Джен Фанфик: Хорошие девочки

Daena

Знаменосец
Название: Хорошие девочки
Автор: Daena
Категория: джен
Размер: макси
Рейтинг: R
Персонажи: Санса Старк, Арья Старк, Бран Старк, Сандор Клиган, Маргери Тирелл, Тирион Ланнистер, TBA
Предупреждения: Modern-AU, Good Girls-AU
Описание: Санса Старк и ее семья с трудом сводят концы с концами, и устав от лишений, они решают ограбить супермаркет. Как бы кроссовер (но не совсем) с сериалом "Хорошие девочки".
 
Последнее редактирование:

Daena

Знаменосец
Санса держала под столом руку Арьи и напряженно смотрела на сидевшего напротив мужчину. Тот задумчиво разглядывал ее, подперев рукой щеку. Здоровую щеку. Так что жуткая обожженная половина его лица была на полном обозрении. Он словно старался, чтобы они с Арьей как можно внимательнее разглядели этот жуткий ожог.

Краем глаза Санса покосилась на брата. Бран сидел в инвалидном кресле у дивана, и рядом с ним стоял высокий худой мужчина, с самым простым и незапоминающимся деревенским лицом. Пройди Санса мимо него по улице завтра, и она бы его и не узнала… В обычных обстоятельствах. Теперь же она запомнила его лицо в мельчайших деталях. Сложно было не запомнить человека, который лениво опирался рукой о кресло ее брата, второй рукой держа пистолет.

– Что ж, прекрасные дамы, – наконец заговорил обожженный мужчина. – Допустим, деньги вы вернули. Но как вы возместите нам наши заботы? Нам пришлось потрудиться, чтобы вас найти.

– Мы отработаем, – помертвевшим голосом прошептала Арья.

– Беременная красотка, эмо-истеричка и безногий инвалид. – Мужчина фыркнул. – Как же именно вы отработаете?

Санса прикрыла глаза.

***

Все началось с утра, когда Санса сделала тест.

Нет.

Все началось с вечера, когда Санса пошла на свидание с этим омерзительным Гарри, которого ей сосватала Миранда Ройс. У Сансы был тяжелый день, ей хотелось расслабиться, отдохнуть, повеселиться…

Повеселилась.

– Аборт, – снова начала Арья. – Твое тело, твой выбор. В абортах нет ничего плохого.

Санса покачала головой. Она думала об этом, она уже было записалась, но… Мама. Перед глазами встала мама, мама, всегда истово верующая в Семерых – и Санса просто не смогла.

Отец и мать… С их смерти все пошло наперекосяк. Родители погибли, и вдруг оказалось, что у Старков не осталось ничего. Они лишились компании, трастовых фондов, потеряли Винтерфелл… Им удалось только спасти совсем немногое, достаточно, чтобы отправить Рикона в частную школу, и оплатить колледж для остальных. Робб и Джон, они стольким пожертвовали для них, бросили свою учебу и завербовались в армию, чтобы их сестрам и брату удалось продолжить обучение, но даже и так, Сансе приходилось бегать с подносами в «Лунных Вратах», Арья обслуживала покупателей в «Перстах», а Бран подрабатывал программистом на заказ. Им с трудом хватало на самую скромную, простую, с минимальной медицинской страховкой жизнь.

Но им не будет хватать на ребенка.

– Усыновление? – предложил Бран.

Санса покачала головой, зажмурив глаза, по ее щекам побежали слезы. Она думала об этом, думала, и рано или поздно им придется на это пойти, но… Это будет ребенок Старк. «В одиночку волк умирает, а стая живет», – вспомнила она присказку отца. Она не могла отдать своего волчонка жить в одиночестве, где-то среди чужих. Только они есть у друг друга, и если они начнут теперь друг друга бросать, то навсегда друг друга потеряют.

– Если не будет другого выхода, – выдавила Санса. – Если не будет другого выхода…

– Мы найдем другой выход.

Но какой? У Гарри не было своих денег. Когда Санса ему рассказала, он забился в истерике, кричал, что живет на подачки от своего дяди, и если тот узнает, что у него внебрачный ребенок, то Гарри потеряет все. Как же он на нее кричал, оскорблял ее, вопил, что она специально все устроила, что она пытается обманом выкачать деньги Арренов, и Санса вспомнила, как когда-то так же и о том же вопила сумасшедшая тетя Лиза, которая к тому же еще и поливала грязью ее мать, и Санса поступила также, как тогда, с тетей Лизой: дала Гарри пощечину и послала Арренов по самому непристойному адресу, заявив, что обойдется без него.

И как и тогда, выскочив за дверь, сразу же испытала сожаление и стыд за свою неуместную гордость. Права на гордость у нее были, пока были деньги.

Дядя Эдмур сидел в тюрьме, из-за того же дела, в результате которого погибли ее родители. Его жена сама еле сводила концы с концами. Маргери? Снова дала о себе знать уязвленная гордость. Маргери, ее лучшая подруга, выскочившая замуж за ее жениха, когда Джоффри бросил ее, узнав, что на деньги Старков уже рассчитывать не сможет. Нет, Санса не пойдет за подаянием к Маргери.

– Я знаю, что мы сделаем, – вдруг сказала Арья. – Я давно уже знаю, что мы должны сделать.

– И что? – хмыкнул Бран. – Ограбим банк?

– Нет, – закатила глаза Арья. – Мы ограбим «Персты».

Санса хихикнула, утирая слезы и посмотрела на сестру. Та смотрела серьезно.

– Смешная шутка, – Санса снова попыталась хихикнуть, но вместо этого получился всхлип.

– Я не шучу.

– Арья, – начал Бран, но Арья подняла руку.

– Послушайте меня. Просто послушайте. Санса, тебе нужны деньги на ребенка. Брану нужна операция. Мне… Мне тоже деньги нужны.

Санса внимательно посмотрела на сестру.

– Так. – Сказала она. – Продолжай.

Арья попыталась отмахнуться.

– Ничего особенного, просто…

Бран и Санса не отрывали от нее взгляда. Арья сдалась.

– Мастерская, которую открыл Джендри… Он взял кредит… Не в банке, если вы понимаете о чем я?

Санса отрицательно покачала головой.

– Нет. И не хочу понимать. Джендри должен сам решить свои проблемы. И мы не будем никого для этого грабить.

– И что ты будешь делать с ребенком? Как быть Брану с его операцией?

– Так, меня не впутывай, – вмешался Бран. – Операция может мне и не помочь. И я предпочту быть в кресле и на свободе, чем в кресле и в тюрьме.

– Бран…

– Арья, не неси чепухи, пожалуйста. Подумай сама. Как мы кого-нибудь можем ограбить? Вы вкатите меня в твои «Персты», размахивая пистолетами… Где, кстати, ты собираешься взять пистолеты?

– У Пирожка есть потрясающие муляжи… И ты не будешь ничем размахивать, ты поведешь машину.

– О, конечно, мою машину. В городе же так много инвалидных фургончиков с ручным управлением. Полиция ни за что не догадается, где искать.

– Так, стоп. – остановила их Санса. – Полиция никого не будет искать, потому что мы никого не будем грабить. Арья, перестань. Мы что-нибудь придумаем. Но не это.

– Что еще ты можешь придумать? У меня план уже есть! В задней части магазина есть сейф, основная часть выручки там – тысяч пятьдесят, где-то так. Мы просто войдем в магазин часа в три дня, в это время довольно пусто. Войдем, громко крича, размахивая муляжами Пирожка. Ты будешь держать на мушке всех там, а я поведу менеджера к сейфу, и заберем деньги.

– А ты не думаешь, что менеджер тебя узнает? – заинтересовался Бран.

– Я же не мой магазин грабить предлагаю? Полгода назад меня отправляли в «Персты» на Шелковой улице, во время зимней лихорадки, помните? Там не хватало работников, и я там пропахала недели две. Меня там и не помнит никто, уверена. А менеджер их там – та еще скотина, вечно пытался зажать меня на складе.

– Арья…

– Нет, он меня не узнает, полгода прошло. К тому же, мы будем в масках. Наденем балаклавы, ну или там маски зверей. Волков!

– Ну да, еще табличку возьми, с надписью «Мы – Старки, если вы не поняли». – Бран закатил глаза.

– Тогда львов…

– Арья. Достаточно. Мы не станем грабить людей, – попыталась остановить ее Санса.

– А мы не станем грабить людей, только магазин. Деньги потеряет только Бейлиш, а у него их полно. Да и наверняка, они застрахованы.

– Тем более, Арья, мистер Бейлиш нам очень помог, мы не можем его так…

– Помог? Это ты называешь помощью? Он купил наш дом за бесценок и сделал из него дешевый отель для проституток! И к тому же, Бейлиш пытался залезть тебе под юбку на похоронах наших родителей! И тебе было всего семнадцать лет!

– Это не правда, Арья, – Санса покраснела, потому что про себя она сама сомневалась, но не желала в этом признаваться. – Мистер Бейлиш просто был очень… Учтив.

– Он лапал тебя, и не прикидывайся, что это не правда. Если бы не Робб тогда, одни Семеро знают, чем бы все кончилось.

– В любом случае, мы не можем так поступить с мистером Бейлишом. Он не сделал нам ничего плохого.

– Потому что не успел, – мрачно ответил Бран. – Брось, Санса, тут Арья права. Если бы не дядя Бринден, одни Семеро знают, как еще обобрал бы нас Бейлиш.

Санса отмахнулась. Возможно, они и были правы, и Бейлиш и правда попытался бы их окончательно разорить, но… Мистер Бейлиш был просто бизнесменом, пытающимся нажиться, ничего личного. Не стоило его неудавшиеся махинации обращать в месть.

И к тому же, Санса никого не собиралась грабить.

– Мы что-нибудь придумаем, – еще раз сказала она.

На следующий день она была в библиотеке, когда к ней вдруг подошла Миранда Ройс и сообщила, что профессор Уэйнвуд ждет ее в кабинете. Санса удивленно просмотрела свой календарь и убедилась, что встречи с Аньей Уейнвуд у нее назначено не было, а срок сдачи работы по Третьей Гискарской войне был только в следующем месяце.

Профессор Уэйнвуд всегда нравилась Сансе, она была строгой, но очень умной и справедливой женщиной, потому она не боялась, когда шла в ее кабинет, но закрыв за собой дверь, она поняла, что ей следовало испытывать опасения.

От Аньи Уэйнвуд исходили просто волны озлобленности, и Санса не могла понять, в чем же было дело.

– Присаживайтесь, мисс Старк, – самым ядовитым тоном сказала Уйэнвуд, указывая на стул напротив нее.

– Благодарю, профессор, – настороженно ответила Санса, садясь и ставя сумку с лаптопом себе на колени, словно какой-то щит.

Профессор Уэйнвуд некоторое время молча разглядывала ее, заставляя Сансу нервничать все больше, и наконец заговорила.

– Гарри поведал мне о вашей маленькой схеме.

– Гарри? – Санса не поняла, при чем тут Гарри.

– Гарри Хардинг, мой племянник.

Санса изумленно приоткрыла рот, во все глаза глядя на Анью Уэйнвуд. Она не имела никакого представления о том, что Анья Уэйнвуд была родственницей Гарри. Тогда, на их свидании, Гарри хвастался родством с Арренами, и о том, что старый Джон Аррен рассматривает его как наследника, потому что сын его, кузен Сансы, был слаб и болен, но о профессоре Уэйнвуд он не упоминал.

– Не притворяйтесь, мисс Старк, никто не поверит, что вы не попытались разузнать о Гарри все подноготную, когда попытались его захомутать. Верно, думаете, поймали на крючок наследника империи Арренов? Возвращаете Старкам их богатства? Нет, моя дорогая, вы просчитались. Мы не дадим вам ни гроша.

– Мне не нужно…

Анья Уэйнвуд не дала ей закончить.

– Не стройте из себя вид оскорбленной добродетели, мисс Старк. Вы с таким же видом набожной септы раздвигали ноги перед моим племянником? Вам никто не поверит. Уж не сомневайтесь. Будьте уверены, если вы вздумаете подавать на алименты, мы вас засудим. Мы обратимся к лучшим адвокатам страны. Мы оставим вас без гроша. Мы камня на камне не оставим от вашей репутации. Газеты уже подзабыли о вашем преступнике-папочке? Мы им напомним. Хотя, конечно, он же вам не папочка.

– Простите? – изумленно уставилась на нее Санса.

– Да-да, уже плохо, когда дочь мошенника Старка впивается когтями в наследника приличной семьи. Но еще хуже, когда это бастардка Петира Бейлиша. – профессор Уэйнвуд презрительно усмехнулась.

У Сансы зашумело в ушах.

– Как вы смеете, – медленно начала она, поднимаясь на ноги, – как вы смеете оскорблять моих родителей? Как вы только посмели…

– Так и посмела, – Анья Уэйнвуд тоже поднялась, – и не прикидывайтесь козочкой, милая. О том, что ваша мать путалась с Бейлишом, он сам всем рассказал. Все знают, что ваша мать была его любовницей. Ее собственная сестра это подтвердила.

Это была ложь. Санса была уверена на сто процентов, что это была ложь. Она ни секунды в этом не усомнилась. Ее родители безумно любили друг друга, и мать умерла от горя через считаные дни после его смерти. Санса была уверена, что именно из-за горя она не справилась с управлением и выехала с моста в реку, и хотя некоторые считали, что Кейтлин Старк покончила с собой, Санса знала, что мать ни за что не оставила бы их. И она никогда, абсолютно никогда не изменяла отцу. В этом она была уверена.

– Это гнусная ложь, – мертвым голосом сказала Санса. – И вам должно быть стыдно повторять отвратительные сплетни.

– Спросите мистера Бейлиша сами, милочка. Уверен, ваш папочка вас с радостью признает, а может и поможет вашему ребенку? Но будьте уверены, от Арренов вы не получите ни гроша.

– Семеро свидетели, мне не нужны были ваши деньги, – перед глазами Сансы потемнело, но она старалась держаться. – Но я клянусь вам, теперь я подам на вас в суд и вытрясу с вас все, что причитается, и даже больше. И попробуйте только распускать обо мне и моих родителях клевету, Мать Небесная мне в помощь, уж я вам отвечу.

– Что ж, попытайтесь, мисс Старк, увидимся в суде, – Анья Уэйнвуд ласково улыбнулась, и ее глаза зажглись яростным огоньком. – А теперь убирайтесь. И да, напоминаю вам, что ваша работа по Третьей Гискарской будет стоить пятидесяти процентов оценки за семестр. – напомнила она ей вдогонку, когда Санса повернулась к двери. – Лучше бы ей быть идеальной.

Санса громко хлопнула дверью, выходя, и на негнущихся ногах повернула за угол, только там дав себе возможность упереться о стену, тяжело дыша. К ней тут же подскочил Подрик Пейн, милый мальчик с курса эссоской философии:

– Санса? Что с тобой? Все в порядке? Вызвать скорую?

Санса слабо улыбнулась и только попросила помочь ей присесть. Подрик быстро завел ее в ближайший кабинет и теперь стоял, неловко переминаясь с ноги на ногу.

– Ты можешь идти, Под, – устало сказала Санса. – У меня все будет в порядке через пару минут. Это… Женские слабости.

Под покраснел, неловко потупившись, но не сбежал, как она почему-то ожидала.

– Точно все хорошо?

– Все замечательно, Под. Иди.

Когда за Подом закрылась дверь, Санса схватилась за голову. Мысли бежали и путались. Мама и мистер Бейлиш… Санса знала, что это неправда, но действительно ли мистер Бейлиш это говорил? Санса не сомневалась, что тетя Лиза наверняка лила грязь на свою сестру, в их последнюю встречу Лиза не стеснялась своей ненависти к матери Сансы, но мистер Бейлиш? Он был так тогда добр и внимателен… И немного странен в своей внимательности.

Арья была права, он и правда лапал ее. Разве так поступают с теми, кого считают своими дочерьми?

Санса достала из сумки лаптоп и раскрыла его, мучительно раздумывая. После недолгого колебания она набрала в поисковой строке «Петир Бейлиш Кейтлин Старк» и с сомнением нажала кнопку поиска.

Страницу за страницей она пролистывала статьи о смерти мамы, о смерти отца, о крахе их компании, об осуждении дяди Эдмура и гибели мистера Баратеона, о всем том кошмаре, что творился тогда, и от нахлынувших воспоминаний сердце заледенело, а в горле стал ком.

Страницу за страницей она проматывала фотографии своих родителей, счастливых и радостных, посреди фотографий мистера Бейлиша, всегда самодовольного и ухмыляющегося…

Вдруг она наткнулась на заметку в блоге «Паутина Паука», грязном сборище сплетен от анонимного автора. «Эта покойная знаменитость А-класса, богатая наследница, домохозяйка и филантропка, постоянно проповедовала семейные ценности, веру в Семерых и подобное благолепие. Что ж, не только ее покойный муж, вечно кичившийся своим благородством, оказался грязным мошенником и прохвостом, так и сама Дамочка оказалась двуличной лицемеркой. По крайней мере, друг ее детства, бизнесмен и знаменитость класса C, утверждает, что как минимум двое ее старших детей были рождены от него, а может быть и все. Кто бы мог подумать? Но если приглядеться, только один из ее детей похож на своего «отца». С чего бы вдруг такое?»

Пробежала взглядом комменты и захлопнула лаптоп, ощущая тошноту. В комментариях анонимы с радостью называли имя ее матери и топтались на нем.

Но один комментарий она отметила особенно. Некий «Царь Утеса» утверждал, что сам слышал от Бейлиша, что тот спал с обеими сестрами Талли, и Кейтлин, и Лизой, которая теперь Аррен.

Санса собрала вещи и, пошатываясь, пошла на выход. На улице она позвонила Албару Ройсу, предупредив, что не сможет выйти на работу этим вечером, и молча выслушала его раздраженную речь.

Придя домой, она прошла сразу в свою комнату, не зайдя по обыкновению к Брану, чтобы узнать, как прошел его день. Она легла на кровать и накрыла голову подушкой, пытаясь придумать, как быть.

Что бы она там не говорила Анье Уэйнвуд, денег на адвоката у нее не было. У нее не было денег даже на просто жизнь.

Она лежала в темноте до самого вечера, мучительно размышляя. Пару раз в комнату стучал Бран, волнуясь за нее, но Санса отговорилась токсикозом. Уже очень поздно она услышала, что пришла Арья, она слышала их с Браном обеспокоенные голоса из гостиной, и Санса встала и пошла к ним.

Те резко замолчали, когда она вошла в комнату, но Санса не стала их ни о чем спрашивать.

Она прошла мимо них и села на диван.

– Твой план, – сказала она, не глядя на Арью. – С «Перстами». Что именно ты задумала?

Арья восторженно взвизгнула.

Увещеваний Брана они уже не слушали.

На следующий день Бран остался искать всю имеющуюся информацию по супермаркету на Шелковой улице, присмотренному Арьей, Арья дала слово попытаться залезть в сеть компании и посмотреть там, а Санса надела леггинсы, длинную футболку, собрала волосы под панаму и направилась в магазин, надеясь сойти за обычную домохозяйку из этого района. Она лениво прошлась между полок, толкая перед собой тележку и время от времени останавливаясь, быстро набирая что-то в телефоне – люди, наверное, думали, что она переговаривается с кем-то, но Санса отмечала расположение камер. Пройдя мимо двери, которая по словам Арьи, вела в ту самую заднюю комнату «рядом с полками с консервированными фруктами», сказала она, Санса остановилась и внимательно уставилась на ряд банок с абрикосами.

– Могу я вам чем-нибудь помочь? – раздалось у нее над ухом. Санса обернулась. На нее с сальной улыбкой глядел высокий мужчина. На груди висел бейдж с надписью «Рафф».

– Нет, благодарю, – Санса схватила первую попавшуюся банку и двинулась дальше, ругая себя, что привлекла внимание того самого менеджера с липкими руками, которого так возненавидела Арья. «Рафф-Красавчик», так его называли, хотя ничего красивого Санса в нем не увидела.

Дальше все происходило очень быстро. План был такой: они подходят к магазину со стороны слепого для камер пятна, которое рассчитал для них Бран. У магазина они надевают маски и входят внутрь, крича и размахивая муляжами, одолженными у Пирожка. Они велят всем собраться у полки с консервированными фруктами, и Санса держит их на мушке, пока Арья отводит Раффа-Красавчика к сейфу и забирает оттуда деньги. Потом они быстро выходят из магазина и бегут за угол, где снимают куртки и джинсы, оставаясь в футболках и леггинсах. Вещи они вместе с масками складывают в рюкзак и идут к машине Брана, который будет ждать их в квартале от магазина. Несколько раз они с Арьей брали машину Джендри и выезжали за город, чтобы в безлюдном лесу попрактиковаться, как они будут идти между полками, размахивая пистолетами, и засекали, сколько им понадобится времени, чтобы переодеться.

Когда они решили, что научились достаточно убедительно угрожать, а переодеваться в считанные секунды, они назначили день. И, как это ни странно, все удалось, все прошло без сучка и задоринки. Продавцы и покупатели «Перстов» на Шелковой улице были так потрясены неожиданным ограблением, что безропотно сделали все, что велели им Санса и Арья. Они мигом долетели до машины Брана, по дороге остановились у реки, где, набив камнями рюкзак, утопили одежду и маски, и рванули с добычей домой.

Которая оказалась больше, чем они ожидали. Это были не пятьдесят тысяч, как думала Арья. Пятьсот тысяч.

А через два дня, вернувшись домой с учебы, Санса застала в их квартире незнакомцев. Один мужчина стоял, держа пистолет у виска Брана. Огромного роста мужчина с обожженным лицом сидел, развалившись, на диване, и с интересом разглядывал ее.

– Заходи, пташка, не стесняйся, – помахал он рукой.

– Кто вы такие? – Санса ухватилась рукой за косяк. – Что вам нужно?

– Кто мы такие? – ухмыляясь, переспросил обожженный. – Мы – хозяева денег, которые вы украли. А что нам нужно? Ну так, милая, угадай.

Санса прошла к креслу на трясущихся ногах и села.

– Я не понимаю, о чем вы говорите.

– Да? – Мужчина достал из кармана фотографию и показал ей. Это была фотография Арьи, чем-то, похожем на раздевалку, она стояла спиной к снимавшему в джинсах на бедрах и бюстгальтере, и лица было не видно, но отчетливо виднелась ее татуировка на пояснице.

– Рафф-Красавчик любит фоткать девочек, – объяснил обожженный, ощерившись. – И он любит девочек с татуировками. А когда твоя сестренка запихивала наши денежки в свою сумочку, ее куртёнка малость задралась, – он снова ухмыльнулся. – Безногий ее уже вызвал, так что скоро мы на нее посмотрим вживую. А вот и она!

– Пес, – ошарашенно выдохнула Арья, вцепившись белыми пальцами в ручку двери.

– Эмо-истеричка, – обрадовался «Пес». – Вот оно что! Значит, ты собиралась заплатить мистеру Ланнистеру его же собственными деньгами? Хорошая шутка, но не думаю, что он оценит.

Он встал и подошел к Арье, и ухватил ее за волосы.

– Где деньги, сука?

– В надежном месте, – подала голос Санса. – Отпустите мою сестру.

Мужчина развернулся и насмешливо посмотрел на нее.

– Пташка, ты и правда думаешь, что можешь мне указывать?

– Ваши деньги ведь все еще у нас, разве нет?

– Щекотун, ты только послушай, что она несет, – восхитился Пес. Щекотун хмыкнул и взвел курок, направленный на Брана. – Да, милашечка, деньги у вас, а у нас кое-что другое.

– Я привезу вам деньги, – ответила Санса.

– Нет уж, пташечка. Деньги нам привезет истеричка. И пусть попомнит, что ее родственнички все здесь, в наш руках. И братик, и сестрица, и будущий племянничек.

Санса ошеломленно уставилась на Пса, и тот помахал ей томиком «Чего ждать, когда ждешь ребенка».

– В твоей комнате было, а, пташка? Или ты живешь в той, в которой бардак и лифчик висит на торшере? – Пес откровенно развлекался. – Короче, истеричка. Дуй за деньгами, и поскорее. Если я не успею разозлиться до твоего возвращения, то считай, что тебе повезло, и вы останетесь живы. Не обещаю, что целы, но живы останетесь.

***

Теперь деньги лежали в сумке у ног Пса, а тот сидел и разглядывал их, подперев рукой щеку.

– Что ж, – сказал он, – может и отработаете. Я вам звякну, когда понадобитесь, – пообещал он и встал. – Щекотун, подай-ка мне эту штуку, – он показал на сумку с клюшками для гольфа, последнее, что осталось от их папы. Он вынул одну из клюшек, взвесил ее в руках, размахнулся и с силой ударил по монитору компьютера Брана. Санса так и подпрыгнула на месте, услышав над ухом сдавленный писк Арьи и крик Брана. Пес подошел к ней и, схватив ее сзади за шею, тихо и угрожающе прошипел ей в ухо. – В следующий раз, если опять полезете, куда не стоит, это будет твоя голова, пташка.

И с этими словами он вышел из комнаты. Щекотун убрал пистолет за пояс, поднял брошенную на пол клюшку и положил ее на стол перед Сансой, пожал плечами и пошел вслед за напарником.

Когда они ушли, Санса заплакала.
 
Последнее редактирование:

Daena

Знаменосец
Совершенно неожиданный для меня фик, никогда не думала, что мне такое в голову взбредет - я никогда не писала про сестер Старк. И ведь сериала "Хорошие девочки" я не фанат, смотрела только первый сезон, и дальше не пошло, но как-то набрела в тумблере на их фандом, почитала пару фиков, и вдруг пошли идеи.
Кстати, я и макси никогда не писала, так что не обещаю, когда следующая глава, пока у меня только первая глава и придумана, а на будущее развитие только пара сцен уже в голове сложились, но без общего плана и сценария.
Да, и внезапно, наверное, будет СанСан? Или что-то похожее на СанСан? Намеки на СанСан без развития? Не знаю пока. Посмотрим.
 

Daena

Знаменосец
Его имя было Сандор Клиган, но никто его так не звал. Все звали его «Пес», так сказала Арья, потому что он был ручным псом Тайвина Ланнистера.

Так сказала Арья, которую ей не надо было слушать. О чем она только думала? О чем она, во имя семи преисподен, только думала? Как она только могла решиться на такую чушь?

И теперь они были в еще худшей ситуации, чем раньше. Раньше они просто были бедны, а теперь они были бедны и в долгу у Тайвина Ланнистера.

Сансе хотелось визжать. Тайвин Ланнистер – человек, приложивший руку к краху компании ее отца, «бизнесмен», как называли его газеты, хотя все должны были звать его преступником, Санса никогда не сомневалась, что богатство Ланнистеров было добыто нечестным путем, а теперь она была должна ему «отработать».

К ней подошла Миранда.

– Столик восемь, – сказала она, – молодая парочка. Девица, кажется, не в духе.

Санса вздохнула и взяла меню, двинувшись к восьмому столику.

– Добро пожаловать в «Лунные Врата», меня зовут Санса, и сегодня я буду вам помогать, – она положила перед ними меню, не глядя на «гостей», как их полагалось называть в ресторане, слишком занятая своими мыслями.

– Санса? – услышала она изумленный голос и быстро перевела взгляд на девушку. Маргери. Она выглядела иначе, чем когда они виделись в последний раз, старше, худее, с другой прической.

– Добрый вечер, миссис Баратеон, – Санса была горда своей выдержкой, она была уверена, что и бровью не пошевелила, совершенно в этом уверена. Санса посмотрела на спутника Маргери и выдохнула, это был не Джоффри. – Мистер Тирелл. Добро пожаловать в «Лунные Врата».

Лорас ласково улыбнулся ей.

– Ох, Санса, как ты выросла! Оставь церемонии, мы же знакомы с детства. Ты здесь работаешь? Я думал, ты поступила в колледж…

– Да, я работаю здесь, мистер Тирелл. Вы готовы сделать заказ или вам нужно время?

Санса с легкостью могла сказать ему, что работает здесь только по вечерам, и стереть с лица Лораса этот восторг при мысли, как он разболтает всем своим знакомым, что Санса Старк теперь простая официантка. Но… В седьмое пекло Лораса Тирелла, подумала она, и всех его знакомых.

– Мы сделаем заказ чуть позже, спасибо, Санса, – сказала Маргери. – Можно пока мне воды без газа?

– А я хочу кофе, дорогая, – Лорас просто таки ликовал от сложившейся ситуации, а Маргери выглядела так, словно ей было неловко. В прочем, Маргери всегда мастерски умела притворяться.

Санса улыбнулась им, плотно сжав губы и пошла за напитками. Миранда ждала ее, приподняв брови.

– Твои знакомые?

Санса кивнула.

– Да, но мы не общались уже много лет.

– Парень очень красив.

– Его парень – тоже.

– О, – Миранда снова оглядела Лораса. – Как жаль, такой красавец. Значит, девушка не с ним?

– Это его сестра, – объяснила Санса, и зачем-то добавила. – Это Маргери Тирелл Баратеон.

Миранда ошеломленно округлила глаза.

– Да ты что? Не может быть? – она снова оглядела Маргери и повернулась к Сансе, которая уже собиралась возвращаться к «гостям» с напитками. – На фотографиях она выглядит красивее, чем вживую.

– Это все освещение, – фыркнула Санса, отправляясь в путь. Но про себя она подумала, что Маргери и правда выглядела немного бледной и больной.

– Снова Томмен и его мемы с котами, – услышала она голос Маргери, та клала телефон в сумку. – Когда-нибудь я его заблокирую.

– Мальчик влюблен в тебя и делится с тобой сокровенным, – откровенно веселился Лорас. – А, Санса, наконец-то, я уже заждался кофе.

Санса стиснула зубы. Она знала, что принесла напитки в рекордный срок.

Маргери неловко улыбнулась.

– Мы готовы сделать заказ.

«Утиная грудка под апельсиновым соусом», подумала Санса. Маргери, которую она знала, заказала бы именно это.

– Безглютеновую лапшу в овощном соусе по-волантисски, – сказала Маргери, и Санса с трудом подавила желание закатить глаза. Она приготовилась сдержать себя в руках и не врезать ей папкой с меню, если Маргери вдруг пожелает спросить, органические ли у них овощи.

Маргери, которую она знала, не было дела до веганских рецептов, и глютен она поглощала без жалоб.

Может быть, она и правда никогда не знала Маргери.

– Предупреди Мию, что стейк наверняка вернут на кухню раза три, – сердито сказала она, – и что она может ничего с ним не делать, просто возвращать как был. Лорас Тирелл будет просто выкаблучиваться.

Миранда рассмеялась.

– Если они не дадут тебе как минимум двадцатку на чай, они просто суки.

Санса скривилась. Мысль, что Лорас и Маргери Тирелл оставят ей чаевые… В прочем, в пекло их. Деньги ей не помешают.

Когда она вернулась домой, в их гостиной сидел Джендри. Санса вздохнула. Ей нравился Джендри, правда нравился, но…

Вся эта история началась именно с него.

(Санса отогнала мысли о том, что это ей захотелось ограбить супермаркет, чтоб засудить Анью Уэйнвуд).

Арья и Джендри были мрачны.

– Что-то случилось?

– К ним заходил наш приятель Пес, – ответил Бран, не оборачиваясь от компьютера. – Кажется, у него склонность к разрушению.

Арья поморщилась.

– Он разбил фары моей машины, – объяснил Джендри.

– И сказал, что в следующий раз это будет твоя голова, – глухо сказала Санса, прижимая пальцами спинку носа. – О чем вы только думали, когда брали деньги у Ланнистера?

Ответа она не дождалась, но в этом не было нужды. Они не думали, во всяком случае, не думали рационально. Как не думала она, когда зачем-то решилась на это дело с ограблением. Санса подняла голову и увидела, что Джендри смотрит на нее во все глаза. Он верно до сих пор не мог поверить, что Санса могла пойти на ограбление. Арья? Легко. Бран? Может быть. Даже Рикон, но Санса… Санса всегда была взрослой и разумной.

Что, во имя Семерых, на нее нашло?

Ах да. Беременность и гормоны.

– Нам нужно придумать, где взять деньги, – сказала она.

– Никаких больше ограблений, – Бран резко развернулся к ним. – Санса, в следующий раз это – он показал на так и стоявший на полу у стола разбитый монитор – и вправду будет твоя голова.

– Нам просто надо найти магазин, который не работает на Ланнистеров… – начала Арья, и Санса подняла голову и прожгла ее взглядом. – Ну что? Откуда мне было знать, что Рафф-Красавчик работает на Пса?

Санса покачала головой.

– Я попрошу в долг у мистера Ройса, – решила она. – Может быть он и откажет, но попытаться стоит.

– Простите меня, – тихо сказал Джендри. – Это я во всем виноват.

Санса снова покачала головой.

– Что сделано, то сделано. – Она встала и пошла в свою комнату. – Подумаем об этом завтра. Я так устала.

Приняв душ, она вытерла запотевшее зеркало и внимательно оглядела себя. Увидев, как изменилась Маргери, она смотрела на себя, пытаясь понять, насколько она сама отличалась от семнадцатилетней Сансы Старк, богатой девочки-мечтательницы, которая думала, что вся ее жизнь будет одной сплошной песней.

Что ж, старая Маргери не ела веганских блюд, а старая Санса Старк не грабила супермаркеты, так что, можно сказать, они равны.

Санса хихикнула такой глупой мысли, а потом расхохоталась в голос.

На следующий день она шла из магазина, когда рядом с ней вдруг резко затормозила машина. Санса с трудом подавила желание убежать, и она глубоко вздохнула, оборачиваясь, ожидая увидеть Пса или Щекотуна, или того самого Раффа-Красавчика. Но в машине рядом с ней сидела Маргери. На ней была шляпа, темные очки, волосы были распущены, она была почти неузнаваема, но это была Маргери.

– Привет, Санса. Можно с тобой поговорить?

Санса поджала губы и повернулась к своему дому.

– Прошу прощения, миссис Баратеон. Мне нужно приготовить ужин для своей семьи.

– Санса, пожалуйста, – Санса повернулась к машине и застыла. Маргери сняла очки и повернулась к ней, и на ее лице был синяк, большой и свежий синяк. Санса ошеломленно протянула руку к лицу Маргери и тут же отдернула ее, когда та вздрогнула. – Пожалуйста, садись в машину. Я просто хочу с тобой поговорить.

Санса обошла машину и, положив пакет с продуктами на заднее сиденье, села рядом с Маргери. Они ехали в молчании, но уже на первом повороте Санса поняла, куда они направляются. В Парк Эйгона. Санса почти улыбнулась, вспомнив их тогда, когда Маргери только начала водить машину, как они с Джейни Пуль и Элинор забирались в ее маленький желтый мераксес и ехали в Парк Эйгона, а там они ели мороженое, пили газировку и хохотали, глазея на мальчиков…

Как же давно это было.

– Как Элинор? Вышла замуж за Алина, вроде бы?

– Уже развелась, – ответила Маргери, не глядя на нее.

– Да? Жаль, они были такой милой парой.

Маргери оглянулась на нее, остановившись на красный свет.

– А Джейни Пуль? – спросила она. – Ты ее не видела?

Санса отрицательно покачала головой. Отец Джейни был осужден по… Делу ее отца. Это она знала. Но Джейни после этого пропала и не выходила ей на связь, даже в социальных сетях.

– Уехала на Север, кажется, и… Так и не знаю, что с ней.

Маргери завернула за угол, и Санса окончательно убедилась, что они едут в Парк Эйгона. Боги, ей не хотелось туда ехать. Не стоит возвращаться туда, где был когда-то счастлив, от этого только горше.

Но она не стала говорить это Маргери, просто молча глядя перед собой. Маргери остановилась на стояке и вышла, направляясь к парку, не оглядываясь, пошла ли за ней Санса. Санса некоторое время сидела в машине, глядя вслед Маргери, но все же встала и пошла за ней.

Когда она догнала Маргери, та уже сидела на скамейке. Маргери протянула ей мороженое, которое успела купить по дороге, и Сансе вдруг захотелось плакать. Она прикусила внутреннюю сторону щеки, чтобы удержаться от слез.

Она откусила мороженое и поморщилась – слишком сладко. Стаканчик выглядел как тогда же, много лет назад. «Мороженое изменилось или я?» – подумала она, рассеянно глядя на цветы перед собой.

Они сидели в напряженном молчании, пока Маргери наконец не заговорила.

– Я хотела извиниться перед тобой, Санса. За… За все.

Санса покосилась на нее. Маргери смотрела куда-то вверх.

– Ты, наверное, понимаешь, что счастья я на твоем горе не построила. Да я его и не заслужила. Я поступила с тобой мерзко, и я это понимаю. Всегда понимала. Я… Я потому не могла видеться с тобой, потому что понимала, как мерзко я поступаю с тобой, когда…

– Когда начала встречаться с моим бывшим, – закончила за нее Санса.

– Да. – Маргери кивнула. – И… У меня было бы оправдание, если бы я хотя бы любила его… Но я его не любила, признаюсь тебе откровенно.

Санса кивнула. В этом она не сомневалась.

– Я хотела богатства и власти, – Маргери хихикнула и развернулась к Сансе. – Много же власти я получила, да? – спросила она, сняв очки.

Боги она была такой бледной, и синяк был таким ярким на ее белой коже. И Санса не сомневалась, откуда у нее этот синяк. Ей не нужно было догадываться – она знала.

– Твои братья… Неужели они тебя не могут защитить?

Маргери отвернулась.

– Жаловаться моим братьям – значит подвергать их опасности. Ты не представляешь на что он способен, Санса.

«Представляю, – подумала Санса. – Представляю».

– Когда это случилось в первый раз, я все рассказала Уилласу. Он был в ярости, в такой ярости. А потом… – голос Маргери дрогнул. – Ты знаешь, что Уиллас теперь хромает? Все его мечты о медали на Играх рухнули.

Санса ахнула.

– Но… Он же упал с лошади, да?

Маргери покачала головой.

– И твоя семья так просто это спустила?

– А что может сделать моя семья? – из груди Маргери вырвалось короткое рыдание. – Я думала, что мы что-то можем, но в конечном итоге, кто мы все против Тайвина Ланнистера?

– Ты не думаешь развестись?

– Они скорее убьют меня, чем позволят это, Санса. Они меня убьют, но не позволят мне бросить их золотого мальчика. Тайвин, Серсея, даже Киван. Все они.

Санса ошеломленно молчала, не зная, что сказать.

– Я знаю, ты считаешь, что я это заслужила. Увела твоего парня, и пожалуйста, нарвалась. Что хотела, то и получила.

– Нет, Маргери, – Санса взяла ее за руку. – Ты не заслужила такого. Никто такого не заслуживает. И… – она вздохнула. – Я злилась на тебя, Маргери. Я до сих пор злюсь. Но вовсе не из-за Джоффри. Боги свидетели, я не любила Джоффри, когда мы расстались. Я испытала облегчение, когда он бросил меня. Я не рассказывала тебе, никому не рассказывала, но он… Он всегда был жесток, страшен в своей жестокости. Нет, я не сердилась на тебя за него. Я… – по ее щекам потекли слезы. – Мне была нужна моя подруга, Маргери. Я была совсем одна, мир рушился вокруг меня, моя жизнь летела в семь преисподен, и мне была нужна моя подруга, я хотела обнять ее, поплакать с ней, просто взять ее за руку и понять, что я не одна, что у меня остался кто-то, а тебя не было, Маргери, не было.

Маргери опустила голову, пряча лицо в ладонях. Ее плечи чуть заметно тряслись.

– Прости меня, – всхлипнула она, – прости. – Она подняла залитое слезами лицо, глядя прямо в глаза Сансе. – Я… Я знаю, что бросила тебя тогда, но… Мои родители, Уиллас, бабушка, они все… Все говорили, и говорили, я знаю, что виновата, что послушала их, знаю, что кругом виновата, но мне… Мне было стыдно. Я знала, что просто не смогу посмотреть тебе в глаза. Я знала, что виновата перед тобой, и мне не хотелось с тобой встречаться, словно если я не увижу тебя, то всего этого словно и нет.

Засунуть голову в песок. Закрыть глаза и думать, что ты спрятался. Да, Санса знала, что это такое. Она притянула к себе Маргери и обняла ее, почувствовала влагу ее слез на своем плече. Санса закрыла глаза, стараясь не разрыдаться. Это всегда было наоборот, подумала она. Это Санса всегда плакала на плече Маргери, из-за ссор с Арьей, споров с мамой, обид на Джоффри. Это всегда она рыдала, а Маргери успокаивала ее. Она не помнила, чтобы Маргери когда-нибудь так рыдала, пыталась вспомнить и не могла, единственный раз она видела Маргери в слезах, когда они смотрели какой-то фильм… Но даже тогда, вытирая слезы, Маргери смеялась над собой.

Что же сотворили с ней эти проклятые Ланнистеры?

Маргери отстранилась, когда зазвонил телефон Сансы, и Санса отошла на шаг в сторону, погладив Маргери по плечу.

– Это Бран, – шепнула она, и Маргери кивнула, вытирая слезы, пока Санса успокаивала Брана, попросив его заказать для них пиццу.

– Я не дала тебе приготовить ужин…

– Могу сегодня и отдохнуть, – Санса пожала плечами. Маргери грустно кивнула.

– Ты учишься в колледже, ведь так?

Санса изумленно повернулась к ней.

– Откуда ты знаешь?

– Тирион сказал. Это он сообщил мне, где ты живешь.

– Тирион Ланнистер? Карлик? – Маргери кивнула. – Но откуда он знает?

– Он знает все, – Маргери усмехнулась. – Все видит, все слышит, все знает. Знаешь, я его боюсь даже больше всех остальных. Даже больше Тайвина. Больше Серсеи. Хотя они хотят моей смерти, а Тирион – нет.

Санса не представляла, что на это ответить.

– Почему ты не сказала тогда Лорасу, что учишься?

Санса пожала плечами.

– Не видела смысла оправдываться.

– Ты изменилась, Санса. Когда-то ты всегда старалась оправдаться…

Санса согласно кивнула. Да, так было когда-то.

– Мы все изменились.

– Как Робб? Как все остальные в твоей семье?

– А этого Тирион Ланнистер тебе не рассказал?

– Я не спрашивала.

Санса вздохнула.

– Робб в Дотракийском Море, с миротворцами.

Маргери поморщилась:

– Даже забавно, сколько там приходится воевать, чтобы сохранить мир.

Санса согласно кивнула.

– Джон на северной границе. Арья и Бран живут и учатся со мной. Рикон в частной школе на Севере. Как-то так.

– Робб и Джон еще не женились?

– Робб уже разведен, – засмеялась Санса. – Помнишь Джейн Вестерлинг? Ее мамаша пыталась запретить ей встречаться с Роббом после… Той истории, так она заявилась к воротам его лагеря для новобранцев посреди ночи, с одной сумкой, заявляя, что все бросила ради него.

– Семеро помилуй, – содрогнулась Маргери. – И?

– И он женился на ней. Она же так многим ради него пожертвовала? Он так был перед ней виновен! Он был обязан и так далее, и тому подобное.

– О боги, Старки и их честь, – Маргери закатила глаза. – И ничего хорошего, конечно же, не вышло?

– Счастье, что детей у них не было.

– А как ты, Санса? У тебя кто-то есть?

Санса едва не поперхнулась воздухом. Маргери внимательно смотрела на нее, и словно перед ней была старая Маргери, которая видела и понимала все, знала ответы на все вопросы, могла решить любые проблемы, с ней можно было поделиться, и она бы все поняла…

Но Сансе не хотелось рассказывать Маргери о своих проблемах. Нет, миледи, ни за что. Поэтому Санса просто покачала головой, улыбнувшись.

– Арья встречается с одним милым парнем, он автомеханик. Жутко похож на Ренли, кстати. Темные волосы, синие глаза, рост… Разве что фигурой поплотнее. Но в первый момент когда я его увидела, серьезно, я думала, это Ренли Баратеон. Как он, кстати?

– Невыносим, как и раньше. Мы сейчас редко общаемся… Станнис и Ренли… Серсея порвала с ними все контакты. Конечно, они пытались отсудить у нее компанию, так что я ее тут понимаю, но… Сейчас в компании Баратеонов заправляют одни Ланнистеры. Покойный Роберт наверное в гробу переворачивается.

– С чего бы ему переворачиваться? – Санса фыркнула. – Это же была его работа, он сам давал Ланнистерам все больше и больше власти в компании, я помню, как папа… – Санса осеклась и замолчала, и Маргери взяла ее за руку, успокаивая.

«Слишком поздно», – подумала Санса. «Ты была нужна мне тогда, шесть лет назад».

Но она не отняла руки.

– Что ты изучаешь в колледже?

– Историю Эссоса. – Маргери вскинула брови. – Не ожидала?

– Я думала, литературу?

– Начинала с нее, но… – Санса покачала головой. – Поняла, что потеряла вкус к поэзии.

– А Арья, Бран?

– Арья изучает химию, Бран – математику. Мы все, наверное, в итоге пойдем в учителя.

«Если нас не посадят за ограбление, конечно».

– Если, конечно, школы захотят брать в учителя детей скандальных Старков, – с горечью сказала она, вспомнив отвратительные статьи, которые ей пришлось перелистывать несколько недель назад.

– В Браавосе скоро будет карнавал, – сказала Маргери, глядя на цветы перед собой. – Помнишь, как мы тогда готовились к карнавалу? Хотели поехать туда вчетвером, ты, я, Элинор и Джейн?

– Вы с Элинор так туда и не съездили? – сухо спросила Санса. Маргери покачала головой.

– Нет. Так и не вышло… Иногда хочется бросить все и поехать. Знаешь, – Маргери повернулась к ней. – Мне сейчас хочется сказать тебе, давай бросим все, и поедем? Вместе? Вдвоем? На карнавал в Браавосе, как мы когда-то мечтали? Но я знаю, что это бессмысленно. Все закончилось, и все не будет как прежде. Даже этот парк, – Маргери огляделась по сторонам. – Даже этот парк, он больше не такой как раньше. Я… Я ведь не приходила сюда, все эти годы.

«Я тоже» – подумала про себя Санса, но ничего не ответила.

– Ничего уже не поправить, – горько сказала Маргери. – Ничего уже не будет как прежде. Но я рада, что поговорила с тобой. Я знаю, ты не простишь меня, я… Я так жестоко тебя предала. Но я хочу, чтобы ты знала, как мне жаль. Не бывает и дня, чтобы я не пожалела о том, что сделала.

Сансе нечего было на это ответить.

Утром следующего дня ее разбудил телефонный звонок с незнакомого номера.

– Привет, пташка, – раздался хриплый голос. – Узнала?

Санса с трудом заставила себя заговорить, с ужасом сжав трубку побелевшими пальцами.

– Мистер Клиган? – слабым голосом спросила она. Из трубки раздался гавкающий смех.

– Пришло время отработать, пташечка. У тебя есть действующий паспорт?
 

Daena

Знаменосец
– Это наркотики? – Санса не сдержалась. Коробка так и приковывала ее взгляд.

– Это не твое дело, – ответил Пес, оскаливаясь. – И не суй в него нос, ясно? Если ты откроешь коробку, будь уверена, мы поймем.

Санса кивнула. Она не испытывала никакого желания лезть в эту коробку. Почти.

– Повтори, что ты должна сделать?

– Послезавтра я сажусь на утренний паром до Драконьего Камня. Я скажу, что еду по работе для колледжа. В Библиотеку Гессио Харратиса… По поводу Третьей Гискарской во…

– Да-да-да, без подробностей, ты привлекаешь внимание. – Пес закатил глаза, выруливая на ее улицу. – Дальше?

– На Драконьем Камне я нахожу фирму по прокату автомобилей… А, Сиракс, как дракон? Драконица Рейниры, ее убили в бунте в Королевской Гавани в…

– Неведомый тебе в глотку, заткнись, – прорычал он. – я же сказал тебе, без подробностей. Дальше.

Санса прикусила губу. Она сама не понимала, почему ей все время хотелось поделиться какими-то историческими фактами, например, что паромное движение до Драконьего Камня было открыто после Третьей Дрожи и последовавшего за ней финансового кризиса восемьдесят лет назад.

– Я нахожу «Сиракс» и беру там напрокат машину, будет записано на мое имя, сажусь на вечерний паром до Андалоса.

– М-хм, – кивнул он, останавливая машину.

– Я прохожу таможенный и паспортный контроль… Что, если они скажут мне открыть коробку?

– Не скажут, – он развернулся к ней.

– А если скажут? Что тогда? Мне выбросить ее за борт?

Он засмеялся своим жутким лающим смехом.

– Нет, пташка, ты будешь вести себя тихо и смирно, как послушная маленькая студенточка, ясно? Для этого ты нам и нужна, а не для того, чтобы ты привлекала к себе внимание, швыряя вещи за борт при таможенниках. Ты же не хочешь присесть в соседнюю камеру с твоим дядюшкой Талли?

– Мой дядюшка сидит в мужской тюрьме, – зачем-то сказала она, и Пес закатил глаза.

– Пташка, если мистеру Ланнистеру захочется, тебя посадят к мужчинам… Или его переведут к бабам, зависит от настроения мистера Ланнистера.

– Но если коробку…

– Да заткнись ты уже о коробке! – взревел он, и Санса вздрогнула, сжавшись. – Если ты только и будешь психовать о коробке, ее точно велят вскрыть, ясно? Поэтому напряги свою тупую тощую северную задницу и постарайся не привлекать к себе внимания, ясно, девка? Тебя в это дело отправляют за чистое досье, так не думай его пачкать, иначе ты нам больше будешь не нужна, понимаешь? А знаешь, что мы делаем с ненужными вещами?

Он держал ее сзади за шею, угрожающе шепча в ухо, и Санса судорожно сглатывала, сжимая пальцами колени.

– Я ясно выразился, пташка?

– Да, сэр, – кивнула она, зажмурившись.

– Не зови меня «сэр», – рявкнул он, отталкивая ее голову и разворачиваясь к рулю.

– Хорошо… Мистер Клиган.

– Всегда такая вежливая, пташка?

– Грубость делу не поможет, мистер Клиган.

– Ну не скажи, мне она всегда помогает. Ладно, проходишь паспортный контроль…

– Останавливаюсь переночевать в мотеле «Принц-оборванец», а утром еду в Пентос. Работаю в библиотеке, хожу по магазинам, живу там два дня. Там меня найдут и заберут коробку. Как я узнаю, что это правильный человек? А если я отдам коробку не тому? Если меня обманут?

– Да заткнись ты, ради Семерых. Никто тебя не обманет. Человек, который к тебе подойдет, сошлется на нашего общего друга.

– Которого? – Санса наморщила лоб.

– А у нас много общих друзей, пташка? Ты поймешь, когда услышишь имя.

Щекотун? Рафф-Красавчик? Арья? Хорошо, решила Санса, раз он так настаивает.

– Если в итоге коробку получит неправильный человек, то это будет ваша вина, ясно, мистер Клиган? Я хочу, чтобы мы с вами сразу это прояснили. Я честно старалась получить у вас побольше подробностей.

Он опять лающе рассмеялся.

– Пташка, а что, вокруг много свидетелей? Думаешь, мистер Ланнистер вызовет нас с тобой в суд и велит говорить под присягой?

Санса прикусила язык. Он был прав. Если она облажается, в итоге виноватой выставят ее, хотя, Семеро свидетели, она старалась как могла.

– Хорошо. – Сказала она. – Я провожу в Пентосе два дня, и возвращаюсь в Вестерос той же дорогой: паром до Драконьего Камня, возвращаю машину в «Сиракс», и на пароме до столицы.

– М-хм. Легко и просто, так ведь, пташка. И за все про все получишь тысячонку. Неплохо, а?

– Не считая расходов?

Он развернулся и уставился на нее.

– Мотель, машина, еда. Мне что, за все это из собственного кармана платить? Просто предупреждаю, что в моем кармане пусто, и поездку в Пентос я не потяну.

Он молчал, и она нервно продолжила.

– И я считаю нечестным тратиться на все это из обещанных мне денег. Я не просилась ехать в Эссос. Это вы мне приказываете. Поэтому, я считаю, что…

Он громко фыркнул и полез в карман, отсчитал несколько купюр.

– Вернешь остатки и чеки приложишь. Все, что не в чеке, будет вычтено из твоих бабок. Ясно?

Санса кивнула, нервно сжимая деньги.

– А теперь вали. Коробку прихвати, вот ведь дура, прости меня Неведомый!

Арья с сомнением оглядела коробку.

– Там точно наркотики, – решила она, но Бран покачал головой.

– Не знаю, как-то… Странно для наркотиков. Слишком открыто. Обычно наркотики же вроде глотают или еще что-то там…

– Никаких еще что-то там, – Санса прижала пальцами спинку носа. – Ладно. Я съезжу в Пентос, поработаю над заданием для Уэйнвуд и получу за это тысячу драконов. Что может пойти не так?

– Тебе перечислить?

– Не надо. – Санса выпрямилась и расправила плечи. – Сандор Клиган прав. Я просто студентка, которая едет в Пентос ради учебы. Я не делаю ничего плохого.

– Сандор Клиган, – Арья закатила глаза. – Почему ты никогда не зовешь его «Пес», как делают все?

– Это невежливо, Арья.

– А он сам невежливый, – напомнила Арья. – И ты называешь того типа Щекотуном, а этого мерзавца Раффа – Красавчиком. Чем Пес заслужил особое обращение?

Санса сама этого не знала.

– Потому что я не знаю настоящих имен Щекотуна и Раффа-Красавчика, – ровным голосом ответила Санса.

Очень многие фирмы на Драконьем Камне, узнала Санса, назывались по именам драконов или драконьих лордов прошлого. Взяв напрокат машину в «Сиракс», Санса заправилась «У Эйриона», пообедала в «Кабачке Балериона», приобрела журнал с кроссвордами в «Архмейстере Вейгоне», купила таблетки от морской болезни в «Пламенной Мечте», и проезжая мимо химчистки «Пречистая Дейнис», она уже хохотала в голос, утирая слезы. Не было ничего плохого в том, чтобы гордиться своим прошлым, но Семеро, как же это было смешно.

Но въезжая на паром, Санса больше не смеялась. Именно здесь ее должны были обыскать. На паспортном контроле Вестероса у нее просто проверили документы и спросили, сколько она везет наличными, но таможенники Республики Андалос были куда внимательнее. Ее попросили выйти из машины, женщина с выкрашенными в синее волосами обыскала ее, мужчина с собакой осматривали ее вещи.

– Госпожа, откройте пожалуйста эту коробку, – попросил мужчина, говоря с сильным валирийским акцентом.

Санса напряглась.

– Это подарок, – нервно сказала она, – подарок для знакомого моих друзей. Мне бы не хотелось его открывать. Может, просветите его этой вашей штукой, – она показала на металлоискатель в руках синеволосой женщины. – Мне бы правда не хотелось вскрывать упаковку.

Пентошиец строго посмотрел на нее, с сомнением покосившись на коробку.

– Вы знаете, что там внутри?

– Нет, но…

– Мисс Старк, вам разве не говорили, что нельзя передавать незнакомые вещи через границу? Если это нечто незаконное, вся ответственность ляжет на вас.

– Конечно, я понимаю, сэр, – Санса позволила проникнуть в голос раздражению, – но я уверена, что в коробке нет ничего дурного. Я бы не хотела нарушать упаковку…

– Госпожа, – сердито сказал он. – Откройте коробку.

Санса с трудом сглотнула, облизывая пересохшие губы, и начала нерешительно вскрывать коробку, с ужасом понимая, что следующую ночь ей предстоит провести в камере. Откинула крышку. И недоуменно уставилась внутрь.

Мужчина отобрал у нее коробку и вынул из нее отвратительного вида коричневую палочку.

– Что это, во имя Многоликого? – с отвращением пробормотал по-валирийски таможенник.

– Это колбаса из лосятины, – возмущенно ответила Санса, приободрившись. – Это деликатес. Деликатес с Севера. Невероятно вкусно. Традиции моей родины…

Собака с заинтересованным видом обнюхала коробку, и таможенник достал нож и разрезал колбаску пополам.

– Что вы делаете? – ахнула Санса. – Она стоит сто пятьдесят драконов за фунт!

Таможенник взрезал вторую колбаску вдоль по всей длине.

– А штраф за незаконный ввоз продуктов питания – двести драконов, мисс, – строго ответил мужчина, с отвращением вытирая руки, после того, как ничего не нашел в внутренностях колбасы. – В Андалос запрещено ввозить скоропортящиеся продукты, мисс Старк.

– Колбаса по северным рецептам – не скоропортящийся продукт! – убеждала Санса, возмущенно размахивая руками. – Ее делают так, чтобы она переживала долгие северные зимы! Она может храниться до десяти лет!

– Колбасные изделия любого вида без исключения входят в списки скоропортящихся продуктов, – раздраженно ответил таможенник. – Пройдите в кабинку, мы выпишем вам штраф.

– Я хочу поговорить с вашим начальством! – неприятным визгливым тоном воскликнула Санса, напоминая себе средних лет дам-посетительниц ее ресторана, которые всегда были недовольны абсолютно всем в этом заведении. – Это возмутительно! Вы уничтожили подарок моих друзей, испортили дорогой деликатес!

– Вы хотите, чтобы вас арестовали, мисс Старк? – угрожающе спросил таможенник, и Санса заткнулась. Ее увели в кабинку, и она заплатила штраф, но все же для вида поспорила – на нее пялились двое мужчин, которых тоже за что-то задержали, они хихикали, перешептываясь и показывая на нее пальцами, но Санса гордо прошла мимо них.

Она села в машину и с облегчением выдохнула. Но тут же напряглась снова. Что же это такое было?

Санса лежала, уставившись в потолок. За окном ее номера был бассейн, и отблески фонарей от воды мелькали на потолке, и Санса завороженно следила за игрой огоньков.

Климат в этой части Андалоса не отличался от Королевской Гавани, погода была в точности как на Драконьем Камне, разница во времени тоже была всего один час, так что разумом она понимала, что не могла говорить о акклиматизации, но… Она была в чужой стране, она была одна, и она не могла заснуть.

В детстве Санса всего раз была в Эссосе – когда они всей семьей ездили в Лис на какую-то конференцию, в которой участвовал отец, но Санса мало что помнила, кроме экзотической еды, на которую жаловался Джори Кассель, говоря, что в лиссенийских ресторанах Вестероса было намного вкуснее – Санса помнила, как мама смеялась, пересказывая эти слова папе, кроме музеев и парка развлечений, который ей показался тогда намного роскошнее парка в Королевской Гавани.

Обычно в отпуск родители ездили домой, в Винтерфелл… Санса с семьей почти всю свою жизнь жили прожили в столице, у Старков был в столице особняк, который принадлежал им несколько поколений, но когда Старки говорили «едем домой», это всегда значило в Винтерфелл. Конечно, когда дети подросли, им захотелось ездить в другие места, и родители возили их кататься на лыжах в Долине, они ездили купаться в море на Арбор, а одно лето их едва не довели до слез музеи Староместа… Но потом они все равно уезжали домой, в Винтерфелл.

Санса повернулась набок, стараясь уснуть. Да, климат был тот же, что в Королевской Гавани, но запахи были другие, другой была еда, другим был язык, на котором переговаривались проходившие мимо ее окна подвыпившие соседи, даже розетка и смеситель в ванной комнате были другими, напоминая ей, что она в чужой стране, и она не понимает, что здесь делает.

Дурацкая история с колбасой совершенно выбила ее из колеи. А еще больше она испытывала злость, понимая, какой дурой себя выставила на пароме. Если это была идиотская шутка Пса…

Проблема была в том, что это не могла быть шутка. Никто не станет платить тысячу драконов плюс расходы просто чтобы какая-то глупая девчонка выставила себя глупой девчонкой перед таможенниками чужой страны. Даже такой богач как Тайвин Ланнистер. В особенности Тайвин Ланнистер.

Санса ворочалась. Допустим, она ничего не должна была ввозить в Эссос. Ей нужно было что-то привезти. Но почему Клиган не сказал ей об этом? Зачем подсунул ей эту коробку, все напоминал, чтобы она ее забрала, чтобы не заглядывала внутрь, пугал ее…

Ну конечно…

«Если ты только и будешь психовать о коробке, ее точно велят вскрыть, ясно?»

Коробка была просто для отвода глаз. Чтобы привлечь внимание к ее нервозности из-за коробки и отвлечь. Санса должна была так переживать из-за контрабанды в коробке, что таможенники должны были обратить на это внимание – и отвлечься от чего-то другого. Но от чего?

Санса вскочила на ноги и достала из шкафа сумку с вещами, выворачивая на пол все содержимое, прощупывая каждый шов, каждую вещь, но уже понимая, что это не то. Вряд ли они что-то подложили бы в ее вещи, рискуя, что она может это найти. Но что тогда?

– Дура! – вслух обругала она себя, понимая. Машина. Машина, которую ей велели взять в указанной фирме. Что бы она не провезла в Эссос, это было в машине.

Несколько минут, а может быть целый час, Санса уговаривала себя, что она не хочет знать, что там было. Что бы это ни было, ей же будет лучше, если она просто не поймет. Ей же будет лучше, что теперь, когда ей не нужно заботиться ни о каких дурацких коробках, ей просто стоит насладиться Пентосом, поработать в библиотеке с томами о Гискарских войнах, которые библиотека еще не успела оцифровать, и тем самым утереть нос Анье Уэйнвуд, наесться вдоволь пентошийского печенья, которое в Королевской Гавани продают по три дракона за пачку, купить братьям и сестрам сувениры в подарки на День Семерых, может купить какие-нибудь детские вещи для ребенка…

Просто отдохнуть в Пентосе, и спокойно вернуться домой.

Конечно же, она понимала, что ни о каком спокойствии и речи идти не могло.

Санса посмотрела в смартфоне, как по-валирийски было «фонарь» и пошла к стойке регистрации.

Санса довольно быстро обыскала бардачок и багажник, и теперь с сомнением разглядывала мотор – обычно ее старенький «грамкин», когда он начинал чихать, осматривал Джендри – если тут было что-то лишнее, вряд ли она могла это увидеть. Тем более, что таможенники точно также заглядывали под капот и осматривали днище с зеркалами.

Санса захлопнула капот и присела на корточки перед машиной. Был ли смысл под нее лезть? Тем более, Джендри обычно использовал какие-то салазки, чтобы въезжать под машину, и лезть в пыль и грязь ради неведомо чего Сансе не хотелось. Она все же прилегла и посветила фонарем под дно.

– Человек не советует девушке туда залезать.

Санса взвизгнула, ударилась головой и шепотом выругалась. Она вскочила на ноги и отбежала в сторону, угрожающе выставив перед собой фонарь.

На нее с усмешкой смотрел мужчина с странно выкрашенными волосами, по эссоской моде – наполовину в рыжий, наполовину в белый цвет.

– У девушки сломалась машина? – спросил он. – Человек советует позвонить в мастерскую.

Санса настороженно смотрела на него. Она не слышала звука мотора, значит он пришел пешком. Что он делал на автостоянке в два, нет, в три часа ночи?

– Кто вы такой? – нервно спросила она, оглядываясь в сторону мотеля.

Он ласково улыбнулся, но от этого стало только страшнее.

– Девушка не хочет идти спать?

– Девушка хочет, чтобы вы ушли. – Только в этот момент до Сансы дошло, что он говорил с ней на общем языке. Она подняла телефон. – Я позвоню в полицию. Убирайтесь.

Он смотрел на нее, молча улыбаясь, и сделал шаг вперед.

– Разве этого захочет общий друг человека и девушки?

Санса осеклась.

– Простите? Какой общий друг?

– Разве у человека и девушки много общих друзей? – он шагнул еще ближе, и Санса быстро отступила, готовая бежать, но он не подошел к ней. Машина Сансы пискнула, открывая запор, и Санса настороженно посмотрела на ключи в своей руке – она точно ничего не нажимала. Человек, не глядя на нее, распахнул дверь машины.

– Эй! Стойте! Что вы делаете? Это моя машина! Отойдите немедленно!

Он улыбнулся ей, заглянул в салон, перегнувшись через пассажирское кресло к заднему сиденью и порылся в чем-то там, а потом выпрямился снова, держа в руке сверток. Санса застыла, с ужасом глядя на него.

Мужчина обошел машину и подошел к ней вплотную, Санса стояла, глядя на него, словно кролик на удава. Он ласково провел пальцами по ее щеке и убрал за ухо волосы.

– Девушка пойдет спать. Девушке все приснилось. И девушка не будет рассказывать своих снов.

Санса отшатнулась от него и оглянулась на машину. Мужчина приподнял руку, показывая черный брелок, нажал на кнопку, и раздался звук включаемой сигнализации. Санса снова оглянулась на человека и нервно кивнула. Он улыбнулся и пошел прочь, и вскорости он пропал в темноте.
 
Последнее редактирование:

Насмешница

Межевой рыцарь
это совершенно потрясающе. пока сколько-нибудь раскрыты Санса и Маргери. И в искренность Маргери я не верю. Скорее уже схему какую с подставой Сансы под плюхи Джоофа накидала в уме.
СанСан - всегда хорошо, но наличие эмоций/напряжения между героями вовсе не равно ХЭ. тут. а почему не ЯкенСан? раз уж Арьюшка с темы соскочила.
колбасно-машинная история контрабанды прелесть правдоподобна.
начало завлекательнейшее.
 

ASvora

Наемник
Я как-то совсем не понимала, как можно писать по чему-то средневековому Modern-AU, а тут прочла и даже втянулась. Интересно получается)
 

Daena

Знаменосец
это совершенно потрясающе. пока сколько-нибудь раскрыты Санса и Маргери. И в искренность Маргери я не верю. Скорее уже схему какую с подставой Сансы под плюхи Джоофа накидала в уме.
СанСан - всегда хорошо, но наличие эмоций/напряжения между героями вовсе не равно ХЭ. тут. а почему не ЯкенСан? раз уж Арьюшка с темы соскочила.
колбасно-машинная история контрабанды прелесть правдоподобна.
начало завлекательнейшее.
Спасибо.
Честно признаюсь, начинала фик, думая, что смогу и пов Арьи, но пока она вообще никак мне не удается, просто не рисуются с ней в голове картинки. Возможно, в итоге весь фик может быть с пова Сансы, пока не представляю.
 

Daena

Знаменосец
Я как-то совсем не понимала, как можно писать по чему-то средневековому Modern-AU, а тут прочла и даже втянулась. Интересно получается)
Честно признаюсь, я люблю модерн-аушки, правда мне нравится, когда они по возможности больше приближены к канонному миру, ну, насколько можно.
 

Daena

Знаменосец
Санса сидела в машине, уронив голову на руль. Она невыносимо устала. Она никогда не водила машину так долго, их старенький грамкин обычно водила Арья, это она любила водить – и бить – машины, именно так она и познакомилась с Джендри, сама же Санса не испытывала от вождения никакого удовольствия, и Санса не могла дождаться, когда наконец вернется к этим мошенникам в «Сиракс» и вернет им их контрабандную машину, ключи от которых они раздают всем возможным крашеным проходимцам.

Санса составляла в голове отзыв, который она могла бы оставить на их странице в сети: «Быстрый и безукоризненный сервис, разумные цены, машина в хорошем состоянии, одно но – тайники под задним сидением, в которые лазают эссосцы с сомнительным вкусом в прическах. Снимаю за это три звезды». Санса хихикнула. Если бы. Во всяком случае, она хотя бы постарается как следует прожечь блондинку на регистрации взглядом. Выехав с парома, она подъехала к «Дженне-Оборванке», единственное в поле зрения кафе, или скорее это был паб, который назывался не в честь дракона или драконьего владыки. Санса решила, что стоит поддержать предприятие, выбивающееся из стереотипа.

– Мисс Старк! – вдруг услышала она женский голос. За ее машиной остановилась другая, черный тессарион, и у Сансы упало сердце, когда она заметила за лобовым стеклом синий фонарь полицейской сирены. Темноволосая коротко стриженная женщина шла к ней, держа открытым удостоверение со значком, и за ней шел мрачный мужчина неопределенного возраста. – Детектив Грейджой, это детектив Хорп. Мы можем с вами поговорить?

– В участке? – переспросила готовая к худшему Санса, но Грейджой покачала головой, усмехнувшись.

– Ну что вы, к чему так сразу. Вы собирались пообедать? – она указала на «Дженну-Оборванку». – Не против, если мы к вам присоединимся?

Сансе очень хотелось сказать, что она против: полицейские – сомнительного качества приправа к еде, но… Что уж тут было поделать.

– Да, конечно, почему бы и нет?

Санса вздохнула, вспомнив события много лет назад. Ее тогда допрашивали детективы Трант и Блаунт, омерзительные типы, грубые и злобные, постоянно давили на нее так, словно считали, что и она была задействована в мошеннической схеме, в которой обвиняли ее отца. Еще она помнила окружного прокурора Слинта, иногда он снился ей в кошмарах…

Санса присела, сложив перед собой руки, внимательно разглядывая сидевшую перед ней женщину. Она подумала, что несмотря на обветренное и неухоженное лицо, женщина была моложе, чем ей в начале подумалось, скорее всего, едва за тридцать. Она не была красавицей – тощее острое лицо, крупный нос, но у нее были красивые глаза, и когда она улыбнулась, ее лицо осветилось, как лучом солнца.

– Вы ведь не против, если разговор будет записан? – спросила она, поставив перед собой диктофон. Санса с сомнением покосилась на машинку.

– На Драконьем Камне требуется обоюдное согласие на запись? – уточнила она.

– Нет, – жестко ответил детектив Хорп. – Так что вашего согласия не требуется. – И он сердито посмотрел на Грейджой. Та и бровью не пошевелила, продолжая смотреть на Сансу.

– Что ж, раз уж моего согласия не требуется, я его и не даю.

Детектив Грейджой прищелкнула языком, скорчила гримаску «ну, раз уж так», и включила диктофон.

Санса раздраженно вздохнула.

– Что вы хотели узнать, детектив Грейджой?

– Вы только что вернулись из Пентоса?

– Технически говоря, я вернулась из Порта-Андалос. Он в ста милях от Пентоса, там находится причал Парома-Через-Узкое Море, построен восемьдесят лет назад совместным консорциумом Баратеонов и Несторисов, население десять тысяч человек, в основном рыбаки работники гостеприимного бизнеса. – Грейджой вскинула брови, и Санса пояснила. – Это было в памятной брошюре на пароме. Да, в основном я была в Пентосе.

– Вы могли это сразу сказать.

– Подумала, что вашему диктофону понадобится хоть какая-то ценная информация. – Санса сама себе изумлялась, но ей почему-то смертельно хотелось нахамить этой дамочке – этим полицейским. Она помнила весь тот год после смерти отца, когда их допрашивали снова и снова, и снова, и не верили ни единому их слову, продолжая допрашивать, давить, ловить на словах, постоянно пытаясь загнать их в ловушку. Именно такой вид и был у этой парочки, явно настроенных играть в хорошего и плохого полицейского, такая участливая и милая улыбчивая детектив Грейджой, и злой и грубый детектив Хорп.

– Мисс Старк, – включился он в игру, – неуважение к представителю закона является преступлением, и мы можем предъявить вам обвинение.

Санса как можно слаще улыбнулась, напоминая себе, что включен диктофон. Она на всякий случай достала телефон и поставила его перед собой, включив аудиозапись, продолжая радостно улыбаться полицейским.

– Ну что вы, детектив Хорп. – Пропела она. – Я с искренним и бесконечным почтением отношусь к силам закона и порядка. Я внимательно вас слушаю и готова ответить на любые ваши вопросы.

И снова она вспомнила себя тогда, много лет назад. Как она старалась тогда им угодить. Как послушно себя вела, повторяла все, что ей говорили повторить, говорила все, что они хотели от нее услышать. Хорошая, кроткая, послушная девочка. Если ты будешь хорошей, все в твоей жизни будет хорошо. Полиция во всем разберется, это их работа, это их долг, просто будь хорошей и послушной девочкой.

Они ни в чем не разобрались. Все это было ложью, но им не было дела. Им просто хотелось заявить, что они разгадали великое дело, запятнали имя великого человека. Им не было дела до хорошей девочки, которая была его дочерью. Хорошие и плохие полицейские, все они в итоге оказались плохими.

Грязные животные.

Санса не стала бы им помогать, даже если бы не была грабительницей и контрабандисткой.

– Мисс Старк, – детектив Грейджой улыбалась, как модель рекламы дантиста. – Я слышала, вы занялись контрабандой?

Санса сжала под столом свое колено, изо всех сил стараясь сохранить самое спокойное выражение лица.

– Да. Здравоохранению Андалоса едва не был нанесен урон скоропортящейся колбасой. Надеюсь мои двести драконов пойдут на благое дело.

Детектив Грейджой рассмеялась, а детектив Хорп еще больше нахмурился.

– Вам не следует столь легкомысленно относиться к нарушению законов, мисс Старк.

– Я заплатила штраф. Отдала свои долги обществу. Или провоз колбасы в Андалос теперь столь тяжелое нарушение? Может какой-то новый закон Севера, о котором я не слышала? Вывоз северной колбасы – столь тяжкий проступок, что им занимается полиция Драконьего Камня?

Детектив Грейджой ласково улыбнулась.

– Мы из федеральной полиции, мисс Старк.

– О, – Санса подобралась. – Тем более. Как это прекрасно. В Вестеросе уже не осталось других преступлений?

– Мисс Старк, – спросила Грейджой. – Зачем вы ездили в Пентос?

– В библиотеку Гессио Харатиса. – Детектив Грейджой приподняла брови, и Санса продолжила. – Я пишу работу по Гискарским войнам. Я изучаю историю, специализируюсь на Империи Гиса. Если наберу высший балл, может даже попаду в экспедицию на раскопки в Заливе Свободы.

– Мне казалось, библиотека Красного Замка – одна из лучших в мире. Разве там недостаточно информации?

– В Пентосе хранятся еще не оцифрованные оригиналы трудов Саланора Асшайского. Я могу показать вам снятые мною копии, – Санса указала на телефон. – Правда, они на высоком валирийском.

– Я говорю по-валирийски.

– Современный валирийский сильно отличается от того языка.

– А вы знаете тот язык?

– Могу на нем читать, – не смутилась Санса. «Ты не подловишь меня, ведьма».

– Сколько вы уже изучаете историю Гиса, мисс Старк?

– Два года.

– А раньше вы уже ездили в Эссос в их библиотеки?

– Это было необязательно, – Санса была непоколебима. – Как вы уже говорили, библиотека Красного Замка – одна из лучших в мире.

– Кому вы должны были доставить колбасу? – резко спросил вдруг детектив Хорп.

Санса смешалась.

– Простите?

– Колбаса. Которую у вас отобрали на таможне. Кому вы должны были ее доставить?

– Хм. – мысли Сансы побежали, словно лошади, рванувшиеся по сигналу. – Знакомому моих друзей.

– И вы встретили его в Пентосе? Он был очень расстроен?

– Нет. Я предупредила друзей, что колбасу отобрали, так что мне уже не было нужды с ним встречаться.

– Кто были эти ваши друзья?

– Какое это имеет значение?

– Просто хотелось бы знать, ради кого такая милая девушка как вы согласились на преступление, – ядовито сказала Грейджой, и Санса фыркнула.

– Это не было преступление. Меня просто попросили передать подарок. Я и представления не имела, что там находится такая опасная и запрещенная колбаса, – Санса позволила себе добавить в голос нотки сарказма.

– И все же, кто именно были эти друзья?

– Я предпочту не говорить.

– Мисс Старк, лгать представителям закона – преступление.

– А я не лгу. Я просто не говорю. Считаю, что это не имеет значения.

– И все же.

Санса мучительно искала выход.

– Я не знаю этих людей.

– Но вы сказали, что это были ваши друзья.

– Это были друзья моей сестры. Они узнали от нее, что я еду в Пентос, и попросились передать через меня гостинец.

– Значит, имя этих друзей мы можем узнать от вашей сестры?

– Именно так.

Грейджой и Хорп переглянулись, и Хорп раскрыл лежавшую перед ним папку.

– Мисс Старк, посмотрите на эту фотографию.

Санса почувствовала, как кровь отливает от ее лица. На фотографии была она, у машины Сандора Клигана. Клиган был повернут затылком к снимавшему, лицом к Сансе, которая придерживала рукой открытую дверь.

«Коробку прихвати, вот ведь дура, прости меня Неведомый».

На следующей фотографии Санса стояла с коробкой в руках, дверь машины была уже закрыта, а Пес сидел развернувшись лицом к дороге.

– Вы везли коробку от знакомых вашей сестры?

Санса замешкалась, но тут же собралась.

– Нет, из ресторана, в котором я работаю. Моя сестра принесла мне коробку туда ранее тем днем.

Хорп и Грейджой снова переглянулись, и Санса начала быстро соображать, что она скажет, если у них окажется фотография, где она идет к машине Пса без коробки.

Но они промолчали.

– Мисс Старк, кто этот человек, в машине которого вы приехали?

– Это мой знакомый.

– Просто знакомый?

– Совершенно верно.

– И где именно вы познакомились?

– В супермаркете.

Детективы заметно удивились. Такого ответа они не ожидали. Они уставились на нее, ожидая продолжения, но она молчала.

– То есть, вы познакомились с ним в супермаркете? – уточнила Грейджой.

– Я там делала покупки.

– А он там работал?

– Нет, он тоже делал там покупки.

Они снова переглянулись, и в дело вступил Хорп.

– И какие же у вас отношения с этим… партнером по шоппингу?

– Иногда он подвозит меня с работы, не более того.

– Он ваш любовник, мисс Старк? – прямо спросила Грейджой, и Санса оторопела. Несколько секунд она открывала и закрывала рот, и наконец выдавила.

– Детектив Грейджой, это очень неприличный вопрос.

– Полиции свойственно задавать неприличные вопросы.

– Что ж, отвечу – нет я не состою с мистером Клиганом в романтических отношениях.

Хорп фыркнул.

– Клиган ни с кем не состоит в романтических отношениях. Он просто трахается.

– Детектив Хорп! – Санса едва не взвизгнула. – Я попрошу вас воздержаться от подобных выражений!

Детектив Грейджой едва сдерживала хихиканье.

– Простите, мисс Старк, мы в полиции как-то отвыкли от куртуазности. Но вернемся к делу. Значит, вы утверждаете, что мистер Клиган – просто ваш друг, который иногда вас подвозит с работы?

– Совершенно верно, детектив.

– Мисс Старк, уж простите, что нам тяжело вам поверить. Этот ваш друг, который подвозит вас с работы, связан с незаконной деятельностью и преступными махинациями. Так что позвольте уж нам усомниться, что он просто подвозит вас по доброте душевной.

Санса смотрела на них не мигая.

– У вас есть доказательства? Доказательства его вины? Тогда почему он не в тюрьме?

– Доказательства мы соберем, уж не волнуйтесь. Рано или поздно он присядет на нары, и вам придется таскать посылки еще и ему, кроме дядюшки, – Хорп неприятно ощерился, и Санса подобралась.

– Мистер Клиган, – холодно начала она, – ветеран Дорнийской Войны, проливавший кровь за нашу страну, отмеченный боевыми наградами. Это отвратительно с вашей стороны, поливать грязью героя и патриота.

Про себя она сказала спасибо Брану, сумевшему найти информацию о Псе на сайте группы ветеранов из Западных Земель.

Грейджой усмехнулась, и ее лицо приняло злобное выражение.

– Бросьте, мисс Старк. На меня и Хорпа эта патриотическая мастурбация не подействует. Мы сами ветераны. Клиган служил и был ранен, хвала ему за это, но отслужив, он занялся темными делишками, и рано или поздно мы его поймаем. И вам было бы лучше не связываться с этим человеком. Он не принесет вам ничего, кроме зла. Я вас уверяю. Поэтому я прошу вас, как следует обдумайте свое поведение. Поверьте, если вам есть, что рассказать, пожалуйста, обратитесь к нам. Ко мне, к детективу Хорпу, – она протянула через стол визитку, и когда Санса не взяла ее, просто бросила ее перед ней. – Мы ведем расследование, мисс Старк. Расследование дела Ланнистеров. Всех дел Ланнистеров, – она сделала ударение на слово «всех». – Генеральный прокурор Баратеон намерен положить конец их организации…

– Станнис Баратеон? – Санса нахмурилась.

– Совершенно верно. Генеральный прокурор лично курирует расследование, в том числе заново открытое дело вашего отца.

Санса почувствовала, что не может дышать.

– Генеральный прокурор Баратеон уверен, что дело вашего отца велось не достаточно качественно, и он намерен сделать все возможное, чтобы перевернуть каждый камень, но узнать правду и, если это возможно, очистить имя Эддарда Старка. Ему было бы очень неприятно узнать, что дочь Старка работает на Ланнистеров.

– Я не работаю на Ланнистеров, – язык Сансы был тяжелым, как камень.

– Сандор Клиган работает. Не связывайтесь с ним, с врагами вашей семьи.

Санса некоторое время молчала, уставившись на нее, и тут она поняла, что ей с самого начала не давало покоя, и упоминание Станниса Баратеона подтолкнуло ее память в нужном направлении.

– Детектив Грейджой, ваш акцент… Вы с Железных Островов? Не из пайкских ли Грейджоев?

– Это не ваше дело… – начал было Хорп, но детектив остановила его, подняв руку.

– Ричард прав, вас это не касается, – твердо сказала Грейджой, – но да, я родом с Пайка. И что же?

– Просто показалось забавным. Ведь именно вы сейчас работаете на врага вашей семьи.

Грейджой явно вскипела. Сжав зубы, она придвинула к себе диктофон, выключая его.

– Так, я понимаю, что по-хорошему с вами договориться не получается. Но я все же постараюсь еще раз достучаться до вас. Мисс Старк. Если у вас есть проблемы, вопросы, какая-то информация, прошу вас связаться со мной или детективом Хорпом, или обратиться в приемную генерального прокурора. – Она встала из-за стола. – Сделайте это, пока вы не завязли слишком глубоко.

Когда детективы ушли, Санса выдохнула и обессиленно осела в кресле. Она протянула руку и подняла телефон, быстро находя в контактах Арью. Она начала было набирать слова, но тут же остановилась. Полиция следила за Клиганом, похоже, что следила за ней. Может ли быть, что они уже прослушивают ее телефон или читают их переписку? Санса вдруг с ужасом вспомнила, как в деталях описывала Арье и Брану историю на пароме… Какое счастье, что она догадалась не сообщать им, что случилось на стоянке.

«Девушка не будет рассказывать о своих снах» – вспомнилось Сансе, и Санса решилась. Она не будет рассказывать о странном эссоссце брату и сестре. Для них же это будет безопаснее.

Официант, до этого с подозрением ее разглядывавший, подошел к ней, чтобы принять ее заказ, и Сансе уже совсем не хотелось есть, но она заставила себя выбрать что-то из меню. Ей срочно надо было решить, что делать дальше, но она не собиралась ничего предпринимать сейчас, пока Грейджой и Хорп, наверняка, наблюдают за ней.

Нет, дальше она поступит, как и собиралась до этого. Перекусит здесь, поедет на набережную и отдохнет в приморском парке, купит игрушечного дракона в подарок Эльмо, сдаст машину этим мошенникам в «Сиракс» и поедет домой.

Обо всем остальном она подумает потом. Они с Арьей придумают, какие именно друзья передали ей коробку. Она скажет Клигану, что они с ним познакомились в супермаркете, и предупредит, что за ним следит полиция. Она…

Санса чуть не застонала в голос. «О чем ты только думаешь, дурища?» Почему, почему она вела себя как прожженная преступница, пытающаяся сбить со следа полицию? Почему просто не позвонить по телефону на оставленной ей визитке, не вернуть сюда Грейджой и Хорпа, не рассказать им все? Они полицейские, они смогут ей помочь, они, или Станнис Баратеон…

Санса вспомнила Станниса, его строгий, неумолимый взгляд: он смотрел на нее тогда, как на какое-то насекомое, словно она что-то украла у него или убила, он всегда на всех так смотрел, подумала она, но в тот день ей особенно был неприятен этот взгляд. Взгляд самодовольного, упивающегося своим благонравием ханжи – так его называл дядя Роберт. «Станнис считает себя лучше всех, что он единственный святой в этой стране, а все кругом него преступники. Дай ему волю, и он всех в этой стране пересажает, и нас с тобой, Нед, первыми».

Станнис приходил тогда не как прокурор, она помнила, что это было первое, что он ей сказал: что это дело вне его юрисдикции, что он прибыл, как частное лицо, и Санса тогда все пыталась ему объяснить, рассказать, как ужасно все было, как отвратительно с ними обращалась полиция, что отец ни в чем не виноват, что это все какая-то ужасная ошибка, но он не слушал ее, нетерпеливо отмахиваясь.

«Мисс Старк, – наконец перебил он ее. – Ваш отец писал мне, что собирался передать мне какие-то документы. Что это что-то важное, и я должен это знать. Что-то о том, что он собирался, но не успел передать моему покойному брату. Вы не знаете, что это было?»

И Санса вспомнила, как она тогда осеклась и поняла, что это было единственное, что его интересовало. Не ее и ее семьи несчастье, не беззаконное поведение полиции, не подложное дело ее бедного отца – нет, только какие-то важные для него документы… Какое дело ей было, Неведомый его побери, до этих дурацких документов, когда ее родители мертвы, а Винтерфелл уходит с молотка?

– В седьмое пекло Станниса Баратеона, – прошептала она себе. – И его, и этих детективов, и всю эту проклятую полицию.

Он намерен положить конец Ланнистерам? Ну и пусть старается. Но Санса не собирается ему ни в чем помогать. Ланнистеры, Баратеоны, Аррены, все они одним миром мазаны, все одинаковые, насквозь прогнившие лжецы и эгоисты. Все они достойны друг друга, и была бы воля Сансы, она отплатила бы им всем.

Вот только сейчас ей было нужно выживать. Арья, Бран… Если она пойдет в полицию, пострадает не она одна, они тоже. Рикон… Что ждет его? Робб и Джон, стольким пожертвовавшие для них. Если она пойдет в полицию и признается, то их репутации точно наступит окончательный конец, а так… Ланнистеров не могли поймать уже много лет, наверняка не поймают и теперь.

Санса увязла, увязла, ввязавшись в эту глупую авантюру, и увязла глубже, когда пошла на это дело в Эссосе… Что же, будь что будет. Она продолжит делать то же, что и раньше. Выживать.
 

Насмешница

Межевой рыцарь
да, гайки вокруг Сансика закручивают все туже. очень интересно, как она будет выживать)
 

Daena

Знаменосец
Звонок раздался среди ночи, и Санса в ужасе подскочила в кровати. В трубке раздался хриплый голос Пса:

– Одевайся, пташка, и спускайся вниз. Я буду через десять минут.

Несколько секунд Санса недоуменно смотрела в телефон, разглядывая новый незнакомый номер, но тут же вскочила и рванулась к шкафу. У зеркала она остановилась и внимательно посмотрела на себя.

Живот был уже заметен. Скорее всего, пока всем будет казаться, что она просто поправилась, но… Санса потрясла головой. Не время было об этом думать.

Она быстро натянула тренировочные брюки, набросила куртку, собрала волосы в растрепаный пучок и на цыпочках выбралась из квартиры. Через несколько минут стояния у подъезда, подъехала машина Пса. Санса забралась на заднее сидение и со злостью уставилась в затылок Клигана.

– Что? – просто спросила она.

– Документы взяла? – спросил он, трогаясь.

– Да, – сердито ответила она, она так и знала, что им зачем-то понадобилось ее пока что (ненадолго уже, судя по всему) чистое досье.

– Зря, – ответил он к ее удивлению. Он порылся в бардачке и бросил ей через плечо кошелек. – Сумку свою оставишь со мной, вместе с телефоном. Это пока посмотри.

Санса раскрыла кошелек и обомлела. Это были водительские права, и там была ее фотография, но… «Алейна Стоун», родом из Королевской Гавани, двадцать шесть лет, официантка.

– Двадцать шесть лет? – возмутилась она.

Пес только многозначительно посмотрел на нее в зеркало заднего вида. Санса недовольно фыркнула, разбирая кошелек дальше – документы и страховка на двенадцатилетний «корбрей» («не волнуйся, машина как новенькая, внутренности лично перебирал» – успокоил ее Пес), карточка социального страхования. Санса включила фонарик на телефоне, чтобы повнимательнее разглядеть фотографию.

– У меня никогда не было такой прически, – удивилась она. Пес завернул за угол и остановился.

– Парни в фотошопе подрихтовали, – сказал он и обошел машину, открывая ей дверь. Санса удивленно вскинула брови, и Пес фыркнул. – Ну раз уж я теперь твой гребаный друг по супермаркету, придется соответствовать.

Санса захихикала. Когда она пересказала Клигану историю о детективах, он сначала долго и неприлично ржал над тем, что она о нем им заявила. Потом долго и непристойно на нее орал, за то, что они с Браном рылись в его истории, а потом снова вцепился руками в ее затылок и захрипел, угрожая ей на ухо. Вот только Санса заметила, что эффект от этого уже пропадает. Последние его слова о том, как он ей голову двумя пальцами раздавит, она слушала едва не закатывая глаза.

Она все еще понимала, что он опасен. Просто она устала бояться.

Она вошла вслед за Псом в какой-то бар через заднюю дверь, и он провел ее в кабинет и расселся за столом с хозяйским видом. Санса оглядела обстановку: голые стены, серая, безликая мебель, на которой не было ни пылинки, это больше напоминало казарму, чем кабинет хозяина бара. Разве что вряд ли в мусорной корзине казармы на виду лежали бы пустые бутылки пива.

С другой стороны, казармы Санса видела только в кино и новостных передачах.

Пес бросил ей через стол ключи от машины, порылся в ящике и достал телефон.

– Свое барахло оставишь здесь, потом заберешь. В навигаторе забит адрес.

Через полчаса Санса сидела в корбрее, выруливая на удивительно заполненную машинами для трех ночи улицу. «Алейна Стоун», – думала она. «Меня зовут Алейна Стоун». Она старалась не думать о задании, которое дали Сансе Старк. Ее звали Алейна Стоун, и она ничегошеньки не знала ни о какой Сансе Старк и о ее задании. Санса глянула на себя в зеркало. После препирательств Пес позволил ей взять с собой сумочку («женщина без сумочки вызовет подозрения, мистер Клиган») и перед отъездом она на скорую руку навела макияж в полутемном салоне машины. Глаза она подкрасила чуть гуще обычного, и она была зла на себя, что у нее не было другой, более яркой помады, которой накрасилась бы официантка Алейна Стоун, родом из Королевской Гавани. Волосы она собрала в высокий хвост на макушке, навроде того что носила Арианна Мартелл, не хватало только серег кольцами. «Если бы он предупредил меня раньше… Меня никто не предупреждал. Меня зовут Алейна Стоун».

Когда до места назначения оставались считанные футы, за ней пристроилась полицейская машина и посигналила ей. Санса припарковалась у обочины, вцепившись обеими руками в руль. Из машины вышел полицейский и медленно пошел к ней, и Санса вспомнила свой план и быстро достала из кармана жевательную резинку, наскоро разжевывая ее.

– Что-то случилось, офицер? – спросила она, опустив стекло. Она равнодушно посмотрела на полицейского, жуя резинку.

– Ваши документы, мисс.

Алейна Стоун скорчила рожицу и потянулась за сумочкой, извлекая из нее водительские права.

– Что вы делаете на улице так поздно, мисс?

– А что, у нас комендантский час, офицер? – Алейна чуть растягивала гласные, как говорили обычно жители Блошиного Конца.

– Нет, мисс, просто рутинная проверка. Так все-таки, что вы делаете так поздно?

– Еду к своей подруге ночевать. Мы с моим парнем разосрались.

– Вот как?

– Ага. Скотина, – и Алейна надула и лопнула пузырь. – Так я могу ехать дальше? Моя подруга меня ждет. Мы с ней сегодня нажремся-я-я…

Полицейский фыркнул.

– Пожалуйста, выйдете из машины и откройте багажник.

– А что такое ваще? Че тут у вас за дела? – Алейна с любопытством огляделась. – Таможню что ли поставили?

– Мисс…

Алейна закатила глаза и вышла из машины. Полицейский на секунду замер, оглядывая ее с ног до головы, задержав взгляд на совсем немного выдающемся животе.

Алейна обошла машину и открыла багажник. Там не было ничего, кроме запаски. Полицейский посветил фонарем в кабину:

– Откройте бардачок.

Санса послушно его открыла, и полицейский поморщился, глядя на полусъеденный сэндвич и пакет с картошкой фри.

– Вашу сумочку, мисс?

– Да что такое ваще, – Алейна открыла и протянула ему сумочку, возмущенно пыхтя.

Полицейский быстро осмотрел сумочку и вернул ее, глядя на нее с осуждением.

– Вам лучше бы не пить сегодня, мисс. Для безопасности вашего ребенка.

– А вы что, моя мать? – огрызнулась Алейна, садясь в машину.

– Можете ехать, мисс.

Алейне нужно было проехать буквально пару ярдов, и она была у дома, к которому ехала. Она припарковала машину напротив и двинулась к входной двери. У порога стоял мужчина, который шагнул к ней:

– Куда?

– А тебе какое дело? – подбоченилась Алейна.

– Порядок такой. – он посмотрел ей за плечо, и Алейна обернулась. Полицейский никуда не уехал, он стоял и смотрел ей в след, и когда Алейна обернулась, он резко отвернулся.

– Меня тут легавые уже проверяли, – помахала рукой Алейна. – Я к Белле Риверс, 37Б. Она предупреждала, что вы тут совсем все спятили.

Мужчина фыркнул и шагнул в сторону, пропуская ее к двери. Алейна быстро прошла к лифту и нажала кнопку третьего этажа.

– Белла, ты там спишь что ли, открывай давай, – Алейна громко барабанила в дверь, и дверь наконец открылась. – Ну наконец-то! – Алейна двинулась вперед, крепко обнимая открывшую ей дверь черноволосую девушку, словно давнюю и близкую подругу. – Уснула что ли?

– Алейна! – Белла тоже вела себя так, словно знает ее тысячу лет. Алейна вошла в квартиру, огляделась и замерла, увидев камеру у потолка. Девчонка хихикнула и успокоительно махнула рукой.

– Она выключена. Сама можешь посмотреть. Хочешь, я ее закрою чем-нибудь?

– Да, было бы неплохо, – ответила Санса, почти уже, от облегчения, сбросившая образ Алейны. Девушка снова хихикнула, открыла ближайшую дверь, которая вела в ванную комнату, вытащила полотенце и накинула на камеру.

– Постой тут, я остальные накрою, раз уж у тебя паранойя.

– У тебя что, везде камеры? – Санса настороженно оглянулась по сторонам.

– Ага. По работе нужно.

– По работе?

– Ага. – Белла вернулась в прихожую и махнула ей рукой, приглашая в гостиную. – Я камгерл. На камеру работаю

– О, – Санса кивнула и с любопытством посмотрела по сторонам. – Но почему столько камер?

– За разнообразие лучше платят, – Белла хихикнула. – Но не волнуйся, в комнате, где я тебя поселю, камер нет. Я там отдыхаю. Когда получается. – Она опять хихикнула. – Например сегодня. Спасибо твоим приятелям, я взяла два дня выходных.

Санса поняла, что она имеет в виду – ей заплатили. Что ж, тем лучше.

– Я могу воспользоваться ванной?

– Без проблем.

Санса вошла в ванную и огляделась. Там тоже висела камера, и Санса набросила на нее свою куртку. Она приспустила штаны и критически осмотрела живот. Выглядело вполне достаточно натурально. Санса быстро размотала кусок материи и достала привязанный к животу конверт. Она достала его и тщательно прощупала – в нем были какие-то бумаги, наверное деньги, но было и что-то твердое, вроде картона – может, документы?

Санса вышла и молча протянула конверт Белле, та хихикнула и понесла его куда-то вглубь квартиры.

– Хорошая у тебя квартира, – похвалила Санса, и Белла отозвалась откуда-то изнутри.

– Ага. Район – дерьмо полное, но в этом доме все неплохо. Дерут втридорога, но зато охрана внизу – ну, ты их видела – так что тут хотя бы безопасно. Конечно, есть шансы, – она снова вышла к ней, – что те, от кого нужно защищать, сами здесь и живут, но… – она помахала руками. – Знаешь правило, да? Не срать там, где живешь, – и она захихикала.

Санса улыбнулась. Девушка была немного развязной, но милой и веселой. И было что-то в ней такое…

– Знаешь, ты чем-то похожа на одну мою подругу, мы работаем вместе. Мия Стоун. Случайно не родственница?

– Хм, нет, я такой не знаю. Но кто его знает, какие у меня родственники. Мать моя умерла, отца я не знала. Так что если где и водятся родные мне Стоуны, я не в курсе.

– Она из Долины.

– Ну да, все Стоуны ведь из Долины? В школе, помню, читала, что традиция такая была в древности, незаконнорожденным давать такие фамилии – Стоуны в Долине, Сноу на Севере. Я, кстати, Риверс, и да, я незаконнорожденная, но моя мама тоже была Риверс, а уж ее родители точно были женаты, – Белла завела ее в спальню и показала по стенам, что камер нет. – Я, если ты по фамилии не догадалась, из Речных Земель.

– Из южной части, да?

Белла приподняла брови, и Санса рассмеялась.

– Моя мама была из Риверрана, так что риверранский акцент я бы сразу узнала. А вообще – в детстве я занималась в театральной студии. Преподаватель по сценической речи, он кстати, когда-то в сериале играл, старом таком, «Братство без знамен», видела такое?

– Не-а. Что-то совсем древнее? – Белла вытащила из комода свежее постельное белье.

– Я сама заправлю… Неловко тебя стеснять…

– Да ладно, у меня еще одна спальня есть, правда она с камерами, но мне не привыкать. Один мужик, представляешь, платит мне за то, чтобы смотреть, как я сплю. Серьезно. Просто тупо смотрит как я сплю и дрочит, наверное. И главное, извращенец, понимает, когда я притворяюсь, пришлось из-за него снотворным накачиваться. Жуткий мужик. Ладно, в пекло его, что там с твоим преподавателем? – Она достала свежую ночную сорочку, довольно простую и скромную для той, кто зарабатывает, раздеваясь на камеру.

– Ну, – Санса неопределенно помахала рукой, – он учил нас определять и изображать разные акценты. Сам он по акценту мог определить, где вообще человек жил, ну там, «родился на Севере, детство провел в Дорне, не меньше трех лет жил на юге Эссоса». Я так не умею, конечно, но немного научилась определять на слух.

– Классно наверное. Может тоже поучиться, для моего дела?

Санса рассмеялась, и Белла хихикнула.

– Ладно, ложись спать. Тебе таблетка не нужна?

Санса покачала головой.

– А насчет…

Белла приподняла палец.

– Завтра. Вернее, уже сегодня. Как хорошо, что завтра выходной, весь день проваляюсь в постели, обещаю тебе, Белла, обещаю! – сказала она потолку и вышла из комнаты.

Санса не могла заснуть долго. Она крутила в руках телефон – в нем не было ни подписки на стриминговый сервис, ни ее любимых игр, ни даже соцсетей. Подумав, Санса решила, что ничего плохого в этом нет, и принялась регистрировать почтовый ящик на имя Алейны Стоун.

Утром ее разбудил незнакомый звук, и Санса резко села в постели, не понимая, где она и что происходит. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы вспомнить, что и как.

Она медленно вышла из комнаты и прошлась по квартире, отмечая тут и там камеры. Одна комната была чем-то вроде студии, с круглой тахтой посередине и множеством разных штук, при виде которых Санса покраснела. Она постучала в дверь последней комнаты, которая могла быть только спальней, и когда никто не ответил, осторожно заглянула в нее. В комнате было пусто.

Санса прошла в ванную и отметила, что Белла оставила ей новую, упакованную зубную щетку.

– Белла, какая же ты умница, – хмыкнула Санса. Жаль, что они с ней не были настоящими подругами, и вряд ли будут. Хотя, кто знает, какие еще могут быть задания у Пса.

Освежившись, Санса прошла на кухню и налила себе стакан воды. Тут раздался щелчок отворяемой двери, и Санса выглянула в коридор. В квартиру вошла Белла, держа в руках корзину с бельем.

– А, ты уже проснулась? А я сходила белье постирать, – Белла поставила корзину на стол. – Тебе заварить кофе? У меня есть вафли в холодильнике, сейчас разогрею, – не переставая щебетать, Белла приподняла отодвинула верхнюю часть белья и кивнула ей, указывая внутрь. Санса заглянула и увидела темный бумажный пакет. Она настороженно посмотрела на Беллу, но та уже отвернулась к холодильнику, включив по пути кофеварку. Санса взяла пакет в руки и снова посмотрела на Беллу. Та продолжала болтать что-то о ягодах и джеме, отказываясь повернуться к ней, и Санса вздохнула, перехватывая сверток. Он показался довольно тяжелым.

– Я пока пойду, расчешусь, – неловко прервала она Беллу, и та хихикнула, так и не поворачиваясь к ней. Санса пошла в спальню, прижимая сверток к груди. Войдя в комнату, она заглянула в него, и едва не уронила.

Там был пистолет.

Санса осторожно положила сверток на кровать, и присела, стараясь унять быстро забившееся сердце, напряженно глядя на пакет. Потом она снова заглянула в него и протянула было руку, чтобы вытащить пистолет, но тут же отпрянула. Она оглянулась по сторонам, взяла свою футболку, обернула ей руку и осторожно вынула пистолет. Понюхав, она пыталась понять, как давно из него стреляли, но, конечно же, не смогла.

Вот что ей предстояло вынести. И судя по всему, это будет нелегко. Санса мучительно думала, что делать. Вряд ли ей удастся привязать его к животу.

Она некоторое время молча смотрела на пистолет, и, наверное, от испуга, ей вдруг снова захотелось в туалет. Раздался стук в дверь.

– Алейна? Ты будешь завтракать?

Санса подошла к двери и чуть приоткрыла ее, выглядывая в щель.

– Белла… Можешь оказать мне услугу? Мне нужно, чтобы ты сходила в магазин…

– В следующий раз ты можешь мне даже не звонить, – щебетала Белла, открывая перед Алейной дверь. – Поругаешься с этим твоим недоноском – так сразу ко мне. А если меня не будет, Пейт тебе откроет. Да ведь, Пейт? Это моя подруга, в следующий раз, если она придет, пропускай ее сразу ко мне, и дверь ей открой. Хотя, лучше все же позвони, – хихикнула Белла. – А то вдруг ввалитесь ко мне прямо в разгар моего рабочего дня!

Алейна и Белла хором захихикали, а Пейт, охранник у двери, закатил глаза.

– Спасибо тебе за все, Белла, ты меня так выручила, что ваще. – Алейна заглянула в зеркальце и причмокнула ярко-красными губами. – А недоносок этот… Брошу я его, все. Достал. Вот рожу ребенка и в септы уйду, никогда больше с мужиками связываться не буду.

– Ну, всегда можно попробовать и другой вариант, если мужики надоели, – они с Беллой снова захихикали.

– Ну если только с тобой, – хихикая, они все ближе подходили к двери, когда их вдруг остановил Пейт.

– Мисс, вчера у вас не было этой сумки…

– Там мои вчерашние вещи, – сказала Алейна, перехватывая маленькую дорожную сумку. – Белла, что у тебя тут за дом? Они что, думают, я тебя обнесла, пока ты спала?

– Таковы правила, мисс. Откройте.

Алейна фыркнула и поставила сумку на стойку, расстегивая молнию. Сверху лежала ее куртка, и охранник вынул ее, потом штаны и замер, с удивлением глядя на лежавший внизу пакет.

– Это еще что за хрень? Подгузники что ли?

Алейна выхватила сумку и прижала к себе, возмущенно глядя на охранника.

– Чувак, я беременная. Ну бывает такое, подтекает иногда, что такое, блин!

Охранник с отвращением скривился.

– Идите. – Махнул он рукой, и Алейна наскоро воткнула вещи в сумку, расстреливая Пейта взглядом. Они с Беллой рванули к двери и пошли к машине Алейны.

– Ну ты даешь, – выдавила Белла. – Я сама чуть не обоссалась, когда он в сумку полез, а ты… Тебе б в кино сниматься.

Алейна села за руль, благодарно глядя на Беллу.

– Тебе за все спасибо. – Она приподнялась с места, целуя девушку в щеку. – Пока. Вещи я постираю и тебе передам.

– Да хоть себе оставляй. – Белла махнула рукой. – На память. Ну, пока.

Чем ближе Алейна подъезжала к бару, тем больше она снова становилась Сансой. У дверей ее ждал Пес, скривившийся при виде ее яркого макияжа.

– Ты что, от шлюхи заразилась? Рожа как у клоуна.

Санса молча прошла мимо него и бросила на стол сумку, возмущенно глядя на него.

– Все сделано. Все там. Вещи постираете и принесете ко мне, я передам вещи Беллы. Я иду домой.

– Твое барахло, – кивнул Клиган на стол, – деньги тоже там. Это еще что за хрень? – взял он в руки пакет от подгузников, но тут же заткнулся. – Трогала?

– Я что, похожа на дуру?

– Очень. Ладно, езжай. Нет, это оставь пока у себя, пригодится.

Санса послушно положила документы и телефон Алейны Стоун назад в свою сумочку.

– Щекотун тебя отвезет.

Поднявшись на свой этаж, Санса затормозила, с тревогой глядя на разбитый плафон светильника у ее квартиры. Вчера этого не было. Санса подбежала к двери, и как только начала рыться в поисках ключей, как дверь распахнулась, и ее встретила встревоженная Арья.

– Где ты была? Что… Что на тебе за одежда? И… Это что, ты куда так накрасилась? Что происходит?

– Я потом объясню, – Санса вошла в квартиру и увидела встречающего ее Брана. Вид у него тоже был напуганный. – Что случилось? Почему в коридоре разбит светильник?

– Джоффри приходил, – сказала Арья, и Санса резко развернулась.

– Что? – тихо спросила она, едва не теряя сознание.

– Джоффри, – кивнула Арья, тряся головой. – Посреди ночи. Барабанил в дверь, орал. Соседи полицию вызывали. Я ему не открыла, он дверь пытался выломать, кто-то его потом прогнал, там такой шум был…

– Что ему было надо?

– Орал, чтобы ты вышла. Бесновался, вопил, звал тебя. Кричал, чтобы мы сказали ему, где его жена.

– Жена? – Санса не верила своим ушам. – Маргери?

– Ага. Орал, звал ее шлюхой, спрашивал, куда мы ее дели. Орал что-то вроде «вместе на блядки пошли, грязные шлюхи», и все такое. Ты была с ней?

Санса покачала головой. Она не рассказывала Арье и Брану о встрече с Маргери, но, наверное, стоило.

– Откуда он знает, где мы живем?

Бран хмыкнул:

– Как будто это так трудно узнать. Непонятно, почему он вдруг появился теперь?

– И где Маргери, интересно? Сбежала от него?

Санса присела на диван, судорожно размышляя. Что делать? Они только недавно продлили аренду квартиры, и им не удастся съехать, не заплатив крупный штраф.

Она вспомнила о деньгах и схватила в руки сумочку.

– Я пойду к себе и переоденусь, а потом мы все обсудим. Мне надо вам кое-что рассказать.

После долгого разговора с братом и сестрой, после которого они не пришли ни к какому решению, Санса направилась в библиотеку, чтобы отвлечься, заканчивая работу, но мысли ее снова и снова возвращались к Джоффри и Маргери. Что же случилось?

Санса закрыла глаза. Перед ее мысленным взором снова предстал Джоффри, такой же, каким он был тогда, красивый… И одновременно уродливый в своей красоте.

«Ты недостойна ничего другого, шлюха, ты сама меня довела, сама, тварь, только и можешь, что меня доводить, потаскуха гребаная».

В первое время это случалось время от времени, редко, а после – был так добр и мил, дарил ей подарки, водил по самым модным местам, но потом это становилось все чаще и чаще…

В отличие от Маргери, он никогда не бил ее по лицу, только так, чтобы синяки можно было скрыть, чтобы Санса могла спрятать их от тех, кто мог бы ее защитить, и Санса молчала, молчала, потому что боялась, боялась, что он бросит ее, что родители заставят ее бросить его, потому что она любила его, потому что он любил ее, только он ее любил, потому что никто другой и не мог ее полюбить, такую… Ущербную.

Санса не выдержала и выхватила телефон, ища в контактах номер Маргери. «Была в сети в 01:34».

«Где ты? Напиши мне, срочно. Это важно».

В течение дня Санса проверяла статус снова и снова, но Маргери так и не появилась. Она уже входила в лифт своего дома, когда вдруг раздался сигнал сообщения.

«Я больше не могу»

«Маргери» – быстро начала набирать Санса, идя к своей квартире. «Маргери, где ты? Скажи мне? Я сейчас же за тобой приеду.

«Прости меня. Я больше не могу».

«Что происходит, Маргери? Ответь мне, где ты?»

Санса вошла в комнату и отмахнулась от встречавших ее Арьи и Брана, не отрывая взгляда от телефона. Маргери что-то печатала и, наверное, стирала, потому что длилось это невероятно долго, но сообщение оказалось коротким.

«Мне очень жаль».

«Маргери, о чем ты? Немедленно скажи, где ты?» Санса не выдержала и начала ей звонить. Та не брала трубку. Раздался звук сигнала сообщения, и Санса уставилась на непонятные слова.

«Там нам было бы хорошо. Мне надо было там и остаться. Там, где нам было бы хорошо. Все не будет как прежде. Там будет лучше. Там всегда было лучше. Надо было остаться там навсегда. Так и сделаю»

Санса непонимающе смотрела на сообщение, пытаясь понять, что это значит. И тут ее словно ледяной водой окатило.

– Маргери собирается покончить с собой! – прошептала она, и Арья выхватила из ее рук телефон.

– Черт, – выругалась она. – Или покончить, или еще что сотворить. Блин, где она может быть?

Но Санса уже поняла.

– Парк Эйгона. Нам срочно нужно ехать туда, – она развернулась к двери и замерла. У двери стоял Клиган.

– Пташка. Есть еще одно дело.

– Извините, мистер Клиган, у меня сейчас другие дела, я не могу…

– Я сказал, срочно…

– Мистер Клиган, я правда сейчас не могу…

– Заткнись! – заорал Пес, глядя на нее сверху вниз. – Я сказал, дело срочное, и ты пойдешь со мной. А то твоему братцу не поздоровится!

Санса замерла, с ужасом глядя на него, Арья рядом с ней что-то вопила, но Санса ничего не слышала. Тут она почувствовала, как ее за руку взял Бран.

– Поезжай с ним. Санса, так будет лучше, поезжай с ним. Мы с Арьей поедем в парк. Если что, мы тебе все расскажем… Мы вызовем полицию, если понадобится, тебе и правда лучше туда не ходить сейчас.

Санса тупо уставилась на Брана и почувствовала, как Клиган взял ее за локоть и потащил за собой. Санса почти ничего не чувствовала, следуя за Псом на ватных ногах. Она могла думать только о Маргери, о Джоффри, о том, что все это и не могло хорошо закончиться.

Пес обошел машину и вытянул ее за руку.

– Да что с тобой сегодня, блин, пошевеливайся! – прикрикнул он. Санса ошеломленно огляделась по сторонам, и увидела, что они стоят у его бара, и тут же замерла. У припаркованной неподалеку машины стояла детектив Грейджой, попивая кофе из бумажного стаканчика. Она лениво помахала Сансе рукой, и Пес, злобно ощерившись, втащил ее внутрь. Он вволок ее в кабинет, и Санса замерла, увидев там человека, которого она не ожидала увидать.

– А, мисс Старк, – Тирион Ланнистер приветственно помахал ей рукой. – Сколько лет, сколько зим. Я ушам своим не поверил, когда узнал, что вы работаете на Пса. Да еще и так ловко провернули сегодняшнее дело.

Санса упала на стул, тупо глядя на него. Тирион Ланнистер по прозвищу «Бес» почти не изменился, прическа, манеры, все осталось прежним, даже одевался он будто как тогда, шесть лет назад.

– Что ж, сказал я себе, такая ловкая особа мне пригодится. У меня есть для вас небольшое задание. Получите кругленькую сумму. Правда, в Старомест придется слетать. Вы давно бывали в Староместе?

– В прошлом году, – выдавила Санса. – На симпозиуме.

– А, учеба. Ну, значит опять по учебе съездите. Пес, принеси-ка нашей гостье чего попить. Соку, газировки? Вина не предлагаю, не в вашем положении. Кто, кстати, отец? Пес, не ты?

Пес фыркнул.

– Воды, пожалуйста. Что вам нужно?

– Мне нужно, чтобы вы кое-что отвезли в Старомест, и заглянули там в парочку мест. Вы захватили с собой корки, которые мы для вас сделали?

– Корки?

– Документы.

Санса дрожащими руками вынула из сумочки бумаги Алейны Стоун.

– А. Отличная работа, Козел в этом деле мастер. Подождите минутку. – Бес развернулся к компьютеру. – Сейчас, кое-что доделаю и объясню вам, что да как. Погодите чуток.

В кабинет вошел Клиган, протягивая ей стакан воды, и Санса выпила ее залпом, чувствуя, что вот-вот потеряет сознание.

– Эй, пташка, тебе нехорошо? Что такое?

– Можно мне выйти в туалет? – дрожащим голосом спросила Санса, и Бес махнул ей рукой.

– Сбежать не пытайся только. Да не трясись ты, ничего особенного не будет. Я что ли тебя так напугал? Ты ж на ногах не держишься.

– Просто… нехорошо…

Санса на трясущихся ногах вышла из комнаты, и в туалете она обессиленно оперлась на раковину, глядя на себя в зеркало. Она была бледной, на лбу выступил холодный пот. Санса прошла к унитазу и ее вырвало. Она долго сидела на полу, прямо у холодного сиденья, отирая лицо туалетной бумагой, и ее трясло. Раздался стук в дверь.

– Эй, ты там провалилась что ли? Полчаса уже сидишь! Вылезай уже, Неведомого тебе в глотку!

– Сейчас, – полушепотом ответила Санса, с трудом поднимаясь на ноги и пробираясь к раковине. – Сейчас.

Санса включила воду, ополоснула лицо и принялась жадно пить воду из под крана, как есть, нефильтрованную – ей казалось, что во рту у нее пепел. Вдруг раздался телефонный звонок. Арья!

– Санса! – возбужденно кричала сестра. – Санса! Тут такое! Такое! Твою мать, я до сих пор себе не верю, блин, меня сейчас вырвет, это писец, Санса, такое, такое!

– Что? – Санса обессиленно сползла на пол. – Что там? Маргери? Что с ней?

– Не Маргери! Тут, в парке! Мертвый! Он!

– Кто, – голос Арьи доносился, как через вату, – кто?

– Джоффри! Он тут! Дохлый! Он сдох, Санса! Сдох! Эта тварь мертва, Санса, представляешь, он сдох!!!
 

Насмешница

Межевой рыцарь
это я хочу насильно досыпать романтики, где ее нет, или где-то в глубине печенки (очень глубоко))) Псё льстит, что его ментам представили, как "супермаркет друга", а тут еще Тириоша, как о весьма верибельном, поминает о его отцовстве.
Белла - это неучтенный бастард или ник упомянутой под другим именем в каноне дочки шлюхи и короля-борова? по-любому, она мне, как Сансику, показалась весьма симпатична) еще будет?
Маргери. ага. кушай тортик, дорогуша. любимая подружайка, огребай за это.
а. нет. скажи спасибо Саньке, что к парку и близко не поехала!)))
я в полном восторге от всего разворачивающегося безобразия)
 

Daena

Знаменосец
это я хочу насильно досыпать романтики, где ее нет, или где-то в глубине печенки (очень глубоко))) Псё льстит, что его ментам представили, как "супермаркет друга", а тут еще Тириоша, как о весьма верибельном, поминает о его отцовстве.
Белла - это неучтенный бастард или ник упомянутой под другим именем в каноне дочки шлюхи и короля-борова? по-любому, она мне, как Сансику, показалась весьма симпатична) еще будет?
Маргери. ага. кушай тортик, дорогуша. любимая подружайка, огребай за это.
а. нет. скажи спасибо Саньке, что к парку и близко не поехала!)))
я в полном восторге от всего разворачивающегося безобразия)
Спасибо за отзыв :D
Ну, Псу в голову не заглянешь... А Сансита и правда чуть не попала, как кур в ощип. (на самом деле должна была попасть, но я где-то в начале главы поняла, что надо чуть иначе.
Белла - это Колла из нашего перевода, от "колокол", малолетняя шлюха в Каменной Септе. "Колла" мне не очень нравится, поэтому я обычно ее оставляла как в оригинале. Будет ли она дальше? Сама не знаю, когда я начинала главу, ее вообще не было, сама не представляла, куда Сансу понесло.
 

Насмешница

Межевой рыцарь
на самом деле должна была попасть, но я где-то в начале главы поняла, что надо чуть иначе.
о, как интересно! не всем же коварным планам Маргери сбываться. хотя. есть аналогия с каноном - там с пурпурной свадьбы Сансу тоже украли, и потому она не огребла, как было Тиррелами запланировано.
"Колла" мне не очень нравится
согласна. перевод какой-то((. может в оригинале подразумевалось типа "Звоночек", "Колокольчик"? да, я в общем-то про эту шлюхину дочь и думала, но имени точно не помнила. а тут у Вас написался перс типа из вселенной фильма "Эверли", типа ее соседки)). такая живая и взаимодействие с Сансой очень органичное.
 

Daena

Знаменосец
о, как интересно! не всем же коварным планам Маргери сбываться. хотя. есть аналогия с каноном - там с пурпурной свадьбы Сансу тоже украли, и потому она не огребла, как было Тиррелами запланир
Проблема в том, что теперь надо выкручиваться, как мне быть дальше. До этого у меня Сансу допрашивали как подозреваемую, но - ее только в прошлой главе уже допрашивали, сколько можно?
Теперь сижу, думаю, что дальше делать.
 

Насмешница

Межевой рыцарь
так а что ей предъявлять-то? с покойным не пересекалась последнее время. СМСки - свои стереть, а телефон Маргери, не факт, что ментиции доступен. вот если Арья и Бран возле тела засветились - то их как раз потрясти логично. но не обязательно в кадре, они могут пересказом Сансе потом коротко изложить допрос. а у Сансы проблема, разве что, с алиби. или там спецом намутили улик для ее подставы?
 

Daena

Знаменосец
Да не, пока затык, что дальше мне показывать. В голове уже есть сцена на похоронах, но до похорон нужно еще полторы главы. Теперь сижу, думаю.
 
Сверху