Джен Фанфик: Бойся моих монстров

John Myers

Скиталец
Категория: Джен (с элементами гета)
Размер: Миди
Персонажи: Сандор Клиган, Григор Клиган, ОЖП, ОМП
Рейтинг: R
Жанры: Ангст, Драма, Психология
Предупреждения: отклонения от канона, преканон, убийства, жестокое обращение с животными, ООС, ОЖП
Краткое содержание: Жизнь в замке Клиганов и его окрестностях протекает нетерпеливо и размеренно, но порой здесь с детьми лорда происходят ужасающие события.
Статус: в процессе
 

John Myers

Скиталец
Глава I
Солнце почти добралось до гор. От этих мрачных колючих вершин к солнечным полям спускается высокий шумный лес. Там, где кончаются деревья и начинаются крестьянские угодья, стоит небольшой серый замок. Над этим невзрачным каменным сооружением отовсюду доносятся сотни людских голосов, звон металла и неугомонный собачий лай.
Во внутреннем дворе замка среди снующих людей можно заметить двоих, сражающихся на мечах, мальчишек. И вдруг последний металлический звон отскакивает от стен и растворяется в воздухе. Стройный кучерявый парнишка, не выдержав очередного удара соперника, валится на землю. Над ним невозмутимо возвышается его противник — Сандор Клиган.
Сандор слишком высок и силён для своих двенадцати лет. Да, он не так силён, как его брат Григор, но победив такого соперника, Балинт мог бы уже гордиться собой. Но пока ни одна его попытка не увенчалась успехом. Даже его скорость и изворотливость не помогали.

— На сегодня хватит, — произнёс Сандор.

Балинт подобрал свой меч и резко вскочил на ноги.

— Неужели ты уже устал? — спросил он.

— Нет. Просто я скоро помру со скуки, наблюдая за твоими нескончаемыми падениями.

Балинту оставалось только упереть руки в боки и сверлить недовольным взглядом затылок Сандора, уходящего с места тренировок.
Сандор сел на небольшой бочонок у стены. Немного отдышавшись, он убрал с необожжённой стороны лица прилипшие к коже волосы и откинулся на прохладную каменную поверхность. Сам того не замечая, мальчишка не отрываясь наблюдал за происходящим в другом конце двора. Там, под лестницей на длинной скамейке рядом с облезлым чёрно-белым котом сидела его сестра Джейн. На коленях у неё лежал пергамент, а в правой руке она держала тонкую кисточку, пытаясь нарисовать того самого ободранного кота. Однако животное в этом было вовсе не заинтересовано, его больше заботила грязная шерсть. Джейн заглядывала в кошачью морду, поочерёдно садилась то с одной стороны от кота, то с другой, попутно стараясь не опрокинуть баночку с темперой. Однако усатый невозмутимо продолжал наводить чистоту и гонять блох. За происходящим наблюдал не только Сандор. В пяти метрах от скамейки лежал чёрный лохматый здоровенный пёс. Высунув язык, он с недоумением смотрел то на хозяйку, то на жалкое костлявое безобразие рядом с ней. Лорд Андрас Клиган, называл его самым бесполезным животным, потому что эта собака была безобиднее овцы. Даже строгое воспитание не помогло сделать из него настоящего охотника или хотя бы сторожа. Потому-то его и отдали Джейн в качестве питомца, которого она назвала Пушком. Пушок, видимо, не мог стерпеть такое невнимание к его персоне со стороны хозяйки и стал медленно подползать к скамейке. И когда пёс подобрался достаточно близко, кот с особой прыткостью вскочил со скамьи и убежал прочь со двора. Он не боялся Пушка, но точно знал, что тот захочет помочь своим слюнявым языком в его нелёгком деле, и тогда все старания будут коту под хвост.

— Ах ты, чудовище лохматое! Я же сказала тебе лежать на месте, — с досадой произнесла Джейн.

Девочка посмотрела на свой рисунок, а затем отложила его в сторону. Пушок попытался дать ей лапу в знак примирения. Но Джейн не торопилась мириться и начала его шутливо отчитывать. Затем пёс положил ей на колени свою слюнявую морду, продолжая терпеливо всё выслушивать. В какой-то момент девочка замолчала и с усмешкой взглянула в большие виноватые пёсьи глаза. Пушок, видимо, решил, что это подходящий момент, чтобы показать хозяйке всю свою любовь и преданность, и попытался лизнуть её в лицо. Но Джейн вовремя уклонилась и, кротко рассмеявшись, начала чесать собаку за ушком. На бледной тонкой девичьей руке что-то блеснуло. Это был медальон на цепочке. Джейн никогда не носила его как положено — на шее. Сандору отчего-то всегда была интересна причина подобной странности. Он вообще много не знал о своей сестре и даже был не совсем уверен, что она действительно его сестра. Однажды отец просто вошёл в замок с семилетней девочкой на руках. Сандор тогда даже толком её не разглядел, а затем Джейн больше недели не выходила из своих покоев. К ней входили только отец, мейстер Лорен и служанка. Но Сандор никак не мог усмирить своё детское любопытство. Он часто останавливался у двери её комнаты, особенно в те моменты, когда из неё кто-нибудь выходил. И в такие моменты любопытный мальчишка был готов шею свернуть лишь бы что-то увидеть. А его отец тогда стал более задумчив и печален по вечерам и даже без особого старания и энтузиазма поучал и отчитывал Григора, как это было раньше.
Но в скором времени зуд любопытства поутих. В один из вечеров Сандор сидел в малом зале у камина с музыкальной шкатулкой. Это была незамысловатая маленькая коробочка с железной ручкой. И забавляло его именно процесс кручения, а не звуки, которые при этом получались. Джейн подошла очень тихо и незаметно села на стул рядом с ним. Сандор прекратил крутить ручку и с любопытством посмотрел на девчонку. Своими большими зелёными глазами она смотрела то на него, то на музыкальную шкатулку, то на огонь. Её лицо казалось измождённым, а из-за обрамления из чёрных растрёпанных волос ещё и невероятно бледным и худым. Ему хотелось что-то ей сказать, но он никак не мог подобрать слова, поэтому просто продолжил крутить ручку шкатулки. Однако через короткое мгновение тоненькие металлические звуки снова утихли и Сандор протянул шкатулку Джейн. Она приняла игрушку и отчего-то решила, что должна дать что-то взамен и протянула Клигану цепочку с медальоном, так как больше у неё ничего не было. Мальчик принял в руки безделушку и начал рассматривать: на серебряном овале красовалась птичка, и в свете огня она переливалась синим, фиолетовым и зеленоватым цветом. Потом, в таком же молчании, Сандор получил назад свою шкатулку, а Джейн — медальон. Он так ей тогда ничего и не сказал. И только на следующее утро отец подозвал к себе сыновей и сообщил им, что Джейн их сестра и что им следует её оберегать, защищать и ни в коем случае не обижать. При последних словах он строго, почти не моргая, посмотрел на Григора. У Сандора эта новость вызвала недоумение: как не понятно откуда у него могла появиться сестра? Джейн всё также редко выходила из своих покоев. Иногда она спускалась к ужину, а порой даже играла с Сандором в прятки. А как-то раз резчик по дереву прислал всем троим детям деревянные игрушки: коня для младшего сына, принцессу для девочки и рыцаря для старшего сына, который уже давно играл с игрушками посерьёзней. Весь вечер младшие Клиганы провели за игрой. Но затем Сандору показалось, что игра с одним конём и принцессой слишком скучна. Или скорее он просто не мог без зависти думать про игрушку Григора. В тот вечер Сандору больше всего хотелось заполучить разукрашенного яркими цветами рыцаря, который умеет двигать руками и ногами, держать копьё и, что самое главное, идеально подходит для его коня. Если уж в юную голову забрела какая-то безумная идея, то её оттуда не выкинешь.
Джейн боялась входить в комнату Григора. Сандор её и не уговаривал. Однако, недолго думая, она всё же медленно поплелась за своим глупым братцем и осталась ждать у входа. Сандор долго не мог найти игрушку, так как было темно, помещение освещали лишь тлеющие угли жаровни. Когда он наконец нашёл заветный предмет и уже развернулся к выходу, его окликнула Джейн. В дверном проёме стоял Григор, весь взъерошенный, мокрый с рассечённой губой. Даже в полумраке было видно, как напряглось его лицо, как заиграли желваки. Казалось, ещё чуть-чуть и можно будет услышать скрип зубов. Позади этой пыхтящей громадины у стены стояла Джейн. Она не могла пошевелиться и лишь испуганно смотрела на братьев. Как только Григор ломанулся к Сандору, девчонка опомнилась и побежала за помощью. Для Сандора всё произошло молниеносно. Он даже не успел и слово вымолвить, как старший брат схватил его за шкирку и уткнул лицом в угли. Жгучая боль заглушила всё: и его крики, и рычание Григора — всё, кроме шипения горящей плоти. Из-за невыносимой боли он на какой-то момент потерял сознание, а затем видел всё как сквозь плотную плёнку: как его несли в комнату, как мейстер Лорен врачевал его обожжённое лицо, как по комнате нервно расхаживали другие фигуры.
Мальчик пришёл в себя лишь когда в комнате не было никого и только две кривые свечки горели на столике в дальнем углу. Боль утихла и уже беспокоила его не так сильно. Теперь его беспокоил отвратительный запах и калейдоскоп кратких и мгновенных картинок, которые как молнии проносились у него перед глазами. Сандор заплакал. Впервые, сколько себя помнит, он плакал по-настоящему. Плакал от боли, от обиды, от того, что в комнате отвратительно тихо и пусто. Сквозь собственные всхлипы он услышал, как заскрипела дверь. В комнату заглянула Джейн. Немного помявшись у двери, она вошла и села на край кровати рядом с братом. Девочка начала гладить Сандора по руке. От этого слёзы стало сдерживать ещё сложнее, потому что жалость ещё больше напоминала о причинах, которыми она вызвана. Но вдруг к горьким всхлипам добавилась тихое пение. Песня была грустной, но постепенно вслушиваясь в её слова, Сандор заметил, что больше не плачет. Из всей песни ему запомнилась самая малость, всего шесть строк:

Словно сердце в клетке бьёшься,
О прутья крылья ломишь лунные.
В небо, пташка, не вернёшься,
Навек оставь порывы юные.
Лучше спой в последний раз,
Брезжит ещё блеск твоих глаз.​

Кроме этих слов, Сандор прекрасно помнил, как дрожал голос Джейн, как часто она шмыгала носом и прерывисто вздыхала. Той ночью он почти не спал, как и последующие несколько недель. Точнее, было сложно отличить сон от искажённой слабым сознанием реальности. Ему снились очень короткие сны, состоящие из ярких непонятных картинок. Иногда он открывал глаза и сквозь сон наблюдал за тем, как по комнате движутся тени и мерклые фигуры людей. А может быть это тоже лишь снилось. Песня не переставала звучать в его голове. Слова стали совсем непонятными, однако мотив никуда не делся. Когда мальчик проснулся окончательно, Джейн рядом не было. Но она навестила его после полудня, а затем вечером. Каждый день она пыталась развлечь брата как могла: чтением, играми, импровизированным кукольным театром у изножья кровати.
Несколько раз в сутки мейстер Лорен приходил к Сандору со свежей тканью для перевязки, кучей всяких колбочек, баночек с мазями и микстурами. Мейстер всегда старался развлечь его разговорами и свежими новостями.
Ожог постепенно заживал. Иногда Сандор прикасался к нему пальцами и пытался вообразить, насколько сильно изменилось его лицо. Но в действительности ожог оказалась ужаснее и уродливее, чем он себе представлял. Когда мейстер Лорен разрешил ему наконец взглянуть на себе в зеркало, мальчик долго всматривался в отражение, изучал, пытался привыкнуть к своему новому внешнему виду. По началу он выглядел спокойным, и мейстер с облегчением выдохнул. Но вдруг Сандор со всей силы швырнул зеркало в стену, а затем закрыл лицо руками. Было не понятно, плачет он или просто хочет спрятать своё лицо. От неожиданности Лорен вздрогнул. Он не решился прикоснуться к мальчику или что-то ему сказать и просто начал сам собирать осколки, потому что присутствие в комнате кого-то ещё могло бы всерьёз разозлить ребёнка.
Сандор к тому моменту уже много дней не покидал свою комнату. Он подолгу сидел у окна и слушал, как мейстер рассказывает о то, что за день случилось за стенами его комнаты. Мальчик с нетерпением ждал, когда снова сможет лазать по деревьям, стрелять из лука и играть с другими ребятами у ручья в «лорда переправы» или с обручами. Но после того, как он увидел, во что превратилось его лицо, ему вовсе не захотелось покидать четыре стены. И когда Джейн как обычно пришла к нему, чтобы поиграть, Сандор сидел у окна и не обращал на неё никакого внимания. Как только она не пыталась привлечь внимание брата, но всё было бесполезно, поэтому девочка просто покинула его покои, аккуратно закрыв дверь. Он продолжал наблюдать за тем, что происходит снаружи, и через пару минут увидел на улице Джейн с мячом в руках. Сандор отошёл от окна и сел на кровать. Мяч несколько раз ударился о стену, не долетев до цели, но наконец, с пятой попытки, он оказался в комнате. Клиган несколько минут сидел на кровати и о чём-то размышлял, затем он подобрал мячик и подошёл к окну. Джейн сидела на земле и маленькими пучками рвала траву. Сандор бросил ей мяч и они вместе продолжили играть.
Клиган-старший редко навещал своего младшего сына. Он считал, что лишняя жалость может лишь навредить ребёнку. Григор же несколько суток провёл в темнице, однако это нисколько не умерило его ненависть, и он напрямую заявил отцу, что хотел бы размозжить голову «маленького уродца». Иногда по ночам, когда Сандор не мог уснуть, он представлял, как отомстит своему брату. Постепенно маленькая игра воображения превратилась в твёрдую цель. Ему хотелось собственноручно поджарить это чудовище, и теперь он был абсолютно уверен, что когда-нибудь это сделает.
Вдруг звуки охотничьего рога заставили Сандора очнуться от размышлений и воспоминаний. Джейн поспешно встала со скамейки и повела Пушка в отведённое для него место на псарне. Сандор нехотя поднялся. Отец и Григор вернулись с охоты, нужно было их встретить.
Первым в ворота замка въехал лорд Андрас Клиган, позади возвышалась фигура его старшего сына, который уже к тому времени за свои габариты получил прозвище Гора. Затем во дворе появились другие охотники, сопровождавшие повозку с добычей и оставшимся продовольствием: если лорд отправлялся на охоту, то обычно он проводил несколько дней в лесу. Рядом с повозкой лениво передвигались собаки с чёрной шерстью и редкими белыми пятнами. Что-то во взгляде этих животных выдавало их древних предков — волков. Этих собак выводили специально для охоты на кабана и медведя, а для охоты на прочих животных на псарне имелись другие породы.
Григор спешился и направился к повозке. В повозке, свесив лапы и опустив морды, лежали две собаки. Гора схватил каждую из собак за защитную одежду и стянул их на землю, а затем достал из повозки большого вепря и взгромоздил на свои широкие плечи. Обе собаки похрамывая и боязливо поглядывая на Григора, направились к псарне. Андрас Клиган, закатав рукава, уже стоял у разделочного стола.
Сандор собрался отвести коня лорда Клигана в конюшню, но вдруг его окликнули:
— Сандор, помоги мне разделать этого кабана, пока он ещё свеженький, — скомандовал его отец. — А вы принесите огня, а то скоро совсем стемнеет! — обратился он слугам. Сандор передал поводья конюху и послушно направился исполнять указания.

Григор, сбросив вепря на стол, вернулся к своей лошади и начал отстёгивать от седла небольшой деревянный ящик. Боковым зрением он заметил Джейн, которая уже отвела Пушка на псарню. Она медленно шла мимо него к отцу и с осторожностью наблюдала за его действиями. Григор замер и посмотрел на девочку, она тут же отвела взгляд и ускорила шаг. Вдруг Джейн услышала шорох и жалобное чириканье, которые доносились из ящика. Она почти обернулась, но сдержала себя: ей не хотелось снова встретиться взглядом с Горой. Он пугал её до жути, начиная свирепым внешним видом, заканчивая непредсказуемым и жестоким характером. С ним часто случались страшные приступы агрессии, а иногда он даже ходил во сне. Всё это приносило много проблем обитателям замка, однако у них было бы больше хлопот, если бы не различные снадобья, которые готовил мейстер Лорен. Ходил слух, что такие изменения в поведении Григора появились после падения с лошади. Клиган-старший не мог нарадоваться своим первенцем, который рос и развивался очень быстро. Андрас с самых ранних лет Григора взялся за его воспитание. Но ребёнок оказался не готов к езде на лошадях. При падении он расшиб себе лоб. Рана оказалась незначительной, после неё даже шрама не осталось. Но с мальчиком начали происходить серьёзные перемены: ночные кошмары, головные боли и чрезмерная раздражительность. Ни одна игра или развлечение не обходились без проявления жестокости. Теперь у Григора появилось новое странное увлечение — ловля птиц. При чём отлавливал он не пернатую дичь, а небольших, порой совсем маленьких птичек. Он сбивал их рогаткой, расставлял для их поимки всевозможные ловушки. И это увлечение самым неожиданным образом повлияло на его поведение. Он стал более спокойным, если такое слово вообще можно употребить по отношению к Григору.
Джейн была уже в двух шагах от отца, который стоял у стола и точил нож.

— Кто это там крадётся как мышка? — спросил он.

Андрас обернулся и Джейн уже хотела обнять его, но тут же замерла.

— О, нет-нет, я уже весь испачкался, — произнёс он демонстрируя свои руки, которые были в крови.

Девочка на секунду растерялась. Её отец улыбнулся, так, как умеет только он: губы почти не дрогнули, улыбались лишь одни светло-голубые глаза. Затем он убрал руки за спину, наклонился и поцеловал дочь в лоб. От прикосновения густой бороды к коже Джейн стало щекотно, и она потёрла нос.
— Нарисовала что-нибудь для меня? — спросил Андрас.
— Я ещё не закончила, — неуверенно ответила его дочь. Но вдруг её глаза округлились, и она приоткрыла рот от удивления. Джейн неожиданно вспомнила, что оставила свой рисунок на скамейке.
— Я забыла свой рисунок, — на ходу произнесла она и помчалась в другую часть двора.
Андрас продолжил заниматься разделкой дичи, а Джейн вернулась за своим рисунком. Она решила его закончить, пока не село солнце. Но из-за нескольких неосторожных движений, рисунок оказался испорчен, и девочка расстроенная отправилась в свою комнату, чтобы подготовиться к ужину. Когда она шла по слабоосвещённому коридору, то услышала тихое чириканье. Джейн подняла голову и, присмотревшись, заметила на одной из деревянных балок под потолком маленькую птичку. Пичужка сидела как-то странно, завалившись набок; она раскачивалась то вперёд, то назад и вдруг взлетела, но полёт её был недолгим, и пташка приземлилась на каменный пол. Она была совсем крошечной, белой, с голубоватым оперением и тёмно-синими тонкими полосками по обеим сторонам клюва, которые проходят через глаза. Девочка осторожно подошла к ней и аккуратно взяла в руки. И когда она пыталась завернуть птичку в подол платья, то заметила, что у маленького несчастного создания отрезана лапка.
 

John Myers

Скиталец
Глава II
Плотно закрыв дверь своей комнаты, Джейн усадила птицу на постель, оторвала кусочек от своего платочка и перевязала травмированную лапку, а затем начала искать, во что налить воды. В пыльном углу под кроватью она нашла небольшой напёрсток — маленькая чашечка для маленькой птички. Но пернатое создание было слишком напугано, чтобы спокойно утолить жажду, поэтому Джейн решила дать своей подопечной отдохнуть и заодно найти для неё еду. Она взяла высокую деревянную коробочку, из которой предварительно высыпала всякую мелочь, и пошла на улицу.
Двор был слабо освещён, и невооружённым глазом из насекомых можно было увидеть лишь стаи мохнатых сумеречных бабочек. Выбор был невелик. Ловить этих больших любителей огня и света было не так сложно. Джейн настолько увлеклась, что не заметила, как к ней подошёл Сандор.

— Ну и зачем они тебе сдались? — спросил он.

Джейн резко обернулась и спрятала коробочку за спину. Вид у неё был такой, словно её застали за чем-то плохим. Какое-то время девочка просто стояла и смотрела на брата. Он, видимо, только закончил выполнять поручения отца и выглядел слегка потрёпано.

— Можно я тебе кое-что покажу? — спросила его Джейн.

— И что же?

— Не спрашивай, скоро всё узнаешь.

— Может скажешь сразу? А то вдруг мне не захочется смотреть, — с насмешкой сказал Сандор. В ответ сестра лишь улыбнулась, и он без раздумий последовал за ней.

Когда дети вошли в комнату, девочка кинулась к кровати и осторожно начала приподнимать одеяло и подушки, пытаясь найти свою пропажу. Затем она заглянула под кровать и с облегчением выдохнула: пташка нашлась. Джейн бережно взяла её обеими руками и выпрямилась. Сандор, который до этого смотрел на всё происходящее с недоумением, вдруг изменился в лице, стал каким-то слишком серьёзным.

— Ты что, стащила её из комнаты Григора? — почти шёпотом спросил он.

— Нет, я нашла её в коридоре, — ответила девочка.

— И ты даже не подумала, что это может быть одна из птиц, пойманных Григором? — уже чуть громче спросил Сандор, но имя своего брата всё же произнёс шёпотом.

— Нет, как раз-таки подумала, но я не могла оставить её там, — попыталась оправдать себя Джейн.

— Как раз-таки могла, — было видно, что её брат еле себя сдерживает, чтобы не накричать, — но ведь это так весело: помогать зверюшкам, не думая о последствиях. Да?
— Он не узнает. Зачем она ему, — неуверенно произнесла девочка.

— Неужели ты настолько хорошо знаешь нашего брата?

Джейн просто промолчала, опустив глаза вниз. Она уже жалела, что Сандор обо всём узнал.

— Проще будет свернуть ей шею и выкинуть куда-нибудь подальше, — немного подумав и уже спокойным тоном рассудил Клиган.

— Не смей! — возразила ему сестра и сделала пару коротких шагов назад.

— Как знаешь. Но теперь это твоя проблема, а не моя, — безразлично бросил Сандор и вышел из комнаты.
Джейн была совсем подавлена, но ещё больше её расстраивало то, что птица не хотела ни есть, ни пить. Девочка держала перед маленьким клювиком моль уже несколько минут, и у неё начала неметь рука. Тут вдруг тихо заскрипела дверь. От неожиданности Джейн подскочила и попыталась закрыть собой пташку. В комнату вошёл Сандор с ящиком в руках.
— Ты ведь не будешь постоянно держать её на кровати, — произнёс он как-то неуверенно, — и ещё кое-что… Может моль для неё слишком великовата? На кухне полно мух и муравьёв. — после этих слов Сандор достал из нагрудного кармана скрученный и перевязанный кусочек ткани.

— Ты на меня не злишься? — спросила Джейн.

— Нет, — ответил её брат и после небольшой паузы продолжил, — я злюсь на себя, потому что вечно ведусь на твои глупости. — Эти слова не очень обрадовали его сестру, но та ничего не сказала, потому что боялась снова разозлить Сандора.

Джейн нашла своё старое маленькое порванное платье и, аккуратно сложив, положила в ящик. Сверху на сооружённую постель она посадила птичку и попыталась ей предложить принесённых мух. Поначалу пичужка не принимала лакомства. Дети поочерёдно предлагали ей то воду, то крылатых вредителей. Сандор даже, лишившись терпения, хотел насильно запихнуть муху в клюв птицы, но, само-собой Джейн ему не позволила. Однако затем пернатая привереда несколько раз повертела головой, рассматривая предложенную еду, и одним резким движением выхватила и проглотила насекомое. Девчачьим радостям не было предела, и даже Клиган выдохнул с облегчением. Пташка слопала всё, что ей предлагали и запила водой, а дети, решив, что им тоже не мешало бы подкрепиться, отправились ужинать. Ночью Джейн почти не спала. Она переживала за свою маленькую подопечную и часто просыпалась ночью проверить, жива ли птичка. Девочка встала с постели, как только на улице рассвело и отправилась ловить насекомых, затем весь день зевала и засыпала на ходу, а мешки под глазами стали ещё заметнее, чем обычно. Мейстер Лорен испугался того, что её снова мучают кошмары, поэтому выдал ей специальную настойку и отправил спать. Джейн не собиралась спать, потому что боялась, что проспит до вечера, и птица умрёт от голода, но она знала, что Лорен обязательно придёт её проверить, поэтому задвинула ящик с птицей под кровать, а сама решила претвориться спящей. Очень трудно было по-настоящему не уснуть. Но, наконец, дверь открылась, и мейстер заглянул в комнату. Решив, что девочка спит крепким сном, он тихо закрыл дверь и удалился. Джейн знала, что пока ей не стоит выходить из комнаты. Отвлечь себя чем-то у неё никак не выходило: рисование, вышивание — всё валилось из рук. Поэтому она просто села у окна и положила голову на подоконник, который теперь казался невероятно удобным. Солнце мягко светило в лицо, с улицы доносился размеренный шум. Птицы щебетали и казалось, что её пташка тоже пытается переговариваться со своими сородичами.
Джейн задремала. Комната, звуки, свет никуда не делись, но теперь всё превратилось в прозрачную картину, через которую пробивался еле уловимый сон. Девочке снилась большая тёмная комната с тысячами птичьих клеток. Птицы бились о прутья и кричали людскими голосами. Затем сон стал отчётливее: в клетках, кроме живых птиц с покалеченными лапками, крыльями и головами, были и мёртвые птицы. Джейн пыталась открыть клетки, но у неё ничего не получалось. Вдруг она увидела пламя в дальнем углу комнаты и начала искать выход, но оказалось, что в комнате нет ни одной двери. Пламя разгоралось всё сильнее. Тут Джейн почувствовала, как кто-то очень сильно сжал её руку. Она не видела лица, но чётко знала, кто это был. Девочка проснулась и с трудом подняла голову. Внутри бешено трепыхалось сердце, а онемевшую руку, которую она отлежала, словно облепили колючками. Из-за солнца Джейн стало жарко и её щёки заалели. Как только она потёрла глаза, пришла в себя, то подошла ближе к ящику, чтобы проверить свою пташку. Та подняла головку и своими бусинками, быстро моргая, посмотрела на девочку, а затем звонко чирикнула. Джейн было приятно воображать, что пичужка пытается ей что-то сказать. Она присела и легонько погладила птичку по головке.
— Ты, наверное, уже голодна, — предположила девочка, и тут ей в голову неожиданно пришла идея, как можно назвать свою новую питомицу. Имя ей подходило идеально, и чтобы как следует его распробовать, Джейн произнесла: Ло. Затем она встала и отправилась на улицу за «добычей», ведь на кухню сейчас её точно не пустят.

Ловля насекомых шла не очень удачно, и Джейн решила обратиться за помощью к Сандору. Найти его было не трудно, ведь он, как обычно, тренировался во дворе с Балинтом. Поначалу девочка просто наблюдала за сражением (если его можно так назвать, скорее, битьём чучела) и терпеливо ждала, когда мальчики решат сделать перерыв. В это время у ворот происходила какая-то возня, запрягали лошадей. И когда Балинт свалился в очередной раз, он решил, что ему нужен перерыв и просто остался лежать на земле, Джейн решила подойти к брату:

— Ты не мог бы мне помочь? — спросила она. — А то совсем не могу ничего словить.

Сандор устало выдохнул и бросил тренировочный меч на землю.

— Я тебе помогу, но только если ты пообещаешь, кое-что кое-кому передать, — поставил он условие. Из-за серьёзного вида брата, Джейн решила вдруг перейти на шёпот.

— А что и кому передать? — тихо спросила она.

— Не спрашивай, просто обещай, что выполнишь условие.

Джейн кивнула и уверенно ответила, но снова шёпотом:
— Обещаю.

Они оба отправились в сторону лестницы, ведущей внутрь замка, ведь на людях Сандор такой глупостью, как ловля мух, заниматься не собирался.

— Нет, Джейн, ты не можешь просто так его увести! — с возмущением выкрикнул им вслед Балинт. — Сандор, ты же обещал!

— Ноешь как девчонка. Я мигом вернусь, оклематься не успеешь, — не останавливаясь ответил Клиган.

Тут Джейн заметила, как несколько всадников во главе с Григором выехали за ворота.

— Куда это они? — спросила она брата.

— На утёс Кастерли по какому-то поручению, — ответил Сандор. — Отец меня в такие дела не посвящает.

Сандор легко справлялся со своей задачей. Его быстрая реакция просто поражала: он запросто мог поймать рукой насекомое прямо на лету как кошка. Когда мух было достаточно, Джейн взяла деревянную коробочку из рук брата и в прыжке поцеловала его в щеку в качестве благодарности. Сандор даже сказать ничего не успел, как его сестра умчалась кормить свою подопечную.
После сытного обеда довольная Ло чистила свои пёрышки, а её спасительница сидела над книгой рыцарской поэзии. Однако она никак не могла сосредоточиться, потому что её голова была занята одной навязчивой мыслью. И эта мысль как надоедливая муха всё жужжала и жужжала. Она не давала покоя ни за ужином, ни во время и без того беспокойного сна, ни на следующий день. Именно эта мысль заставляла Джейн часто прогуливаться мимо комнаты Григора, прислушиваться, пытаться заглядывать в дверные щели. Собственные размышления вызывали в ней любопытство, чувство страха, иногда даже злость, но больше всего она ощущала муки совести. И ощущала она их потому, что ей казалось, что каждый день в той жуткой комнате от голода умирают живые существа. Все эти волнения подкреплялись недавним кошмаром.
Не в силах больше терпеть это угнетающее состояние, Джейн решила, что спасёт ещё хоть одну жизнь. Её успокаивал ещё тот факт, что Григор не искал Ло и, скорее всего, вовсе про неё забыл. Может он и ещё одной пропажи не заметит. На третий вечер отсутствия Григора Джейн решила осуществить свою безрассудную выходку. Она отправилась в спальню Горы, когда уже почти село солнце. Девочка долго не решалась войти в комнату. Она стояла у двери и прислушивалась: постоянно казалось, что в комнате кто-то есть. Наконец Джейн решилась войти. Дверь противно заскрипела. В комнату через ставни еле-еле пробивался вечерний солнечный свет. У кровати на полу стояли несколько клеток.
Тихими осторожными шагами девочка начала приближаться к своей цели. Совсем рядом с кроватью она наступила на что-то твёрдое. Это была странная деревянная фигурка человека. Но она, скорее всего была не закончена: нечёткие очертания, и из всех деталей выделялись только глаза. Джейн не собиралась рассматривать фигурку и поскорее направилась к клеткам. Девочка наклонилась и начала всматриваться в содержимое клеток. Почти все птицы лежали без движения и только один чёрный дрозд, прижавшись к прутьям, слабо поворачивал головой. Джейн открыла клетку и достала птицу. Завернув полуживого дрозда в подол платья, она ещё раз оглянулась по сторонам и поторопилась к выходу. Когда девочка, наконец, оказалась в своей комнате, то почувствовала, как её сердце колотится, и было такое ощущение, словно оно подобралось к самому горлу и вот-вот выпрыгнет.
Дрозд казался почти здоровым, однако перья на его груди выглядели слегка странно, словно их кто-то опалил. Джейн ничего не рассказа Сандору, так как точно знала, что он разозлится и в этот раз точно избавится от такой проблемы. Повезло, что он в последнее время был чем-то занят и постоянно куда-то уходил с Балинтом. Дрозд с удовольствием принимал все подношения. По сравнению с Ло, он был очень молчалив. Однако после двух дней кормёжки он сел на окно и впервые запел. После коротенькой песни дрозд взмахнул крыльями, взлетел, а затем скрылся в ветвях ближайшего дерева.
С одной стороны, Джейн расстроила столь непродолжительная дружба, она ведь даже птахе имя не придумала. А с другой стороны — одной проблемой меньше. Но больше всего её печалило то, что Ло, возможно, так никогда и не взлетит.
Спустя ещё два дня Джейн, наконец-таки, смогла выспаться, потому что Сандор согласился кормить маленькое несчастье утром вместо сестры. К ней вернулись силы и поэтому она сидела у окна и рисовала. Вдруг дверь её комнаты с грохотом открылась. От испуга девочка уронила пергамента. На пороге стоял Григор. Он не был зол, но и хладнокровного, безразличного выражения лица хватало, чтобы напугать до жути. Джейн замерла. Она не могла ни пошевелиться, ни вздохнуть, ни вымолвить хоть слово. Григор посмотрел на ящик у её кровати.

— Ты думала, что я не умею считать? — спросил он.

Гора направился к ящику, присел и своей огромной лапищей осторожно взял Ло. Затем он исподлобья посмотрел на Джейн. Она была в растерянности. Григор начал медленно сжимать в ладони пташку, которая в этих железных тисках казалась совсем крохотной.

— Пожалуйста, не надо! — преодолев оцепенение, выкрикнула Джейн.
Не успели прозвучать последние слова, как Григор со всей силы сжал кулак. Послышался еле уловимый писк и глухой треск. Джейн кинулась к двери, но почти у самого выхода её перехватил громила. Он схватил сестру за руку и потянул вверх настолько, что она еле доставала носочками до пола. Григор достал меч из ножен и замахнулся. Он смотрел Джейн прямо в глаза. Она не могла вымолвить ни слова, и лишь губы беззвучно повторяли: «Не надо». Лицо Горы исказил гнев. Он всё сильнее сжимал рукоять меча и никак не мог решиться сделать один резкий удар. Пока он раздумывал, в коридоре послышались быстрые шаги. В дверном проёме появился Сандор. Его не покидало ноющее чувство внутри с того момента, как вернулся ненавистный братец. Ему хотелось удостовериться, что его сестра в порядке. Ощущения его не подвели. Ещё в коридоре он услышал крик Джейн и достал охотничий нож, который почти всегда носил с собой. Сандор, ни секунды не раздумывая, полоснул брата лезвием по руке, но тот даже и мускулом не повёл. Григор отпустил сестру и развернулся к мальчику. Сандор начал отходить в глубь коридора. Гора с усмешкой посмотрел на нож в руках брата.

— Этим ты собрался со мной сражаться? — спросил он и злорадно рассмеялся. — Только не так. Приходи, когда научишься пользоваться оружием посерьёзней. Затем Григор развернулся и посмотрел на Джейн. Она сидела на полу и тряслась от страха.

— Не смей больше входить в мою комнату, — сквозь зубы проговорил Гора и спокойными, но от этого не менее быстрыми, шагами направился прочь.

Девочка всё также сидела на полу, прижав руки к груди и зажмурив глаза. Сандор помог сестре подняться, и усадил её на кровать, а затем на несколько минут исчез за дверью, чтобы найти служанку и отправить за мейстером. Когда мальчик вернулся, Джейн сидела у ящика и взахлёб рыдала над тем, что осталось от Ло. Он терпеть не мог девчачьи слёзы, потому что сразу терялся и не знал, что делать. И сейчас все слова и действия казались бессмысленными, но делать что-то надо было. Поэтому Сандор просто сел рядом с сестрой и приобнял её за плечи.

— Твои слёзы ей не помогут, — произнёс он в надежде хоть как-то успокоить Джейн.

Девочка посмотрела на брата влажными покрасневшими глазами, кивнула в знак согласия и начала вытирать слёзы, которые никак не хотели униматься. Затем Сандор снова помог сестре подняться и, видя её тщетные попытки успокоиться, обнял покрепче. Джейн постепенно начала приходить в себя. Лишь изредка она вздрагивала и тяжело вздыхала. В комнате, пыхтя и вытирая пот со лба, появился мейстер Лорен.

— Дженни, ты цела? — еле выговорил старик. Он стоял, прислонившись к дверному косяку и схватившись за сердце, а другой рукой держал тканевую сумку. Дети помогли мейстеру сесть на кровать. Джейн подала ему воды.

— Со мной всё хорошо, — ответила девочка. — Что мне сделать, чтобы вам стало легче?

Лорен жестом руки дал понять, что ему просто нужно какое-то время, чтобы перевести дух.

— Ну что? Давай лечиться? — мягко улыбнувшись, произнёс он спустя непродолжительное время.

Джейн подала мейстеру сумку, и он начал доставать оттуда разные колбочки и баночки, о содержимом которых было известно лишь ему. В это время Сандор взял ящик с мёртвой пташкой и направился к выходу. У двери он поймал на себе печальный взгляд сестры, остановился и произнёс:
— Не переживай. Я позабочусь о ней.

Девочка прикусила внутреннюю часть нижней губы и нахмурила брови. Казалось, что она вот-вот снова заплачет, но вместо это лишь слегка кивнула и вымолвила: — Спасибо.

Сандор вышел во двор и какое-то время просто сидел на ступенях с ящиком в руках. Можно было просто отдать эту дурацкую птицу ободранному коту, который увлечённо гонял по двору пробку от бутылки. Если бы это была обычная птица, то Клиган так бы и поступил, однако она принадлежала Джейн. Это единственное, что делало для мальчика эту птицу особенной. Поэтому Сандор сейчас возьмёт лопату, пойдёт в сад, в котором часто любит гулять его сестра, и найдёт для пташки самое лучшее место, а затем расскажет о случившемся отцу, ведь слуги, мейстер и, уж тем более, Джейн этого сделать не осмелятся.
После того, как Андрас Клиган узнал обо всём, Григора ждало наказание плетью и ночь в темнице, а Джейн предстоял серьёзный разговор. Сандору же от отца досталась сдержанная похвала и одобрительное похлопывание по плечу.
Когда Клиган-старший вошёл в комнату своей дочери, та без сил лежала на кровати и разглядывала узоры из трещин на стене. Андрас сел на край кровати, а Джейн приподнялась и прислонилась спиной к изголовью.

— Зачем ты ходила в комнату Григора? — начал диалог лорд Клиган.

— Он мучал птиц, — начала оправдываться девочка. Она собиралась сказать ещё что-то, но не успела.

— Может тогда и мне на охоту не ходить? — перебил её Андрас.

— Это ведь не тоже самое, — неуверенно произнесла Джейн.

— Тоже самое. Ты ведь никогда не была на охоте? — вопрос был риторический, поэтому девочка просто промолчала.

— Охотники загоняют животных в ловушки, — продолжил Клиган-старший, — спускают на них собак, убивают со особой страстью. Порой некоторые звери умирают в муках. Но я и дальше буду охотиться. И пусть Григор со своей добычей делает всё, что хочет, лишь бы он держался подальше от тебя и Сандора.

Джейн просто с обидой смотрела на отца и ничего не отвечала.

— Прошу, не смотри на меня так! — снова заговорил Андрас. — Ты доставила мне столько хлопот. И могла доставить ещё больше. Я должен на тебя злиться. Джейн кинулась отцу на шею и крепко обняла его.

— Не надо! Пожалуйста, не злись! — стала умолять Клигана дочь.

— Не буду. У меня это очень плохо выходит, — Андрас окончательно сдался и уже не мог придерживаться того сурового тона, на который настроил себя перед разговором.

— Но я должен тебя наказать, — продолжил лорд, когда Джейн его отпустила. В ответ девочка кивнула.

— Тогда ты три дня будешь сидеть в комнате и размышлять над своим поведением. Никаких игр с Сандором, никакого рисования. Краски я заберу, — такую меру наказания назначил Клиган своей дочери, а та в свою очередь на каждое условие отвечала: «Хорошо».

— И я очень прошу тебя, пообещай, что больше не будешь делать глупостей, что не будешь входить в комнату Григора, иначе я всё-таки найду кого-нибудь, кто будет следить за каждым твоим шагом, учить этикету, танцам, вышиванию и прочей ерунде с утра до вечера, — сурово и почти на одном дыхании выпалил Андрас.

И Джейн дала обещание, а затем поклялась всеми богами, какие только есть, что не нарушит его. И смотря на то, с каким огнём в глазах и с какой серьёзностью она клялась, её отец потерял последние остатки строгости. Клиган улыбнулся и поцеловал свою дочь в лоб сразу, как она закончила говорить. Затем эти двое немного посидели в тишине, пока остатки разговора продолжали отдаваться эхом в их мыслях.

— Ну и где же мой обещанный рисунок? — нарушил молчание Андрас.

— Я его испортила, — виновато ответила Джейн.

— Я уверен, что новый получится гораздо лучше, — попытался приободрить свою дочь Клиган. Девочка сразу оживилась и радостно улыбнулась.

— Но только после наказания, — добавил лорд с наигранно серьёзной интонацией, подняв указательный палец.

Перед тем, как покинуть покои дочери, Андрас потребовал с неё ещё одно обещание: почитать ему перед сном. Затем Джейн осталась одна. Она надеялась, что Сандор заглянет к ней хоть на одну минуточку, однако он так и не пришёл. Этот факт не давал бы ей спокойно спать, если бы не снотворное, которое дал мейстер Лорен. Перед тем, как уснуть, Джейн размышляла о многом, но больше всего её интересовал один вопрос: сделал бы Григор то, что намеревался, если бы вовремя не появился Сандор?
 
Последнее редактирование:

John Myers

Скиталец
Глава III
За те три дня, что Джейн провела в полном одиночестве в своей комнате, Сандор так ни разу и не заглянул. Девочка думала, что брат на неё злится и, возможно, даже ненавидит. Иногда она выглядывала в коридор в надежде увидеть его, но покидать комнату не решалась, потому что боялась, что если ослушается, то снова расстроит отца.
Сандор действительно злился на сестру. Он так и не спросил у Джейн, действительно ли она ходила в комнату Григора. Об этом ему рассказал отец. Мальчик злился на сестру из-за её глупости и наивности. Злился на себя из-за того, что не сумел всё предвидеть, сердился на отца, за то что он (по мнению Сандора) не мог должным образом повлиять на своего старшего сына. Но больше он, конечно, злился на Григора за то, что этот человек просто занимает определённое место в его жизни. Он часто представлял, что могло случиться, если бы его старший брат был столь же зол, как и в ту ночь, когда наградил его ожогом на пол-лица, и от этого он приходил в ещё большую ярость. Злился, потому что боялся, что Григор снова может совершить что-нибудь ужасное и непоправимое. Сандор не приходил к своей сестре, так как знал, что из-за своего вспыльчивого характера и накопившейся злобы, может наговорить глупостей. Однако для него нашлась подходящая работёнка, которая слегка поумерила его пыл.
Дело в том, что северная часть замка уже давно нуждалась в ремонте: потолок в некоторых помещениях понемногу начинал обваливаться, а деревянные конструкции совсем прогнили. Прошлых лордов эта часть замка не особо волновала, ведь она была отведена специально для слуг. Но Лорд Клиган прекрасно понимал, что с этим срочно нужно что-то делать, иначе их и без того не очень надёжный замок может постепенно превратиться в руины.
Андрас Клиган посвятил этой проблеме всего себя и от своих сыновей требовал того же, потому что уважал физический труд и считал, что его дети должны многие вещи уметь делать своими руками. Сандор в основном выполнял функцию «подай-унеси-принеси-подержи», но даже это отнимало у него все силы.
Наконец наступил день, когда Джейн снова могла играть на улице с Пушком, рисовать и гулять в саду. Сандор проснулся пораньше, чтобы перед тем, как отправиться помогать отцу, увидеться с сестрой. Сначала он просто стоял у её комнаты и прислушивался. И когда за дверью послышались шаги, он постучал. Джейн ответила сразу, словно ждала этого стука. Сандор вошёл. Его сестра стояла у небольшого зеркала, которое находилось на прикроватном столике. На ней было новое платье. Девочка поприветствовала брата лёгкой улыбкой. Рядом с кроватью Сандор увидел Пушка. Пёс казался довольным. Хотя, может всё дело в его глупой морде и высунутом языке. По крайней мере, он больше никого не донимает своим скулежом, который изрядно поднадоел за последние три дня.

— Отец не разрешает пускать собак внутрь, — напомнил Сандор.

— Он сам его впустил, — ответила Джейн, а затем попыталась перевести тему разговора. — Ты обычно не просыпаешься так рано.

— Работы много, — объяснил он, а затем продолжил, — отец снова решил тебя побаловать?

Джейн посмотрела на своё голубое платье. Она знала, что отец уделяет ей больше внимания, чем её братьям, и всякий раз, как она получала новый подарок, Сандор с насмешкой подмечал этот факт, от чего ей вдруг становилось стыдно. Мальчик заметил замешательство сестры, и поэтому добавил: «Тебе очень идёт». На самом же деле он не знал, как определить, идёт человеку та или иная вещь или же нет. Сам Сандор зачастую был очень неряшлив, и одежда, по его мнению, имела лишь практическое назначение.
Сандор сел на край кровати и начал что-то доставать из кармана жилетки. Перед ним заегозил Пушок, который подставлял то свою огромную голову, то спину, требуя, чтобы его почесали.

— Помнишь, ты обещала кое-что кое-кому передать? — спросил он, попутно отпихивая пса.

— Помню, — ответила девочка и села рядом с братом, с левой стороны от него.

— Передай это Агнеш, — Сандор протянул сестре брошь в форме листика. Украшение было изготовлено из меди. Джейн понимала, на чём основывался такой выбор: медная брошь будет хорошо сочетаться с рыжими волосами Агнеш. И теперь стало понятно, почему Сандор, вместо того, чтобы улучшать собственные навыки, согласился тренировать Балинта, который совсем не умел держать меч. Балинт был сыном кузнеца и уже неплохо владел этим ремеслом, что было видно по украшению, которое Джейн держала в руках. Листик был слегка изогнут, словно застыл в падении, каждая его прожилка была сделана с аккуратностью и старанием.

— Я передам. Но что мне ей сказать? — спросила Джейн, разглядывая брошь.

— Ничего не говори, — ответил Сандор.

— А почему нельзя сказать, что она от тебя?

— Потому что она не от меня. И не вздумай, ей так сказать, — строго потребовал Сандор, в очередной раз оттолкнув Пушка.

— Хорошо, я сделаю так, как ты сказал, только не злись, — Джейн знала, что брат её обманывает, но она понимала, почему он не хочет, чтобы Агнеш знала правду.
— Не переживай, я тебе верю, — на короткое мгновение на лице Сандора появилась улыбка, и его сестре стало спокойнее. Она до сих пор ощущала какую-то тяжесть внутри, из-за того, что они так и не поговорили, о том, что случилось три дня назад.

Мальчик, сам того не замечая, сдался и начал чесать Пушка за ухом. От удовольствия пёс закрыл глаза. В этот момент Джейн наклонилась к брату, чтобы поцеловать его в щёку, однако Сандор не сразу распознал намерения сестры и повернул голову так, что поцелуй пришёлся в уголок рта. Ощущения, которые он испытал в этот момент, показались очень знакомыми. По настояниям мейстера Лорен ему часто приходилось пить горькие снадобья. И чтобы как-то разбавить горечь, после лекарства ему давалась ложка мёда, который был настолько сладким, что во рту становилось щекотно. Тоже самое Сандор ощутил и сейчас, но лишь на доли секунды, потому что Джейн моментально отстранилась. Брат посмотрел на неё с недоумением.

— Спасибо, что спас меня тогда, — выговорила она.

Сандор отвернулся, увидев, как покраснели щёки его сестры, и ненадолго задумался, а затем произнёс:

— Надеюсь, мне больше никогда не придётся этого делать.

По просьбе Джейн Сандор повёл Пушка обратно на псарню. Однако пёс ни в какую не хотел возвращаться в клетку. Мальчик несколько минут не мог поймать его и в конце концов схватил за загривок и попытался затолкать в вольер, но безуспешно, ведь пёс хоть и был глупым, однако обладал огромной физической силой. — Не собираюсь я с тобой играть, увалень ты безмозглый! А ну иди сюда! — даже угрозы не действовали на Пушка. Он лишь обиженно смотрел на мальчишку и продолжал держаться от него поодаль.
Сандор уже хотел вернуться к Джейн и сказать ей, чтобы она сама разбиралась со своим питомцем, но передумал. Он опустился на одно колено рядом с вольером и начал подзывать пса, похлопывая себя по коленке.

— Кто хороший мальчик? Ну же, иди ко мне! Давай поиграем, — Пушок завилял хвостом и начал очень медленно подползать.

Сандор мысленно поражался своему терпению. Выждав нужный момент, он всё-таки сумел затолкать глупое животное в клетку и ещё какое-то время провозился с задвижкой.

— Снова бездельничаешь, мелкий уродец, — раздался голос Григора, который направлялся ко входу в замок. — Займись уже чем-нибудь полезным.

— Не указывай мне, что делать! — огрызнулся Сандор.

Создалось впечатление, что Гора не придал значения словам младшего брата, но подойдя почти вплотную, схватил его за ворот и прижал к воротам псарни. Сандор ожидал чего-то подобного, но бежать не собирался, а применять силу, тем самым провоцируя брата ещё больше, было опасно даже для него. Он уже жалел, что не сумел удержать язык за зубами. Собаки подняли лай.

— Дерзишь, заморыш… Не боишься, что я могу раздавить твою тупую уродливую башку как орех? — сквозь зубы проговорил Григор.

— Ты этого не сделаешь, — Сандор пытался разжать стальную хватку Горы, ему было трудно дышать. — Потому что боишься отца.

Григор оскалил зубы и сильнее вжал брата в металлическую ограду. Одна из собак гавкала и рычала яростнее остальных, давясь собственной слюной, а затем начала биться о прутья клетки. Гора посмотрел на животного с недоумением.

— Да что не так с этой тварью? — произнёс он и оттолкнул мальчишку в сторону, даже не взглянув на него.

— Вилмош! — позвал Григор псаря, но не получив ответа, направился в сторону конюшни. — Где эта вонючая псина, — проворчал он на ходу.

Сандор лишь гневно смотрел вслед брату и разминал плечо, а затем пробубнил себе под нос какие-то ругательства и торопливо зашагал в северную часть замка.

После ухода брата Джейн переоделась в повседневное платье, с которым ей пришлось немного повозиться, так как на нём появилась новая дырка, которую девочка тут же начала старательно зашивать. Ведь если отец заметит, что её любимая вещь порядком износилась, то отдаст её кому-нибудь из прислуги. Сначала Джейн долго искала нитки, а затем несколько раз переделывала работу, так как у неё никак не выходило сделать шов менее заметным. Новое платье она решила отложить до ближайшего праздника. Когда дело было сделано, девочка спустилась в малый зал, чтобы проследовать на кухню, где она с большой вероятностью могла найти Агнеш. Джейн не сразу заметила Григора, который сидел у окна, но как только она его увидела, то мгновенно ускорила шаг.

— Стой! Иди сюда! — скомандовал Клиган.

Джейн вздрогнула и замерла, боясь пошевелиться. Она медленно развернулась и посмотрела на брата, пытаясь понять, чего от него следует ожидать. Он выглядел спокойно, но даже это не внушало доверия. Девочка не осмелилась возразить Григору и поторопилась исполнить приказ, так как боялась разгневать его. Гора сказал ей захватить с собой один из стульев, которые стояли у главного стола. Когда девочка подошла к брату, то просто стояла в полной растерянности. Григор выхватил из её рук стул и поставил напротив себя. По его взгляду Джейн поняла, что ей нужно сесть. Клиган протянул ей свою огромную правую лапищу ладонью вверх.

— Этот старый крот Лорен совсем уже [ничерт]а не видит, — проворчал Григор. — Попробуй ты достать занозу.

Джейн опешила от такой просьбы, но без лишних вопросов взяла трясущимися руками ладонь брата и начала рассматривать слегка покрасневший безымянный палец. В коже была видна лишь еле заметная точка. Казалось странным, что такая мелочь может беспокоить Григора, который даже на порезы не реагирует. Но именно этот жалкий крошечный кусочек дерева не давал ему покоя, раздражал и вызывал гнев. Девочка начала осторожно надавливать на кожу вокруг занозы.

— Ты действительно думаешь, что мне может быть больно? — усмехнулся Гора.

Джейн начала давить сильнее, но это не помогало и тогда она вспомнила про брошь, которую должна была передать Агнеш. Она достала брошь и кончиком иглы попыталась подцепить кожу, что было очень трудно, ведь руки Горы были грубые как напильник. Девочка переживала не только из-за того, что Григор может разозлиться, если у неё ничего не получится, но ещё и из-за того, что она может случайно погнуть иглу, и тогда подарок будет испорчен.
Громкое сопение брата ещё больше сбивало с толку. Джейн казалось, что Григор неотрывно наблюдает за её действиями. Она не знала этого наверняка, а узнать не решалась, но из-за этого давящего ощущения постоянно ёрзала на стуле. Лишь единожды она бросила взгляд на его предплечье, подметив несколько шрамов, однако в лицо так и не посмотрела.
После всех стараний, тонкий деревянный кончик оказался на поверхности, но Джейн никак не могла его подцепить своими короткими ногтями. Тогда она поднесла палец Григора к губам и попыталась высосать занозу. Через несколько секунд девочка отпустила руку брата. Затем, с трудом, но она сумела убрать с языка мелочь, доставившую столько хлопот, и с облегчением выкинула её в окно. И только теперь она решилась посмотреть на того, кого боялась больше всех на свете.
Григор потирал безымянный палец большим, казалось, он тоже чувствует облегчение.

— Ждёшь вознаграждения? — обратился Гора к сестре.

Та отрицательно помотала головой и взяла стул, чтобы поставить его на место, но из-за своей расторопности с грохотом уронила его у стола. А затем, словно напакостивший котёнок, рванула в сторону кухни.
Она подошла к двери, из-за которой обычно доносился аппетитный запах, заглянула внутрь и увидела девушку, которая сидела к ней спиной. Это была Агнеш. Джейн её запросто узнала, ведь такой длинной рыжей косы не было ни у кого в замке, даже у сестры Агнеш — Маргит. Рыжеволосая сидела над корытом и старательно начищала какую-то металлическую посудину. Рядом с ней стояло маленькое деревянное ведёрко с песком и гора грязной утвари. Девочка была на год старше Сандора и его сестры, но выглядела уже как взрослая девушка из-за своего роста и женственной фигуры.

— Агнеш! — окликнула её Джейн.

Девочка обернулась и одарила неожиданную гостью такой обворожительной улыбкой, что невозможно было не улыбнуться в ответ. Затем Агнеш неторопливо вытерла руки о фартук, поправила волосы и подошла к Джейн. Та уже стояла наготове и сразу протянула ей руку с брошью.Рыжеволосая взяла украшение и принялась его рассматривать.

— От кого это? — спросила Агнеш.

— Я не могу тебе сказать, — ответила Джейн.

— Тогда может я попробую угадать, — девочка лукаво улыбнулась, однако, когда она посмотрела на свою собеседницу, улыбка вдруг потускнела.

— Ты выглядишь обеспокоенно. Что-то случилось? — поинтересовалась Агнешь и получила отрицательный ответ.

— Может ты так из-за того, что случилось тогда… Ну, с Григором… — предположила рыжеволосая.

— Нет, что ты. Я, наверное, просто не выспалась, — неуверенно произнесла Джейн.

— Кстати, так что там произошло? Я слышала, что Сандор ранил Григора.

Джейн было горько вспоминать о том, что случилось с Ло. Она вяло и без подробностей рассказала Агнешь о том, как Сандор спас её. Но девчонка продолжала задавать вопросы, надеясь, что ей удастся узнать имя того, кто подарил брошь. Возможно, ей бы это и удалось, если бы в кухне не появился её отец.
Бернат отвечал за еду в замке. На его добродушном лице не было ни единого волоса, а всё потому что однажды ему в шею влетела щепка, когда он колол дрова. Однако, несмотря на внешний вид, этот человек отчитывал своих подчинённых за каждую мелочь и со всей строгостью относился к воспитанию своих дочерей.
Не успел он появиться в проходе, ведущем на улицу, как по кухне разнёсся его басистый голос, от которого, казалось, даже посуда зазвенела:

— Агнешь, кончай трепаться! Кастрюли сами себя не отскребут!

Рыжеволосая устало прикрыла глаза, спрятала подарок в карман фартука и вернулась к своим обязанностям.
Затем Бернат заметил Джейн и предложил ей свои услуги в качестве повара, так как решил, что именно чувство голода привело её на кухню, но та учтиво отказалась от завтрака и прошмыгнула на улицу.
В первую очередь девочка решила прогуляться в саду, за которым никто не ухаживал. И только тогда, когда трава в нём вырастала по пояс, лорд Клиган отдавал приказ скосить её, ведь его младшие дети часто проводили там время.
Джейн прошла через калитку, которая ещё держалась на петлях лишь благодаря плющу и хмелю, которые плелись по стенам замка, высохшему фонтану и руинам старой башни. В саду также росли фиалки, клевер, цмин, анемона, но главным его украшением были розы: пять кустов с оранжевыми, розовыми, жёлтыми и тёмно-красными цветками расположились вокруг фонтана. Кусты уже заросли пыреем и сорняками, который Джейн принялась вырывать. Солнце слегка припекало и нагоняло усталость и сонливость. Девочка вырывала траву очень медленно, стараясь не пораниться, особенно долго приходилось возиться с колючками. Иногда она прерывалась на отдых и ложилась на скамейку, свесив ноги и наблюдая за облаками.
Когда дело было сделано, Джейн поняла, что сильно проголодалась, поэтому вернулась на кухню и попросила у Берната, который в этот момент был занят приготовлениями к обеду, ломтик чёрного хлеба, кусочек сыра и кружку воды. Она сидела во дворе на скамейке и ела свой запоздалый завтрак. Ближе к обеду должен вернуться Сандор. Девочка решила его подождать и заодно подумать над своим новым рисунком.
Ждать долго не пришлось. Вскоре во дворе появился Сандор, а вместе с ним и Балинт, который тут же направился за тренировочными мечами. Джейн помахала брату, тот подошёл к ней и сел рядом.

— Ты сделала то, о чём я просил? — спросил он.

— Да. Ей понравилась брошь. Она пыталась узнать, кто её подарил, но я ничего не рассказала. Честно.

Сандор сделал вид, что не придал значения её словам.

— А ещё я ей рассказала про то, как ты спас меня, — добавила Джейн. — Она сказала, что ты поступил как настоящий рыцарь.

Девочка успела заметить, как её брат слегка улыбнулся, а затем снова принял безразличный вид.

— Она сама не знает, о чём говорит, да и вообще, какое мне дело, — отозвался он.

— Думаю, ей бы понравилось, если бы тот, кто передал эту брошь, написал ей записку, — немного поразмыслив, произнесла Джейн.

— А это ещё зачем?

— Ну знаешь… — начала объяснять девочка.

Пока она думал, как всё объяснить Сандору, вернулся Балинт. Клиган встал со скамейки и быстро протараторил:

— Никто такой глупостью заниматься не будет.

Джейн нахмурилась и какое-то время просто наблюдала за мальчишками. Затем она решила, что до обеда ещё успеет порисовать, а заодно и поиграть с Пушком в саду. Её уход остался незамеченным.
Сандору сегодня было труднее отражать удары. Он чувствовал усталость, да и солнце палило нещадно. Вдруг оружейный звон заглушили людские крики и собачий лай. Звуки явно шли со стороны псарни, куда ребята сразу и направились. В центре всей суматохи стоял Вилмош. Его правая штанина была порвана, но крови видно не было.

— … Весь день была какая-то взбешённая! Я уж думал, порвёт меня. Хорошо хоть Григор её отпугнул, — объяснял он окружившим его слугам.

Псарь быстро пришёл в себя, затем выпустил двоих собак и отправился искать беглянку. Вместе с ним пошли ещё несколько слуг и Балинт с Сандором.
Джейн сидела в саду на скамейке и разбавляла краски. Пушок нырял в траву за кузнечиками. Его шерсть в некоторых местах покрылась репейником и колючками. Тут вдруг он ни с того ни с сего заскулил и начал жаться к ногам хозяйки. Девочка не сразу поняла, в чём дело, а затем увидела у калитки собаку, которая то тёрла свою морду о траву, то просто жевала её. Пасть вся была в слюне. Джейн поняла, что с животным что-то не так. Она сидела тихо, чтобы не спровоцировать зверя. Пушок продолжал скулить. Собака перестала жевать траву и, пошатываясь, поднялась на все четыре лапы. Она смотрела в сторону скамейки, а затем зарычала и начала приближаться. И как только животное перешло на бег, Джейн подскочила и с криками понеслась к ближайшему дереву. Когда она взобралась на ветку повыше, то увидела внизу своего пса, насмерть сцепившегося с обезумевшим зверем. Девочка продолжала звать на помощь. Она уже не могла разобрать, что творится на земле из-за слёз, застилавших глаза.
Первым на помощь прибежал Григор. Сначала он отвлёк собаку на себя, несколько раз кольнув её мечом в бок, а затем разрубил её голову пополам. Пушок лежал на земле без движения и не издавал ни звука. Как только опасность миновала, Джейн поторопилась слезть с дерева, что ей никак не удавалось. Она была почти в метре от земли, но никак не решалась спрыгнуть. И тогда Гора схватил сестру за плечи и спустил вниз. Тут к месту происшествия прибежали другие собаки, а следом за ними Вилмош и все остальные. Джейн села рядом с Пушком, который начал скулить и вздрагивать.

— Позовите кто-нибудь мейстера Лорена, — сквозь слёзы попросила девочка.

Вилмош развёл руками. Пёс выглядел совсем безнадёжно.

— Это бесполезно, — произнёс Сандор.

— Почему никто не может просто сделать то, о чём я прошу? Он ведь ещё жив! — Джейн разразилась громкими рыданиями.

К всеобщему удивлению, Григор просто молча взял пса на руки, от чего тот ещё громче заскулил, и понёс в сторону замка. Девочка тут же поспешила следом. Она еле поспевала за старшим братом. Позади них плёлся Сандор. Когда все трое оказались во дворе, то увидели мейстара Лорена, расхаживающего из стороны в сторону и оттирающего трясущимися руками пот со лба.

— О Боги! Дженни, тебя уже все обыскались! — воскликнул старик.

Джейн обогнала брата и подбежала к мейстеру.

— Пушок сильно ранен! Вы должны ему помочь, — взмолилась она.

Старик слегка замешкал, но девочка взяла его под руку и повела вслед за братом. Григор принёс Пушка в комнату, в которой находились книги, лекарства и приборы мейстера. Он, держа одной рукой полуживого пса, смёл бумаги и прочую мелочь с одного из столов и положил на него животное. Джейн и Лорен ещё шли по коридору, когда Григор уже направился на кухню за элем.
Мейстер, не успев как следует отдышаться, начал осматривать раны Пушка, которого уже начали бить судороги. Джейн стояла рядом со своим питомцем и нашёптывала ему ласковые слова, пытаясь успокоить.

— Дженни, — участливо обратился к девочке старик, — может тебе лучше выйти?

Джейн зажмурила глаза, пытаясь удержать слёзы, и замотала головой.
Лорен молчал. Он несколько раз открывал рот, пытаясь что-то сказать. Затем краем глаза он увидел Сандора, стоящего у дверного проёма. Мейстер посмотрел на мальчишку так, словно хотел попросить о помощи, но затем понял, что Сандор точно сейчас не осмелится что-либо сказать сестре.

— Тебе стоит с ним попрощаться, — еле выдавил из себя старик.

После таких слов Джейн вовсе не жалела слёз.

— Как долго он будет умирать? — запинаясь спросила она.

— Не долго.

— Может дать ему маковое молоко?

— Я просто не смогу разжать ему челюсти. Тем более, не известно поможет ли ему это. Никто не давал собакам маковое молоко.

В комнате снова воцарилось молчание. Были слышны лишь рыдания Джейн. У Пушка уже совсем не было сил скулить.

— Можно избавить его от мучений другим способом, — неуверенно произнёс Лорен.

Девочка решила довериться мейстеру. Тот подозвал к себе Сандора и попросил вынуть его охотничий нож.

— Один правильный удар в сердце и он почти ничего не почувствует, — пояснил старик.

Джейн понимала, что так будет лучше. Она наклонилась и аккуратно прислонилась лбом ко лбу Пушка.

— Прости меня, пожалуйста… прости…— прошептала она.

Лорен показал Сандору, куда нужно бить. Джейн отвернулась, зажмурившись и закрыв уши руками. Но это было не нужно, потому что пёс не проронил ни звука. Девочке не хотелось уходить, ей всё казалось, что Пушок вот-вот встанет, снова завиляет своим хвостом и в очередной раз попытается лизнуть хозяйку своим шершавым языком.

Джейн поднесла руку к груди и мейстер сразу понял, зачем она это сделала.

— Чуть выше, Дженни. Да, сердце прямо там, за грудной клеткой, — объяснил Лорен.

Сандор вытер нож и вышел из комнаты, так как знал, что этих слёз ему точно не унять.
Джейн ещё немного постояла рядом с Пушком, а затем последний раз провела рукой по чёрной густой шерсти и направилась в свою комнату. На лестнице она встретила Григора. Он сидел на одной из ступеней и держал в руках мехи. Сестра никогда и ни за что его не благодарила. Даже представить подобную ситуацию было сложно. Однако сейчас девочка точно знала, что Григор Клиган заслуживает благодарности.
 

John Myers

Скиталец
Ага, и я о том же думаю))
Мне тут просто критика в жёсткой форме прилетела. Но ругали меня за дело, конечно. Так что я, пожалуй, подольше над четвёртой главой посижу, что б поменьше лажи было. Но я в процессе :)
 
Сверху