Тайвин Ланнистер [мнения]

Август

Знаменосец
Тема посвящена одному из самых неоднозначных персонажей саги. Его поступки, мысли, желания порой вызывали очень серьезные баталии на форуме и продолжают это делать.
Здесь предполагается писать свою развернутую позицию об этом персонаже.

Тема является премодерируемой (посты проходят ручную проверку модераторами). Обсуждение персонажа должно вестись в обычной теме.
 
Последнее редактирование модератором:


1. Личность Тайвина Ланнистера.

Можно много говорить о Тайвине как о политическом деятеле, как о главе дома, о его победах и поражениях, спорить о жестокости и чудовищности некоторых его поступков, но, думаем, начать стоит с обсуждения его характера, ведь ничто человеческое ему не чуждо.

Особенности характера. Жестокость, вызванная необходимостью. Наличие/отсутствие какой-либо морали. Приятие/неприятие его жизненных принципов как таковых, оценка и характеристика как личности. Возможные страхи и скрытые мечты.

2. Тайвин и другие львы утёса Кастерли, внутрисемейные отношения в львином прайде.
2.1. Титос Ланнистер. Беззубый лев и его влияние на формирование характера сына;
2.2. Старший брат и надежная опора, защита интересов родных как один из важнейших приоритетов:
2.2.1. Отношения с Дженной, Герионом и Тайгетом;
2.2.2. Киван – слабая тень брата или равноценный игрок на политической арене?
2.3. Брак с Джоанной. Любил ли он свою жену? Действительно ли с её уходом в Тайвине умерла его лучшая половина?
2.4. Отцы и дети:
2.4.1. Джейме. Главный наследник и надежда отца. Планы женитьбы на Лизе Талли, реакция на вступление в БГ, несбывшиеся надежды, “ты мне не сын”;
2.4.2. Серсея. Единственная дочь и надежда отца на брачный союз Ланнистеров с лицами королевских кровей, планы на союз с Рейегаром/Робертом;
2.4.3. Тирион. Младший сын. Вина Тириона в смерти Джоанны, излишняя жестокость в методах его воспитания (ситуация с Тишей), действительно ли Тайвин недооценивал Тириона? Брак Тириона с Сансой: Винтерфелл вместо утёса Кастерли;
2.4.4. Кто из детей больше похож на своего отца?
2.4.5. Инцест близнецов. Знал ли Тайвин о Джейме и Серсее?



3. Тайвин на политической арене Семи Королевств:
3.1. Глава Дома и Хранитель Запада. Процветание Земель во время прихода к власти;
3.2. Рейны из Кастамере;
3.3. Первое Десничество и дружба с Эйерисом. Что послужило причиной разрыва отношений. История про Сумеречный Дол;
3.4. Восстание Баратеона: удар в спину или мудрый расчёт? Убийство Элии Мартелл. Оценка ситуации и намеренной причастности;
3.5. Послевоенный передел власти. Поведение в эпоху правления Роберта.

4. Тайвин в период войны пяти королей:
4.0. Реакция на похищения младшего сына – Григор Клиган в Речных Землях;
4.1. Начало военной кампании, общий стратегический план;
4.2. Зелёный Зубец;
4.3. Каменная Мельница;
4.4. Битва на Черноводной;
4.5. Десница короля. Укрепление власти, налаживание контактов, закрепление послевоенных результатов;
4.6. Насколько Тайвин был близок к победе в войне на момент смерти?



5. Дом Ланнистеров и его будущее. Воспрянет ли и будет ли таким же сильным, как раньше? Оценка будущих возможностей на быстро меняющейся политической арене. Что бы было с Домом Ланнистеров, если бы Тайвин остался в живых?


 
Последнее редактирование:

LaL

Знаменосец
Вашему вниманию хочу представить один из моих самых ранних эссе, посвященных лорду Тайвину. Его особенность в том, что этот персонаж дается в паре с лордом Эддардом. Я постаралась углядеть в них не различия, а найти сходство.
Не знаю, подходит ли оно по формату, но вряд ли будет создаваться отдельная тема, совмещающая этих двух персонажей.

«Лорд Тайвин и лорд Эддард: сходство противоположностей».

Можно ли сравнить два столь непохожих персонажа? Один – прирожденный политик, другой – по замечательному определению одной леди, широко известной в узких кругах мартиноведов – монолит нравственности. Казалось бы, сравнение практически невозможное, как с трудом представляешь себе нравственного политика (если такая птица и появляется в природе, немедленно начинается ее отстрел). Но все же…
Исходной точкой этого эссе послужило наблюдение одной из героинь ПЛИО, девочки умной и склонной к абстрактному мышлению. Т.е. Арьи. Она встречает лорда Тайвина в Харренхоле: «Что-то в его лице напомнило Арье собственного отца, хотя он и Ланнистер были совсем не похожи». Далее Мартин применяет один весьма хитрый художественный прием. Сделав это интересное замечание, он тут же его опровергает, причем делает это устами ПОВа. «У него лицо лорда – вот чем дело. Леди-мать - мать Арьи не раз говорила отцу, чтобы он сделал лицо как у лорда и уладил то или другое, а отец смеялся. Лорда Тайвина Арья себе не представляла смеющимся». Как видим, вывод, который делает Арья, касается не сходства лорда Тайвина с ее отцом, а, наоборот, визуального различия: у одного – лицо лорда, второй – «делает лицо лорда», то есть оно ему не свойственно, поскольку он смеется, а другой – даже не улыбается. Так выходит и нет никакого сходства?
Полагаю, интуитивно Арье удалось ухватить отпечаток сходства двух этих совершенно несхожих людей, которое было наложено таким обстоятельством их жизни как невольное отцовство.
В отношении как лорда Тайвина, так и лорда Эддарда существуют две теории, согласно которым каждый в своей семье воспитывал ребенка, биологическим отцом которого не являлся. Обе эти теории уже не раз излагались на форуме, представление о них есть и в энциклопедии. Я являюсь сторонницей обоих теорий (недавно доказательную базу одной из них приводила в теме «Тирион»), и поэтому повторяться не буду. Остановлюсь на аспектах этих теорий, которые или еще не получили своего рассмотрения, или недостаточно известны. Возможно, моим новаторским вкладом в развитие этих теорий будет являться их объединение.

1. Итак, согласно этим теориям, в обеих семьях, как Старков, так и Ланнистеров, имеется по ребенку, биологическим отцом которого является один из Таргариенов. Отцом Джона Сноу является принц Рейегар, отцом Тириона – король Эйерис. В первом случае лорд Эддард выдал своего кровного племянника за своего бастарда. Во втором случае – лорд Тайвин признал своего двоюродного племянника за своего родного сына. В обоих случаях матерями детей являются ближайшие родственницы и любимые женщины глав семейств. Лианна Старк вольно или невольно причинила своей семье громадное горе, но осталась для Эддарда любимой сестрой, память которой он не разу даже в мыслях не упрекнул. Леди Джоанна вольно или невольно нанесла гордости Тайвина сильнейший удар, но я считаю, что он тоже нашел в себе силы ее простить.

2. Эти дети, не являясь кровными детьми, в тоже время по своему характеру и многим личным качествам являются отражением сути отцовской личности. И это отражение является таким сильным, что затмевает сходство родных детей с родителем. Так Тирион, впервые увидев Джона Сноу, определяет его как сына, который больше похож на своего отца, чем его сводные братья.
« - Лорд Эддард Старк – мой отец, - жестко признал Джон.
Ланнистер поглядел ему в лицо.
- Да, - сказал он, - это видно. В тебе больше севера, чем в твоих братьях».

Про истинного сына Тайвина отлично сказала леди Дженна своему любимому племяннику Джейме:
- Милый ты мой. – Тетушка ущипнула его за ухо. – Я знаю тебя с тех пор, как ты лежал у груди Джоанны. Ты улыбаешься как Герион, дерешься как Тиг, от Кивана в тебе тоже кое-что есть, иначе ты не носил бы свой белый плащ… но сын Тайвина – Тирион, а не ты. Я и отцу твоему это высказала, а он за это на полгода перестал со мной разговаривать. Мужчины так возмущаются, когда слышат правду.
Сам Тирион тоже считает себя истинным сыном Тайвина.
- Ты… ты… не мой сын.
- А вот здесь вы заблуждаетесь, отец. Я – вылитый вы, только помельче.

Вот в этом эпизоде, я считаю, Мартин тоже подкладывает читателю «обманку». Слова лорда Тайвина «забиваются» высказыванием ПОВа Тириона. Вот если бы Тирион воскликнул: «А кто же мой отец, милорд? Может не зря я себя в детстве воображал потерянным принцем Таргариеном?», то, пожалуй, у читателей было бы больше веры предсмертным словам лорда Тайвина.

3. И лорду Эддарду, и лорду Тайвину, принимая в семью не родного ребенка, приходится поступиться своими жизненными принципами.
Для лорда Эддарда, чтобы ввести Джона в свой дом, надо переступить не только через традиции, по которым отцы бастардов не воспитывают. Конечно, для многих мужчин измена жене вещь более чем банальная, но для крепкого семьянина, каким является Эддард Старк, незапятнанность супружеской жизни и верность своей жене не пустые слова. Сам Эддард, выдавая Джона за плод своего греха, говорит: «Я обесчестил себя, обесчестил Кейтлин перед богами и людьми». Результат этого бесчестия озвучивает и Джейме (уж он то умеет бросить камень!): «Бедный старина Нед. Так чья же честь в итоге не стоит кадки с дерьмом? Как бишь зовут его бастарда?».
Такой же поступок в отношении себя совершает и лорд Тайвин. Во сне-видении леди Джоанна говорит Джейме: «Он не терпел, когда люди над ним смеялись. Это он ненавидел больше всего». Признать карлика своим сыном, означало для лорда Тайвина добровольно надеть на себя мишень, чтоб каждый острослов мог пустить в него свою стрелу насмешки. Спасало только то, что эти насмешки зубоскалы могли травить только за его спиной, в лицо вряд ли кто осмеливался. (Впрочем, один коронованный насмешник мог позволить себе участливо заметить лорду Тайвину: «Ну, как ваш младшенький, растет?») .

4. Каждый из сыновей получает родительскую заботу в соответствии с принципами неродного отца. А принцип для обоих отцов один – «Даю, что могу».
Так у Джона есть любящий отец, который воспитывает его наравне со своими законными сыновьями. Он живет в Винтерфелле, где его образованием занимаются мейстер и мастер над оружием, т.е. получает подготовку, достойную для будущей военной карьеры. Но он не может рассчитывать получить от отца какой-нибудь лен, ферму или на худой конец мельницу, поскольку в таком случае это является покушением на наследство законного сына Робба.
Тирион в праве сказать лорду Тайвину: «За всю жизнь вы дали меньше, чем ничего». Это высказывание касается отцовской любви последнего. Но от лорда Тайвина он получает основательное образование, мастер-классы по управлению людьми и прекрасное материальное обеспечение. «На ласку и похвалу лорд Тайвин всегда скупился, зато звонкую монету раздавал щедрой рукой». С детства у Тириона достаточно денег (карманными деньгами в пятьдесят оленей была оплачена первая женитьба), в более зрелом возрасте у него хватает золота на слуг, на дом и бриллианты для любовницы. Так же лорд Тайвин весьма озабочен выбором для Тириона спутницы жизни (немаловажный фактор родительской заботы), в которой в равной степени сочетались родовитость и достойное приданное. Но не за что, не при каких обстоятельствах, лорд Тайвин не согласен отдать «кукушонку» Бобровый Утес.

5. Есть, по-моему мнению, еще один факт, который связывает двух грандлордов. Для лорда Эддарда этот факт отражен в его ПОВе плюс предположение. Для лорда Тайвина этот факт – предположение, основанное на косвенных доказательствах.

«Обещай мне, Нед», - прошептала сестра со своего кровавого ложа. Она любила запах зимних роз. И Нед дает обещание. Какое, Мартин-хитрец не раскрывает. Но по наиболее распространенному мнению (и к этому мнению я присоединяюсь), Эддард Старк дает обет, что возьмет на воспитание ребенка, рожденного Лианной от Рейегара, скрыв при этом имена его настоящих родителей. Только так он может защитить прямого потомка Таргариенов от расправы над ним друга-короля Роберта.
Именно заботой о Джоне я считаю продиктовано решение лорда Эддарда не брать его в Королевскую Гавань. Вспомните, какие аргументы он приводит своей жене:
- Ты знаешь, я не могу взять его на юг. Для него нет места при дворе. Мальчишка – бастард… ты знаешь, что будут о нем говорить. Его заклюют. При этом Автор особенно подчеркивает «раненый взор» Неда.

Но если анализировать этот аргумент, то он не выдерживает критики. Разве не самый лучший выход для Джона начать военную карьеру в столице под чутким руководством папы-десницы. А если и кто-то его и «поклюет», то, в конце концов, как сказал один философ «все, что нас не убивает, то делает сильней».

Но лорд Эддард прав. При королевском дворе всегда хватает коллекционеров Тайн и Секретов, которые обязательно заинтересуются, почему бастард грандлорда не знает такой простого факта, как имени своей матери. Чаще всего не известно имя отца, а имя матери – не секрет. А если секрет, то пахнет о-о-очень Большой тайной, раскрыть который попытаются многие недоброжелатели нового десницы. Именно поэтому Эддард Старк согласился с решением Джона отправиться на Стену, в Черный Замок, где служил его дядя Бенджен Старк, младший брат Эддарда. Возможно, служба в Ночном дозоре, это не совсем то, о чем мечтал для Джона его неродной отец, но все-таки меньшее зло, чем тем последствия, к которым может привести любопытство столичных интриганов.

Лорд Тайвин, я считаю, тоже связан некоторым обещанием, и, заключается оно в том, что он никогда не сделает попытки избавиться от «кукушонка» Тириона.

Рассмотрим, доказательную базу этого невероятного (а многие скажут фантастического) предположения.

У Тириона есть воспоминание, что таких детей как он, крестьяне топят в колодцах, и это была обычная практика по избавлению семьи от «уродца». Лорды, конечно, от неугодных детей избавлялись более изящно. Небезызвестный лорд Тарли избавился от позорящего его наследника, сплавив его в Ночной Дозор.

Лорду Тайвину, чтобы избавиться от младенца-карлика, было достаточно намекнуть, и нерадивая служанка оставила бы малыша у открытого окна или уронила с лестницы.

В отрочестве Тириона можно было отправить в путешествие за море, где легко теряются и более рослые Ланнистеры. Благо Тирион и сам «горел» желанием отправиться в дальние края.

Когда Тирион был серьезно ранен в лицо и находился в очень тяжелом состоянии, за ним ухаживал мейстер из свиты лорда Редвина. Этого мейстера, как поведал Тириону и читателям лорд Тайвин, нашла «по доброте» Серсея. Именно она (!) попросила мейстера заняться братом, так как «боялась за его жизнь». Неужели кто-то этому поверил? Если бы Серсеи и вздумалось озаботиться здоровьем своего брата, то ее выбор пал на опытнейшего Пицеля. А тому надо было просто не суетиться, чтобы загнать Тириона в «маленькую могилку». Так сказать «мера за меру, добро за добро».

Последнюю попытку избавиться от нелюбимого сына-карлика лорд Тайвин не использует, когда Тириона обвинили в цареубийстве. Казалось, чтобы проще? Убит король, родной внук лорда Тайвина. Все улики против Беса. Казалось бы, умой руки и утверди приговор против цареубийцы (должен же хотя бы один из двух сыновей-цареубийц понести наказание!). Тайвин же, наоборот, пытается вынудить у Тириона признание, которое позволило бы ему вынести более мягкий приговор – сослать преступника на Стену и тем самым спасти ему жизнь. Когда же Тирион потребовал судебного поединка, а Серсея тут же объявила, что ее чемпионом будет Гора, реакция лорда Тайвина поразительна: «Лорд Тайвин стал темнее тучи – уж не хлебнул ли он отравленного винца?».

Наконец, последняя сцена с лордом Тайвином. Уже будучи на прицеле арбалета, он уверяет сына, что и проиграв судебный поединок, тот все равно останется жив: «Тебя не казнят, если ты этого боишься. Я по-прежнему намерен послать тебя на Стену». Обычно я делю слова политиков на тридцать шесть, но здесь, странное дело, я лорду Тайвину верю. Он действительно не хочет смерти своего нелюбимого сына.

Так как же можно объяснить такое поведение? Только обещанием лорда Тайвина, данным любимой женщине, которая является матерью «кукушонка», можно объяснить все приведенные действия лорда Тайвина. Другого объяснения я пока просто дать не могу.

Кажется все. Как мне заметили на форуме, все приведенные здесь аргументы не железные. Признаю, что все изложенное здесь, основано на теориях, а все теории, основаны на «недомолвках» Мартина. А толковать «недомолки» Мартина, все равно как глядеть с Мелисандрой в огонь. Дело интересное, но неблагодарное. И главное, с тем же результатом.
 

LaL

Знаменосец
2. Львиный прайд с Утеса Кастерли.

2.1. Титос Ланнистер: слабый отец сильного сына.

То, что отец Тайвина, лорд Титос допустил, что престиж Ланнистеровского Дома упал «ниже плинтуса», в саге упоминается не раз. Не только другие Великие Дома королевства, собственные вассалы и те смеялись прямо в лицо и «забывали» отдать взятые в долг деньги. Так что после его смерти перед лордом Тайвином стояла непростая задача – практически с нуля возродить славу и могущество своего Дома.
Но будучи слабым правителем, был ли лорд Титос плохим отцом для своих детей?
У нас есть свидетельство Кивана, что отец в своем завещании не обидел своих младших детей. Стало быть, если старший – лорд Тайвин наследовал земли, замки и титулы, то все его братья и сестра получили достойное материальное обеспечение.
Кроме того, известно, что в старости лорд Титос попал под влияние своей содержанки – амбициозной женщины незнатного происхождения. Что ж, в преклонных годах такое случается и с более сильными личностями. Но, несмотря на свою «беззубость» и бесхребетность, лорд Титос не женился второй раз, а я полагаю, его любовнице, как всякой женщине очень хотелось изменить свой статус и примерить туфли его леди-жены. В реале такое случалось: Джон Гонт, сын короля Эдуарда Третьего Плантагенета, женился на воспитательнице своих детей, и потомки от этого брака позже сумели натянуть на свой нос английскую корону. Титос при всей своей слабости своего характера этого себе не позволил, а то пришлось бы лорду Тайвину выделять из своего наследства своей мачехе вдовью долю и растить выводок сводных братьев и сестер. А там… вполне возможна война-междусобойчик Львов Титосовичей.
Наконец, известно, что лорд Тайвин с юности стал лучшим другом наследника престола. Такое возможно, если его отец позаботился о том, что его сына с юных лет включили в свиту принца. И подобное осуществляется только на личных связях – «по звонку», как говорят сейчас.
Какие чувства испытывал Тайвин к своему отцу? Полагаю одно, но очень сильное – презрение. Свидетельством тому не только прилюдное оспаривание отцовского решения в десятилетнем возрасте. Показательно его отношение к посмертной воле отца в отношении сожительницы. В реале Джону Гонту пришлось заступаться за любовницу своего отца перед Парламентом, когда тот пожелал отобрать у нее все пожалованное покойным королем. И было это сделано не из любви к отцовской пассии, а из почтения к королевской и отцовской воле. Екатерина Медичи со своей соперницей Дианой Пуатье поступила тоже весьма «изящно». После смерти своего мужа она предложила ей «родственный обмен»: та возвращает замок Шенансо в обмен на другой, в котором, если сделать кап. ремонт, жить можно вполне пристойно. Лорд Тайвин либеральничать не стал, и все свое презрение к отцу выместил на его любовнице сполна – она была лишена всего, включая исподнее, и голой прогнана по улицам Ланниспорта.

2.2 Братья и сестры – «жизнь в тени Тайвина»

Как известно, у лорда Тайвина было три брата и одна сестра – Киван, Тигет, Гирион и Дженна. И как выразилась Дженна, всем им пришлось жить в тени своего великого брата…..
«Жить в тени Тайвина Кивану было не легко. Это было тяжело для всех моих братьев. Тень, отбрасываемая Тайвином была огромной и темной, и каждый из них вынужден был пробиваться к свету. Тигетт старался идти своим путем, но никак не мог соревноваться с твоим отцом, и это с каждым годом делало его все неистовее. Герион все шутил. Лучше выставить все шуткой, чем поставить все на кон и проиграть. Но Киван видел, как обстояли вещи ранее, поэтому он стал во всем помогать твоему отцу».
Как видим из этого заявления, престиж Ланнистеровского Дома лорд Тайвин поднимал не в одиночку. Судьба была к нему благосклонна, и он обрел верного и надежного помощника в лице младшего брата. Для которого положение «вечно второго» был личным осознанным выбором. Мне трудно судить, какую помощь Киван оказывал брату ранее, сужу со времени Войны Пяти королей. Киван, не смотря на уже пожилые годы, делит с братом все невзгоды военной жизни, все его дети, несмотря на молодость, тоже на войне. Отпуск Киван берет лишь один раз, когда сын Лансель «одной ногой стоит в могиле». Один из сыновей убит в плену. Так что служба Дому и лорду-брату для Кивана не одни «пироги и плюшки». И лордство Дарри как награда причитается собственно не Ланселю, а Кивану от брата Тайвина «за все услуги, оказанные им Ланнистеровскому дому и лорду Тайвину лично».
Когда Тирион попал под следствие, именно Киван на себя взял нелегкую роль переговорщика между суровым отцом и непокорным сыном. Именно тогда он произносит свою блестящую речь в защиту позиции лорда Тайвина и позволяет нам (и Тириону тоже) понять «насколько тяжела шапка Монамаха тяжел венец Главы Дома и десницы при короле Эйерисе».
Думаешь, он позволил бы тебе надеть черное, не будь ты сыном его и Джоанны? Я знаю, Тайвин представляется тебе жестким человеком, но ему поневоле пришлось стать таким. Наш с ним отец был добрым и мягким, а его знаменосцы в открытую смеялись над ним. У нас занимали золото и не трудились его отдавать. При дворе отпускали шутки относительно беззубых львов. Даже любовница его обкрадывала. Эта вчерашняя шлюха позволяла себе носить драгоценности нашей матери! Вернуть дому Ланнистеров его надлежащее место выпало на долю Тайвина — а когда он был не старше двадцати, судьба вручила ему все наше государство. Он нес это тяжкое бремя двадцать лет, не заслужив ничего, кроме зависти безумного короля. Вместо заслуженных почестей ему приходилось терпеть бесчисленные оскорбления, и все же он обеспечил Семи Королевствам мир, процветание и справедливость. Да, он человек справедливый, и ты поступишь мудро, доверившись ему.
Наконец, Киван единственный из всей семьи, кто оплакал смерть брата и скорбел по поводу его кончины (Дети лорда Тайвина в это время друг с другом выясняли отношения). По моему мнению, Киван был для лорда Тайвина тем братом, о котором можно было только мечтать.
А вот для своей сестры Дженны, по ее собственному признанию, Тай сам был самым лучшим братом, братом-защитником. Впрочем, сама Дженна его не идеализирует, а принимает и любит со всеми его достоинствами и недостатками. И есть за что. Именно десятилетний Тай в присутствии вассалов оспорил принижающий Дом проект брака Дженны за младшего Фрея в таких выражениях, что она этим гордилась все пятьдесят лет. Также я полагаю, что сама Дженна и ее муж после свадьбы продолжали проживать в Кастерли Рок, а после смерти жены лорда Тайвина, эта властная женщина забрала на себя роль хозяйки Дома. Роль не только почетная, но и ответственная. Большое хозяйство всегда требует женского зоркого взгляда и женской твердой руки. Да и дети Тайвина тоже были не обделены участливым вниманием своей тетушки (очень показательно, как любит она трепать по щеке Джейме, как трезво судит о Тирионе, да и Серсею на невестины смотрины к приезду принца Рейегара обряжает все та же тетушка Дженна).
Об отношениях Тайвина с двумя другими братьями известно мало… Разве что о Герионе есть некоторые сведения. Проживал он, похоже, в Кастерли Рок, раз Тирион помнит, как возился с ним любимый дядюшка. Когда Герион отправился в экспедицию за море, на поиски легендарного валирийского меча Ланнистеровского Дома, его старший брат назвал эту идею «Путешествие Дурака». Однако, возможно, в тайне он благословил этот квест, поскольку и у него была заветная мечта – вновь обрести это сокровище. Известно также, что когда экспедиция пропала без вести, лорд Тайвин снарядил еще одну на поиски своего брата.
А когда бесследно исчез юный сын его другого брата, лорд Тайвин продолжил поиски, даже не смотря на отсутствие надежды найти его живым. «Лорд Тайвин упорен, когда дело касается его крови. Он найдет парня живого или мертвого, и я намерен способствовать ему в этом», так отозвался о нем один из его вассалов.Как видим, для него родная кровь - не водица…
 

Убийца Матрешек

Лорд Хранитель
3.3. Первое Десничество и дружба с Эйерисом. Что послужило причиной разрыва отношений. История про Сумеречный Дол;

Тайвин стал десницей даже раньше, чем лордом, что встречается достаточно редко, обычно десницами становились убеленные сединами мужи (Джон Аррен, Киван Ланнистер, Харис Свифт), либо люди среднего возраста, но все же уже опытные (Эддард Старк, Бринден Риверс, Бейлор Таргариен), тогда ему было всего 20 лет. Но уже в те годы он сумел произвести должное впечатление на короля, расправой над Рейнами и Тарбеками.

Новый король Эйерис, который тогда ещё был адекватен и подававший большие надежды - «Теперь я думаю, что голова у вашего отца всегда была не в порядке, но благодаря его обаянию и великодушию эти легкие странности прощались ему. Начало его царствования обещало многое» , к слову был другом юности Тайвина и пригласил его к себе на высокую должность. И нужно признать, что целых 14 лет все было отлично, народ до сих пор вспоминает о тех временах:

«- При прежнем короле этого (произвола) не было бы.

- При Роберте? Этом пьянице?

- Нет, при Эйерисе, да благословят его боги.»

Вполне возможно, что первое время сработал хороший подбор Малого Совета сделанный ещё дедом Эйериса, например мейстер Пицель, уже тогда сообразивший под чью дудку тут нужно плясать, для личного и государственного блага. К сожалению, период первого десничества Тайвина Ланнистера описывается в книгах достаточно скупо. Правда со временем, безумие у короля потихоньку все-таки начало проявляться и первые трещинки стали опутывать крепкую дружбу. Еще в 266 году на свадьбе у Тайвина, король пошутил про право Первой Ночи и достаточно развязно вел себя на провожании невесты. Собственно говоря, это и не удивительно, Эйерис был женат не по любви, но тогда это ему сошло с рук, хотя, скорее всего Тайвин все-таки взял это на карандаш. Следующий, уже гораздо крупный конфликт произошел через 10 лет, когда Эйерис отказал Тайвину в помолвке детей, заявив, мол, где это видано женить сына на дочери слуги.

Впрочем, между ними, возможно, был и ещё один, не подтвержденный в книгах, но читаемый между срок. Бытует версия, что Эйерис соблазнил Джоану Ланнистер и в результате родился Тирион, а Джоанна умерла при родах. Лорд Тайвин не стал выносить сор из избы, но во первых вместе с Джоанной умерла и его лучшая половина, а во вторых о какой дружбе при таких обстоятельствах может идти речь вообще? Это конечно, странно, что Тайвин не подал в отставку, но возможно он ещё хотел принести пользу стране. Так или иначе, но Тайвин с большим трудом ,все-таки сдержался и в этот раз. А уже через два года случился поворотный момент правления Эйериса – восстание Синего Дола. Восстание загадочное, бессмысленное по своей сути и имевшее страшные последствия, как для восставших и короля, так и для всего государства и Дома Таргариенов. Тайвин Ланнистер в последний раз пришел на помощь уже даже не к другу, а к своему королю. А дальше Эйерис стал самым настоящим Безумным Королем, лишив Тайвина наследника, формально оставив Утес Кастерли на своего бастарда. Тем самым и подписав себе смертный приговор.
 

LaL

Знаменосец
Тайвин и Джоанна: загадка одного брака.​

Все мы будем мертвы, будем гнить в могиле.
Жить будет наше имя, и жить будет только оно.
Не твоя личная слава, не твоя честь — только семья.
P.S. к эпиграфу. В качестве эпиграфа я позволила себе взять цитату из сериала, так сказать текста не каноничного, но в тоже время истинно «мартиновского». Здесь Тайвин объясняет Джейме его долг, но долг не лично перед отцом, а Семьей, Родом Ланнистеров, т.е. поколениями, которыми предшествовали его рождению, и теми, что последуют после.

Брак среди аристократов по любви в средние века была такая редкость, что сами они к нему относились скептически, полагая, что он - сродни чуду. Однако такое чудо время от времени случалось, и брак лорда Тайвина Ланнистера как раз из серии подобных редкостей.

Итак, лорд Тайвин женился в возрасте 23-24 лет. Возраст для брака вполне подходящий по меркам нашего времени, но по меркам средневековья - с браком он припозднился, ибо тогда наследников аристократических домов было принято женить с 15-16 лет. Полагаю, задержка с браком была вызвана тем, что невесту лорд Тайвин выбрал себе сам, и редчайшая вещь, брак был по любви со обоих сторон. На это указывает то, что уже десятилетним мальчиком Тайвин мог оспорить решение отца в выборе мужа для сестры в таких крепких выражениях, что сестра всю жизнь этим гордилась, и уж, конечно, допустить навязывание брака себе самому он никак не мог. Его собственный выбор пал на кузину, девушку исключительной красоты и изумительного характера. Не исключаю, что в сравнении с богатством лордов Кастерли-Рока ее семья была не богата, но личные качества невесты были таковы, что сам король Вестероса позавидовал выбору своего друга… и боюсь, эта зависть имела определенные последствия.

В Вестеросе про семейную жизнь четы Ланнистеров говорили: "лорд Тайвин правит королевством, а леди Джоанна правит лордом Тайвином". Последние, однако, не означает, что в семейной жизни лорд Тайвин был подкаблучником и во всем повиновался своей жене. Скорее всего, она, как умная женщина знала, о чем просить мужа, когда просить мужа и каким образом просить мужа. По жизни она была ему первым советчиком, а ее просьбы предвосхищали его собственные желания. (Примером такого подхода к мужу может служить семейная жизнь Дейенерис с Дрого. Тот тоже в высшей степени альфа-самец, но юная супруга смогла тихой сапой прокопать тропинку к сердцу мужа и стать для него "Луной его жизни").

Были в их семейной жизни и некоторые подводные течения. Так супруги категорически не сошлись в определении будущего своих детей. Если мечтой лорда Тайвина было увидеть свою дочь королевой, а сына – первым рыцарем королевства, то леди Джоанну вполне устраивал и обычный грандлордский брак, скажем породниться с семьей Мартеллов… И переговоры об этом марьяже она предпочитала вести в тайне от мужа, чтоб лишь потом поставить его перед свершившимся фактом – скажем, Серсее вполне по сердцу пришелся принц Оберин, а Джейме очаровался юной Элией.

Но семейная жизнь лорда Тайвина оборвалась, когда ему было 32 года. И вот тут в пору задуматься - может ли мужчина в расцвете своих лет поставить на своей семейной жизни крест? В средние века, даже потеряв любимую жену, аристократы недолго пребывали в трауре и вновь женились. На это их толкали три причины:

1) нежелание прибывать в блуде;
2) новым браком укрепить влияние и могущество своего дома;
3) произвести новых наследников.
Последняя причина особенно актуальна для лорда Тайвина, т.к. в 38 лет он лишается своего основного наследника Джейме, а карлика Тириона он категорически отказывается рассматривать своим приемником.
Следующая в линии наследства – дочь Серсея.
Дочери могли наследовать, и в «Пире Стервятников» Серсея выступает как Леди Бобрового Утеса. Следующие наследники Бобрового Утеса - ее дети, Баратеоны по паспорту, а значит, Бобруйск переходит в королевский домен. А по сему - конец старшей линии Великого Дома Ланнистеров. (Из исторических примеров, Элеонора Аквитанская, в качестве приданного своему мужу королю Генриху II, принесла герцогство Аквитанское, которое после ее смерти вошло в домен английских королей, и последующими герцогами Аквитанскими становились те, кому даровался этот титул).

Выходит, лорд Тайвин из-за своего нежелания жениться вновь, таким образом способствовал концу старшей линии Великого Дома Ланнистеров? А как же долг перед Домом, а котором он говорил Джейме? Долг главы Дома – обеспечить преемство по мужской линии. А в Саге у нас « холостяк. Знатный лорд в хороших мужских годах, без наследников…Отпрыск древнего рода и обширными землями… Прославленный воин и десница короля, правящий государством от его имени. Многие дома почтут за честь породниться с вами». Это из ПЛИО. Только не о лорде Тайвине. Но, правда, как будто о нем?

Так какова же истинная причина, по которой лорд Тайвин больше не женился? Поверьте, она может быть только одна – на протяжении всей истории он оставался женатым человеком.

Доказательств этой фантастической теории, прямо скажем не много, все они косвенные – но они есть. Рассмотрим их.

В «Пире стервятников» Джейме во сне встречает Молчаливую Сестру, в которой узнает свою мать, Джоанну Ланнистер. Но можно ли это ведение назвать сном?
О Молчаливых Сестрах в ПЛИО почти ничего не сказано. Так случилось, что для соответствующей темы на форуме, я белочкой пробежалась по книгам, в надежде найти о них хоть какие-либо сведения и нашла интересную фразу: но кое-кто говорит, что они способны разговаривать с мертвыми». А теперь сопоставим с отрывком из сна Джейме:
«- Это всего лишь сон.
- Разве? - печально улыбнулась она. – Сколько у тебя рук, дитя?
Одна. Одна рука, сомкнутая вокруг рукоятки меча.
-Во снах у меня всегда две руки. – Он поднял правую и недоверчиво уставился на безобразный обрубок.

- Нам всем снится то, чего не может быть наяву.
Молчаливые Сестры, принося обет, не имели права больше ни с кем заговаривать. Но, может, молва, которая приписывала им возможность говорить с мертвыми, в чем-то была права, и они могли беседовать - беседовать с живыми посредством ночных ведений (у Мартина такой мистический элемент вполне возможен). Молчаливая Сестра, когда произносит фразу «Нам всем снится то, чего не может быть наяву», говорит не о Джейме, она говорит о себе. Она не смеет прийти к своим детям, не смеет прийти и сказать последнее «прости» своему мужу – но во сне обет молчания можно обойти.
То, что это Молчаливая Сестра – жена лорда Тайвина и мать его детей, Джоанна, мы убеждаемся при анализе текста: «Он не терпел, когда люди над ним смеялись. Это он ненавидел больше всего. <…>. Тайвин мечтал, что сын его станет великим рыцарем, а дочь – королевой. Мечтал, что над ними, сильными, отважными и прекрасными, никогда не будут смеяться». Только очень близкий человек может знать о мечтах лорда Тайвина, или о том, чего он боялся больше всего.
Есть еще одна интригующая деталь: по щеке женщины скатывается слеза, когда она говорит о мечтах лорда Тайвина. Полагаю, что это означает: «Бойтесь исполнения своих желаний. Когда они исполнятся, вы скажите, мы мечтали совсем не о том». Молчаливая Сестра знает не только, что ее сын стал белогвардейцем и лишился руки, но и то, что ее дочь-королева находится в узилище в ожидании позора (сам Джейме об этом узнает только утром).
Из ПЛИОпедии я узнала, что вступление в ряды Молчаливых Сестер может носить искупительный характер для женщин-преступниц, точно так же, как для преступников-мужчин есть возможность искупить свою вину, вступив в ряды Ночного Дозора. Могла ли леди Джоанна осудить сама себя за тот позор, который она принесла Дому Ланнистеров, родив Тириона от короля Эйериса (об этой теории я писала в теме «Тайвин и Эддард»?) Я думаю, могла. Характер у нее был не «мягше», чем у мужа.
Есть еще одна фраза Молчаливой Сестры : «И своего лорда-отца тоже позабудешь? Вряд ли ты, впрочем, знал его хорошо». Эта фраза заставляет задуматься, какие же тайны были у лорда Тайвина, что даже для Джейме, его любимого сына будет открытием?
 

Джон Рокстон

Удалившийся
Тайвин Ланнистер, как полководец.

О лорде Тайвине ходила грозная слава по всему Вестеросу. Однако слава не всегда соотносится с подлинным положением вещей. В данном очерке хотел бы рассмотреть одну из важнейших областей деятельности Тайвина Ланнистера – военную.

В тексте мы встречаем очень уважительные отзывы о его военном прошлом:
Какие шансы имеет пятнадцатилетний мальчишка против таких опытных полководцев, как Джейме и Тайвин Ланнистеры?
– размышляет Кейтилин в начале Войны Пяти Королей;
Здесь присутствовали многие знаменосцы отца и рыцари, сражавшиеся под знаменами лорда Тайвина в полусотне битв
– думает на похоронах отца Серсея.

Однако, обратившись к истории Семи Королевств, можно увидеть, что ни десятков битв, ни большого полководческого опыта не было в его жизни до начала Плио. Военный опыт Тайвин мог получить в Войне Девятигрошовых Королей, но на момент ее начала ему было 14 лет, а на момент окончания – 18. Т.е. начинал он оруженосцем, а закончил молодым рыцарем. И если о заслугах Бриндена Талли и Барристана Селми в этой войне известно, то о подвигах Тайвина история молчит. Чрезвычайно значимым событием, во многом определившем дальнейшую жизнь Тайвина, является разгром восстания Рейнов и Тарбеков. Информации о соотношении сил нет, и поэтому невозможно сказать проявил Тайвин полководческий талант или победу была достигнута за счет несопоставимой численности войск. Вслед за ликвидацией восстания Тайвин получил пост Десницы, после чего страну ждали двадцать лет мира и процветания, омраченные одним эпизодом – мятежом в Сумеречном Доле. Действия Тайвина во время мятежа можно назвать нелогичными. После полугодовой осады он решает штурмовать город, но соглашается на предложение Барристана Селми. Селми вспоминает:
«Он дал мне сутки на вызволение Эйериса. Если не вернёшься с королём к рассвету следующего дня, десница предаст город огню и мечу – так он мне сказал. В час волка я вошёл в Синий Дол и в час волка мы из него вышли»
По какой причине ни штурм, ни миссия Барристана не состоялись раньше – неизвестно.

Во время Восстания Баратеона он проявил политическую мудрость, оставшись в стороне от большей части боевых действий. Единственную победу – взятие Королевской Гавани, на мой взгляд, занести в актив, как полководцу невозможно, так как ворота были открыты без боя, это правильнее считать политическим успехом (роль Пицеля).

Далее лорд Тайвин провел 15 лет в «политической отставке» в Кастерли Рок. В стране также были мир и процветание, за исключением Восстания Бейлона Грейджоя, атаковавшего непосредственно Западные Земли. Об успехах Тайвина в этой войне с железнорожденными неизвестно, победу над флотом Железных Островов одержал Станнис. Но в 298 г. в Семи Королевствах началась крупнейшая война, названная Войной Пяти Королей. Войну Тайвин начал, имея тактическое преимущество, но крайне слабые стратегические позиции. Отсутствие союзников среди Великих Домов, будущий конфликт со Станнисом Баратеоном – все это делало Завоевание Речных Земель крайне рискованной кампанией. В отсутствие ПоВа Тайвина о мотивах, побудивших его начать Вторжение, остается только гадать. Стоит отметить, что начало кампании из-за численного превосходства и ошибок Эдмара Талли развивалось очень успешно. Менее чем за месяц Риверран был взят в осаду, сам Тайвин с армией занял Перекресток, а разведчики Марбранда контролировали тракт до Близнецов.

Картина изменилась с вступлением в войну северян под командованием Робба Старка. Планируя действия против северян, Тайвин недооценил противника, строя свои планы в расчете на ошибки или слабость Робба Старка.
— Ни один меч нельзя назвать сильным, пока он не закален, — объявил лорд Тайвин. — Этот Старк еще мальчишка. Конечно, ему нравятся звуки походных труб и собственное знамя, трепещущее на ветру. Но всякий поход оканчивается бойней. Боюсь, что у него не хватит отваги на сражение.
— Мальчишка может отступить или струсить, увидев такое войско
Робб Старк – зеленый мальчишка, он скорее проявит отвагу, чем мудрость.
Битва на Зеленом Зубце показала ошибочность расчетов Тайвина. Недооценка противника пагубно сказалась, как тактически – задуманный план:
Я надеялся, что, заметив провал на нашем левом фланге, он бросится развивать успех. И тогда копейщики сира Кивана, развернувшись, ударили бы северян в бок, загнали бы в реку, а я с резервом добил бы их
– провалился, Русе Болтон сохранил армию, так и стратегически – «Болтон отвлекал внимание Ланнистеров, давая коннице Робба Старка возможность переправиться через реку». Последовавший за битвой форсированный марш, потери в котором превысили потери в битве, также оказался бессмысленным из-за поражения армии Джейме. Еще более ухудшили положение известия о коронации Ренли и его союзе с Тиреллами, что ставило под угрозу Королевскую Гавань. Лорду Тайвину оставался единственный выход – отступать в Харренхолл. Отсутствие альтернативных путей ведения кампании и невозможность противостоять Ренли Баратеону, угрожающему Королевской Гавани говорит о том, что война складывается для Тайвина очень неудачно.

Однако, последующие действия Тайвина – разорение Речных Земель продолжали строиться в расчете на молодость и возможные ошибки Робба Старка. Можно возразить, что Тайвин не имел других путей разрешения ситуации, но факт остается фактом – спровоцировать противника на выступление к Харренхоллу не удалось.

Смерть Ренли и переход к Станнису позиции главного противника Королевской Гавани не изменила положение Тайвина в военном аспекте. Меньшую численность армии он компенсировал наличием угрожающего столице флота, и Тайвин все также был не в состоянии противостоять угрозе силами «Харренхолльской» армии. Тем временем армия Стаффорда Ланнистера была разгромлена у Оксросса, и, хотя Кастерли Рок находился в безопасности, началась кампания Робба Старка в Западных Землях.

В ответ на это Тайвин, как и планировали его противники, выступил на Запад. О причинах, побудивших его поступить таким образом, рассуждали неоднократно. Я выделю две ключевые: невозможность иных действий, т.е. выступления на оборону Королевской Гавани, т.к. в городе итак не хватало продовольствия, армия Ланнистеров оставила в городе дурную память, а Станнис обладал почти двукратным превосходством в численности; другой причины считаю вассальные отношения. Эти отношения взаимны, и после падения Эшмарка и Крэга, разорения земель своих вассалов, Тайвин был должен выступить на защиту Западных Земель, чтобы сохранить верность своих знаменосцев. О третьей причине можно только предполагать, но, по моему мнению, Тайвин уже смирился с падением столицы и собирался обеспечить себе более сильную позицию на возможных «торгах» со Станнисом.

Поход на Запад также стал неудачным. В Риверране заблаговременно получили информацию о сборах в Харренхолле, благодаря чему у Эдмара появилось время и возможности подготовиться к обороне на Красном Зубце.В Битве у Каменной Мельницы Тайвин не достиг поставленных целей, несмотря на значительные потери. После этого его ждал цугцванг – Харренхолл на востоке занят Болтоном, к северу – Риверран, на западе – войска речных лордов, к югу – земли нейтрально-враждебных Тиреллов. Между Харренхоллом и Красным Зубцом не было замков, подходящих для базирования крупной армии, и прибытие гонцов от Тиреллов стало для Тайвина спасением. Тайвин выступил к Королевской Гавани, где шла ключевая битва Войны Пяти Королей – Битва при Черноводной

Однако, по сути, Тайвину досталась в этой битве роль «зицпредседателя», т.к. его армия более чем в 3 раза уступала по численности войскам Тиреллов, авангардом, разгромившим армию Станниса, командовал Гарлан Тирелл, основными силами – Рендилл Тарли. После Черноводной непосредственно военные действия для Тайвина завершились. Он добился серьезной победы – Красная Свадьба, но это победа политика, а не полководца.

По итогам наиболее подробно описанной части жизни Тайвина можно сказать, что он не слишком талантлив в военном деле, и куда успешнее воюет «воронами и письмами». Его вклад в победу Ланнистеров в Войне Пяти Королей нельзя назвать решающим, куда больший вклад внесли Станнис и Мелисандра (убийство Ренли); Тирион и Мизинец (союз с Тиреллами).

Под редакцией леди LaL.
 
Последнее редактирование:

Lord Abraxas

Удалившийся
В качестве вклада в тему, размещаю первую часть импровизированного эссе «Великий Лев с Утеса». В ближайшее время планирую подготовить еще две части: «Часть II.Тайвин Ланнистер как политик и государственный деятель» и «Часть III. Оценка наследия лорда Тайвина».

«Великий Лев с Утеса». Часть I. Личность Тайвина Ланнистера

Тайвин, сын Титоса из дома Ланнистеров, лорд Кастерли Рок, Щит Ланниспорта, Хранитель Запада, Десница трех королей… Величайший человек в Семи королевствах, «король во всем, кроме имени»: «подобные ему рождаются раз в тысячу лет». Пожалуй, один из самых неоднозначных, глубоких, многогранных и интересных персонажей ПЛиО.

Великолепный стратег и отличный тактик, расчетливый и последовательный в поступках, талантливейший управленец и хитрый политик, истинный Патриарх рода, готовый принести любую жертву на алтарь чести и величия своего Дома.


1. Моральные качества Старого Льва

Учитывая то, насколько жесток и безжалостен сам мир Вестероса, Тайвин по своим моральным качествам является одним из самых подлинно благородных людей в ПЛиО:
  • Человек с невероятно развитым чувством долга, с глубочайшим пониманием своей огромной ответственности перед семьей и государством, пожертвовавший своим личным счастьем на благо интересов своего Дома и королевства. Вообще, глубину осознания Тайвином Долга лучше всего характеризует его же цитата: «Никто не свободен. Только дети и глупцы думают иначе».
  • Мудр и проницателен, превосходно разбирается в людях, вопреки весьма распространенному мнению, не лишен понимания чести и милосердия, и, учитывая жесткие реалии Вестероса, поистине справедлив:безжалостен к врагам, новсегдавознаграждает своих союзников: «Когда твои враги бросают тебе вызов,ты должен встречать их сталью и огнём, но когда они преклоняют колени — протяни им руку и помоги встать. Иначе никто больше не упадёт перед тобой на колени».
  • Важно понимать, что вся жестокость, наиболее часто вменяемая Тайвину в вину, обусловлена исключительно политической необходимостью и всегда мотивирована развитием событий, когда только жесткие меры и ходы обеспечивают возможностью управлять ситуацией. При этом, лорд Тайвин ни в коей мере не проявляет личной склонности к жестокости (как короли Мейегор Жестокий или Безумный Эйрис, к примеру) и, будучи личностью классического макиавеллистского типа, использует необходимое для государя умение отступать от добра во имя благородных целей процветания королевства, а, следовательно, в такой жестокости не кроется никакого зла, но лишь благо: «Объясни мне, почему убить десять тысяч человек на поле битвыэто благородно, а дюжину за обеденным столом — нет?». Сие есть очень хороший вопрос, и, обдумывая его, не следует, как это обычно делают обвинители Тайвина, мерить современными мерками морали реалии средневекового Вестероса – это просто нерационально.
2. Образ лорда Тайвина как воплощение прагматизма и рационального начала в ПЛиО

Из всех значимых персонажей ПЛиО и заметных игроков в Престолы, Тайвин выглядит самым разумным с точки зрения последовательности и мотивированности своих действий. Он своими тщательно просчитанными стратегическими планами и блестящими тактическими ходами, в полной мере оправдывает высказывание Макиавелли о том, что «кто меньше полагался на милость судьбы, тот дольше удерживался у власти». Он не склонен проявлять излишние эмоции, подходит ко всему с холодной головой, а, следовательно, не одержим никакими страстями (ни местью как Бейлиш или Варис, ни маниакальным следованием идее «Высшей справедливости» как Нед или Станнис, ни жаждой неограниченной власти ради нее самой как Серсея или Тирион и другие). В игре в Престолы лорд Тайвин, усилием несгибаемой воли полностью исключивший эмоциональный компонент при принятии любых решений, не совершает глупостей, каждый его ход имеет четкое рациональное обоснование и направлен, в конечном итоге, на достижение единой стратегической цели – величия дома Ланнистеров. Этот безэмоциональный прагматизм без эгоизма и позволил Тайвину добиться в изначально непростой ситуации феноменального успеха (фактически, полного триумфа и победы в ВПК к моменту смерти), и к тому же, выгодно отличает его от других игроков, в большей или меньшей степени погруженных в рефлексию своих страстей и обид.

3. Философия духовного и политического Величия Тайвина Ланнистера
«Größe heißt: Richtung-geben»*
(*«Быть Великим – значит задавать направление»)
–Фридрих Ницше, «Человеческое, слишком человеческое».

Мы все умрем и будем гнить в земле. Но наше Имя будет жить. Оно останется в веках. Не твоя честь и твоя слава, а только Величие семьи.
- Тайвин Ланнистер.​

Ницще писал: «Быть великим – значит давать направление. Ни один поток не велик и не богат сам по себе; его делает таковым то, что он воспринимает в себя и ведет за собой множество притоков. Так обстоит дело и со всем духовно великим. Все определяется тем, что человек дает направление, которому потом должны следовать многие притоки, а не тем, обладает ли он с самого начала богатым дарованием или нет». Согласно Ницше «воспринять в себя и вести за собой множество притоков, давая им направление» и означает «быть великим».

При этом, духовно великий человек, ведущий и увлекающий за собой других (т. е. однозначно являющийся харизматиком), бесспорно должен быть требователен и строг к себе, а его жизнь подчинена самодисциплине и служению Высшему идеалу (великой цели, либо незыблемому авторитету) и устремлена к новым высшим достижениям. При этом, как мне представляется, невозможно быть великим и направлять вектор общественного развития будучи связанным жесткими моральными принципами и догмами (т. е. устремлением к праведной святости). Высокая цель оправдывает любые средства, а если мы спроецируем духовное величие в плоскость политики и искусства государственного управления, которые, как известно, аморальны по сути своей, то становится очевидно, что категории «Величие» и «Святость» абсолютно противоположны, поскольку «Святость» предполагает, что человек в своей деятельности руководствуется неким совершенным сверхнравственным догматическим императивом, а подлинное Величие располагается в плоскости политической философии и выражается в способности искусно управлять обществом, направляя вектор его развития к общему процветанию и прогрессу, поддерживая баланс интересов и гармонию в социальном поле, и не составляя для себя на пути к сей высокой Цели незыблемых моральных преград, затрудняющих ее достижение.

Подобная оценка Величия в полной мере применима к деяниям лорда Тайвина, которые устремлены к высшей цели – величию Семьи и процветанию Королевства. В этом устремлении и кроется внутренний духовный стержень Тайвина, его идентичность, все то, что отличает его от безликой массы мелких жадных до власти людишек и своекорыстных беспринципных игроков: стремление к величию, преданность традициям и идеалам предков, верность семье и фамильная гордость. Личный же его успех и почести им воспринимаются как составная часть преумножения могущества и благосостояния рода, он, как подлинно духовно великий человек, крайне строг с собой, своими желаниями и чувствами, свое личное счастье принес в жертву служению своей высокой Цели. При этом, подлинное духовное величие лорда Тайвина сущностно неотделимо от политико-философской составляющей величия, выразившейся в выдающих способностях Тайвина к эффективному харизматическому политическому властвованию во имя относительного общего блага, баланса сил и интересов в королевстве и направления Вестероса по вектору устойчивого прогрессивного развития.

1.4. Страхи и мечты лорда Тайвина – трагизм Величия

К Величию есть только один путь, и этот путь проходит через страдания.
- Альберт Эйнштейн
Рассматривая образ Тайвина Ланнистера и анализируя структуру мотивации его поступков, прежде всего необходимо учитывать ту среду, в которой формировалась его личность. Он с самого детства воочию наблюдал, как один из величайших домов Вестероса с древнейшей историей теряет свою власть и авторитет, как вассалы насмехаются над слабостью его отца, как они угрожают членам его семьи и берут их в заложники. Для юного наследника рода с глубочайшим чувством ответственности это было нестерпимым. Именно тогда в юности, под воздействием той тяжелой ситуации, и закладываются самые глубокие подсознательные страхи Тайвина – (1) страх перед позором и высмеиванием и (2) страх слабости и потери могущества. Эти страхи Великого и в остальном бесстрашного человека стали словно внутренними демонами Тайвина, во многом мотивируя его поступать тем или иным образом. В результате, именно забота о репутации и чести семьи становится главным делом жизни Тайвина, а поднятие своих любимых Золотых близнецов на пьедестал недосягаемой для простых смертных славы, возвеличивание своего Дома до королевского ранга – его первейшими целями и самыми сокровенными мечтами («Тайвин мечтал, что сын его станет великим рыцарем, а дочь — королевой. Мечтал, что над ними, сильными, отважными и прекрасными, никогда не будут смеяться»).

При этом, на пути к своей цели Величия Семьи, больше всего на свете лорд Тайвин презирал именно слабость, не прощал ее никому и стремился никогда и ни в чем ее не проявлять. Этим же и обуславливается жесткость Тайвина как лидера и правителя: проявлению мягкости и надежде на ответную любовь со стороны подданных и вассалов, он, как истинно макиавеллистский политик, предпочитал стратегию силового воздействия и твердо уяснил максиму о том, что «любовь к правителю плохо уживается со страхом, поэтому если уж приходится выбирать, то надежнее выбрать страх» (Н. Макиавелли). Тайвин Ланнистер создал себе во многом оправданный образ несгибаемого жестокосердного лорда со стальной волей. Но, как писал все тот же проницательный Никколо Макиавелли, «каждый видит, каким ты кажешься, но мало кто чувствует, каков ты есть». В полной мере это применимо и к лорду Тайвину, носившему для всех непроницаемую золотую маску Величия, а в действительности являвшимся еще и очень чувствительным человеком, настолько умело скрывающим свои страхи и переживания, что даже дети не знали о них («Сомневаюсь, знал ли ты своего отца на самом деле» - Джоанна Ланнистер). Именно Джоанна была тем единственным человеком (может еще в некоторой степени верный брат, сир Киван), которая знала настоящего Тайвина, который умел смеяться ради нее. И через всю свою жизнь он пронес любовь к ней – своей единственной жене и даме сердца. Так что, в этом контексте, по моему глубокому убеждению, именно линия лорда Тайвина с его непреходящей любовью к Джоанне, о которой мы может судить лишь по небольшим штрихам из книг, но которою не можем отрицать, является одной из самых интересных и трагичных лирических линий в Саге. После смерти супруги Тайвин больше никогда не улыбался, его лучшая, скрытая от посторонних глаз, сторона умерла вместе с ней, он потерял свое личное счастье, свою Вторую Половину, очевидно, имевшую с ним полную духовную близость. Без любимой жены у Тайвина осталось в жизни только одно – его Цель обретения королевского величия его семьей и его Мечта о славном и прекрасном будущем для их с Джоанной Золотых близнецов. Но в этих своих величественных устремлениях он встретил непонимание своих детей – тех, кто должны были продолжить его дело: Серсея, выросшая эгоцентричной, тщеславной и недальновидной, просто не могла постичь замысел отца; Джейме, с юных связанный болезненной любовью к сестре и готовый жертвовать ради нее всем, не смог на том этапе стать верной опорой отца; Тирион, в глазах Тайвина несший на себе несмываемую печать вины за смерть его милой Джоанны, вообще стал самым большим разочарованием отца – помимо того, что он сам по себе являлся карликом, женился на крестьянке-недошлюхе в 13 лет, опозорив свой род, и всю молодость провел в борделях и за выпивкой, идя наперекор отцу во всех своих поступках и не желая считаться с волей человека, давшего обреченному в любой другой ситуации на смерть карлику полную возможностей роскошную жизнь сына грандлорда. В этом непонимании родных детей кроется глубочайший трагизм величественного образа лорда Тайвина.

Такова была личность Тайвина Ланнистера - Великого человека с трагической судьбой, человека, опередившего свое время и непонятого самыми близкими людьми, человека, выбравшего свой путь и несгибаемо шедшего по нему до конца, всегда смотря своей судьбе в лицо.
 
Последнее редактирование:

Lord Abraxas

Удалившийся
«Великий Лев с Утеса». Часть II. Тайвин Ланнистер как политик и государственный деятель
(в период до событий основного цикла Саги)


1. Лорд Утеса и Хранитель Запада

1.1. Рейны из Кастамере
Впервые бразды правления и командования были приняты юным Тайвином, тогда еще лишь наследником Кастерли Рок, в крайне неспокойное и неблагоприятное для его Дома время. К тому моменту, власть Ланнистеров в Западных землях, слабевшая уже в течение нескольких десятилетий, находилась в полном упадке: вассалы открыто смеялись над своим сюзереном, не платили ему податей, не возвращали взятое в долг золото и даже брали в заложники членов семьи грандлорда Запада. Лорд Титос не обладал авторитетом в своих землях, в его правление Ланнистеры при всем их богатстве стали одним из самых слабых Великих Домов, не способным не только играть в Престолы и большую политику, творящуюся в таргариеновской Королевской Гавани, но и удержать в повиновении вассальные Дома Запада.

Итог был закономерен: два самых богатых и могущественных дома в Западных землях, Тарбеки из Тарбекхолла и Рейны из Кастамере, открыто подняли восстание с целью низвержения верховной власти Утеса Кастерли над Западом. Очевидно, что перевес в силах был явно на стороне восставших: у этих двух мощных домов имелись свои вассалы и присяжные рыцари, огромные богатства, чтобы нанять еще и наемников, а Красный Лев - лорд Роджер Рейн считался одним из лучших воинов и полководцев во всех Семи Королевствах. Ланнистеры, вероятно, могли противопоставить объединенной мощи Рейнов и Тарбеков лишь собственную домашнюю гвардию с Кастерли Рок, ополчение Ланниспорта и силы тех вассалов, которые сохранили им верность (а они едва ли были многочисленны, так как, учитывая слабость и низкий авторитет лорда Титоса, большинство Западных лордов либо сохранили нейтралитет, либо ограничились символической помощью своему сюзерену).

К большому сожалению, собственно о ходе этого известного всему Вестеросу и воспеваемого в песнях Восстания, подавление которого стало звездным часом для молодого Тайвина, нам известно до обидного мало. Мы знаем, что лорд Титос поручил командование собранной армией своему старшему сыну и наследнику (вероятно, самое умное решение, принятое им за всю жизнь), и гордый Роджер Рейн, командовавший силами восставших, рассчитывал легко сокрушить неопытного юнца. Скорее всего, судьба Восстания была решена в генеральном сражении, в котором юный Тайвин наголову разгромил превосходящего численностью самоуверенного противника. А уже потом наступила расплата для проигравших: Кастамере и Табекхолл были преданы разрушению, а Рейны и Тарбеки истреблены под корень, их земли и, самое главное, их золотые копи отошли под власть Утеса Кастерли.

Весьма вероятно, что именно быстрое и успешное подавление Восстания привлекло к наследнику Кастерли Рок внимание молодого короля Эйриса II Таргариена и послужило для него причиной сделать двадцатилетнего Тайвина Ланнистера своим десницей. Жестокость же, с которой Тайвин подавил восстание, также показала свою эффективность: более ни один дом Запада не поднимал оружие против своих сюзеренов Ланнистеров, а для приведения любого лорда в полное повиновения достаточно было лишь упоминания об участи Рейнов из Кастамере: «…когда лорд Фармен из Светлого Замка начал вести себя подозрительно, лорд Тайвин послал к нему гонца с лютней вместо письма. Прослушав в своем чертоге«Рейны из Кастамере», лорд Фармен исправился раз и навсегда. А если бы песни оказалось мало, то разрушенные замки Рейнов и Тарбеков всегда могли напомнить об участи тех, кто бросил вызов власти Утеса Кастерли...».

1.2. Во главе Запада
Верховным лордом и Хранителем Запада Тайвин стал после смерти своего отца несколько лет спустя после Восстания Рейнов и Тарбеков, уже в бытность Десницей Короля. Первым решением в качестве нового лорда Утеса и Щита Ланниспорта он вновь публично продемонстрировал непререкаемость своей абсолютной власти в родовых землях: простолюдинка-фаворитка покойного лорда Титоса, имевшая на него огромное влияние, была с позором изгнана из родового замка Ланнистеров, заклеймена «шлюхой и воровкой» и проведена обнаженной по улицам Ланниспорта. Так началось правление Тайвина Ланнистера на Западе, ставшее едва ли не самым благостным периодом для этого региона Вестероса за всю его историю.

В силу географических и геофизических факторов, Западные земли всегда были очень богатой областью: там располагались практически все золотые копи Вестероса. Соответственно, объединившие Запад Ланнистеры - Короли Скалы были одной из самых могущественных из всех королевских домов в период до завоевания Семи королевств Эйгоном Таргариеном и его драконами. Затем наступил «золотой век» Таргариенов, и Ланнистеры более не играли особо значительной и определяющей роли в масштабе всего Вестероса (за исключением одного важного эпизода во времена Танца драконов, когда по предложению Мастера над монетой сира Тайленда Ланнистера треть государственной казны была отправлена в Кастерли Рок), а Запад стал едва ли не периферийным регионом. При Тайвине Ланнистере статусное положение Западных земель кардинально изменилось: используя свои возможности в качестве Десницы Короля он обеспечил влияние и процветание своих земель: государственная казна Таргариенов пополнялась за счет золота богатых Западных лордов (что способствовало повышению их статуса в Семи королевствах), а значение «экономического сердца» Запада – Ланниспорта, как важнейшего центра торговли и ремесел Вестероса, усилилось (во времена десничества Тайвина город неоднократно посещал и сам король со своим двором). Тайвин Ланнистер, уверено укреплявший власть и влияние своего Дома и своего региона, стал своего рода символом величия и благополучия Запада и лучшим его правителем, с которым хоть как-то сопоставимы разве что с полулегендарный Ланн Умный, первый настоящий король Запада Лориен I Лев и Лоренто Ланнистер, последний королй Запада, мудро преклонивший колено перед Эйгоном и драконами и спасший тем самым свои земли от разорения.

В качестве платы за дарованные Западным землям порядок, стабильность и процветание Тайвин требовал только одного – верности и повиновения, и Западные лорды готовы были их оказывать, демонстрируя единство в следовании за своим сюзереном. Действительно, ни в одном из крупных конфликтов, которые пришлись на время правления Тайвина, ни один из Западных лордов даже не подумал ослушаться своего сюзерена: (1) в Восстание Баратеона Запад был едва ли не единственным регионом в Семи королевствах (может, за исключением Севера и Дорна), который не был разделен на противоборствующих восставших и роялистов и всецело поддержал позицию своего грандлорда (мятежные Джон Аррен, Роберт Баратеон и Хостер Талли столкнулись с противодействием многих своих вассалов, а в Просторе не все поддержали роялистскую позицию Тиреллов); (2) в ходе Войны Пяти Королей ни один из Западных домов (о прецеденте Вестерлингов-Спайсеров будет особо сказано позднее) не бросил своего сюзерена в очень тяжелой ситуации, когда Ланнистеры оказались в кольце врагов, а предательство и смена сторон для мелких лордов (присяга речников Роббу Старку, переход многих лордов Простора и Штормовых Земель от Ренли к Станнису, а затем от Станниса к Джоффри) были обыкновенной практикой.

Так что Запад всегда был мощнейшим и надежнейшим плацдармом во всех государственных деяниях и политических маневрах лорда Тайвина. Тайвин Ланнистер всегда знал, как расположить лордов к себе, в этом деле грамотно использовал не только страх, но и поощрение (в том числе, и посредством заключения браков между представителями младших ветвей Ланнистеров и наиболее сильных вассальных домов, таких как Кракехоллы и Марбранды), умел не только приказывать, но и слушать своих вассалов (все военные и прочие советы Тайвина и его лордов проходили по схеме: сначала высказываются они, затем на этой основе Тайвин принимает решение). Таким образом, можно справедливо утверждать, что к правлению Тайвина на Западе и к его отношению с Западными лордами в полной мере применима цитата Николло Макиавелли: «Об уме правителя первым делом судят по тому, каких людей он к себе приближает; если это люди преданные и способные, то можно всегда быть уверенным в его мудрости, ибо он умел распознать их способности и удержать их преданность».


2. Десница Короля

Итак, как уже было отмечено, Тайвин Ланнистер стал Десницей Короля, когда ему минуло лишь только двадцать лет. Однако, не смотря на столь, казалось бы, молодой возраст, лорд Тайвин на этом важнейшем в государстве посту в полной мере продемонстрировал свои выдающиеся управленческие способности. При его мудром и компетентном десничесве королевство процветало: Малый Совет, очевидно, подобранный лично Тайвином работал эффективно, королевское правосудие чинилось без препятствий и противодействий, налоги успешно собирались, и казна доверху была полна золотом (способностям Лорда-Десницы находить золото везде, где только можно, удивлялись и восхищались более всего). Что до простого народа, то он время царствования Эйриса (при фактическом правлении Тайвина) впоследствии почитал в сравнении с временами Роберта и периодом Войны Пяти Королей самым стабильным и благополучным.

Административные таланты Тайвина обеспечили государству и долгие годы мира. Первые четырнадцать лет его десничества были ознаменованы отсутствием любых выступлений против королевской власти. Позднее, единственным эпизодом, нарушившим королевский мир, был авантюрный и заведомо обреченный на провал мятеж Дарклинов из Сумеречного Дола, которые захватили самого короля и около года держали его в заложниках. Тайвин, стоявший у стен города с сильным войском, был связан этим обстоятельством и не мог предпринять штурм, однако, после освобождения короля из плена сиром Барристаном Селми, его армия незамедлительно вошла в город и предала мечу всех мятежников, уничтожив род Дарклинов подобно Рейнам и Тарбекам. После жесточайшего подавления Сумеречного Дола уже никто не смел бросить вызов Железному Трону, пока гроза всех мятежников сам великий Тайвин Ланнистер оставался Десницей Короля. И так было бы еще долгие и долгие годы, если не зависть короля Эйриса к своему «старому другу».

Действительно, слабому, не слишком умному и параноидальному (особенно после плена в Сумеречном Доле) королю сложно было не завидовать самому сильному, влиятельному и богатому человеку в Семи королевствах, коим являлся королевский Десница лорд Тайвин Ланнистер. Нерадивый бездарный монарх, постоянно повторяющий, что он король, и требующий повиновения, и талантливейший правитель с мощнейшей харизмой, способный одним лишь взглядом внушать ужас, трепет и повиновение («Лорд Риккер как-то пошутил: «Если нам нужно золото, Его Величеству достаточно посадить лорда Тайвинана королевский горшок. – Эйерис и его прихлебатели громко захохотали, а отец уставился на Риккера поверх своего кубка с вином. Веселье уже стихло, но он не сводил своего взгляда. Риккер обернулся, повернулся, встретился с отцом взглядами, потом отвернулся обратно, выпил полную кружку эля, и покраснел, проиграв сражение с парой немигающих глаз») - так что, перерастание дружбы Эйриса и Тайвина с в негласное противостояние «Короля лишь по имени» с «Королем во всем, кроме имени» было просто предопределено.

Основная же вина за разрыв дружеских отношений и добровольную отставку Тайвина с поста Десницы несет именно король, который последовательно наносил своему самому могущественному верному союзнику и другу, одно оскорбление за другим: (1) намеренно не раз допускал вольности относительно любимой супруги лорда Тайвина Джоанны, заставляя того исходить ревностью; (2) публично (перед многими его лордами и вассалами, в Ланниспорте, вотчине самого Тайвина, который больше всего на свете боялся и ненавидел насмешки, слабость и унижение) и в грубой форме ("Ты мой самый лучший слуга, Тайвин. Не могу же я женить сына на дочери слуги") отверг первоначально одобренное предложение Тайвина обручить Рейгара с Серсеей; (3) инициировал вступление Джейме в Королевскую Гвардию, чтобы досадить Тайвину и отнять у него наследника, оставив того с ненавистным Тайвину карликом Тирионом («Теперь он (Джейме) мой, а не Тайвина, и будет служить, как я сочту нужным. Я король, я и приказываю, а он повинуется»).

Естественно, что последнего оскорбления, самого страшного для лорда Тайвина, озабоченного проблемой Величия и Наследия, он вытерпеть не мог, оставил пост Десницы и забрал Серсею из Королевской Гавани. Так Безумный Эйрис приобрел себе самого страшного, жестокого и безжалостного скрытого врага, как всякий истинный Ланнистер, мечтающего оплатить королю и Таргариенам свой долг. И в Восстание Роберта Баратеона Тайвин Ланнистер свой долг Таргариенам сполна оплатил.


3. Лев, Олень, Дракон: роль Тайвина в Восстании Баратеона

Войны выигрываются или проигрываются до того, как начинаются. Все решают подготовка, стратегия и выбор надежных союзников.

Вообще, как мы видим из вышеописанного, Безумный король сам запустил ту фатальную для себя и своей династии цепь событий, завершившуюся крахом Таргариенов. Ведь именно в союзе Домов Золотого Льва и Красного Дракона и состоял единственно возможный «рецепт» удержания власти над Вестеросом в отсутствие настоящих живых драконов:

(1) Брак Рейгара и Серсеи, скрепляющий отныне нерушимый союз правящей династии с сильнейшим из Великих Домов, обеспечивающий неиссякаемую бесперебойную финансовую поддержку Железного Трона золотом Запада и абсолютную верность мощной и отлично вооруженной (поскольку у Ланнистеров было больше всех средств, у их войска было самое лучшее снаряжение) 50 тысячной армии Ланнистеров (именно такая по численности армия при необходимости может быть собрана в Западных землях, что было показано в Войну Пяти Королей – более 20 тыс. у Тайвина, более 15 тыс. у Джейме, более 10 тыс. набрано Стаффордом Ланнистером и еще пару тыс. – гарнизоны Кастерли Рок, Ланниспорта и Золотого Зуба).

(2) Джейме не вступает в Королевскую Гвардию, остается наследником Тайвина и женится на Лизе Талли, что сразу же переориентирует взоры Хостера Талли и его знаменосцев в сторону Утеса Кастерли и Железного Трона. И едва ли в этой ситуации Аррены, Старки и Баратеоны решились бы бросить вызов Железному Трону, поддерживаемому объединенной мощью Тарагариенов, Ланнистеров, Талли и Тиреллов (ведь они в Восстание Роберта были первейшими роялистами), даже в случае нейтралитета Дорна (то есть, если бы Элия вышла не за Рейгара, женатого на Серсее, а за того же наследника Хайтауэров, например)

(3) Тайвин – великий государственный муж, гроза всех мятежей и выдающийся полководец остается Десницей Короля, сдерживает Эйриса от наиболее сумасбродных решений и продолжает мудро править страной до конца царствования Эйриса, планомерно укрепляя королевскую власть и подводя страну к централизованной монархии, а, возможно, продолжает править и после, при мечтательном меланхоличном Рейгаре, женатом на Серсеи, которая родила бы тому настоящих наследников-драконов.

Но всё, к величайшему сожалению для Вестероса, сложилось иначе, то есть по известному нам из книг сценарию. Следует отметить, что само Восстание Роберта было абсолютно закономерным итогом развития Вестероса, свободного от страха перед сдерживающими его в повиновении Таргариенам драконами, по тому сценарию, который неосознанно, руководствуясь фамильным таргариеновским высокомерием и фанатичной верой в эфемерные пророчества об «Обещенном Принце», выбрал Эйрис, отвергнув дружбу и союз с лордом Тайвином:

(1) Политически и экономически бессмысленный брак Рейгара с Элией, заключенный лишь по причине присутствия в Мартеллах капли «драконьей крови», не давал Железному Трону никаких реальных выгод, так как Дорн (в отличие от Запада) по своему ресурсному потенциалу - самое слабое из Семи Королевств, что собственно и Доран Мартелл признавал и не отрицал.

(2) Принятие Джейме в Белую Гвардию ставило крест на фактической лояльности Ланнистеров Железному Трону, вынуждая Тайвина лишь формально демонстрировать подчинение покуда Джейме остается заложником в Королевской Гавани. Кроме того, это же послужило косвенной причиной окончательного присоединения колеблющегося Хостера Талли к Великому Северному альянсу, который, очевидно, был давно спроектирован Джоном Арреном и Рикардом Старком, ведомым своими «южными амбициями».

(3) С отставкой Тайвина Ланнистера и настраиванием его против Таргариенов, у роялистов не было мощнейшей опытнейшей харизматической фигуры, способной быстро, жестко и эффективно подавить Восстание (так же, как это было сделано с Рейнами и Тарбеками, а затем и с Дарклинами из Сумеречного Дола). Если уж молодому, довольно харизматичному и не бесталанному Рейгару для этого все же не хватило силы, воли и опыта, то про всяких там юных и храбрых коннингтонов, старых и глупых мерривезеров и прочих вообще речь не идет.

Итак, вызрели повод (похищение Рейгаром Лианны и казнь старших Старков) и объективные причины (во-первых, утрата Таргариенами легитимности (подробнее по этому вопросу смотреть - http://7kingdoms.ru/talk/threads/4931/page-67#post-1313873); во-вторых, отсутствие под принадлежащим ЖТ каких-либо мощных оснований на господство над всем Вестеросом в виде драконов или полной поддержки мощных в своем ресурсном потенциале домов, которыми не считая уже восставших Арренов, Старков и Баратеонов могли стать в Семи Королевствах только лишь Ланнистеры (уже описал выше), Тиреллы (они достаточно пассивно поддерживали Таргариенов в ходе Восстания, всего лишь осадив Штормовой Предел, были бы в разы расторопнее, если Рейгар женился на одной из дочерей уже покойного лода Лютора Тирелла - сестер действующего лорда Мейса), Хайтауэры (тоже самое, что и Тиреллы, только вместо Лютора – лорд Лейтон Хайтауэр), Восстание началось и стало набирать силу.

А что же тем временем лорд Тайвин? А он выбирает единственно возможный и оправданный для него и его положения выход – ожидание. Он совершенно справедливо не выступает на стороне Таргариенов, которые нанесли ему целый ряд несправедливых и бесчестных обид и оскорблений за 20 лет верной службы государству, и более того прекрасно рассчитывает шансы наперед и осознает, что поддержка Таргариенов на данном этапе не принесет ему и его Дому никаких выгод: (1) Серсею Рейгар в жены уже не возьмет, он уже женат и обзавелся наследниками; (2) Джейме Эйрис по доброй воли не отпустит из Белой Гвардии и Королевской Гавани; (3) Тайвина десницей Эйрис из зависти и ненависти уже никогда не назначит. Также, очевидно, верно просчитал Тайвин скорее всего и тот момент, что в случае подавление восстания Таргариенами его нейтральное бездействие никто не решится вменить ему в вину – слишком уж могущественным и влиятельным был в правление лорда Тайвина Запад и Дом Ланнистеров. Так что, выжидательная тактика Тайвина в начальный этап Восстания Баратеона представляется наиболее обоснованной, логичной и последовательной. Воистину, «терпение тоже превращается в оружие, если использовать его должным образом».

Тем не менее, когда восставшие и роялисты собирают силы для генерального сражения всего Восстания, Тайвин формирует у Кастерли Рок относительно небольшой, но отборный 10-тысячный корпус западников (в основном, тяжелая рыцарская конница) и выступает медленным маршем из Западных земель. И снова мы наблюдаем верный расчет: кто бы не вышел из решающей битвы победителем, с собранной им сильной армией всегда можно будет безболезненно присоединиться к нему.

Как нам всем известно, эпическая баталия на Трезубце закончилась полной победой восставших, а принц Рейгар - единственная фигура, способная сплотить роялистов, погиб. В этой ситуации лорд Тайвин мудро рассудил, что Роберт Баратеон, триумфатор Восстания – наиболее очевидный кандидат на Железный Трон, Таргариены все равно обречены и утратили легитимность своей власти, а Ланнистеры не должны пасть вместе с ними, но напротив поучаствовать в грядущем переделе власти с наибольшей для себя выгодой. Стремительным маршем войско Ланнистеров подходит к столице и становится у стен Королевской Гавани и … эффективно решает исход Восстания.

Многие обвиняют Тайвина именно в вероломной жестокости, связанной с захватом Королевской Гавани хитростью при помощи великого мейстера Пицеля и приказом казнить детей Рейгара. Но здесь надлежит отметить, что такой исход был неоспоримо гораздо большим благом, нежели штурм города, который продлился бы достаточно долго и унес бы тысячи жизней защитников (а также почти всего населения столицы, учитывая закладки Дикого Огня по всему городу и намерение Эйриса и его пиромантов устроить грандиозное фаер-шоу в КГ. Но тут, справедливости ради, следует оговориться, что лично Тайвин про закладки пиромантов скорее всего не знал, разве что, быть может, Пицель ему мог сообщить через воронью почту), а главное оставление в живых детей Рейгара (а их могли, к примеру, вывезти из города морем при затянутом и кровопролитном штурме и отправить в Дорн, тогда войне не было бы конца) порождало бы невероятную неопределенность в вопросах престолонаследия и стоило бы государству нескольких лет смуты. Кроме того, имел место и персональный фактор – лорда Тайвина крайне беспокоило положение любимого сына и наследника (а Тайвин всегда видел своим наследником только Джейме), которого бы казнили в случае начала штурма стен, а этого Тайвин допустить не мог. Поэтому, принимая во внимание все эти причины, внезапный и молниеносный захват открывшей ворота Королевской Гавани – типичный пример совершения малого зла во имя большего блага – прежде всего мира вместо кровавой гражданской войныДаже Роберт, при всей своей глупости, понимал, что его трон обретет устойчивость только со смертью детей Рейгара» - лорд Тайвин). А тот тезис, что Ланнистерская армия подвергла город разграблению и якобы вероломно порезала многих жителей, упускает важный момент, связанный с тем, что именно Ланнистеры очень вовремя подошли к городу и сам факт их вхождения в ворота (и убийство Джейме Безумного Эйриса) сорвал возможность сожжения КГ и гибели всех местных жителей подчистую. Так что захватив город, Ланнистеры его спасли от огненного ада. Что же до убийства Элии и ее детей: как ни печально, но смерть наследников Рейгара была необходимой жертвой, подведшей кровавую, но фактически последнюю черту под Восстанием Баратеона, а убийство Элии и жестокость смерти Рейнис в принципе не имеют никакого отношения к Тайвину Ланнистеру (он такого приказа не отдавал, о чем прямо говорит сам: «Элию не нужно было трогать – сама по себе она ничего не значила» и «Сир Амори учинил над Рейнис не меньшее зверство… Эта кровь на его руках») и связаны исключительно с маниакальной жестокостью сира Григора Клигана и Амори Лорха.

Как бы то ни было, но неизбежное дело было сделано, и Роберт Баратеон, как герой, занял Железный Трон по праву завоевателя, по родству с предыдущей династией и во многом благодаря «услуге», оказанной ему Ланнистерами. Тайвин, через представление мертвых тел детей Рейгара засвидетельствовав лояльность своего Дома новому королю, получил максимально возможные преференции при переделе власти: Десницей Короля он не стал, но зато стал тестем короля (и, что было изначально главным для него – дедом будущего короля), сумев-таки сделать свою дочь королевой (как он ей в детстве и обещал, а Ланнистеры обещаний на ветер не бросают), выдав ее за Роберта. Таким образом, по итогам Восстания Роберта, Тайвин Ланнистер, удалившись из столицы на Утес Кастерли, получил максимум выгоды, при минимуме затрат. И здесь, пожалуй, единственным его разочарованием стало то, что Джейме так и остался рыцарем Королевской Гвардии, не пожелав стать наследником Утеса и покинуть ряды белогвардейцев, очевидно, из-за возможности быть поблизости к сестре-королеве, хотя после убийства Эйриса можно было воспользоваться случаем и снять Белый плащ.

Так или иначе, в ходе дальнейших 14 лет правления короля Роберта, лорд Тайвин, находясь в Западных землях, не имел возможности непосредственно оказывать воздействие на процесс управления государством, что для самого государства имело негативные последствия: королевская казна постепенно опустела. Однако и этот факт Старый Лев сумел обернуть себе на пользу, став главным кредитором короны и тем самым еще более упрочив положение своего Дома.



P.S. далее планирую представить окончание второй части импровизированного эссе «Великий Лев с Утеса», посвященное анализу деяний Тайвина как политика и государственного деятеля уже в период основных событий повествования книг (Война Пяти Королей и второе Десничество Тайвина), а также подготовить третью часть - «Великий Лев с Утеса. Часть III. Оценка наследия лорда Тайвина».
 
Последнее редактирование:

Сулла

Знаменосец
Давно завалялась у меня на компьютере статья, которую я уже вряд ли когда-нибудь допишу. В ней должны было быть три части, первую я сделал. Но даже ее мне лень дополнять открывшимися фактами из Путеводителя, тем более что они только поддерживают ее дух.
За стихотворение огромное спасибо очаровательной Ava


Я очень долго подходил к написанию в силу лени и занятости, сие есть труд скуки на работе больше года назад и бессоницы. В написанном нет совершенно ничего сложного или "свежего", здесь не будет попыток отыскать двойное, или даже тройное дно в повествовании. Просто сухой анализ цитат и сюжета, с минимум личного мнения. Заранее скажу, что я специально воздерживался от исторических параллелей (хотя порой хотелось процитировать да того же Наполеона “плох тот правитель, кого называли добрым”, не говоря уж о цитатах Маккиавели) или же от параллелей с другими худ. произведениями.


Мне долго мешала моя занятость, ибо написанное ниже есть... Ну, дань уважения вымышленному литературному персонажу, который впечатлил меня чуть менее чем Луций Корнелий Сулла, Счастливый. Хотелось иметь подходящее для этого... Расположение духа.
Данную работу первоначально хотелось начать с ситуации в Вестеросе, которая сложилась после гибели Тайвина, о том, какие ужасные последствия для королевства принесла его смерть. Это не пафосные изречения, это всего лишь объективные факты и беспристрастная оценка. Но после короткого перекура я решил, что данная работа должна иметь Введение, Главы и Выводы. Которые, потом, передумал дописывать по уже упомянутым причинам.


В введении будет рассмотрено зарождение основных черт, что были присущи Тайвину.


Главы будут состоять из основных критериев, по которым должно оценивать лорда в Вестеросе. В первой главе будут рассмотрены достижения лорда Тайвина как военного, во второй главе я уделю внимание политической и управленческой деятельности лорда Тайвина, в третьей же главе мы рассмотрим внутрисемейные отношение Ланнистера.



Введение
Ланнистеры из Кастерли Рок являлись богатым и могущественным родом, который правил на Западе долгие тысячи лет. Их земли богаты драгоценными металлами, развито сельское хозяйство и ремесла (судя по воспоминаниям о Ланниспорте, что мелькали в Танце Драконов). Западные Земли холмисты, горы защищают их от нападения крупных армий с востока. Часто Западные Земли подвергались набегам островитян из-за протяженности береговой линии. Запад одна из самых густонаселенных частей Семи Королевств.

На момент рождения Тайвина Ланнистера, правителем Западных Земель был Титос Ланнистер. Он не был рожден наследником, роль второго сына навсегда наложила на него свой отпечаток. По воспоминаниям Дженны Фрей (урожденная Ланнистер, дочь Титоса) отец не мог отказать людям, что были старше него. Над Титосом смеялись собственные вассалы, при дворе отпускали шутки о беззубых львах, которым даже долги не возвращают (что особенно смешно на фоне поговорки “Ланнистеры всегда платят по счетам”)… Слабым, безвольным, щедрым человеком был Титос.

Тайвина с детства раздражала сложившаяся ситуация. Ланнистеры горды (это отличительная черта данного семейства), но вряд ли был еще кто-нибудь из этого рода, у кого гордость был столь же сильна, как у Тайвина. Еще в юном, детском возрасте Тайвина отличали следующие черты:

- жестокость;

- чрезвычайная, даже пугающая одаренность.

Основаниями для вышеизложенного служат следующие цитаты:

Сентиментальностью отец никогда не отличался. Его собственный отец, лорд Титос, как-то бросил в темницу непокорного знаменосца, лорда Тарбека. Воинственная леди Тарбек ответила на это пленением трех Ланнистеров, в том числе и молодого Стаффорда, с чьей сестрой, своей кузиной, Тайвин был помолвлен. «Верните моего лорда-мужа, на то эти трое ответят за всякий причиненный ему вред», — написала она в Бобровый Утес. Молодой Тайвин предложил отцу удовлетворить ее требование, вернув ей мужа разрубленным на три части. Однако лорд Титос относился к более мягкосердечным львам, и дубоголовый лорд Тарбек выиграл еще несколько лет жизни, а Стаффорд женился, имел потомство процветал до самого Окскросса. А Тайвин Ланнистер все стоит, несокрушимый, как Бобровый Утес.
Один Тайвин дерзнул высказаться против этого брака — десятилетний в ту пору мальчик! Отец побелел, как снятое молоко, а Уолдер Фрей весь затрясся.
— Устал? — Тетка поджала губы. — Что ж, он имеет на это право. Тяжело прожить всю свою жизнь в тени Тайвина. Всем моим братьям это далось тяжело. Тень от Тайвина падала длинная, черная, а им так хотелось немного солнца. Тигетт пытался жить сам по себе, но с твоим отцом никогда сровняться не мог, и с годами это все больше ожесточало его. Герион все шутил — проще смеяться над чьей-то чужой игрой, чем вступить в нее и проиграть. А вот Киван рано смекнул, как обстоит дело, и занял место рядом с твоим отцом.
Наблюдая за своим мягким, слабым, добродушным отцом Тайвин стал являть собой полную противоположность постыдной слабости. Он стал жестоким и беспощадным, чтобы никто и никогда не смел над ним смеяться. Глядя на Титоса, Тайвин понял, каким нельзя быть ни в коем случае. Постыдная любовная связь отца с женщиной, что обкрадывала его, брала подношения у горожан, отдавала приказы в Утесе, вызывала смех у всего Ланниспорта, как вспоминала дочь Тайвина (уши лорда Титоса между ног той женщины). Тайвин понимает, что свои пороки надо скрывать, во избежание насмешек над собой и своим достоинством … Нельзя позволить себе даже улыбки, чтобы не казаться шутом.

Тайвин Ланнистер… Жестокий, умный, решительный, смелый, дальновидный. Человек, всю жизнь посвятивший тому, чтобы никто не смел смеяться или же демонстрировать неуважение к Дому Ланнистеров.

 

Сулла

Знаменосец
Глава 1

Тайвин Ланнистер и Война
Проклятья и стоны, мольбы и молитвы

Летят в поднебесье воззваньем о мире,

К богам, одуревшим от зрелища битвы,

От привкуса крови и запаха гнили.
Богам, раззадоренным жаром погони,

Богам, восхищенным коварством интриги,

Не жаль проигравших. Победы достоин

Сильнейший. А головы мертвых на пиках
Еще раз напомнят о праве всевышних

К себе забирать и сразивших, и павших,

Но громкая слава в борьбе победивших

Останется вечным стыдом проигравших

За ум и решимость, железную волю,

За ужас врагов - победитель по праву

В истории царств будет назван героем,

Жестоким создателям признанный равным.

При написании этой работы я столкнулся с серьезнейшей проблемой – нам неизвестны многочисленные военные конфликты в Вестеросе, сражения, которые принесли славу людям вроде Джейме Ланнистера, Рендилла Тарли…

Способности Тарли широко известны. О них несколько раз упоминает Киван Ланнистер, говоря о нем как о

“лучшем военном уме Простора”
или же

“после смерти Тайвина никто не справится с войной лучше, чем Тарли”
Даже Железнорожденные говорят о Тарли с уважением:


— У них есть Хайгарден. Скоро вся мощь Простора выступит против нас, Цирюльник, и тогда ты узнаешь, что у роз порой бывают стальные шипы.

Драмм, держа руку на рукояти Багрового Дождя, кивнул.

— Передовой отряд лорда Тирелла всегда возглавляет лорд Тарли, владелец валирийского меча Губитель Сердец.
А ведь нам ничего неизвестно о победах Тарли, до Войны Королей, за исключением боя при Эшфорде! Дает ли это нам повод для того, чтобы игнорировать оценки его способностей? Нет конечно же, мы занимаемся не изучением мемуаров, а чтением книги, где каждая фраза сказана неслучайно и несет важную информацию для читателя. Совершенно неизвестно, где же Джейме Ланнистер заработал репутацию

“грозного военачальника”
или же откуда ему знать о
"горячке перед битвой"
В каких же сражениях участвовал Джейме, что он привык (давным-давно, это важный момент) к гибели лошадей под ним, решив не давать им больше имен? Тот факт, что сами сражения нам неизвестны, не говорит о том, что их не было и что нам стоит игнорировать мнение героев книги…

Я подвергну анализу факты, которые нам известны из книги о военных действиях Тайвина (его участие в Войне Королей) и соберу мнения о Тайвине как о полководце. К сожалению, именно по последнему критерию мы вынуждены в основном судить о способностях Ланнистера как полководца, ибо это будет сложившееся мнение о Тайвине под влиянием сражений и кампаний, которые нам просто-напросто неизвестны.

Тайвин еще в молодости зарекомендовал себя в первую очередь как полководец. В момент, когда дому Ланнистеров грозила гибель он сумел расправиться с восставшими знаменосцами его отца, Рейном (Красным Львом, который был опытным воином) и Тарбеками. До того момента, как им была одержана блестящая победа, закончившаяся полным истреблением восставших, позиции Ланнистеров на Западе были крайне шатки. Известно, что Тайвин лично руководил осадой замка Тарбеков и его разрушением, после которого он улыбнулся (что было большой редкостью). Это был грандиозный успех. Невиданная жестокость, когда одновременно две семьи были полностью вырезаны за измену принесли Тайвину славу не только способного военачальника, но и человека, способного на крайне суровые меры.
Вышедшие данные по Путеводителю только подтверждают таланты Тайвина, которые он проявил при быстрых перебросках войск, умении вести осаду и т.д.

Гордых Рейнов из Кастамере и древний род Тарбеков из Тарбека он истребил под корень, будучи еще юношей. Об этом даже сложили песню, весьма мрачную. Несколько лет спустя, когда лорд Фармен из Светлого Замка начал вести себя подозрительно, лорд Тайвин послал к нему гонца с лютней вместо письма. Прослушав в своем чертоге «Рейны из Кастамере», лорд Фармен исправился раз и навсегда. А если бы песни оказалось мало, то разрушенные замки Рейнов и Тарбеков всегда могли напомнить об участи тех, кто бросил вызов власти Бобрового Утеса.
Бобровый Утес не прощал измен с тех пор, как лорд Тайвин дорос до войны.
При прочтении книги нам приходиться руководствоваться фактами, что нам сообщаются и мнениями персонажей. Что же думают и говорят персонажи о Тайвине и его способностях, как они оценивают его самого и его поступки?
Нед Старк думает о Тайвине.
– Сир Эдмар выслал людей в каждый поселок или острог, что лежат в дне езды от рубежа, – объявил сир Карил. – Следующему налетчику придется труднее.

Именно этого и добивается лорд Тайвин, подумал про себя Нед. Ланнистер стремится по капле выпустить силу из Риверрана, заставить мальчишку расточить свои мечи. Брат его жены молод, не столь умен, как отважен. Он попытается удержать свою землю до последнего дюйма, защитить всякого – мужчину, женщину и ребенка, – кто зовет его лордом, а Тайвин Ланнистер достаточно проницателен, чтобы понимать это.
Вывод: план Тайвина действует и Старк понимает, что план весьма умен. И Нед Старк считает Тайвина проницательным человеком.

Лорд Тайвин и сир Джейме не из тех, кто принимает несчастья с кротостью, эти не побегут, они будут сопротивляться. Лорд Станнис вел себя осторожно после смерти Джона Аррена, но дело требовало, чтобы он немедленно явился в Королевскую Гавань со всей своей силой, прежде чем Ланнистеры выступят.
Вывод: Нед Старк не сомневается в смелости Тайвина, в его отваге.

Теперь давайте обратим наше внимание на начало войны королей, на начало кампании в Речных Землях (я займусь исключительно военной стороной вопроса, не разбирая дипломатию и другие аспекты).

Тайвин раздробил основные силы Эдмура Талли, что находились в проходе у Золотого Зубца еще до пересечения границ с Речными Землями, проделал он это благодаря безжалостным истребительным набегам Горы на поселения региона. Речные Земли очень густонаселенны, в них процветает торговля и земледелие, территория обширнее, чем Западные Земли. Было необходимо получить преимущество перед противником, который способен выставить больше войск, чем лорд Тайвин. Поручив только что собранные войска Джейме Ланнистеру, Тайвин продолжает собирать свою армию, размеры которой превысили 20.000 солдат (к этому моменту мы еще вернемся).

Джейме разбил армию, что охраняла основную дорогу с Запада на Речные Земли. Известно, что под командованием Ланнистера было около 12.000 пехоты и 3000 конных. Результаты битвы, по воспоминаниям Джейме:

Это напоминало Джейме перевал под Золотым Зубом, где он одержал блистательную победу в первые дни войны.
Действительно, блестящий план Тайвина сработал! Противник раздробил свои силы, одна из двух основных армий Талли разбита. Джейме ускоренным маршем двигается к Риверрану, близ которого Эдмар Талли собирал войска. Очередная битва, закончившаяся грандиозной победой, наследник Речных Земель пленен, его солдаты перебиты, пленены или же разбежались, небольшая часть укрылась в Риверране, удерживая замок. Осталось лишь дождаться капитуляция, война практически выиграна… Вот что говорят нам о тех событиях:

Уолдер Фрей в разговоре с Кет:

– Мне сказали, что Цареубийца разрубил его войско, как спелый сыр топором. Зачем теперь отправлять моих мальчиков на юг – на верную смерть? Все, кто пошел к Риверрану, теперь бегут на север.
Тирион встречается с отцом в лагере.

– И как идут боевые действия?

Ответил его дядя:

– Пока достаточно хорошо. Сир Эдмар раздробил свое войско на малые отряды, чтобы остановить наши набеги, и мы с твоим лордом-отцом получили возможность нанести им тяжелый урон, прежде чем они сумели соединиться.

– Твой брат увенчал себя славой, – сказал отец. – Он разгромил лордов Венса и Пайпера у Золотого Зуба и встретился с основными силами Талли у стен Риверрана. Лорды Трезубца были вынуждены отступить. Сир Эдмар Талли взят в плен со многими своими рыцарями и знаменосцами. Лорд Блэквуд увел немногих уцелевших в Риверран, и Джейме осадил замок. Остальные разбежались по собственным крепостям.
Что же делает лорд Тайвин, пока его сын осаждает Риверран?

И мы с твоим отцом по очереди выступали против них. Без лорда Блэквуда Древорон сдался сразу, а леди Уэнт сдала Харренхолл из-за недостатка людей. Сир Григор сжег владения Пайперов и Бреккенов…
Вывод: по сути, основные войска речных лордов уже разбиты армией Ланнистеров (войска собирать они начали одновременно, как мы узнаем это от Эддарда Старка), то есть стратегия Тайвина полностью себя оправдала.

Молодой Старк собрал 18.000 армию и идет на Юг, чтобы освободить своего отца. У него 18.000 пехотинцев и конных, это солидное войско, в котором есть опытные командиры. По дороге к Близнецам к Старку присоединяется лорд Маллистер со своими силами, после перехода Близнецов к Старку присоединяется 3000 пехотинцев лорда Фрея и 1000 конных. Так же, двигаясь на юг, Робб встречает остатки разбитой армии Эдмура и других речных лордов, часть из них присоединилась к нему. Все это говорит о том, что к моменту разделения своей армии на две части (пехота, что была отдана Болтону и конница, что отправилась с Роббом освобождать Риверран из под осады Джейме Ланнистера) количество солдат существенно превысило первоначальные 18.000.

Тайвин узнал о том, что Робб перешел Близнецы, он сразу же решает дать ему бой, пока мальчик не передумал. Деснице короля Тайвину Ланнистеру необходимо закончить войну в Речных Землях как можно быстрее, ибо столицу надо защищать от мятежников!

– Мальчишка может отступить или струсить, увидев такое войско, – заметил лорд Тайвин. – Чем быстрее мы сломаем Старков, тем скорее я освобожусь, чтобы расправиться со Станнисом Баратеоном. Вели барабанщикам бить сбор и пошли слово Джейме, что я выхожу против Робба Старка.

– Как хочешь, – проговорил сир Киван. Тирион с мрачным восхищением поглядел на отца, повернувшегося к полудиким горцам.
Вывод: Тирион не сомневается в способностях отца разбить неприятеля (не смотря на то, что к отцу у него сложное отношение, Тирион восхищается отцом, но видит его недостатки).

Давайте же теперь рассмотрим цитаты, что описывают нам ход битвы Тайвина против северян. Я уделю внимание лишь основным моментам. Что же думали о предстоящем сражении с Тайвином его противники?

Робб Старк о Тайвине:

– Если он зайдет так далеко, но никто не рассчитывает на это, – сказал Робб. – Я послал слово в Сероводье Хоуленду Риду, старинному другу отца. Если Ланнистеры придут к Перешейку, озерный народ пустит им кровь. Однако Галбарт Гловер утверждает, что у лорда Тайвина хватит ума, чтобы не делать этого. Русе Болтон согласен с этим. Они считают, что он останется возле Трезубца, по одному занимая замки речных лордов, пока Риверран не останется в одиночестве. Нам нужно идти на юг, чтобы встретить лорда Тайвина.
Вывод: северяне не сомневаются в правильности боевых действий Тайвина или же в его уме.

– У обоих планов есть свои достоинства, но… Погляди, если мы попытаемся обойти войско лорда Тайвина, то рискуем попасть между ним и Цареубийцей, ну а если мы нападем на него… по всем сообщениям у него больше людей, чем у меня, и, самое главное, больше латной конницы. Большой Джон утверждает, что это ничего не значит, если мы поймаем его со спущенными штанами, но мне кажется, что лорда Тайвина, человека, участвовавшего в столь многих битвах, не так-то легко застать врасплох.
Вывод: Тайвин участвовал во многих битвах, он опытный военный, в который раз мы видим это из уст, которые вряд ли можно заподозрить в симпатии к Тайвину!

И что же подумал сын Тайвина, человек весьма умный, когда узнал о ночном переходе северян?

Северяне, наверное, утомлены долгим ночным переходом. Тирион попробовал представить себе, на что рассчитывал парень. Неужели он действительно надеялся застать их врасплох во время сна? На это было немного шансов; что бы ни говорили, Тайвина Ланнистера одурачить было невозможно.
Вывод: Тирион считает, что одурачить отца невозможно, он слишком хороший военачальник (к слову, Болтону так и не удалось его застать врасплох, хотя он пытался, совершив ночной переход).

Его лорд-отец оставался на холме, где провел ночь. Вокруг него собрался резерв – огромная сила, наполовину конница, наполовину пешие, целых пять тысяч. Лорд Тайвин почти всегда предпочитал командовать резервом. Занимая высокое место, он наблюдал за ходом сражения, вводя свои силы именно там и тогда, когда это было нужно больше всего.
Вывод: Тайвин участвовал во многих битвах, мы еще раз видим это, Тирион считает поведение отца правильным и заслуживающим всестороннего одобрения.

К слову, такого же мнения придерживается и Торос из Мира. Полководец, лидер в первую очередь должен сберечь себя, хотя бы для того, чтобы выиграть сражение, войну…

— Тогда не ищите ее. Лорд Тайвин командует сражениями из задних рядов, и лорд Станнис тоже. Последуйте их мудрому примеру. Седьмая смерть может стать концом для нас обоих.
Считает ли Тирион, что расположение своих сил Тайвина перед боем есть большая ошибка (левый фланг крайне слаб, конница на правом фланге, резерв сзади, в центре пехота и конница)?

– Вороний харч, – пробормотал рядом Бронн слова, которые Тирион оставил при себе. Ему пришлось только кивнуть. Неужели его лорд-отец лишился рассудка? Нет копейщиков, горстка лучников, несколько рыцарей, плохо вооруженное ополчение, и командует безмозглое чудовище, склонное к припадкам слепой ярости… Как может ожидать лорд Тайвин, что эта пародия на боевые ряды удержит его левый фланг?
Вывод: Тирион не понимает, что произошло. Он не понимает, почему левый фланг состоит из такого сброда. Он не понимает, что произошло с его отцом, который такой хороший военный… Он не знает о плане, согласно которому левый фланг и не нужно удерживать.
– Прекрасная победа, – проговорил сир Киван, заметив Тириона. – Твои дикари сражались отлично.

– Как жаль, что мои дикари испортили танец. – Тирион стащил с руки стальную перчатку и выронил ее, вздрогнув от пронзившей локоть боли.

– Мальчишка Старк оказался осторожнее, чем я ожидал, – признался лорд Тайвин. – Но победа – всегда победа. Кажется, ты ранен?
Вывод: Тайвин выиграл сражение. Множество знатных пленников было захвачено, а от всей армии северян, как в последствии скажет Эдмур Талли в беседе с Кет, у Болтона осталось всего лишь 10.000 (а у него были все пехотинцы севера, пехота Фреев, это 3000, силы других речников, что присоединились к Робу). Но да, Тайвин не стал развивать успех и организовывать преследование, с одной стороны, это минус ему как полководцу, ответственному за исход битвы, но с другой стороны очевидно, что сражались не все северяне (основного состава конницы так и не было видно). Скорее всего, Тайвин просто решил не рисковать больше, чем нужно. Уничтожить почти половину армии противника с ничтожными потерями среди своих войск – это прекрасно, с Киваном Ланнистером трудно не согласиться.

Узнав о разделении армии северян на две части, Тайвин начинает безжалостный к собственной армии марш. Раненых бросают, люди отстают, кто-то бежит, но к Риверрану Тайвин все равно не успевает. Его армия составляет теперь 20.000 солдат.

Поражение Джейме под Риверраном... Все предусмотреть невозможно. Джейме посчитал, что его атакуют речные недобитки и принял решение – раз и навсегда покончить с ними. Увы, это оказалась ловушка. Да, можно было бы методично продолжать осаду, не обращая внимание на набеги, терять людей, фураж… Ну а можно было попробовать раз и навсегда, используя все имеющиеся силы, попробовать покончить с налетами на разведчиков. О ситуации после поражения Джейме лучше всего скажет Киван и Тирион Ланнистеры.

Лорд Киван стоял над картой, наморщив лоб.

– Робб Старк уже заручился помощью Эдмара Талли и лордов Трезубца. Их объединенное войско может превосходить наше. Ну а учитывая, что Русе Болтон находится позади нас… Тайвин, если мы останемся здесь, то можем оказаться между трех армий.

Тело содержательницы постоялого двора бесшумно раскачивалось на веревке под порывами ночного ветра. Плоть ее истощала, как и надежды Ланнистеров.


Не смотря на страшное положение, в котором очутилась армия Тайвина, Ланнистер не теряет мужества, принимает единственно верное решение в сложившейся ситуации… Он отступает на Харенхолл, попутно отдавая приказы о том, что Речные Земли необходимо подвергнуть террору.

Чтобы иметь представление о Тайвине Ланнистере как военачальнике, необходимо ознакомиться с мнением персонажей, их оценкой его поступкам. Для начала я вкратце опишу сложившуюся ситуацию на момент занятия Харенхолла Тайвином., после чего разберем его действия.

План по молниеносному разгрому противника в Речных Землях провалился из-за поражения Джейме в Шепчущем Лесу. Тайвин не может двинуться на Юг, чтобы нанести упреждающие удары по Ренли Баратеону (к которому с каждым днем стекаются все новые и новые силы). Теперь не было никакой возможности соединиться все силы в кулак, потребовать подкреплений у побежденных речных лордов (как в последствии Тайвин поступит с ними и с лордами Штормовых Земель), наладить поставки продовольствия в столицу… Тайвин остался один, у него всего лишь 20.000 в армии, он отрезан от Западных Земель, против него могут выступить 2 армии, Робба Старка и Русе Болтона (у первого могло оказаться под знаменем около 6000 конных и 11.000 подкреплений, что в последствии прислали Эдмуру Талли подданные, у Русе Болтона, как мы уже говорили, 10.000). Джейме Ланнистер, один из самых ярких и способных командиров в плену, от его армии осталось лишь 4000 солдат, что находят в крепости у Золотого Зуба.

Когда Серсея смотрела на рыцарей своего отца, присутствуя на прощании с его останками в Королевской Гавани, она думала:

я не осталась одна, здесь присутствуют люди, что сражались рядом с моим отцом в полусотне сражений
. Уж кому как не Тайвину понимать, всю опасность, даже катастрофичность создавшегося положения! Тем не менее, заняв Харенхолл он ждет всего лишь одного – сражения. Ему необходима генеральная битва, в которой он мог бы померяться силами с противником, не смотря на возможное количественное превосходство сил Старка… Впрочем, Тайвин весьма эффективно лишал Старка этого превосходства. Строго говоря, большую часть того времени, пока шла Война Королей, Тайвин сидел в Харенхолле, смотрел, как его войска регулярно тренируются, писал огромное количество писем (как заметила Арья Старк, вороны летали постоянно в разные направления) и предавал огню ближайшие земли, превращая Речные Земли в пепелище. Его цель проста: лишить противника возможности набрать рекрутов, лишить противника продовольствия, заставить лордов из армии Старка разъехаться на защиту своих угодий и заставить Молодого Волка вступить с ним в сражение, пока у него еще есть силы. Удалось достигнуть всех целей, кроме последней… Теперь обратимся к непосредственно к цитатам, узнаем, как же оценивали деятельность Тайвина, которую в наш век вряд ли назвали бы “обычными боевыми действиями”. И что же вообще думали о Тайвине?

Кет Старк о Тайвине Ланнистере:

Какие шансы имеет пятнадцатилетний мальчишка против таких опытных полководцев, как Джейме и Тайвин Ланнистеры?
Вывод: мы опять видим, что Тайвин – опытный военный.

– И то правда, – согласился сир Бринден. – А Тайвин Ланнистер, скажу я тебе, не дурак. Он сидит за надежными стенами Харренхолла, кормит свое войско нашим хлебом и жжет то, чего не может забрать. Грегор – не единственный пес, спущенный им с цепи. Сир Амори Лорх тоже рыщет в поле, и какой-то наемник из Клохора, предпочитающий калечить, а не убивать. Я видел, что они за собой оставляют. Целые деревни предаются огню, женщин насилуют и кромсают их тела, детей убивают, убитых бросают непогребенными на съедение волкам и диким собакам… от этого даже мертвым тошно.

– Эдмар придет в ярость, когда услышит.

Лорду Тайвину только того и надобно. Всякое зверство имеет свою цель. Он хочет выманить нас в поле, чтобы сразиться.

Как бы Робб не поддался на эту уловку, – испугалась Кейтилин. – Ему не сидится на месте, а Эдмар, Большой Джон и другие только и подзуживают его. – Ее сын одержал две большие победы, разбив Джейме Ланнистера сперва в Шепчущем Лесу, а затем под стенами Риверрана, но если послушать некоторых его лордов-знаменосцев, он просто новый Эйегон Завоеватель.
Вывод: И Кет, и Бринден очень высокого мнения о Тайвине. Бринден (ветеран полусотни битв) не считает его дураком и вполне понимает, чего добивается Тайвин.



Находясь в столице и получая новости о действиях своего отца, Тирион Ланнистер ни разу не сомневается в их оправданности, более того, он не видит в этих действиях ничего необычного или же заслуживающего порицания:
– Да. – Сир Клеос опустился на скамью. – Плохи дела в речных землях, Тирион, особенно вокруг Божьего Ока и вдоль Королевского Тракта. Речные лорды жгут собственный урожай, чтобы уморить нас голодом, а фуражиры твоего отца сжигают каждую деревню, взятую ими, и предают поселян мечу.

«На то и война. Простолюдинов убивают, высокородных держат ради выкупа. Надо лишний раз возблагодарить богов за то, что я родился Ланнистером».

Сир Клеос провел пальцами по редким каштановым волосам.

– Нас даже под мирным знаменем атаковали дважды. Волки в кольчугах, жаждущие растерзать всякого, кто слабее их. Одни боги знают, на чьей они стороне начинали воевать, – теперь они сами себе господа. Мы потеряли трех человек, и вдвое больше ранены.

– А что наш враг? – Тирион изучал предложенные в письме условия. Мальчишка не так уж много просит – всего-навсего полкоролевства, возвращения пленных и посылки заложников, отцовский меч… ах да, и сестер тоже.

– Мальчик сидит в Риверране без дела. Думаю, он боится сойтись с твоим отцом в открытом поле. Силы его тают день ото дня – речные лорды разъезжаются, чтобы защитить собственные земли.

Отец так и предполагал. Тирион свернул в трубочку карту Старка.
Вывод: Тирион не сомневается в правильности действий отца, практика подтвердила его правоту.

– Не все такие храбрецы, как Джейме, но есть и другие способы выиграть войну. Харренхолл крепок и хорошо расположен.

– В отличие от Королевской Гавани, что прекрасно известно нам обоим. Пока отец играет с маленьким Старком во льва и олененка, Ренли идет по Дороге Роз и того и гляди может появиться у наших ворот.

– Этот город за один день тоже не возьмешь, а от Харренхолла до нас путь недолог – прямиком по Королевскому Тракту. Ренли не успеет еще собрать свои осадные машины, когда отец ударит на него сзади. Его войско будет молотом, а городские стены – наковальней. Славная получится картинка.

Зеленые глаза Серсеи впились в него – настороженные, но очень желающие поверить в то, что он говорил.

– А если Робб Старк выступит первым?

– Харренхолл находится достаточно близко от бродов через Трезубец – Русе Болтон не сможет перевести северную пехоту, чтобы соединиться с конницей Молодого Волка. Старк не может идти на Королевскую Гавань, не взяв сначала Харренхолл, а на это у него силенок даже и с Болтоном не хватит. – Тирион улыбнулся самой обаятельной из своих улыбок. – Тем временем отец выжмет весь жир из речных земель, а дядя Стаффорд соберет в Утесе свежих рекрутов.
Вывод: Тирион одобряет стратегию своего отца, более того, он считает ее единственно возможной в данной ситуации. Еще бы, ведь Тайвину нужно, имея весьма скромную армию (хоть и безупречно обученную и преданную) сдерживать возможный натиск северян и огромной лавины, которая называется лорд Ренли Баратеон… Лавина огромная, единственное, что спасает, так это ее многочисленность и неповоротливость, необходимость искать фураж и удерживать при себе людей с совершенно разными интересами.

То, что сделал Тайвин с Речными землями ужасно (довольно интересно, что и северяне не сильно отстали от западников в разграблении “союзных” земель, на что мы неоднократно обращаем внимание, читая слова “плевались на львов и волков”, “за кого же вы, за льва, волка или рыбу”). Был ли у Тайвина выбор, мог ли он действовать иначе? Нет…

На пологих холмах долины, через которую двигался Джейме Ланнистер со своим отрядом, мало что осталось от полей, ферм и фруктовых садов, в былые времена окружавших Древорон – лишь грязь и пепел, да черневшие то тут, то там остовы домов и мельниц. Пустоши заросли бурьяном, терновником и крапивой, никаких посевов не было и в помине. Куда бы Джейме не бросил взгляд, во всём узнавал руку своего отца – даже в костях, которые они порой замечали у дороги. Кости попадались всё больше овечьи, но встречались также лошадиные и коровьи, а время от времени то человеческий череп, то обезглавленный скелет, меж рёбер которого пробивались сорняки.
Теперь устремим взор на Северо-Запад Вестероса… Там находятся Железные Острова, родина суровых моряков, что прежде жили грабежами и разбоями, люди, что пытаясь отстоять свою свободу подняли несколько лет назад, сожгли флот в Ланниспорте, люди, что верят в свое бессмертие, смело идут в бой и мечтают о свободе… Казалось бы, им самое время напасть на земли Ланнистера, которые практически беззащитны (гарнизоны в замках, остатки армии Джейме у Золотого Зуба и только что начавшая формироваться армия Стаффорда Ланнистера). Тем не менее, Бейлон Грейджой, “больше разбойник, чем правитель”, “отважный воин” предпочитает напасть на бедный, обширный Север, чем на богатые земли. Останавливает его от грабежа земель Тайвина лишь одно – страх. Он не верит, что Тайвин проиграет, а если он и проиграет, то отомстить (безжалостно, беспощадно) он успеет. Мнение Бейлона как нельзя лучше характеризует Тайвина и его заслуги (по крайней мере, былые заслуги). Бейлон не верит в возможность победы над Тайвином, лучше и не пытаться…

– Что ж, по крайней мере ты не трус. Но и я не дурак. Для чего, по-твоему, я собрал свои корабли – чтобы они болтались на якоре? Я выкрою себе королевство огнем и мечом… но не на западе и не по указке короля Робба Молокососа. Бобровый Утес чересчур силен, а лорд Тайвин уж больно хитер. Ланниспорт мы могли бы взять, но нипочем бы его не удержали. Нет, у меня на примете другое яблочко… может, не такое сладкое и сочное, но спелое, и устеречь его некому.
Отдельной темой, что весьма долгое время была для меня "мозолью" является поход Робба Старка на Запад и последующая попытка Тайвина настигнуть Молодого Волка на своей земле. Я не знал, чем это объяснить, ведь опасность для столицы очевидна, Ренли идет к ней, как можно рисковать итогами войны, когда Старк ну не сможет завоевать Запад, у него слишком мало сил?! Как можно было объяснить попытку Тайвина переправиться? Я искал объяснение, думал, что Тайвин хотел осадить Риверран, чтобы заставить Робба вернуться... Объяснение нашлось, когда я следил за мыслями Тириона, узнавшего о том, что Молодой Волк на Западе.

– Пусть Окскросс не слишком радует вас, миледи, – сказал он, хотя и не сурово. – Битва – еще не война, а мой отец – далеко не дядя Стаффорд. В следующий раз, как пойдете в богорощу, помолитесь, чтобы вашему брату достало мудрости склонить колено. Как только Север заключит мир с королем, я отправлю вас домой. – Карлик спрыгнул с подоконника, где сидел. – На ночь можете остаться здесь. Я поставлю своих людей охранять вас – скажем, Каменных Ворон…
– Кто, милорд? Сир Кортни или лорд Станнис?

– Оба. – (Штормовой Предел мог бы продержаться с полгода, если не больше… это дало бы отцу время покончить с Роббом Старком.) – Как это случилось?
Итак, что же мы видим? На момент выступления на Запад, никакой угрозы для столицы не было, братья Баратеоны либо только готовились вступить в битву, либо же Станнис отошел к Штормовому Пределу (точной информации, о каком именно из двух событий узнал Тайвин нет). Но для нас вполне хватает и этих цитат чтобы сделать вывод о том, что слова, сказанные Роббом Эдмуру были либо ложью, либо же сильно приукрашенным планом. И опять же, заметим, что Тирион не испытывает ни малейшего сомнения в том, что его отец, не смотря на все победы Старка, сумеет разбить его в битве. Все это еще раз говорит о том, что Тайвин считается одним из самых (если не самым) заслуженным полководцем Вестероса, не даром Кейтеллин Старк думала, что главная опасность этой войны заключается в Тайвине, Деснице Короля и Хранителе Запада...

— Верно, — сказал Робб, — но разбитыми носами войн не выигрывают. Ты ни разу не задавался вопросом, зачем мы так долго остаемся на западе после Окскросса? Ты ведь знал, что людей у меня слишком мало, чтобы грозить Ланниспорту или Бобровому Утесу.
— Но там есть и другие замки... золото, скот...

— Ты думал, что мы остаемся там ради добычи? — удивленно спросил Робб. — Я хотел, чтобы лорд Тайвин двинулся на запад, дядя.
— Мы все конные, — продолжил сир Бринден, — а войско Ланнистера состоит в основном из пехоты. Мы намеревались погонять лорда Тайвина взад-вперед вдоль побережья, а потом обойти его сзади и занять хорошую оборонительную позицию поперек Золотой дороги — мои разведчики уже нашли подходящее место, благоприятное для нас во всех отношениях. Коли бы он завязал с нами бой там, ему пришлось бы заплатить высокую цену. Если же он предпочел бы не вступать в бой, то оказался бы зажатым на западе, в тысяче лиг оттуда, где ему полагалось быть. И все это время мы кормились бы за его счет, а не он за наш.


— Лорд Станнис уже подошел к Королевской Гавани, — вставил Робб. — Он мог бы избавить нас от Джоффри, королевы и Беса одним ударом, и тогда мы, возможно, договорились бы о мире.
Посмотрите, как ловко Черная Рыба переделал план похода! На момент его выхода из Риверрана Ренли ползет к Королевской Гавани, про Станниса ничего не известно. Оказывается, что у Робба армия больше, чем совокупная мощь конницы Тайвина Ланнистера? Это опровергается описанием войска при Битве с Болтоном. Погонять Тайвина Ланнистера по Западу? Мда-с, оптимистично, гонять большую армию, которая родом с этих земель и имеет количественное преимущество...

Так что не удивительно, что Тайвин поспешно выступил из Харенхолла и совершенно не удивительно, что Тирион обрадовался этой вести.

Тайвин вместе со всей своей армией быстро двигается на Запад. Если у него получится попасть туда, то он сможет пополнить свою армию (укрывшимися силами Давена в Ланниспорте) и разбить опасного противника! Но вмешался Эдмур Талли, разославший гонцов к знаменосцам отца. Его действия привели к Битве у Бродов…

Битва у Бродов! Единственный известный нам бой из полусотни сражений, что был проигран Тайвином (если тактическое отступление при отсутствии генерального сражения можно таковым назвать), "разбитый нос лорда Тайвина", как весьма верно выразился Эдмар Талли...
 

Сулла

Знаменосец
План по защите бродов был отличный, это стоит признать. Напомню, в чем он заключался.

– Зато когда замок падет, отступать лорду Тайвину будет некуда. Мои собственные люди станут у бродов на Красном Зубце и не дадут ему переправиться. Если он попытается форсировать реку, его постигнет участь Рейегара, когда тот попробовал перейти Трезубец. Если останется на берегу, он окажется между Риверраном и Харренхоллом, а когда Робб вернется с запада, мы разделаемся с ним раз и навсегда.
Занять Харенхолл армией Болтона, отбить Тайвина при попытке переправиться (и тем самым дать Роббу завершить свой победоносный поход) - блестящий план, который речные лорды смогли выполнить в полной мере.

Вот один из эпизодов, показывающих попытку переправиться:
– Боюсь, отец уже не запляшет, да и битва только начинается. Ланнистеры еще вернутся. У лорда Тайвина людей вдвое больше, чем у моего брата.

– Да хоть бы и вдесятеро. Западный берег Красного Зубца выше восточного, миледи, и густо зарос лесом. У наших лучников хорошее прикрытие и открытое поле для стрельбы... а если даже враг пробьет брешь, Эдмар оставил в резерве своих лучших рыцарей, готовых выехать в случае нужды. Через реку им не перебраться.
Кстати, обратим внимание, что у Эдмара 8 000 пехоты, 3 000 конницы. То есть нам снова обращают внимание на тот факт, что у Тайвина никак не меньше 20.000 (не смотря на битвы, деление армии на отряды, что сжигали окрестности и прочие потери).

Вкратце тактику Тайвина нам описывает Бриенна Тарт, женщина-воин:

– Лорд Тайвин коснулся нас пальцем, миледи. Он нащупывает слабое место, незащищенный брод. Если он его не найдет, то сожмет все свои пальцы в кулак и попытается пробиться силой. Я бы на его месте поступила именно так. – Рука Бриенны потрогала рукоять меча, словно проверяя, на месте ли он.
Бои закончились следующим образом:

«Лорд Тайвин пытался переправиться у дюжины разных бродов, – писал брат, – но каждый раз его отбрасывали назад. Лорд Леффорд утонул, рыцарь Кракехоллов по прозвищу Дикий Вепрь взят в плен, сира Аддама Марбранда заставили отступить трижды... но самый жестокий бой завязался у Каменной Мельницы, где атакой командовал сир Грегор Клиган. Он понес такие потери, что туши убитых коней едва не запрудили реку. В конце концов Гора с горстью лучших своих бойцов выбрался-таки на западный берег, но Эдмар бросил на них свой резерв, и они насилу унесли ноги обратно. Сам сир Грегор лишился коня и побрел через Красный Зубец, покрытый кровью из дюжины ран, осыпаемый градом стрел и камней. Им нипочем не перейти реку, Кет, – писал Эдмар. – Лорд Тайвин повернул на юго-восток. Уловка это или полное отступление – разницы нет. Здесь они не пройдут»
При каждой попытки переправиться лорд Тайвин терял не менее дюжины человек, плюс потери Грегора Клигана, потерявшего весь свой отряд (в котором после рейдов по Речным Землям должно было остаться несколько сотен человек)... Тайвин потерял около тысячи человек, это был ощутимый урон... Оправдывать Тайвина бессмысленно - он проиграл, он не сумел выполнить поставленную задачу или хотя бы нанести противнику урон, превосходящий свои потери. Но… Есть невыполнимые задачи. Тайвин имел цель переправиться через брод, Эдмар сделал блестящую работу: грамотно распределил все свои силы, довольно малые, и не оставил Тайвину участков, где тот мог бы переправится. Но… Никто бы не справился если бы, Тайвин допустил какие-то ошибки, мы бы обратили на это внимание. Почему я так думаю? Потому что, когда Джейме попадает в ловушку, Бринден говорит, что Цареубийце следовало бы посылать больше людей на разведку. То есть имеется указание о просчете. В случае с Тайвином наоборот, подчеркивается, что он действовал правильно - нащупывал незащищенный, или же слабо защищенный участок. Переправиться было просто-напросто невозможно, правильность же его попыток подчеркивается устами Бриенны Тарт. И он получил новости из столицы, о приближающейся армии Станниса…

Победу при Черноводной практически весь Вестерос приписал Тайвину. Это видно не только из почестей, что оказывались ему в столице (мнение придворных далеко не всегда объективно) но и из слов Талли “Тайвин разбил Станниса”, бесед в Староместских тавернах…

Станнис Баратеон, говорят, теперь тоже молится у ночных костров. Даже на знаменах у него огненное сердце Рглора вместо прежнего коронованного оленя. Если он завоюет Железный Трон, нам всем придется выучить слова этой песни, думал Пейт, но это вряд ли. Тайвин Ланнистер разбил Станниса вместе с его Рглором на Черноводной. Скоро он окончательно их добьет и взденет голову претендента на пику над воротами Королевской Гавани.
Тем не менее, я не склонен считать, что Тайвин проявил недюжинные тактические способности в этой битве. Если он и заслуживает высокой оценки в битве по Черноводной, то лишь на основании информации о его активном участии в составлении плана флангового удара. Основной удар нанес авангард, который вел Гарлан Тирелл, значительная часть сил Станниса была уничтожена Тирионом еще до подхода подкреплений, идею с «призраком лорда Ренли» придумал Мизинец… Тайвин просто ускоренным маршем подошел к войску Тирелла, после чего занял северный берег Черноводной… Известно, что пехота в бою не учавствовала, так что Тайвин имел под командованием не более 7000 своей конницы. Они бились отважно, это видно по награждению того же Виллета, что спас своего сира Харриса Свифта от врагов, которые почти захватили его.

– Они пришли сквозь пепел горящей реки. Станнис уже по шею зашел в воду, и они напали на него сзади. О, если бы мне снова стать рыцарем! Говорят, люди Станниса почти не сопротивлялись. Они либо пустились в бегство, либо склонили колено и перешли на другую сторону, выкликая имя Ренли! Не знаю уж, что подумал Станнис, слыша это! Мне сказал об этом Осни Кеттлблэк, а ему – сир Осмунд, и люди сира Бейлона говорят то же самое, и золотые плащи. Мы спасены, дорогая! Они пришли по Дороге Роз, вдоль реки, через сожженные Станнисом поля, и доспехи их посерели от пепла, но на их знаменах блистают золотая роза и золотой лев, и дерево Марбрандов, и дерево Рованов, охотник Тарли и виноград Редвина, и дубовый лист леди Окхарт. Все лорды западных земель, вся мощь Хайгардена и Бобрового Утеса. Сам лорд Тайвин перешел с правым крылом на северный берег. Центром командовал Рендил Тарли, а левым крылом – Мейс Тирелл, но битву выиграл авангард. Он врезался в Станниса, как копье в тыкву, и бойцы его выли, как одетые сталью демоны.
Сам лорд Тайвин вспоминает о том, что идея удара по флангу Станниса принадлежит ему. Причин сомневаться в его искренности нет, Ланнистер никогда не был замечен в хвастовстве или же преувеличении чего-либо. Да и смысл? Перед ним лишь его сын, которого Тайвин не любит…
— Мне сдается, это я спас твой паршивый город.

— Большинство полагает, что это мой удар по флангу лорда Станниса изменил ход битвы. Лорды Тирелл, Рован, Редвин и Тарли тоже сражались отважно, и мне сказали, что это твоя сестра Серсея приказала пиромантам изготовить потребное количество дикого огня, который уничтожил флот Баратеона.
Теперь несколько слов о численности армии лорда Тайвина. О кол-ве воинов под его стягом нам сообщается трижды:

Лагерь лорда Тайвина раскинулся на несколько лиг. Чилла сказала, что лорд Тайвин привел двадцать тысяч человек, и не слишком ошиблась.
– Это безумие, – резко вмешалась Кейтилин. – Лорд Тайвин сидит в Харренхолле с двадцатью тысячами мечей.
Прибавьте к ним людей моего отца — вот вам еще двадцать тысяч.


На момент первого ознакомления с численностью армии Тайвина, мы знаем, что лорд Ланнистер занимался исключительно малыми сражениями с противником, что значительно уступал численно. Кейтеллин Старк говорит про армию Тайвина после его сражения с северянами и изнурительным марш-броском. На момент разговора Тириона и Оберина Мартелла армия Тайвина пережила битву на Черноводной, сражения в Речных Землях (в том числе и небольшое, но тем не менее поражение У Переправ)… Понятно, что не мог Тайвин совсем не терять солдат на протяжение своей кампании. Тем не менее, надо признать, что его потери были весьма незначительны. Первоначально имея больше 20.000 воинов, на момент окончания Войны Королей войска, что привел Тайвин с Запада, насчитывали немногим меньше, чем 20.000.

Битва на Черноводной была последней в кровавой биографии Ланнистера. Отстояв столицу, он составляет план, позволивший наголову разбить пехоту северян у Синего Дола. По этому плану, силы северян (направляющиеся грабить город) отражаются армией Тарли (в которую вошли силы Простора, Штормовых Земель и Запада), после чего отступающее войско перехватывается Грегором Клиганом, верным и самым опасным вассалом Тайвина, который своей сверхъестественной жестокостью и силой внушал ужас врагам.

После смерти Тайвина не раз вспоминают как выдающегося полководца. Посмотрим на пару примеров… Ну, начнем, пожалуй, с Кивана Ланнистера, человека, что всю жизнь был опорой своему брату, советовал ему и помогал во все…

— Рэндилл Тарли — лучший воин в королевстве. Для мирного времени он стал бы плохой Десницей, но после смерти Тайвина, нет другого человека чтобы закончить эту войну.
Как мы видим, Киван не знает ни одного полководца из земель Запада, Простора или других регионов, что смог бы воевать лучше, чем это делал Тайвин. Он пристрастен? С чего бы, когда отмечалась его “здравомыслие и приземленность”.

Но, что скажет нам Тирион Ланнистер, о чем же он подумает? О чем регулярно вспоминает убийца своего отца, неужели он смотрит на него сквозь розовые очки? Отец всегда был для Тириона авторитетом, он не сомневается в его уме… Даже после убийства он не думает оспаривать его способности, таланты, сомневаться в его суждениях.

Отец как-то сказал ему, что на войне все решает миг, когда одна из армий обращается в бегство. Пусть это войско не менее многочисленно, чем миг назад, пусть оно по-прежнему вооружено и одето в доспехи – тот, кто побежал, уже не обернется, чтобы принять бой. Так же было и с Серсеей.


Были, конечно, в городской страже и опытные бойцы – те, что получили золотые плащи от Роберта, а не от Серсеи, около двух тысяч. Но и эти… стражник не солдат, говаривал лорд Тайвин Ланнистер. Рыцарей же, оруженосцев и латников у Тириона имелось не более трехсот. Скоро ему придется проверить на деле еще одну отцовскую поговорку: «Один человек на стене стоит десяти под ней».
Лорд Тайвин всегда презирал Вольные Города. «Они воюют деньгами вместо оружия, – говорил он. – У золота есть своё применение, но войны выигрывают железом».
Ей следовало отравить каждый колодец. В таком случае всем юнкайцам пришлось бы пить из реки. И тогда бы мы посмотрели, сколько бы продержалась эта осада. Тирион не сомневался, что его лорд-отец поступил бы именно так.
Какой совет услышала Серсея от Джейме?

— Тирелл нужен тебе, — перебил ее Джейме, — но не здесь. Попроси его взять Штормовой Предел. Польсти ему, скажи, что тебе необходим сильный полководец взамен отца. Мейс воображает себя славным воином. Либо он возьмет эту крепость, либо провалит дело и выставит себя дураком. Выигрыш в любом случае будет за тобой.
Что вспоминает Серсея о словах отца?

Быстрый меч лучше самого крепкого щита
Как Джейме Ланнистер руководствуется в своих решениях, что же он вспоминает, о чем думает?

Когда советы возглавлял его отец, он позволял вначале высказываться своим военачальникам. Он решил последовать этому же принципу.
Джон Коннингтон, которого Эйерис назначил Десницей за военные дарования, командир в Золотом Отряде, опасный человек, которого нельзя заподозрить в симпатиях к главе Дома Ланнистеров!… Что же он думает о Тайвине, что вспоминает?

И все безрезультатно. «Даже Тайвин Ланнистер не смог бы сделать большего», — спорил он однажды ночью с Черным Сердцем, в свой первый год в изгнании. «А вот тут ты ошибаешься, — ответил ему тогда Майлз Тойн. — Лорд Тайвин не утруждал бы себя поисками. Он сжег бы весь этот город и все в нем живущее. Мужчин, мальчиков, грудных младенцев, благородных рыцарей и пресвятых септонов, свиней и шлюх, крыс и мятежников — он сжег бы их всех. А когда огонь бы затих и остались лишь пепел и зола, он послал бы своих людей принести ему кости Роберта Баратеона. А потом, когда появились бы Старки и Талли со своей армией, он предложил бы им помилования, и они охотно согласились бы и отправились по домам, поджав хвосты».
Тайвин был одним из лучших (если не самым лучшим) полководцем Вестероса. Я не смогу сказать лучше, чем сказал Джейме Ланнистер:

«Вороны всех Семи Королевств желают отдать тебе почести, отец. Начиная от Кастамере и до Черноводной ты можешь накормить собой их всех».
 

LaL

Знаменосец
Лорд Тайвин как вдохновитель и спонсор Харренхольского турнира


Вашему вниманию я хочу предложить эссе, часть которого была уже изложена в постах в теме «Тайвин Ланнистер» в Книжном разделе Форума. Идея нижеизложенного принадлежит уважаемой ЛедиЛёд, она же указала мне некоторые «зацепки», на которые следует опираться

Прочитав МИР (главу о правлении короля Эйериса), меня больше всего поразило, как долго лорду Тайвину хватало терпения сносить многочисленные "закидоны" своего друга и государя, который пакостил ему во всех сферах и на протяжении всего своего правления. Как известно, разрыв произошел только когда сына лорда Тайвина забрали в Королевскую Гвардию. Однако, некоторые факты показывают, что терпение лорда Тайвина кончилось несколько раньше. Возможно, когда в событиях Синедольского мятежа ему пришлось поработать в паре с принцем Рейегаром, и тогда его осенило...

"у нас есть лучший король прямо здесь». После он поднял руку, чтобы указать на принца Рейгара"
и о чем он поспешил поделиться с присутствующими. И это открытие подтолкнуло его к определенным действиям.

Итак, если судить по МИРу, турнир задумывался в еще в бытность лорда Тайвина десницей.
турнир был объявлен Уолтером Уэнтом, лордом Харренхола, в конце 280 года, сразу после того, как его навестил младший брат, сир Освелл Уэнт, рыцарь Королевской Гвардии. Турнир обещал стать великим, призы были в три раза больше, чем на турнире в Ланниспорте в 272 году, организованном Тайвином Ланнистером в честь десятилетия правления короля Эйриса II.
И хотя сам турнир задумывался частным лицом, его обсуждение в Малом Совете было весьма бурным. Достопочтенный Пицель приводит мнение тех, кто выступил противниками проведения турнира...
Если бы в руки сторонников Эйриса попали доказательства заговора Рейгара, они бы немедленно потребовали его смерти. Некоторые из людей короля зашли так далеко, что предложили лишить «нелояльного» принца титула наследника, а вместо него назначить Визериса принцем Драконьего Камня. Визерису было всего семь лет, и его возможное восхождение на Трон означало годы регентства.
Не было ничего удивительного в том, что турнир лорда Уэнта вызвал большие подозрения. Лорд Челстед призывал короля запретить турнир, а лорд Стонтон пошел еще дальше и предложил запретить турниры вообще.

А что же десница лорд Тайвин... о его мнении верный Пицель красноречиво умалчивает... а ведь речь идет не больше не меньше как о заговоре против царствующего монарха, которому лорд Тайвин так преданно служил два десятка лет... и который был единственным в Вестеросе человеком, способным обеспечить столь великие турнирные призы.

Как сказано в одной мною очень любимой книге Дж. Тэй «Дочь времени», если вы столкнулись к каким-то противоречивым событием в истории, для того, чтобы его разгадать, обратитесь к финансовым документам… и тогда многое станет ясным.
"...настоящая история пишется в книге, не предназначенной для истории. История — в гардеробной описи, в наличности кошелька, в неофициальных письмах, в хозяйственных книгах. Если кто-то, скажем, настаивает, что у леди Н. не было детей, а в книге расходов мы находим запись: «Для сына, рожденного моей женой в Михайлов день, куплено пять ярдов голубой ленты по полпенса за ярд», — разумно предположить, что леди Н. все-таки родила сына."
Вот, что пишет Пицель о финансовой стороне турнира:

Вот, что нам известно: турнир был объявлен Уолтером Уэнтом, лордом Харренхола, в конце 280 года, сразу после того, как его навестил младший брат, сир Освелл Уэнт, рыцарь Королевской Гвардии. Турнир обещал стать великим, призы были в три раза больше, чем на турнире в Ланниспорте в 272 году, организованном Тайвином Ланнистером в честь десятилетия правления короля Эйриса II.
Большинство восприняло этот турнир, как способ Уэнта утереть нос бывшему деснице, а так же показать всю мощь и богатство его дома. Однако были те, кто верил, что турнир - не более, чем уловка, а лорд Уэнт – орудие в чьих-то руках. Его светлости не хватило бы средств для таких шикарных призов; несомненно, за ним кто-то стоял – тот, кто не испытывает недостатка в золоте, но предпочитает оставаться в тени, иначе бы не позволил лорду Уэнту забрать всю славу себе. У нас нет доказательств того, что такой «человек из тени» когда-либо существовал, но такое мнение было распространено и тогда, и теперь.
Но если такой человек действительно существовал, кем он был, и почему он держал свою роль в секрете? Дюжина имен выдвигается по сей день, но только одно кажется верным: Рейгар Таргариен, Принц Драконьего Камня.
У Пицеля есть чудесная манера мешать правду с вымыслом... так он вполне справедливо указывает, что лорд Уэнту не хватило бы денег, на устройство такого турнира, который вместил такое количество приглашенных... но называет он только одно имя - Принц Рейегар Таргариен. Но почему Принц? Сколько стоит подобное мероприятие?

У нас есть калькуляция для турнира по скромней - турнира в честь Десницы - там призовых было на сорок тысяч драконов, и сам десница выражал сомнение, потянет ли королевская казна такой турнир. Лорд Тайвин наверняка устраивал попышнее - калькуляция расходов там выражалась в более круглой цифре, скажем 100 тысяч драконов... Так сколько же стоил турнир в Харренхоле? Как минимум - 300 тысяч.... а то и больше, скажем, пол-лимона драконов... а иначе, как соберёшь весь Вестерос?

А вот здесь задаешься вопросом, а располагал ли Принц Рейегар такими же возможностями, чтобы обеспечить шикарные призовые? Помнится, следующим лордом Драконьего Камня был Станнис Баратеон, и он считал себя очень обиженным... мол, чести быть Лордом Драконьего Камня много, а прибытка мало... вот будь он Лордом Штормовых Земель и вассалов было числом по-больше, да и денежных ресурсов для набора наемников было в большем количестве...

А вот здесь я бы поглядела в другую сторону

несомненно, за ним кто-то стоял – тот, кто не испытывает недостатка в золоте, но предпочитает оставаться в тени,

А разве это не про лорда Тайвина? Уж у него недостатка в золоте точно не было.... да и, не тот он человек, чтобы "светиться" понапрасну... не даром же был двадцать лет королем без короны.... А вот причины профинансировать турнир, который прикрывает заговор, у него были весомые... Хотя на протяжении всего своего десничества лорд Тайвин оставался лояльнейшим поданным короля Эйериса, сам Эйерис умудрился подставить и предать своего друга практически во всем.

Эйерис, может быть и был Безумцем, но дураком не был... Сам факт турнира, где золото буквально падает с небес, вызвал у него сильнейшие подозрения, что дело тут не чисто. Король не только не оставил без внимания сей достопримечательный факт, но и сумел предпринять некоторые шаги, благодаря которым лорд Тайвин не только не принял участие ни в турнире, но и не поучаствовал в заговоре по смещению короля.

Перед планируемым турниром происходит один малозначительный эпизод, сыгравший тем не менее потрясающую роль во все дальнейшем повествовании.
Однако в 281 году после З.Э. престарелый рыцарь Королевской гвардии сир Гарлан Грандисон умер во сне.
И в Белой гвардии короля образовалась вакансия.
Что означает эта мелочь? А то, что Серсея очень быстренько, через голову своего отца, сумела пролоббировать эту вакансию для своего четырнадцатилетнего брата. Благодаря этой интриге, лорд Тайвин в благодарности склонил колени перед той честью, что оказал ему король, и в гневе покинул пост десницы и Королевскую Гавань. Естественно, его не было и на турнире... а ведь, если бы он там был.... возможно все для заговорщиков сложилось бы по иному... ведь заговор бы возглавил не неопытный двадцатилетний принц-мажор, а прирождённый политик, игрок в престолы с двадцатилетним стажем.

Была ли удача на стороне Безумного Короля или заговор Рейегара-Тайвина уже с самого начала был обречен, и был, что называется "под колпаком"? Скорее всего второе.... в пользу этого говорит факт, что Джейме оказался в Королевской Гвардии не только по желанию четырнадцатилетней девчонки, но и по ее протекции. Но откуда у Серсеи вдруг оказалось такое влияние на решение, принять которое мог только король? Кто пообещал ей, а может вбил в ее головку идею лишить лорда Тайвина наследника, и таким образом вывести его из политической игры?

В моем ответе - пять букв, и это не Эйрис. А тот, который, как лорд Тайвин тоже всегда оставался в тени. А далее последуют события, в результате которых Рейегар останется в памяти читателей не благородным принцем, а "упоротым арфистом".... быть может и здесь, к репутации принца приложил свою руку самый блистательный интриган все времен и народов Вестероса и Эссоса? Но эта совсем уже другая история, в которой лорд Тайвин находился в положении ферзя, которого уже сняли с политической шахматной доски.
 

Felix Fortunatus

Мастер-над-оружием
далее планирую представить окончание второй части импровизированного эссе «Великий Лев с Утеса», посвященное анализу деяний Тайвина как политика и государственного деятеля уже в период основных событий повествования книг (Война Пяти Королей и второе Десничество Тайвина)
Малость затянул - лет на пять всего лишь). Но уж коль скоро случилось мое второе фактическое пришествие на форум, решил, что таки все же стыдно не добить сохранившиеся черновики и не закончить свое старое импровизированного эссе в память о самом выдающемся персонаже цикла ПЛиО.

«Великий Лев с Утеса». Часть II. Тайвин как политик и государственный деятель
(в период основных событий Саги)
Призрак войны начал витать над Вестеросом задолго до кончины Джона Аррена и тем более короля Роберта. И можно со всей справедливостью сказать, что подобный масштабный конфликт был во многом предопределен – слишком серьезно Восстание Баратеона перекроило устоявшийся баланс сил в Вестеросе, затронув интересы всех игроков. Драматичное крушение основавшей Семь королевств династии Таргариенов, пусть и полностью утратившей свою легитимность, не могло ни потрясти основы существующей государственности: в частности, Дорн лишь благодаря дипломатическим усилиям Аррена не объявил сецессию сразу после воцарения Роберта, Бейлон Грейджой в ходе правления первого Баратеона поднял свой первый мятеж, даже Ренли Баратеон начал плести династические интриги с Тиреллами еще при живом старшем брате. И корень проблемы заключался не только в личности короля Роберта, не в происхождении детей Серсеи (ведь Ренли, как я упомянул, в любом случае поднял бы знамена и попытался сесть на трон), а в искусственности такого образования как Семь королевств, сплавленного Эйгоном Завоевателем лишь при помощи драконьего пламени и страха. Однако драконы выродились, старая династия тоже полностью себя дискредитировала. Попытка апелляции исключительно к праву силы дала лишь кратковременный результат – 14 лет правления Роберта Баратеона. И маловероятно, что от распада королевство мог бы спасти Великий Совет, скорее уж он закрепил бы его разделение, только цивилизованным путем. Так что, пожалуй, последним выходом для сохранения единства в этих условиях был бы новый этап поступательной централизации власти. Для этого Вестеросу требовалась личность, по масштабу подобная фигуре Людовика XI – палача феодальной раздробленности и родоначальника абсолютизма во Франции: амбициозного, хитроумного, холодного и циничного политика, опирающегося не только лишь исключительно на силу, но на хитрость и трезвый расчет, строящего феодальную политику на комбинации интриг и сложных союзов. В реалиях Вестероса такой личностью был Тайвин Ланнистер, явивший в ходе Войны Пяти Королей и своего второго Десничества вполне успешную попытку вновь сплавить воедино Семь Королевств не только при помощи «огня и стали», но и при куда как не меньшей роли «перьев и воронов».

Теперь обратимся к анализу и оценке конкретных действий Старого Льва в обозначенный период.

1. Тайвин в Войне Пяти Королей

«Речь шла о чести нашего дома. Мне просто пришлось выехать. Никто не может пролить кровь Ланнистеров безнаказанно!»
- Тайвин Ланнистер
Прежде всего важно подчеркнуть, что не Тайвин выступил инициатором конфликта, ставшего впоследствии известным как Война Пяти Королей. Лорд Тайвин просто явил адекватную и вполне рациональную реакция на похищение своего младшего сына Кейтелин Старк, послав Григора Клигана в Речные Земли дабы продемонстрировать потенциальному противнику решительность и силу и прощупать его на прочность. При этом развязывать полномасштабные военные действия Старый Лев изначально не планировал, напротив – рассчитывал на восстановление королевского мира:
Если он действительно послал сира Григора грабить и жечь, – а Нед в этом не сомневался, – то позаботился и о том, чтобы тот совершил свои злодеяния под покровом ночи и без знамен, как обычный разбойник. И если Риверран ответит ударом, Серсея и ее отец будут настаивать на том, что королевский мир нарушили Талли, а не Ланнистеры. Только боги знают, кому тогда поверит Роберт.
А полноценная военная кампания Ланнистеров в Речленде стартовала тогда, когда не по вине Тайвина, а в результате дальнейших действий Кейтелин и Эддарда мирное разрешение сложившейся ситуации окончательно стало невозможным. У Старого Льва просто не оставалось иного выхода, кроме как отстаивать честь своего Дома с оружием в руках. Воистинну, «Та война справедлива, которая необходима, и то оружие священно, на которое единственная надежда» (Н. Макиавелли «Государь»). Лорд Тайвин придерживался той же максимы, говаривая: «Дай золото врагу, и он лишь вернется, чтобы взять еще» - ибо врага государства нельзя подкупить, его можно лишь поставить на колени или уничтожить.

Не стану подробно останавливаться на действиях Тайвина Ланнистера как военачальника, дабы банально не повторяться, потому как эта сторона биографии Старого Льва была всесторонним исчерпывающим образом рассмотрена в отличном эссе Сулла "Тайвин Ланнистер и Война". Подчеркну лишь только, что и составленный Тайвином и Киваном блестящий план «молниеносной войны» в Речных землях, и битва на Зелёном Зубце (выдающаяся победа Старого Льва), и вынужденное, но стратегически верное «Харренхолльское сидение», и попытка прорыва на Запад (битва у Каменной Мельницы хоть и прослыла «разбитым носом Тайвина Ланнистера», но и в ней Старый Лев принял верное решение об отступлении, не став рисковать всем войском не смотря на свое превосходство в силах, – так, тактически уступив переправу Эдмуру Талли, стратегически Ланнистер его переиграл), и, наконец, сражение на Черноводной высвечивают незаурядные военно-тактические таланты лорда Тайвина, а также его умение выжимать максимум выгоды из неблагоприятно складывающих обстоятельств, обращая их в итоге в стратегическую победу.

2. Снова Десница короля

«Семь королевств объединил страх перед Тайвином Ланнистером».
- Тирион Ланнистер
«Любят государей по собственному усмотрению, а боятся — по усмотрению государей, поэтому мудрому правителю лучше рассчитывать на то, что зависит от него, а не от кого-то другого».
- Н. Макиавелли «Государь»

«…Он проехал на своем боевом коне через весь зал и спешился перед Железным Троном» - так открылась страница второго Десничества лорда Тайвина, ставшая короткой, но славной вехой в истории Семи Королевств на фоне предшествующего хаоса «Битвы Королей» и последующих событий «Пира стервятников». После триумфального возвращения Старого Льва в Королевскую Гавань по итогам победы на Черноводной, перед ним стояли три неотложные задачи: (1) укрепить власть ЖТ в столице после осады и череды мятежей (голодный бунт в КГ, заговор Оленьих людей, дезертирство Золотых Плащей); (2) обеспечить нормальное функционирование Малого Совета и всей системы госуправления; (3) закончить Войну Королей и объединить страну. И за свое недолгое, но эффективное правление лорд Тайвин с успехом справился со всеми тремя.

2.1. Наведение порядка в столице и налаживание аппарата управления: Тайвин-Десница и его Малый Совет

Условный «антикризисный менеджемент» Тайвина Ланнистера в Королевской Гавани можно свести к двум аспектам. Во-первых, принятие важных управленческих решений стабилизирующих ситуацию в городе. Сюда можно отнести и установление суровой дисциплины в городской страже («Будет лучше, если дезертиры послужат уроком другим. Пусть им раздробят колени, чтобы лишить их способности бегать, — это послужит наукой всякому, кто увидит, как они просят милостыню на улицах»), и налаживание поставок хлеба в столицу, и начало проведения масштабных работ по восстановлению серьезно пострадавшего от Дикого огня Рыбного рынка и порта Королевской Гавани в устье Черноводной у Речных ворот и т.д.

Во-вторых, грамотная кадровая политика, позволившая лорду Тайвину собрать одновременно эффективный и лояльный Малый совет. Из бесспорно безукоризненно удачных кадровых решений Старого Льва, следует назвать назначение лично преданного и при этом компетентного сира Аддама Марбранда (бывшего начальника разведки армии Запада) лордом-командующим Золотых Плащей, а также крайне способного управленца младшего брата Кивана Ланнистер – мастером-над-законами.

Чуть более спорные, но в целом правильные и необходимые в сложившейся на тот момент ситуации назначения Тайвина - Пицель и Тирион. Касательно возвращения в Малый совет и восстановления в должности Великого мейстера Пицеля, нужно отметить, что уничижительная характеристика «ланнистерская жаба» справедлива лишь отчасти - как бы там ни было, Пицель - это опытный, проверенный человек, обладающий немалыми знаниями и всегда дающий очень и очень осторожные советы. Действительно с любой стороны далеко не худший вариант, особенно нежели перспектива видеть на этом посту еще одного Тирелла - архимейстера Гормона, бывшего наиболее вероятным кандидатом конклава в Цитадели. Что до Тириона–мастера-над-монетой, то полагаю очевидным, что тем самым Тайвин успешно решал сразу несколько задач: первым делом - передать в отсутствие прирожденного финансового администратора Бейлиша ведение королевской казной в руки представителя "партии Львов", а не "партии Роз"; во вторую очередь - воздать младшему пусть и нелюбимому сыну награду за организацию обороны столицы и дать ему при этом возможность проявить себя на другом ответственном "участке фронта" (тем более что тот в общем и целом справлялся с новой должностью, хотя и не без проблем и традиционного для Тириона нытья по поводу тяжелой участи).

Мейс Тирелл, лорд "Дутая рыба" в качестве мастера-над-кораблями - естественная вынужденная мера, одно из условий "союзного договора" Ланнистеров и Тиреллов. Тем не менее, бездарность Мейса во вверенном ему деле в определенном смысле уравновешивало наличие в Совете вполне компетентного реального флотоводца Пакстера Редвина и достаточно благоразумного и толкового лорда Матиса Рована, пребывавших в качестве королевских советников «без министерских портфелей».

В отношении мутнейшего Вариса - вот уж не думаю, что лорд Тайвин намеревался надолго оставлять его мастером-над-шептунами (еще посылая Тириона в столицу он прямо намекал на "головы на кольях", говоря о королевских советниках, прежде всего о Варисе). Однако, как мне представляется, Старый Лев хотел выудить из евнуха побольше информации (Тайвин долго не был в КГ, а Варис - кладезь информации обо всем, что происходило в столице в течении этого времени), использовать по максимуму в том числе в поисках своего племянника Тирека, а уже потом пустить в расход. Да и в целом, применительно к Тиреллам, Варису, а также к приглашенному в столицу Красному Змею Оберину Мартеллу, полагаю, лорд Тайвин руководствовался своей же собственной максимой: «Держи друзей за спиной, а врагов на глазах» - ибо, зная всё о своих врагах, десница всегда может предупредить их замыслы.

И, наконец, самое главное, что можно сказать по поводу состава и функционирования Малого Совета: это был именно тайвиновский, а не королевский Совет. Все решения на практике по факту принимались исключительно Десницей-Тайвином. При этом, вкупе с опорой на непререкаемый авторитет Старого Льва, разыгрывалась создающая иллюзию полной коллегиальности излюбленная комбинация братьев Ланнистеров, апробированная еще на военных советах и за годы отработанная Тайвином и Киваном до изрядного автоматизма:
— Во врагах у нас недостатка нет, — сказал сир Киван Ланнистер. — Если Гнездо останется в стороне, тем лучше. Я за то, чтобы предоставить лорду Петиру свободу действий.
Тирион знал по опыту, что сир Киван в совете служит авангардом своего брата и никогда не выскажет мысль, которая до него не пришла бы в голову лорду Тайвину. Они обо всем договорились заранее, заключил Тирион, и весь этот спор ведется только для отвода глаз.
Овцы проблеяли свое согласие, не ведая, как ловко их остригли, и возражать выпало Тириону.
«Овцы»-советники, ведомые «Пастухом»-десницей при внешнем антураже коллективно-консенсусноого формата принятия решений - блестящий организаторский ход лорда Тайвина. Лично мне сразу в тему вспоминается знаменитый афоризм опытнейшего политика Уинстона Черчилля: «Всё, чего я хотел, — это согласия с моими желаниями после конструктивной дискуссии». Вместе с тем, Тайвин жстко пресекал любые попытки оспорить свой авторитет на Совете, будь то неуместные замечания Тириона, или глупейшая эскапада со стороны короля Джоффри, пробовавшего по глупости спорить с дедом. «Тот, кто постоянно повторяет «я король», не заслуживает этого звания вовсе» - мало зваться королем и требовать для себя королевских почестей, надо самому вести себя как Король. "Государь всегда должен советоваться с другими, но только когда он того желает, а не когда того желают другие; и он должен осаживать всякого, кто вздумает, непрошеный, подавать ему советы" - именно Тайвин (фактический Государь) холодно продемонстрировал внуку "урок власти" ("Спасибо на мудром слове, ваше величество, — сказал лорд Тайвин с холодом, способным отморозить уши его слушателям. — Я вижу, король устал, сир Киван. Прошу вас, проводите его в опочивальню"), а Джофф (Государь формальный) выглядел откровенно жалко.

Завершая разговор о Малом Совете, надлежит подчеркнуть, что сообразно обстоятельствам вынужденного союза с очень ресурсно сильным коалиционным партнером (Тиреллами) Тайвин как старший партнер по коалиции действовал расчетливо и верно, мастерски лавируя сообразно ситуации. Впоследствии после смерти Джоффри были возможности осторожно играть на честолюбии Тарли, Рована и Редвина, чтобы поколебать их личную лояльность Мейсу Тиреллу в сторону большей лояльности короне (т.е. де-факто Тайвину) - так что, пробудь Тайвин Десницей хотя бы до совершеннолетия Томмена, то расклад сил в пользу Ланнистеров стал бы уже совершенно незыблемым.

2.2. «Перья и вороны»: дипломатические победы Старого Льва

Первейшей же и главной заботой Тайвина-Десницы,бесспорно, было завершение Войны Королей и объединение Семи Королевств под властью короля на Железном Троне. И он успешно решил и эту задачу прежде всего посредством дипломатии, практически не вовлекая лояльные королевские войска в продолжение затяжного, изнурительного и кровопролитного открытого конфликта. Рассмотрим дипломатические ходы лорда Тайвина более подробнее.

Итак, после триумфальной битвы на Черноводной, на которой по определению самого Тайвина «закатилось солнце Станниса Баратеона», первостепенной проблемой стало устранения Робба Старка и решение проблемы сепаратизма Севера и Речленда. Казалось бы, ситуацию должен был осложнять ореол непобедимости Робба и шлейф его громких военных успехов, однако Тайвин Ланнистер блестяще справился с задачей нейтрализации Молодого Волка без кровопролития, независимо разыграв две отличные дипломатические комбинации: интригу Спайсеров/Вестерлингов и, конечно же, Красную Свадьбу.

Заговор Спайсеров/Вестерлингов. В целом, тут можно спорить о том, кто после взятия Роббом Крэга и его безрассудной женитьбы на Джейн Вестерлинг (которую мать явно мать направила в объятия Молодого Волка не без умысла) первым на кого вышел - Сибелла и Рольф Спайсеры на Тайвина, или сам Тайвин на них (учитывая, что в его войске одним из многочисленных доверенных присяжных рыцарей был Сэмвелл Спайсер, могущий служить связующим звеном между своим сюзереном и своими родичами), но неоспоримо главное: Тайвин «держал руку на пульсе» этого брака с самого его начала, о чем свидельствуют многочисленные намеки в тексте книг. В частности, в разговоре с Тирионом после заседания Малого Совета, Тайвин и Киван (который в общем-то всегда и во всем был в плотнейшем тандеме со старшим братом) демонстрируют свою скрытую осведомленность о деталях свадьбы Робба, и сам Старый Лев отделывается на вопросы сына весьма прозрачными для читателей намеками о том «кто смеется последним»:
— Можешь не опасаться: от плодовитой Фрей у Робба Старка детей не будет. Есть одна новость, которой я не счел пока нужным поделиться с советом, но наши добрые лорды и без того ее скоро услышат. Молодой Волк женился на старшей дочери Гавена Вестерлинга.
Тирион не поверил своим ушам.
— Он нарушил свое слово? — изумленно вымолвил он. — Порвал с Фреями ради… — Ему недоставало слов.
— Честь девушки он поставил выше своей, — ответил сир Киван. — Он лишил ее невинности и не мог поступить иначе.
— Он поступил бы добрее, оставив ее с бастардом в животе, — сказал напрямик Тирион. Да, теперь Вестерлинги, похоже, лишатся всего: земель, замка и самой жизни. Ланнистеры всегда платят свои долги.
Жиенна Вестерлинг — дочь своей матери, — ответил на это лорд Тайвин, — а Робб Старк — сын своего отца.
— Крэг не так уж далек от Тарбека и Кастамере, — заметил Тирион. — Казалось бы, Вестерлинги достаточно часто проезжали мимо, чтобы усвоить урок.
Мне думается, они его усвоили. Судьба Кастамере им хорошо известна, могу тебя уверить.
— Неужели у Вестерлингов и Спайсеров хватает глупости верить, что волк способен победить льва?
Впервые за долгое время лорд Тайвин чуть было не улыбнулся. Этого не случилось, но и сама угроза была достаточно страшна.
Самые большие глупцы зачастую оказываются умнее тех, кто смеется над ними. Ты женишься на Сансе Старк, Тирион, — и скоро.
Кроме того позднее, уже после взятия Риверрана Джейме, Сибелла Спайсер самолично раскрывает ему, как всё с самого начала было в подробностях срежиссировано лордом Тайвином в обмен на прощение Вестерлингов, выгодные браки для их детей и замок Кастамере для Рольфа Спайсера:
— Как хотите. — Джейме повернулся к дочери. — Сожалею о вашей потере. Парнишка был смелым, этого у него не отнимешь. Но я должен задать вопрос. Вы носите его дитя, миледи?
Джейн выскочила из кресла и выбежала бы из комнаты, если б за дверью не оказался стражник, перехвативший ее за руку.
— Нет. — Ответила за дочку леди Сибелл, пока та сражалась за свободу. — Я позаботилась об этом, как приказал ваш отец.
Джейме кивнул. Тайвин Ланнистер был не из тех, кто упускает подобные детали.
Значение интриги Спайсеров/Вестерлингов, осуществленной по плану и под чутким руководством Тайвина, трудно переоценить: этот ход позволил отвратить Фреев от Молодого Волка, лишний раз поколебал северных вассалов (прежде всего Болтонов), и, главное, тем самым щедро посеял зерна для Красной Свадьбы.

Сама же Красная Свадьба стала по сути финальным аккордом войны Пяти Королей, ознаменовавшим возвращение Севера и Речленда в лоно короны. Многие моралисты, осуждающие Красную Свадьбу и упрекающие Тайвина за участие в ее организации, упускают из вида главный вопрос - что же еще лорд Тайвин должен был делать, учитывая, что он прежде всего лицо государственное и опытный политик (мудро и рационально стремящийся обеспечить мир и стабильность в королевстве в максимально короткие сроки при минимуме затрат), а не белый рыцарь или септон-гуманист, озабоченный прежде всего вопросами чести и морали? Так что помимо Красной Свадьбы у него по факту было две альтернативы: или повторно огнем и мечом пройтись по Речным Землям, а затем послать армию на Ров Кейлин (это кстати, стоило бы куда как в разы большей крови, в том числе невинным и мирным жителям), или вообще милосердно даровать Старкам прощение? Вот уж последнее точно не про Тайвина, который прекрасно понимал, что тот, кто полагается на свою милость к врагу, недолго удерживается у власти: Джейме впоследствии вспоминал эту очередную излюбленную присказку Старого Льва - "У моего отца тоже была поговорка: никогда не рань врага, если можешь убить его. Мертвые не требуют отмщения". Так что, виртуозно сыграв на обидах Уолдера Фрея - наиболее злопамятного человека в Вестеросе (сразу вспоминается цитата самого Уолдера перед гостями: "У нас будет музыка, чудесная музыка, и вино — целые красные реки, которые помогут смыть кое-какие обиды") и прагматизме Русе Болтона, ненавидящего Старков едва ли на генетическом уровне (небеспричинно, учитываю историю Красных королей), Тайвин Ланнистер быстро, расчетливо и эффективно - одним хлестким ударом покончил с королевством Севера и Трезубца. Тайвин и тут в этом случае в очередной раз действовал как и подобает Государю: "Обиды нужно наносить разом: чем меньше их распробуют, тем меньше от них вреда; благодеяния же полезно оказывать мало-помалу, чтобы их распробовали как можно лучше" (Н. Макиавелли "Государь"). Но все же более остановимся ключевой роли Тайвина в решении проблемы северного сепаратизма чуть более подробным образом.

Перво наперво оговорюсь, что именно победа Ланнистеров (в союзе с Тиреллами) на Черноводной дала Русе Болтону повод еще более крепко задуматься "на стороне ли настоящего победителя он находится?", и решив, что, естественно, нет, он окончательно сторону поменял (хотя, полагаю, эти мысли и ранее не раз его посещали) и обратился к Тайвину за помощью, ища его поддержки. Об этом же и хронология согласно Плиопедии говорит: сначала была триумфальная для Ланнистеров Черноводная (07.09.299), а уже потом Русе отправляет на заклание к Сумеречному Долу армию Толхарта и Гловера (14.09.299), начинает сговариваться с Фреями (тут удачно и женитьба Робба на Жиенне подвернулась 06.09.299 - а это, как мною писалось выше, вообще чисто Тайвиновская блестящая комбинация была) и дает Рамси карт-бланш на Севере с битвой за Винтерфелл (произошла 30.09.299). На то, что комбинация с нейтрализацией лояльной Молодому Волку пехоты под Сумеречным Долом не была инициативой одного лишь Русе, а как по нотам была разыграна вдвоем тандемом Ланнистера и Болтона намекается в разговоре Тайвина с сыном:
— Зачем ты, собственно, пришел — пожаловаться на свою комнату и попотчевать меня своими шуточками? Мне нужно закончить важные письма.
— Пока лорд Редвин не подтянет свой флот, у нас не хватит кораблей, чтобы штурмовать Драконий Камень. Да это и не к спеху. Солнце Станниса Баратеона закатилось над Черноводной. Что до Старка, то сам мальчуган еще на западе, но большое войско северян под началом Хелмана Толхарта и Роберта Гловера идет на Синий Дол. Я послал лорда Тарли им навстречу, а сир Григор едет вверх по Королевскому тракту, чтобы отрезать им путь к отступлению. Толхарт и Гловер окажутся между ними с одной третью сил Старка.
— Синий Дол? — Там нет ничего, что стоило бы такого риска. Неужели Молодой Волк наконец совершил промах?
Тебе не нужно об этом беспокоиться.
Напомню, что эта беседа Тириона с отцом состоялась сразу же, как только тот немного оправился от раны, полученной в битве. То есть предварительно альянс с Болтоном оформились именно фактически сразу после Черноводной. А окончательная договоренность с Русе (и, мне думается, собственно очерчивание контуров плана Красной Свадьбы) были достигнута Тайвином вскорости ко времени ближайшего заседания Малого Совета:
— Корабли короля Бейлона в настоящее время заняты другим, — учтиво заметил лорд Тайвин, — и мы тоже. Грейджой требует за союз с ним полкоролевства, но что он готов сделать взамен? Сразиться со Старками? Он и без того с ними воюет. Зачем нам платить за то, что можно получить даром? Мне думается, что лорд Пайка может пока подождать. Со временем нам может представиться лучший выбор, когда королю не понадобится отдавать половину своего королевства.
Тирион, пристально наблюдая за отцом, понимал, что тот чего-то не договаривает. Он помнил о важных письмах, которые писал лорд Тайвин в ту ночь, когда он потребовал для себя Бобровый Утес. Как бишь отец сказал тогда? Одни битвы выигрывают мечи и копья, другие — перья и вороны. Любопытно, что это за «лучший выбор» и какую цену запрашивают за него.
В целом же, стоит также отметить, что активная переписка лорда Тайвина с Русе Болтоном, как можно полагать, шла параллельно достижению договоренностей Ланнистера с Уолдером Фреем. Вероятно, лорд Уолдер выступил с предложением Тайвину Ланнистеру о союзе (и, думаю, идею эту старику Уолдеру скорее всего подкинул Болтон, который уже очень активно взаимодействовал как с Тайвином, так и с Фреями в Харренхолле и уже заключил свою помолвку с Толстой Уолдой), а Старый Лев дал Фрею гарантии королевского прощения, защиты и даровании родовых земель Талли Эммону. В пользу этого варианта можно сделать заключение непосредственно на основе слов лично Тайвина:
— …он [Уолдер Фрей] никогда бы не осмелился на такое, если бы ему не пообещали защиту.
— А как поступил бы ты на моем месте? Оставил юнца в живых и сказал лорду Фрею, что не нуждаешься в союзе с ним? Это привело бы старого дурака обратно в объятия Старков и стоило бы нам ещё одного года войны. Объясни мне, почему убить десять тысяч человек на поле битвы — это благородно, а дюжину за обеденным столом — нет?
Отвечая на сей вопрос, скажу, что, как по мне - вполне благородно, учитывая что целью Тайвина было закончить затянувшуюся кровавую войну, "восстановить в королевстве мир и правосудие" (и это опять же цитата самого Тайвина), сплотить государство и защитить собственную семью, защитить дом Ланнистеров, свою родную кровь. Разумея это, очевидно, что Красная Свадьба явилась необходимым и соразмерным вариантом окончания военного конфликта, Тайвин же действовал одновременно как государственный человек и как глава/защитник рода, упрекнуть его в предательстве кого-либо тут невозможно. Что непосредственно до цены завершения войны, то Старый Лев резонно подмечает:
Победа досталась нам дешево, с какой стороны ни взгляни. Риверран, когда Черная Рыба сдастся, будет пожалован сиру Эммону Фрею. Лансель и Давен женятся на девицах Фрей, Джой, когда подрастет, выйдет за одного из побочных сыновей лорда Уолдера, а Русе Болтон станет Хранителем Севера и привезет домой Арью Старк.
Примечательно, что обеспечивших по плану Тайвина предпосылки для вызревание Красной Свадьбы Спайсеров/Вестерлингов Старый Лев, естественно, не стал посвящать в свои совместные планы с Фреями и Болтоном – ибо каждой фигуре на доске Львом были отведены свои роль и место, и таким пешкам как Вестерлинги не полагалось знать больше, чем то необходимо для реализации их конкретных функций. Джейме же в дальнейшем упоминает, что и «Уолдер Фрей тоже ничего не знал о соглашении». Таким образом, это по сути была комбинация двух независимых интриг, связанных только через самого фигуру Тайвина, который блистательно провел многоходовку по устранению угрозы Железному Трону со стороны Старков, передав "грязную работу" в чужие руки : в очередной раз ну вот просто не могу тут в тему не процитировать Макиавелли - «Дела, неугодные подданным, государи должны возлагать на других, а угодные — исполнять сами». («Государь»).

Возвращаясь к теме цены Красной Свадьбы для Ланнистеров, становится хорошо видно, что именно Тайвин стал главным выгодоприобретателем в результате этих событий: (1) в глазах всего королевства ответственность за резню и нарушение "священных законов гостеприимства" легла на лорда Уолдера; (2) дом Фреев был прочно "повязан кровью" и поставлен в полную зависимость от короля на Железном Троне - 4000 тысяч Фреевских мечей и копий активнейшим образом используются как "расходный материал" Болтонами на Севере и Ланнистерами в Речленде; (3) передача Риверрана Эммону Фрею, по факту, в разы выгоднее Ланнистерам - ведь именно родная сестра Тайвина Дженна становится в этом случае подлинной хозяйкой Риверрана. Относительно дарования Севера Болтонам, всё немного сложнее, но в целом и тут выгода Тайвина налицо: во-первых, наведение мостов и союза с Русе Болтоном позволило освободить и вернуть живым в столицу Джейме - ради возвращения любимого сына (которого отец не смотря ни на что "всегда имел в виду в качестве своего наследника" - как сказал сир Киван уже после смерти старшего брата) Старый Лев не постоял бы и за куда как большей ценой, чем Север; во-вторых, несмотря на ход с выдачей "лже-Арьи" Болтонам, у Тайвина оставался отличный резервный план на счет последующего получения Севера через разыгрывание карты брака Тириона с Сансой Старк. План по передаче Севера ребенку Тириону и Сансы был действительно весьма хитроумной многоходовкой Старого Льва: сначала оставить Болтонов один на один разбираться с железнорожденными, Станнисом и враждебными северными лордами на всю зиму, подождав до весны, пока они поистрепят свои войска: "по весне они все выбьются из сил и созреют для того, чтобы склонить колено. Север перейдет к твоему сыну от Сансы Старк" - так прямо заявил отец Тириону. Параллельно с этим Тайвин заблаговременно озаботился обеспечением лояльности Белой Гавани лично Ланнистерам посредством возвращения Виману Мандерли его сына и наследника. Что и было сделано (и ведь даже мертвому Тайвину Мандерли крайне благодарен и считает его "человеком слова", а уж будь Тайвин жив - вполне поддержал бы его план с Сансой из признательности и ненависти к Болтонам).

Как раз от продуманного плана по поводу получения Ланнистерами Винтерфелла через "ключ к Северу" Сансу Старк, плавно перейдем к такому важному направлению дипломатической деятельности Тайвина как организация династических союзов (с Простор, Дорном и Долиной). Служащая укреплению единства всего королевства помолвка Маргери и Джоффри (а затем и Томмена), хотя и была предварительно оговорена Мизинцем в Хайгардене с Тиреллами, но основные условия в конечном итоге тщательнейшим образом планировались именно Тайвином в столице, до такой степени, что Старый Лев справедливо позволяет себе заявить на этот счет: "Наши союзы на Юге незыблемы, как Бобровый Утес". Пролонгирует Тайвин и альянса с Дорном через подтверждение вынужденной помолвки Мирцеллы и Тристана (а также активно лоббирует брак Серсеи и Оберина). Вопрос с возвращением Долины под юрисдикцию короны решается Тайвином через заключение помолвки Бейлиша и Лизы Аррен:
Относительно Тириона у меня другие замыслы. Мне думается, что ключ от Гнезда следует искать скорее у лорда Петира.
...
— Если Лиза Аррен согласится стать вашей женой, — сказал лорд Тайвин Мизинцу, — и не нарушит мира с королем, мы вернем лорду Роберту звание Хранителя Востока.
Возможно, постфактум, как читателю знающему всю подноготную Мизинца, это не кажется идеальным решением, однако меж тем следует разуметь, что, если честно, то не видится на тот момент иного эффективного варианта бескровного обеспечения относительной лояльности Долины, ибо Мирцеллу по милости Тириона уже нельзя было предложить в качестве невесты Роберта Арренна, а Бейлиш и правда зарекомендовал себя как исключительно и во всех отношениях полезный Ланнистерам человек (помощь в устранении Неда Старка, в заключении союза с Тиреллами и т.д.), так что для меня выбор Тайвина в общем-то тут понятен и логичен.

Итог: за период правления Тайвина в качестве Десницы Джоффри и Томмена все Семь Королевств (Север, Простор, Дорн, Долина, Речленд за исключением Риверрана, Штормленд за исключением ШП + Королевские земли и Запад) так или иначе стали лояльны королю на Железном Троне. Именно Тайвин сумел волевыми усилиями и грамотными решения выйти из тяжелейшего кризиса в котором оказались Ланнистеры, когда не было практически никаких надежд удержать Железный трон, сумел обратить крайне неблагоприятные внешние обстоятельства в конечный (на тот момент) триумф Ланнистеров. Резюмируя Десничество Тайвина Ланнистера, как нельзя кстати подходит вполне объективная оценка Тириона, которого после собственноручного убийства отца уж никак нельзя заподозрить в ланнофильских симпатиях:
Правление Томмена держится лишь на союзах, которые так тщательно создавал мой отец.
 
Сверху