Schneewolf

Наемник
Название: Брак по расчёту
Фандом: сериал/сага
Автор: Schneewolf
Категория: Гет
Размер: Миди, 62 страницы, 10 частей
Пейринг/Персонажи: Рамси Болтон/Миранда, Рамси Болтон/Санса Старк, Теон Грейджой/Санса Старк, Эддард Старк/Кейтилин Старк, Русе Болтон, Петир Бейлиш
Рейтинг: R
Жанр: Драма, Романтика, элементы Юмора
Предупреждения: Модерн_АУ, ООС
Краткое содержание: Жизнь в маленьком городке не всегда оказывается скучной и однообразной. Порой принятые старшим поколением традиции приходятся не по нраву молодёжи. Долг перед семьёй или собственное счастье - выбор будет не прост.
Дисклеймер: всё принадлежит Мартину/НВО.
На других ресурсах: https://ficbook.net/readfic/8778581
Статус:
закончен
Примечания: Несколько необычные образы Старков.






Глава 1




Ночь рассыпалась мириадами звёзд в тёмном августовском небе, а в воздухе уже повисли первые звонкие ноты осени. Здесь, в сторожке лесника, было прохладно и сыро. Дров они так и не нашли и не смогли разжечь печь. Зато придумали, как справиться с холодом.

Всю ночь они болтались по пустоши, травили байки у костра и просто наслаждались обществом друг друга. Не виделись так долго: целых три недели, и вот теперь пытались наверстать упущенное время.

Рамси закурил, выпуская дым в потолок, и улыбнулся, наблюдая как его девочка хозяйничает в домике. О, уж он сумел её согреть, и теперь она абсолютно нагая раскладывала нехитрые закуски на старом грубо сколоченном столе.

Поднявшись на ноги, Рамси бросил окурок в холодную печь и приблизился к Миранде, ласково отвёл в сторону её распущенные волосы. — Ты — чудо, — сообщил он, коснувшись губами её оголённого плеча.

Миранда лишь задумчиво хмыкнула, а после развернулась в его объятьях.

— Если так, то почему же ты до сих пор не познакомил меня с отцом? — испытующе уставилась на него огромными зелёными глазами.

Рамси смутился, расцепил руки и отошёл в сторону. Начал одеваться, избегая встречаться с ней взглядом.

— Времени подходящего не нашлось, — буркнул он, натягивая футболку с изображением группы «Лорди».

— За год? — Миранда вскинула брови, а затем качнула головой, и её тёмные волосы разлетелись в стороны.

— Я… Да какая разница?! Меня его мнение не волнует, — вспыхнул Рамси.

Миранда прикусила губу и опустила глаза, обняла себя руками, затем подошла к своим вещам на полу и тоже начала одеваться. Рамси, чтобы занять себя делом, отыскал в дребезжащем буфете два стакана и сполоснул на улице набранной из колодца водой. Вернувшись в дом, откупорил бутылку из тёмного стекла и щедро плеснул в стаканы портвейн.

Миранда, поправив короткое чёрное платье с белыми кружевными оборками «под старину», уселась на табурет. Демонстративно отвернувшись, принялась заплетать косу. В её маленьком кожаном рюкзачке и расчёска нашлась.

— Может, ты просто меня стесняешься? — обиженным тоном предположила она. — Ты меня совсем не любишь?

Рамси вздохнул и залпом опрокинул стакан.

— Я тебя люблю, — сказал твёрдо и, поднявшись, наклонился к ней через стол.

Миранда с довольной улыбкой коснулась ладонью его щеки и поцеловала в губы.

Близился рассвет: небо на горизонте заалело, и вскоре робкие лучи утреннего солнца проникли сквозь круглое пыльное окно. Молча и слаженно Рамси и Миранда прибрались в домике и, взявшись за руки, вышли за дверь. Это место стало их тайным убежищем. Ещё зимой они обнаружили заброшенную сторожку и натащили туда всяких нужных вещей. Ковёр, потрёпанный старый диван, стол и табуретки. Сразу стало уютно, будто маленький шалаш для двоих.

С печью городским ребятам оказалось сладить непросто, но они научились и этому. Миранда даже как-то умудрилась испечь ягодный пирог. В общем, они чувствовали себя настоящими «Робинзонами» на затерянном острове. За вересковыми пустошами открывался густой хвойный лес, в котором немудрено было заблудиться. А здесь, на окраине, целый мир принадлежал только им двоим.


***

По тихим сонным улицам они вернулись домой. Утренний туман лениво стелился над землёй, обволакивая спящие сады, укрывал заросший плющом фасад администрации города и праздничное лимонно-жёлтое здание пекарни. Тут и они остановились. Рамси с сожалением выпустил её ладонь, и Миранда легко коснулась его губ, подарила на прощание невесомый поцелуй.

— Родители уже встали. Мне пора, — сказала она, махнув рукой.

Рамси хмуро кивнул.

— Тогда до завтра.

К дому он подошёл, когда отец уже отбыл на службу. Во дворе большого каменного особняка встретили два мощных чёрных пса. Ему было десять, когда отец подарил их. В то время он часто уезжал в командировки: колесил по всему графству.

Временами выдались неспокойные, и присутствие начальника службы судебных приставов требовалась то тут, то там. Рамси ужасно скучал, оставаясь с нянькой, и не хотел его отпускать. Тогда почему-то казалось, что отец и вовсе может не вернуться. Глупый иррациональный страх.

Никакие уговоры и доводы здравого смысла не помогали. Перед отъездом в очередную командировку отец привёз щенков. Два чёрных комочка смешно переваливались с лапы на лапу и тявкали звонкими голосами, тыкались мокрыми носами в детские ладони в надежде на угощение. Рамси с радостью баловал их лакомствами. А когда щенята чуть подросли, научил их приносить мяч, полюбил долгие прогулки в сопровождении своих питомцев. О тревогах он почти позабыл.

Теперь же Саймон и Тайлер вымахали в настоящих гигантов. Псы завиляли хвостами, увидев его, и, Рамси потрепал их обоих по загривкам. В дом он проскользнул бесшумно и, убедившись, что отец уехал, смог спокойно выдохнуть. Оказаться застигнутым врасплох, не хотелось. Он ведь пока не придумал, что скажет по поводу поступления. А теперь ещё и Миранда встала в позу.

Половину дня он проспал, половину, нервничая, пытался выстроить убедительную речь. Прогулялся с псами, и те вволю набегались по пустоши. После прибрался дома, чтобы чем-то порадовать отца и показать, что он не такой уж паршивый сын. И всё равно к вечеру Рамси оказался совершенно не готов к разговору. А тянуть особо некуда: через три недели сентябрь — начало нового учебного года.

Уборки отец то ли не заметил, то ли не посчитал нужным похвалить. За ужином Рамси вяло ковырялся в тарелке, нанизывая тушёные овощи на вилку и дожидаясь удачного момента, чтобы объявить о своих важных новостях.

Отец, аккуратно разделывая мясо, поинтересовался:

— Как дела, Рамси? Чем занимался сегодня?

Окончательно заблудившись в своих сомнениях, Рамси вздрогнул и выронил вилку.

Отец покачал головой, поджав тонкие губы.

Рамси наклонился и поднял вилку из-под стола, глядя мимо отца, объявил:

— Я не хочу учиться на юриста. И я подал документы в ветеринарный колледж.

Отец хмыкнул, утерев губы салфеткой, и расслабленно положил ладони на стол.

— Очень интересно. С чего это ты взял, дорогой мой, что ты здесь что-то решаешь? Будешь поступать на юридический: мне нужен помощник, и это не обсуждается.

— Что? — Рамси удивлённо открыл рот. — Это не твоя жизнь и не тебе решать! — воскликнул он, поднявшись на ноги.

Отец устало вздохнул, отложив приборы.

— Пока ты находишься в этом доме, будешь следовать моим правилам. И жизнью своей ты обязан мне, — размеренно пояснил он.

Рамси вспыхнул и прикусил язык, стиснул под столом кулаки.

— Я тебя не просил!

— Да-да, я знаю, — отец лишь отмахнулся. — Однако же болтаешься на моей шее уже восемнадцать лет. Ни в чём не нуждаешься. Барабанную установку хотел — пожалуйста, сынок. В «Диснейлэнд» поехать — да на здоровье, всё для тебя.

Рамси смешался: почему-то все доводы вмиг оказались глупыми и детскими. С отцом всегда так, какие бы убедительные аргументы он не приводил в голове, в итоге тот всегда оказывался прав. И пока Рамси, хлопая губами, подбирал слова, отец закончил трапезу.

— Значит так, чтобы эти твои выдумки о том, что ты хочешь лечить зверюшек, я больше не слышал. Юрист — престижная профессия, проверенная временем.

— Но… — Завтра мы идём на ужин к Старкам, и будь уж любезен, оденься поприличнее, а не как обычно, — отец брезгливо поджал губы, оглядев его наряд. Почему-то неформальный прикид он не находил чем-то приличным.

— Да мне плевать, я не хочу быть юристом, — резко мотнув головой, ответил Рамси. — И вообще у меня на завтра другие планы. Почему я должен тащиться с тобой?

— Всё это придурь, блажь. Я знаю, что для тебя будет лучше. К тому же, если ты не забыл, то за учёбу плачу я, так что мне и решать.

— Ну, конечно, ты за всё здесь платишь, — закатив глаза, проворчал Рамси себе под нос.

Отец, однако, лишь хмыкнул.

— Вот именно. Разговор окончен. Ты нужен мне на встрече со Старками. У нас намечается одна важная сделка. Мэр, кстати, тоже будет присутствовать, так что уж потрудись объявиться дома к пяти. Вместе поедем.

Рамси стиснул зубы и кивнул. Как будто его должно это волновать!

— Что за сделка? — недовольно спросил он.

— Скоро узнаешь. Свободен, — отец дал отмашку, приложившись к чайной кружке.

Рамси побрёл к лестнице. Он был ужасно зол, но признавал, что противопоставить пока нечего. Что за сделка там вообще могла состояться у начальника службы судебных приставов с генеральным директором металлургического завода? Да ещё и в присутствии самого мэра.

В своей комнате Рамси брякнулся на кровать и стиснул в руках металлическую статуэтку «Эйфелевой башни» — сувенир, привезённый из парижского «Диснейлэнда». Чёрт возьми, отец припоминал эту поездку шестилетней давности при любом удобном случае. Да и любыми своими «милостями» попрекал, будто бы Рамси всё это время жил в долг. Нет, если у него когда-нибудь будут дети, он точно не будет воспитывать их так.

Дверь тихо отворилась, и прозвучали осторожные мягкие шаги, затем раздался шумный вздох. Рамси вернул статуэтку на полку и провёл рукой по гладкой собачьей шерсти. Саймон положил тяжёлую морду на кровать и посмотрел на него умными добрыми глазами. Он всегда приходил, когда было плохо. Жаль, что говорить не умел, а так бы точно подобрал слова утешения.

Тайлер появился чуть позже: запрыгнул на кровать и устроился под боком. Животные всё понимают лучше людей.


***

Из-за этого идиотского званого ужина пришлось отменить свидание с Мирандой. Она, конечно, надулась, а потом заявила, что у неё полно дел в пекарне: родителям надо помогать.

— Я приду завтра. Хорошо? Встретимся на нашем месте в семь, — примеряя перед зеркалом официальный прикид, Рамси прижал трубку к уху.

— Даже не знаю. Если я не буду занята, — протянула Миранда, явно настроенная его подразнить. Решила показать свою гордость.

У Рамси просто не нашлось времени на эти игры, да и настроения, кстати, тоже.

— Ты уж постарайся, — оборвал он, так и не дослушав.

Миранда обижаться не прекратила, но заметно оживилась.

— И что там будет на этом ужине?

— Без понятия. Не думаю, что что-то интересное, — сообщил Рамси, застегивая манжеты рубашки — отвратительно белой, как первый снег. Чувствовал себя глупо и совершенно не в своей тарелке.

— Знаешь что, можно устроить завтра пикник в лесу, пока ещё тепло, — предложила Миранда после небольшой паузы. — Я принесу карамельные булочки, а ты возьми то вино, — наверно, она хотела его подбодрить.

Рамси и правда улыбнулся.

— Идёт, — мысли о завтрашнем свидании немного сгладили грядущий скучный вечер.

Отец стукнул в дверь и велел поторапливаться. Рамси быстро распрощался и бросил телефон на кровать. Со вздохом натянул клетчатый коричнево-красный пиджак и состроил рожу своему отражению в зеркале. Походя потрепал по загривкам развалившихся на ковре псов и вышел за дверь. В душе поселился тревожный холодок. На званый ужин в пафосном дорогом особняке Старков собралась едва ли не вся городская элита. Присутствовала и директриса его прежней школы, престарелая вдова миссис Тирелл, и управляющий банком, старикан Уолдер Фрей, и глава полицейского управления, средний брат мэра, Станнис Баратеон. Все они понатащили кучу родственников. У одних только Старков было целых четверо детей.

Пока Рамси скучал за ужином, разглядывая народ, отец трепался о чём-то с хозяевами банкета. С миссис Старк они то и дело бросали друг другу учтивые улыбки и обменивались любезностями, пока мистер Старк переговаривался с мэром.

Рамси досталось место рядом со старшей дочкой Старков, Сансой. Она весь ужин вертела телефон под столом: переписывалась с подружками и фоткала еду, пока мать на неё не шикнула.

Самая нудная часть подошла к концу, и Рамси уже предвкушал, как свалит отсюда куда-подальше, однако, жизнь умеет подбрасывать сюрпризы. Отец велел ему поухаживать за Сансой, быть галантным кавалером и всё такое прочее, сам же уединился в кабинете с четой Старков. Остальные гости потихоньку разбредались. Рамси, подобрав челюсть, кивнул. Вскоре они остались с Сансой вдвоём в гостиной. Прямо напротив друг друга. Выполнять дебильное поручение отца Рамси, естественно, не собирался. Пока родители обсуждали свои важные дела, он плюхнулся на небольшой твёрдый диванчик и рассеянно покрутил в руках телефон. Санса последовала его примеру: устроившись в кресле напротив, уткнулась в свой телефон. Затем со вздохом отложила его на маленький стеклянный столик на гнутых железных ножках.

— Мы ведь в одной школе учились? — церемонно начала беседу она и ослепительно улыбнулась.

Рамси пробормотал: «Ага», не поднимая глаз.

— Ясненько, — Санса аккуратно разгладила подол голубого платья и демонстративно бросила взгляд на часы. Рамси мигом сообразил, что у неё телефон разрядился, и ей просто нечем заняться. Однако развлекать её не торопился.

Минут десять они просидели в тишине. Всё это время Санса поглядывала в окно, расстроенно поджав губы. Рамси коротал время за игрой, но монетки быстро подошли к концу. Дабы соблюсти приличия, он всё-таки предложил:

— Хочешь выпить?

— Ну нет, — отмахнулась Санса. — Я не из таких, и тебе не советую. От алкоголя одни неприятности.

Рамси закатил глаза: мало того, что скучная, так ещё зануда и моралистка.

— Предки не узнают, — дружелюбно подмигнул он.

Санса деланно задумалась.

— Хорошо, — элегантно поднявшись, она процокала на каблуках к выходу. — Я знаю, где папа хранит ключ от бара.

— Другое дело. В столовой они оказались одни, другие гости уже разъехались. За окном синел вечер, а мощёная белым гравием дорожка золотилась под светом садовых фонарей. Санса, оглядевшись по сторонам, подошла к замкнутому на ключ буфету. Рамси наугад ткнул в одну из бутылок. В последствии выяснилось, что это был сладкий сливовый ликёр. Своим выбором он оказался доволен. Санса плеснула едва ли на донышко стакана, себе же и вовсе наливать не стала.

Рамси пожал плечами и выпил залпом. Отобрал у неё бутылку и налил доверху, даже по-джентельменски протянул ей стакан, чтобы она угостилась первой.

— Пьянство не красит женщину, и мужчину, кстати, тоже, — задрав длинный нос, известила Санса. Небрежным движением перекинула рыжую косу за плечо и пронзила его укоряющим взором.

— О, как всё запущено, — Рамси усмехнулся и пригубил напиток. — Мне больше достанется.

Санса сошла со своего пьедестала, очевидно поняв, что намёками его не пронять. Наблюдала за ним с любопытством, потом, видимо, решила показать, что она хозяйка в доме и отобрала бутылку.

— Надо возвращаться.

Рамси не стал спорить. В гостиной они вновь уселись подальше друг от друга.

— Какие у тебя планы? — верно, без телефона ей стало скучно и, пересилив себя, Санса затеяла беседу. Или просто строила из себя радушную хозяйку.

— Планы?

— Чем будешь заниматься после школы, — терпеливо пояснила Санса.

— А, да. Я хотел поступать в ветеринарный колледж, — отвлечённо ответил Рамси.

— Ясно, — Санса вновь изобразила улыбку и кивнула. Может, она и хотела, чтобы Рамси спросил что-то в ответ, но ему не было интересно.

Время тянулось бесконечно долго, и в итоге они оба, обменявшись вежливыми кивками, глядели в разные стороны. Беседа как-то не клеилась.

В конце концов появился отец и сообщил, что уладил свои дела. По дороге домой Рамси рассеянно поглядывал в окно.

— Зачем ты меня потащил на этот ужин? — не смог он всё-таки удержаться от вопроса, когда отец остановился машину на подъездной дорожке.

— Я же сказал, что у меня была важная сделка. Пришло время тебе кое-что узнать, — сообщил отец, когда они подошли к дому. Он пригласил в свой кабинет и, Рамси плюхнулся на мягкий стул. Обвёл тоскливым взором стены, обшитые тёмным деревом.

— Не буду ходить вокруг, да около. Ты уже большой мальчик и должен понимать, что к чему, — бодро начал отец. — В нашем городе существует давняя традиция: своеобразный договор между потомками семей-основателей. Правил много, но тебе сейчас нужно знать только одно.

Рамси насторожился. Никак он должен поработать на Старков после окончания учёбы.

Отец вещал что-то там про преемственность поколений, и Рамси только утвердился в своих догадках. И лишь когда в его речи мелькнула фраза: «выгодный союз», понял, что-то не так.

Отец, тем временем, поднялся из кресла и прошёлся по комнате, озвучил главную мысль:

— Договорной брак.

— Что? — нет, наверное, он ослышался. Это же какой-то бред.

— Ты женишься на Сансе Старк. С её родителями мы уже всё обсудили и приняли решение. Старший сын их подвёл, так что отцовское дело достанется Сансе, — продолжал тем временем рассуждать отец.

— Это шутка какая-то? — воскликнул Рамси, подскочив на ноги. В первую минуту он не поверил.

— Нет, это не шутка. Свадьбу сыграем осенью, в ноябре, — пояснил отец. — Ты можешь пообщаться с Сансой. Было бы неплохо произвести хорошее впечатление на её семью.

— Что ты такое несёшь?! Какой ещё брак по договору?! Мы же не в Средневековье!

— Есть вещи, которые не меняются. Традиции важны, — спокойно парировал отец.

— Нет, — Рамси покачал головой. — Я в этом участвовать не буду.

— Дорогой мой, тебя никто не спрашивает. Скажи «спасибо», что вас вообще познакомили до свадьбы. Знаешь, как говорят: «Сначала женись, потом придёт любовь».

— У меня есть девушка, и я её люблю.

Отец приподнял уголки губ в саркастичной усмешке.

— Дочка пекаря? Незавидная кандидатура.

— Откуда?..

— Я должен знать, с кем проводит время мой ребёнок. Она тебе не пара. Через несколько лет ты и не вспомнишь о ней. Санса Старк — лакомый кусок. Милое личико, покладистый нрав. Поверь мне, Рамси, ты ещё поблагодаришь меня. Родителям виднее, как лучше устроить жизнь своих детей.

Рамси хотел возразить, но отец живо отослал его прочь.

— Подумай как следует, и не трепи мне нервы. Если будешь послушным, то я, может быть, пересмотрю решение по поводу о твоего поступления, — напоследок пообещал он.

Рамси стремглав вылетел из отцовского кабинета. Оказавшись во дворе, свистнул псов, и, пристегнув поводки к ошейникам, отправился в ночь. Даже забыл переодеться в свете обрушившейся на голову информации. И теперь рассеянно трепал под рукавом пиджака браслет с черепами — подарок Миранды.

Отец просто выжил из ума! И это сборище надменных старых снобов тоже явно не в ладах с головой. Надо же, возомнили себя вершителями судеб! Рамси сплюнул под ноги и нашарил в кармане пиджака пачку сигарет. Своё обещание отец бросил, словно насмешку. Он просто не мог выбирать между Мирандой и делом, которому хотел посвятить жизнь. Или… мог?
 

Вложения

  • 975.7 KB Просмотры: 3
  • 400.2 KB Просмотры: 4
Последнее редактирование:

Schneewolf

Наемник
Глава 2




Заявление родителей просто не укладывалось в голове. На неё давили долгом перед семьёй, приводили кучу правильных доводов и ссылались на традиции, уговаривали ласково, но твёрдо. И тем не менее, всю дикость ситуации это вовсе не сгладило.

Санса долго металась по комнате, заламывая руки. Успела разозлиться, поплакать, стискивая в объятьях старенького белого зайчика — друга детства и защитника от ночных кошмаров. Родители — те люди, которым она безоговорочно доверяла, предали её. Продали как какую-то красивую вещь с аукциона!

О нет, нет, нет! Санса никак не могла смириться. Однако она привыкла исполнять роль послушной девочки: слова «ответственность» и «долг» не остались для неё пустым звуком.

Родители дали ей время на размышление, точнее на то, чтобы она свыклась с неизбежным: с их решением выдать её замуж за Рамси Болтона. Оставшись в одиночестве и вдоволь наплакавшись, Санса некстати вспомнила Робба. Нет, очень даже кстати!

Брат всегда был гордостью родителей, и Санса стыдливо завидовала ему. Роббу выпала честь унаследовать семейное дело. Отец, естественно, проводил с ним больше времени, чем с остальными, посвящал его в тонкости ведения бизнеса.

Мама, и та, больше благоволила Роббу. Кажется, он с самого рождения стал её любимчиком, хоть она и старалась этого не показывать. В большой семье родители поневоле выделяют кого-то из детей, и так уж случилось, что у них всё внимание досталось старшему сыну.

Санса не могла с этим смириться, из кожи вон лезла, чтобы доказать свою значимость. Отличница в школе, послушная дочь и заботливая старшая сестра. Её лишь снисходительно трепали по плечу и в очередной раз называли умницей. И снова все взгляды обращались в сторону Робба. Младшие почему-то тоже в нём души не чаяли.

Стоит признаться, что четыре года назад, когда их драгоценный старший сын всё же совершил ошибку и был отлучён от семьи, Санса обрадовалась. Конечно же, только в душе. На виду у всех она сокрушалась и плакала, но втайне лелеяла надежду, что уж теперь-то место любимчика родителей освободится. И кто же окажется их единственной отрадой? Явно не хулиганка Арья или несносный маленький проказник Рикон. Конкурентом оставался лишь Бран: умник и паинька. Санса подозревала, что в этой «тихой войне» он по-настоящему опасный соперник.

После того, как Робб их предал, мама оказалась подавлена, и Санса тут же подстроилась под новые правила игры. Она стала помощником, надёжным плечом, на которое мама могла опереться. Потихоньку она отвоёвывала место в родительском сердце — то, которое по праву принадлежало ей. Она была чуткой и внимательной, ответственной и безупречно идеальной старшей дочерью. И что же получила в награду за свою преданность? Стала предметом торга!

Чуть успокоившись, Санса поняла, что это её шанс. Арью пророчили в жёны сыну самого мэра и, надо признать, между ними действительно возникла симпатия. Если Санса откажется, то место родительского любимчика — гордости семьи с лёгкостью займёт Арья. Буквально через пару лет они с Джендри смогут связать себя узами брака, и тогда звание любимой дочери окончательно закрепится за ней. Ни за что! Этого уж Санса не могла допустить.

Стерев потёки туши и умывшись, она погляделась в круглое зеркало туалетного столика. Решено, она согласится на это предложение. Сомнения, конечно, оставались. Доверив свои мысли дневнику, Санса намеревалась обсудить всё завтра с мамой. Нет, не всё, разумеется, а только ту часть, о которой посчитала нужным упомянуть.


***

Днём Санса поддерживала имидж хорошей дочери и помогала по дому, возилась с вредным младшим братом, который никак не хотел заниматься чтением. С досады она даже отвесила Рикону подзатыльник, но тут же поспешила замолить грехи, накормив его конфетами. Рикон отставал по некоторым предметам, и ему задали дополнительные задания на лето. Мама слишком увлеклась садом, и вот попросила Сансу помочь. Хорошая дочь не станет отказывать.

Арья моталась где-то со своими друзьями, Бран завис за новой компьютерной игрой в своей комнате, а вот она, Санса, трудилась как пчёлка на благо своей семьи.

Уже вечером, выбившись из сил, она собиралась обсудить свои сомнения по поводу свадьбы. Маму она застала на летней кухне в саду. Та разбиралась с урожаем ранних яблок, да не одна. Вот так сюрприз!

Санса нервно потёрла ладони друг о друга и укрылась за высоким вишнёвым деревом. К счастью, её не заметили. Мама в простом домашнем платье перебирала яблоки, сидя за большим деревянным столом. Мистер Болтон, её гость, прислонившись к столбу наблюдал за её ловкими руками. Вероятно, он явился по долгу службы, так как был в форме, или, что логичнее всего, хотел поговорить о вчерашней сделке.

Санса затаила дыхание, обняв шершавый ствол вишни, и обратилась в слух.

— Правильно ли это? — увлечённо сортируя плоды, спросила мама.

— Это всегда было правильно, — отстранёно ответил мистер Болтон. — Важно не сколько длится пьеса, а как хорошо она сыграна.*

Мама глубоко вздохнула, отложив в сторону ещё одно побитое яблоко, и подняла глаза. Мистер Болтон кивнул и по его губам скользнула едва уловимая усмешка. Он задержал ладонь в паре дюймов от её огненно-красных волос и чуть помедлил. Затем убрал упавший с яблони листок и прижал его к столешнице.

— Спасибо, — мама опустила ладонь рядом с его рукой. На мгновение их взгляды пересеклись.

— Они привыкнут. Все привыкают, — заявил мистер Болтон и, подхватив из корзины красное яблоко, покинул летнюю кухню.

Мама проводила его задумчивым взглядом и вернулась к работе.

Санса в своём тайном укрытии смогла, наконец, спокойно выдохнуть. Мистер Болтон её пугал: холодный и странный человек. Его бледное узкое лицо, словно маска, лишённая всяких эмоций и красок. И что творится под ней, непонятно.

Выждав минут десять, Санса шагнула на насыпную дорожку и уверенным шагом приблизилась к летней кухне. Об увиденной сцене она решила не говорить. Честно признаться, из этого диалога она ничего так и не поняла.

— Как дела, милая? — мама тепло улыбнулась, подняв голову, и Санса ответила грустной улыбкой.

— Я всё думаю о вчерашнем, — опустившись на скамью по другую сторону стола, начал она.

— Понимаю, что тебе нелегко смириться, — мама ободряюще сжала её ладонь.

— Он мне даже не нравится, он какой-то грубиян, — заявила Санса, нахмурившись.

— Мальчишки его возраста все такие.

— Даже не знаю… — задумчиво протянула Санса.

— Мы с твоим отцом тоже не с первого взгляда друг другу понравились. Но теперь у нас прекрасная, дружная семья, — мама ласково провела ладонью по её волосам.

Санса так и не отважилась задать самый важный вопрос. Почему она должна выходить замуж за того, кого не любит? Ведь именно сейчас она была надеждой семьи. Робб так и не справился с этой ролью, а вот она несомненно достойна звания лучшей дочери.

Мама словно догадалась о её мыслях.

— Уважение, забота друг о друге и взаимопонимание — вот, что важно. Одной лишь любви недостаточно для крепкого брака, а с годами она и вовсе может растаять, — пояснила она терпеливо.

Санса кивнула.

— У каждого из нас есть свои обязанности, и мы не в праве ими пренебрегать. С твоим отцом у нас тоже не всё шло гладко, но, когда родился Робб, мы оба были счастливы, — продолжила мама, перебирая яблоки. В корзину отправились самые спелые и красивые, а в глубокую деревянную миску те, что похуже — из них она приготовит свой фирменный джем.

Санса постаралась сдержать недовольство. Конечно же, опять Робб!

— У вас есть время, чтобы узнать друг друга получше, — сообщила мама, кивнув на плетеную корзину. — Отнеси в дом.

Санса выдавила вежливую улыбку и почтительно склонила голову. Робб пренебрёг своими обязанностями и долгом перед семьёй. И его положение «золотого мальчика» вмиг обратилось в пыль. Он должен был жениться на внучке Уолдера Фрея, а выбрал медсестру из местной больницы. Они сбежали за пару месяцев до свадьбы: уехали в неизвестность, не побоявшись гнева родственников.

Санса помнила, как брат долго извинялся по телефону перед родителями. Однако, его не простили. Вычеркнули из жизни, из семьи и уж точно лишили права наследовать семейное предприятие. Его выходка дорого обошлась родителям в прямом смысле этого слова. Мистер Фрей затребовал огромную неустойку, да ещё и накинул за моральный ущерб. Он забрал свои акции и прекратил финансирование долгосрочных проектов. Они буквально оказались в долговой яме.

Дядя Петир, бывший тогда адвокатом отца, едва ли смог сбавить сумму наполовину. И то считалось победой. Сансе же он сказал: «Предусматривай свои шаги наперёд».

В детстве они часто играли с дядей в шахматы, и он научил её многому. Если родители сконцентрировали внимание на старшем сыне, то вот в сердце дядя она прочно заняла место любимицы. Пусть они и не были родственниками по крови, но определённо стали близкими людьми. Дядя Петир женился на маминой младшей сестре, тёте Лизе.

В отличие от многих семей в округе, свой капитал он сколотил сам. Частная адвокатская контора, которой он владел, приносила немалый доход. Он мог бы управлять бизнесом и лишь пожинать плоды, но предпочитал сам разрешать тяжбы. Говорил, что судебные прения будоражат кровь и привносят остроту в пресную повседневную жизнь.

Дядя Петир оказался самым умным человеком из всех, кого она знала, а также тонким психологом. Он буквально читал людей, как открытые книги. И Сансу восхищал этот дар. Дядя сказал, что всему можно научиться. И она училась.


***

В грядущем замужестве Сансу смущало многое. Как и всякая девочка, она мечтала о принце: высоком, красивом и романтичном, который будет носить её на руках и осыпать лепестками роз. Возможно, даже стихи писать. Но жизнь, как оказалось, вовсе не сказка. И усвоила она это уже давно. Видно, браки по любви вышли из моды.

Дядя Петир в своё время упоминал о том, что любил одну женщину, но женился на другой. Это, впрочем, не помешало ему выгодно продать принадлежащую её семье старенькую аптеку. Всё равно та не выдержала соперничества с большой фармацевтической сетью и приносила скудный доход. Вырученные деньги дядя вложил в адвокатскую контору.

Деньги надёжнее чувств, а полезные связи ещё лучше — это он привил Сансе с детства. Она не была любимой дочкой, зато стала любимой племянницей, и потому впитывала дядины наставления с особым вниманием. Уяснила одно: «жили они долго и счастливо» существует лишь в сказках, а в реальной жизни приходится работать с тем, что есть.

Пожалуй, Санса и дальше бы думала так, но некоторое время назад её картина мира, составленная из наблюдений за браком своих родителей и речей дядюшки, пошатнулась.

Они столкнулись в книжном магазине. Как бы Санса не разочаровалась в реальности, в книгах она отдавала предпочтение любовным историям. Вот и в этот жаркий июльский день она отправилась за свежим романом. Долго бродила среди стеллажей, рассматривая красочные обложки и изучая аннотации.

Погрузившись в вымышленный мир, она совершенно забыла о настоящем. Машинально отступив назад, она столкнулась в проходе с каким-то парнем и выронила книгу. Дальше всё было как в кино, как в тех любовных романах, которые она обожала. Парень наклонился и подал ей книгу, их пальцы соприкоснулись, и Санса смущенно поблагодарила. Подняла взгляд и пропала. Его неловкая улыбка оказалась невероятно милой. А в серо-зелёных глазах блестели золотистые искры.

Герой её сказки выглядел вовсе не так, как она представляла. В простой клетчатой рубашке с растрёпанными волосами и руками, измазанными краской. Его звали Теон. Довольно необычное имя, и Санса улыбнулась, представившись.

Они долго гуляли по улицам, выпили кофе с шоколадными кексами в маленьком кафе, принадлежащем местной пекарне. Долго болтали о всякой ерунде, не думая о времени. Уже дома, вспоминая это вечер, Санса поняла, что с Теоном оказалось невероятно легко. От нахлынувших эмоций кружилась голова. Так просто быть собой настоящей, отбросить все эти маски. С ним можно позабыть обо всём, не притворяться девочкой из приличной семьи, на которую давит груз обязательств. Она наслаждалась этим восторгом и свободой, которые подарили новые отношения.

Весь прошлый месяц она будто летала в облаках. Теон дарил ей цветы, приглашал в кино, а ещё нарисовал её портрет. Он определённо обладал талантом, и Санса не могла этого не оценить. Они бродили по ночному парку, целовались под луной и устраивали пикники на природе. Сказка, о которой она так долго мечтала, сбылась. Вот только оказалась недолговечна.

Этим вечером они встретились у городского пруда. По сложившейся традиции зашли в кафе и взяли на вынос сладких булочек со сливочным кремом, а также ягодный чай в картонных стаканчиках.

Санса десять раз хотела начать разговор, но десять раз себя одёргивала. Теон был таким милым сегодня. Принёс ей в подарок кулон в виде серебряного сердечка. А Санса собиралась разбить его сердце. Нет, так просто нельзя.

— Спасибо, очень красивый кулон, я буду его носить, — сказала Санса и нежно поцеловала своего кавалера. — Я не приготовила для тебя подарок, мне жаль, — сообщила она чуть позже. В свете новых обстоятельств она совсем позабыла об их маленьком юбилее.

— Ничего. В другой раз, — Теон лишь улыбнулся и обнял её, а она положила голову ему на плечо. На душе стало так легко и спокойно. Санса решила, что непременно приготовит сюрприз. Теон этого точно заслуживает.

— Если дядя починит тачку, мы могли бы куда-нибудь поехать на выходные. Как тебе идея? — спросил Теон с воодушевлением.

— Это было бы здорово, — откликнулась Санса, положив ладонь ему на грудь, там, где под рубашкой взволнованно билось сердце. Как же хотелось уехать и забыть обо всём.

Семья Теона не имела какого-то веса этом городе. Дядя держал автомастерскую, и Теон помогал немного. Он здорово рисовал, вот только денег на поступление не нашлось. А в мастерской его талант пригодился. Некоторые клиенты заказывали аэрографию. И, пожалуй, Теон был единственным из ровесников, кто сам зарабатывал на жизнь.

Они ещё долго сидели у пруда в обнимку: Теон рассказывал что-то о предстоящей поездке, но Санса не слушала, погружённая в свои мысли. Возможно, чувство легкости объяснялось тем, что Теон оказался человеком из другого мира. Из настоящего мира, а не того, что прячется за лживыми масками и фальшивыми обещаниями.

— Я тебя люблю, — сказала она, коснувшись его волос. Эти слова вылетели сами собой, но она ничуть не жалела.

Санса уткнулась головой ему в плечо. От рубашки пахло краской и табаком, и каким-то терпким одеколоном. Ей было всё равно.

До свадьбы больше трёх месяцев: мало ли что может произойти за столь долгий срок. Уж хотя бы сейчас Санса хотела позабыть о долге и следовать велению сердца. Теону и вовсе не обязательно знать обо всём. Время расставит всё по своим местам, как фигурки на шахматной доске. О своём секрет и своих чувствах она не рассказывала никому: ни маме, ни даже дяде Петиру. Он всегда говорил: что тайна, известная более, чем двоим, перестаёт быть тайной. Санса лишь хотела, чтобы её сказка продлилась чуть дольше.

Теон ласково гладил её по плечам, и она таяла в его объятьях и этой тихой летней ночи. В ветвях перекликались ночные птицы, а поверхность пруда волновалась от ветра. Под ликом полной луны она обнажила свои чувства и вовсе не ждала чего-то в ответ. Однако Теон вздохнул и взял его лицо в ладони.

— Ты самое лучшее, что есть в моей жизни.

Сансу нимало поразило это признание, похлеще, чем избитые слова любви. Для кого-то она действительно стала лучшей. Она, а не кто-то другой. И даже притворяться не пришлось, достаточно оказалось лишь быть собой.






______________________
*"Жизнь как пьеса в театре: важно не то, сколько она длится, а насколько хорошо сыграна". Сенека - римский философ, поэт и государственный деятель.
 

Вложения

  • 159.6 KB Просмотры: 3

Schneewolf

Наемник
Глава 3



С того самого званого ужина у Старков прошло больше недели. Рамси так и не придумал, что же сказать Миранде. Любые слова выглядели неподходящими. Наверно, будет лучше, если она пока ничего не узнает. Ссорится с единственным человеком, которому не плевать на него, вовсе не хотелось.

Миранда обладала довольно вспыльчивым нравом, и Рамси не был готов сейчас выяснять отношения. Пусть хоть этот застрявший в глуши маленький домик останется островком покоя. Время утекало как песок сквозь пальцы. Так к чему тратить его на раздоры?

Эту тёплую летнюю ночь они вновь провели в своём скромном убежище. Рамси притащил гитару, пел свои и чужие песни: грустные в основном, про расставания, проклятья и всяческие муки. На душе было тяжело, а скрывать свои эмоции он никогда не умел.

Миранда слушала завороженно, сложив ладони под подбородком, и улыбалась своей загадочной улыбкой. Она ни о чём не догадывалась и была прекрасна в своём неведении. Пока ещё можно делать вид, что ничего не происходит, так пусть этот миг продлится дольше.

Когда Рамси заглушил пение струн ладонью, Миранда приблизилась и обняла со спины.

— У тебя талант, — жарко шепнула на ухо.

Он смутился и промолчал. Миранда умела находить волшебство в простых вещах, в музыке, и это казалось чем-то невероятно-восхитительным.

Они вышли на улицу, снова пили сладкий портвейн, глядя на звёздное небо. Миранда склонила голову ему на плечо, и Рамси ласково перебирал её волосы.

— Я бы хотел здесь остаться.

— Мы и так останемся, — слегка удивлённо заметила Миранда.

— Ну, конечно, — Рамси улыбнулся, стряхнув с себя грусть. А когда они вернулись в дом, выкрутил громкость колонок старенького музыкального центра до максимума.

Это сложно было назвать танцами. Скорее «плясать и прыгать под дэт-металл», как он сам выражался. Но это здорово помогало развеяться и выбросить из головы дурные мысли.

Они прыгали, держась за руки, и Миранда трясла в воздухе распущенными волосами. Когда они оба устали и запыхались, то просто повалились на кровать. Точнее на закиданный покрывалами матрац. Ночь оказалась такой короткой, и вскоре их разлучил рассвет.


***

С отцом Рамси едва не столкнулся у ворот. Тот собирался на свою традиционную утреннюю пробежку по лесу. Рамси никогда не понимал, на кой-чёрт подниматься в такую рань даже в выходной день. Решил подождать, пока отец уйдёт, чтобы избежать вопросов, но в последний момент передумал. Любопытства ради, последовал за ним.

К концу пути Рамси здорово взмок и устал. Да и бегать в «Мартинсах» не в пример тяжелее, чем в кроссовках. Уперев руки в колени, он прислонился к сухой сосне и пытался отдышаться. Наверное, в школе на физ-ре надо было всё-таки бегать, а не прятаться под трибунами с книжкой и сигаретами.

Отец остановился и неспешным шагом подошёл к старинному римскому мосту. Облокотился о современные кованые перила и направил взгляд вдаль.

Рамси решил уже, что даром потратил время. Наверное, отец полюбуется пейзажем и отправится домой. И что он вообще хотел увидеть?

На высоких ветвях перекликались утренние птицы, а лес влажно шумел, потревоженный тёплым ветром. Под колоннами моста струились медленная зеленоватая река. Она давно уже обмелела, и в самом глубоком месте едва ли доставала до пояса взрослому человеку.

Поглядев немного на мутную воду, Рамси собрался вернуться назад, но в последний миг заметил, что с другой стороны моста к отцу приближается какая-то женщина.

В желтом платье с белыми цветами, с плетёной корзиной для пикника в руках она кого-то неуловимо напоминала. Лицо её закрывали широкие поля шляпы, да и слишком далеко было, чтобы разглядеть черты. Однако огненно-рыжие волосы сияли на солнце, словно пламя костра в ночи.

Рамси обнял шершавый ствол сосны и взволнованно выдохнул. Разговор, конечно, он не услышал, зато увидел кое-что весьма любопытное.

Женщина, а это несомненно была миссис Старк, опустила ладони отцу на плечи. Аккуратно пригладила воротник серой спортивной куртки и смахнула какой-то невидимый сор.

Отец обнял её за талию, наклонившись, что-то шепнул на ухо, и Кейтилин Старк засмеялась, как девчонка, игриво взмахнув рукой в воздухе. А после они прильнули друг к другу и долго целовались на мосту.

Рамси сглотнул и попятился назад. Домой он шагал, будто пьяный в каком-то тумане. Уже у ворот вынул изо рта сигарету, которую так и забыл прикурить, и, чертыхнувшись, нашарил в кармане зажигалку.

Разумеется, он не был идиотом и понимал, что у отца наверняка есть какая-то личная жизнь. А то, что он не приводит своих женщин в дом, ни о чём не говорит. Но то, что его любовницей оказалась Кейтилин Старк абсолютно выбило из колеи. У неё есть муж и пятеро грёбаных детей! В свете новой информации их беседа на званом ужине заиграла новыми красками. Твою ж мать, они буквально флиртовали под носом у её мужа!

С одной стороны стало противно, с другой Рамси даже немного возгордился такой тонкой игрой. Нет, подумав немного, он всё-таки остановился на порицании. Интересно, как давно всё это тянется?

Размышляя у себя в комнате, Рамси раздёрнул шторы и брякнулся на неразобранную постель. Отбросив в сторону этику, он решил, что новое знание может сыграть на пользу. Этот козырь ещё пригодится. Для начала же Рамси хотел просто поговорить с отцом ещё раз по-человечески. Он ведь не совсем бесчувственный, наверное. Как выяснилось, у него даже есть любимая женщина, с которой они почему-то порознь. Он должен понять!

Удачный момент выдался после обеда. Рамси убрал со стола посуду и застал отца в гостиной с книгой.

— Я хотел поговорить, — замявшись на пороге, сказал он.

Отец рассеянно глянул на него поверх страниц.

— О чём же?

— Ну, про свадьбу, — неуверенно заявил Рамси, шагнув ближе.

— Хорошо. Так что ты выбрал? — отец отложил «Сто лет одиночества» в толстой подарочной обложке на журнальный столик.

— Я не буду выбирать между Мирандой и колледжем.

— Как скажешь, — невозмутимо согласился отец. — Я думал, тебя это займёт на какое-то время.

Рамси догадался, что выбора-то, оказывается, не было вовсе, и разозлился.

— Ты меня обманул!

— Я сказал, что рассмотрю этот вариант, и рассмотрел. Мой ответ: «нет», — ровным тоном оповестил отец и указал рукой на диван. — Садись, поговорим, как взрослые люди. Ты ведь считаешь себя взрослым, — не удержался он от насмешки.

Рамси стиснул зубы, но промолчал. Послушно опустился рядом с отцом, машинально прокрутил на запястье браслет с черепами и вздохнул.

— Если тебе всё ещё нужен помощник, я согласен. Только никакой свадьбы не будет. А если ты против, то мы уедем с Мирандой, и будем жить где-нибудь подальше отсюда. Мне не нужны твои деньги и твоя помощь, я и сам справлюсь. Я хочу быть с той, кого люблю.

Отец хмыкнул.

— Какая самоотверженность. Похвально! И где же вы будете жить? В этом шалаше в лесу? Гордостью сыт не будешь, и вот эта ваша детская романтика разобьётся о быт, — поучительно закончил он.

Рамси покачал головой. Говорить с отцом о каких-то чувствах, о любви, было странно и совершенно невообразимо, но всё же стоило попытаться.

— Разве тебе никогда не хотелось быть с человеком, которого ты любишь, а не просто с каким-то чужим?

Отец вздохнул и придвинулся ближе, кажется, удалось задеть его за живое. Он погладил его по голове, как малыша, и произнёс успокаивающим тоном, как в детстве, когда утешал после кошмаров:

— У каждого из нас есть свои обязанности, Рамси, свои роли. Нельзя просто взять и сломать старые устои по прихоти одного мальчишки. Когда придёт время, ты всё поймёшь. Все мы — звенья одной цепи.

Рамси вырвался и мотнул головой.

— Мать поэтому ушла, да? Потому что не захотела выполнять свои «обязанности»?

Отец раздражённо цокнул.

— Раньше ты не спрашивал о ней. Отчего же тебя это так волнует сейчас?

Рамси опустил глаза.

— Ты сказал, что она нас бросила. Она просто не хотела жить с тобой, так? — теперь-то он был в этом почти уверен. Может, она узнала о любовнице? Нет, вслух он этого не произнёс.

Отец пожевал губами и положил ладонь ему на плечо.

— Хорошо, расскажу, как есть, если ты так этого хочешь. Белла была красивой женщиной… и глупой. У неё в голове бродили одни пустые фантазии: мечтала стать актрисой. Я подобрал её с улицы, почти что. Приютская девчонка, работала на кухне в кафе. Там ей было самое место, если уж на то пошло. Но Белла воображала себя талантливой. Хотя… — отец задумался и постучал худым пальцем по подбородку. — Голос у неё был приятный, пела она красиво.

Рамси затаил дыхание и побоялся перебивать. Раньше о матери он ничего и не знал, кроме того, что она от них ушла. Думал, что отец не любит распространяться о своих провалах. В конце-то концов, жить с человеком, чьё сердце холоднее куска льда, под силу далеко не каждому.

Сначала, конечно, было обидно, что из-за отца мать и его бросила, а потом Рамси решил, что если бы она хотела, то могла бы навещать или звонить хотя бы. Она даже не прислала ни одной паршивой открытки за всё это время. И уж в этом никак нельзя обвинить отца. Он-то всегда находился рядом.

— Мы заключили сделку, брачный договор. Она ведь не хотела всю жизнь провести у плиты, вот и ухватилась за эту возможность. Я был не против: пусть развлекается, воображает себя Мерлин Монро. Мне нужен был наследник, ей — деньги. Каждый получил, что хотел. Она сбежала, когда тебе ещё и полгода не исполнилось. Оставила лишь жалкий клочок бумаги: записку, в которой говорила, что чувствует себя запертой в клетке. Она любила драматизировать, — отец махнул рукой.

Рамси глубоко вздохнул и покачал головой. Не решился что-либо спросить, но отец и сам всё понял.

— Думаешь, она скучала? Я не запрещал ей тебя видеть. Она просто не хотела, у неё же другая жизнь. Сцена, — отец щёлкнул пальцами в воздухе и усмехнулся.

— А… где она сейчас? — охрипшим голосом спросил Рамси.

— Откуда я ж знаю? Мы развелись, когда тебе был год. Документы я отослал по почте. Чем она занимается сейчас, не имею понятия, — сухо ответил отец. — Это так важно?

Рамси опустил голову.

— Нет, просто… интересно.

— Интересно, значит, — отец покивал. — Она даже побоялась сказать мне всё напрямик, собрала вещи тайком и сбежала, когда я был на службе. А тебя оставила одного. Ты вопил на весь дом и бился башкой о прутья кроватки. Я еле-как тебя успокоил. Эта дура даже не подумала позвать кого-нибудь, чтобы за тобой присмотрели. Так настоящая мать поступает?

Рамси взволнованно прикусил губу и помотал головой. Стало так противно и стыдно, и, не дослушав отца, он вскочил на ноги и вылетел за дверь. Не хватало ещё разреветься при нём. Это было бы так позорно, ведь он давно уже не ребёнок. И если отец увидит, что он ведёт себя, как сопливый щенок, то тогда уж точно не станет принимать его мнение в расчёт.

В своей комнате, конечно, он дал волю эмоциям. Услышать, что матери попросту было на него плевать, оказалось ужасно. Но хуже того, отец купил его как какую-то вещь или как питомца в зоомагазине. Это так дико!

Рамси со злости ударил кулаком по подушке. В этой жизни он вообще никому не нужен! Отец распоряжается им так, будто он не живой человек, а его имущество. А мать… про неё и думать больше не хотелось.


***​


К вечеру он кое-как успокоился. Умылся и, закрыв глаза, долго валялся на кровати, слушал музыку. Колонки ревели громко, но отец почему-то даже не стал подниматься и требовать, чтобы он убавил звук. Стукнул в дверь, только когда пришло время ужина.

Встрёпанный и печальный Рамси спустился вниз. Есть совсем не хотелось и, перебирая вилкой фасоль в томатном соусе, он хмуро глядел перед собой.

— Папа, я пойду погуляю, — сказал он, отодвинув тарелку в сторону.

— Ну иди, только не вздумай шляться всю ночь. Меня это совершенно не устраивает, — спокойно сообщил отец.

— Как скажешь, — пробормотал Рамси себе под нос.

Быстро переодевшись, он вышел на улицу вместе с собаками. Долго брёл куда глаза глядят, пока не оказался у парковой ограды. Настроение было препаршивым и, нацепив наушники, Рамси погрузился в свой вымышленный мир. По сторонам он даже не смотрел, и окрика, конечно же, тоже не услышал. Обернулся лишь тогда, когда его тронули за рукав.

Нахмурившись, Рамси стянул наушники. Ну ещё бы, только её здесь не хватало!

Демонстративно сложив на груди руки и состроив надменное лицо, перед ним возникла названная невеста. Она блистала крупными серьгами и стразами на кожаной курточке. Санса Старк, настоящая принцесса, мать его!

— Чего надо? — быстро развеяв её волшебный образ, грубо спросил Рамси.

— Ой, боже мой, я тебя звала, а ты как-то будто и не видел меня! — всплеснула руками Санса. Она держалась на почтительном расстоянии и с опаской поглядывала на собак.

Облизнув губы, Рамси усмехнулся. Кажется, грозный вид псов её напугал.

— Убери своих монстров. Надо поговорить, — живо раскомандовалась Санса.

— Полегче, принцесса, они же всё понимают, — обращение прозвучало скорее, как ругательство, нежели комплимент.

Однако Санса вряд ли это поняла.

— В отличие от тебя, — добавил он шепотом.

Санса закатила глаза, но приближаться не рискнула.

— Нам правда надо поговорить, — сбавив тон, произнесла она.

Саймон дружелюбно обнюхивал подол её длинной тёмно-синей юбки, и Санса в испуге попятилась назад. Тайлеру же и вовсе не было до неё дела: он увлечённо что-то выискивал в траве.

Рамси наблюдал за этим мгновение, но всё же не стал её долго мучить, натянул поводок.

— Ко мне, малыш.

Санса вздохнула с облегчением.

— Ладно, чёрт с тобой, сейчас собак заведу домой и вернусь, — стало интересно, что же от него хочет эта капризная девчонка. Да и самому было, что сказать.

— А я тебя должна ждать здесь, на холоде?! — патетично всплеснув руками, воскликнула Санса.

— Ты дура? Лето на дворе, — тут же оборвал её Рамси. Хотя… и в самом деле стоило встретиться не в столь людном месте. Мало ли их застанет Миранда или кто-то из её знакомых. Это было бы совсем не в тему. Сверившись с часами на городской ратуше, Рамси чуть поразмыслил. — Приходи в библиотеку к семи, — уж более тихое место подыскать сложно.

Санса надула губы, видно, оскорблённая таким пренебрежительным обращением, но всё же кивнула. Что же, пусть принцесса поймёт уже, что не в сказку попала.

В холле городской библиотеки Санса встретила его с недовольным видом. Она постучала наманикюренным пальчиком с витым золотым кольцом по циферблату часов.

— Ты опоздал на двадцать минут, — заявила она, прохаживаясь вдоль постаментов с гипсовыми бюстами знаменитых писателей.

Рамси лениво пожал плечами.

— Торопился, как мог, — не скрывая насмешки, сообщил он. Чёрт возьми, эта грёбаная принцесса даже смогла его развеселить. Вся такая важная и надутая.

Санса тяжело вздохнула и покачала головой, всем видом показывая, что дело ей приходится иметь с каким-то неотёсанным болваном.

— Манеры, конечно, у тебя оставляют желать лучшего. Родители могли бы подобрать жениха и поприличнее.

Рамси не стал спорить. Они прошли в основной зал и взяли для отвода глаз книгу Диккенса с его «Рождественской Песнью». Странный выбор для лета, но тем не менее, это оказалось первое, что пришло в голову. У Сансы так и вовсе не нашлось библиотечного абонемента.

— Ну так, чего надо? — поинтересовался Рамси, когда они устроились за одним из дальних столов. Он развалился на стуле, положив одну ногу на колено другой и с наигранным любопытством повертел в руках потёртый коричневый переплёт.

Санса вновь поджала губы, недовольная то ли его речью, то ли ещё чем. Если уж говорить начистоту, то злить её было ох, как весело. Не такой ведь он чурбан, на самом-то деле.

— Значит, по поводу свадьбы, — Санса аккуратно поправила манжеты голубой блузки и порылась в своей маленькой сумочке, вытащила на свет сложенный вчетверо тетрадный листок. — Я тут прикинула кое-что насчёт гостей, зала и всего прочего… — деловито начала она.

Рамси фыркнул и рассмеялся. Библиотекарша за стойкой неодобрительно поглядела в их сторону. Он лишь развёл руками. В зале, кроме них, ни души. Будто они кому-то мешают!

— Ты уже согласилась? Быстро же. Или тебя предки так обработали? Ты ведь послушная девочка, — задумчиво протянул Рамси. Нет, конечно, Санса явно не блистала интеллектом, как он успел уже заметить. Но неужели она была настолько «покорной овечкой», что готова оказалась сделать всё, что ей скажут родители? — Тебя вообще ничего не смущает? — дерзко добавил он.

Санса тяжело вздохнула и прижала свой список книгой.

— Ты в первую очередь. Нахал и грубиян! Я явно достойна большего и тоже не в восторге от их выбора. Но это важно, наш брак пойдёт на благо обоим семьям. Я надеюсь… — понизив тон, добавила она. — И да, я хочу, чтобы родители мной гордились.

— Ты правда такая дура или притворяешься? — ничуть не маскируя свои истинные чувства к невесте, Рамси выдал первое, что пришло в голову.

— Я не хочу, чтобы семья от меня отказалась. Мой старший брат пошёл им наперекор, и что? Теперь с ним никто не общается. Папа собирался передать ему свои дела, когда придёт время. Но раз Робб их разочаровал, то вся надежда на меня, — горячо провозгласила Санса.

— А, ясно, — Рамси чуть отодвинулся и покачнулся на стуле. Не просто дура, а идейная дура! Финиш. Чуть поразмыслив, он пришёл к выводу, что надо поумерить её пыл. — Можешь убрать свой списочек: он тебе не пригодится. Я, конечно, сочувствую, что тебе не удастся угодить предкам, но… Нет, не сочувствую на самом деле. Я не собираюсь на тебе жениться, у меня есть девушка, и вообще… Ну… — он неопределённо покрутил в воздухе руками. — Из тебя так себе жёнушка, ты уж не обижайся, но это факт. Хотя можешь обижаться, мне пофиг, — сообщил он с улыбкой.

Санса хлопала накрашенными ресницами и возмущённо махала руками, разинув рот.

— Да что ты себе позволяешь! Я расскажу об всём… — она сурово нахмурила брови и сердито покачала головой, как строгая учительница. Надо же, решила ему угрожать. Это выглядело забавно.

Рамси слушать не стал, состроил жалобную гримасу и положил ладони на стол.

— Ой, я обидел принцессу, — расстроенно скривил губы. — Пожалуешься родителям, как в детском саду? — нахально ухмыльнулся он.

Санса, однако, оказалась не так проста, нашла чем крыть.

— Да, твоему отцу, например.

Рамси с деланным безразличием шевельнул плечом.

— Как хочешь.

После столь жаркой перепалки они оба надолго замолчали. Санса теребила в руках свой список и расстроенно кривила губы. Лицо у неё было такое, будто вот-вот заплачет. Рамси, отвернувшись в сторону, поглядывал в тёмное окно, за которым светили фарами проезжающие машины. Начал даже потихоньку насвистывать от скуки.

— Прекрати немедленно! Нас отсюда выгонят из-за тебя, — Санса дёрнула его за рукав чёрной рубашки и шикнула.

— Да я всё сказал.

— Я, зато, не всё сказала, — разозлившись, заявила она. — Я, знаешь ли, тоже далеко не в восторге от этого брака. И от тебя особенно! Я рассчитывала, что мой муж будет меня ценить, и вообще я…

— Слишком много «я», — вновь оборвал Рамси.

Санса покачала головой и продолжила, как ни в чём не бывало.

— У меня тоже есть парень.

— И он типа не против свадьбы? — с издёвкой заметил Рамси.

— Он ни о чём не знает.

— Миленько.

— Это, в конце концов, брак по договору. Мы же можем встречаться с теми, кого любим. Раз у тебя есть девушка, то я подумала, мы друг друга поймём, — торопливо разъяснила Санса.

— Ух, ты, у меня даже нет слов, — Рамси хлопнул в ладоши, и очкастая мымра за стойкой вновь воззрилась на них недовольно. Но как же можно удержаться, когда слышишь такой первосортный бред?

— Может, нам даже не обязательно жить вместе, — неуверенно протянула Санса. — Это брак только на бумаге, мы можем быть просто друзьями, — вновь убеждала она.

— Ага, а дети у нас тоже будут «дружеские»? — усмехнувшись, произнёс Рамси. «Прямо, как у твоих родителей», — подумал он про себя.

— Фу, ну нет. Какие ещё дети? — отмахнувшись, поморщилась Санса. Похоже, об этой стороне вопроса она вовсе не подумала.

Рамси хмыкнул и отвернулся. Новая тема напомнила о сегодняшнем разговоре с отцом и настрой ёрничать как-то сразу потух.

— Нам не нужен ребёнок, — уже довольно растерянно произнесла она. — Об этом мне ничего не сказали.

— Сейчас нет, а потом? Ты что не понимаешь, что дело не только в каких-то там обязательствах, бизнесе и прочей шелухе? Общий ребёнок, наследник — всё такое… — обронил Рамси, не глядя на неё.

Санса надолго замолкла, потом, тяжело вздохнув, подняла стола свою белую сумку.

— Мне надо поговорить с одним человеком и всё обдумать. Давай встретимся позже, — прикусив губу, она огляделась.

Рамси кивнул и тоже поднялся на ноги, прихватив книгу.

Библиотекарша громогласно оповестила, что читальный зал закрывается, и велела поторапливаться. Она ходила от одного стола к другому, по очереди выключала лампы со стеклянными плафонами в виде тюльпанов. В твидовом песочном костюме, с тёмными волосами, стянутыми в хвост, прямая и строгая — не женщина, а изваяние, будто одна из статуй в холле сошла с постамента. То есть, если бы это была полноценная статуя, разумеется, а не бюст. Иначе оказалось бы совсем жутко.

— Не будь идиоткой и не порти всем жизнь, — на прощание напутствовал Рамси.

Санса отмахнулась, встряхнув волосами, и те тяжелой медной волной рассыпались по её плечам.

— Мне нужен твой номер, я позвоню, когда… когда буду готова поговорить, — продолжала она корчить из себя деловую леди.

Рамси решил, что им и в правду стоит поддерживать связь, мало ли что… Кажется, эта рафинированная принцесса в кои-то веки начала шевелить мозгами.

Из библиотеки они вышли вместе и, не сговариваясь, направились в разные стороны. Рамси брёл, задумчиво глядя под ноги, и едва не столкнулся с каким-то мужиком в чёрной вельветовой куртке.

Подняв глаза, он посторонился и пробормотал ругательства под нос. Может, случайный прохожий и принял это за извинения. Рамси это мало заботило. Единственно, что его смутило — это то, что прохожим оказался отец Сансы, который, к счастью, не стал возникать. Может, и вовсе его не узнал в сумерках. Тактично обошёл, прихватив под локоть и направился в сторону библиотеки.

Рамси мельком отметил, что мистер Старк слегка припозднился с визитом в «храм знаний». Отойдя чуть в сторону, прислонился к стене и закурил, лениво наблюдал, как мистер Старк остановился на ступенях библиотеки и позвонил кому-то по телефону. Не прошло и пяти минут, как двери отворились, и библиотекарша впустила его внутрь. Рамси пожал плечами, затоптав окурок. Странно, конечно, ну да ладно, может, он какой-нибудь «привилегированный читатель»?

В любом случае этот эпизод вскоре позабылся за неимением особой значимости. Своих реальных проблем хватало по горло, и это волновало куда больше, чем таинственный визит мистера Старка в библиотеку под покровом ночи.

В свете вечерних фонарей Рамси бесцельно бродил по улицам, прикидывая, как лучше поступить. Точнее, какой план может сработать. Ясно, что Санса ему не помощник. Стоит ли использовать свой козырь или придержать его до более удачных времён?

Так много разной информации на него свалилось сегодня, что даже голова разболелась. Придя к выводу, что не следует слишком торопиться и надо обдумать все возможные варианты действий и их последствий, Рамси неспешным шагом направился к дому. Свежий воздух отлично помогал очистить мысли от постороннего сора.
 

Schneewolf

Наемник
Глава 4




Дома Сансу ожидал сюрприз, и не сказать, что он был приятным. Младшие затеяли какой-то заговор в её отсутствие. Собрались в комнате Арьи и шептались, стоя у окна. Даже малявку Рикона позвали, а вот её нет!

Возмущение захлестнуло с головой. Санса всего лишь хотела забрать у сестры тушь, которую та одалживала неделю назад, но так и не удосужилась отыскать в своём бардаке и вернуть. И вот внезапно застала… пока ещё непонятно что, но, когда она вошла, разговор сразу стих. Наверное, младшие замышляли какую-нибудь гадость против неё.

— Что здесь происходит? — подозрительно прищурившись, Санса взглянула на брата и сестру.

Бран, сидя на подоконнике, нервно дёргал растрёпанный корешок какой-то книжки. Арья сосредоточенно разглядывала что-то в саду, а Рикон прыгал на кровати с мягким игрушечным волчонком в руках.

— Ничего, — ответила сестра, обернувшись с натянутой улыбкой.

Бран что-то прошептал ей на ухо.

Санса тут же вспыхнула: точно затевают что-то против неё!

Арья окинула её оценивающим взглядом и вздохнула.

— Ладно, пусть, — махнула рукой. — Она тоже должна знать.

— Знать, что? — Санса решительным шагом пересекла комнату и остановилась напротив сестры. Сурово поглядела на неё сверху вниз. Что уж говорить, своим ростом она гордилась, и, в отличие от коротышки-сестры, на многих могла смотреть сверху вниз.

Бран отвёл глаза и, сняв очки, отстранённо уставился вдаль. Арья, тем временем, предложила Рикону послушать музыку и натянула ему на голову большие наушники, что-то там включила в плеере. Должно быть, чтобы прыгать ему было веселее.

Бран вздохнул и поскрёб потрескавшийся переплёт ногтем.

— Случилась ужасная вещь, точнее целых две ужасных вещи, — взволнованно уточнил он.

Санса настороженно кивнула, отгоняя взметнувшийся в голове ворох пугающих мыслей. Младший брат тянул резину, болтая ногой в воздухе, и ей захотелось ускорить его подзатыльником.

— Никто не умер? — взволнованно воскликнула она, всплеснув руками.

Арья оставила Рикона в покое, убедившись, что тот не слышит их разговор.

— Нет, и никто не в больнице, — быстро заверила она. Видя, что Бран никак не продолжит, бросила на него укоризненный взгляд.

Очевидно, брата это приободрило.

— Я ходил вчера в библиотеку, хотел взять новую книгу и случайно… — он снова вздохнул и, так и не закончив фразу, опустил голову.

Санса уже вся извелась. Что же такого там могло произойти?

Арья в нетерпении стукнула себя ладонью по лбу и закончила сама:

— Он видел, как наш папа ухлёстывает за библиотекаршей!

— Они целовались, — вставил Бран шёпотом, вцепившись в несчастную книгу и выставив её перед собой, словно щит.

— Не может быть, — протянула Санса, прикрыв рот ладонью, и потрясённо покачала головой. — Ты, наверное, ошибся?

— Если я ношу очки, это ещё не значит, что я слепой! Думаешь, я папу не узнаю? — рассерженно выкрикнул Бран, будто бы это она была во всём виновата.

— Какой ужас! — подобрав юбку, Санса обессиленно опустилась на подоконник рядом с братом. Эта новость окончательно выбила почву из-под ног.

— Теперь они разведутся? — печальным шёпотом предположил Бран.

— Нет, если мы ничего не скажем маме, — выразительно взглянув на Сансу, заверила Арья. Сестра была младше на целых два года, но вовсю строила из себя командиршу.

— Как это не скажем?! Она должна знать правду! — свечкой взвившись с подоконника, воскликнула Санса, едва не наступив на подол своей длинной юбки.

— Нет, не должна! Ты что, хочешь, чтобы они и правда развелись? Нас и так осталось четверо. Рикон, наверное, даже Робба не помнит. Тебе-то, конечно, пофиг, ты скоро замуж выходишь, — смерив её презрительным взором, заявила сестра.

Санса в гневе и растерянности хлопала губами. Вот ведь маленькая мерзавка, и как у неё только получается обвинять её в том, в чём она не виновата?!

— Я не хочу выбирать между родителями, — тут же встрял Бран.

— Вот именно, — не сводя с неё глаз, поддержала Арья.

— Вы — эгоисты! Только о себе и думаете, — нашла, наконец, что сказать Санса.

— От правды никому лучше не станет. Может, это было мимолётное увлечение, — сбавив тон, предположила Арья, должно быть, чтобы их утешить.

— Но это… это неправильно, нечестно по отношению к маме, — пыталась настоять на своём Санса.

— Вот видишь, я же говорила, что ей знать не стоит, — обратилась к брату Арья. — Санса — то ещё трепло.

— Поганка! Вовсе не так, я умею хранить секреты, — оскорбилась Санса. Затем, припомнив начало беседы, спросила: — А какая же вторая ужасная вещь?

— Я украл книгу из библиотеки. Случайно, — трагическим тоном признался Бран. — Просто… когда я их увидел, то… как-то позабыл обо всём. Я хотел записаться! Теперь меня посадят в тюрьму? — добавил он упавшим голосом.

Арья лишь фыркнула, скрестив на груди руки.

— Не будь идиотом, никто и не вспомнит о твоей дурацкой книжке.

Санса махнула рукой. Конечно же, она тоже не посчитала это «преступление» чем-то серьёзным. Иногда Бран её просто поражал: для своих двенадцати лет он был достаточно умным, но порой нёс сущий бред. Если бы не история с отцом, то она, возможно, и упрекнула бы не в меру рассеянного брата, но теперь-то это точно волновало её меньше всего.

— Значит, договорились? Наша тайна не покинет пределы этой комнаты, — посмотрела поочерёдно на них обоих Арья и обвела пальцем круг.

Бран живо кивнул. Санса же со вздохом согласилась:

— Хорошо, хорошо.

Выйдя из комнаты сестры, она направилась в сад, чтобы спокойно поразмыслить в одиночестве.


***

Санса чувствовала себя героиней какого-то остросюжетного романа. Столько всяких напастей свалилось на голову, что она уже не знала, что и предпринять. Нет, хороший совет определённо не будет лишним.

Изначально она намеревалась обсудить с дядей своего хамоватого жениха и всю эту ситуацию со свадьбой. Но, как часто и бывает, эмоции взяли верх, и она вывалила историю о библиотечном романе отца вкупе со всем остальным.

С дядей Петиром они встретились в его адвокатской конторе. Конечно, тёте Лизе не следовало знать о всех их маленьких секретах. По крайней мере, одному человеку Санса точно могла доверять, и он не был ей родным по крови. Может, в этом всё и дело.

Дядя Петир в строгом сером в полоску костюме устроился в глубоком кожаном кресле насыщенного синего цвета. Сделав глоток из кружки с чаем, он сокрушённо покачал головой.

— О, милая моя, жаль, что ты узнала всё вот так. Нед и Кет в сущности вовсе не плохие люди, но у каждого из них есть своя жизнь. Понимаешь, о чём я?

Санса растерянно покачала головой.

Дядя кивнул и продолжил, подтолкнув в её сторону блюдо с печеньем, но ей от волнения кусок в горло не лез.

— Думаю, на сегодня потрясений в твой жизни достаточно, — мягко улыбнулся дядя. — Любовь и брак — те вещи, которые редко совпадают. Но разве не прекрасная семья у твоих родителей?

— Что-то я уже в этом не уверена, — всё же отломив кусочек орехового печенья, ответила Санса.

Дядя пожал плечами и устроился в кресле поудобнее, закинув ногу на ногу. Вновь по тонким губам скользнула быстрая улыбка, и он провёл рукой по аккуратной острой бородке.

— Так или иначе, выбора у тебя нет, — он развёл руками и деликатно кашлянул. — Всё уже решено, тебе придётся выйти за Рамси Болтона. И уж какой будет ваша жизнь, во многом зависит от тебя. Даже дикого зверя можно приручить. Если будешь с ним ласковой, он станет верным псом.

Санса задумалась, удивлённая таким поворотом. Отстранёно водя пальцем по цветочному рисунку на кружке, она медленно кивнула.

— Но как же… Ты ведь сам говорил, что не любишь тётю Лизу? — приложив ладонь ко рту, вымолвила она шёпотом.

— Любовь… — дядя Петир вздохнул. — Прекрасное, но совершенно безумное чувство. Этот мальчик… Теон Грейджой, ты думаешь, что у вас всё серьёзно?

Санса неуверенно кивнула. Ей нравилось то, что у них было, но о будущем она не задумывалась.

Дядя будто уловил её сомнения.

— До нашей свадьбы с Лизой я был беден, как церковная мышь. Просто мальчишка с большими амбициями. Положиться можно на деньги, на связи, но уж никак не на чувства. Всего этого… — он обвел кабинет руками. — Я добился благодаря твоей тётушке.

Санса склонила голову и печально улыбнулась.

Дядя, тем временем, продолжил:

— Мне тоже когда-то было восемнадцать, и мир виделся иначе, романтичнее. Я был влюблён, о! Чем же всё это закончилось? — поднявшись из кресла, он ласково провёл по её щеке ладонью. — Она одаривала меня внимание не больше, чем дворового пса. А Лиза… Лиза заглядывает мне в рот. Послушная жена, мать моего сына, — он прошёлся по комнате, заложив руки за спину и остановился у окна. — Своего счастья человек добивается сам, а любовь слишком эфемерное чувство, чтобы делать на него ставки.

Санса с грустью вздохнула, притронувшись к остывшей кружке. Обведя взором дядин кабинет с высокими книжными полками, решила, что столь умный человек уж точно разбирается в жизни лучше неё. Дяде она доверяла. Он не пытался её обмануть, он любил её не потому, что она являлась каким-то там выгодным вложением.

— Но что мне сказать Теону?

Дядя отвлёкся от каких-то своих мыслей и обернулся к ней.

— Прояви смекалку, милая моя. Твои родители замечательный пример. Они живут душа в душу, если можно так сказать, — усмехнулся он. Прогулялся по кабинету и мимоходом взглянул в зеркало, устроенное напротив входа. Пригладил тёмные волосы, серебрящиеся на висках, будто присыпанные снегом, и вновь обратил внимание на неё.

В голове вертелся ещё один вопрос, но Санса так и не решилась озвучить его вслух. Говорить о таком с дядей было неловко. Повертев в руках чайную ложку, она так и не придумала, как же подойти к этой деликатной теме. В конце концов, она церемонно склонила голову и, подойдя к дяде, чмокнула его в щёку.

— И помни, моя милая, твоё счастье в твоих руках, — напутствовал он напоследок, затворяя за ней дверь.

За окном стучал дождь: осень наступила так быстро, и до свадьбы оставалось всего полтора месяца. Санса всё ещё находилась в смятении, но разговор с дядей немного успокоил. Почему-то о её большой любви он слушал со снисходительной усмешкой, а после сказал, что она собирается наступить на те же грабли, что и Робб. К тому же, любовь не вечна и порой, заканчивается очень быстро. А жить в бегах, в нищете и вдали от семьи — это слишком тяжёлая ноша.

Как бы ни было грустно, Санса признавала, что дядя прав. К такому она не была готова совершенно. Она могла получить всё или последовать примеру брата и оказаться в полной неизвестности. А если они с Теоном расстанутся, что делать тогда? Дядя и такой вопрос задал. В таком случае ей придётся справляться со всем самой: без денег, без образования и поддержки семьи.

Любовь слишком ненадёжное чувство, чтобы на него положиться. Дядя Петир желает ей лучшего, и она склонна была прислушаться к его совету. Повозившись немного с зонтом, она вышла под дождь. Оставалось придумать, как сообщить Теону о том, что их отношения скоро перейдут в новый статус. «Любовники» слишком мерзкое слово, надо бы подобрать что-то поприличнее.


***​


Сегодня пришлось задержаться в автомастерской. Теон, бурча себе под нос ругательства, исправлял свою же оплошность. В прошлый раз он поторопился и допустил ошибку в надписи, которую заказал клиент. В конце концов, никто не идеален, и такое могло случиться с каждым. Однако дядя Виктарион долго и нудно выговаривал, что он относится к работе, спустя рукава.

Теон терпеливо молчал, разглядывая грязный пол. Ну да, в наказание дядя, конечно же, оставил его прибираться в мастерской. В общем, когда он закончил работу, на улице уже стемнело.

Полюбовавшись результатом своего труда, Теон ещё раз проверил надпись на предмет орфографических ошибок. В этот раз всё оказалось верно. Удовлетворённо хмыкнув, он уселся на табурет и вытер руки промасленной тряпицей.

Завтра был выходной, вот только сегодня он так устал, что идти уже никуда не хотелось. Санса сидела с младшим братом, и встретиться вечером и так бы не получилось. Болтаться с друзьями по окрестностям стало как-то неинтересно, а возвращаться домой, тем более не хотелось. Однако, делать нечего, собравшись, Теон всё-таки вытащился на улицу под унылую канонаду дождя. Накинув капюшон, он поспешил в торговый центр, сияющий огнями, словно выплывающий из тумана огромный пассажирский лайнер.

Отец торчал дома пьянющий в хлам, ругался с теликом. Теон оставил продукты на кухонном столе и, прихватив бутылку пива, отправился к себе в комнату. Денёк выдался паршивый. И в обозримом будущем радужных перспектив не просвечивало.

С утра он успел поругаться по телефону с Ашей, которая ещё и посмела предъявлять претензии. Два года назад она вышла замуж и свалила отсюда в большой портовый город. Однако не забывала периодически названивать и поучать. Приезжала иногда, но всё ей было не так. Она просто бросила его и выбрала свою собственную жизнь. Теон считал, что отец — их общая проблема. Но почему-то Аша так не думала. Нет, точнее сказать, ей нравилось раздавать советы издалека, появляться раз в месяц и отчитывать его. Вот только Теон решил, что она больше не имеет на это права. Не ей теперь приходилось возвращаться в этот «алкогольный рай» каждый вечер, платить долги по счетам и ругаться с отцом. Это всё досталось ему. Иногда так хотелось больше не приходить в этот дом, но податься больше было некуда.

Теон с грустью поглядывал на запоздавших прохожих, волочащихся под косыми струями ливня по улице. За лето удалось скопить немного денег, но вот так всё бросить оказалось попросту страшно. Дядя Виктарион заверял, что, поработав год или два в мастерской, он сможет накопить на учёбу. Теон лишь равнодушно кивал в ответ. Хотелось счастливой жизни не когда-нибудь там, а здесь и сейчас. Вот только дождь никак не заканчивался. Спустившись за второй бутылкой, он закурил на кухне и рассеянно повертел в руках телефон. В этом городе его мало что держало. Санса. Сможет ли она бросить семью, учёбу, чтобы поехать с ним? Вопрос оставался открытым, и пока что стоило хотя бы подготовить почву.

Набравшись храбрости, он отхлебнул из бутылки и ткнул кнопку вызова. Дядя Эурон взял трубку далеко не сразу, но голос у него был весёлый и, кажется, нетрезвый. Немного потрепавших о всяких обыденных вещах: «как дела? Как работа?», Теон приступил к главному.

Бездумно прокрутив по липкой столешнице бутылку, спросил:

— Я думал о том, чтобы переехать в Лондон, — выдержал паузу, дожидаясь какой-нибудь подбадривающей речи.

Дядя лишь отвлечённо ответил:

— Ага, — в трубке звучала приглушённая музыка и какие-то голоса. Теон решил, что тот и вовсе прослушал.

— Могу я пожить у тебя? Недолго, пока не найду работу, — прикусив губу от волнения, спросил он.

— Что?

— Пожить у тебя, пару месяцев, может, — упавшим голосом пробормотал Теон.

— Я немного занят сейчас, — сообщил дядя Эурон, проигнорировав вопрос. На заднем плане слышался женский голос и смех. Вероятно, это вообще оказалось не самое удачное время для звонка.

— Так «да» или «нет»? — упорно добивался ответа Теон.

— Позже, дружище. Я об этом подумаю, — пообещал дядя и сбросил вызов.

Теон расстроенно оттолкнул пустую бутылку и, она, зазвенев, покатилась по столу. Надежда на то, что удастся свалить из этого болота, стремительно таяла. Без помощи дядя он вряд ли справится.

Дядя Эурон стал успешным фотографом, хотя в своё время семья тоже не очень-то позитивно отнеслась к его выбору. И Теон думал, что тот его поймёт. К тому же, дядя Эурон не имел дурацкой привычки осуждать и читать нотации. С ним было не в пример проще, чем с дядей Виктарионом. Он всегда привозил подарки, когда приезжал в гости. Они гуляли по местным пабам, хотя Теон тогда вряд ли мог составить ему компанию. Но дядя от него не отмахивался, слушал всякие дурацкие истории о школьной жизни и даже утешал, если что-то не ладилось. Сейчас-то те прошлые проблемы казались нелепыми, и дядя, наверное, тоже тогда так думал. Но он никогда не смеялся над ним. Напротив, казалось, что дядя Эурон на его стороне. Потом они поссорились с дядей Виктарионом, и дядя Эурон с тех пор их не навещал.

Теон скучал и грустил. Дядя Эурон был единственным человеком, который его понимал. Вот только захочет ли он помочь? Как бы там ни было, надо свалить из этого города куда подальше, и желательно до Рождества. Встречать праздник вместе с отцом — худшее, что можно представить. Или с дядей и тётей — слишком уныло и скучно.

В мастерской всё время казалось, что жизнь проходит мимо. Разрисовывать тачки баллончиком с краской — это точно не то, на что хотелось тратить свои лучшие годы.

На следующий день Теон решил, наконец, сообщить любимой девушке о своих планах. Честно говоря, в его мечтах она соглашалась с радостью, к отрицательному ответу он даже не подготовился.

В полдень они встретились в парке у пруда. Теон с большим энтузиазмом расписал их будущую совместную жизнь, немного приукрасил, хотя… не немного, а довольно сильно.

Санса взволнованно прогулялась по узкому деревянному мостику, перекинутому через пруд.

— Ой, это всё так неожиданно.

— Да, я понимаю, — Теон поймал её на обратном пути и взял за руки. — Вместе мы со всем справимся, — уверенно заявил он. А если и сомневался в душе, то уж точно не желал этого показывать.

Санса тяжело вздохнула и отвела глаза.

— Я не могу.

— Почему?

Она отвернулась и, глядя в сторону, сообщила траурным тоном:

— Я выхожу замуж.

У Теон просто пропал дар речи, и руки как-то сами собой разжались. Он сделал шаг назад.

— В смысле?

Санса испустила ещё один тяжкий вздох и соизволила всё-таки посмотреть ему в глаза.

— Родители так хотят. Но ты не переживай — это фиктивный брак, — с милой улыбкой заявила она.

Теон чувствовал себя так, будто ему на голову опрокинули ведро холодной воды.

— Охренеть просто! Ты меня вообще собиралась поставить в известность?!

— Да, — в голосе её зазвенела обида. — Думала, сказать перед свадьбой, в ноябре.

Теон выругался и раздражённо тряхнул головой.

— Всё ясно. Ну, спасибо, что сообщила. Поздравляю! — едко добавил он, собираясь развернуться прочь.

— Да подожди, ты всё неправильно понял, — Санса тронула его за руку, и Теон замер на миг.

Ох, как они поругались в этот день! Пожалуй, сгоряча он наговорил того, чего и вовсе не думал. Однако Санса выставила его идиотом, и он жутко разозлился. Выкинул даже дурацкий портрет, который не успел дорисовать. Вот только от чувств так же легко не избавиться: это не просто какой-то рисунок в альбоме.

Вспоминая моменты прошедшего лета, Теон понял, что по большей части счастлив-то был только с Сансой. Она — луч света в этой безрадостной жизни, и так больно оказалось бы потерять её навсегда. Конечно, обида ранила душу, но хотелось верить, что их отношения ещё можно спасти. Уж по крайней мере, Теон собирался попробовать, пока до свадьбы ещё оставалось время. Он не отпустит её так легко. Ни за что!
 

Schneewolf

Наемник
Глава 5



Октябрь выдался сухим и тёплым, солнечно-ярким, будто сладкий спелый апельсин. И пролетел столь же быстро, подобно пущенному вдаль оранжевому мячу.

За полтора месяца удалось скопить немного денег: Рамси подрабатывал в приюте для животных по вечерам. Конечно, этого было мало, но всё же лучше, чем ничего. Постепенно он совсем позабросил учёбу, и вместо того, чтобы тратить время на скучных парах по гражданскому праву и тому подобной мути, нашёл вторую работу. На складе садового инвентаря платили в разы больше, чем в приюте.

До свадьбы оставалось меньше месяца, родители занимались подготовкой. Вероятно, для отца и Кейтилин Старк это оказался ещё один дозволенный повод проводить время вместе. Из них получился прекрасный дуэт. Уж, пожалуй, они были счастливы, в отличие от жениха и невесты. Все эти улыбки, едва уловимые прикосновения и многозначительные взгляды. Теперь Рамси знал, что за этим кроется. В какой-то степени даже стало жалко разрушать эту идиллию. Но отец сам поставил его перед выбором.

Когда прозвучала дата: двадцать третье ноября, слова обратились во что-то осязаемое. Свадьба стала неким реальным событием, которое должно было произойти вскоре.

Этим холодным ноябрьским утром за окном хлестал ливень. Рамси поднялся поздно. Хмурый субботний день пересёк полуденную черту, когда он спустился вниз.

Отец торчал на кухне. Из радиоприёмника доносилась пятая симфония Бетховена. Обычно он предпочитал проигрыватель, пластинки, но иногда не брезговал и приёмником. Он любил классику.

Рамси замер в дверном проёме, прислонившись плечом к косяку, и некоторое время наблюдал за тем, как отец чистит яблоки. Яркая красная шкурка тонкими полосками скользила из-под острия ножа прямиком в мусорное ведро. На противне дожидалась своего часа основа для пирога. Яблочный пирог был фирменным отцовским блюдом.

Дождь всё барабанил в стекло, а на кухонном столе в глубокой миске лежали крупные спелые яблоки для начинки. В голове словно что-то щёлкнуло, и в памяти всплыл момент из далёкого детства.


***

Тем вечером дождь лил не переставая. Рамси долго глядел из окна детской на потоки воды струящиеся по стеклу. Он никак не мог уснуть: всё боялся, что двор затопит и поутру там обнаружится целое озеро. И как же тогда они выберутся из дома? Лодки-то у них нет.

Измаявшись от этих беспокойных мыслей, он тихонько спустился вниз. Хотел посмотреть, чем занят папа. Долго мялся на пороге гостиной, не решаясь сказать о своих опасениях, и в конце концов, был замечен.

Папа отвлёкся от фильма и приблизился к нему.

— Ты почему не спишь? — спросил он, поглядев на часы, висящие над телевизором.

Рамси неловко переступил с ноги на ногу и одернул синюю пижамную рубашку с белыми медвежатами.

— Из-за дождя. Не могу уснуть. Папа, а вдруг дом затопит? — признался он всё-таки в своих страхах.

Папа лишь усмехнулся и растрепал ему волосы.

— Глупости. Это всего лишь дождь. Он скоро закончится.

Рамси прикусил губу, раздумывая, и взял его за руку.

— Ты почитаешь? — конечно, в свои пять он уже умел читать, но всё равно хотелось, чтобы папа посидел с ним немного и рассказал сказку. Просто был рядом, тогда и дождь не казался бы таким страшным.

Папа отвёл его в свою спальню, и Рамси забрался на большую кровать. С интересом наблюдал, как папа перелистывает книгу. Он морщился и качал головой, видно, ни одна сказка ему не нравилась. В конце концов, захлопнул книгу и отложил на тумбочку рядом с настольной лампой.

— Вот что, я расскажу тебе другую сказку, — он придвинулся и рассеянно провёл ладонью по его волосам.

Рамси улыбнулся и натянул одеяло до подбородка. Шум дождя теперь не пугал, наоборот успокаивал, и глаза уже начали слипаться. Тихий папин голос раздавался в комнате, и в воображении сами собой предстали персонажи истории.



***​

В большом и красивом дворце жила молодая королева с рыжим, будто закатное солнце волосами. Она обладала всем, о чём только можно мечтать: золото, драгоценные камни, верные слуги и целое королевство, которым она справедливо управляла. У неё было всё… Вот только любви не было. Король оказался скучным, замкнутым и равнодушным, а вовсе не таким, каким она его представляла, будучи юной и наивной. Его больше волновали государственные дела, чем красавица-жена. Годы шли один за другим, и королева страдала от одиночества.

В огромном цветущем саду за высоким забором она чувствовала себя запертой, будто пленница. Однако этот сад и приносил ей утешение. Она часто читала, устроившись в беседке, увитой плющом. Ухаживала за цветами или просто гуляла, погрузившись в свои мысли. Особой гордостью сада и самой королевы были крепкие высокие яблони. Осенью она лично собирала урожай спелых плодов: из одних делала сладкий джем, другие шли в пирог. Большую часть урожая она раздавала людям. Яблоневый сад славился на всю округу, и для королевы то была настоящая отрада.

Однажды тихим августовским вечером, когда солнце только опустилось за горизонт, королева перебирала в своей беседке только поспевшие плоды и напевала. Она обладала прекрасным чарующим голосом. И её пение привлекло внимание одного храброго рыцаря. Он долго стоял, прислонившись к ограде, заворожённый этой волшебной песней.

Несколько вечеров подряд он приходил, чтобы послушать её пение, и в конце концов, решился с ней заговорить. Они вели долгие беседы через забор, но так и не видели лиц друг друга.

Рыцарь рассказывал о далёких странах, в которых он побывал, а королева о прочитанных книгах. Она сожалела о том, что не может покинуть дворец. Ей хотелось повидать мир, но король ни за чтобы её не отпустил.

Время шло, и они всё лучше узнавали друг друга. Она пела рыцарю свои песни, угощала яблоками и однажды, холодной звездной ночью, вышла к нему. Она была ещё прекраснее, чем он себе представлял. Будто свежая бархатная роза, заключённая в клетку цветочного горшка.

Рыцарь и королева обрели друг в друге родственные души, и любовь их воспылала ярче самой яркой из звёзд. Вот только они не могли быть вместе. Рыцарь был связан долгом, обетами и службой. Королева закована брачными узами. Каждый тянул свою ношу, и только в яблоневом саду, наедине друг с другом, они чувствовали себя свободными.



***

Рамси уже почти заснул, но встрепенулся, когда сказка оборвалась.

— И это конец? — сонно пробормотал он. — Разве они не будут вместе?

— Может, когда-нибудь… — папа улыбнулся и поправил одеяло. После посмотрел на экран телефона, пиликнувшего смской. — Спи, уже поздно.

Рамси расстроенно скривил губы и перевернулся на бок. Сказка, хоть и была красивой, но оказалась какой-то грустной. Засыпая, он видел яблоневый сад и королеву с медными волосами, прохаживающуюся среди цветов в длинном лазурном платье.

Внезапно из красивой сказки сон превратился в какую-то глупую.

— На улице такой ливень, я вся промокла, — жалобно произнесла королева.

— Не испугалась бури, пришла. Я тебя согрею, — сказал рыцарь папиным голосом.

Королева рассмеялась, добавила что-то невнятно.

— … вернётся только послезавтра.

— Это наше время. Пойдём в гостиную, тише, я только что ребёнка уложил.

Дальше Рамси услышал лишь торопливые шаги в прихожей и приглушённый смех, а после голоса смолкли.


***

Все эти годы он думал, что это всего лишь сон. А сказка, выдуманная отцом, не имеет ничего общего с реальностью. Теперь же, глядя, как отец ставит в духовку яблочный пирог, внезапно понял, кто приходил той ночью.

Рамси прошёл в кухню и, усевшись за стол, повертел в руках солонку. Разговор это начинать совсем не хотелось, однако, выбор был сделан. Иначе ведь отца не заставить отменить свадьбу. Он уже пробовал упрашивать по-хорошему и ничего не вышло.

— Папа, помнишь сказку про яблоневый сад?

Отец нахмурился, подвинул стул и отвлёкшись от готовки, опустился напротив.

— С чего это ты вдруг вспомнил?

Рамси вздохнул и отвёл глаза.

— Я знаю про тебя и миссис Старк.

Отец казался расслабленным. Усмехнулся, дёрнув щекой.

— Ну расскажи мне, что же такого интересного ты узнал.

Рамси замялся и вновь повозил по столу солонку.

— То, что вы… любовники, — произнёс он, понизив тон. И стыдно было, и неловко, и как-то совершенно нелепо.

Отец совсем не разволновался. Его будто бы и не беспокоило, что их секрет раскрыт.

— И откуда такая информация? — спросил он довольно равнодушно, сложив руки перед собой.

— Я вас видел в лесу, — пробормотал Рамси, всё также избегая смотреть ему в лицо.

— Что делать намерен? — поинтересовался отец, мельком взглянув на таймер, выставленный на духовке. Усмехнулся. — Ждал, что я буду оправдываться? Нет. Мы с Кэт давно вместе. Очень-очень давно, — в его тоне проскользнула непривычно тёплая нота.

— Ты должен отменить свадьбу, или я расскажу всё мистеру Старку, — оповестил Рамси, стараясь придать голосу твёрдости.

Отец изобразил печальную гримасу.

— Вот как… Шантажируешь родного отца, — он расстроенно покачал головой и тут же улыбнулся. — Видишь ли, сынок, Эддард Старк, конечно, тугодум, но не до такой же степени. Он и сам далеко не безгрешен.

Рамси открыл рот, но так и не нашёл, что сказать. Нет, отец просто морочит ему голову! Или…

— Ты врёшь! — он вскочил из-за стола, и отец усмехнулся, пожав плечами.

— Всё давно уже решено, Рамси.

Рамси мотнул головой. Плевать! У него был запасной план, который он собирался привести в исполнение в ближайшее время.

Отец, однако, не дал уйти. Положил ему руки на плечи и заставил опуститься на место.

— Не вздумай вытворить какую-нибудь глупость, а иначе ты больше никогда не увидишь свою кухарку, — пообещал он, понизив тон.

— Что? — Рамси растерянно брякнулся на место и уставился на отца, не мигая.

— Сделаю так, чтобы их кафешка закрылась. В таком маленьком городе не так-то просто устроиться, если ты больше ничего не умеешь, кроме как печь хлеб, — пояснил он, разведя руками.

— Ты не сможешь, — Рамси потрясённо покачал головой и стиснул под столом кулаки.

— Конечно же, смогу, — твёрдо сказал отец. — Всё зависит от тебя. Ты ведь не хочешь разрушить её жизнь? Не хочешь, чтобы она уехала? Я не запрещаю вам видеться, не надо устраивать драму. Санса никогда о ней и не узнает, если ты сам всё не испортишь.

— Я не хочу жить так, как ты. И всё время врать и притворяться.

— Так все живут. Просто ты пока ещё этого не понял.

Рамси тряхнул головой и вышел из-за стола.

— Подумай, как следует, — бросил в спину отец.

Напрасно. Он и так уже всё решил.


***


До свадьбы оставалось две недели. Рамси старался быть тихим, покорным всё это время, чтобы не злить понапрасну отца. Даже посещал скучные лекции по гражданскому процессу и теории государства и права. Вот только мысли витали далеко от темы предметов. Впрочем, это неважно. Главное, чтобы отец поверил в то, что он смирился и сдался.

В середине ноября заметно похолодало. Рамси пришёл слишком рано, разжёг печь в домике лесника и потягивал пиво из банки, собираясь с мыслями. Пришло время рассказать обо всём Миранде. Вот только как она отреагирует?

Когда хлопнула дверь, он вздрогнул. Однако, увидев свою девочку, тут же улыбнулся и поднялся навстречу. Долго гладил её по голове, прижав к себе. Подбирал подходящие слова, да так и не подобрал.

Миранда отстранилась и бросила на него растерянный взгляд.

— Что-то случилось? — спросила она, сжав его ладони. — У тебя лицо такое, как будто с похорон пришёл.

Рамси глубоко вздохнул и отступил, расцепив руки. Нервно облизнул губы и уставился себе под ноги.

— Я должен кое-что сказать. Прости, я этого не хотел.

Миранда нахмурилась и, поправив подол платья, уселась на шаткий табурет.

— Отец хочет, чтобы я женился на Сансе Старк. Свадьба через две недели.

— Ты что смеёшься надо мной? Почему не сказал раньше?! — Миранда тут же подскочила с места, гневно тряхнув распущенными волосами.

— Не знал как, — Рамси отвёл глаза и выдавил жалкую улыбку.

— Вот так, значит, — Миранда задумчиво кивнула и не спешила приближаться. — Ты ведь обещал жениться на мне.

— Да, но…

— Но, что? — сделав шаг навстречу, жёстко произнесла она.

— От меня ничего не зависит. Отец договорился со Старками. Они считают, что это выгодный союз, и… Да мне плевать, я люблю тебя!

Миранда махнула рукой, отвернувшись.

— Слова… — Он решил, что я тебе не подхожу? Так?

Рамси не ответил. Какая разница.

— Это неважно. Я всё придумал, у меня есть деньги, не отцовские: я сам заработал. Мы уедем, будем жить вместе. Я обещаю, — горячо прошептал он и, наклонившись к её уху, положил ладони на плечи.

Миранда долго раздумывала молча. Опустив голову, теребила бантик на платье.

Рамси в конце концов не выдержал:

— Ты поедешь со мной?

Миранда повернулась к нему и улыбнулась как-то печально. Провела ладонью по щеке.

— Конечно, сладкий, как же иначе? Мы с тобой вдвоём против всех, — заглянув ему в глаза, произнесла она, и Рамси кивнул.

— Да.

Поцелуй был с привкусом мяты: долгий, нежный, будто прощальный. В тот вечер, они правда виделись в последний раз.

Время утекало водой сквозь пальцы. Они должны были встретиться в домике лесника в субботу. Уехать на рассвете. Вот только… только отец соврал: до свадьбы оставалось вовсе не две недели, а два дня.
 

Вложения

  • 637.5 KB Просмотры: 3

Schneewolf

Наемник
Глава 6



Иногда в жизни наступает такой момент, когда понимаешь, что бороться бессмысленно: проще покориться, отдаться на волю судьбы, потому что война уже проиграна. Так вот, Рамси этого не понимал.

Отец сообщил о свадьбе за двенадцать часов. За двенадцать грёбанных часов! И Рамси просто онемел в первый миг. Это случилось за ужином, где-то между основным блюдом и десертом.

Отец аккуратно сложил салфетку на краю стола и сказал обыденным тоном:

— Выспись хорошенько, завтра важный день.

Рамси лишь пожал плечами, не придав значения его словам.

Отец же, изучив его равнодушное выражение лица, добавил:

— Завтра ваша свадьба с Сансой.

Рамси застыл на мгновение, думая, что ослышался. После кое-как собрался с мыслями.

— Ты… Ты сказал, что двадцать третьего!..

Отец пожал плечами.

— Мне пришлось. С детьми так трудно: всегда норовят что-нибудь испортить, — понизив тон, произнёс он. — Ты или Санса, или кто-то другой. Пришлось держать дату в тайне.

Рамси опустил голову.

— О! Это так на тебя похоже! — вскочил из-за стола, оттолкнув тарелку, и та, скользнув по краю, полетела на пол, рассыпалась осколками по паркету.

Отец лишь досадливо поморщился и обронил с лёгким кивком:

— Я же говорил. Дети всегда что-нибудь портят.

— Я уже не ребёнок. Мне плевать на твои планы, на то что ты хочешь породниться со Старками и со своей дорогой Кэт, — перекривлял он отца. — Ты меня не заставишь!

Отец лишь вздохнул и поднялся навстречу, изобразил гримасу сожаления.

— Я хотел по-хорошему, но ты сам вынуждаешь меня идти на крайности.

Рамси усмехнулся.

— По-хорошему? Как же! Ты всегда только о себе и думаешь! Ты не заставишь меня сказать «да», вот и всё, — уверенно заявил он.

— Что ж… — отец приблизился и мягко положил ладонь на плечо, увлёк за собой, и Рамси послушно потащился в коридор. — Ты ведь ещё хочешь увидеть… Миранду? Так, ведь её зовут? — они остановились перед дверью в подвал.

Рамси опустил глаза. Не приходилось сомневаться, что отец выполнит свои угрозы. И тогда… Он тяжело вздохнул и усиленно закивал.

— Ладно, хорошо, я согласен, — пусть отец поверит и решит, что он сдался.

— Вот и молодец, хороший мальчик, — блёклая улыбка скользнула по лицу отца и он распахнул дверь.

Рамси и опомниться не успел, как отец втолкнул его внутрь.

— Папа!

В ответ услышал лишь сухое:

— Это ради общего блага.

Вскоре раздались удаляющиеся шаги.

Рамси долго барабанил в дверь и в конце концов обессилено опустился на широкие деревянные ступени. Просто-напросто не хотелось верить, что всё потеряно. Продуманный план побега разлетелся на части, а о том, чтобы выбить тяжёлую железную дверь, думать и смысла не имело. Конечно, он рассчитывал на то, что они ещё смогут уехать вместе с Мирандой. Пусть всё пришлось бы делать в спешке, да и денег было совсем мало. Но время… время играло против них. И уж конечно, будучи запертым, он и поделать ничего не мог.

Рамси ещё не познал всю глубину отчаяния, пока что он был оглушён известием о завтрашней свадьбе, и не мог поверить, что всё это действительно реально. И самое главное — то, что последний шанс на побег утерян. Нужно было уехать раньше, давно ещё, когда отец только затеял весь этот идиотский спектакль с помолвкой.

И снова без толку поколотив в дверь, Рамси всё же спустился вниз и устроился на пыльных коробках, положив под голову руки. Под дверью скулили псы, а свет из коридора тусклым лучом падал на первую ступень. Выхода не было.


***

Утром тяжёлой волной накатило отчаяние, настигло, придавило будто каменной плитой. И Рамси ничего уже больше не чувствовал, кроме горького разочарования безысходности. Отец что-то говорил, но все слова пролетали мимо ушей. Завтрак казался безвкусным, а день за окном хмурым и пасмурным.

Рамси покорно напялил костюм, который отец выбрал, послушно побрёл за ним в машину. Всю дорогу он бездумно пялился в окно и трепал под рукавом браслет с черепами. Время тянулось бесконечно долго. В одну из таких тягостно-тревожных минут он даже взял в руки телефон. Хотел позвонить Миранде, просто услышать её голос. Вот только… что ей сказать? Прости? Так и не набрав номер, Рамси опустил телефон в карман непривычного чёрного пиджака.

Отец припарковал машину на стоянке муниципалитета. Тяжелое серое небо щедро сыпало снегом. Ступени уже замело.

Санса с родителями и другими родственниками ожидала внутри. Бледная, печальная и стеклянно-собранная, будто фарфоровая кукла, обряженная в кружева. Видно, для неё этот день тоже не был праздничным. Рамси скользнул по ней безразличным взглядом, словно по предмету интерьера, и она отвела глаза.

Никого из её друзей или предполагаемых знакомых, Рамси тоже не увидал. Странно, неужели ей тоже не предложили позвать друзей? Ей, послушной девочке, которая не перечит родителям. Он понял, что здесь что-то не так, помимо очевидного.

Во время церемонии в украшенном золотыми и белыми лентами зале он пытался развить эту мысль. Вокруг находились только родственники и парочка представителей известных семей. Казалось, что всё это какой-то спектакль, постановка, а никак не настоящая свадьба. Радостных лиц он тоже не заметил, мелькнула лишь пара скудных улыбок, да, кажется, чьи-то сочувственные взгляды.

Пришлось взять Сансу под руку, когда их подвели к стойке регистраторши. То, что вещала эта толстая ярко накрашенная тётка, Рамси пропустил мимо ушей. Почувствовал, что Санса вздрогнула, словно порывалась отступить назад, но всё же не тронулась с места. На какой-то краткий миг он даже её пожалел. Эту глупую девчонку, которой запудрили мозги, на которую надавили долгом перед семьёй. Однако это чувство быстро прошло. Санса ответила: «да».

Когда настала его очередь, Рамси поглядел под ноги, затем бросил быстрый взгляд на свою бледную невесту и сделал глубокий вдох. Между жизнью, в которой он не увидит Миранду вовсе, и той, где он смогут встречаться хоть втайне, он выбрал второе. Утвердительный ответ прозвучал, но облегчение почему-то не пришло. В зале же наоборот наступило оживление. Их поздравляли, а Рамси всё гадал: вокруг все такие глупые или просто лгуны?

Поцелуя тоже как-то не получилось: они лишь кивнули друг другу и разошлись в разные стороны — люди, которые обречены теперь жить вместе. Рамси усмехнулся про себя: какой же это всё-таки бред. Неужели отец и Старки этого не понимают?!

В ресторане их усадили во главе стола, а потом, будто и вовсе позабыли. Санса печально оглядывалась по сторонам и без аппетита ковырялась в своей тарелке. Рамси подтянул к себе бутылку и хлебал бокал за бокалом приторно-сладкое сливовое вино. Он и Сансе предложил, но та лишь испуганно дёрнула головой в сторону, будто и не ждала вовсе, что он с ней заговорит.

Тем временем, разглядывая гостей, Рамси думал, почему же здесь одни «старики» или почти одни «старики». Отец и Кейтилин Старк обменивались любезными улыбками через стол, и Рамси стиснул зубы, наблюдая за этой тошнотворной идиллией.

Бутылка опустела быстро, за ней и вторая. Когда он наполнял очередной бокал, Санса стиснула его руку под столом и прошипела на ухо: — Может, хватит уже?

Рамси лишь ухмыльнулся, взглянув в её стеклянно-кукольные голубые глаза.

— О, нет, моя милая женушка, всё интересное ещё впереди.

И правда, гости расслабились, трепались о своём, а ведущий на маленькой сцене бормотал какие-то несмешные шутки. Прихватив бутылку, Рамси вышел из-за стола. Хлебнул напоследок для храбрости прямо из горла и поднялся на сцену. Ведущего он попросту оттолкнул, не думая долго и не тратя слов понапрасну, выдрал у него из рук микрофон.

— Почтенная публика, или как там обычно говорят, — начал он, широко улыбнувшись. — Я бы сказал, что рад вас всех видеть, но нет, это [ничерт]а не так, — Рамси чуть подумал, переступив с ноги на ногу, мир слегка пошатнулся. — У меня есть небольшое объявление. Хочу поздравить наших дорогих родителей, которые организовали этот праздник, — заявил он, обведя взглядом зал.

За столом начались перешёптывания. Рамси поднял левую ладонь вверх, призывая к тишине.

— Сначала, наверное, надо поблагодарить моего отца, — Рамси отыскал в толпе его напряжённое лицо и простодушно улыбнулся. — Ты хорошо постарался, папа, чтобы разрушить мою жизнь. Из-за тебя я не могу быть с той, кого люблю. Зато… Зато ты и миссис Старк славно развлеклись, планируя эту свадьбу. Надеюсь, вы сполна успели насладиться друг другом. Кто знает, когда вам ещё выпадет такой шанс: потрахаться под носом у её мужа, когда вы якобы были должны планировать банкет.

В зале повисла гробовая тишина, и Рамси посчитал это феноменальным успехом.

— А, да! Привет, мистер Старк! — он махнул отцу Сансы, по застывшему каменному лицу которого сложно было разобрать, что он вообще думает. — Как там поживает ваша библиотекарша? У вас такой же длительный роман, как у моего отца и вашей жены?

Рамси приготовил уже колкости и для других зрителей, однако заметил, что широким шагом к нему приближается отец.

— Ну, теперь вам есть, что обсудить. Приятного вечера! — он бросил микрофон на пол и хотел спуститься со сцены, да вот запнулся о длинный, запутанный шнур. Отец оказался как раз вовремя, схватил за шиворот и стащил по ступенькам.

— За мной, щенок!

Рамси в первую минуту зажмурился, испугался, а после подумал: «А будь, что будет. Теперь-то что он может сделать?»

Отец и правда не стал выговаривать при посторонних. Отвёл в туалет и сунул головой под кран с холодной водой.

— Ты что вытворяешь?! Решил всем показать, какой ты у меня придурок уродился? Тебе это прекрасно удалось! Я ради семьи старался, ради тебя, а ты мне вот так отплатил...

Рамси лишь горько усмехнулся. Ну, конечно, он всегда прикрывается интересами семьи.

Отец, тем временем, взял себя в руки. Вытирал ему лицо бумажными салфетками, но Рамси его оттолкнул.

— Не лезь. Я тебя ненавижу! Ты хотел только свою жизнь устроить. Вот и разбирайся теперь со всем этим сам.

Удивительно, но отец не стал догонять, даже не угрожал ничем. Возможно, этот бой он всё-таки выиграл?

Честно говоря, победителем Рамси себя никак не ощущал. Но раз уж отец разрушил его жизнь, то единственное, что оставалось — отплатить ему той же монетой.


***

Новое утро выдалось омерзительным: голова гудела, будто в ней поселился пчелиный улей, а вчерашнее торжество помнилось смутными обрывками. Рамси проснулся в какой-то чужой, незнакомой квартире на непривычном мягком диване. Кое-как он припомнил, что теперь это их квартира с Сансой. Родители подарили на свадьбу.

Женушка оказалась легка на помине. Посвежевшая и ухоженная, в шёлковом белом халате и с распущенными волосами трещала с кем-то по телефону. Суть разговора Рамси не успел уловить, лишь увидел в приоткрытую дверь, как Санса расхаживает по коридору. Заметив, что он проснулся, она быстро прервала беседу и прошла в комнату.

Состроив брезгливое выражение лица, Санса оглядела его.

— Какой кошмар! Что ты вчера устроил! — начала возмущаться она, пронзив его осуждающим взглядом. Её рыжие волосы метались в стороны, будто ожившие языки пламени. И от всех этих мельтешении даже голова закружилась.

Рамси, однако, быстро взял себя в руки. Поправил подушку и, приподнявшись на локтях, улёгся поудобнее. Тут только понял, что так и заснул в одежде, лишь пиджак и галстук валялись где-то на полу.

— И что же?

— Из-за тебя мои родители могут развестись! — не слушая, упрекнула она. — Но тебе-то откуда знать, что бывают нормальные семьи, у тебя-то ведь нет матери! Если бы я только знала, что ты такой придурок, то ни за что бы не согласилась выйти за тебя. Из-за тебя свадьба превратилась в какой-то карнавал!

Рамси рассмеялся, решив, что она воткнула первое попавшееся красивое словцо. Наверное, хотела сказать «балаган». Он тут же резко замолчал и схватил её за руку.

— Заткнись, дура! Ты или глухая, или тупая, или всё вместе! Ты разве не слышала, что я вчера сказал? Твои предки изменяют друг другу много лет. Если ты до сих пор считаешь, что у вас идеальная семья, то ты настоящая идиотка.

Санса открыла рот, да так ничего и не сказала. Обиженно отвернулась в сторону и вертела в руках телефон в ярком розовом чехле.

Повисла длительная пауза, и Рамси осторожно сел на диване, поморщившись, коснулся больной головы.

Санса всхлипнула где-то там на заднем плане, но он не обратил на это никакого внимания. Наверно, она из той породы нервных девиц, которые пускают слёзы по любому поводу.

Он хотел уже отправиться на поиски аптечки. Чёрт его знает была ли она здесь вообще, но Рамси пока не терял надежды облегчить свои страдания.

— Родители не виноваты, — бросила Санса ему в спину.

Рамси растерянно обернулся, схватившись рукой за дверной косяк.

— Что?

— Решения принимает городской совет, — вздохнув, пояснила Санса.

— Какой ещё совет?

Санса всплеснула руками.

— Ну, конечно, ты так напился, что и этого не помнишь!

Рамси нахмурился, пытаясь связать обрывки воспоминаний воедино. А ведь это правда: было что-то ещё.



***

Когда они с отцом вернулись в зал, шутка уже не казалась такой смешной. Рамси как-то резко устал и думал только о том, чтобы всё закончилось поскорее.

Отец усадил его на место и растворился в толпе. Наверное, поспешил утешить свою ненаглядную Кэт.

Рамси огляделся. Вроде бы народу стало меньше. Оставшиеся гости активно обсуждали его выходку, попивая вино. Миссис Тирелл и старикан Фрей о чём-то перешёптывались за длинным столом, посмеивались, то и дело бросая на него загадочные взгляды. Санса болталась неизвестно где, наверное, со своими родственниками.

От скуки и печали Рамси решил разбавить своё горе бутылкой чего покрепче. На этот раз под руку попалась какая-то ядрёная ягодная настойка. Санса вернулась вместе со своим дядюшкой, который определённо находился в приподнятом расположении духа. Поздравил даже, с тёплой улыбкой пожал ему руку и усмехнулся.

У Рамси настроение, напротив было далеко от хорошего, потому он лишь хмуро кивнул.

Санса, тем временем, что-то шепнула дяде на ухо, и тот, словно спохватившись, изобразил приторную улыбку.

— Вот, что, дети мои, я приготовил для вас подарок.

Санса удивлённо приподняла брови.

— Но ты ведь уже подарил, — вставила она, недоумевая.

Мистер Бейлиш махнул рукой.

— Деньги — это, конечно, хороший подарок, но у меня есть кое-что поважнее — знания, — таинственным тоном оповестил он. — Прокатимся, отвезу вас домой, — выпрямившись, он ударил в ладоши.

Рамси пожал плечами, сейчас он точно был не в том состоянии, чтобы разгадывать туманные загадки. Однако торчать здесь и дальше уж точно не хотелось. Прихватив бутылку, он поднялся из-за стола.

По дороге на улицу его ощутимо покачивало из стороны в сторону, и Санса состроила такое уморительно-раздражённое выражение лица, что Рамси невольно усмехнулся.

Поездку он вовсе и не запомнил, кажется, они сразу оказались на маленькой бело-голубой кухне за круглым столиком, придвинутым к стене.

— Всё началось много лет назад, когда вас двоих ещё не было на свете. Да что там, и меня не было, — мистер Бейлиш махнул рукой и попросил Сансу заварить чай, который, наверно, купили по дороге. В доме-то никаких продуктов ещё не было.

Рамси же, опустив голову на руки, слушал. И речь эта казалась какой-то сказкой, выдумкой или сном.

— Давным-давно городом управляет тайный совет, — приступил к главному мистер Бейлиш.

— А как же мэр? — воскликнула Санса, расставив кружки.

— Мэр? — мистер Бейлиш усмехнулся. — Да, у него есть официальный статус, но реальная власть в руках совета. Собрания проходят каждое воскресенье в здании городской ратуши.

— И чем этот совет занимается? — пробормотал Рамси, всё ещё толком не веря в эту байку. Может, дядюшка Сансы просто решил их разыграть?

— О, многим! — мистер Бейлиш сразу как-то оживился, и мечтательная улыбка мелькнула на его узком лице. — Браками, например. Члены советы решают какой союз будет выгодным для блага города. Разумеется, это касается лишь привилегированных семей — потомков основателей города. И соответственно в этот совет входят лишь избранные. Люди, которые имеют вес в городе. Мэр, само собой, управляющим банком, главный врач городской больницы… — пояснил он.

— А ты? — спросила Санса, деликатно дождавшись паузы.

Мистер Бейлиш развёл руками.

— К моему большому сожалению, в круг избранных я не вхожу. Мои родители… я даже не знаю, кем они были. Я вырос в приюте, — пояснил он скорее для Рамси. — Добился всего сам. Так вот, в городском совете, конечно же, присутствуют начальник полиции и начальник службы судебных приставов. Твой отец значимая фигура, — кивнул он.

Рамси насупился, будто в этом был какой-то упрёк.

— И пусть я не состою в совете, я всё же в курсе того, что происходит на собраниях, — мистер Бейлиш вновь загадочно улыбнулся.

Санса растерянно захлопала глазами.

— Но как?

Мистер Бейлиш кивнул, ведь, очевидно, он ждал этого вопроса.

— Моя дорогая жена имеет славную родословную. Её предки основали этот город. Ты должна была знать об этом, моя милая, — сжав плечо Сансы, произнёс он.

Рамси лишь фыркнул, поглядев на эту сцену. Мистер Бейлиш определённо любил пускать пыль в глаза и строить из себя этакого наставника.

— Давно пора было всколыхнуть это сонное болото, — произнёс мистер Бейлиш, довольный фурором, который произвёл своим рассказом. — Ты ведь в юридическом учишься? — обратился он к Рамси.

— Типа того, — лениво шевельнув плечом, ответил Рамси.

Мистер Бейлиш удовлетворённо кивнул.

— Заглядывай как-нибудь ко мне. Есть у меня кое-какие дела, для практики, так сказать, — понизив тон, он хитро подмигнул.

Рамси растерялся и не сообразил, что ответить. Мистер Бейлиш совершенно точно имел в виду нечто совсем иное, чем практику по юридическим делам, и в этом крылся какой-то подвох. Вот только мысли в пьяном мозгу разлетались.

Пока он пытался сообразить, что-то к чему, дядюшка Сансы распрощался, а они, не сговариваясь, разбрелись по разным комнатам. Так уж случилось, что в потёмках он набрёл на гостиную, Сансе же досталась спальня.


***​


Кое-как восстановив в памяти вчерашнюю беседу, Рамси поймал недоуменный взгляд своей свежеиспечённой жёнушки.

— Я бы ещё поспорил, что родители не виноваты, — заявил он, когда Санса опустилась на нерасправленный диван. Вчера он так и спал без одеяла и простыни, подложив под голову диванную подушку. — Они могли отказаться, — добавил Рамси.

Санса лишь тихонько вздохнула.

— Теперь-то уже поздно. Надо как-то жить.

— Ну вот ещё! Ничего не поздно, — Рамси распахнул дверь в прихожую с твёрдым намерением разрешить эту трагикомедию сегодня же. Надо только поговорить с Мирандой, объяснить ей всё. Они ещё могут уехать вдвоём. А что там будет делать Санса, его волновало меньше всего.

— Так ты эту комнату выбираешь? — уточнила Санса. То ли ей хотелось поменяться, то ли наоборот.

Рамси лишь отмахнулся.

— У меня дела, пойду прогуляюсь, — и не обращая больше внимания на молодую жену, он направился в ванную.

К сожалению, пришлось переться на улицу в мятом свадебном костюме: другой-то одежды не нашлось. Видок, должно быть, знатный.

Они договорились встретиться в пабе. Миранда почему-то опаздывала, и Рамси нервничал, прокручивая по столику пивной бокал. Когда он опустел наполовину, головная боль отступила. Прошло уже больше получаса, а Миранда всё никак не появлялась. И Рамси забеспокоился. Что, если отец привёл свои угрозы в действие?

Так и не допив пиво, он отправился к пекарне. Может, Миранду просто родители задержали или ещё что.

Вчерашний снег уже растаял, под ногами хлюпала грязь, а холодный ветер пробирался за воротник куртки. Рамси топтался на пороге некоторое время, пока Миранда сама не вылетела навстречу. Лицо у неё было взволнованное. Вместо того, чтобы обнять или хоть как-то выразить радость от встречи, она молча остановилась в двух шагах от него.

— У нас неприятности, кафе закрывается, — упавшим голосом произнесла Миранда.— Родители говорят, если не удастся всё уладить, нам придётся уехать из города.

Рамси взял её за холодные руки и прижал к себе. Вот ведь дурак! Его глупая выходка на свадьбе обошлась слишком дорого.

— Я всё исправлю, — пообещал он.

— Как?!

— Поговорю с отцом, постараюсь его убедить, — пояснил Рамси, заглянув в её печальное лицо.

Миранда, похоже, только сейчас заметила, что одет он вовсе не под стать своему обычному образу, замерла, удивлённо рассматривая его.

— Свадьба была вчера, — коротко пояснил Рамси, не глядя ей в глаза.

— Вот как. И зачем же ты пришёл ко мне тогда? У тебя теперь есть жена, а любовницей я быть не хочу.

Она высвободилась из его объятий и решительно зашагала прочь.

— Миранда!

Обернувшись, она покачала головой.

— Это уже слишком. Прости.

— Я всё исправлю, — вновь повторил Рамси, но уже без былой уверенности.

Миранда лишь тяжело вздохнула. Кажется, она совсем не поверила.

— Мне очень жаль, — сказала она и больше уже не оборачивалась, вернулась в дом, оставив его одного.

Ветер разбушевался и швырял под ноги охапки опавших листьев. Рамси поднял воротник куртки и, сунув руки в карманы, отправился прочь. Он пытался найти выход, но только усугубил ситуацию, и вот теперь оказался на самом краю бездны в полном одиночестве. Оставалось только идти на поклон отцу, но вряд ли тот простит его после всего, что Рамси наговорил на свадьбе. Впрочем, выбора не было, как и прежде.
 

Вложения

  • 548.2 KB Просмотры: 2

Schneewolf

Наемник
Глава 7



Бран любил такие вечера, как сегодняшний, когда каждый занимался своим делом, а дома было тихо и спокойно. За окном моросил снего-дождь, а в гостиной уютно потрескивал поленьями массивный каменный камин. Забравшись с ногами в глубокое кресло, Бран уже предвкушал, как погрузится с головой в новую историю о приключениях мальчика-волшебника.

Некоторое время он просто держал в руках книгу, разглядывая обложку и вдыхая запах свежей бумаги. Эта книга была не библиотечная, а совершенно новая: третья в серии, и он хотел собрать всю коллекцию.

Поправив указательным пальцем круглые очки (признаться честно, он всё же мечтал хоть чуточку походить на главного героя), Бран перевернул титульный лист. Едва он начал читать, и мир вокруг перестал существовать, как в кабинете за стеной раздались голоса.

Родители ссорились редко, и никогда так громко. Бран затаил дыхание в первое мгновение и тут же позабыл о книге. Даже не пришлось прислушиваться: всё и так было прекрасно слышно.

— Мы пытались, но у нас ничего не вышло, — в мамином голосе звучало разочарование.

— Потому что мы оба всю жизнь любили других людей. Вот поэтому и не вышло, — жёстко добавил папа.

— Пока мы придерживались договора, всё шло прекрасно, и все были довольны. Ты нарушил его первым! — повысила голос мама.

— Первым?!

Голоса затихли, и Брану пришлось прислониться ухом к стене, чтобы ничего не пропустить. Кажется, что-то он всё-таки не расслышал.

— Давно нужно было это сделать! — воскликнул папа.

— Я согласна, но что будет с детьми? — спокойным тоном ответила мама.

— Каждый заберёт себе своих.

У Брана аж голова закружилась от такого известия, и он бессильно сполз по стенке вниз. Обмахнулся каким-то журналом, попавшимся под руку, будто веером. Нет, хоть бы он всё неправильно понял! Арья говорила, что он любит воображать. Вот, наверное, и сейчас ему почудилось то, чего не было. Родители точно имели ввиду что-то другое!

Чуть успокоившись, Бран кое-как собрался с мыслями. Арья была его «лучшей сестрой», и за помощью он решил обратиться именно к ней. Жаль, конечно, что Робба нет рядом, ведь ему, несомненно, Бран доверял больше. И даже немного обиделся после того, как Робб вот так сбежал из дома, не попрощавшись, оставив ему лишь какое-то несчастное письмо. Впрочем, немного утешало, что письмо Робб написал только ему. Арья и Санса не удостоились и этого. Этот маленький секрет он хранил уже целых четыре года. Последнее воспоминание о старшем брате.

Отбросив в сторону журнал, Бран вытащил из кармана джинс телефон. От волнения даже не сразу смог набрать номер: случайно пролистал список контактов вниз.

Арья зависала на городской площади со своим парнем. Там проходила какая-то ярмарка: карусели, тир и прочие развлечения. Выслушав его сбивчивый рассказ, сестра пообещала, что скоро приедет.

Скрашивая ожидание, Бран потихоньку проследил за родителями. Папа куда-то ушёл на ночь глядя, а мама отправилась в сад и разговаривала с кем-то по телефону.

Арья примчалась через двадцать минут. Они с Джендри приехали на мопеде, распрощались у двери, когда Бран выскочил на крыльцо, в спешке набросив куртку.

— Где родители? — первым делом поинтересовалась сестра.

Бран тут же изложил результаты своей слежки. Арья серьёзно кивнула и, положив маленькую твёрдую ладонь ему на плечо, решительно повела наверх. Они заперлись в её комнате.

— Нам нужно держаться вместе, — сообщила она, устроившись в компьютерном кресле.

— Они хотят нас разделить! — воскликнул Бран, подскочив на кровати. — Ты понимаешь, что это значит?

— Да уж, конечно, — по-взрослому спокойно вздохнула Арья. Повертела в руках пластмассовую фигурку «Железного Человека», которая красовалась на её письменном столе, и задумчиво постучала указательным пальцем по нижней губе. — Интересно, кто же из нас «неистинный Старк»? — с какой-то неприятной улыбкой пробормотала она.

Бран невольно опустил глаза, заранее ощущая себя «неистинным». Все говорили, что Арья похожа на папу.

— Ну… может, Санса или Рикон? — предположил он, чтобы отвести от себя подозрение.

Арья задумчиво пожевала губами.

— Может и Санса…

Они всегда друг друга недолюбливали, и Бран понял, что Арья с готовностью уцепится за эту причину, чтобы оправдать свою неприязнь к сестре. Вроде как, она им чужая.

— Хотя… Если маминым любовником был Болтон, то это вряд ли, — после недолгих раздумий заключила Арья. В голосе её проскользнула грустная нота.

Брана на свадьбу не взяли. Он тогда простудился и чувствовал себя неважно, и потому за ним присматривала няня. Рикона почему-то тоже оставили дома. Может, потому что он был диковатый и неугомонный, и от скуки начинал разносить всё вокруг. А на свадьбе ему наверняка стало бы скучно, к тому же, там находилась масса незнакомых людей, перед которыми он непременно захотел бы повыделываться. Младшему брату определённо не хватало внимания.

В общем, в тот день сидели они вдвоём перед теликом и в десятый раз пересматривали «Шрека».

О случившемся скандале Бран узнал от Арьи. Она расписала всё в красках, не жалея нелестных эпитетов в адрес сестры и её мужа. Тем не менее, именно благодаря Рамси все и узнали правду. И с тех пор сидели, словно на пороховой бочке. Теперь же они были как-никогда близки к взрыву.


***

Отец встретил в неожиданно приподнятом настроении. Рамси, однако, даже не поздоровался.

— Я не к тебе пришёл: к собакам, — пояснил он с порога. — Хочу забрать их.

Отец, видно, пытался пошутить:

— Тогда я тебя и вовсе видеть перестану, — на лице его даже мелькнуло какое-то подобие улыбки, но затем он быстро посерьёзнел. — Саймону и Тайлеру будет лучше здесь. Таким здоровым псам не место в квартире.

Рамси со вздохом признал, что отец прав, хоть и не сказал этого вслух.

Со дня свадьбы прошло уже больше двух недель, и настроение было стабильно хреновым.

Отец сказал, что он понятия не имеет почему же пекарня закрывается, якобы он тут совершенно ни причём. Рамси не верил, но всё же не мог понять, почему тот отнекивается. В манере отца скорее было похвастаться тем, что он исполнил свои угрозы. Рамси ведь сам дал ему повод. Он и не предполагал насколько катастрофическими будут последствия этой обличительной речи. Условия сделки исполнены, а уж каким образом — это другой вопрос.

Вечерами Рамси брал псов и околачивался у дверей пекарни. Миранда, однако, и видеть его не желала. Что ж, это справедливо, ведь помочь-то он ничем не мог. Честно признаться, Рамси и вовсе не знал, что делать. Все его планы обратились прахом, и сам того не желая, он втянул в неприятности ещё и Миранду, хотя и пытался защитить. Удача явно его оставила, и Рамси совершенно растерялся, упал духом. Когда у человека нет цели, он блуждает в тумане, будто сбившийся с курса корабль. И будучи несчастным, Рамси делал несчастными и других. В первую очередь, конечно же, тех, кому не повезло оказаться рядом.

Первую половину дня Рамси проводил на учёбе, вторую — на работе. И пусть ни то, ни другое не приносило радости, но хотя бы помогало занять время и не думать о том, что теперь всё окончательно пропало. В приюте платили мало: пришлось выбрать более скучную и более высокооплачиваемую работу.

Вечером он болтался под окнами дома Миранды (они жили на втором этаже, а на первом располагалась пекарня и маленькое кафе). Днём Рамси ещё питал какую-то надежду, что в этот раз удастся хотя бы поговорить с Мирандой. А вот вечером, возвращаясь с прогулки с собаками, находился в самом препаршивом расположении духа. Как правило, допоздна он торчал в пабе и заявлялся домой уже за полночь. Расстроенным, злым и пьяным. Они непременно ругались с Сансой, потому что… да просто, потому что она попадалась под руку.

В глубине души Рамси понимал, что она такой же заложник этого нелепого брака, как и он. Но вот практике навязанная жена раздражала одним лишь своим присутствием, тем что занимает чужое место. Хоть Санса вовсе и не была виновата в том, что его жизнь превратилась в какое-то подобие жизни, легче всего было обвинить именно её.

В своём уютном двухкомнатном Аду они страдали вместе, усердно подпитывая огонь обоюдной ненависти.


***

За три недели брака Санса успела «насладиться» статусом жены сполна. Она серьёзно усомнилась, что вот это всё стоило того, чтобы выбиться в родительские любимчики и унаследовать в каком-то там далёком будущем семейное предприятие.

Поначалу она обрадовалась подаренной квартире, отдельному жилью без надоедливых братьев и хамки-сестры, но Рамси оказался соседом похуже всех прочих.

Каждое утро Санса думала, что она будет терпеливой и вежливой, и именно сегодня ей удастся направить их совместное существование в позитивное русло. Как бы не так.

Они непременно сталкивались в ванной или на кухне, и Рамси по обыкновению приветствовал её какой-нибудь грубостью. А то и вовсе отталкивал с дороги, будто она была каким-то надоедливым щенком.

Днём, к счастью, оба занимались своими делами и могли немного друг от друга отдохнуть. Порой Санса ловила себя на мысли, что домой ей и вовсе не хочется идти. Она даже начала задерживаться в студенческой библиотеке, чтобы потянуть время. Обычно читала что-нибудь лёгкое, но иногда и правда зубрила конспекты. Это здорово помогало отвлечься.

В итоге у неё возникла идея посоветоваться с мамой, узнать, как же родители за все эти годы смогли не возненавидеть друг друга. Она даже толком не озвучила суть проблемы, как от неё отмахнулись. Мама сообщила, что теперь она взрослая женщина и должна принимать решения сама.

Санса кипела негодованием, они ведь сами буквально выпихнули её замуж за первого встречного!

Однако её претензии никто и слушать не стал. У родителей были свои проблемы, и к своему ужасу, Санса осознала, что их крепкий брак трещит по швам. И всё это из-за Рамси! Если бы он держал рот на замке, то ничего бы этого не случилось. Верно, он просто завидовал тому, что у неё дружная и любящая семья. Хорошо, хотя бы кажущаяся таковой.

Несмотря на то, что по календарю наступил декабрь, природа не желала подчиняться правилам. Этим субботним утром за окном моросил дождь, а температура на улице оказалась плюсовая.

Санса решила наведаться в гости к дяде, чтобы обсудить свою несчастную жизнь с ним. Ускользнула из дома пораньше, пока Рамси ещё спал. Так они и ночевали в разных комнатах. Не то чтобы она питала к нему какой-то интерес, как к мужчине, но всё же такое пренебрежение покоробило. Неужели она хуже какой-то там деревенской простушки?

Обдумав все эти мысли в перерывах между борьбой с упрямым холодным ветром, так и норовившим вырвать зонт из рук, она очутилась перед дверями дядиного дома.

Велико же оказалось её разочарование, когда она узнала, что дядя отбыл по каким-то своим делам в Бирмингем и в ближайшие пару недель не появится.

Санса ужасно огорчилась, но старалась держать лицо. Церемонно пила с тётушкой чай, выслушивая какие все вокруг никчёмные идиоты.

Тётя Лиза вообще была дамой очень требовательной и склочной (и истеричной, если говорить начистоту). Угодить ей не представлялось возможным. Она души не чаяла только в муже и сыне.

Обожествление дяди Петира Санса ещё могла как-то оправдать. Тётя действительно любила мужа, и в этом ей даже можно было позавидовать. Она ведь и его недостатков вовсе не замечала, а так же того, что он относится к ней отнюдь не столь трепетно, как она к нему. Она находилась в счастливом неведении и не обращала внимания на слухи и сплетни. Многие ведь говорили, что дядя женился на ней из-за денег.

Что касается Робина, её двоюродного брата, то Санса просто терпеть его не могла. Он был даже хуже Арьи! Вредный избалованный маменькин сынок. Большую часть времени он проводил за компьютерными играми. А если ему всё же приходилось отрываться от компьютера или телефона, он ужасно злился и отыгрывался на окружающих.

В прошлом году на Рождество они что-то не поделили с Браном, и Робин втихую, по-подлому заклеил страницы какой-то его книжки.

В общем, от родственников Санса была не в восторге и ушла, мягко говоря, разочарованной. Тётя толком не выслушала её жалобы, просто перебила и начала вещать о чём-то своём. В конце концов, Санса потеряла нить беседы и любезно распрощалась. Домой она вернулась уже после обеда.

Рамси слонялся по кухне с бутылкой пива, курил в открытое окно и выстудил всю комнату. Санса открыла рот, чтобы сделать ему замечание, но столкнувшись с его недобрым взглядом, сдержалась.

Повод для скандала, однако, нашёлся.

— Ты вовремя, принцесса, для тебя как раз есть дело, — оповестил Рамси каким-то угрожающим тоном.

Санса невольно попятилась назад и застыла в дверном проёме. Обычные слова в его речи порой звучали как ругательства. Вот и сейчас этим, казалось бы, ласковым обращением он словно хотел её оскорбить. Санса не поддалась на провокации: гордо расправила плечи.

Рамси лишь усмехнулся, зажав в зубах сигарету.

— Посуду помой. Здесь тебе прислуги нет. И кстати, твоя очередь выносить мусор.

— Мы должны разделить обязанности по дому, — взяв себя в руки, сообщила Санса.

— Интересно… И что же собираешься делать ты? — постучав по столу зажигалкой, спросил Рамси.

Санса хотела придумать себе занятие полегче: что-нибудь не такое грязное, как уборка.

— Я могу приготовить ужин, — решительно заявила она.

Рамси усмехнулся, и, поднявшись из-за стола, навис над ней.

— Ты даже этого не умеешь. Бес-по-лез-ная, — чётко выговорил он.

Санса вспыхнула и отстранилась. Хотела возразить, да Рамси и слушать не стал, бесцеремонно отодвинул её с дороги, и, нацепив наушники, убрался в свою комнату.

Эта его идиотская манера таскаться по дому в наушниках ужасно раздражала! Но хуже всего то, что Рамси вовсе не ценил её доброго отношения. Хамил, обзывал и принижал её умственные способности. Порой Санса даже плакала в своей комнате от обиды и злости. Кто-то должен за неё вступиться! И раз уж родителям с некоторых пор на неё плевать, Санса решила обратиться к человеку, которому, надеялась, не была безразлична.


***​


Дождавшись понедельника и поборов некоторую неловкость, Санса всё-таки решила подкараулить Теона у дверей автомастерской. Она помнила, что обычно он заканчивает работу часов в семь. Так вышло и в этот раз.

В ожидании Санса прогуливалась по тротуару, сжимая в руках маленькую лаковую сумочку и сосредоточенно хмуря брови.

Едва Теон показался из дверей мастерской, она тут же обрадовано махнула ему рукой. Почему-то он не выглядел счастливым.

— Привет, как твои дела? — любезно улыбнувшись, Санса взяла его под руку.

Теон откашлялся и с любопытством окинул её взглядом.

— Как тебе сказать? Недавно с девушкой расстался. Она вышла замуж. Внезапно, правда? — не скрывая насмешки, высказал он.

Санса вздохнула и отвела взгляд. Кажется, он всё ещё злится. Она ожидала более тёплой встречи.

— Уже много времени прошло, я думала, ты остыл.

— К тебе? Это уж точно, — тут уж он расхохотался в голос.

Санса обиженно опустила уголки губ и сразу же пошла в наступление:

— Ты ведь прекрасно знаешь, что это не моя вина! Родители заставили меня!

— Ага, — безразличным тоном вытолкнул Теон. — А ты не очень-то сопротивлялась.

Санса решила сменить тактику. Похлопав накрашенными ресницами, трогательно улыбнулась и, сняв белую перчатку, мягко провела ладонью по его щеке.

— Мы ведь были счастливы. Я люблю только тебя! И пришла за помощью.

Может, Теон и злился до сих пор, но сердце его определённо дрогнуло. Он сбил шаг, а после и вовсе остановился, взяв её за руки. Долго и внимательно изучал её лицо.

Санса не торопила. Догадалась, что выбрала верную тактику. «Бедный маленький котёнок» — так называл это дядя Петир. Большинством мужчин действительно легко управлять. Особенно, если нравишься им хоть самую малость.

Теон сомневался: хмурился и переступал с места на место, но она видела, что он уже готов согласиться.

— Хорошо. Давай выпьем кофе, расскажешь, что у тебя стряслось, — тон его всё ещё был недовольным, но стал куда мягче и тише.

Санса сжала его ладонь и по-дружески чмокнула в щёку. Кажется, она наконец-то нашла решение своей проблемы.
 

Schneewolf

Наемник
Глава 8



До Рождества оставалась всего неделя, а на улице хлестал ливень. Накинув капюшон и засунув руки в карманы, Теон уныло плёлся по улицам, обходя лужи. Он вроде как и не собирался соглашаться на просьбу Сансы, но та словно околдовала его. Глядя в её печальные небесно-голубые глаза, он так и не смог отказать.

Они расстались перед самой свадьбой. Санса посчитала, что выйти замуж за незнакомца лучше, чем уехать с ним в неизвестность. Ну и чёрт с ней! Теон тогда жутко разозлился и сказал, что между ними всё кончено. Не хватало ещё быть мальчиком на побегушках, за которого она, очевидно, его и принимала. И довольствоваться второсортной ролью любовника он тоже не собирался.

Однако позабыть о рыжеволосой нимфе оказалось не так-то просто. Город маленький, и с Сансой они виделись то в магазине, то в парке, то просто на улице. Обычно Теон её игнорировал, она же стыдливо махала рукой. А вчера объявилась сама, подкараулила после работы и начала жаловаться на свою несчастную жизнь: на грубияна-мужа, на родителей, которым на неё совершенно плевать. И попросила поговорить с Рамси.

Сначала Теон, конечно же, отказался. Ну что это за бред в самом деле? На правах кого он туда пойдёт? В роли её бывшего парня?

Санса так трогательно умоляла, в её глазах даже блеснули слёзы. И Теону стало её попросту жаль.

Сегодня после работы он потащился по адресу, указанному Сансой. Остановившись возле новенького двухэтажного дома из белого кирпича, Теон присвистнул. Жалости сразу как-то поубавилось.

Честное слово, если бы ему предложили на ком-нибудь жениться в обмен на квартиру в новом доме, то он бы с радостью согласился. Нет, разумеется, если это не какая-нибудь уродина или старуха. На ком-нибудь вроде Сансы — вот отличный вариант. Только почему-то ему никто не предлагал столь выгодный брак.

Дождь, как назло, лил не переставая, и, передернув плечами, Теон шагнул к подъезду. Решил полюбоваться красотами новенькой квартиры изнутри.

Поднявшись на второй этаж и проведя рукой по гладкой кремовой стене, он глубоко вздохнул и вдавил кнопку звонка.

Дверь открыл парень примерного его возраста. Растрёпанный, темноволосый в футболке с какими-то размалёванными страшилами.

Теон немного смешался, столкнувшись с ним взглядом. В светлых глазах незнакомца застыло недоумение, быстро сменившееся равнодушным пренебрежением, будто бы он хотел, чтобы от него побыстрее отвязались.

— Чего надо? — недружелюбно буркнул он.

— Ты Рамси? — в принципе Теон и так был уверен, ведь Санса сказала, что Рамси наверняка будет дома в это время. Сама же она потащилась к родственникам. Обронила, что лучше им поговорить наедине. Наверно, она попросту испугалась и не хотела оказаться крайней в случае чего.

— Ну, — вероятно, это можно было принять за подтверждение. Рамси молчал, буравя его тяжёлым взглядом.

— Я хотел поговорить с тобой по поводу… Сансы.

Теон думал, что сейчас Рамси захлопнет дверь перед его носом, но ошибся. Тот лишь усмехнулся, посторонился и, оставив дверь нараспашку, скрылся в глубине квартиры. Видимо, это было своеобразное приглашение войти. Муж его бывшей девушки оказался не очень-то многословен. Очутившись на кухне, Теон огляделся. Добротный кухонный гарнитур из тёмного дерева, новые бело-голубые обои и вид из окон на небольшой, окружённый кованым забором сквер.

Пока он торчал посреди комнаты, Рамси уселся спиной к окну и подтолкнул к нему ногой стул. Ухмыльнувшись сделал приглашающий жест рукой. Очевидно, он чувствовал себя хозяином положения. Теон же напротив смутился, особенно, когда Рамси вынул из холодильника две бутылки пива, открыл и протянул одну ему.

Теон опустился на место и коротко поблагодарил.

Сделав глоток, Рамси поинтересовался:

— Ты кто такой?

Теон даже и рта раскрыть не успел, как тот махнул рукой.

— Да мне плевать. Просто выпьем вместе, — и это звучало не как предложение, скорее, как нечто само собой разумеющееся.

Несколько обескураженный таким поворотом, Теон совершенно сбился с мысли. Некоторое время они действительно пили молча.

— Меня зовут Теон. Мы встречались с Сансой до того… до вашей свадьбы, — сообщил он виноватым тоном. В воображении разговор представлялся как-то иначе, и уж точно не так нелепо.

Рамси безразлично кивнул и вновь отхлебнул из бутылки, глядя куда-то мимо него. Похоже, ему и вовсе не было интересно.

Теон тоже сделал глоток, повертел в руках бутылку. Тягостное молчание повисло в воздухе. Пиво оказалось каким-то противно-сладким и крепким, с тягучим карамельным привкусом.

— Слушай, я понимаю, что она не очень-то тебе нравится и всё такое, но ты мог бы быть с ней помягче. Она ведь не виновата в том, что её родители заставили…

— Да ну? — Рамси вмиг «очнулся» и резко подался вперёд. — Она могла сказать «нет».

— Ты тоже мог, — справедливо заметил Теон.

— Мог, да не мог, — хмыкнул Рамси, изучая его взглядом.

Теон поднялся и решил уже завершить эту странную беседу, чтобы не чувствовать себя совсем глупо.

— Мне пора. Я сказал всё, что хотел.

— Ты не думал, что она тебя просто использует?

Конечно, Теон не стал признаваться незнакомцу, что думал именно так. Он прикрыл глаза и вздохнул.

— Она ведь хорошая девушка, просто запуталась, — должно быть звучало это ужасно жалко, и Рамси рассмеялся.

— Есть любовь, а есть фантики, — глубокомысленно изрёк он.

Теон нахмурился, думая, что тот просто пьян и несёт какую-то чушь. Судя по количеству пустых бутылок на полу и нечёткой дикции, пил он явно уже давно.

— У нас в первом классе училась одна девчонка, она коллекционировала всякие красивые обёртки из-под конфет. И вот некоторые пацаны, чтобы ей понравиться, приносили эти конфетные фантики, а она целовалась с ними за горкой. За фантики, — ещё раз добавил Рамси, видимо, чтобы усилить эффект.

— С тобой тоже?

— Со мной… нет. Мне не интересно было тогда. Да и всё равно это не по-настоящему. Есть любовь, а есть фантики, понимаешь?

Теон медленно кивнул. Выдумал Рамси эту историю или нет, но он понял, куда тот клонит. Стало как-то противно и от самого себя, потому что повёлся как дурак, и от Сансы, которые сыграла на его чувствах.

Рамси быстро перескочил на другую тему: рассказывал о свадьбе. И Теон вернулся на место. Он не перебивал, и таким образом, услышал всю предысторию. В том числе и то, как Санса планировала прекрасно «играть на два фронта». Она вообще его когда-нибудь любила?

— Миранда видеть меня не хочет, и я виноват, — Рамси вновь подошёл к холодильнику и достал очередную бутылку, жестом предложил ему. Теон качнул головой. Навалилась целая лавина мыслей, которую непременно нужно было разгрести прямо сейчас. И уж лучше сделать это в трезвом уме.

— Мне правда уже пора, — поспешил распрощаться он.

Рамси поднял на него рассеянный взгляд, а после отвернулся к окну.

— Как хочешь.

Провожать он не стал, и Теон просто захлопнул дверь, уходя.

Чтобы переварить всю эту информацию понадобилось два дня. Санса и не планировала ему говорить о свадьбе, вот, значит, как! И если бы тогда он не предложил ей уехать, она бы и дальше строила из себя бедную невинную овечку. Рамси прав: у неё было право выбора, вот только она предпочла устроиться поудобнее, и получить квартиру, родительские деньги и какие там ещё она выдумала бонусы. К нему она прибежала только тогда, когда ей понадобилась помощь!

Что ж, больше Теон не собирался идти на поводу у этой избалованной девчонки. Пусть теперь её проблемы решает кто-то другой.

Эта фраза, сказанная Рамси, долго вертела в голове. И горько было, и грустно. С Сансой у них оказалась вовсе не любовь, а эти самые фантики.

В пятницу вечером Теон, возвращаясь домой после работы, остановился у пекарни. На дверях висело объявление о распродаже и больших рождественских скидках. Какая-то девчонка в белом переднике, с забранными в хвост тёмными волосами, украшала стекло с той стороны блестящими снежинками. Судя по печальному выражению лица, самой-то ей было вовсе не весело.

Теон решил зайти, сделать доброе дело или хотя бы попытаться. Он дёрнул ручку на себя, и тут же звякнул колокольчик.

— Миранда? — обратился он к девчонке, и та замерла на стремянке.

— Можешь выбрать пока, я сейчас спущусь, — очевидно, она приняла его за покупателя.

Теон и правда отошёл к витрине, собираясь с мыслями. Оглядевшись по сторонам, заметил ещё пару посетителей за столиками. В это же время из подсобного помещения показалась невысокая полная женщина с густой шапкой каштановых волос, перехваченных на затылке заколкой. Улыбнувшись ему, она встала за кассу. Наверное, это была мать Миранды.

— Я пришёл по делу, — сообщил Теон, когда Миранда спустилась. — Мы можем поговорить на улице?

Миранда подозрительно прищурилась.

— О чём?

— О твоём парне, например.

Миранда раздумывала недолго, потом торопливо кивнула.

— Жди на заднем дворе.

— Хорошо.

Он тотчас толкнул дверь, и сырой холодный воздух захватил его в свои объятья. Медленным шагом обойдя здание, Теон остановился у неприметной двери чёрного хода. Едва он успел закурить, Миранда вышла наружу, поёжилась и запахнула длинную бордовую куртку, накинутую поверх простого серого платья.

— Ты его друг? Я тебя раньше не видела, — заметила она, нахмурившись.

— Не то чтобы друг. Но это неважно, я расскажу тебе кое-что интересное, а что с этим делать, думай сама.

Миранда молчала, лишь тихо вздыхала порой, и Теон обрисовал всё в красках. Выдал историю про совет и про то, что отец Рамси пообещал устроить неприятности её семье, если тот не согласится жениться на Сансе Старк.

— Тебе решать, виноват он или нет. Я просто подумал, что ты должна знать правду.

Миранда благодарно улыбнулась и тронула за рукав куртки.

— Спасибо.

Теон кивнул в ответ. Пусть у них с Сансой ничего не вышло, но может, хотя бы у Рамси и Миранды любовь настоящая, а не фантики.


***​

Рикон со всей дури лупил большущего плюшевого медведя, подаренного ему, кажется, мистером Болтоном на прошлый день рождения. Сложно упомнить: гостей тогда было много. Войдя в комнату, Бран застал «боксёрский поединок» брата и несколько даже смутился.

Они с Арьей скрывали как могли известие о разводе родителей, но в конце концов правда выплыла наружу. Самое печальное, что произошло это как раз перед Рождеством. Бран в свои двенадцать уже не верил в Санту и все эти рождественские чудеса. Знал, что это просто красивая сказка. А вот Рикон… что ж, видимо, в этом году он тоже утратит веру в чудо.

Обычным субботним вечером, когда за окном мягко падал снег, а в углу гостиной сверкала наряженная пахучая ель, родители объявили собрание после ужина. Даже Санса пришла, хоть давно уже жила отдельно. Это сразу насторожило.

Взяв брата за руку, Бран опустился на диван и сразу провалился в мягкие подушки. Рикон же не мог усидеть спокойно ни минуты: то и дело вертелся на месте и елозил по деревянному подлокотнику игрушечной полицейской машинкой.

Родители развернули кресла от камина и, обменявшись кивками, расположились напротив.

— Ребята, у нас для вас есть новости, — сообщил папа ровным тоном, положив руки на подлокотники кресла. — Мы всегда справляли Рождество всей семьёй, но в этом году придётся несколько изменить планы.

Тут вступила мама:

— Мы долго думали и решили, что нет смысла откладывать это известие до окончания праздников.

Папа кивнул с хмурым видом. На лбу его собрались морщины, а уголки губ опустились вниз.

Мама продолжила:

— Мы любим вас всех, но, к сожалению, больше не можем быть вместе. Мы подали на развод.

Рикон уронил машинку, Арья так стиснула руку Брана, что он едва ли не взвыл, а Санса, приложив ладонь ко рту, отвернулась. Сам же он, кажется, так и замер, прикусив губу и забыв, как дышать.

Папа, тем временем, откашлялся и провёл рукой по волосам. От этого аккуратная стрижка пришла в беспорядок, и тёмные пряди упали на лоб.

— Чтобы не мучить вас выбором, мы сами решили кто и с кем останется.

Тут уж Арья подскочила на диване, как ужаленная. Вихрем взметнулись её короткие волосы, а на лице образовалась гримаса крайнего возмущения.

— Ну уж нет, я в этом цирке участвовать не стану! Мне есть куда идти, и я уйду.

— И куда же это ты собралась, юная леди? — грозно повысив тон, поинтересовался папа. Впрочем, даже не поднялся из кресла, чтобы её остановить. Кажется, он просто не принял её слова всерьёз.

Арья решительно шагнула к двери.

— У Джендри есть квартира, и он давно меня звал.

— Нет уж, сначала будь добра закончить школу, а там будет видно, — заявила мама, использовав свой строгий тон.

— Чтобы вы тоже выпихнули меня замуж за первого встречного?! Ни за что! — с этими словами Арья вылетала из гостиной. Затем простучали бойкие шаги по лестнице. Даже отсюда было слышно, как она шарахнула дверью.

Родители, переглянувшись, пожали плечами, и мама, вздохнув, покачала головой.

Санса поднялась бледной тенью, подхватила маленькую бежевую сумку и тщательно разгладила складки на длинной шерстяной юбке.

— Я тоже, пожалуй, пойду. Не хочу смотреть, как вы будете делить детей. У меня ведь теперь своя жизнь, надо готовить ужин, скоро муж с работы вернётся, — процедила она, сквозь зубы. Очевидно, что новой жизнью она была не очень-то довольна.

Рикон, непривычно тихий, пялился в пол, обняв диванную подушку. Бран бросил растерянный взгляд вслед сестре. Это всё казалось каким-то кошмаром наяву.

Родители, между тем, о чём-то пошептались.

— Не будем больше тянуть, — бодро заявил папа, поднявшись на ноги. — Бран остаётся со мной, а Рикон с мамой. Разумеется, вы будете видеться, навещать друг друга. Мы с мамой обсудим это позже, — он положил ладонь Брану на плечо. — Завтра с утра поедем в гости, хочу тебя познакомить кое с кем.

У Брана язык прилип к горлу и, запрокинув голову, он сипло выдавил:

— С кем?

— С братом. У меня есть старший сын, его зовут Джон, — обыденным тоном сообщил папа.

Больше родители ничего не сказали, наверно, хотели дать ему время осмыслить всё. Бран на негнущихся ногах отправился к себе. Мельком отметил, как мама пытается растормошить Рикона.

Единственной позитивной новостью оказалось то, что он всё-таки «истинный Старк». Ведь иначе-то папа его бы не оставил. А кто же тогда «неистинный»? Это стало известно буквально пару минут спустя.

Громогласный рёв младшего брата огласил дом. Бран замер у лестницы, так и не поднявшись в свою комнату, опустился на ступеньки и обхватил голову руками. Больше всего сейчас хотелось оказаться в каком-нибудь тихом месте подальше отсюда. А лучше вернуться в тот день, когда у них ещё было всё хорошо.

— Ненавижу тебя! Ненавижу! — вопил Рикон из гостиной. — Ты всё врёшь! Я хочу остаться с папой!

То, что говорила мама, Бран не слышал. Папа же и вовсе предпочёл уйти подальше и запереться в своём кабинете. Бран не мог понять, как это вдруг Рикон стал для него чужим.

Полчаса спустя он заглянул в комнату брата, где тот молотил игрушечного медведя. Арья неслышно появилась за спиной, и он вздрогнул, когда сестра опустила руки на плечи.

— Так и знала, что это он, — сообщила она вполголоса. — Ты мне всегда нравился больше.

Бран растерянно обернулся и притворил дверь. Рикон, похоже, их вовсе и не заметил.

— Истинный Болтон, — цокнула Арья, и накрашенные тёмной помадой губы, искривились в презрительной усмешке.

— Ты больше его не любишь? — недоуменно спросил Бран, заглянув в серые глаза старшей сестры.

Арья махнула рукой.

— Не знаю. Зато знаю, что не хочу больше находиться в этом дурдоме, — сообщила она, нервно тряхнув головой. В рваной стрижке взметнулась яркая зелёная прядь.

— Ты только не пропадай, ладно? — всхлипнув, Бран прижался к сестре.

— Ладно уж, — Арья взъерошила ему волосы и улыбнулась. — Я позвоню.

А ночью она ушла. Исчезла из его жизни, как и Робб.

Лёжа в кровати, Бран слышал её тихие шаги на лестнице. Наверное, он бы тоже куда-нибудь сбежал, если бы мог. Вот только некуда. Не уходить же и в самом деле в лес. Это только в сказках весело. А в жизни… в жизни он даже не умел разжигать костёр, не говоря уж обо всём остальном.

Бран долго не мог уснуть, думая о том, что их дружная большая семья раскололась на части, и каждый теперь сам за себя. Завтра папа познакомит его со своей второй семьёй: со своей библиотекаршей мисс Дженной Томпсон и их сыном.

Разве может быть у человека две семьи? Это значит, что папа их никогда по-настоящему не любил? А Рикон? Разве теперь он ему больше не брат?

Все эти беспокойные вопросы так и вертелись в голове, и в конце концов, Бран поднялся и, забравшись на подоконник, поглядел на звёзды. Он бы всё отдал, чтобы вернуть время вспять, чтобы всё это оказалось сном, и его семья вновь стала прежней. Но, к сожалению, желания сбываются лишь в сказках, а он уже слишком взрослый, чтобы в это верить.


***

Накануне Рождества выпал снег. Пушистые белые хлопья валились с неба с самого утра, и под вечер промёрзшие лужи укрыло белым пуховым покровом. Миранда написала сама, и это был лучший на свете подарок — тот, которого он не ожидал. К девяти часам Рамси подошёл к пекарне. В витрине жёлтым и синим мигали гирлянды, словно крошечные осколки звёзд в тёмном небе.

Миранда ждала на улице у закрытых дверей, Рамси приблизился и молча взял её за холодные ладони. Она вскинула голову, и в её зелёных глазах отразились вечерние огни. Печально улыбнулась и прислонилась к нему, и Рамси, расстегнув куртку, прижал её крепче, чтобы согреть.

— Ты замёрзла. Почему не подождала внутри?

— Не хотела, чтобы родители знали, — Миранда потянула за руку и увлекла за собой. Поглядев на горящие тихим жёлтым светом окна второго этажа, повела к черному ходу.

Вскоре они очутились на тёмной кухне. Духовка давно остыла, но в помещении всё ещё было тепло, а воздухе витал аромат булочек с корицей. На подоконнике мерцали огоньки свечей.

Некоторое время они молчали, сцепив руки и глядя друг на друга. Потом Миранда сбросила куртку быстрым движением, и положила ладони ему на плечи, потянулась к его губам. Рамси хотел было объясниться, рассказать, что их брак с Сансой всего лишь фикция, но… К чёрту! Он так скучал. А Миранда, видно, уже и не злится.

Вместе они помогали друг другу избавиться от одежды. В тишине. В этом едва уловимом свете его девочка походила на сказочную лунную фею. Рамси прижал её такую горячую, желанную к себе, помог забраться на стол. Миранда обняла за шею и жарко выдохнула в губы: «Я так скучала». «Я тоже», — прошептал он возле её уха. Коснулся поцелуем оголённых плеч и ключиц, и сжал в ладони небольшую упругую грудь. Миранда подалась ему навстречу, жарко выдохнула в шею: «Я тебя люблю». В этом полумраке время словно остановилось, и впереди была бесконечно долгая ночь, чтобы насладиться близостью друг с другом.

После, одеваясь, Миранда быстро чмокнула его в губы. Откинула волосы и собрала их в хвост, приникла головой к его плечу.

— Мы уезжаем после праздников. Родители больше не смогут платить за аренду.

В горле вмиг пересохло, и Рамси вытолкнул хриплым шёпотом:

— Куда?

— В Лидс. Там у мамы родственники, помогут устроиться. Неохота навязываться, но выхода нет, — неуклюже пояснила она, будто повторяя чужие слова.

Рамси поймал её грустный взгляд и крепко прижал к себе.

— Я знаю, как всё исправить.

— Поздно, сладкий, уже слишком поздно, — вздохнула Миранда и легко коснулась ладонью его щеки.

Вместе они опустились на пол у холодной печи. Скрипуче пропели старые доски. Миранда мягко гладила по лицу, плечам и груди. От этой простой ласки Рамси совсем разомлел, зажмурился будто уличный кот, который накормили и пустили погреться в дом. Миранда была огнём, что заставлял пылать его сердце, но вместе с тем и уютным теплом домашнего очага, что дарил покой и умиротворение его буйной душе.

Он поцеловал её хрупкие пальцы и прижал к груди узкие ладони.

— Ничего ещё не поздно.

Миранда, кажется, поверила, улыбнулась и поцеловала в губы. Некоторое время они просто сидели, обнявшись. Главные слова уже прозвучали, теперь осталось дело. Может, прошло с полчаса, может, больше, и Миранда высвободилась из его объятий. Рамси легко поднялся и подал ей руку. На улице они распрощались.

Сохраняя в душе этот осколок тепла, Рамси шагал через заснеженный пустой парк. Остановившись у фонаря, он закурил и вытащил плотный белый прямоугольник — визитку, найденную в кармане свадебного пиджака. Игра ещё не закончилась.
 

Schneewolf

Наемник
Глава 9



На стол упали карты: король червей и дама пик. Теон нахмурился и расстроено поджал губы: партия проиграна. Рамси же с довольной ухмылкой развалился на стуле, заново перетасовывая колоду.

— По рукам?

Теон покачал головой.

— Нет уж.

— Ты должен выполнить моё желание. Сделка есть сделка. Хотя… — он сделал вид, что задумался, а потом, отложив колоду, облокотился на скрипучий деревянный столик. — Не задаром.

— Это плохая идея, очень плохая идея. Я хотел начать новую жизнь, и уж никак не в тюрьме, — решительно заявил Теон. В душе всё же грыз червячок сомнения. Деньги-то не будут лишними.

Рамси долго изучал выражение его лица, затем хлопнул по столу ладонью.

— Значит, договорились! Две сотни фунтов. Половину могу отдать сейчас.

Теон открыл рот, чтобы возразить, но сказал лишь:

— Мне надо подумать.

Рамси пожал плечами и полез во внутренний карман куртки за бумажником. Деньги он оставил на столе среди разбросанных карт. Остановился у выхода и, толкнув тяжёлую железную дверь, махнул рукой.

— В восемь, — напомнил он, будто Теон уже согласился.

После того, как незваный гость исчез, Теон ещё долго сидел подперев рукой подбородок, и раздумывал о том, стоит ли ввязываться в эту сомнительную авантюру.

Покинув дядин гараж, он бесцельно болтался по улицам, размышляя. Нет, скорее убеждая себя, что дело плёвое и никаких неприятностей не предвидится. Однако, стоило вернуться домой и улечься в постель, как мрачные мысли заполонили сознание, словно нависшие над головой тёмные тучи. Что, если их поймают? Уж мистер Болтон наверняка отмажет своего сынка, а ему как быть? За него никто не вступится.

Безрадостные картины тюремных будней живо встали перед мысленным взором, и дрожь пробрала даже под тёплым одеялом. Покрутившись в постели с боку на бок, Теон всё же поднялся и потащился на кухню попить воды. В темноте запнулся о груду пустых бутылок, заботливо составленных в ряд у стены, и те разбили тишину ночи стеклянным звоном. Отец из своей проходной комнаты отозвался невнятной бранью.

Вернувшись к себе, Теон опустился на кровать и зажёг настольную лампу. Отыскал на захламлённом набросками и карандашами столе альбом и некоторое время рассеянно пролистывал страницы с рисунками. За окном под светом луны серебрилась покрытая снегом ель. Канун Рождества — самое время, чтобы изменить жизнь или испортить её окончательно.

Вечером следующего дня Рамси встретил его в пустом, усыпанном снегом саду, расположенном на заднем дворе небольшого каменного дома.

— Я в тебе не сомневался, — дружески хлопнув по плечу, сообщил он.

— Правда, что ли? — Теон изумлённо уставился на него, сунув сигарету в зубы, и похлопал по карманам в поисках зажигалки. Рамси протянул свою.

— Нет, просто хотел тебя подбодрить.

Теон кисло улыбнулся. Класс! Даже «подельник» в него не верит.

Рамси с серьёзным видом потребовал сверить часы.

— Думаю, полчаса будет достаточно. Может, минут сорок.

Теон выдохнул дым, нервно постукивая пальцами по молнии куртки.

— Ты уж поторопись.

Рамси молча кивнул, и вскоре Теон проводил взглядом его удаляющийся силуэт. В голове крутилась одна только мысль: «Всё полетит к чертям!»

Следующие полчаса он вздрагивал от каждого шороха. Казалось, что по тёмному саду бродят тени. Звук проезжающих в отдалении машин заставлял сердце замирать в груди. А заслышав голоса и приближающиеся шаги, Теон едва ли не подпрыгнул на месте. К счастью, люди остались за забором: ушли куда-то вверх по улице.

Приложив ладонь к груди, Теон взволнованно выдохнул и в пятый раз за последние пару минут посмотрел на часы. Казалось, что минула целая вечность, но Рамси так и не вернулся. Теон решил прогуляться по саду, надеясь, что так время пойдёт быстрее.

Когда Рамси заявился вчера в дядину автомастерскую и изложил свой план, Теон сразу же понял, что затея мало того, что опасная, так ещё и безнадёжная. Не только ради денег он согласился, скорее хотел разбавить обыденность чем-то ярким, волнующим, и «почти безопасным», по словам Рамси. Он правда хотел помочь.

Уверенность в том, что Рамси ничего не найдёт, крепла с каждой минутой. Наверняка хозяева дома скоро появятся, и тогда их «шпионская операция» закончится в полицейском участке.

Основательно себя накрутив, Теон снова поглядел на часы: прошло уже больше сорока минут, тишина давила и угнетала, а паника нарастала. Оглядевшись по сторонам и не заметив ничего подозрительного, Теон торопливым шагом направился к дому. Ждать уже не было никаких сил.

Он поднялся по ступенькам и коснулся дверной ручки, да так и замер в сомнении. Рамси вылетел навстречу и чуть не сшиб его с ног. Запыхавшийся и ужасно весёлый, он от души хлопнул его по спине.

— Получилось!

Теон вздохнул с облегчением и поскорее потянул его за рукав к калитке. Оказавшись за пределами сада, они оба притихли и осмотрелись. Рамси качнул головой и, не сговариваясь, они побрели вниз по улице. Не прошло и десяти минут, как они остановились в тесном замусоренном тупике. Впереди виднелся красно-кирпичный бок какого-то склада, огороженный крепким железным забором. Вдалеке серебрились заводские трубы, выплёвывая белый дым в тёмное небо. На улицах не было ни души.

— Спасибо и всё такое, — Рамси вручил ему остатки оговорённой суммы, и Теон почувствовал себя неловко.

— Это лишнее, — пробормотал он, опустив глаза. На самом-то деле он всего лишь прогулялся по саду, а больше ничего и не сделал.

— Ты же меня не кинул, значит заслужил.

Спорить, конечно, Теон не стал.

— И что ты такого интересного нашёл? — расходится молча было как-то странно, да и любопытство терзало: из-за чего он всё-таки рисковал свободой?

— У тебя есть время? — спросил Рамси, когда они вышли на освещённую фонарями главную улицу. На площади сияла гирляндами большая ель, а по центру прогуливались компании и семьи с детьми. Со стороны домов раздавался нестройный хор детских голосов, тянущих рождественские песни.

Теон пожал плечами. Если уж честно, тащиться домой и справлять праздник с родственниками вовсе не улыбалось. По телику будут показывать скучные старые фильмы, так любимые дядей и тётей. Отец с дядей наверняка напьются и поссорятся.

Прокрутив в голове воспоминания о прошлом Рождестве, он непринуждённо улыбнулся:

— Я не тороплюсь.

Рамси, похоже, обрадовался. Наверно, тоже не спешил к своей нелюбимой жене или к родственникам. Они направились в сторону ближайшего паба. Когда устроились за столиком и сделали заказ, Рамси вытащил из кармана серебристую флешку и с довольной ухмылкой продемонстрировал ему.

— Ну так слушай…



***

В этот предпраздничный день Санса занялась обустройством спальни. Настроение было на нуле по понятным причинам, и чтобы хоть как-то развеяться, она прикупила парочку милых безделушек и декоративную подушку с вышитым на мягкой ткани замысловатым узором. Прихватила из дому дорогие сердцу вещи.

Фарфоровая кукла, обряженная в пышное кружевное платье кремового цвета, была посажен на широкий подоконник рядом с музыкальной шкатулкой. И то, и другое напоминало о счастливом и беззаботном детстве. Шкатулку подарили родители, а куклу дядя Петир на четырнадцатый день рождения. Санса всегда любила красивые вещи.

Расправив пушистое бежевое покрывало и устроив у изголовья новую подушку насыщенного тёмно-зелёного оттенка, который гармонировал с обоями, Санса собралась немного передохнуть и выпить кофе.

Рамси поймал её в коридоре, прижал к стене и ухмыльнулся, преградив дорогу. Санса даже слегка разволновалась, и от смущения её щёки порозовели. Она тут же напустила на себя невозмутимый вид и вздёрнула подбородок, будто и не была застигнута врасплох.

Рамси зачем-то тронул ладонью её волосы и задумчиво хмыкнул. Он стоял так близко, что Санса чувствовала его горячее дыхание на своей щеке. Вообще-то от него несло табаком и мятой, и это немного подпортило красоту момента. Она решила не придираться: это же Рамси в конце концов. Грубый, упрямый и совершенно непредсказуемый.

Пауза затянулась. «А глаза у него красивые. И губы…» — внезапно подумала Санса. И тут же себя одёрнула: «Вот ещё, нашла на кого засматриваться!» Впрочем, что такого — они ведь, как ни как, женаты.

— Санса… — выдохнул Рамси возле её уха, и она сразу напряглась, подозревая, что он задумал какую-нибудь гадкую шутку. — Есть разговор.

Санса тут же расслабилась и отстранилась, насколько это было возможно. Ну вот, он вовсе и не хотел её поцеловать. В глубине души всё-таки поселилось разочарование.

Рамси отступил и легко коснулся её плеча, произнёс нараспев:

— Пойдём, пойдём, я не кусаюсь.

Санса послушно последовала на кухню. А в голове билась мысль, что может, не всё ещё потеряно. Нет, не чтобы Рамси вмиг обратился в принца из её сказки, но… надо ведь как-то жить. И теперь, когда Теон предательски её бросил, она нуждалась в покровителе, в ком-то, кто о ней позаботится. Конечно, от Рамси вряд ли стоит ждать какой-то романтики, подарков, да уж хотя бы комплиментов. Его гневный нрав сложно будет контролировать, зато её вряд ли кто-то посмеет обидеть при нём. Имеет она в конце концов право заинтересоваться собственным мужем? В этом нет ничего предосудительного.

Рамси сам заварил кофе и расставил на столе чашки. Санса углядела в этом хороший знак. Неужели он решил о ней хоть немного позаботиться?

— Я вот что подумал: с Рождеством выходит паршиво. Ты ведь не будешь справлять с предками? — скорее утвердил, чем спросил он, усевшись напротив.

Санса аккуратно коснулась маленькой фарфоровой кружки с цветочным рисунком (тётя Лиза подарила на свадьбу красивый праздничный сервиз, что оказалось весьма кстати, ведь другой посуды у них не было).

— Конечно, нет, — с тяжёлым вздохом признала она. — Мама уезжает на праздники со своим… с твоим отцом и Риконом, — деликатно оборвала она. Всё-таки воспитание ей дали отменное. — А папа будет со своей новой семьёй. Арья со своим парнем, а я… Даже не знаю теперь.

Рамси изобразил недовольную гримасу и отвёл глаза. Должно быть, сам он тоже не пришёл в восторг от этой внезапной рокировки.

— Ты хочешь отметить вместе? — неуверенно спросила Санса, подумав, что ему тоже некуда идти.

Рамси сразу оживился и кивнул.

— Ты могла бы позвать своих дядю с тётей. Они ведь тебя не кидали.

— И… ты будешь не против? — удивлённо подняла глаза она.

— Я думаю, это правильно. Рождество ведь семейный праздник, — пояснил Рамси, прокрутив по столу кружку.

Чуть поразмыслив, Санса согласилась:

— Хорошо. Только дядя Петир в командировке, но я могу позвать тётю и моего двоюродного брата, — не сказать, что они вмиг стали её любимыми родственниками, но острое чувство одиночество, терзающее с того самого дня, как их семья развалилась на части, необходимо было чем-то заполнить. Создать хотя бы видимость нормальной семьи. Санса привыкла жить в мире иллюзий.

Обсудив завтрашние хлопоты, они разошлись. Рамси пообещал помочь с уборкой, и Санса обрадовалась, что он не взвалил всю подготовку к празднику на её плечи. Может, из него получится не такой уж плохой муж? Готовку она взяла на себя, и с лёгкой душой отправилась в спальню, чтобы позвонить тёте. Рамси же куда-то ушёл на ночь глядя.

Утром он и правда выполнил обещание, они даже не успели ни разу поругаться за эти пару часов. Иногда Санса видела, что он чем-то раздражён, но в этот раз его гнев не вылился на неё. Она ликовала в душе: наконец-то, Рамси разглядел её нежную ранимую душу, скрытую за не менее прекрасным обликом.

Гости должны были подойти к семи. Санса упоённо принялась за сервировку стола. Ей всегда нравилось делать что-то красивое. Сверкали натёртые до блеска праздничный сервиз и хрупкие бокалы, а бледно-розовые тряпичные салфетки, свёрнутые в «лодочки», украшали новую белую скатерть.

Рамси заглянул на кухню, где Санса вытирала полотенцем симпатичную стеклянно-голубую вазу для фруктов.

— Мне надо кое с кем встретиться, — сообщил он. — Подойду позже.

— Ты, что же, оставишь меня одну? — улыбка как-то сразу потускла, и Санса растерянно опустила вазу на кухонную тумбу.

— Это твои родственники, ты уж придумай, чем их развлечь, — привычно-насмешливым тоном произнёс Рамси.

— Ты пойдёшь к ней? К своей любовнице? — вмиг примерила на себя роль ревнивой жены Санса. Это так оскорбило, унизило, что она невольно повысила голос. А ведь казалось, что у них только всё начало налаживаться. Санса нервно кусала губы, стараясь сдержаться. Чувствуя себя вновь отвергнутой, она готова была расплакаться.

Рамси напряжённо сжал челюсть и долгую минуту молчал. После сообщил ровным тоном:

— Нет, не к ней. Мне с другом надо встретиться, — развернулся и, не удостоив её объяснений, ушёл. В коридоре хлопнула входная дверь.

Полотенце выскользнуло из рук, приземлившись прямиком на кафельный пол. Санса тяжело опустилась на стул, подперев голову ладонью. Обманул её Рамси и всё же отправился к своей деревенской дурочке или… Или просто в силу привычки не посчитал нужным сообщить о своих планах заранее? Может, он на самом деле собирался встретиться с другом?

Санса решила отдаться на милость судьбы. Не могла ведь она бросить гостей и отправиться за Рамси. Сам факт слежки не очень-то её смущал, но вот то, что родственники окажутся, мягко сказать, недовольны приёмом, тяготил душу. Может, тётя Лиза и Робин не самые приятные из всех её родственников, но единственные, кто решил поддержать.


***

Застолье с тёткой Сансы Рамси пропустил без зазрения совести. Праздновал с новым другом свою маленькую победу. Как и сказал мистер Бейлиш: «Знания — лучший подарок». Теперь уж Рамси обладал всеми важными сведениями о самых значимых людях города. Проще говоря, компроматом на них.

Как оказалось, мистер Бейлиш хранил множество чужих грязных тайн и постыдных маленьких секретов. Никто не идеален, но тот, кто всё время на виду, должен выглядеть безгрешным в глазах остальных.

Дядюшка Сансы, очевидно, планировал воспользоваться тщательно собранной им информацией. Вот только почему он этого не сделал до сих пор, непонятно.

В тот вечер, поговорив с Мирандой, Рамси выяснил, что здание пекарни принадлежит какой-то взбалмошной, истеричной особе. Про таких обычно говорят: «У неё в семь часов дождь, в одиннадцать — ясно»*.

В прошлом месяце она взвинтила плату за аренду больше, чем в два раза. Перед Рождеством удалось отбить сумму. А вот после праздников, когда выручка кафе существенно упадёт, придётся совсем туго. Хозяйку земли и здания звали Элизабет Талли. И фамилия показалась знакомой.

Во время своей ночной прогулки Рамси кое-как вспомнил, что Санса однажды упоминала, что её дед, Хостер Талли, держал аптеку в городе. Паззл потихоньку складывался. Элизабет — тётя Лиза — жена мистера Бейлиша. Видно, фамилию она так и оставила девичью.

Конечно, первым пришло в голову, что отец подкупил жену мистера Бейлиша. Вот только вряд ли она нуждалась в деньгах. Да и к чему ей разрушать собственный успешный бизнес? Придётся ведь нанимать новых работников в пекарню.

И тут Рамси мысленно поблагодарил Сансу за то, что рот у неё не закрывался. Она ведь рассказывала, что тётя Лиза буквально боготворит своего мужа. Так кто же мог повлиять на неё, если не он?

Вот только зачем мистеру Бейлишу настраивать Лизу против родителей Миранды? Ответ на этот вопрос можно было получить лишь от мистера Бейлиша, который на данный момент отсутствовал в городе. Да и в любом случае он вряд ли скажет свою истинную цель.

Пришлось поломать голову, чтобы понять, как убедить мистера Бейлиша угомонить свою жену. Что ж, наверняка у него были свои секреты, которые он тщательно оберегал.

Как и обычно, план хранил в себе капельку безумия и огромную долю риска. Может, мистер Бейлиш тоже изменяет жене? Или у него есть ребёнок на стороне? Или… Да чёрт его знает что, но что-то определённо должно быть!

Время поджимало, и пришлось пойти на отчаянный шаг. Рамси надеялся, что дома у мистера Бейлиша обнаружатся какие-то доказательства его «тайной жизни», если она вообще существовала. Любовная переписка или фотографии, хоть что-то, чего никак не должна узнать его жена. И когда сведения будут у него в руках, мистер Бейлиш уж точно не сможет отказать в «помощи».

Дом мистера Бейлиша находился как раз неподалёку от нынешней работы. Рамси даже успел выяснить, что миссис Талли прячет запасной ключ под цветочным горшком в саду. Очевидно, особым умом она не отличалась. В голове созрел план, вот только следовало как-то устранить эту семейку, выманить из дома. Его милая жёнушка оказалась весьма кстати. Рамси даже ощутил смутный укор совести: так легко Санса купилась, приняв его притворство за чистую монету. Но на самом деле он и правда устроил ей встречу с родственниками, не обманул.

Вламываться в чужой дом, пусть и при помощи ключа, затея, мягко сказать, рискованная. Нужен был помощник, человек, который постоит на стрёме и предупредит, если вдруг семейство мистера Бейлиша вернётся или ещё что случится. Идти одному было бы слишком опрометчиво. О том, что произойдёт, если их застукают «на месте преступления», думать не хотелось.

Так уж вышло, что этим человеком оказался Теон. Он уже помог однажды абсолютно бескорыстно, и Рамси надеялся, что на него можно положиться. Не то чтобы у него не было друзей, хотя… на самом-то деле кого-то близкого и вправду не нашлось. Конечно, дружбу деньгами не купишь, но на данный момент ему просто нужен был «напарник», и Теон, как ни странно, всё-таки согласился.

На компьютере стоял пароль, и Рамси растерялся. Он понятия не имел, что за пароль придумал мистер Бейлиш. Перерыл все ящики, но не нашёл ничего полезного. С досады огрел крышку стола и совершенно случайно заметил, как какой-то белый листок упал на ковёр. Рамси тотчас поднял записку и, положив на стол, осветил лучом фонарика. Удача ему улыбнулась. Наверное, мистер Бейлиш не предполагал, что кто-то начнёт шариться под крышкой стола.

Пока загружался компьютер, Рамси, плюхнувшись в кресло, побарабанил пальцами по столу. Как и следовало ожидать, папки «Любовница» на рабочем столе не оказалось. Открыв наугад несколько документов, Рамси приуныл. Ничего интересного: какие-то черновики защитных речей, выдержки из законов. В папке с фото обнаружились лишь скучные семейные снимки. Где же скрывается молодая красотка, заменяющая опостылевшую вздорную жену?

В папке с непримечательным названием «Разное» нашлось кое-что «погорячее». Мельком проглядев содержимое, Рамси скинул информацию на флешку.



***

Мистер Бейлиш примерял галстук перед зеркалом в своём кабинете, что-то напевая себе под нос. Рамси едва дотерпел до окончания рабочего дня. Мистер Бейлиш собирался домой, секретаршу уже отпустил, и очевидно, гостей не ждал.

Рамси вошёл без стука, захлопнул дверь и, не спрашивая разрешения, развалился на стуле.

— Какая приятная встреча, — расплылся в улыбке мистер Бейлиш. — Надумал всё-таки поучиться?

— Я уже знаю всё, что нужно.

Мистер Бейлиш хмыкнул, положив красный в белую полоску галстук на край стола.

— Зачем же ты пришёл? — расположившись в своём кресле, спокойно поинтересовался он.

Рамси, стараясь унять тревогу, прикрыл глаза и стиснул в кулаке флешку.

— Хочу предложить сделку.

— Любопытно, — мистер Бейлиш вновь нацепил вежливую улыбку. — И что же ты можешь предложить мне?

— Как вы любите — «знания», — сделав упор на последнем слове, Рамси усмехнулся и выложил флешку на стол.

Мистер Бейлиш выглядел заинтересованным, расслабленно откинулся кресле, положив ногу на ногу.

— Члены городского совета не обрадуются, если узнают, что некий «мистер Б.» собирается использовать их тайны против них самих. Они наверняка захотят устранить этого человека. Выкинуть его из города, как мусор, а может, что и похуже. Я не так давно учусь на юриста, но понятие «адвокатская тайна» мне знакомо. А вот вы, похоже, совсем его забыли, — недвусмысленно намекнул Рамси на то, что, если сведения, тщательно собираемые мистером Бейлишем попадут не те руки, его карьере придёт конец.

Мистер Бейлиш побледнел на миг, однако улыбку на лице удержал. Расстегнул верхнюю пуговицу тёмно-синей рубашки и, подвинув кресло, облокотился на стол.

— Что ты хочешь в обмен на молчание?

— Не так уж и много. Пусть ваша жена снизит плату за аренду пекарни, вернёт всё как было все эти годы.

Мистер Бейлиш поднялся из кресла и прошёлся по кабинету, сложив руки за спиной.

Рамси напряжённо наблюдал за ним.

— Думаю, мы быстро уладим это досадное недоразумение, — сообщил мистер Бейлиш некоторое время спустя.

Неужели всё так просто? Трудно поверить.

Мистер Бейлиш вернулся на своё место и, вздохнув, повертел в руках ручку в тяжёлом металлическом корпусе.

— Ты слишком поздно пришёл, мальчик. Совет давно уже в моих руках. Долгие годы я собирал информацию и действительно хотел разрушить этот жалкий кружок старых интриганов. Вот только зачем же рушить то, что прекрасно работает? Пусть я и не стал главой совета, но обладаю куда большей властью, чем кто-либо из них, пока храню их тайны, — кивнул он, довольный собой.

— И что будет, если тайны перестанут быть тайнами? — оживлённо поинтересовался Рамси.

Мистер Бейлиш нахмурился.

— Загляните на городской портал на досуге, — посоветовал Рамси, а после, откинувшись на спинку стула произнёс, загибая пальцы: — Этот поросёнок снимался в порно, этот поросёнок лечился от алкоголизма, а это поросёнок проиграл в карты отцовский бизнес.

Мистер Бейлиш тут же застучал пальцами по клавишам ноутбука. Взволнованно изучил сайт городской администрации, и лицо его приобрело тот же оттенок, что и галстук.

Рамси, довольный произведённым эффектом и сочинённой считалкой, усмехнулся.

— Я хотел договориться по-хорошему, но знал, что это не получится.

— Можешь позабыть о своей девчонке. Она и её родители мигом вылетят на улицу, — пообещал мистер Бейлиш, захлопнув ноутбук.

— Да и плевать, — Рамси махнул рукой и поднялся с места. — Жизнь на этом не заканчивается. Вы, видно, никогда никого не любили, раз этого не понимаете, — пояснил он у двери.

Мистер Бейлиш проводил его задумчивым взглядом. Как бы там ни было, его власть в этом городе кончилась.



***

Тропинку к домику лесника занесло снегом, пришлось серьёзно потрудиться, чтобы расчистить путь. Миранда пришла вечером, когда в небе проклюнулись первые звезды. В печи трепетал огонь, а на столе дожидался нехитрый ужин: сэндвичи с ветчиной и сыром и магазинный салат. Вот только к ужину никто так и не притронулся.

— Тебе не обязательно уезжать. Останься со мной. У меня есть работа, снимем квартиру, будем жить вместе, — убеждал Рамси.

— А как же твоя жена?

— К чёрту её! Мы ведь всё равно разведёмся. Скоро, я обещаю, — Рамси положил ей ладони на плечи и заглянул в глаза.

Миранда печально улыбнулась.

— Ты разве ещё не понял, не всегда всё зависит только от нас.

— Ты мне веришь? — Рамси растерянно отступил. — Я ведь всё делал ради тебя, — и понял, что повторяет фразу отца. — Ты думаешь, я всё испортил?

— Вовсе нет. Я хочу остаться… с тобой, — сделав паузу, добавила Миранда. — Не хочу всю жизнь простоять за прилавком, буду поступать в колледж в этом году.

Рамси улыбнулся и облегчённо вздохнул. Мир ломался на части вокруг них, но они были всё ещё вместе.

— И на кого ты хочешь учиться? — взяв Миранду за руки, спросил он.

Та пожала плечами, лукаво подмигнула.

— Не знаю, ещё есть время подумать.

В этом была она вся: никогда не умела грустить долго. И от её солнечной улыбки на душе становилось теплее.





__________________
*Семь пятниц на неделе.
 
Последнее редактирование:

Schneewolf

Наемник
Глава 10




Весна — время надежды. Природа преображается после долгого сна, последние сиротливые островки снега смывает дождями, а солнце светит особенно ярко, по-праздничному поблёскивая в зеркалах луж.

Город тоже настигли перемены. Совет, изживший себя, был распущен указом мэра. В любом случае мало кто из его членов пожелал бы остаться на посту после случившегося зимой скандала. Оказалось, что члены совета, возомнившие себя вершителями судеб, такие же люди, как и все: со своими слабостями и пороками. Они ничем не лучше, а может, и хуже, тех, над кем хотели властвовать.

Настоящая любовь способна преодолеть многие преграды, в том числе и разлуку, длящуюся долгие годы. Отец и бывшая миссис Старк были неприлично счастливы друг с другом, словно молодожёны. Впрочем, они ведь и правда поженились, не успели просохнуть чернила на бумагах о разводе.

Собственное счастье заставило отца взглянуть на мир под иным углом. И похоже, ему стало стыдно за участие в безумных играх совета. С пекарней помог именно он. Подыскал подходящее помещение, арестованное и выставленное на торг. Владелец большого цветочного магазина задолжал налоговой астрономическую сумму. Пусть здание располагалось на отшибе, зато продавалось за смешную цену.

Кредит родителям Миранды одобрили быстро, и вскоре дела у них пошли на лад. Теперь не нужно было уезжать из города: их собственный маленький бизнес процветал день ото дня. Люди любили это уютное тихое кафе и вкусную домашнюю выпечку.

Нелепый брак, который не принёс счастья никому, вскоре распался. Санса не стала возражать: то ли была подавлена, то ли ещё что. Рамси даже дружески похлопал её по плечу и сказал: «Ты уж так-то не переживай». Должно быть, она решила, что он над ней издевается. Сверкнула таким злобным взглядом, что Рамси предпочёл побыстрее убраться. Не хватало ещё, чтобы она передумала, могла ведь из своей глупой вредности. К счастью, обошлось.

С Мирандой они сняли небольшую квартирку на окраине города. Он снова устроился в приют для животных, теперь уже на полную ставку. А она, как и прежде, помогала родителям в пекарне. Псов Рамси всё-таки забрал. Безумно скучал по ним всё это время. Когда-нибудь они смогут позволить себе квартиру побольше, а пока приходилось довольствоваться тем, что есть. Саймон и Тайлер во всяком случае не жаловались, а набегаться успевали в лесу и в парке.

За всеми эти хлопотами Рамси так и не решился поговорить с отцом. И вот одним из промозглых мартовских вечеров, когда за окном завывал ветер, а с крыш падал растаявший снег, отец сам объявился на пороге.

Рамси растерялся сначала, снова почувствовал себя виноватым ребёнком, который залил красками какие-то важные бумаги. Отец был настроен дружелюбно.

Они расположились на кухне, Миранда налила чай и удалилась в комнату, сохраняя на лице кроткую улыбку. Отец проводил её задумчивым взглядом.

— Заботится о тебе, — хмыкнул он, словно удивился этому факту.

Рамси тяжело вздохнул и взял себя в руки.

— Я хотел… хотел сказать спасибо за то, что ты помог, — не без труда выговорил он.

На лице отца мелькнула улыбка, и тут же снова он стал серьёзным.

— Все ошибаются, но ошибки можно исправить, так ведь, Рамси?

Рамси деликатно шевельнул плечом.

— Всё ещё злишься на меня? — в отцовской интонации звучало утверждение, а вовсе не вопрос.

— Уже нет. У меня теперь своя жизнь, — и это было правдой.

— Я и не заметил, как быстро ты стал взрослым. И сделал то, что давно следовало сделать. Я этого не смог в своё время, — с видимой долей грусти признал отец.

Рамси не знал, что ответить. Всё что он делал, он делал ради Миранды.

Они помолчали, но вскоре отец подобрал новую тему для беседы.

— На учёбу так и не ходишь?

— Нет. Мне жаль, что твои деньги пропали даром. Я буду поступать на ветеринара в этом году, — ровным тоном оповестил Рамси.

— Что ж, не стану переубеждать.

Рамси кивнул, и вновь повисла долгая пауза. Должно быть, для отца этот разговор был таким же неловким, как и для него.

— Ты теперь взрослый парень, и сам принимаешь решения, но, если понадобится помощь, у тебя всё ещё есть отец.

Наверно, стоило тоже сказать отцу что-то хорошее. Ему явно нелегко было признать свою вину, да и помог он в самом деле.

— Я… в общем, рад за вас… — как называть бывшую миссис Старк, он ещё не придумал, потому запнулся. — За тебя и твою новую жену.

Отец коротко рассмеялся. Растрепал ему волосы, как делал в детстве, и Рамси не стал уклоняться. Отец слишком много на себя брал, но он вовсе не был плохим, заботился, как мог. И если не жить с ним под одной крышей, вполне можно найти общий язык.

— Не хочешь познакомиться с братом?

— Зачем?

— Неужели не интересно? — удивлённо спросил отец. Чуть подумав, добавил: — Я не настаиваю: захочешь, придёшь сам, — он и правда старался быть лучше, даже оставил ему выбор. И Рамси не мог этого не заметить.

Удивительно, что отец так быстро принял Рикона в семью. Наверно, он всегда его любил, но мог появляться лишь в образе чужого дядьки, который дарит подарки на день рождения и пытается завести глупый бессмысленный разговор.

Первая встреча вышла не очень удачной. Неловкое семейное застолье, за которым каждый чувствовал себя не в своей тарелке. Новая миссис Болтон натужно улыбалась и пыталась угомонить своего сына, который бросался едой. Отец упорно игнорировал творящийся хаос, а Рамси всё больше молчал. Зато заметил, как отцовская жена мимолетно коснулась его руки в знак поддержки, и тот улыбнулся ей.

Рикон оказался настоящим бесёнком с электронным моторчиком внутри. Похоже, он ещё не осознал, что в этой семье нет нужды привлекать к себе внимание, пытаясь затмить многочисленных братьев и сестёр. Разговаривать тихо он попросту не умел, а уж если был чем-то недоволен, то вопил во всё горло. Кстати говоря, букву «р» он тоже не выговаривал — он её рычал. И это даже казалось забавным.

Все дети чего-нибудь боятся, но только не Болтон-младший (да, отец дал ему свою фамилию). Рикон сам мог напугать любого монстра. И шумел как тысяча чертей.

После того ужина они виделись ещё несколько раз, а однажды Рамси остался вдвоём с младшим братом. Отец со своей новой женой отправились в театр. Они могли пригласить няньку или кого-то из детей Старков, чтобы присмотреть за Риконом. Но, очевидно, отец хотел, чтобы они подружились.

Рамси не очень-то горел желанием налаживать контакт с братцем. Он вообще не любил детей, а тем более таких шумных. Но отказывать не стал. Этот хрупкий, едва установившийся мир с отцом хотелось сберечь.

Устроившись в гостиной, Рамси прихватил миску с попкорном и включил телик. Собаки резвились в саду, а Рикон прыгал по дивану, как заводная обезьянка. Пожалуй, это ещё можно было стерпеть, но вскоре он начал петь. Точнее, орать какую-то песню из мультика.

— Заглохни, демонёнок, — вполне миролюбиво попросил Рамси, сдёрнув его за рубашку вниз.

Рикон и правда замолк ненадолго, но тут же требовательно потянул за рукав толстовки.

— Ты мой брат теперь?

— Да, — не отвлекаясь от телевизора, недовольно ответил Рамси.

— Тогда поиграй со мной! Рамси! — воскликнул Рикон. В его речи это звучало как «поигр-р-рай, Р-р-рамси».

— Хор-р-рошо, — передразнил Рамси. — Я посчитаю, а ты пр-р-рячься.

Рикон повёлся, подскочил с места, и вскоре раздался топот по лестнице. Не ребёнок, а целое стадо слонов. Искать, конечно, Рамси не собирался, спокойно продолжил смотреть фильм.

Прошёл, наверное, целый час, и фильм успел закончиться. Рамси решил посмотреть, чем занимается братец. Слишком уж тихо было. Наверняка что-нибудь натворил. А, может, он спрятался и задрых где-нибудь?

Рикон сидел на ступеньках, скрестив руки и уставившись в пол.

— Я тебе не нравлюсь, да? — спросил он, подняв голову.

— Ты очень громкий, — пояснил Рамси, разглядывая его остроугольное лицо.

Глаза у братца были серые, совсем как у них с отцом. Разве что, потемнее. Раньше он бродил растрёпанным, но, похоже, матери удалось всё-таки затащить его в парикмахерскую. Больше его русые кудри не торчали вовсе стороны. Теперь он не походил на беспризорника, но взгляд остался прежний: печальный и диковатый, как у волчонка.

Рикон вздохнул и, кажется, заплакал, уткнув лицо в ладони. Наверно, он чувствовал себя чужаком в этом доме и в этой семье.

Рамси растерялся и отступил. Стало жаль этого нескладного пацанёнка. Он так старался, чтобы его заметили, а от него лишь все отмахивались, как от приставучей маленькой собачонки.

Утешать Рамси не умел, однако, приблизился и потянул его за руки.

— Ладно, не ной. Я с тобой поиграю в настольную игру.

Рикон сразу примолк и уставился на него неверящим взглядом.

— По-честному?

— Да. Иди умывайся, а я пока коробку достану.

Рикон обрадованно поскакал в ванную. Вскоре они разложили игру на журнальном столике в зале. Она была не очень сложной, но в тоже время увлекательной. Называлась: «Приключения на затерянном острове».

Поддаваться Рамси не стал, и Рикон проиграл. Это вылилось в целое представление!

Разбросав карточки и фишки, он едва ли не разорвал картонную карту на части. Силёнок не хватило. Рамси схватил братца за плечи и как следует встряхнул.

— Эй, эй, успокойся, психопат!

Рикон дышал со всхлипом, и, кажется, снова готов был разреветься.

— Тихо! Сейчас пойдём гулять, одевайся, — строго приказал Рамси.

— Ты меня в лесу оставишь? Арья говорила, что таких вредных даже волки не едят, — уже намного тише добавил Рикон. Видно, и той семье он тоже был не очень-то нужен. Неудивительно, что он такой психованный.

— Не оставлю, — пообещал Рамси. — Мы возьмём собак и пойдём гулять. Может, встретим родителей по дороге.

— Ладно, — уже спокойным тоном произнёс Рикон. — А ты придёшь ещё в другой раз?

— Приду.

— С тобой весело, — тут же сверкнул улыбкой братец, запрокинув голову.

— А уж мне-то с тобой как весело, — усмехнулся Рамси. Впрочем, первая тёплая искра между ними всё-таки проскочила.

На улице Рикон всё порывался убежать вперёд или застрять где-нибудь, чтобы пройтись по поребрику, поднять с земли палку или кинуть камешек в пруд. В отличие от псов, команд он не выполнял. Рамси, цокнув с досады, схватил его за ярко-оранжевый капюшон.

— Тебе бы тоже не помешал поводок, — пробормотал он вполголоса.

Рикон, однако, заулыбался и потёрся головой об его куртку. Похоже, обрадовался тому, что его не хотят потерять.

— Ты теперь Болтон — один из нас. Это наш дом, — Рамси указал рукой на виднеющийся вдалеке кирпично-серый фасад. — И больше тебя никто не бросит.

Рикон доверчиво прижался к нему щекой, и Рамси положил ладонь ему на голову. Пусть он такой липучий, дикий и шумный, но всё равно родной брат.



***

Грандиозные планы Сансы разлетелись на части, словно брызнувшие во все стороны осколки зеркал. А ей оставалось лишь созерцать жалкие обломки своей семьи, брака и былых надежд.

Родители её предали, оставив в одиночестве, и самое страшное, что её стараний опять никто так и не заметил. Папа переписал наследство на Джона! На своего внебрачного сына!

Первое время Санса просто пребывала в шоке от этого известия. Нет, скрепя сердце, она признавала, что уж если и уступить кому-то в этой борьбе, то хотя бы Брану, родному брату, а не какому-то там полукровке. Но папу было не переубедить, и она осталась ни с чем. Нет, в собственной квартире, конечно, да и денег на жизнь родители подбрасывали. Папа оплачивал обучение. Но в духовном плане совершенно одна!

Ох, как же Санса злилась! Думала и вовсе прервать отношения с роднёй, но… родители всё оплачивали. Вот так, даже гнев свой вылить было не на кого. Пару раз они поругались по телефону с Арьей, которая прекрасно устроилась в квартире сынка мэра, но легче от того не стало.

Санса чувствовала себя разбитой, брошенной. Похоже, сама она была не более, чем марионеткой в этих закулисных интригах. И родители выпихнули её замуж только потому, что мечтали избавиться поскорее. А уж вовсе не потому, что желали ей лучшей жизни. С грустью взглянув на фарфоровую куколку на подоконнике, Санса узнала в ней себя. Что толку от красоты, если она никому не нужна?

Дядя Петир старался восстановить свою изрядно пострадавшую репутацию, тётя Лиза металась в поисках арендаторов, приносящих доход. Их успешная жизнь тоже разлетелась на осколки, и теперь они пытались скрепить обломки, чтобы окончательно всё не потерять. До Сансы никому не было дела, как и всегда.

В одном дядя Петир оказался прав: жизнь вовсе не сказка, и даже принцессу никто не бросается спасать от воображаемого дракона. И что остаётся делать? Спасать себя самой.

Посокрушавшись должное количество времени, Санса сумела пережить свою трагедию. Как жаль, что с требование о разводе Рамси заявился в тот момент, когда она ещё не пришла в себя. Они ведь были в одной лодке, а он обманул её и предал. Стоило бы его хорошенько проучить, и, хотя бы в этом браке, применить свою власть. Подождал бы решения суда пару месяцев, может, задумался бы о том, что не стоило использовать её как марионетку в своём дурацком плане.

Что ж, прошлого не вернуть, нужно найти себя в настоящем. И уж теперь-то Санса значительно поумнела. Наученная горьким опытом, она полагалась лишь на себя. Она устроит свою жизнь собственными силами, назло им всем! И выйдет замуж за… проклятье! Эта выскочка Арья и тут сумела её опередить. Кто же может быть круче сына мэра? Разве что, сам мэр. Но он толстый и старый, да и к тому же, давно женат.

Подходящий кандидат пока не объявился на горизонте, но Санса вновь обрела веру в себя, и не сомневалась, что её будущий муж ещё затмит всех. Пока же оставалось лишь наслаждаться одиночеством и заниматься саморазвитием. Проще говоря, посвятить себя учёбе. Этому, пока ещё неизвестному, шикарному мужчине достанется не только красавица, но и умница. Сансе Старк ещё все будут завидовать и непременно восхищаться ей!


***

Поначалу было сложно привыкнуть к жизни в большом незнакомом городе, однако, Теон освоился быстро. С работой дядя помог: устроил к какому-то своему другу помощником в фотоателье.

Первое время Теон изрядно нервничал, боялся что-нибудь испортить ненароком. Но вскоре разобрался, что к чему. В основном приходилось общаться с заказчиками, распечатывать фотки с флешек. Это оказалось вовсе не трудно. Дядин друг пообещал научить его ретушировать снимки. Пару месяцев спустя, поразмыслив немного и посоветовавшись с дядей Эуроном, Теон решил поступать на курсы ретушёра. Тех денег, что он заработал у дяди Виктариона, как раз хватало. Да и учёба занимала всего полгода.

Дядя его не прогонял, сказал, что он может остаться на столько, на сколько захочет. И Теон был безмерно благодарен. Конечно, со временем он собирался снять собственное жилье, но пока и правда не мог себе это позволить.

Вечерами он бродил по узким улочкам, шумным проспектам и площадям — изучал город. И даже, когда начались занятия, не забросил эту привычку.

Время пролетело очень быстро, и осенью он получил сертификат об успешном окончании курсов. Теперь работа стала куда интереснее, да и зарплата в разы больше.

Во время отпуска Теон наведался в родной город, навестил отца и дядю с тётей. Там всё осталось по-прежнему. Будто время и вовсе остановилось. Они встретились с сестрой, которая тоже приехала повидаться с родственниками. Сначала, конечно, поругались, как это и бывало обычно.

— Кто-то ведь должен позаботиться об отце. Он нас вырастил, — сказала Аша, когда они остались вдвоём в дядиной гостиной. Родственники давно уже легли спать.

— Я думал, что мы оба. Но ты же уехала, оставила меня одного, — высказал Теон то, что давно уже накипело.

Сестра раздражённо вздохнула и поправила короткие тёмные волосы.

— Дагмеру предложили хорошую работу, квартиру. Глупо было бы не воспользоваться такой возможностью, — несколько виновато, но в тоже время упрямо возразила Аша. Её муж был каким-то мастером в порту. И уж, конечно, в этом маленьком сухопутном городке его профессия не пользовалась популярностью.

— Рад за вас, — сухо поздравил Теон. — Ты решила жить для себя, а я почему не могу?

Аша, похоже, смутилась, отвернулась и долго над чем-то раздумывала.

— Он не один. Дядя Виктарион, с тётей Иви позаботятся о нём, — добавил Теон уже тише. Конечно, он любил отца, но испортить и свою жизнь, наблюдая за ним, не собирался.

Пару дней спустя, когда он уже готовился к отъезду, Аша предложила прогуляться и поговорить.

— Мы с тобой не очень-то умеем уживаться, — она улыбнулась, и Теон со вздохом кивнул. — Но ты всё равно мой младший брат, и я горжусь тем, что ты сделал правильный выбор.

Теон удивился:

— Ты, вроде как, была недовольна, что я бросил отца?

— Была, — подтвердила Аша. — Потому что не думала, что ты способен на что-то серьёзное. Обычно ты всё бросаешь на полпути.

Теон раздражённо хмыкнул. Как это «мило»: сестра уже заранее заклеймила его неудачником.

— Может, потому что в меня никто не верил? Я ещё школу не успел закончить, а вы уже поставили на мне крест! Семья — это когда все вместе, а не как у нас, — воскликнул он, взмахнув руками.

Аша вздохнула и положила ладонь ему на плечо.

— Прости. Я действительно рада, что ты…

— Чего-то добился сам? — иронично подсказал Теон.

— Да, что ты повзрослел и взялся за ум. В школе-то ты хотел лишь гулять, а никак не учиться, — безжалостно напомнила она.

Теон опустил голову. Никто небезгрешен, но каждый заслуживает второй шанс.

— Забудем о прошлом, у каждого теперь своя жизнь, — бодро произнесла сестра.

— Да, — тихо подтвердил Теон, не поднимая глаз. — Я надеюсь, мы будем видеться хоть иногда.

— Ну, конечно. Мы приедем на Рождество, и ты приезжай в гости, — без тени сомнения пригласила она.

Теон робко улыбнулся.

Аша сказала:

— Мы всё ещё семья, — и обняла его.

Оставалось надеяться, что больше она об этом не забудет.

Из жёлто-рыжего осеннего парка они почти сразу отправились на вокзал. Теон лишь забрал вещи и быстро попрощался с родственниками. Аша сама его проводила, и в этот раз уезжал он с лёгким сердцем.

Вернувшись в Лондон, Теон понял, что его настоящий дом именно здесь. Наконец-то, он почувствовал себя на своём месте.

Громкоголосый вокзал «Паддингтон» встретил солнечным ярким утром. Подхватив чёрную дорожную сумку, Теон растворился среди шумной суетливой толпы и уверенно направился в сторону метро.

Высокая блондинка в длинном пальто тыквенного цвета преградила дорогу на эскалатор. Она расстроенно поджимала губы и хмурилась, рассерженно дёргая ручку большого бордового чемодана. Колёсико, видно, сломалось.

Теон оказался как раз рядом, помог поднять чемодан, и девушка растерянно поблагодарила. Улыбка у неё была приятная, тёплая, и огромные голубые глаза, густо подведённые тушью.

Прекрасное «цветочное» имя подходило ей как нельзя лучше. Вайолет — словно принцесса из сказки. Оказалось, что ехать им в одну сторону. И всю дорогу они болтали, наслаждаясь новым приятным знакомством. А расстались почти друзьями, обменявшись номерами. В этот раз Теон не сомневался, что судьба подкинула ему настоящий подарок, а вовсе не «фантики».
 
Сверху