства личный стилист. Неужели этот сумасшедший маньяк хочет, чтобы Джоффри окунул произведение искусства в кислоту? И что будет тогда? Его кожа расплавится, он станет инвалидом, не способным поднять ложку….

Джоффри почувствовал, как по спине стекает струйка ледяного пота.

‒ Нет… ‒ прошептал он. ‒ Это невозможно. Я не могу…

Безумными, побелевшими глазами, он уставился на аквариум. Огненное море… Нет, он ведь всегда был хорошим мальчиком. Пил молоко, которым его пичкала мать. Посещал эти дурацкие благотворительные приёмы. Отдавал карманные деньги на благотворительность, пускай матушка тут же пополняла его личную казну.

‒ Следующая ловушка может быть ещё хуже, ‒ заметила Санса.

Джоффри в панике повернулся к ней. Если бы у неё были не такие здоровенные запястья, она бы достала ему противоядие. Ведь так? Она ведь любила его?

‒ Что мне делать? ‒ прошептал Джоффри, переведя взгляд на мистера Болтона.

Он был уважаемым человеком и всегда знал, что делать. А сам Джофф до последнего надеялся, что появится его ангел хранитель или вдруг в жуткий Дом ворвётся отряд стражи. Должны же они знать! Не могли мэра города и его сына похитить под носом у телохранителей так, чтобы никто не узнал!

‒ Если эта ловушка действительно для тебя, то придётся, Джоффри. Или ты погибнешь, ‒ безжалостно сказал Русе Болтон.

‒ Засунь свои руки и достань антидот. У нас нет времени, чтобы тебя ждать, ‒ резко сказала Глория, сложив руки на груди.

А она ведь показалась Джоффри славной. Явно из их общества. Не то, что некоторые.

‒ Может, вы знаете, как открыть сейф? Мистер Болтон! Вы же умный человек! Вы отгадаете, что между нами общего! А может, этот аквариум можно разбить? Он ведь не из железа!

Джоффри, забыв себя, что-то лепетал, лебезил и умолял, пока не понял, что остался наедине со своей гигантской проблемой. Его глаза едва не вылезли из орбит. Аквариум разросся до масштабов вселенной.

Руки, я потеряю мои руки…

Он сглотнул, подходя к своему месту казни. Забыть. Нужно забыть о том, что это кислота. Это просто вода. Ледяная вода. У дедушки был замок в Финляндии. Там были чистые холодные озера, горы. Когда пытаешься нырнуть в такое озеро, всегда перехватывает дух. Тело сначала обжигает тысячей обжигающих игл, а потом сковывает льдом. Лёд и пламя...

Боже, даже пластические операции не вернут их на место…

Джоффри собрался и сунул руки в отверстия. Жуткий вой огласил комнату. Перед глазами потемнело.

НЕТ!

Нельзя упасть в обморок. Нельзя. Он умрёт. Жуткая боль, обжигающая до костей. Попытки отвязать футляр с антидотом. Кажется, он обмочился. Перед глазами потемнело. Джоффри рывком выдернул руки, в одной из которой был футлярчик с антидотом. Он выпал из облезших рук, с которых сошла большая часть кожи.

Перед глазами померкло.

Джоффри Баратеон погрузился в благословенное забытье.

***

Санса Старк усмехнулась, подходя к Джоффри, который лишился чувств. Она села на карточки и взяла шприц с антидотом. А потом спокойно вколола его в свою руку и выпрямилась. Русе встретился с ней взглядом. Надо же! Он не ожидал того, что Джоффри осмелится испортить свои руки и пережить нечеловеческую боль. Судя по тому, как он надрывался, это было ужасно. Но, как ни странно, Русе не отворачивался от завораживающего зрелища. Второй неожиданностью стало поведение Сансы Старк. Она всегда держалась, как милая девочка. Раньше Русе подумывал о том, чтобы устроить Домерику помолвку с ней. Но Эддард Старк воспринял идею прохладно и решил отдать девочку Джоффри. Что же, глядя на труп Джоффри, Русе пришёл к выводу, что Эддард совершил ошибку. Формально сын покойного мэра всё ещё дышал, но фактически он был покойником.

‒ Устройство в комнате мэра… Там было три отверстия, ‒ сказала Санса Старк.

Русе уловил хищный блеск в её глазах.

Губы его искривились в усмешке. Конечно. Ей тоже хотелось, чтобы они молчали.

‒ Жаль, что мальчик случайно уничтожил противоядие, которое так доблестно пытался достать, ‒ сказал он.

Но что-то в словах Сансы Старк его затронуло. Она слишком уж хорошо поняла, что произошло в той комнате. Это настораживало. Однако, как разумный человек, Русе не подал вида. Тем более, он задавался вопросом, а не прослушивает ли Конструктор все комнаты. Конечно, он хотел бы видеть всё, если устраивал такие масштабные игры. Не говоря уже о том, что такое можно лицезреть воочию. Замаскировавшись под участника. Только вот никто из присутствующих особо не подходил. Но кто сказал, что Конструктор орудовал в одиночку?

‒ Поспешим. Вам тоже нужно достать противоядие, ‒ сказала Санса Старк.

Русе уловил тревожный взгляд Дейенерис. Возможно, ей пришли на ум схожие мысли. Или её пугала мысль о предстоящих ловушках. Одно Русе мог сказать с уверенностью ‒ если бы аквариум был предназначен для него, он бы отдал руки в обмен на жизнь.

***

Дейенерис покинула комнату, где они оставили неподвижного Джоффри. Она сомневалась в том, что он осмелится. Но видимо, что-то в нём было от отца, раз всё-таки смог. Дейне дёрнулась, было, когда Санса Старк схватила противоядие, но почувствовала стальную руку Русе Болтона, сжавшую её плечо. В какую игру он играл на самом деле?! Дейне не понравилось наблюдать за творившейся несправедливостью. В конце концов, хотя этот парень ей и не нравился, ведя себя как полный [ходор], но он заслужил шанс на спасение. К тому же, что-то в Сансе Старк вызывало у неё неприязнь.

А потом ей пришла на ум мысль.

Джоффри же сын покойного мэра. Человек, который может задуматься о том, КАК умер его отец на самом деле. Единственное серьёзно заинтересованное лицо, которое может дать свидетельские показания. Но не теперь. В глубоком обмороке после пережитой боли, мальчик не поднимется, чтобы найти противоядие. Но что-то сопротивлялось внутри Дейенерис при мысли о несправедливости.

‒ Подождите. Я сейчас, ‒ пробормотала она, возвращаясь в комнату с аквариумом.

На глазах выступили слёзы, когда Дейне, вспоминая кое-какие школьные знания в области химии и биологии, начала промывать изувеченные руки Джоффри из подготовленной бутылки с водой. Тошнота подкатывала к горлу. Ей казалось, что вот-вот она стянет с бедных рук мальчика кожу. Как перчатки… А потом она использовала соду, чтобы нейтрализовать ожог.

Несмотря на мертвенную бледность, он ещё дышал.

‒ Идёмте, ‒ сдавленно сказала она, выходя в корридор.

Оправдываться за свой благородный порыв Дейенерис не собиралась. Зато она осознала в полной мере, что в этом Доме куда больше опасных людей, чем казалось на первый взгляд.

‒ Ещё одна дверь, ‒ сказал Русе Болтон.

Дейенерис почти равнодушно кивнула. Сколько можно бояться?

Русе попробовал её открыть и после усилий (дверь сопротивлялась), они оказались в комнате. Тут же послышался отсчёт таймера. Дейенерис же, увидела огромную яму, заполненную использованными шприцами. Конструктор сообщал им в записи, что в этой грязной куче они могут найти ключ от сейфа, где лежит антидот, но времени мало. Дейенерис подавила тошноту при мысли, что это всё использовали наркоманы, спидозники и больные люди. Но выбора не было.

‒ Лучше вдвоём, ‒ сказал Русе Болтон. ‒ Так больше шансов.

Дейенерис кивнула и обречённо нырнула в эту выгребную яму. Русе Болтон закутался в одежду, оставляя только кисти рук, а она была одета в юбочный костюм и тут же почувствовала иголки, вонзившиеся в кожу. Смешно будет загнуться от СПИДа, выбравшись из этого мерзкого Дома. Боль… Она была. Но после пережитого Джоффри Баратеоном это казалось мелочью. Дейенерис ожесточённо разгребала груды шприцов, пока Русе Болтон не воскликнул, что нашёл ключ. Но время заканчивалось, Дейни увидела это на таймере. Оставалось… пятнадцать секунд. Она приняла его руку, выбираясь из ямы. Русе Болтон выругался, отшвыривая бесполезный ключ. Они бросились к выходу.
Конструктор сказал, что двери этой комнаты закроются навсегда, если не успеть. К счастью, они успели.

В коридоре было пусто.

‒ Она куда-то исчезла, ‒ с безразличной улыбкой заметила Дейенерис, подразумевая Сансу Старк.

‒ Неважно, ‒ Русе Старк непроизвольно понизил голос и сжал её плечи. ‒ Идёмте искать вашу ловушку. Ни слова о происшедшем в комнате с Джоффри.

Глаза Дейенерис непроизвольно расширились. Она впервые увидела тревогу в этих спокойных, ледяных глазах.

‒ Вы что… Вы думаете… Но…

Дейенерис почувствовала, как что-то сдавливает её грудь. Если Русе Болтон подозревает Сансу Старк в соучастии… Что мешает выбить из неё признание? Заставить её сказать, как выйти из этого мерзкого дома? После попыток выбить дверь комнаты, она понимала, что никто не позволит им также просто высадить входную. Всё это создано не для того, чтобы жертвы разбегались. И всё же…

‒ Я ничего не думаю. И вам не советую, ‒ спокойно сказал Русе Болтон. ‒ Я могу ошибаться. К тому же, она может не знать, как отсюда выйти. И мы потратим впустую время, пытаясь её допросить. Или сообщники видят всё, что здесь происходят и могут активизировать какие-то неизвестные нам ловушки. Если я прав, вряд ли она сунулась бы сюда, если бы не была уверена, что она в безопасности.

‒ А как же антидот? ‒ спросила Дейенерис. ‒ Она бы не вколола его, если бы не была уверена, что он ей нужен.

‒ Не знаю. Откуда мне всё это знать?

‒ А вдруг это вы?

Русе Болтон улыбнулся леденящей душу улыбкой.

‒ О, поверьте, это не я. В отличии от Конструктора, мне есть что терять.
 

Gerda

Лорд
========== Глава 6. Новая жизнь начинается в Рождество ==========

Григор взял благородную подружку в охапку и потащил её прочь. Пёс тоскливым взглядом проводил Сансу, которая уходила со второй компанией. Почему братец решил от неё избавиться? Сандор бы заботился о ней, оберегал. Может, и спас бы в итоге, получив… Да нет, Пёс не ждал, что она заплатит ему своей благосклонностью. Но помечтать ведь можно… Парень вспомнил нежный аромат её волос, ощущение стройного тела, дрожащего в его руках. Внизу живота немного напряглось.

‒ Быстрее, быстрее, ‒ Гора развернулся к нему и нетерпеливо махнул рукой, подгоняя.

Интересно, что это Григор так разволновался? Противоядие он ещё не добыл. Уже плохо стало? Неожиданно спина Джейн Вестерлинг напряглась. Она резко остановилась и зашлась глухим долгим кашлем. А потом со стоном выпрямилась. Пёс внимательно посмотрел на пол. Кровь… Кажется, до менее здоровых участников этот газ уже начал добираться. О, Семеро, Пёс бы отдал свой антидот Сансе, если бы Григор не вколол его так шустро в его плечо!

‒ Почему ты так спешишь? ‒ проворчал он, догоняя брата, который вынужденно остановился рядом с Джейн, переводящей дух.

Гора достал пачку сигарет и закурил, делая глубокую затяжку. А ведь он редко это делал. Пёс видел брата с банкой пива по выходным. Но так, чтобы Григор смолил сигареты… Нет, он же выступал в школьной команде, следил за дыханием. Хотя в этом проклятом Доме не особо побережёшь лёгкие!

‒ И зачем ты прогнал Сансу? ‒ голос Пса прозвучал обиженно и он, забыв с кем общается, с упрёком посмотрел на Гору.

Григор внезапно застыл, изменившись в лице, и снова полез в карман, откуда минуту назад достал сигареты.

‒ Открытка, ‒ задумчиво сказал он.

Сандор с размаху треснул себя по лбу. И как он мог о ней забыть? Вид у Горы был конкретно странный. Не то чтобы как у психопата, который вот-вот слетит с катушек, но чудной. Пёс потянулся к открытке, которую брат ему передал.

‒ «Новая жизнь начинается в Рождество», ‒ прочитал он.

Потом посмотрел на рисунок. Рождественский венок над разведённым камином. Два похожих мальчугана, играющие друг с другом. Украшенная гирляндами и шарами пушистая ёлка, а под ней подарки. Два щенка, отнимающие друг у друга кость.

‒ И что это за дерьмо? ‒ Сандор недоуменно пожал широкими плечами.

Он никогда не был мастером над кроссвордами.

‒ Случай, ‒ сверкнул глазами Григор.

Вид у него был взвинченный. Джейн Вестерлинг со стоном разогнулась, прижимаясь к груди Горы. Кажется, она пришла в себя после приступа кашля. На платье у неё осталось небольшое красное пятно. Видимо, неудачно сплюнула, когда давилась воздухом и задыхалась.

‒ Очередной намёк? ‒ встревоженно переспросил Пёс. ‒ Но мы уже вышли из той комнаты с… печкой. Он хотел, чтобы я уж точно влез туда?

Хотя зачем нужна открытка? Ведь и на записи этот психопат вполне конкретно и отчётливо всё объяснил.

‒ Чёрт меня возьми, если я понимаю. Но мне всё это не нравится, ‒ покачал головой Григор.

‒ О чём вы говорите? ‒ жалобно спросила Джейн. ‒ Что за случай, Григор?

Пёс криво усмехнулся. Вряд ли братец рассказал об этом влюбленной поклоннице. Даже удивительно… Как они сошлись? Джейн Вестерлинг два года назад закончила школу с красным дипломом. К тому же она была в числе девочек-старост, участвовала в танцевальных выступлениях и даже была награждена почётной грамотой за какие-то заслуги. Приличная, хорошая семья. Такая, как у Сансы. Забавно… Кажется, она была невестой Робба Старка! И как сюда вписывался Григор? Братец был известен мудаческой репутацией, но что-то Сандор не слыхал, чтобы он лишал невинности юных светских дев. Судя по тому, как эта Джейн к нему льнула, отношения у них были очень близкие. Да уже то, что Гора с ней возился, а не оставил в компании богатых и благородных…

‒ У меня приступы гнева бывают. Ты же знаешь, ‒ лицо Григора стало очень задумчивым, и сигарета застыла между его губ, а столбик пепла упал на его кроссовок. ‒ Я посещаю психолога, пью таблетки.

Сандор удивлённо посмотрел на Гору. Они жили под одной крышей, это да. Но о таком Пёс не слыхивал.

‒ Что, правда? ‒ поразился он.

***

‒ А ты что думал? ‒ раздражённо спросил Гора. ‒ Лучше пойдём дальше, по пути расскажу. Смотрите в оба.

Они продолжили путь, оглядываясь по сторонам в поисках новых ловушек или креста.

‒ Наш отец заставил ходить меня к мозгоправу. После того случая.

Горе не очень это нравилось, но таблетки действительно помогали. Конечно, он не рассказывал о приёме колёс. Парни могли неправильно понять. Иногда Григор пропускал приём, когда выпивал. Хотя сильно напиваться он боялся. Ведь была ситуация, когда Гора вышел из себя и как следует отходил парня тяжёлой цепью. Хорошо, что глаза не вышиб, не нанёс непоправимых увечий. Гора почти ничего не помнил. Чем его этот тип разозлил? Глупой шуткой? Или конкретными наездами? Всё расплывалось в испепеляющем огне безумной, ослепляющей ярости.

‒ О, Григор, пожалуйста, объясни, о чём ты!

Гора криво улыбнулся. Ему совсем не нравилось, что психопат знает правду о происшедшем. В курсе были единицы. Отец, разумеется. Психотерапевт. И они с Псом. Если только не…

‒ Мы с Сандором были детьми, ‒ задумчиво сказал Гора. ‒ На Рождество кто-то подарил мне игрушечного рыцаря. Мне было двенадцать и я уже лет пять как не прикасался к игрушкам. Сандору было шесть. Помню, как увидел его с этим рыцарем в руках. Он крутил его, вертел, дёргал за руки на шарнирах. Я ещё подумал, что он может сломать мой подарок, а рыцарь всё-таки был симпатичным. И я… вышел из себя. Дальше ничего не помню.

Григор опомнился, когда получил хороший подзатыльник от отца. Изумился. За что его бьют? Увидел тело Пса и… Может, воспоминания были искажены. Отец никогда бы не подпустил его к Сандору после происшедшего. Григор нередко видел в кошмарах, как переворачивает неподвижное тело Пса и вместо него видит жуткую обожжённую маску.

‒ Ты не помнишь? ‒ поражённо спросил Пёс.

‒ Нет, ‒ ласково сказал Гора. ‒ А ты что думал?

Братец аж остолбенел от таких откровений.

‒ Я был уверен, что ты меня сунул мордой в камин, решив убить из ненависти. Больной на голову, чокнутый садист.

Григор рассмеялся. А вот и нет. Наверняка Пёс впал в шок, когда ради него Гора забрался в печку. Санса Старк тоже немало удивилась. Почему? Что-то в той ситуации…

С мысли сбила Джейн, которая потрясённо ахнула и прижала руку ко рту.

‒ Боже, Григор… Неужели ты… Неужели ты сделал ЭТО? Не может быть!

Вот так разбиваются иллюзии. Гора с грустной иронией посмотрел на бедняжку. Неправда, что он её трахал, чтобы что-то доказать, как думал Рафф. Или чтобы впечатлить приятелей, как казалось Варго. Он не таскал Джейн в свою компанию, но слухи-то до них дошли. Знали парни, что Григор в последнее время гулял с хорошенькой девочкой из приличного общества. Она была такой милой. Так искренне верила в него. Считала лучше хороших мальчиков, которые её достали. Хотя по футбольной команде Гора знал, сколько же в этих мажорах дерьма.

‒ Я же говорил, что нам с тобой не по пути, детка, ‒ дёрнул плечами он.

Изумлённый, застывший взгляд. Джейн отступила. Внезапно у неё вырвался вскрик ужаса. Григор удивлённо поднял бровь. Она таращилась на что-то у него за спиной. Гора резко обернулся и облегчённо выдохнул. Джейн напугал труп мэра.

‒ Вот, где он погиб, ‒ задумчиво сказал Гора.

Изуродованная рука Баратеона лежала на полу. Видимо, когда механизм высосал всю кровь, то освободил Роберта Баратеона, но было уже поздно. Неожиданно Григор заметил яркое пятно на затылке мэра. Нет, не пятно, а...

‒ ...цифра! ‒ Григор пихнул дверь ногой и зашёл в комнату.

За его спиной Джейн пятилась и пятилась с побелевшим лицом.

‒ О чём ты, Григ? ‒ Сандор последовал за братом, заинтересовавшись находкой.

Братья не заметили, как Джейн Вестерлинг медленно и неслышно отступила, а потом на цыпочках побежала прочь.

***

‒ Смотри, оранжевая 99, ‒ сказал Гора.

Пёс зашёл в комнату, которую украшал, если можно так сказать, труп Роберта Баратеона.

‒ Что это значит?

Сандор проклинал своё неумение разгадывать сложные загадки. Сюда бы кого-нибудь посообразительней. Он огляделся по сторонам в поисках ответов. Ничего полезного, впрочем, не обнаружил. Интересно, а как запертые здесь узнали, что нужно делать? Скорее всего, в комнате тоже был плеер. Видимо, его забрали с собой. Зачем?

‒ Зачем нужна цифра… ‒ шевелил губами Гора, напряжённо думая.

Сандор же вспомнил, как отец рассказывал ему о Русе Болтоне. Произошло это уже после того жуткого случая. Отец своеобразно себя вёл с тех пор. Отдалился от них. Часто уезжал в командировки, оставляя на попечение всяким нянькам. Семья у них была не такая богатая, но бизнес по разведению, дрессировке и торговле породистыми собаками приносил неплохой доход. Правда, все эти няньки не справлялись с Клиганами, даже когда они были в младшем возрасте, а уж как подросли... Григор быстро стал членом уличной банды, да и делать замечания парню с такой зверской рожей идея не лучшая. Алия отбилась от рук. Начала шляться по кабакам, выпивать, курить и развлекаться со взрослыми парнями. Пёс узнал, что такое подпольные бои, которые стали его тайной жизнью. Отец жил как-то в стороне от них. Иногда он всплывал, чтобы отругать за плохие оценки Алию, поговорить с Псом по душам. Был как раз такой момент откровений. Выпив коньяка, отец со смехом поведал…

‒ Слушай, Григ, по поводу связи… ‒ задумчиво сказал Сандор. ‒ Мне отец как-то рассказал, что вёл какие-то дела с Болтоном, пока тот не попытался его нагреть. И тогда наш дорогой и любимый родитель спустил на него собак, ‒ Пёс хмыкнул. ‒ Вроде бы до суда не дошло, потому что Болтон опасался скандала. Ему наложили множество швов на задницу. Отец угорал, когда это рассказывал.

Гора вздрогнул, посмотрев на Пса с куда большей тревогой, чем того стоила веселая история.

‒ Блин… ‒ лицо Григора озарилось непонятной Сандору мыслью.

Но пока Пёс недоумевал, братец неожиданно хлопнул себя по лбу.

‒ Радуга! ‒ воскликнул он.

Сандор непонимающе уставился на Гору. Неужели брат спятил? Бредит от ядовитого газа? Сам-то Пёс уже был в безопасности. Он мало знал об эффекте этой дряни, а на себе испытать неприятный эффект даже не успел. Но неужели газ вызвал галлюцинации или помутнение рассудка?

‒ Повернись ко мне спиной, живо, ‒ решительно приказал Гора.

Пёс напрягся всем телом. Несмотря на то, что Григор его формально спас, было не по себе от такой просьбы. Вернее, распоряжения.

‒ Зачем? ‒ напряжённо спросил он.

‒ Шифром обладаете вы все. Код у вас в голове. А порядок найдёте на радуге! ‒ процитировал Гора. ‒ У мэра на затылке оранжевая 99. Если у всех нас есть цифры на затылках, то это код от сейфа. Ну посмотри у меня сначала, проверим.

Глаза Григора лихорадочно сверкали. Пёс ошарашенно приблизился к Горе, который встал к нему спиной. Он бы мог сейчас вырубить брата. Оставить его здесь валяться, чтобы вдыхал ядовитый газ. Нипочём не поднялся бы и не добыл антидот. Умер бы, не приходя в сознание. Но…

‒ Красная единица, ‒ Пёс назвал брату его цифру и повернулся к нему спиной.

Странное чувство. Присутствие Горы очень сильно ощущалось, аж мурашки пробегали по коже.

‒ Фиолетовое 666. Юморист хренов! Пёс, нужно проверить Игритт. Джейн тоже. Хорошо, что её искать не придётся.

Но тут братец ошибся. Когда они вышли, коридор пустовал. А откуда-то снизу до них донёсся вопль, исполненный безумной болью.

‒ Твою мать! Эта дурочка сбежала!

Григор так искренне удивился, что Пёс улыбнулся даже. Братец и не подумал, что девочку реально испугали его откровения? Это они привыкли к мысли за годы жизни рядом. Но не Джейн Вестерлинг.

‒ Чего ты смеёшься, кретин? Нужно найти её немедленно. Пока не натворила бед! ‒ Гора искренне встревожился. ‒ Только… Слушай, я пойду к Игритт, смотреть код. Ты найди Джейн. От меня она может убежать. У тебя больше шансов внушить доверие.

***

Джейн, пошатываясь, с замирающим дыханием устремилась прочь. Это какой-то страшный сон. Ночной кошмар. Григор, её Григор… Он изувечил брата... Жуткие ожоги. Как же так? Григор, который был так осторожен и предусмотрителен в её первый раз. Дал выпить, терпеливо целовал, ласкал… Они и до этого заходили довольно далеко, но он не настаивал и не пытался применять силу. Джейн даже, стесняясь и краснея до слёз, объясняла ему, что и как ей нравится. И хотя… хотя его достоинство было… большим (сравнивать не с чем было, но когда всё шло к тому, Джейн нашла информацию в интернете), прошло всё хорошо.

Неужели он на такое был способен?

Слёзы безудержно струились по впалым щекам Джейн. Она брела, не разбирая дороги. Как бы оказаться подальше от этого страшного кукольного дома... Да… Это как королевство кривых зеркал. В последние годы Джейн с ужасом смотрела на кукольный дом, который подарила ей бабушка. В детстве она обожала его. Произведение искусства! Здесь было всё, что только можно придумать. Роскошная мебель на заказ, миниатюрные сервизы из фарфора, огромная гардеробная со множеством платьев, прелестные расчёски и гребни в ванной. Даже конюшня с лошадками! Белая кобылка со звездой во лбу ‒ Эммануэль. Гнедой конь с чёрной развивающейся гривой и длинным хвостом ‒ Максимиллиан. Джейн обожала этот дом и мечтала жить также, как её длинноногая Барби. Посещать приёмы с подругами, выйти замуж за достойного джентльмена, нарожать красивых благородных детей.

А потом она поняла, что уже живёт в кукольном доме. И является безвольной куклой.

Джейн остановилась у лестницы и прижалась к перилам животом. Что же теперь делать? Что делать? Она испуганно оглянулась. Григор и Сандор увлеклись находкой. Кажется, они не заметили её уход. А что будет, когда Григор увидил, что она сбежала? Джейн вспомнила, как он дал её пощёчину. Раньше он никогда её не бил. Матушка говорила, что если мужчина поднимает на тебя руку, то он не джентльмен. Это недостойный человек. В хорошем обществе таких просто быть не может.

Джейн начала медленно спускаться вниз, утирая слёзы, обильно струившиеся по щекам. Но как же то чувство, когда Григор обнял её, прижал к груди, подарив безопасность и покой… Это было не то же самое, что их жаркие, короткие свидания. Джейн и правда почувствовала себя спасённой. Джоффри, вот, хоть и подал ей платок, но убежал, как подлый трус, когда застрелило бедняжку Игритт. Повезло Сансе, что Джоффри ей больше не жених. Она была такой славной! Тоже не заслужила оказаться здесь.

О Боже! Джейн только сейчас осознала, что Санса увидела её, рыдающую в объятиях Григора. Она не сумеет скрыть связь с Григором. У Сансы же нет мотивов промолчать. Ведь Робб ‒ её брат.

‒ Санса, ‒ Джейн вздрогнула, когда у подножия лестницы увидела её.

Санса нежно и встревоженно улыбалась. Она была такой милой, красивой. Даже теперь не растеряла достоинство и держалась как принцесса. Неожиданно Джейн почувствовала себя плаксой и замарашкой. Она невольно выпрямила плечи, утёрла слёзы.

‒ Ты что здесь делаешь в одиночестве, Джейн? ‒ обеспокоенно спросила Санса. ‒ Где Григор и Сандор?

‒ Они… осматривают комнаты наверху. Мне было страшно видеть тело мэра и я решила… поискать ловушки.

Джейн не знала, что заставило её сказать неправду. В последнее время ей постоянно приходилось лгать. Тайный роман с Григором так дурно на неё влиял… При мысли о нём сердце болезненно кольнуло.

‒ Давай сделаем это вместе. Так будет безопасней, ‒ Санса улыбнулась, подходя к Джейн и обняла её за талию.

Этого жеста хватило для того, чтобы та порывисто ответила на объятие, прижавшись к тёплому телу подруги. Было так приятно чувствовать, что её понимают. Наверное, Санса не стала бы упрекать за разрыв помолвки.

Разрыв помолвки…

‒ Послушай, Санса… Кажется… Я думаю, что моя свадьба с Роббом не состоится, ‒ медленно сказала Джейн. ‒ Ты ведь меня понимаешь?

‒ Конечно, дорогая, ‒ голубые глаза Сансы были исполнены сестринской любовью и заботой. ‒ Ты его любишь, да? Я о Григоре.

‒ Кажется… да, ‒ медленно кивнула Джейн. ‒ Наверное… Не стоило уходить от него. Я должна вернуться.

‒ Подожди! ‒ воскликнула Санса. ‒ Там комната! И открытая! Давай посмотрим, что внутри. Вдруг мы найдём подсказку или антидоты? К тому же, лучше тебе не идти к нему в таком виде. Ты вся растрёпанная и с красными глазами!
 

Gerda

Лорд
========== Глава 7. Птичка в клетке ==========

Санса поверить не могла такой удаче. После того, как Русе Болтон и Дейенерис с головой погрузились в яму со шприцами (изначально приготовленную для Теона), она тихо ускользнула. Антидот она уже получила, причём неожиданно быстро и легко. Не иначе как благосклонность фортуны! Конечно, если бы пришлось, она бы достала противоядие иным образом. Санса знала, какие ловушки расставлены в Доме, и как можно безболезненно раздобыть антидот. Конечно, легче всего было бы открыть сейф, но, отобрав шприц у бывшего жениха, Санса испытала истинное удовольствие.

Спокойной ночи, прекрасный принц. Покойся с миром!

У Сансы никогда не было действительно сильных эмоций. Все чувства казались ей слабыми отголосками. Как эхо. Или тень. Настоящие ощущения Санса испытала, когда выбиралась из лабиринта с колючей проволокой. Вместо того, чтобы ломиться как сумасшедшая, она дала себе время обдумать подсказку. Не говорил ли ей Конструктор тогда, что она сама позволила заточить себя в клетку, но путь к свободе куда прямей, чем ей кажется? К тому же, Конструктор проявил необычное знание и понимание… Сансе показалось, что он не только намекает на те случаи, когда она резала свою кожу ножом… Он знал, что для неё это не способ самоубийства, а форма обрести эмоции.

И почему столь жаркими чувствами её окутывало, когда рядом присутствовал Григор Клиган? Как горячая печь, излучающая тепло, растапливающая её внутренний холод…

— Смотри, ящик. А в нём антидот, — тихо сказала Санса, заводя Джейн в комнату.

Какая интересная ловушка… Здесь не было жуткой боли, преодоления. Лишь необходимость трезво размышлять. Если бы Джоффри не добыл антидот, Санса сама пришла бы в эту комнату и достала шприц. Ведь это было так легко. Но Джейн застыла в нерешительности.

— Нужно просто вставить руки и достать, — Санса улыбнулась. — Не бойся, я с тобой, милая. Если что, я подстрахую. Но я не вижу опасности.

— А как же ты? Ты ещё без антидота?

Санса мысленно напряглась. Нет, она не считала эту лживую сучку подругой до гроба. Но ей не нравились эти лицемерные высказывания. В хвалёном высшем обществе умели только лгать, льстить и интриговать. Такие с виду благодетельные девицы, как Маргери Тирелл или Арианна Мартелл, на самом деле были настоящими шлюхами. Санса сохранила свою девственность, разумеется, но как только будет возможно, отдастся Григору со всем пылом. Но ведь она так долго терпела, пока эти притворялись хорошими девочками! Лгали родителям в глаза, когда уезжали на ночёвки с парнями. Гуляли в злачных местах, как эта мерзавка Джейн. Санса никогда себе такого не позволяла! Она играла по правилам. Имела же она право хоть раз почувствовать себя счастливой!

— Мы можем поделить его на двоих. Мы ведь сестрёнки! Давай, Джейн! Твои запястья куда уже моих.

Кажется, сегодня она уже это говорила.

Санса напряглась, наблюдая за благостной дурой, которая, даже не подумав осмотреть комнату, сунула руки в стеклянный ящик. Теперь, когда Джейн стояла к ней спиной, Санса позволила себе змеиную улыбку.

Григор будет моим, тупая сучка!

Джейн тем временем подхватила антидот, но вот незадача…

— Санса, я не могу вытащить руки. Помоги мне! — позвала она.

Санса тихонько подошла к ней и встала напротив, наблюдая за испуганным лицом Джейн.

— Нужно было оглядеться, милая, — спокойно сказала она. — Прежде чем засовывать свои руки в этот ящик. Здесь, вообще-то, есть ключ. Если бы ты не была такой дурой, увидела бы сама.

В глазах Джейн мелькнуло удивление. Она уставилась на Сансу во все глаза. Какой напряжённый и интересный момент! Неожиданно интенсивное удовольствие растеклось по телу Сансы. Любопытно будет представить этот момент перед сном, когда она будет мастурбировать. Сколько новых фантазий в её копилку. Почти обнажённый Григор, ползущий в холодное чрево печки. Его скудоумная любовница, так глупо отдавшая свою жизнь… Санса закусила губу, прикрыв глаза на мгновение. Но приятный момент испортил испуганный писк этой дуры.

— Ключ? О чём ты, Санса? — всё также недоуменно спросила она. — Пожалуйста, помоги мне, сестрица.

Джейн дёрнула руками, но осколки стекла держали крепко, а кровь заструилась по её изящным запястьям.

***

Пёс быстро осмотрел коридор на втором этаже и побежал вниз. Гора искренне испугался за свою подружку. Как странно. Он не подозревал в братце-ублюдке такой человечности. Но и сам Сандор был встревожен. В уши до сих пор врезался исполненный отчаяния и смертной муки вой. ЧТО там происходило? Кто мог так кричать? Ему показалось, что кричала девушка. Санса… Неужели она попала в жуткую ловушку и там погибла?! Он ни за что себе этого не простит!

Пёс перепрыгнул через последние пять ступенек, приземлился и огляделся по сторонам. Он увидел входную дверь с надписью ВЫХОД. Помедлил. Санса… Но может, это не она. Нужно проверить. Это дело двух секунд. Вряд ли дверь окажется открытой. Забавная была бы шутка. Подойдя к двери, он обнаружил конверт, вставленный в щель. Внутри лежала записка. «Прими себя». Проклятые шарады не прекращались. Пёс сунул конверт в задний карман джинсов и озабоченно посмотрел на устройство, похожее на электронный замок. Очередной код? Но… Думать об этом времени не было. Санса или Джейн могли быть в беде. Пёс дёрнул ручку для проверки, но, конечно, дверь была заперта. Издалека доносились какие-то голоса. Может, Джейн встретилась со второй компанией?

Он быстро пошёл навстречу гулу и облегчённо вздохнул, узнав голос Сансы. Пташка жива и цела! И, судя по всему, Джейн находилась с ней. Он ускорил шаг. Голоса доносились из открытой комнаты. Сандор услышал обрывок разговора.

— …но я не понимаю… — голос Джейн прозвучал плаксиво. — За что ты так со мной, Санса? Пожалуйста, открой ловушку ключом и давай уйдём. Мне так страшно!

— Нет, сестрица. Боюсь, что не выйдет. Даже если бы я хотела… Это работает иначе. Но позволь, я тебе всё объясню. Никто не должен умирать без пояснения.

Пёс замер, боясь дышать. Что за хрень он только что услышал? Он шагнул вперёд и застыл, опасаясь, что скрипнет половица. Пришёл посреди разговора, сделал неправильные выводы. Ведь так?

— О чём ты, Санса? Ты меня пугаешь!

— Я хотела увидеть, как ты умрёшь, с тех пор, как узнала о твоей тайной интрижке с Григором. Какая же ты лицемерная сучка всё-таки!

— Но… я люблю его. Ты злишься из-за Робба? Я не хотела так с ним поступать. Он славный и хороший, правда…

Сандор изумлённо внимал. Санса сказала бранное слово. Она призналась только что, что желает Джейн смерти. Неужели он бредит? Но после противоядия газ не должен влиять на его психику. Ведь так?

— Причём тут Робб? — отмахнулась от слов Джейн Санса. — Григор должен быть моим. И он будет. Вот только выберемся из дома.

Пёс тихо съехал по стеночке, садясь на пол. И с какого момента его чокнутый братец стал влажной мечтой светских дев? К тому же… Он ведь предупреждал Сансу. Вернее, не так. Он огорчился после того случая с Джоффри. Санса, конечно, была благодарна за заступничество, но не более того. Смотрела на него далеко не так, как на красивых богатых парней. Ведь плескался в её взгляде восторг при виде Джоффри или Лораса Тирелла. Видимо, чувствуя себя обязанной, Санса согласилась пойти с ним в бар. Где Пёс хорошо налакался и выложил ей слезливую историю. О случае Григором. Каким же идиотом он был…

— Постой… Но вы ведь даже не были знакомы, — изумилась Джейн. — Или… Он за тобой тоже ухаживал? — в голосе её прозвучала невольная ревность.

— Если бы… — протянула Санса. — Впрочем, — тут же оживилась она, — Григор не интересовал меня до того момента, как его братец рассказал мне любопытную историю. Я и не думала, что это так меня возбудит.

Сандор закрыл лицо руками. Что за страшный сон… Пташка, милая, нежная пташка… использовала их историю, чтобы устроить это всё? Услужливо пришло воспоминание, как она требовала, чтобы он залез в печь. Это было… безжалостно. Ненормально.

— Ты о той истории, как Григор… изувечил Сандора? — шокировано спросила Джейн. — Боже мой, Санса! Это же ужасно!

— О да. Я знала, что ты не поймёшь. Мне всегда было одиноко среди вас, — сказала Санса. — Мне казалось, что я лишена возможности нормально чувствовать. Пока я не оказалась у Конструктора в первый раз. Ты не представляешь, что ощущает выживший человек. Когда он позволил мне участвовать в Играх… я осознала, что они дарят мне эмоции. Григор же… Он способен меня понять. Разделить это на двоих…

Сладострастие, смешанное с безумием прозвучало в нежном голосе.

Сандор Клиган поднялся с пола и медленно пошёл прочь.

***

Григор посетил комнату с Игритт и обнаружил у неё на затылке зелёную 34. Значит, появился шанс. Главное, чтобы Пёс нашёл Джейн. Она была ласковой и отзывчивой в постели, но храбростью и находчивостью не отличалась. Не хотелось ему, чтобы Джейн настигли неприятности. Особенно по его вине. А ведь слова этого упыря Русе Болтона задели Гору. И рассказанная Псом история… Ему показалось, или слишком многое крутилось вокруг его семьи? Открытка… Хотелось спросить у остальных, не оставил ли Конструктор памятные вещицы им тоже. Но все почему-то промолчали. Почему? Им ничего не подложили? Или в их прошлом таилось что-то жуткое? То, о чём не захочешь рассказывать посторонним?

Гора не удивился бы, учитывая личность Русе Болтона. Слухи о нём ходили разные. Не самые приятные. К тому же… Странная смерть мэра… Григор хорошо рассмотрел устройство, в котором Роберт Баратеон потерял жизнь. Три отверстия… Предположим, мэр действительно бросился в ловушку очень быстро. А с другой стороны, механизм гудел довольно долго. Вытащить руку, пока это работает, может, и нельзя было. Но если Баратеон умер от кровопотери… Почему не все они вставили свои руки? Конечно, далеко не каждый бы так поступил. Или необходимо было сделать это одновременно, а потом это было невозможно? Но Русе Болтон определённо солгал, заявив, что не успел ничего сделать. Неужели мэр стал бы один вставлять руку и благородно умирать?

Не только это тревожило Гору. Его волновала и другая мысль. ОТКУДА Конструктор знает об этом случае? Это не та проделка, которой будешь похваляться перед парнями за выпивкой в баре. Отец очень деликатно сообщил об этом психотерапевту Давосу, которого сковывала врачебная тайна. К тому же, Сиворт Давос казался последним человеком, который так поступит с пациентом. Ожоги Пса отец всем объяснял, как несчастный случай во время пожара. Вряд ли он стал бы трепаться. И если рассказали об этом не они, оставался Пёс. Кому же он мог рассказать?

Погружённый в мысли, Гора наткнулся на брата, который поднимался вверх по лестнице.

— Ты что здесь делаешь? Нашёл Джейн?

Пёс покачал головой, посмотрев на Григора пустыми глазами.

— Точнее, да, нашёл, — бесцветным тоном сказал он.

Сердце Горы ухнуло вниз. Вид у братца был такой, словно он там увидел освежеванный труп.

— Она что… мертва? — голос Григора неожиданно охрип.

Сандор сокрушённо покачал головой.

— В ловушку попала. С ней Санса.

Механизм, рассчитанный для двоих?

— Так… пойдём. Может, их можно спасти, — решительно сказал Гора.

К тому же, ему и так нужно проверить затылки всех присутствующих. Санса Старк… Что-то в ней смущало.

— Её уже не спасти, — Пёс хихикнул странным потусторонним смешком.

Григор решительно схватил брата за плечи и тряхнул.

— Времени нет! — зарычал он. — Очнись! И поясни, какого чёрта здесь происходит!

— Это была Санса, Григор. Она сказала Джейн, что та умрёт в ловушке, чтобы ты мог быть с ней, — как-то непонятно выразился Пёс. — Ей так понравилась наша история, что она в тебя влюбилась. Умеешь ты прельщать светских девушек. Кто бы мог подумать?

— ЧТО ты несёшь? — спросил Гора, который не понял большую часть из всего этого бреда.

— Тебя ведь тоже удивило, откуда он знает нашу историю? А я Сансе рассказал однажды, когда был пьяным. Она сейчас Джейн говорила, что её это возбудило. И как ей нравятся Игры Конструктора. Она думает, что ты её поймёшь, Григ!

Гора выпустил брата, который явно впал в какой-то ступор. О Семеро!

— Сандор, не стой истуканом, залезь и добудь шприцы!


Вот какая фраза тревожила его всё это время! Откуда она могла знать, что они ищут шприцы? Ведь Конструктор не упоминал этого в плёнке. А Санса произнесла это до того, как они заглянули в печку.

— Боже, Сандор, надо спасти Джейн, пока не поздно!

Пса, всё-таки, встряхнули эти слова. По крайней мере… Он привёл Гору к комнате, откуда всё ещё доносились звуки разговора.

— Но ты же… Ты же так мило себя вела, Санса. Как ты можешь быть такой?

***

Санса легко усмехнулась. Откинула прядь волос со лба.

— Я всегда неплохо притворялась. В детстве ещё поняла, что меня любят, только когда я веду себя так, как им нужно. А в противном случае меня упрекали, стыдили и наказывали. Если я не делала что-то выдающееся, меня вообще игнорировали. Не то что Робба, Брана или Арью. Их-то любили, — лицо Сансы исказилось в пугающей гримасе. — Я научилась давать родителям то, что они хотели. Тебе ведь было неудобно врать, чтобы прикрыть свидания с Григором? То, чего ты действительно хочешь. А я всю жизнь провела во лжи. Но встреча с Конструктором стала началом новой жизни. С ним можно не притворяться. И думаю, с Григором будет точно также.

Санса улыбнулась. Кровь стекала струйками по запястьям Джейн. Интересно, сколько эта дура продержится? Вряд ли долго. Она успела уже закашляться и в судорогах пролить драгоценный антидот. По бледному, искажённому лицу стекали кровь, сопли и слюни. Видел бы её сейчас Григор!

— Не волнуйся. Я не стану рассказывать Роббу, какой двуличной сучкой ты была. Когда я выйду из Дома, мой братец узнает, что ты умерла с его именем на губах.

— Если ты выйдешь из дома.

Санса вздрогнула, услышав хорошо знакомый голос. В дверях комнаты показались братья Клиганы. Интересно, сколько они могли услышать?

— О чём ты, Григор? — удивлённо спросила она. — Бедная Джейн! Я только что нашла её здесь! Может, вам удастся её освободить?

Она мастерски изображала недоумение. Часами тренировалась перед зеркалам, имитируя разные эмоции. Кроме того, Санса посещала театральный кружок в школе и усиленно наблюдала за людьми. Ведь, по сути, Санса не понимала чувства, которых не испытывала. Она спокойно анализировала и препарировала мысли своих подруг, чувствуя лишь лёгкое презрение. Слишком хорошо знала, как мыслят эти надменные пустые курицы.

— Не лги, Санса, — мелодраматично сказал Пёс. — Я слышал ваш разговор. Ты сказала, что тебе понравилась та история. Что Григор - как раз тот, кто может тебя понять.

Она сложила руки на груди. Сандор казался смертельно оскорблённым. А что ей следовало сделать? Дать ему прямо на школьной парте в благодарность за фингал, поставленный Джоффри?

— Ты заставила Джейн влезть в эту ловушку, — грозно заявил Григор.

Санса вспомнила, как он избивал Джоффри. Сейчас, кажется, Гора был очень зол. Неумение испытывать сильные чувства тут только мешало ей. Что его так задело, любопытно? Неужели глупый не понимает, что это всё из чувств к нему?

— Вовсе нет, — Санса пожала плечами. — Она сама засунула туда руки. А могла подойти к ящику с другой стороны и повернуть ключ.

Гора тут же ринулся проверять её слова. Неужели ему так важна эта падаль?

— Как ты могла, Санса? Ведь… я считал, что ты…

Она досадливо махнула рукой.

— Идеальная девочка? Милая леди? Чёртова пташка? Да иди ты [в пекло!], Сандор Клиган! Чего ты от меня хочешь? Трахнуть? Или в клетку посадить, чтобы чирикала? Не выйдет! Ты такой же, как они все! Вечно все от меня чего-то хотят!

У Санса вырвался невольный крик, лицо её покрылось некрасивыми красными пятнами. Она встретилась с шокированным взглядом Пса. Санса злорадно улыбнулась. Неужели Сандор думал, что она будет с ним из жалости встречаться? Или пожалеет после той сопливой истории?

— К тому же… Ты просто жалок. Смешон и жалок, — засмеялась она. — Ты бы не осмелился залезть в печку. Так бы и торчал там, пока не сдох бы от газа. Разве не…

Санса вскрикнула, когда Григор передвинулся к ней и дал ей хорошую затрещину. Она медленно осела на пол, неудачно ударившись головой об стену. Из глаз, словно в мультфильме, полетели звёзды…

А потом Санса погрузилась в беспамятство.

***

— Пташка! — закричал Пёс, кинувшись к девушке, которая валялась на полу в обмороке. — Что ты сделал, ублюдок? Я тебя…

Он ринулся к Григору, который остановил его, удержав на расстояние вытянутых рук, которые упёрлись в грудь Пса. А потом Гора сжал запястья брата и потянул вниз, разводя в стороны.

— Тихо, — негромко сказал он. — Нужно было её остановить. Сейчас мы должны помочь Джейн, Сандор.

Пёс моргнул, сбрасывая наваждение. Серые глаза блестели от слёз. Боже мой… Сколько лет ему снилось всё это в кошмарах. А пташка просто посмеялась над ним. Как же он будет жить дальше? Что будет с ней? Или Санса не в себе? Сошла с ума от ядовитого газа и бредит?

— Хорошо, — послушно сказал Пёс, поднимая взгляд к ящику. — Что нужно делать?

— Откроем его ключом. Засунешь туда руки и придержишь стекло, которое мешает Джейн. А я помогу ей вытащить. Джейн, слышишь? Мы сейчас тебе поможем, — сказал Григор. — Только не дёргайся, милая, хорошо? Я знаю, что ты очень испугана, но мы хотим тебе помочь.

— Григор… — всхлипнула она. — Прости… Я так испугалась и… Но я…

— Знаю. Но ты сейчас не думай об этом. Давай я начну вытягивать твои бедные ручки, а ты мне будешь помогать.

Пёс взял ключ, о котором так уверенно говорила Санса, и вставив его в отверстие повернул. Он не верил, что ящик откроется. Это было бы слишком просто! Вдруг это очередная извращённая шутка? Но он открылся. Санса знала. Сандор почувствовал, как сердце сдавливает ледяная рука. Но сейчас важнее помочь Джейн. Пёс вставил руки в отверстие.

— Две сразу я не удержу, — сказал он.

Чтобы не порезать все пальцы к чёртовой матери, Сандор подтянул рукава и раздвинул проклятые стёкла. Конечно, порезы у него были, но не такие серьёзные. А Григор ласково разговаривая с Джейн, помог ей вытащить одну руку. Потом они точно также вытащили и вторую. Пёс выдохнул. Хоть что-то хорошее.

— Нужно их перевязать, — озабоченно сказал Гора.

Сандор кивнул и оторвал кусок ткани от своей рубашки.

— Думаю, это подойдёт. Ты как, Джейн?

Девушка всхлипывала и выглядела мертвецки бледной, но, к счастью, вены себе не перерезала. Наверное, потому что застыла в шоке, выслушивая мерзкие откровения Сансы. Это вместо того, чтобы дёргаться, биться, как в силке, и кричать. Пёс безучастно посмотрел в сторону пташки. Или какой уж там пташки…

— А что с ней будем делать? — тихо спросил он, пока Гора перевязывал раны Джейн.

— Для начала затылок посмотрим… Хотя… По логике, у радуги же семь цветов, — задумчиво сказал Григор. — Джейн, крошка, дай я посмотрю кое-что…

Он перекинул тёмные волосы через плечо девушки, мимолётно поцеловал её в шею, а потом удовлетворённо улыбнулся.

— Есть! Синий 451.

После этого Гора подтолкнул Джейн к Псу, который осторожно придержал девушку за талию. Он направился в сторону Сансы, которую бесцеремонно приподнял. Голова девушки свесилась на грудь, а Пёс с глухим томлением вспомнил цветочный аромат её локонов.

— Номера нет, — торжествующе сказал Григор. — Но и не могло быть. Если она помощница Конструктора.

— А что тебя так обрадовало? — тяжело вздохнул Пёс.

— Если она помощница маньяка… Она должна знать, как отсюда выйти. Есть шанс выйти отсюда, не отгадывая чокнутые загадки и не засовывая части тела в ловушки.

— Но даже если так… С чего ты решил, что Санса нам расскажет? — спросил Сандор.

Григор улыбнулся, подхватывая девушку на руки.

— Расскажет. Я её допрошу.

Псу очень не понравилось выражение лица Горы.
 

Gerda

Лорд
Глава 8. Пиявка

— Проклятое невезение, — Русе Болтон закашлялся и изо всех сил ударил рукой об стену.

До боли. До крови. Он достал из кармана пиджака аккуратный платок и деликатно отвернулся, сплёвывая красную слюну. Почему же они не успели? Ответ лежал на поверхности. Эта проклятая выгребная яма была переполнена шприцами. Интересно, где Конструктор столько достал? Работал в больнице? Годами копил шприцы, хватал их и прятал после каждого укола? Маловероятно. Русе не мог представить, чтобы убийца искал их в помойке на задворках клиник. Слишком выделяющееся поведение. Или он отдал кому-то экстравагантное распоряжение? Владел собственной клиникой, где мог заказывать музыку? Можно было бы уцепиться за эту нить. Русе Болтон твёрдо знал, что не оставит это дело просто так. Ведь его жизни угрожали, а он не любил угрозы. К тому же… Он до сих пор не добыл противоядие. Газ начал влиять и на него. Что будет с ним, если он доберётся до антидота достаточно рано, чтобы выжить, но слишком поздно, чтобы сохранить здоровье? Здоровье слишком ценный актив. Не стоит им пренебрегать. Конечно, Конструктор мог предлагать им не спасение, а другой медленно действующий яд. Весёлая была бы шутка. Но Русе в этом сомневался. Своеобразный шанс Конструктор давал всем своим жертвам.

— Лучше пойдёмте дальше, — сказала Дейенерис, заходясь сухим кашлем. — Пока есть силы достать шприцы.

Он кивнул. Разделяться, с одной стороны, было опасно. Не зря же сквозь времена всё ещё звучала цитата «Разделяй и властвуй», применимая и в бизнесе, и в личной жизни. Конструктору очень даже удобны жертвы, которые разбежались и действовали порознь. Но Русе хотелось оказаться в стороне от братьев Клиганов. Такие здоровые парни могли пригодиться, когда требовалась грубая сила, но использовать их, как Роберта, вряд ли удастся. Своенравные и опасные. Оставалось радоваться, что Санса Старк куда-то испарилась. Он искренне сомневался в том, что она появится за спиной и всадит кинжал между лопаток. Однако было в ней что-то странное. Вернее, проявилось. Русе Болтон знал Сансу милой и нежной девочкой с безупречными манерами. Однако тут он увидел нечто совсем иное. Санса приподняла маску, а наличие маски говорило, по меньшей мере, о том, что ей есть что скрывать. Возможно, Санса была хищницей сама по себе, и это не имело отношения к Конструктору. Или она была помощницей. Правда, то, что Санса присвоила антидот Джоффри, ничего не доказывало. Они с Дейенерис тоже спасались, как могли, и это не делало их маньяками. Хотя Дейенерис Таргариен вполне могла помогать Конструктуру, с такой-то генетикой и мотивами. Но не стоило ударяться в паранойю…

— Да, — Русе согласно кивнул.

Они продолжили путь, разглядывая стены, пол и потолки. А потом он увидел очередную комнату.

— Заходите, мистер Болтон, — Дейенерис сделала насмешливый жест, предлагая ему пройти первым.

До этого момента Русе пропускал других. Он всегда держался осторожно, предпочитая проверить информацию и первым делом заслать разведчиков. Такое поведение окупалось в бизнесе и политике. Здесь же на кону была жизнь, которой Болтон дорожил. Он был преуспевающим политиком и богатым человеком. Растил троих детей, которым требовался отец. Тщательно заботился о здоровье. Умереть из-за нелепой случайности ему совершенно не хотелось. Впрочем, здесь следовало опасаться не только ловушек, но и людей. По крайней мере, некоторых. Именно поэтому Русе решил отделиться от Клиганов. После выходки Клигана-старшего он опасался находиться в обществе его сыновей. Если вся семья буйно-помешанная, лучше держаться от них подальше. Джейн Вестерлинг могла быть полезной в качестве жертвенного ягнёнка, но она вцепилась в Григора Клигана, что говорило о близкой связи. Вот Старки-то порадуются! Если Джейн не погибнет, конечно. Джоффри Баратеон после смерти отца сник и его можно было бы использовать, но это уже сделала Санса Старк. Объединяться с ней тоже было опасно. Оставалась лишь Дейенерис Таргариен — тёмная лошадка. Явно не глупая и сдержанная девушка, привычная к опасности. Единственный стоящий союзник, которого явно не стоит насильно запихивать в комнату первым…

Русе толкнул ветхую с виду дверь, которая со скрипом распахнулась. Он помедлил на пороге, оглядывая помещение. Русе увидел в центре комнаты маленький стол, на котором стояло устройство, которое напоминало весы, заточенные в стекло. Маленькое отверстие внизу. Наверняка на одной чаше весов лежал антидот. На столе лежал толстый конверт, в котором явно лежало что-то большее, чем просто записка. Русе подошёл к столу, поднял конверт и прочёл своё имя, писанное алыми буквами. Как удачно. Эта ловушка была приготовлена именно для него.

— И какие же скелеты в шкафу скрывает Русе Болтон? — с нотками игривости спросила Дейенерис, чьё присутствие он ощущал за своей спиной.

— Те, о которых почти никто не знает, моя милая, — мужчина легко улыбнулся ей, доставая из конверта диктофон.

Он немного поколебался, прежде чем включить запись. Конструктор слишком много знал. Не хотелось вываливать свои секреты перед Дейенерис Таргариен. Он не был уверен в том, чего от неё ждать. Впрочем, Дейенерис тоже есть что скрывать.

«Приветствую вас, мистер Болтон. Всю свою жизнь вы пили чужую кровь. Вы построили свою империю на крови обманутых сотрудников и конкурентов. Вы используете всех и вся, даже собственных детей. Вы пиявка, мистер Болтон, но, как ни забавно, сейчас, чтобы выжить, вам придётся отдать свою кровь. Устройство перед вами — это весы. Обе чаши находятся в равновесии. Для того, чтобы опустить одну из них вниз и завладеть антидотом, вам придется вонзить иглу в вену. Механизм заработает, кровь под давлением начнет поступать в цилиндр, он наполнится и постепенно опустит чашу весов вниз. Сколько крови вы готовы потерять ради того, чтобы жить, мистер Болтон? Надеюсь, вы наконец научитесь жертвовать СВОЕЙ кровью. Выбор за вами».

***

К чести Русе Болтона, держался он хорошо. Дейенерис даже восхитилась подобной выдержкой. Правда, это могло объясняться психопатическими чертами. Проблемами с эмоцией и эмпатией. Хорошего союзника она себе выбрала… Но, с другой стороны… Если бы выжил Роберт Баратеон, Дейенерис не позволила бы такому человеку защищать себя. Несмотря на его храбрость и способность к самопожертвованию. Слишком долго она ненавидела Баратеона, мечтая о сладкой мести. Братья Клиганы держались вместе и, скорее всего, были просто здоровыми парнями, которые решали все проблемы при помощи кулаков. Но что, если за этим крылось нечто большее? Сын мэра казался малоприятным типом. Трусом и снобом, который наверняка многих успел достать. Но почему Григор Клиган так резво бросился его избивать? Что это? Тёплое отношение к покойной девушке? Неприязнь лично к Баратеону? Или несдержанность? Может быть, Григор Клиган — безумный пёс, от которого лучше держаться подальше. Девица, с которой он возился, казалась просто перепуганной светской курицей. Оставалась ещё Санса Старк, но Дейенерис было не по себе, когда она вспоминала хищную улыбку на лице рыжеволосой девушки. На мгновение Дейенерис показалось, что с красивого девичьего личика на неё смотрят холодные и бесчувственные глаза рептилии. Оставался только Русе Болтон. Не самый надёжный союзник, но какой есть.

Дейенерис не хотела заходить в комнату вперёд него. Отчасти из опасений, что там за ловушка. А ещё ей не хотелось оставлять за спиной такого человека. Пока Русе Болтон прослушивал запись, Дейни озиралась по сторонам в поисках предмета, которым можно будет защититься, если Болтон вздумает использовать её. К сожалению, Дейни ничего не нашла. Встревоженно она внимала металлическому голосу Конструктора. Кровь…

— Он знал, — дрогнувшим голосом сказала Дейенерис. — Знал, что мы так поступим.

Русе Болтон медленно повернулся к ней. Лицо его ничего не выражало, но глаза потемнели. Девушка напряглась. Если Болтон на неё набросится, она сделает, как учил Визерис. Братец некоторое время увлекался каратэ. К сожалению, он искренне верил, что после года тренировок ему можно выдавать чёрный пояс. Когда этого не произошло, Визерис гордо отказался заниматься дальше. Но кое-чему он Дейни всё-таки научил. Она вскинула голову, незаметно вставая в нужную позицию, чтобы было легче обороняться.

— Огромное искушение избавиться от врага, правда, Дейенерис? — мягко спросил Русе Болтон.

Дейни настороженно следила за ним.

— Как и использовать кого-то другого сейчас, да, мистер Болтон? Устройству нет дела, чья там кровь. К слову, Игритт всё ещё лежит неподалёку.

— Не подойдёт, — покачал головой Русе. — Григор Клиган может озаботиться этим вопросом. Не говоря уже о полиции. Они не любят, когда трупы передвигают.

Дейенерис задумчиво кивнула. Да, Григор Клиган с его габаритами, чего доброго, и кулаком голову проломит. Ему бы огромного вороного жеребца, чёрные доспехи, да острое копьё. Хоть сейчас выпускай против отряда врагов.

— Мне нравится, что вы не теряете веру в будущее, — заметила она.

Сердце трепетало, а в крови её стремительно распространялся неразбавленный огненный адреналин. Девушка подобралась, готовая защищать себя любой ценой. Удар ногой в пах. Вот лучший способ. Её крики и мольбы о помощи могут и не услышать. Особенно, если Русе Болтон оглушит её. К тому же, Дейенерис давно уже поняла, что не стоит ни на кого рассчитывать. Выживать нужно самой. Доверять можно лишь себе. К тому же, унижаться и вопить, как истеричная девочка… Что-то в глубине души противилось этому. Возможно, дело было в замашках брата. Он разъезжал по дальним родственникам и знакомым, выпрашивая у людей что-то, чтобы улучшить их жизнь. Забавно, что это никак не ущемляло его достоинство. Дейенерис же надоело улыбаться и лебезить. Благотворительность всегда была в моде, но роль побирушки, которую облагодетельствовали, Дейенерис претила. Она знала, что за глаза Визериса называют принцем-попрошайкой. Не хотелось думать, какие прозвища дают ей. Хорошо, что покойный муж избавил Дейенерис от нищеты, оставив ей состояние. Разумеется, она не желала ему смерти, но Дрого жил среди опасных людей и занимался преступной деятельность. Поэтому Дейенерис снова осталась одна. Никто не защитит её сейчас, кроме неё самой.

Не стоит бить Русе Болтона руками. Вступать с ним в ближний контакт. У него преимущество в росте и весе. Ничто не помешает мужчине оглушить её и воткнуть иголку в вену.

— Предпочитаю действовать и рассчитывать, а не полагаться на веру.

Русе Болтон оценивающе на неё смотрел. Дейенерис решила, что будет действовать безжалостно. Конструктор только что сказал, что Русе Болтон убивал конкурентов и спокойно высасывал кровь из людей, чтобы добиться своего. Они сотрудничали, когда выбирались из первой комнаты. Понимали друг друга с полуслова. Но отдавать за него жизнь Дейенерис не станет. Ей было наплевать на моральные качества Русе Болтона. Она не охала и не заламывала руки. Лицемерно и смешно после Дрого, который управлял преступным кланом, который промышлял торговлей людьми и заниматься вымогательством. Но жалеть такого, как Русе Болтон, Дейенерис тоже не будет.

А ты здесь оказалась тоже потому, что тебя не за что жалеть?

***

Русе задумчиво смотрел на Дейенерис Таргариен. Да, жаль, что нельзя использовать тело Игритт. Сгодилась бы и Джейн Вестерлинг. К сожалению, в этом ему мешал один и тот же человек. Не хотелось лишиться сознания или оказаться беспомощным, если бы Григор Клиган вспылил. Русе, впрочем, мог использовать Дейенерис. Кажется, ей эта мысль тоже пришла на ум. Она тут же подобралась, приняла боевую стойку, показывая, что кое-какими приёмами владеет. Русе мог бы наброситься на неё, ударив головой об стол, только вот… В ситуации было несколько непредсказуемых переменных, а ведь даже один фактор — это риск.

Во-первых, Русе не знал, насколько хорошо Дейенерис владеет приёмами. Он, конечно, поддерживал себя в хорошей форме. Фехтованием увлекался в юности, охотой теперь. Боксировал в колледже. Но не был кандидатом в мастера спорта. Может, знания у Дейенерис из телевизионных передач. Но как она жила до сих пор, неизвестно. Возможно, девушка действительно умеет драться, и есть риск, что уже она оглушит его. Во-вторых, Дейенерис могла поднять крик. Неизвестно, услышали бы её или нет, но если да, сюда могли примчаться братья Клиганы. Ведь за Джейн Григор Клиган присматривал, погибшую Игритт защищал. К тому же, Русе было бы сложно объяснить такое и присутствующим, и на последующих допросах. И наконец, выживи Дейенерис, можно было бы забыть об их договорённости насчёт Роберта. А если он позволил бы девушке погибнуть в ловушке, предназначенной для него, это вызвало бы дополнительные вопросы.

— Ваша ловушка менее смертельная, чем ловушка мэра, — заметила Дейенерис.

Да, она рассчитана на одного человека. И Конструктор всегда давал шанс. Умная девочка, Дейенерис.

— Я вижу. Поэтому рискну, — Русе улыбнулся, наблюдая за тем, как Дейенерис медленно расслаблялась.

Он мог бы напасть на неё прямо сейчас. Когда у неё возникла надежда. Ошарашить, скрутить и быстро ударить головой об стол. Да, девочке нужно многому научиться, но потенциал у неё есть.

— Поторопитесь… Время уходит, — слова вырвались у Дейенерис немного поспешно.

Она ждала подтверждения, что он, правда, сделает это сам, не набросится на неё, чтобы высосать чужую кровь. И тут Русе сделал то, чего не делал много лет. Открыто и громко рассмеялся. Возможно, дело было в действии газа, влияющего на центральную нервную систему. Или его развеселила ситуация. Голубые глаза Дейенерис удивлённо расширились, девушка остолбенела, а это веселило Русе ещё больше. Но она была права.

— Если вы подождете несколько минут, я буду весьма признателен, — по-светски и не без иронии сказал Русе, всадив иглу в свою руку.

Его кровь медленно потекла по прозрачной трубке. Она была красной, а вовсе не голубой.

***

Дейенерис чувствовала облегчение, которое заполнило всё её тело. Ментальная схватка с Русе Болтоном потребовала немалого напряжения. Ноги едва не подкашивались, а спина покрылась мерзким, липким потом. Или на неё просто влиял газ. Она снова закашлялась и на этот раз сплюнула на ладонь сгусток крови. Кровь, проклятая, мерзкая кровь, которая сейчас перевешивала чашу весов. Русе Болтон стоически терпел, не морщась и не кривясь. Впервые, наверное, он заплатил за что-то, не торгуясь. По чужой, установленной цене. Что же, Конструктор был жесток, но последователен. Его безжалостная логика и умение просчитать ситуацию почти восхищала. Вот только… Согнувшись, чтобы не выхаркать лёгкие, Дейенерис подумала, что дифирамбы ему она петь не будет. Если, конечно, выживет.

— Хотите, я вколю вам антидот?

Дейенерис предложила это без задней мысли. Не собиралась она хватать чужой шприц, как Санса Старк. Не из-за того, что была в восторге от личности Русе Болтона, конечно. Визерис, наверняка, поступил бы именно так. Но ей не хотелось опускаться под влиянием этого жуткого места и прессинга со стороны маньяка. Он ведь хотел, наверное, чтобы они превратились в бесконтрольных животных.

— Да, — Русе Болтон, помедлив, кивнул.

Он сильно побледнел. Возможно, крови пришлось отдать слишком много. Но на ногах мужчина кое-как держался. Дейенерис взяла антидот. Рука её задрожала. Она закусила губу, подавляя соблазн. Нет. Нужно сделать то, что обещано. Таргариены держат своё слово. Дейенерис нащупала вену и вонзила в неё иглу, а потом надавила на шприц, вливая в кровь Болтона противоядие.

— Вот и всё. Поздравляю вас со второй жизнью, — с мокрыми глазами улыбнулась она.

— Благодарю, — церемонно кивнул Болтон, прилагая явные усилия, чтобы держаться, как джентльмен, и вообще на ногах. — Пойдёмте. Времени мало. Нужно найти антидот и для вас.

— Вы идти сами сможете? — поинтересовалась Дейенерис.

— Бывало и хуже, — сказал мужчина. — Вообще-то, для здоровья я использую пиявок.

— О Боги, какая мерзость!

Теперь, разнообразия ради, Дейенерис подала руку Болтону. И он благодарно её принял. Да, следовало признать, что маньяк не обделён чувством юмора. Пиявки… Дейенерис внутренне содрогнулась.
 

Gerda

Лорд
Глава 9. Доверяй мне

Григор подхватил лёгкое тело Сансы Старк и, перекинув через плечо, вынес из комнаты. Пёс поспешил за ним, удерживая за талию Джейн, которая запнулась на пороге. Неожиданно она панически закашлялась, оставляя следы крови на платье и футболке Пса. Ах, проклятье, ведь у неё нет противоядия!

— Ничего, мы достанем тебе антидот, — прошептал Сандор, ускоряя шаги, чтобы догнать Гору. — Что, чёрт побери, значит «допрошу»?! — крикнул он в спину брата.

Григор не остановился. Он целеустремлённо шёл вперёд. Рыжие волосы Сансы рекой шёлка стекали по широкой спине брата.

— Григор! Твою мать! — рыкнул Пёс.

— Ну что? — повернувшись, наконец, снизошёл Гора. — У меня нет антидота. У Джейн тоже. И не знаю, что там у других. Девчонка может знать, как выйти. Без напрасных жертв. Неужели непонятно?

Сандору было понятно, но легче от этого не становилось. Наоборот. Зная, на что Григор способен, Пёс опасался. За Сансу? Или за неожиданный хрупкий союз с братом, который оказался не совсем таким, как Пёс думал?

— Что ты хочешь делать с ней? — встревоженно спросил он.

Последний болван, который всё ещё волновался за девушку своей мечты. И это после всего услышанного! Может… Вдруг это бред? Страшный сон? Ну не могла пташка… Как же это возможно?

— Вот что, — Григор опустил Сансу на пол и, сев на корточки напротив, отвесил ей пару пощёчин.

Она застонала, заёрзала, приподнимаясь, и прислонилась к стене. Пёс невольно подался к ней, но резко остановился. Чёрные ресницы затрепетали, а потом она открыла прекрасные голубые глаза.

— Что… — проговорила она, окидывая их растерянным взглядом. — Что происходит?

Григор наклонился к ней.

— Сейчас я тебе поясню, — усмехнулся он. — Мы здесь с тобой в Доме с игрой. Ну так давай я тоже с тобой сыграю. Правила очень просты. Я задаю вопрос. Ты на него честно и подробно отвечаешь. Ясно?

Санса глядела на него с таким искренним удивлением, что у Сандора стиснуло сердце. Вдруг это какая-то ошибка? Джейн прижалась к нему, положив голову на его плечо. Пёс заботливо обнял девушку, которая явно совсем ослабела и едва держалась на ногах.

— Что? Я не понимаю.

Григор отвесил Сансе новую пощёчину. Девушка ахнула и прижала руку к лицу. По щеке её начало расползаться красное пятно. Она прислонилась к стенке, отстраняясь от Горы.

— Мы слышали всё, что ты тут говорила, — Григор сел на пыльный пол, упираясь ступнями в стену напротив Сансы, не давая ей возможности убежать. — Ты второй раз в игре… Была готова убить Джейн… Скажи, как отсюда выйти. Скажи честно, Санса, — он мимолётно улыбнулся, проводя пальцами по подбородку девушки. — Сэкономь нам время. Обойдёмся без жертв.

Псу показалось, что брат говорит о ней самой. О жертвах, которые придётся принести ей, если не пойдёт на его условия. Но пока… Пока брат не слетал с катушек. Говорил взвешенно и спокойно, даже предлагал варианты. Если так подумать, Пса куда больше шокировало то, что Санса говорила до этого. Семеро, она сказала, что её возбудил тот случай. Неужели она говорила это в здравом уме?

— Я не знаю, — сказала она. — Прекрати… У нас мало времени. Нужно достать антидот для тебя, Григор.

Опять… Опять Санса говорил своим нежным голоском нечто… Нечто намекающее на интерес к его старшему брату.

— А я уверен, ты знаешь, где этот хренов крест, что нас объединяет, и как отсюда выйти. Ты ведь знала, что антидоты выглядят, как шприцы, Санса, — более сильный удар, голова девушки ударилась бы об стену, не подставь Григор руку.

— Да я не понимаю, что ты говоришь! — воскликнула Санса. — Сандор, помоги мне, прошу! Не знаю, что твой брат от меня хочет! Может, он с ума сошёл?

Пёс застыл. Если бы Санса не говорила до этого о том, что ради Григора готова отправить Джейн на заклание… А теперь просит о помощи милым нежным голоском, от которого, он мог поклясться, у покойника бы встало. Смотрит красивыми голубыми глазками и приоткрывает черешневые губки. Здесь, посреди всего этого дерьма!

— Ладно… — протянул Григор. — Вижу, ты не хочешь по-хорошему. Поговорим наедине.

***

Санса не успела перевести дух, как Григор рывком схватил её за волосы и поднял на ноги. Несмотря на происходящее, она восхитилась его силой. Григор явно злился. Её щеки горели, а в голове гудело после затрещин Горы. Румянец разгорался, лицо пылало, сердце быстро колотилось, а по крови огненной рекой растекался адреналин. Давно Санса не чувствовала себя такой живой. От жаркой близости сильного тела Горы спёрло дыхание…

Григор пошёл куда-то, держа её за волосы и таща за собой. Санса, спотыкаясь, спешила за ним. Если бы она остановилась, то Гора, наверняка, продолжал бы волочь её, оставляя пыльный след на полу. Пёс растерянно подался за ними, поддерживая живую, но потерянную сучку-Джейн. Проклятье, почему же они не пришли десятью минутами позже? Но, судя по крови на платье стервы, газ ещё может сделать своё дело.

— Григор! Постой! Что ты собираешься с ней делать? — лицо Пса исказилось, выражая смятение.

— Мы поговорим, — сказал Гора. — Иди… Иди, посмотри, где остальные. Узнай цифры. Достань антидот.

Санса удивилась. Как он доверял брату, которого изувечил. Или за этим крылось что-то другое? Григор втащил её в первую попавшуюся комнату и швырнул на пол. Сансе показалось, что Сандор кричал что-то им вслед. А потом Гора закрыл дверь и встал в проходе. Его огромная фигура возвышалась над Сансой, которая лежала на полу, опираясь на локти и слегка раздвинув ноги. Она улыбнулась, заметив, что взгляд Горы невольно скользнул по ножкам, которые обнажились до бёдер. Санса не стала одёргивать подол. Старые Боги свидетели, если бы Гора лишил её девственности прямо здесь, на пыльном полу, было бы замечательно.

Но дух вышел из Сансы, когда она, отклонив голову назад, осознала, ЧТО это за комната.

— Григор, нам нужно отсюда уйти. Немедленно, — тревога вкралась в её голос впервые за всё время.

— Я так не думаю. Теперь мы наедине. И можем поговорить по душам.

Гора усмехнулся, разминая пальцы. Готовился к сеансу пыток? Боги, через несколько минут ловушка активируется.

— Хорошо, — ласково сказала Санса. — Давай поговорим, Григор. Скажи… Почему ты на меня так злишься? Неужели из-за моих чувств?

Нужно узнать ответ на самый важный вопрос. А потом убедить его послушаться, довериться. Ей не хотелось умирать, когда всё так хорошо складывалось!

— Мы здесь не для этого! — Гора явно опешил.

— И всё же? — улыбнулась она. — Неужели так сложно ответить на мой вопрос?

Григор вздохнул, доставая зажигалку, и нервно ей щёлкнул. Боги… Неужели он решил пытать её огнём? Это было бы… забавным раскрытием его истинной сущности. Санса почувствовала разбегающийся внутри страх, смешанный с возбуждением. Глаза её загорелись, а губы невольно приоткрылись. Она кокетливо перекинула волосы через плечо. Интересно, а изнасилование в его понятие о пытках входит?

— Проклятье, ты знала о том, что произошло с моим братом, и хотела засунуть его в печку!

— И это всё? — немного разочаровалась Санса.

— А что ещё, чёрт побери? — раздражённо спросил Гора. — Нужно быть ненормальной, чтобы такое понравилось! Но я уже понял, что ты больна на всю голову!

— А чтобы сделать такое… Каким нужно быть, милый? — Санса облизнула пересохшие губы. — Ты был здоровым, когда так поступил?

— Это была случайность! — рыкнул Гора.

— А зажигалка в твоих руках сейчас случайность, Григор? Хочешь пустить её в ход? — Санса искренне рассмеялась. — Что ты собираешься с ней делать? Поджечь мои волосы? Лицо? Выжечь мне глаза?

Григор изменился в лице, убирая зажигалку в карман. Его руки подрагивали.

— О, я тебя не порицаю за то, что ты сделал тогда, — Санса улыбнулась. — И зря ты так реагируешь на моё признание. Я бы предпочла, чтобы ты узнал об этом как-то по-другому, но и так сойдёт. Да, когда я услышала историю твоего брата, то осознала, что ты наверняка сможешь понять меня. Потому что между нами есть кое-что общее.

— Но ты собиралась сжечь моего брата в печи!

— Вовсе нет, — Санса Старк пожала плечами. — Но там внутри он мог бы освободиться от страха, который мешает ему жить.

******

Григор покачал головой. Девица была полна дерьма! Даже сейчас она вела себя странно. Санса Старк белела на полу и улыбалась ему так, словно… Григор зажмурил глаза, стряхивая наваждение.

— Не в этом суть, — сказал он, закашлявшись, и сплюнул на пол кровавый сгусток. — Просто скажи…

Григор осёкся, услышав громкий металлический лязг. Что-то громко хлопнуло в коридоре. Гора ринулся к двери. Попытался её открыть, но тщетно. Несколько пинков тоже не помогли. Заскрипел какой-то механизм. Гора перевёл взгляд на Сансу, которая поднялась с пола.

— Григор, прошу тебя… Ты можешь допросить меня потом, но сейчас послушай чёртову пленку! — воскликнула она, подбегая к…

…огромному гробу посреди комнаты. Его-то Гора и не заметил. Он машинально поймал плеер, который Санса швырнула ему. Нажал на кнопку Play.

«Здравствуй, Роберт. Если ты здесь и слышишь меня, значит, зашёл достаточно далеко и теперь находишься на один шаг ближе к свободе. Всю жизнь ты доверял не тем людям. Ты избегал ответственности, перепоручая дела другим, и ввергнул в долги целый город. Сегодня тебе не удастся оставаться в стороне, пока другие пользуются твоей безответственностью. Придётся принять самостоятельное решение. Ты сможешь выжить в этой комнате, только если ляжешь в этот ящик с битым стеклом. Доверишься ли ты мне Роберт, получив хороший совет, который приведёт тебя к боли, но поможет выжить? Если нет, стены сомкнутся, и эта комната станет твоей могилой. Выбор за тобой».

— Что значит… стены сдвигаются? — Григор подбежал к двери и начал изо всех сил биться в неё.

Не поддавалась. А потом… Он почувствовал движение, и его ноги заскользили по полу. Стена надвигалась. Санса Старк зябко обняла себя за плечи.

— Ловушка для Роберта Баратеона, — тихо сказала она. — Григор, прошу тебя… Ложись в этот гроб.

— Ещё чего!

Григор изумлённо смотрел на стены, которые медленно, но верно… Его раздавит? О, проклятье! Дверь не открывалась, а другого выхода не было. Но лечь в гроб с битым стеклом по указке чокнутого маньяка… А вдруг он не сможет выбраться? Вдруг так и останется в закрытой коробке, истекая кровью и задыхаясь?

— Григор, другого способа нет! Пожалуйста, умоляю, ложись со мной в этот гроб — и мы спасёмся!

Он замер, глядя на девчонку. Если она подружка Конструктора, то не полезет туда, где можно подохнуть. Или маньяк придёт её спасать. Тогда можно… Можно будет напасть на больного выродка, который подверг их всему этому! Если он придёт. Но эту мысль Гора предпочёл подавить.

Вдруг Санса Старк не имела отношения к Конструктору? Вдруг она ошибалась?

Но стены… Они сдвигались пугающе быстро. Если ничего не делать, он скоро превратится в лепёшку. Кровяную лепёшку, с перемолотыми костями, выдавленными глазами, смешанными и взболтанными кишками…

— Скорее!

Григор схватил Сансу Старк за руку и потащил к гробу. Быстро лёг в него и притянул девушку к себе. Крышка тут же захлопнулась. Он услышал звук запирающегося засова.

Как повезло, что гроб был рассчитан на Роберта Баратеона. Рослого и жирного мужчину. Гора и сам был высоким и крупным, но сюда мог влезть куда более толстый человек. Поэтому Санса Старк сумела лечь на бок рядом с Горой. Он почувствовал её руку на своей груди. Гроб медленно опускался вниз. В спину вонзилось множество осколков, царапая, впиваясь в плоть. Футболка быстро намокла, пропитанная кровью. Санса Старк закинула ногу на его бедро. Гора выдохнул. По бледному лбу стекали струйки пота. Сердце быстро колотилось, а грудь быстро поднималась и опускала. Гроб снижался, а стены сдвигались. Вдруг… Они останутся там и их раздавит прямо в гробу? Вдруг это чокнутая шутка психопата? Гора вздохнул. Гроб опустился ниже уровня пола. А потом наступила полная темнота.

Удар. Полная неподвижность. Григор заворочался в гробу, царапая спину осколками. Психопат оставил их подыхать от удушья. Вдвоём в ящике воздуха хватит совсем ненадолго. Хотя если совсем плохо будет, можно и перерезать себе запястья битым стеклом. Стенки из металла, вряд ли их вышибешь…

Засов с лязгом отодвинулся и крышка открылась. Григор рванулся прочь из гроба. Битое стекло полетело во все стороны. На уровне его глаз с потолка свисала верёвка, к которой был привязан антидот.

«Доверяй, кому следует. Вколи антидот и начни новую жизнь», — гласила записка.

Гора засунул записку в карман и задумчиво посмотрел на шприц.

***

Санса прикрыла глаза, прижимаясь к твёрдому, сильному телу Григора. Она положила голову на широкое плечо, с удовольствием вдыхая лёгкий запах его пота, мужского дезодоранта, сигаретного дыма и крови. В низу живота свело от возбуждения. Санса закинула ножку на его бедро, прижимаясь к нему всем телом. Не обращала внимания на стекло, впивающееся в нежную кожу. Гроб постепенно опускался, а они погружались в тьму. Но как сладко было лежать рядом с Григором, забывшись и не думая ни о чём. Когда ящик опустился, Санса понадеялась, что откроется он не сразу. Но мгновения блаженства оказались пугающе короткими. Как только крышка гроба открылась, Григор быстро выскочил.

Санса вздохнула, выбираясь наружу.

— Вколи себе антидот, Григор, — сказала она, посмотрев на задумчивого парня. — Он рассчитан на мэра, а вы оба крупные.

Григор смотрел на неё несколько мгновений. Размышлял. Не доверял. Но потом всадил в предплечье шприц и надавил. Санса выдохнула с облегчением. Григор не должен погибнуть. Как и она.

— Мы не договорили, — сказал Гора.

Санса вздохнула.

— Что ты хочешь сделать, Григор? У меня нет ответов на твои вопросы. Да, я хотела, чтобы Джейн умерла. Она предала моего брата. И она стоит между нами. Но это не значит, что я в курсе, как отсюда выйти.

Конструктор не оценит, если она испортит Игру. К тому же, зная его, Санса осознавала, что произойдёт после такого предательства. Смерти, как таковой, она не боялась, хоть и знала, насколько Конструктор изобретателен. Но погибать теперь, когда она почувствовала себя живой… Ах, нет…

— Я тебя люблю, Григор Клиган. И ты будешь моим. Сейчас ты не понимаешь, но…

— Вы дошли до финальной стадии, дорогие участники, — пронизывающий металлический голос по громкой связи прервал красивое признание. — Сколько вас выживших! Но все вы погибнете, если не осознаете, какая между вами связь. Через десять минут взорвётся бомба, которая уничтожит дом. Если вы не откроете кодовый замок, то погибнете. Даю подсказку. Вы можете долго обсуждать, кто с кем разговаривал и встречался в прошлом. Но заклинаю, не тратьте на это время. Отсчёт пошёл.

— Бомба? Какая бомба? — Гора схватил Сансу за плечи и начал трясти.

Она изумлённо замерла. Конструктор не предупреждал её ни о какой бомбе! Все они могут погибнуть здесь? Проклятье, в этой части игры она просто участница! А он ведь предупреждал!

— Прекрати! — выкрикнула Санса, вскидывая руку и отвешивая Григору пощёчину. — Бежим искать остальных! Понятия не имею, какая здесь бомба! Не будь кретином, Григор Клиган! Неужели ты хочешь сдохнуть здесь, допрашивая меня?!

Она не знала, как подействует на Гору это всё. Она не пыталась манипулировать Григором, чтобы избежать пыток. Сансу действительно затрясло от смеси страха и возбуждения. Гора несколько мгновений смотрел на девушку, сжимая в своих руках, а потом всё-таки сорвался с места, потащив её за собой. Они побежали вверх по лестнице. Дверь подвала захлопнулась за ними.

Осталось девять минут.
 

Gerda

Лорд
Глава 10. Огонь и кровь

Дейенерис понимала, что нужно что-то решать. Она в очередной раз согнулась пополам и зашлась хриплым, мучительным кашлем. Русе Болтон преданно стоял рядом и придерживал Дейни за плечи, пока её сотрясали спазмы. Он уже вколол себе противоядие, поэтому любезное присутствие было неожиданным и приятным бонусом. Мог бы сесть у входной двери и не напрягаться. Дейни оценила этот жест. Ей не хотелось оставаться одной. Правда, невольные пленники Конструктора активно передвигались по Дому, заполняя его жизнью и суетой, но это ни капли не успокаивало. Старые ступеньки скрипели, двери хлопали, открывались и закрывались, издали доносились приглушённые голоса. Дейенерис же крутило и вертело, так что она почти не обращала внимание на происходящее.

— Если найдут крест, нас позовут, — ободряюще сказал Русе Болтон, поддержав её за талию после очередного приступа.

Дейенерис кивнула. Только гордость и желание выжить заставляли её держаться на ногах. А так хотелось съехать по стеночке и позволить газу оборвать её недолгую жизнь. Вдруг смерть избавит её от лишних хлопот? Девушка невольно хихикнула.

— Дейенерис! Болтон ощутимо ударил её по щеке. Она встрепенулась и уставилась на него больше с недоумением, чем с гневом. Теперь не осталось сил даже на то, чтобы проявить хвалёный таргариенский темперамент.

— Если вы остановитесь, то умрёте, — сказал Болтон.

Дейенерис улыбнулась.

— А вас это так волнует? — спросила она, перебрасывая волосы через плечо и глядя на него снизу вверх.

— Вы хотите так пошло и нелепо погибнуть?

Дейенерис помотала головой. Нет, это куда хуже, чем захлебнуться в блевотине после пьянки. Там ты умираешь невольно. Здесь просто отказываешься бороться. Таргариены всегда гордо смотрят в лицо опасности! Поэтому Дейне гордо оторвалась от Русе Болтона и, пошатываясь, побрела вдоль коридора.

— Смотрите, дверь! Она остановилась у запертой комнаты, поджидая Болтона. Он взбодрился после укола, но шёл медленно и был бледным, словно труп. — Заходите, прошу, — ирония и вежливый жест мужчины прошли мимо Дейенерис.

Она прижалась лбом к шершавой поверхности двери и прикрыла глаза. Что ждало её внутри? Ловушка, рассчитанная на неё? Интересно, какая? Конструктор много о них знал, много понимал. Он оказался весьма изобретательным мерзавцем. А ещё она может столкнуться с механизмом, который рассчитан на кого-то другого. Вот будет весело, если она напрасно потратит время и погибнет! Или, как вариант, дверь захлопнется, оставив её гнить в комнате до скончания времён. Весёлая лотерея! Заходите в Дом с аттракционами ужасов! Любые убийства на ваш вкус!

А, всё это пустая трата времени…

Дейенерис решительно толкнула дверь. Скрип половиц сопровождал её решительные, быстрые шаги к возвышению, на котором стоял большой, стеклянный куб. Куб был разделён на верхнюю и нижнюю половины. Сверху лежали какие-то вещи, снизу матовое стекло мешало разглядеть, что находится внутри. Зато если засунуть ноги в два отверстия, можно будет почувствовать! С боку красовался большой красный рычаг, который, видимо, активировал какой-нибудь жуткий механизм. Дейенерис вскрикнула от неожиданности, разглядев вещи, которые Конструктор поместил в куб. Русе Болтон подошёл к возвышению, взял плеер и нажал на кнопку Play.

«Здравствуй, Дейнерис. В Вестеросе ты известна под именем Глории Драгонс, но мало кто знает, что на самом деле ты Дейенерис Таргариен. Ты вышла замуж, овдовела, вернулась в Вестерос с изменённым лицом и новым именем. Всю свою недолгую, печальную жизнь ты мечтала о мести. Ради этого ты работала практически без отдыха, но месть заслонила собой саму жизнь. Я дам тебе возможность покончить с прошлым и начать всё сначала. Перед тобой стеклянный куб, в котором находятся якоря, которые тебя удерживают. За ними лежит шприц с антидотом. Вставь ступни в отверстия и дёрни за рычаг. Памятные вещи сгорят, но ты достанешь противоядие. Избавление от прошлого всегда причиняет боль. Сжечь его сейчас или навсегда застрять. Жить или бесславно умереть — выбор за тобой».


По лицу Дейенерис медленно покатились слёзы. Фотоальбом, который достался ей с таким трудом. Плюшевый дракончик, подарок матери. Флейта Рейегара. Чёрный котёнок из оникса. Ворох писем отца и матери… Сколько раз Дейенерис их перечитывала! Прядь серебристых волос, которые она сохранила после того, как перекрасилась в брюнетку, чтобы никто не узнал серебро Таргариенов. Дневник прадеда. Тяжёлый, золотой медальон… Ублюдок! Он знал правду! Пробрался её дом, несмотря на охрану, и выкрал самое ценное! Дейенерис зарычала, двинув кулаками по стеклянному кубу. Ничего! Она выберется и найдёт этого сукиного сына! Она ещё поиграет с ним сама! Дейни решительно вставила ноги отверстия и нажала на рычаг. Комнату прорезал рык боли, а потом очищающее пламя вырвалось на волю, сжигая её прошлое дотла.

***​

— Проклятье!

Сандор ударил по двери кулаком. Григор заперся с Сансой в комнате, снаружи не было слышно, что там происходит. Пёс до боли прикусил губу, почувствовав солёный вкус крови. Его злило собственное бессилие. За спиной раздался глухой кашель Джейн. Девушка сплюнула на пол сгусток крови. Сандор подошёл к ней, приподнял белое лицо за подбородок. Джейн погибала.

— Пойдём, — решительно сказал он, и, обняв девушку за талию, повёл прочь.

Он не мог помешать братцу, даже если он сейчас убивал Сансу. Даже если… Пёс подавил глухое рычание, сжав кулаки до боли. Он до сих пор не мог поверить в то, что услышал от неё. Не мог примириться. Даже думать не хотел об этом дерьме! К тому же с ним сейчас была Джейн. Умирающая невинная девушка, которая нуждалась в его помощи.

— Не бойся. Мы откроем сейф и достанем тебе противоядие, — шепнул Сандор, прижимая девушку к себе.

Он не осмелился оставлять её одну и повёл на верхний этаж, чтобы посмотреть на цифры на затылках мэра и Игритт. Единицу Григора Сандор прекрасно помнил. И 666, которой Конструктор наградил его самого. Цифра дьявола. «Если ты в аду, рассчитывай только на дьявола». Очередная чокнутая шарада…

— Пойдём, Джейн. Найдём мистера Болтона и Глорию.

Девушка шаталась, словно пьяная, и Пёс боялся, что они не успеют. Он подхватил Джейн на руки и понёс. Остановился, когда её снова затрясло в спазмах. Придержал длинные волосы, пока она давилась кашлем, согнувшись над лестничным пролётом. Он мрачно оглядывался по сторонам. Вдруг Русе Болтон и Глория сами придут, сэкономив им время? Неожиданно…

Дыхание спёрло, когда он увидел… Он увидел на стене трещины в форме креста. За ними наверняка крылось что-то важное! Надо быстро найти остальных, взглянуть на цифры, сообщить им о находке и добежать до сейфа. Так будет быстрее! Но Джейн не хотела его отпускать. Пёс вздрогнул, когда девушка вцепилась в него. Она простонала что-то, неприятно напомнившее имя Григора. Сандору пришлось расцепить ослабевшие руки, обвившие его шею. Он пробормотал, что скоро вернётся, и рванулся прочь. Пёс сбежал вниз по лестнице, перепрыгивая через ступеньки. Под его поступью, казалось, дрожал весь Дом.

— Мы тут, — отозвался Русе Болтон. — Вы что-то нашли?

— Джейн нужна помощь! — воскликнул Пёс. — Она погибает! Покажите мне ваши затылки!

Русе Болтон отреагировал спокойно и невозмутимо. Как будто каждый день играл с жизнью и смертью. Или он так хорошо держался?

— Хорошо, — сказал он. — А зачем? Кстати, нам тоже нужна твоя помощь.

— Код. У всех нас на затылках цифры, которые составляют код шифра. В сейфе лежит противоядие. Код есть у нас всех, — Пёс после прошёл за Русе в комнату. — Порядок можно найти на радуге, — он нервно рассмеялся, его трясло.

Русе Болтон поманил Сандора рукой, приглашая в какую-то комнату. На полу лежала Глория, лицо которой было залито слезами. Под распухшими и окровавленными ногами лежал пиджак Болтона. Рядом на полу валялся пустой шприц. Значит, девушка добыла антидот.

— Её нужно вынести отсюда. Мне после ловушки сил не хватит, — лаконично пояснил Русе Болтон.

Глория повернула голову, услышав шаги Сандора.

— Ладно, — кивнул Пёс. — Я нашёл место под крестом. Джейн лежит там. И ей нужно противоядие.

Зелёная 48 у Русе Болтона. Оранжевая 13 у Глории. Пёс облегчённо выдохнул.

— Осторожно, обними меня за шею, Глория, — сказал он, подхватывая девушку на руки.

— Дейенерис…

— Что?

— Моё имя Дейенерис Таргариен.

***​

Русе шёл за младшим Клиганом, который нёс Дейенерис на руках. Она позволила шипам в нижней части куба пронзить свои ступни, а заодно сожгла памятные вещицы. После этого Русе вколол беспомощной Дейенерис выпавший наружу антидот. Почему бы и нет? Они ещё не выбрались из дома, но он уже обдумывал сложившееся положение.

Роберт погиб.

Его глупый сын Джоффри — тоже.

Теперь можно пошатнуть и власть Ланнистеров. Серсея выйдет из игры, как только узнает о смерти Джоффри. Она всегда была иррационально привязана к этому капризному и глупому ребёнку. Тайвина Ланнистера можно столкнуть с пьедестала, если общественность узнает о происходившем в деталях. Все понимали, что семья Ланнистеров влияла на решения алкоголика и наркомана в мэрах. Да и… Выгоден ли им был трезвый Роберт? А вот то, что покойный мэр не помешал деяниям маньяка, и этим не озаботился Тайвин…

Дейнерис новая и весьма интересная фигура.

— Джейн! Джейн, ты жива? — Сандор Клиган ринулся к девушке.

Русе сел на корточки рядом и нащупал её пульс. Слабый. Старкам тоже придётся плохо. Скандальная история. Нежная, милая невеста подарила свою благосклонность хулигану и второгоднику. Если развернуть ситуацию должным образом, можно попортить кровь и Старкам. Они всегда путались под ногами у Болтонов.

— Она жива. Но тебе лучше поскорее достать антидот из сейфа, — сказал Русе Сандору. — Как ты догадался?

Шарады и головоломки Русе до сих пор разгадывал лучше других.

— Не я. Григор. Цветные цифры у всех на затылках. В порядке радуги.

И с каких это пор громила стал редкостным умником? Тоже было о чём подумать.

— Мы скоро выберемся, Дейенерис, — успокаивающе сказал Русе, погладив девушку по тёмным — куда делись фирменные таргариенские — прядям.

Она слабо кивнула, склонив голову Русе на плечо. Забавно. Из всех, кто присутствовал в Доме, самый крепкий союз образовался с ней. Возможно, вне Дома их тоже ожидает взаимовыгодное сотрудничество. Болтон улыбнулся, погладив девушку по впалой, бледной щеке.

— Вы держались храбро, — заметил он.

— Или глупо, — шепнула она. Сандор Клиган вернулся, неся шприц, который тут же вколол Джейн, которая уже подёргивалась. Она была при смерти. Вдруг Сандор опоздал? Как неприятно… Но это закон жизни. Слабые погибают, уступая место сильным. Русе обнял Дейенерис за талию, чувствуя её тёплое дыхание на щеке. Он отрешённо наблюдал за Сандором, который преданно смотрел в лицо Джейн, отслеживая каждый её чих и вдох. Надо же, какая самоотверженность. Такое беспокойство за подружку брата? Помнится, отец этих ребят без лишних сантиментов натравил… — Джейн, ты жива! — воскликнул парень. И правда. Девушка приоткрыла глаза. Попыталась приподняться и со стоном осела в объятия Сандора. — Так… Всё это отлично. А где твой брат и Санса Старк? — поинтересовался Русе. — Они зашли в комнату, — мрачно сказал Сандор, обняв Джейн за талию и удерживая в руках. — Противоядия мы все заполучили. Нашлось место под крестом, — тихо заметила Дейенерис. — Подождём их и подумаем? Русе мысленно согласился. А потом…

***​

— Что значит бомба? — медленно переспросила Дейенерис.

Её ноги распухли, как брёвна, и казались чужеродными отростками, в которых пульсировала горячая боль… На глазах выступили слёзы, которые она то и дело смаргивала. Русе Болтон закутал её беспомощные убогие ноги в пиджак. Чтобы избежать заражения. Если она доживёт до заражения. А потом… Сможет ли она когда-нибудь нормально ходить?

Мерзкий, больной на голову ублюдок!

— Да, там у входной двери кодовый замок, — кивнул младший из Клиганов. — И вот ещё что я нашёл.

Дейенерис покрутила записку, недоумевая. Проклятый псих изменил правила?!

— Он говорит о чём-то общем. И это не касается встреч в прошлом, — холодный голос Русе Болтона врезался в происходящее, как кинжал.

— Откуда я знаю, что это значит! — выкрикнула она.

Неужели её жертва напрасна? Боль от потери. Ноги, которые, возможно, никогда не будут ходить. Бомба! Проклятье!

— А что за этим крестом? — спросил Сандор Клиган.

Все взгляды устремились на него. И правда! Они ведь нашли то место, о котором говорил маньяк. Радуга тоже существовала. Как и код!

— Может… За стеной тайный ход? — спросила она.

— Попробуй ударить по стене, — предложил Русе, по привычке держась в стороне.

Щепки полетели в стороны от ударов крупного и сильного парня. Как ни странно, не было никаких панелей, требующих нажатия. Не было секретных рычагов. Сандор Клиган буквально пробил хлипкую стену. Сквозь проём Дейенерис увидела помещение.

— Там ответы, — сказал Русе.

Сандор Клиган нетерпеливо посмотрел в сторону комнаты. Потом взглянул на Джейн, перевёл взгляд на Дейенерис.

— Идём, — сказала она.
 

Gerda

Лорд
Глава 11. Объединяющий фактор

Они с Григором поднялись наверх. Он крепко держал её за запястье. Словно думал, что Санса убежит. Но убегать она не собиралась. По крайней мере, не от него, но бомба все же была проблемой. Вот на что насмешливо намекал Конструктор, когда говорил, что, если она рвётся в Игру, то придётся играть… Санса совсем не горела желанием подорваться сегодняшней ночью. Конечно, взрыв через десять минут стал и для неё сюрпризом. Совсем неприятным сюрпризом. Григору пришлось признать, что тратить время на вышибание правды у него попросту нет. К тому же, на него здорово подействовала затрещина. Забавно, Санса в тот момент почувствовала какое-то странное удовольствие. Не от причинения боли, нет. К тому же, она не была мастерицей драться. Но накалённая сцена, пропитанная эмоциями, взбудоражила даже её. Нет, всё же Григор идеально подходил. На губах девушки возникла лёгкая усмешка. Тут она не ошиблась.

Они отправились в сторону голосов. Пожалуй, Конструктор не посвятил её в ряд немаловажных вещей. Например о сходстве между присутствующими. Пришлось сделать вывод, что он её по-прежнему испытывает. Или хочет помочь раскрыться?

— Ладно… куча фотографий, — донёсся до них голос Глории. — За нами долго следили. Но что это объясняет?

Григор потянул её за собой в комнату. Санса споткнулась на пороге и едва не упала. Он не очень дружелюбно с ней держался. Но всё это было поправимо. Главное — выжить.
— Григор, ты жив! — к ним подался Пёс, серые глаза которого сверкали тревогой.

Ещё Санса увидела живую сучку Вестерлинг. Губы её скривились в гримасе отвращения. Вот ведь… дрянь!

— Что произошло? — порывисто спросил Пёс.

Кажется, Вестерлинг сделали укол — несмотря на кровавую рвоту, испачкавшую платье, она дышала, глядя на Гору с нежностью. Нужно было запереть её в комнате с гробом. Руки Сансы дёрнулись.

— Там была ловушка… Стены сдвигались. Пришлось лезть в гроб, — быстро пояснил Григор. — Ты достал противоядие для Джейн?

На мгновение пелена подёрнула глаза Сансы, и она пошатнулась. Почему же эта дрянь появилась в её жизни? Робба влюбила в себя, а сама изменяла ему с Григом…

— Да! Вколол, — кивнул Пес.

— Отлично. Я тоже достал антидот.

Как трогательно! И после этого разговора Григор посмеет утверждать, что она действовала во вред? Да если бы не Конструктор, эти двое не стали бы друг с другом в одной комнате находиться! А тут такая идиллия. Братцы…

— Прошу прощения, но времени у нас в обрез. Давайте сосредоточимся на деле, — сухо вмешался Русе Болтон.

— У нас меньше десяти минут, чтобы понять, что между нами общего. И выбраться отсюда, — усмехнулась Глория.

Санса почувствовала на себе изучающий взгляд Болтона. Кажется, он недоумевал, почему Григор волочёт её за собой, грубо сжимая руку. Она посмотрела на Гору. Не станет же он тратить время на нелепые допросы? Не здесь и не сейчас.

— А часть людей уже мертвы, — мрачновато сказал Григор.

Да, меньше участников — труднее понять суть.

— Конструктор сообщил, что дело не в совместных переживаниях прошлого, — заметила Глория.

— И уж явно мы не из одного общества, — Пёс криво усмехнулся.

Григор потянул Сансу к столу, на котором стояли разные предметы. А еще были фотографии всех присутствующих. Множество фотографий. Она вздрогнула, когда увидела маску. Прекрасную маску — изумрудного цвета, с серебром, в форме кошачьей морды. Её маска. Но…

— Может, кто-нибудь видит здесь какие-либо личные намёки? — поинтересовалась она. — Послания?

— Какого рода намёки? — Гора ощетинился. Не оценил он, как ему о прошлом напомнили. Но почему так отрицать свою склонность к жестокости? Санса давно уже приняла, что чужие страдания её не трогают, и успешно носила…

— Маска, например, — она слабо улыбнулась. — В моём обществе… не принято показывать свои истинные чувства. И… это моя маскарадная маска. Мне подарила её мать. Она всю жизнь учила, что нужно держать себя достойно, дабы не опозорить семейную честь…

***
Пёс поразился, когда увидел все эти фотографии. Там висели его детские снимки до СЛУЧАЯ, поделившего его жизнь на две половины и изменившего её навсегда, а ещё снимки ПОСЛЕ. Правда, потом уже он всячески этого избегал. Как жутко было осознавать, что маньяк основательно покопался в их семейной биографии. Фотки Григора тоже присутствовали. На футбольном поле, в мастерской, в компании дружков-[ходор]ов… Хотя странно выделялась одна, где Григор смущённо околачивался в приёмной какого-то казённого заведения. У кабинета с надписью «Психотерапевт».

— Смотрите, Русе. Здесь кое-что ещё из… моего прошлого, — Дейенерис Таргариен покручивала в руках обручальное кольцо с задумчивым видом. — А это что?

Русе поднял со стола красивую подвеску на серебряной цепочке. Голова волка, глаза-сапфиры… Женское украшение, скорее всего. Изящное и наводящее на мысли…

— Предполагаю… что-то, относящееся к семейству Старков. Возможно, леди Старк прояснит. Если жива.

Точно… Сандор вздрогнул при мысли о том, что братец, которого сам Пёс желал убить столько раз, мог сейчас, и правда, умереть. Удивительно, но он почему-то сильно нервничал из-за того, что Грига нет. Причём волнение о безопасности Сансы было на заднем плане. И всё же, когда они с Григором появились вместе, что-то ёкнуло в груди. Пёс встревоженно подался к брату, но Русе Болтон был прав. Выяснить детали можно потом, а сейчас…

— Это кулон тёти Лианы, — пояснила Санса Старк, — которую похитил, изнасиловал и убил Рейегар Таргариен. Но я мало о ней знаю.

После такой речи лицо Дейенерис потемнело и замкнулось, но она промолчала. А Сандор подумал, что сейчас не до разоблачительных речей. Но что делать с Сансой потом? Григор казался довольно мрачным.

— Невеста нашего покойного мэра, — усмехнулся Русе, которого явно сценка позабавила. — Он в запой ударился после её смерти. Видимо, до сих пор не отпустило.

— Ладно. Маска Сансы Старк. Моё обручальное кольцо. Мистер Болтон, чем похвастаете вы? — прохладно улыбнулась Дейенерис.

— Здесь много фотографий моих детей. Но их самих я тут не наблюдаю. Вряд ли это такая странная угроза их благополучию, — пожал плечами Русе Болтон.

Однако нотки обеспокоенности Пёс уловил.

— Нам с Григором он намекал… на семейный случай. Когда я в детстве… пострадал, — устало сказал он. — А ты… никак к мозгоправу ходишь, Григ?

Гора вздрогнул, и вид у него стал такой виноватый, словно Пёс его уличил в убийстве проституток или расчленении младенцев.

— Меня… отец отправил. И в футбольную команду загнал, чтобы я… там дрался и отвлекался, — мрачно проворчал он.

Ну надо же! Пса всегда колотило от злости из-за попустительского поведения отца. Дома бывал редко, оставил этого буйного психопата с ними под одной крышей. Алии риск устроил… Сестрёнка, правда, была той ещё бунтаркой, но с Горой в гневе уж точно не справилась бы. И как назло она постоянно к нему лезла со всякой чепухой, тянулась. Псу всегда казалось, что отцу на всех них наплевать. С тех пор, как дражайшая матушка сбежала…

— Понятно… — протянул Русе Болтон, смерив их странным взглядом.

— Первое письмо Робба, — тихо выдохнула Джейн, которая держалась Сандора, но скорее потому, что в обморок боялась загреметь.

Увидев Сансу, она даже подалась к нему, видимо, испугавшись. Но выяснять отношения сейчас, балансируя на грани жизни и смерти, было бы глупо.

— Я ничего не понимаю, — устало сказал Пёс. — Если нас не связывает ничего из прошлого… И мы все из разных кругов… Что между нами общего? Кроме интереса этого [ходор]а.

Ему слишком надоели эти игры и шарады, чтобы бояться обзывать Конструктора. Пошёл он! Встреть его Сандор, отделал бы так, что мало не показалось бы. Садист извращённый! Наверняка сидел сейчас, наблюдал за ними и радовался! И как Санса с этим дерьмом связалась?!

— Ну да. Нас объединяет только то, что… — Гора осёкся и посмотрел на Пса большими глазами, словно впервые увидел. — Нас объединяет этот день.

— Но почему… все эти фотографии? Место под крестом? Что он этим хотел сказать? — Дейенерис без особой радости разглядывала доказательства того, что Конструктор покопался в её жизни на славу.

— Кстати… я вот ещё что нашёл, — Пёс достал записку с надписью «Прими себя». — Висела у двери с надписью ВЫХОД. Прими себя… Но разве… Сандор вздрогнул.

***
Григор вернулся с леди Старк в комнату, где собрались все выжившие. К счастью, Джейн была среди них. Видимо, Пёс достал и вколол ей антидот. Теперь держал её за талию, чтобы не упала. Джейн встретила его слабой улыбкой. Григор рывком втянул за собой Сансу. И поднялась бурная, живая дискуссия. Как выжить за оставшиеся минуты. Они недоумевали. Но какая логика могла быть у психа? Он их собрал, потому что почувствовал какой-то интерес. Григор ещё мог как-то понять, ЗА ЧТО Конструктор мог его забрать. Не то чтобы он рвался в смертники, но то, что сделал с братцем… Ему и с мозгоправом было стыдно об этом говорить. Потом Пёс ещё и озвучил эту фотографию с приёма…

— Прими себя… — повторил он. — И кому это адресовано?

Санса Старк разглядывала маску, которую держала в свободной руке. Ну да. Она ведь говорила что-то такое. Как её злит, что приходится играть. Вот любопытно, эта пташка станет собой, когда они расскажут следователям о том, что видели и слышали? Или продолжить играть по накатке.

— Ну тебе-то точно подходит, — с грубой ухмылкой заметил он. — Все эти игры в принцессу семьи Старк. Милая, добрая, невинная девочка…

— О, Григор. А тебе нет? — не осталась в долгу она. — Мы же с тобой обсуждали. Нет ничего плохого в том, чтобы признать простой факт. Стесняешься, что ты не чужд жестокости?


Гора поймал себя на неожиданной мысли, что она вызывала уважение. Не каждая девушка смогла бы дать ему пощёчину. Письмо от мозгоправа… Это всё…

— Хорошо, чёрт бы тебя побрал. Я не чужд жестокости. Да, я признаю. Но я хотя бы стараюсь держать себя в руках и… — взгляд его упал на Пса, — не причинять вред.

— А ты… Сандор… разве тебе не приятно осознать, что твой брат не чокнутый садист, который мечтал тебя убить? Угнетала ведь такая мысль все эти годы. И осознание, что ты не такой уж красавец… А теперь спасаешь красивых, благородных девушек… — губы Сансы иронично скривились на слове «благородных». — Осознаёшь ценность жизни…

Что-то шевельнулось в голове у Горы от этой речи. Было неприятно, что пошли такие откровения. Русе Болтон рассматривал их с холодным интересом, да и Глория явно поняла, о чём речь.

— Ах, ну у меня тоже есть новость, раз уж так, — усмехнулась она, решив прервать личную сцену. — Мое настоящее имя — Дейенерис Таргариен. И Конструктор решил, что я слишком сильно увлекаюсь мыслями о прошлом.

Григор слегка выпал, уставившись на брюнетку. Держалась-то она действительно не как женщины из простых, но… Её же отец был мэром, потом мрачная история, переворот… — Ну что, мистер Болтон… может, вы в глубине душе милый и добрый человек? — усмехнулся Гора, взглянув на малоприятного политикана, который не поладил с их отцом однажды в прошлом.

— Я так полагаю… Конструктор хочет сказать, что мы живём с его точки зрения неправильно и не принимаем настоящих себя, — смерив Григора ледяным взглядом, заметил Русе Болтон. — Вот что нас объединяет. Плюс этот день.

— Но там на двери кодовый замок, — взволновался Пёс. — Какие цифры могут быть?

Гора улыбнулся.

— Предположительно… сегодняшнее число.

Они переглянулись. Да. Наверняка это оно.

— Скорее идём!

Хотя… Проще сказать, чем сделать. Они переглянулись с Псом, и Григор подошёл к Джейн.

— Приглядите за леди Старк, мистер Болтон, — без особой радости сказал он. — Возможно, она причастна ко всему этому.

После этого Гора подхватил на руки Джейн, а Пёс — Дейенерис, которая до этого лежала на полу и была смертельно бледной. Они быстро спустились вниз по лестнице и подбежали к двери.

— Что же, давайте попробуем, — в голосе Дейенерис скользнули нотки отчаянного веселья. — Я рискну.

Одиннадцатое ноября. Глория ввела нужные цифры. Другой рукой она обнимала за шею Пса, который продолжал её поддерживать. Напряжение нарастало и, казалось, все готовы были из штанов выпрыгнуть.

— Попробуйте с годом тоже, — предложила Санса.

Григор взглянул на неё. Она была бледной и казалась несколько взволнованной.


***
Дейенерис стёрла струйку пота со лба. Под одеждой вся её спина была мокрой. Она не знала, сколько времени осталось и отчаянно нервничала. Хорошо, по крайней мере, что они пришли к какой-то догадке. Она могла быть неправильной, но пока доводы звучали стройно и логично. Дейенерис кивнула, вводя код вместе с годом. Правда, липкие пальцы скользили по холодному металлу. Русе Болтон положил прохладную руку на её плечо. Дейенерис взволнованно улыбнулась, прикусив губу до крови. Раздался щелчок. Сандор пихнул дверь ногой, и та… распахнулась.

— О…

С пересохших губ сорвался возглас. Пёс вышел на крыльцо, продолжая держать её. Как повезло, что с ними в компании аж два здоровяка и оба, как ни странно, проявляли зачатки джентльменства.

— Нужно быстро сваливать, — Гора сбежал вниз по лестнице, неся Джейн Вестерлинг, словно она ничего не весила.

Русе Болтон спустился, не отпуская руку Сансы Старк. Дейенерис слышала реплику Горы и недоумевала, что у него там с ней произошло. Они нестройной гурьбой побежали, хотя после нервной двухчасовой прогулки по Дому Ужасов с разнообразием в виде ядовитого газа, да и обременённые ношей, мужчинам это далось не так уж легко. Дейенерис прижалась головой к плечу Сандора, искренне надеясь, что они всё-таки успеют отбежать на достаточное расстояние. Но когда позади раздался звук взрыва и расцвёл огненный цветок, их отшвырнуло взрывной волной. Девушка упала на асфальт и больно ударилась. Кажется, даже выбила зуб. Дейенерис растерянно выплюнула его на подставленную ладонь. Досталось всем. Русе Болтон лежал неподалёку, но, судя по поднимающейся груди, был жив. Сандор романтично закрыл собой Дейенерис. Григор Клиган не столь романтично рухнул на спину, а на него приземлилась Джейн. Санса Старк тяжело дышала. Приподнялась и села, вытряхивая из волос мелкий сор и осколки.

Дейенерис обернулась. Там позади бушевало пламя и искры поднимались к тёмным, октябрьским небесам.

— Все улики уничтожил, — Русе Болтон пристал, опираясь на руку. — Вы в порядке, Дейенерис?

Она улыбнулась и кивнула.

— Не считая пронзённых ступней и выбитого зуба. Кому-то повезло куда больше…

Например, Григору Клигану, который братца покалечил в детстве. Хотя… Дейенерис уставилась на Гору, который поднимался с земли, как огромный, ошарашенный медведь, и громко захохотала. Ему успело прилететь в лицо железным прутом, который закинуло сюда той же взрывной волной. Кровища стекала из глубокой раны. Парень недоуменно озирался, и это вызвало у Дейни очередной приступ смеха, не взирая на боль. Сандор Клиган поднялся с земли и помог встать Джейн. Он удивлённо посмотрел на заливающуюся Дейенерис, которую накрыла истерика. Перевёл взгляд на брата.

— Грииг… — протянул тот, — ты своё лицо должен увидеть.

Губы младшего скривились в чём-то вроде усмешки.

— Вот ведь… сука, больно садануло. Хорошо, что голову не пробило, — в сердцах выругался Гора. — А что не так с моим лицом?

Он начал ощупывать затылок, видимо, опасаясь сотрясения.

— Очевидно, в вашей семье будут два лица со шрамом, — отсмеявшись, выдохнула Дейенерис.

Гору все же настигла кармическая справедливость.

— Ты по-прежнему чудесно выглядишь, — заверила его Санса Старк, от чего парень как-то явно скис. — Но как бы там ни было, всем нам стоит отправиться в больницу. Мало ли какие последствия могут быть после ядовитого газа?

— Да. Леди Старк права, — кивнул Русе Болтон. — Но сперва… мне нужно добраться до телефона. Дейенерис, если после больницы вы не планируете ничего особенного… Предлагаю остановиться у меня. Там есть слуги, которые смогут обеспечить вам кое-какой уход. Да и безопасней будет.

Дейенерис усмехнулась.

— Почему бы и нет? — пожала плечами она.

Кажется, у неё начиналась новая жизнь.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...
 
Сверху