Гет Фанфик: Реванш (продолжение)

Название: Реванш (продолжение)
Автор: Зачарованный странник
Фандом: сага / сериал
Пэйринг и персонажи: Сандор Клиган/Санса Старк, Рейгар Таргариен, Визерис Таргариен, Эйгон Таргариен, Дейнерис Таргариен, Джон Сноу (Таргариен), Джейме Ланнистер, Серсея Ланнистер, Тирион Ланнистер, Эртур Дэйн, Оберин Мартелл, Арианна Мартелл, Нимерия Мартелл, Тиена Мартелл, Лорас Тирелл, Рослин Фрей, Тормунд, Вель, Барристан Селми и многие другие.
Рейтинг: NC-17
Размер: Макси
Статус: в процессе
Ссылка на фанфик: https://ficbook.net/readfic/8505359
Жанры: Модерн AU, Драма, Повседневность, Романтика
Предупреждения: ООС
Дисклеймер: всё принадлежит Мартину/НВО.
Описание:
Фик по заявке https://ficbook.net/requests/440511
Является продолжением фанфика «Реванш» https://ficbook.net/readfic/7593350

Примечания автора:
Он был лучшим бойцом, и у него было всё, о чем он мог мечтать. Но однажды, стоя над поверженным противником, упиваясь эйфорией очередной победы, пока публика требовала крови побеждённого, он увидел среди сотен присутствующих её глаза, полные слёз и сострадания. И тогда его мир перевернулся…
 
Последнее редактирование:
Ура-ура! Теперь вы и здесь))
да, пытаюсь освоить сайт.

Зачарованный странник ,
Я обожаю эту Вашу работу! Рада, что Вы решили принести ее сюда! Вдохновения Вам!:hug:
спасибо Вам. Пока еще только осваиваю этот сайт, даже. вот, глава неотредактированная подгрузилась))) Обещаю в скором времени все исправить.
 
Глава 7. Утро после...

Сандор вышел из душа, кое-как вытерся большим банным полотенцем и с трудом натянул шорты. Руки отказывались слушаться, ноги мелко дрожали, всё тело ныло от боли вперемежку с мерзкой тянущей слабостью. Да, Капитан помял его знатно.

На смуглой коже тела вовсю расцвели лиловые гематомы. Ничего, дома есть рассасывающие мази. Да и к боли он привык с детства. День-два – и она отпустит. Раздражало неприятное распирающее ощущение отходившей от местной анестезии левой брови: сразу после клуба Джейме отвёз его в госпиталь, где ему сделали рентген головы и наложили на место сечки несколько швов.

Он промокнул бровь бумажной салфеткой. Врачи сказали не мочить, но что ему теперь, не мыться? Весь потный, в крови и вазелине, волосы слиплись... Плевать. Обработать чем-нибудь спиртосодержащим – и заживёт как на собаке. Сандор усмехнулся от такого сравнения. А шрам… Боги, да какой шрам? Ему ли печалиться о шрамах, когда пол-лица словно оплавлено? Одним шрамом больше, одним меньше – кто заметит на такой-то пахоте́?

Джейме на кухне заваривал чай. Нахрена он заморачивается? Налил бы лучше выпить. Конечно, алкоголь сейчас нежелателен, но ему необходимо расслабиться и унять боль. Прежде почти каждую свою ночь после очередного боя он проводил с женщиной, и это очень помогало. Недаром говорят, что женщина - лучшее средство после хорошей драки. Но та, к которой влекло, была фантомом, иллюзорной мечтой, как луна с неба или как уютный дом с цветником под окнами и свежевыпеченными булочками на завтрак. Все его мысли сейчас были несвязными, эфемерными, а тело жило своей жизнью, не подчиняясь голове. И единственное, чего оно хотело, - принять горизонтальное положение. Ну и выпить, конечно.

Была уже глубокая ночь. Он попросил Джейме не включать свет: после ударов в голову - а прилетело ему неслабо – яркий свет раздражал. Темноту гостиной разбавляла пара приглушённых светильников и огни ночного города за окном. Он с трудом опустился на огромный, обтянутый светлой кожей диван и откинулся на невысокую спинку. Вошедший с подносом Джейме поставил на столик чашки, чайник с заваренным чаем, нарезанный лимон на блюдце, вазу с печеньем.

- Дай чего-нибудь выпить, - не отрывая запрокинутой головы от спинки дивана, прохрипел Сандор. - Только не пиво. Покрепче.

Джейме с укором посмотрел на друга, но ничего не сказал. Вышел и вернулся с бутылкой виски и двумя стаканами. С трудом подавив стон, Сандор придвинулся ближе к столику.

Первые два раза выпили молча. Через какое-то время алкоголь подействовал, стало немного легче. Даже место сечки уже не так сильно ощущалось. Заметив, что его попустило, Джейме не выдержал.

- Хороший был бой.

Сандор молчал.

- Что скажешь? – спросил Джейме.

- Бой как бой. Обычный, - нехотя отозвался он.

- Обычный? Это в каком обычном бою тебе так наваливали, напомни?

- Соперник сильный, потому и навалял.

- То есть, рассказывать мне ты ничего не собираешься, – не унимался Джейме.

- О чём? – Он решил тянуть время, прекрасно понимая, на что намекает друг.

- О том, что сегодня произошло. О том, почему ты чуть не слил главный бой года, отвлекался во время первого раунда, постоянно пялился в зал… Думаешь, я слепой? Или тупой? Почему весь день не отвечал на звонки? И, наконец, почему приехал в клуб не днём, как обычно, а почти в одиннадцать вечера?

- Проспал.

- А... Значит, я тупой…

- Пекло, Джей, чего ты хочешь? – раздражённо прохрипел Сандор.

Джейме поставил стакан на столик и скрестил на груди руки.

- Мне повторить вопросы?

Сандор шумно выдохнул, плеснул себе ещё виски и выпил одним глотком. Что он мог ответить? Что сегодня вдруг случайно увидел подругу Эйгона и забыл обо всём на свете? Что полдня проторчал у ворот детского приюта, ожидая, когда она выйдет, а потом сорок минут плёлся за её красной машинкой, чтобы узнать, где она живёт? И что Джейме на это скажет? Что он идиот с тестостероновым выбросом, и это будет самым безобидным из его высказываний.

Во всём, что касалось женщин и отношений с ними, он был очень скрытен. С юности обделённый женским вниманием ввиду своего уродства, он научился беречь то, что посылали ему Боги, словно в насмешку к обезображенному лицу наградившие его сильным красивым телом и страстностью. Отчасти поэтому он и согласился стать штатным бойцом в клубе Таргариенов: посетительницы клуба «западали» на него постоянно. Но даже близкие друзья понятия не имели, с кем и как он проводит свои ночи.

Выждав пару минут, Джейме вдруг спросил:

- Что у тебя с Арианной Мартелл?

Вопрос застал Сандора врасплох. Об их связи с Арианной не знал никто, даже его друзья. Конечно, многие видели её в «Драконьем Камне» на боях, да и в спортивный клуб Баристана она в последнее время наведывалась часто, но никто не мог сказать, что между ними что-то есть. Мало ли дамочек-фанаток, страдающих от безделья, шарахается по клубам, наблюдая за тренировками уставших потных мужиков? Им удавалось скрывать свою связь, во всяком случае ни Джейме, ни Арис его ни разу ни о чём не спрашивали. До этого момента.

- Ничего.

- Ну, мне-то лапшу не вешай, - отрезал Джейме. - Я вас видел.

- И что ты видел? – спросил Сандор.

- Как вы целовались в раздевалке.

- И когда? – Где-то глубоко внутри зашевелилось раздражение, словно за ним подглядывали в замочную скважину.

- После боя с Молодым Волком.

Сандор снова откинул тяжёлую, словно налитую свинцом голову на спинку дивана и закрыл глаза. Бой с Молодым Волком... Именно тогда он впервые увидел её, девушку-наваждение, заглянувшую ему в душу. А сегодня это наваждение вдруг стало реальностью…

- Ну, видел и забудь. Тебя это не касается. - Говорить на эту тему было неприятно.

- Ты понимаешь, во что вляпался?

- Во что?

- Ты вообще знаешь, кто такие Мартеллы? На что ты надеешься? Думаешь, её семья позволит вам быть вместе?

Сандор фыркнул. По правде сказать, он только сейчас вспомнил, что видел Арианну в толпе зрителей. А ведь она наверняка приходила в раздевалку после боя, она всегда так делала. Хорошо, что они с Джейме сразу уехали: встречаться с ней ему совершенно не хотелось.

Ланнистер смотрел на него в упор зелёными кошачьими глазами и, казалось, видел насквозь.

- Слушай, – Сандор тяжело вздохнул, - я попросил тебя увезти меня из клуба не для того, чтобы ты трахал мне мозги. Не доставай меня, Джей, мне реально хреново.

- А причина? – спросил Джейме, снова разлив виски по стаканам.

- Да какая там причина... - он криво усмехнулся, но было в его усмешке что-то тоскливое, безрадостное. - Устал просто.

- Ну хорошо, - ответил Джейме, – а что с Арианной?

- Ничего.

Ланнистер повертел стакан с виски в длинных аристократических пальцах, наблюдая, как янтарная жидкость играет в тусклом свете светильника, и серьёзно сказал:

- Я думал, ты мне доверяешь.

- Семеро... Ты единственный, кому я доверяю, - Сандор досадливо поморщился и, решив прекратить этот разговор, медленно, будто слова давались ему с трудом, заговорил: - Ну хорошо. Да, мы с Арианной встречались. Но между нами больше ничего нет. Две недели назад она ясно дала понять, что не хочет меня видеть. И, если честно, меня это устраивает.

- И что между вами произошло?

- Ну… - Сандор на несколько секунд задумался. – Скажем так: мы не сошлись во мнениях по некоторым вопросам.

- Могу смело предположить, что эти вопросы связаны с вашими отношениями, - улыбнулся Джейме.

- Да не было у нас никаких отношений, Джей, - отмахнулся Сандор и пригубил из стакана. – Переспали пару раз и разбежались. Несерьёзно всё это.

- Я видел сегодня, как она смотрела на ринг, - Джейме тоже сделал глоток. - От такого взгляда хоть прикуривай.

- На ринге был ещё один боец.

- Боец-то был, - возразил Джейме, - только смотрела она на тебя. Глаз не спускала. Не похоже, чтобы с её стороны всё было несерьёзно.

- Да ладно тебе, – поморщился Сандор. – Нужен я ей больно… И вообще, давай замнём тему, я не хочу об этом говорить.

- Хорошо, - согласился Джейме. - О чём поговорим?

- Не знаю, о чём-нибудь... О звёздах…

- В пекло звёзды, - в голосе Джейме послышалась усталость. Он замолчал, словно задумался о чём-то, а потом вдруг сказал: - Я снова поссорился с Серсеей.

- Что на этот раз? – прохрипел Сандор, не поднимая головы.

Он знал, что для друга это болезненная тема, но, видимо, произошло что-то такое, о чём Джейме не мог молчать. Запретное чувство к родной сестре-близнецу давлело над ним, словно проклятье. Именно из-за него он по настоянию отца в восемнадцать лет покинул Ланниспорт, а Серсея была срочно выдана замуж за перспективного молодого политика Роберта Баратеона. Но это не мешало ей вертеть и манипулировать братом. Она пользовалась им, когда ей было нужно, и в открытую играла на его чувствах, то приближая и одаривая ласками, то месяцами не подпуская к себе. Сандор презирал её за это и жалел Джейме, но ничем не мог ему помочь, разве что выслушать очередную порцию душевной боли.

– Она выходит замуж за Таргариена.

- Что? – Сандор от неожиданности дёрнул головой, да так резко, что виски́ снова пронзило болью. - А Баратеон как же?

- Пф-ф… Баратеон… - фыркнул Джейме. - Ей плевать и на него, и на то, что она первая леди, и на то, что развод сильно пошатнёт его политический рейтинг в преддверии выборов. Ей на всё плевать. Она всегда мечтала только о Таргариене. Даже когда спала со мной.

«И наверняка не только с тобой», - с горечью подумал Сандор.

Джейме разлил оставшийся виски по стаканам, поднял свой и залпом выпил.

- Я люблю её. Всегда любил. И мне до конца дней не избавиться от этого чувства. - Он тряхнул золотистыми волосами и встал с кресла. - Предлагаю считать ночь откровений законченной. Давай спать, уже светает.

***​

Часов в семь утра большая чёрная машина Рейгара въехала на территорию особняка Таргариенов. Водитель, широкоплечий смуглокожий дотракиец, остановился на подъездной дорожке и, глядя в зеркало заднего вида, спросил:

– Я вам сегодня ещё нужен, м'лорд?

Рейгар, подхватив кейс и смокинг, вышел из машины и повёл плечами, пытаясь размять затёкшие мышцы.

– Нет, Чхаго, спасибо. Можешь быть свободен. Жду тебя в понедельник утром, как обычно.

- Хорошо, м'лорд, - учтиво кивнул дотракиец.

Было жарко. В кронах пальм и кипарисов заливисто пели птички, а влажный после полива газон источал дурманящий аромат земли. Он не спеша прошёл по выложенной плиткой дорожке вдоль красиво постриженных кустов самшита и поднялся по мраморным ступеням к распахнутой стеклянной двери, возле которой с молчаливым достоинством дожидался седовласый дворецкий, несмотря на ранний час одетый в белоснежную рубашку с галстуком и жилет.

– Доброе утро, милорд, – он слегка склонил голову в приветствии.

– Здравствуй, Винсент, – ответил ему Рейгар. – Дома есть кто-нибудь?

– Да, милорд, все.

- И Эйгон?

- Да... милорд.

Рейгар повернулся к дворецкому всем корпусом и посмотрел на него в упор. Старый Винсент служил Таргариенам много лет, и он хорошо изучил малейшие изменения интонации его голоса.

- Он не один, милорд, – немного смутившись, ответил старик.

- Что значит не один?

– Он... с девушкой.

Это было неожиданно, но Рейгар сумел сохранить бесстрастное выражение лица.

- И что за девушка?

- Понятия не имею, милорд. Красивая... с рыжими волосами. Они приехали ночью и заперлись в бильярдной, а час назад поднялись в спальню. Я пошёл проверить, всё ли в порядке... - Дворецкий внезапно осёкся.

- Я слушаю, Винсент.

- И обнаружил, что... Простите, милорд... Сукно на столе испорчено.

- Чем?

- Видите ли, милорд… На нём пятна… От вина и от… - старик запнулся. – Девушка… понимаете, милорд…

- Говори, Винсент. – Он изо всех сил старался быть спокойным, сдерживая разрастающееся внутри раздражение, скопившееся ещё с ночи.

- Девушка… она … простите, милорд… громко стонала…

Рейгар постоял несколько секунд, обдумывая услышанное. Конечно, он понимал, что сын притащил в дом какую-то девицу не для того, чтобы читать ей в ночи «Семиконечную звезду». Вспомнился недавний разговор с Эртуром, который сообщил ему, что Эйгона видели со старшей дочерью Старка. Может, это она устроила тут ночной концерт?

– Спасибо, Винсент. Я обязательно поговорю с сыном. – Он повернулся и пошёл через холл к лестнице, ведущей на второй этаж.

- А что делать с… пятнами, милорд? Может, химчистка…? – спросил дворецкий.

- Сукно заменить. Вызови специалистов, - ответил Рейгар, не оборачиваясь. - Счёт пусть выставят на компанию.

- Хорошо, милорд. Желаете чего-нибудь? Кофе или завтрак?

– Завтрак в десять, - уже с лестницы распорядился Рейгар. - Я думаю, к этому времени все проснутся.

Дворецкий кивнул и бесшумно скрылся.

Рейгар вошёл в свою спальню, поставил кейс, бросил на кресло смокинг и с наслаждением снял рубашку и брюки. Он чувствовал себя безумно уставшим и измотанным, голова лопалась от мыслей, на душе было скверно и муторно, а тело ныло. Привыкшие к тренировкам мышцы требовали физической нагрузки. Когда-то, ещё будучи молодым, он был неплохим бойцом, активно занимался спортом, много тренировался и даже принимал участие в соревнованиях, но жизнь сложилась совсем не так, как он себе представлял, и спорт пришлось забросить. На ринге он больше не выступал, но тренировки не оставил и всегда старался выкроить время на то, чтобы позаниматься на тренажёрах, пробежать несколько километров, поплавать. Рейгар очень любил воду. Она расслабляла, успокаивала, давала возможность побыть наедине с собой.

Натянув чёрные купальные шорты, он набросил на плечи халат, взял полотенце и спустился по лестнице на задний двор особняка, где под открытым небом, перед большой террасой с пляжным зонтом и шезлонгами располагался бассейн.

Вокруг всё утопало в буйной южной зелени, а по периметру был разбит цветник, который заложила ещё мать Рейгара, Рейла Таргариен. Она обожала цветы и с удовольствием копалась на клумбах, заботливо ухаживая за каждым саженцем, каждым кустиком и цветком. Несколько лет назад, когда особняк вместе с прилегающей к нему территорией подвергся капитальному ремонту, Рейгар, в память о матери, сохранил цветник и даже нанял профессионального садовника. И теперь всё здесь благоухало тонкими ароматами душистого горошка, гардении, маттиолы, алиссума и сортовых роз. Но его взгляд то и дело обращался к той части цветника, где в тени вечнозелёных туй росло несколько кустиков дикой северной розы. Каждый раз, когда он смотрел на них, сердце в груди сжималось. Столько лет прошло, а он как сейчас видел высокий чистый лоб, тёмно-каштановые волосы, огромные глаза… И венок из голубых северных роз. Лианна… Его единственная любовь и самая сильная боль, так и не утихнувшая с годами. Она обожала голубые розы, и он пообещал ей, что у них будет свой дом с садом, в котором обязательно будут расти эти редкие в душной южной столице цветы. А когда она сообщила ему, что ждёт ребёнка, он подарил ей кулончик из белого золота в виде розочки, выложенной маленькими сапфирами. Лианна носила его не снимая, считая неким оберегом. Она вообще верила во все эти вещи, связанные с приметами, магией, добрыми и злыми силами. Рейгар не разделял её уверенности, но и не противился ей. А, наверное, надо было бы… Может, тогда она осталась бы жива.

На душе стало горько. Он не знал этого наверняка, но надеялся, что её похоронили в фамильной усыпальнице Старков вместе с кулончиком, который много для неё значил. Что любимая ею семья не лишила её хотя бы этого...

Скинув халат, он постоял, подставив утреннему солнцу лицо, затем набрал в грудь воздуха и прямо с бортика прыгнул в приятно прохладную воду… Вынырнул и, откинув со лба мокрые пряди, поплыл брасом. Вода всегда давала возможность успокоиться, привести в порядок мысли, подумать. А подумать было о чём. Вчерашний разговор с Эртуром, длинный насыщенный рабочий день, потом приём в клубе, сотни гостей, Серсея с откровенным намёком на секс, горящий, полный ненависти взгляд Мартелла, тяжёлый разговор с Эшарой, победа Пса, заседание – всё смешалось в кучу. Усилием воли он заставил себя собраться и несколько часов высидел в кресле председателя. Как ни странно, всё прошло очень даже неплохо: ему удалось выторговать довольно выгодные условия для развития собственного бизнеса в Эссосе, заручиться поддержкой нескольких влиятельных эссоских бизнесменов, договориться о налоговых льготах и даже заключить пару предварительных контрактов. Конечно, всё это ещё было сыро и только на словах, но он не сомневался, что сказанное сегодня за столом будет закреплено юридически.

Слава Богам, в бизнесе всё пока было спокойно и стабильно. А вот дела семейные требовали срочного вмешательства. Эйгон в последнее время конкретно оборзел. Почти ничем не занят, днями спит, по ночам гуляет. Охране уже не раз приходилось вылавливать его в различных клубах и борделях. В большинстве случаев он бывал изрядно навеселе и наутро не помнил, как его привезли домой. А иногда вытаскивать брата из очередной переделки приходилось Джону. Он ничего не говорил отцу, но Рейгар и без него всё знал. Видимо, пришла пора для мужского разговора. Ситуацию с испорченным бильярдным столом тоже нельзя спускать на тормозах. Но больше всего не давала покоя девушка, с которой Эйгон развлекался на этом столе. Если она и есть дочь Старка, то это не шутка, а довольно серьёзный ход, который – Рейгар нисколько в этом не сомневался – будет иметь последствия. Вряд ли Нед придёт в восторг, узнав, что его дочь встречается с Таргариеном.

На личном фронте тоже не всё было гладко. Серсея... Боги, как он устал от её намёков и бесконечных заигрываний! А теперь ситуация вообще начала выходить из-под его контроля. Она затеяла не очень хорошую игру и, вполне возможно, даже не понимает этого. А может, и понимает. Иначе как объяснить её бредовую идею об их свадьбе, которую она растрепала всем своим подругам? Неужели надеялась, что это останется в секрете? Да достаточно рассказать одной Танде Стокворт, сплетнице, каких свет не видел, и она, мало того, что разнесёт на весь Вестерос, так ещё и додумает подробности. И если об их романе стало известно Эшаре, то какова вероятность, что это не дойдёт и до президента Баратеона? Рейгар никогда не боялся Роберта, но и шумихи в прессе не любил. А сейчас ему тем более не нужны были лишние скандалы. У него огромное количество идей и задумок по развитию бизнеса, плюс к этому он почти подобрался к Старку…

Но гораздо больше, чем Серсея с её болтливостью, беспокоила Эшара. Конечно, он понимал, что ведёт себя эгоистично, но быть с ней вместе не мог. Однако и терять её не хотел. Эшара - единственная женщина после Лианны, к которой он испытывал хоть какие-то чувства. Он не любил её, но она была ему необходима. Она всегда была рядом, утешала, успокаивала, помогала и в любой момент была готова откликнуться на его зов, для чего бы он её ни позвал. Когда она предложила расстаться, Рейгар не стал возражать, однако его это задело. Умом он понимал, что Эшара права, но мужской эгоизм долго давал о себе знать, преобразовавшись в оскорблённое самолюбие. Они почти перестали общаться, а при редких встречах только здоровались. И вдруг сегодня она вызвала его на разговор…

Он был настолько потрясён её отчаянным признанием в любви, что даже не пошёл смотреть главный бой, остро чувствуя необходимость прийти в себя, успокоиться, собраться с мыслями. Можно было, конечно, посидеть в кабинете Дени, но он вдруг вспомнил, что с утра ничего не ел. Поэтому пошёл на кухню, где повар-пентошиец любезно приготовил ему стейк с кровью и большую порцию овощного салата. Рейгар прямо там и поужинал, вместе с персоналом наблюдая за боем на большой, закреплённой на стене плазме. А потом, по наводке одного из официантов, его нашёл взволнованный Тирион.

Может, и правда жениться? Нет, не на Эшаре, конечно, и уж тем более не на Серсее, а выбрать себе девушку из хорошей семьи, воспитанную, добрую, с мягким характером. Пусть это холодный расчёт с его стороны, но женитьба положит конец любым домогательствам на его руку. К тому же он ещё может стать отцом. Ведь у дракона должно быть три головы…

В окне спальни Дени колыхнулась штора. «Проснулась, что ли?» - мимоходом подумал он и вновь вернулся к своим мыслям. Нужно хорошо всё обдумать, присмотреться к возможным кандидаткам, так, на всякий случай. И вообще, если жениться не по любви, то желательно, чтобы жена была молодая и красивая, чтоб на неё хоть смотреть приятно было. С другой стороны, разве имеет он право брать в жёны девушку, привязывать её к себе, заранее зная, что никогда не сможет сделать её счастливой? И сам не сможет быть с ней счастлив. Его счастье умерло вместе с Лианной.

Спустя час Рейгар вылез из бассейна, подошёл к шезлонгу, на котором оставил полотенце и халат, вытер лицо и, откинув назад мокрые волосы, машинально пробежал взглядом по окнам спавшего ещё особняка. В спальне Дени вновь шевельнулась штора, но сейчас он заметил слабо различимый силуэт.

В десять утра в столовой накрыли завтрак, и за большим обеденным столом, сервированным на пятерых, собралась его семья. Не было только Эйгона. Джон, с влажными после душа волосами, с аппетитом ел яичницу с беконом. Он всегда плотно завтракал, обязательно с мясом, ветчиной или колбасками. «Весь в мать, - подумал Рейгар, вспомнив Лианну, - мясо на завтрак. Она тоже предпочитала его кашам и тостам». Дени, бледная, тихая, с тёмными кругами под глазами, вяло ковыряла стоявшую перед ней овсяную кашу с фруктами, делая вид, что ест. Страдающий с глубокого похмелья, взъерошенный и помятый Визерис нехотя хлебал горячий куриный бульон.

Рейгар долго и с удивлением смотрел на брата. Обычно он пил мало или не пил вообще, а вот так, до такого состояния - должна была быть причина.

– Ты чего это вчера так надрался? – не выдержав, спросил он.

– Я всегда тебе говорил, что плохо переношу дорнийское вино, - глухо ответил тот.

- Ну так не пил бы. Тебя же никто не заставлял, - пожал плечами Рейгар.

- Я не мог не пить. Это было необходимо для поддержания разговора.

Молоденькая горничная-дотракийка Ирри в белом передничке поставила перед Рейгаром тарелку овсяной каши с маслом, стакан с разбитыми в него сырыми перепелиными яйцами, бисквиты, кофе и апельсиновый сок.

- Судя по твоему виду, говорил ты вчера со всеми. - Он присыпал перепелиные яйца солью, взболтал их вилкой в стакане и принялся пить, посматривая на своих домашних. Его всегда удивляло, как люди одной крови, выросшие в одной семье, могут быть настолько разными.

– Как прошло заседание? - Визерису было плохо, но он держался.

Отставив пустой стакан, Рейгар пододвинул к себе овсянку.

– Ну, если коротко, то неплохо. А подробней - в понедельник соберёмся с утра в офисе, всё расскажу.

– А куда вы все вчера подевались во время боя? – вдруг спросил Визерис, окинув взглядом присутствующих. – Сначала ты куда-то ушёл, - он посмотрел на брата, - потом Дени… Я послал Джона – и Джон пропал… Мы с Эртуром и Тирионом пытались вас найти, но бесполезно… Где вы были-то?

Дени напряглась и покосилась на Джона, который даже жевать перестал. Никто не должен знать, где они были вчера во время боя. Особенно Рейгар, которому было плевать, что инцест в роду Таргариенов считался нормой на протяжении многих веков и активно применялся ради сохранения чистоты крови.

– Я на кухне был, – ответил Рейгар.

Дени вскинула на него быстрый взгляд и снова уткнулась в свою тарелку.

- А что ты там делал? – не унимался Визерис.

- Ел, - спокойно ответил он.

Дверь столовой открылась, и вошёл бодрый, улыбающийся Эйгон с бутылкой минеральной воды в руках. Он плюхнулся на один из свободных стульев и крикнул: «Ирри! Тосты с джемом и чай! И ещё минералки принеси!» И, отвинтив крышечку, принялся хлебать воду прямо из бутылки.

- Рад, что ты решил присоединиться к нам за завтраком, сын, - сказал Рейгар, внимательно глядя на него.

- Я тоже рад вас видеть. - Он выглядел очень довольным, словно сытый кот. - Не могу сказать, что всех, но рад.

Шустрая горничная подала ему завтрак, и он тут же принялся за аппетитно хрустящие тосты.

– А почему один? Где твоя подруга?

- Ты смотри, уже доложили, - улыбнулся Эйгон. – Быстро…

- Какая подруга? – встрепенулся Визерис.

- Уже никакая, - самодовольно ответил ему Эйгон и перевёл взгляд на отца. - Уехала. Её заждались дома. Я вызвал ей такси. - И, наслаждаясь произведённым на домашних эффектом, продолжил: - Да, папа, твой сын вырос, а ты даже не заметил. Ну, конечно, семья-то большая, пока до меня очередь дойдёт...

- Считай, что дошла, - спокойно ответил Рейгар, сделав вид, что не заметил издёвки в его словах. - Сегодня вечером жду тебя в кабинете. Поговорим.

Эйгон снова приложился к бутылке с водой.

- Вы с подругой, что, всю ночь селёдку ели? – спросил Визерис, наблюдая, как он пьёт воду.

- Нет, квашеного краба, - съязвил в ответ Эйгон и с вызовом посмотрел на отца: - Сегодня я не могу. У меня вечер занят. Давай завтра.

- Договорились, - холодно ответил Рейгар, смерив его тяжёлым взглядом, и, чтобы не сорваться, переключился на Дени: – Ты плохо себя чувствуешь, малыш? Ты такая бледная… Устала?

Дени вскинула на него взгляд и сразу же вновь опустила глаза в тарелку.

- Ты молодец, - продолжал Рейгар ласково, - отлично со всем справилась.

- Сто процентов! – подтвердил его слова Визерис.

- А выглядела просто великолепно. Самая красивая среди всех женщин в клубе. Мужчины с тебя глаз не сводили. Да и мне это удавалось с трудом...

Дени вдруг швырнула на стол салфетку, которую всё это время комкала в левой руке, резко вскочила из-за стола и, бросив на ходу тихое «извините», выбежала из столовой.

Наступила тишина: все недоумённо смотрели ей вслед.

– Видимо, ПМС. Мужика надо, - спустя несколько секунд философски изрёк Визерис.

Джон вдруг дёрнулся, встал и ринулся вслед за Дени.

- Джон! - рыкнул Рейгар. - Сядь и ешь! Не трогайте её никто, - сказал он уже более спокойно и добавил, обращаясь к брату: – А ты придержи язык, Великий мейстер.

Эйгон с ухмылкой взглянул на брата. Он единственный знал об их порочной связи. Впервые застав влюблённых в постели в самый разгар любовных забав - они, видимо, так хотели трахаться, что даже забыли закрыть дверь спальни, - он был просто счастлив, полагая, что теперь у него есть нить, дёргая за которую он сможет подчинить себе Джона. Но не тут-то было! Этот чёртов бастард просто посмеялся над ним и сказал, что ему плевать на дешёвый шантаж, что гнева отца он нисколько не боится, более того – Эйгон окажет ему услугу, если обо всём расскажет отцу, так как он до безумия любит Дени и хоть завтра готов жениться на ней.

Но отец до сих пор ничего не знал.

После внезапного ухода Дени завтрак прошёл в молчании. Рейгар пил кофе, развернув утреннюю газету, Джон доедал яичницу, Визерис тихо хлебал бульон, погружённый в собственные мысли, даже Эйгон ел молча, задумавшись над требованием отца. Предстоящий разговор с ним не сулил ничего хорошего. И слава Богам, что это будет завтра.

А сегодня его ждёт увлекательный и обнадёживающий вечер.

***​

…Он подошёл почти бесшумно, сдерживая дыхание, но ей казалось, что она слышит, как бьётся его сердце. Горячие ладони медленно прошлись по её обнажённым плечам, спустились вниз… пальцы, словно невзначай, коснулись живота. Потом также медленно и осторожно вернулись обратно… Она стояла, закрыв глаза, почти не дыша, напряжённо ожидая, что будет дальше… Сильные руки обняли её, прижали спиной к широкой груди. От макушки до кончиков пальцев ног всё тело пробил мощный импульс, колени ослабели. Если бы не его властные уверенные объятья, она бы наверняка упала… Ей нравилось находиться в кольце его рук, чувствовать их тепло и силу... Длинные пальцы легко коснулись груди, и она чуть не застонала: грудь всегда была её слабым местом. Безумно захотелось почувствовать, как он сжимает их обе, сильно и нежно одновременно... Но он был терпелив и осторожен, словно проверял, как далеко она позволит ему зайти.

Горячее дыхание опалило ухо и скулу. Она склонила голову набок, подставив ему шею, страстно желая почувствовать его поцелуи. Весь низ тела, начиная от талии, сводило сладкими судорогами; захотелось сжать бёдра, а ещё… ещё захотелось потереться промежностью об его руку… Боги, что это с ней? По коже лавиной носились мурашки, то холодные, будто снежинки, то горячие, как искорки от стреляющих в костре поленьев. Ей хотелось... хотелось, чтобы он не останавливался, хотелось почувствовать его всего...

Над глянцевой гладью залива, прочертив воду широкой серебристой лентой, висела огромная бело-жёлтая луна. Вокруг, на набережной, было много людей, пришедших полюбоваться потрясающе красивым полнолунием. Но как только мужчина прикоснулся к ней, она напрочь забыла обо всём и перестала воспринимать реальность, полностью погрузившись в собственные ощущения. Ей казалось, что они одни во всём мире, только она и он…

Кстати, кто он? Уиллас? Да нет, не похоже… Дикон? У него тоже сильные руки. Однако чутьё подсказывало, что это не Дикон. В уверенных движениях мужчины было что-то такое, до чего Дикону ещё далеко. Может, Гарри? Он бы наверное смог… Но она кожей чувствовала, что это не Гарри. Тот, который стоял сзади, был ей не знаком. Вернее, знаком, но она точно знала, что ещё ни разу не была с ним, потому что ни на одного из её бывших парней тело так не реагировало.

– Пташка... – на выдохе прошептал он…

Возбуждение стало почти невыносимым. Она хотела, чтобы он взял её прямо здесь и сейчас. Хотела почувствовать его целиком, ощутить, как он входит в неё, заполняя собой до отказа, хотела хоть раз испытать то ни с чем не сравнимое удовольствие, о котором так много говорят и пишут…

Безумно захотелось увидеть его. Она резко повернулась, и в тот же миг её словно окатили ледяной водой. Боги... Эти ужасные, словно оплавленный воск, шрамы... Это изуродованное лицо... Лицо монстра, едва не убившего Робба на ринге... Семеро, помогите…


Санса резко села в постели, чувствуя, как сердце с грохотом бьётся о рёбра, словно вот-вот выскочит наружу. Всё тело покрылось испариной и болезненно ныло, дыхание сбилось, между ног было очень мокро и горячо, а бёдра продолжали непроизвольно двигаться, подрагивая в мелких конвульсиях. Ещё не до конца проснувшийся мозг отказывался давать какие-либо объяснения. Она схватила с прикроватного столика стакан со ставшей за ночь противно тёплой водой и залпом выпила. Стало немного легче… Слава Богам, это всего лишь сон... Просто ночной кошмар… Но Боги, какой же реалистичный, волнующий, горячий, страстный!

Часы показывали почти девять утра. Сквозь плотные портьеры пробивалось яркое солнце. Она глубоко вдохнула и медленно выдохнула, пытаясь прийти в себя. Внизу живота болезненно дёргало и пульсировало. Конечно, ей и раньше снились эротические сны, но чтобы такие...! Всё настолько живо и чувственно, что, казалось, происходило в реальности. Его уверенные движения, сильные руки, жаркое дыхание, хриплый шёпот… От воспоминаний снова бросило в жар. Семеро, ну почему, почему именно он?! Почему образ этого ужасного человека со шрамами не оставляет её? Видимо, пережитое в «Драконьем Камне» потрясло её гораздо сильнее, чем она полагала. Иначе как объяснить его появление во сне?

Но вообще-то, это сигнал к тому, что с воздержанием пора заканчивать. У неё больше года не было мужчины. Её последним парнем был Дикон Тарли, друг Лораса, который их и познакомил на одной из вечеринок. Санса всегда испытывала слабость к мужчинам с красивым развитым телом, а Дикон, профессионально занимающийся баскетболом, был высоким, широкоплечим и очень симпатичным. Он стал первым молодым человеком, которого Санса решилась представить родителям, и получила при этом единогласное одобрение. Мама пришла от Дикона в восторг, да и отец был совсем не против их общения. Но, к огромному сожалению родителей, спустя несколько месяцев они расстались. Инициатором была Санса, в какой-то момент решившая перестать лгать самой себе и делать вид, что у них всё замечательно. Дикон был зациклен на баскетболе, о котором мог говорить бесконечно, и его мало интересовало, что об этом думает его девушка. К тому же в постели с ним она не испытывала ничего. Они расстались без грязи, без взаимных обвинений и упрёков, и Дикон, хоть и был против расставания, всё-таки принял её предложение остаться друзьями. Правда, виделись они теперь редко, а по телефону не общались вообще, но Санса всё равно считала его своим другом.

Сегодня у Лораса день рождения, который он решил отпраздновать в ночном клубе. Она, само собой, была приглашена одной из первых. И, возможно, это шанс познакомиться с каким-нибудь симпатичным молодым человеком.

Приободрённая такими мыслями, Санса приняла душ, вымыла и просушила волосы, затем спустилась в гостиную, распахнула окна, сварила кофе и с ногами залезла в любимое кресло, наслаждаясь запахами и звуками знойного летнего утра. Дел у неё сегодня было много: необходимо приготовиться к сегодняшней вечеринке, составить план занятий со своими подопечными на следующий месяц и встретиться с подругой, Рослин Фрей. Они договорились купить Рослин платье для сегодняшнего выхода в клуб, куда она тоже была приглашена, а потом пообедать где-нибудь. Но для начала надо поздравить именинника.

Санса отставила чашку с кофе на столик и набрала номер Лораса. Комбинация цифр была не из простых, но она почему-то помнила её наизусть и всегда набирала его номер сама, не пользуясь списком контактов.

– Привет, именинник! – весело поздоровалась она, когда в трубке раздался его голос. – Спешу поздравить тебя с твоим праздником! Всё, чего я тебе желаю, я расскажу тебе сегодня вечером лично. А сейчас просто хочу сказать спасибо за то, что ты есть, что ты мой друг. Мой настоящий друг.

–Спасибо, принцесса, - откликнулся Лорас, и Сансе показалось, что он как-то странно напряжён.

– Ну, как проходит твоё утро? – Она включила телефон на громкую связь и положила его рядом с чашкой кофе на столик.

–Превосходно! Родные прислали с посыльным коллекционное вино, торт, огромный букет цветов и поздравления, а Ренли порадовал вкусным завтраком и кофе в постель. Ну и звонят все, поздравляют… Так что всё замечательно.

Санса, внимательно прислушивающаяся к его голосу, готова была поклясться, что он чем-то встревожен.

– Я за тебя рада, дорогой. Ты это заслужил, - ответила она. – Я тоже недавно проснулась. Сейчас немного поработаю, а потом мы с Рослин встречаемся в торговом центре. Она попросила составить ей компанию.

– Для чего? – поинтересовался Лорас.

– Выбрать платье. – Санса уже не сомневалась, что что-то не так.

– А… Ну да. Я и не подумал, - рассеянно отозвался он. – А куда вы идёте?

– Не знаю, куда Рослин решит. Или в «Скалу», или в «Звёздный Пик», или ещё куда-нибудь… А что?

– Нет-нет, ничего, - ответил Лорас, – просто спросил… А ты… - он явно замялся, - ты… уже купила платье?

– Да. Я заказала его на прошлой неделе, а вчера утром, когда ехала на работу, забрала из салона. – Санса решила не ходить вокруг да около, а спросила напрямую: - Лорас, что-то не так?

– С чего ты взяла? - мгновенно отозвался он.

– Я чувствую по твоему голосу. Такое впечатление, что ты хочешь мне что-то сказать, но не решаешься.

К её удивлению, Лорас не стал ничего отрицать. На несколько секунд в трубке воцарилась тишина, а затем он тяжело вздохнул.

– Понимаешь, принцесса… Даже не знаю, как тебе это сказать… Ты будешь не в восторге, я понимаю… но…

– Лорас, ради всех богов, говори, что стряслось? – Санса изо всех сил старалась подавить раздражение. Вот вечно он так! Начинает блеять как овца, вместо того, чтобы сразу без обиняков сказать всё как есть. – Вечеринка отменяется? Или это как-то касается меня? Не хочешь, чтобы я присутствовала?

– Нет, ну что ты! Как ты могла подумать такое?! – воскликнул Лорас, сразу же встряхнувшись. – Просто, понимаешь… Я пригласил Эйгона.

Санса замерла, не донеся чашку с кофе до рта. Едва выветрившийся из головы утренний кошмар внезапно получил продолжение.

– Что??? Ты пошутил?! Нет, Лорас, этого не может быть! Скажи, что ты пошутил!!! - она почти сорвалась на крик.

– Нет, я не шучу. Эйгон сегодня тоже будет с нами, - твёрдо ответил Лорас.

– Но почему? Объясни, почему?! Боги, Лорас, вы с ним даже не здороваетесь при встрече! Зачем ты его пригласил?

– А что мне оставалось? Мы пересеклись вчера в клубе, случайно… Он подошёл к нам с Ренли… Мы посидели, выпили, отлично пообщались… Он сказал, что хотел бы меня поздравить, приготовил для меня подарок. Я не мог не пригласить его, Санса! Это просто невежливо!

– Для того, чтобы поздравить, необязательно переться в клуб, где тебя не очень-то и хотят видеть, - с обидой ответила она. – Никто не отменял телефоны. Он мог бы просто позвонить.

Отчаяние накрыло с головой. Она столько дней избегала встреч с Эйгоном, игнорировала его нескончаемые звонки и сообщения, обходила стороной те места, где они могли бы случайно столкнуться, а в итоге неожиданно получила удар в спину! Да и от кого?! От Лораса! А она-то решила, что всё позади и Эйгон оставил её в покое…

– Санса, ну, пожалуйста, пойми меня! Как я должен был поступить? В конце концов, мне он ничего плохого не сделал, даже слова грубого ни разу не сказал… Назови мне хоть одну причину, по которой я не должен был его пригласить.

Она отставила чашку с кофе и запустила пальцы во влажные волосы. Конечно, Лорас прав. Он поступил так, как и должен был поступить вежливый и воспитанный человек. И потом, это его праздник, и он волен приглашать того, кого считает нужным. Она всё это понимала, но легче не становилось.

– Принцесса… Ну не молчи, пожалуйста, - умоляюще позвал её Лорас. - Я не знаю, почему ты избегаешь его, наверное, у тебя есть причины… Но прошу, ради нашей дружбы – не обижайся. Я очень надеюсь, что его присутствие не заставит тебя отказаться отметить со мной мой праздник.

Санса поморщилась, невольно вспомнив последний раз, когда видела Эйгона. В тот вечер по его прихоти человек с ожогом на лице едва не убил Робба... По спине побежали мурашки, но чем они были вызваны - воспоминаниями об увиденном в «Драконьем Камне» или сегодняшним сном, в котором тот самый человек заставлял её пылать от страсти, – она не могла объяснить.

– Санса… Не молчи, прошу тебя, - снова раздался в трубке осторожный голос.

– Хорошо. Всё нормально. Увидимся вечером в клубе.

– Обещаешь? – спросил он с надеждой.

– Конечно. До встречи.

– До встречи, принцесса.

Она нажала на дисплее «отбой» и уставилась в открытое окно. От хорошего настроения не осталось и следа. «Ну что ж, - подумала она, - поздравляю. Тебе предстоит новое испытание драконьим огнём».
 

Вложения

Сверху