Гет Фанфик: Шёпот огня, шёлка и стали

Agirl

Наемник
Для Арьи ночь невыносимо тянулась в чередовании полного ужасов бдения и мучительного забытья, не дающего покоя. Пробуждаясь после каждого обморока, девушка не могла сказать, как долго она лежала, скрючившись без чувств на каменном полу: она потеряла ощущение времени. И тогда страхи оживали вместе с ней и толкали в пропасть, где не было ничего и никого, кроме её истерзанного сознания, а когда, не выдержав напряжения, она проваливалась в очередной кошмар, собственные крики и слёзы неизменно будили её. Отголосками страшных снов они трясли девушку за плечи, упрямо возвращая её в стены камеры.

Время тянулось, и погружённая в омут бредовых грёз, Арья металась по полу, но вдруг чернила её мрачного сновидения, в котором Якен по живому сдирал с неё лицо, рассеялись под освежающей белизной снега.

Волчица бежала по заснеженному полю, в ярости голода перегоняя ветер. Тощий олень умирал под деревьями - она загнала его. Во тьме его не видать, но её глаза различают следы копыт в тени елей, и её это радует. Где бы она была без своих зорких жёлтых глаз?

При этой мысли страх пронзил её сердце внезапной стрелой, и нутро задрожало под мохнатой серой шерстью. Она бросила взгляд на пустынное полотно снега, и оно вдруг затрепетало, как знамя, и волчья голова кривилась и танцевала на нём. Голова её брата, голова Серого Ветра, её голова... Последняя Старк, последняя… Волчица больше не видела ничего, её глаза заволокла тьма, и Арья с воплем проснулась на камнях.

Сквозь гул крови в голове она услышала железный скрежет и скрип двери. Застонав, девушка привстала на локтях, пытаясь сообразить, спит она или уже нет. Осколки разбитой склянки хрустнули под чьими-то шагами, а когда вошедший подошёл к ней и опустился рядом, Арья поняла, что это не сон. Запах лимонной травы, имбиря и меди окутал её – Якен пришёл наконец-то.

Его появление обрадовало Арью больше, чем она хотела показать. Молча поглощая долгожданные воду и еду, она страшилась того, что произойдёт, когда последняя капля будет выпита. Якен уйдёт, оставив её на растерзание мрака, и это пугало девушку больше грядущего наказания. Если это удары тростью, она готова терпеть их весь день, лишь бы он не покидал её здесь.

Тем временем Безликий так же ничего не говоря терпеливо поил и кормил свою пленницу, без удовольствия отмечая царапины на её лице и сорванные ногти.

- Час настал, - произнёс он, когда опустел кувшин и последние крошки были съедены. В шорохе его одежды Арья различила бряцанье стекла и металла.

- Я думала, ты уже меня наказал, - её голос превратился в осипший свист.

- Девочка наденет маски, - словно не слыша её, продолжил Якен, глядя в бельма её ослеплённых глаз. – Одну сегодня, одну завтра и одну на третий день. В прошлый раз смерть лишь кивнула девочке мимоходом, но теперь она узнает, каково это – умереть.

- Какие маски? Зачем всё это?

- Три смерти вырвут свет из её глаз, но если девочка мудра, она извлечёт урок из своей боли.

Арья поморщилась и замотала головой.

- Зачем ты делаешь это?

- Девочка знает, что заслужила наказание. Если она не пожелает его принять, то будет изгнана из храма и никогда не сможет вернуться.

Арья сцепила зубы, чтобы ни звука не вырвалось из её полного горечи рта.

В наступившей тишине она услышала ровное дыхание Якена – так дышат те, кто не боится и не тревожится. И тогда Арья возненавидела его спокойствие и непреклонность, она возненавидела саму себя за тлевшую в душе надежду на то, что он извинит её проступок.

- Что девочка решила? Она остаётся и принимает свою участь или уходит навсегда?

- Ты напрасно пугаешь меня, Якен Х’гар, - с неожиданной дерзостью заговорила Арья. – Я знаю, что ты никогда меня не отпустишь. Я могу быть самой дрянной ученицей и отказаться от твоих дурацких наказаний, но всё, что ты сделаешь – съездишь мне по лицу своей кровавой рукой. И стоит мне раздвинуть ноги, как твоя жестокость обернётся похотью.

Якен расхохотался. Наверное, впервые за всё время, что Арья знала его.

- Девочка переоценивает свою власть, - всё ещё смеясь, осадил Безликий. – Итак, она отказывается?

- Нет, - выплюнула Арья, вконец разозлившись. – Надевай на меня свои маски, отними у меня слух в придачу к глазам, мори голодом, но тебе не увидеть меня бегущей с поджатым хвостом. И пусть мои глаза слепы, я чувствую, как ты изводишься, глядя на меня.

Якен смотрел на неё в некотором ошеломлении: удивительно быстро слепота шла его ученице на пользу. А может, она просто хорошо изучила его за время, проведённое вместе, и сейчас слишком сердита, чтобы не высказать давно обнаруженные истины.

Безо всяких церемоний он взял девушку за подбородок, отбросил её спутанные волосы и запрокинул голову. Арья сдавленно охнула, когда он сделал надрез.

- Завтра девочка получит вторую маску, - напомнил он и тщательно разгладил на ней новое лицо. Чёрный камешек загорчил у неё на языке.

Звякнув кувшином, Якен поднялся и вышел из камеры, с трудом подавляя в себе желание в кровь искусать её нахальные губы.
 
Последнее редактирование:
Да, по ходу Арья попала в точку на счёт отношения к ней Якена. Главное, чтобы не заигралась девчонка) А я просто сплю и вижу, чтобы у них был серьёзный роман... С нетерпением буду ждать, что же дальше))) Спасибо, автор)
 

Agirl

Наемник
В каком-то смысле она попала в точку, но она еще многого не знает) пока что) Я вот сплю и вижу хоть чего-нибудь подобного между ними в сериале или в книге. Ну хоть щуть-щуть :D
 

Agirl

Наемник
Дверь темницы с силой захлопнулась, но для поглощённой видением девушки этот звук остался незамеченным, хотя и знаменовал собой начало уготованной Якеном расплаты, соль которой Арья вкусила с первых секунд.

Внутренний взор заменил ей слепые глаза и открыл картину, столь же жуткую, сколь и неожиданную.

Алые с золотом шторы на череде стрельчатых окон пропускали пыльные лучи в мрачные покои, пышность которых могла соревноваться лишь с беспорядком, царившим в них. Арья наблюдала комнату изнутри и чувствовала себя связанной. Она была в теле девушки, которая сидела на краю разворошённой постели, а её руки были закинуты вверх, стянуты и привязаны верёвкой к перекладине под высоким балдахином. В кресле напротив сквозь тёмные линии арбалета на неё смотрел Джоффри.

Он заговорил, но Арья не слышала слов. Её взгляд метался от зелёных глаз короля к его жёстким пальцам на арбалете, от кривой усмешки к дрожавшим перьям стрелы, несущейся прямо на неё.

Отчаянно сознавая бесполезность сопротивления, Арья почувствовала, что не-её тело дёрнулось вбок перед тем, как стрела вонзилась девушке в плечо. Издав истошный крик, она забилась в судорогах, и кольца пламенно-рыжих волос упали ей на лицо. Боль распустила лепестки своего кровавого цветка, и его нектар липким потом покатился по спине несчастной.

Джоффри, нахмурившись, продолжал говорить. Арья видела, как он положил новую стрелу на арбалетное ложе, и в следующий миг выпустил её девушке в живот. Новый бутон боли расцвёл багряным цветом на шёлке светлого платья, наполнив рот Арьи тошнотворным вкусом солёного железа. Её вопль резко оборвался кровавым кашлем, и в толчке третьей стрелы открылась ещё одна рана. Кричать стало невыносимо больно – девушка лишь безостановочно сипела. Её страх странным образом улетучился, оставив место единственному желанию – поскорей умереть.

Свет преломлялся в её горячих слезах, удваивая, утраивая фигуру Джоффри и его арбалет. Последняя стрела в окружении собственных призраков пролетела перед искажённым взором Арьи и впилась в грудь. Умолкшее сердце было последним, что она слышала, а улыбка Джоффри – последним, что видела Арья перед тем, как видение потухло.

Очнувшись, она не могла избавиться от вспышек пережитого видения. Холод камней успокаивал разгорячённое тело, но потрясённый разум был подобен шторму в океане. Как ни старалась она отогнать от себя назойливые образы, обрывки последних минут рыжеволосой девушки часами преследовали Арью и отравляли рассудок, путаясь с кошмарами и волчьими снами.


***


Когда Якен пришёл снова, Арья поняла, что наступил новый день. Отчаявшись снять маску, она сидела на соломе, привалившись спиной к мокрой стене. Не в силах погасить видения, она полночи всматривалась в пыльные лучи, складки бархата на шторах, оплывшие свечи в канделябрах. Игнорируя Джоффри и его стрелы, она словно отделилась от сознания рыжеволосой девушки, и, в конце концов её боль перестала быть болью Арьи.

Было ли это что-то, чему в своей жестокой манере хотел научить её Якен, она понятия не имела, и даже мысли об этом утомляли.

Арья слабо шевельнулась, когда учитель одним движением снял с неё чужой лик. Ей казалось, она видит и его нахмуренные брови, и изучающий взгляд, и его застывшую в дюйме от её лица руку, которую он, передумав, убрал прочь.

Плеск воды вызвал у Арьи жажду, и когда Якен дал ей кувшин, она пила громко и долго, как животное. Холодная вода принесла облегчение её иссушенным губам, и девушка заговорила:

- Что на этот раз, Якен Х’гар? Крысы будут выжирать мои внутренности под зорким наблюдением Щекотуна? Или Пёс изрубит меня в поле под звёздами?

Якен промолчал, а Арья насмешливо осклабилась и, подставляясь под нож, убрала волосы с лица.

Дуга боли, горький камешек, врастающая маска, бряцанье кувшина по камню, визг петель, щелчок в замке. Якен ушёл, оставив Арью справляться с новой смертью.


***

Лошади брыкались под вооружёнными всадниками, бешено вращали глазами и обнажали зубы в ржании, натыкались друг на друга, спотыкались о тела людей и других лошадей, мёртвых и раненых. Вокруг взлетали копья и мечи. Танцуя и скрещиваясь, они рубили шеи, протыкали груди и животы, сбивали всадников на землю и сеяли кровавые капли.

Арья наблюдала происходящее глазами облачённого в кожаную броню мужчины на беспокойно гарцующей лошади. Высокие стены обступили схватку красным углом, и в этих кирпичах цвета застарелой крови Арья узнала улицы Королевской гавани.

Приглядевшись к лицам сражавшихся, она, к своему удивлению, поняла, что часть из них – северяне, люди её отца. Чуть поодаль от себя она увидела мужчину, чьи золотые локоны стегали его по красивому лицу каждый раз, как он делал смертоносный выпад мечом, и кто-то из всадников падал на землю. Джейме Ланнистер: первый меч Семи Королевств, первый красавец, настоящий отец Джоффри, предатель и убийца. И почему она никогда не подумала включить его в свой список? Арья смотрела, как молниеносно он наносит удары, как беспощадно рубит головы – зрелище гипнотизировало её своей кровавостью. Заглядевшись, девушка не сразу заметила, что сквозь дымку поднятой в воздух пыли на неё смотрит Эддард Старк.

Пропитанная горечью радость Арьи всколыхнулась волной в её душе, но холодный взгляд Старка отрезвил девушку. Мучительной отрадой было видеть отца живым, но видеть, как он движется ей навстречу, на ходу вскидывая меч и ловя последние солнечные лучи на остриё стали… В его лице читалось бешенство загнанного зверя, внезапно забывшего о своей обречённости. Он шёл вперёд, и Арья изо всех сил сдерживала слёзы, чтобы они не застелили её взор, чтобы умереть, ясно видя любимое лицо. Одним тяжёлым ударом Эддард выбил свою жертву из седла, и Арья почувствовала, что падает на землю. Копьё выпало из рук, ещё секунда – и Лёд проткнул ей сердце. В последних сполохах жизни она, задыхаясь, смотрела в глаза отца, серые и полные ненависти, а беспокойное небо над ней таяло и превращалось в смолу.
 
Я если честно, потрясена. Потрясена всем картинами, историей, и тем, как Вы пишете, дорогой автор. Это просто невероятно! Редко я читала так, чтобы прямо видеть своими глазами, переживать вместе с героиней и страдать вместе с ней. Спасибо Вам за подаренные ощущения. Я до сих пор под впечатлением.
 

Agirl

Наемник
- Я ненавижу тебя, - шептала Арья после каждого глотка воды.

- Человек не переживёт, - съязвил Якен и поднёс кусок кукурузной лепёшки к губам девушки.

- Иди к чертям со своими лепёшками, - взревела Арья и изо всех сил ударила его.

Якен пребольно схватил её за руку, толкнул и прижал к полу локтём.

- Девочка смиренно справляется с наказанием, - отчеканив каждое слово, произнёс Безликий.

- А иначе ты меня выгонишь? – засмеялась Арья. – Мы уже это обсуждали.

- Рассуждая так, девочка всю оставшуюся жизнь проведёт за обмыванием мертвецов, - прошептал Якен и, склонившись к самому её уху, добавил:

- К тому же, девочка сама не желает уходить. Человек знает, - тень горделивой усмешки легла на его лицо. – Девочке пора усвоить, что её норов и непокорность милы человеку лишь в часы досуга, а во всё остальное время девочка послушна и уважительна. Иначе она пожалеет.

Хотя Безликий часто наставлял Арью подобным образом, в этот раз его слова показались ей последним предупреждением, угрожающим шипением ядовитой змеи. Арья разом обмякла под его давящим локтём. Почувствовав это, Якен медленно отпустил её.

Усадив девушку, он снова совершил ставший привычным ей ритуал и покинул темницу.

Туман вился меж почерневших деревьев. Вокруг стояли люди. Повстречай таких на дороге – решишь, что это разбойники. На этот раз Арья видела глазами человека, стоявшего под деревом со связанными за спиной руками. Опустив взгляд вниз, девушка увидела, что ноги тоже связаны у самых стоп, обутых в изношенные сапоги. Чьи-то грубые руки накинули ей на шею петлю и резко затянули мохнатую верёвку. Страх сковал тело висельника, даже язык не повиновался, чтобы прокричать слова мольбы о пощаде. Пинками приговорённого заставили взойти на почерневший от старости бочонок, где кто-то услужливый поддерживал его за щиколотки, чтобы он не упал. Как загнанное животное, Арья бросала взгляды на лица собравшихся вокруг незнакомцев, и внезапно мир для девушки сузился до одного-единственного лица.

Огромные тусклые глаза на испещрённом глубокими рытвинами лице, тонкая линия бескровного рта, беззвучно открытого в зловещем оскале, толстый шрам на горле, рубец которого багровой нитью тянулся от уха до уха. Её фигуру обвивал плащ, седые волосы развевались на ветру. Это была Кейтилин Старк.

Руки, державшие висельника, выпустили его тело, и верёвка тут же вцепилась ему в шею. Арья чувствовала, как позвонки растягиваются, мучительная боль и удушение заставляли хрипеть и биться в конвульсиях, пока неживой взгляд матери провожал Арью в ад боли и тьмы.

Видение исчезло, и девушка обнаружила себя стоящей на коленях и рыдающей в голос. Тусклые глаза восставшей из мёртвых жгли её изнутри, и лишь Неведомый знает, какие сны она видела в ту ночь.
 

Agirl

Наемник
* * *
Жажда была нестерпимой — её горло саднило, а язык был сухим, как щепка. Арья почувствовала знакомый запах свечей и колючее шерстяное одеяло, которым укрывалась на ночь в своей келье.

Сквозь неплотно сомкнутые веки она неожиданно для себя увидела слабый свет. Едва веря, она протянула руку и наткнулась на сухой камень. С трудом перевернувшись на другой бок, девушка села, спустила ноги на пол и зажмурилась. Когда она открыла глаза и увидела вокруг горящие свечи и знакомые стены кельи, радость подступила к её горлу комком сдавленных рыданий.

Арья попыталась встать и случайно задела стоявший на полу кувшин. Она схватила его, жадно приникла к погнутому горлышку и пила взахлёб, не замечая, что вода льётся по её шее. Тяжело дыша, она поставила кувшин на пол и отёрла мокрые губы рукавом своего чёрного платья.

Якен вернул ей зрение и выпустил из темницы. Что ждёт её теперь, после того, как доверие к ней утрачено? Сказал ли он о её проступке другим служителям? Или же сохранил всё в тайне, одиноко наслаждаясь своей властью?

Впервые за три дня Арья подумала, что, возможно, не заслужила пережить ужасы, едва не сведшие её с ума в скользких стенах подземелья. Якен обещал ей месть, потому она и ушла с ним из Вестероса — чтобы вернуться сильной, могущественной, почти колдовской убийцей, беспощадной тенью без лица. Дотошный голосок в голове шепнул ей, что желание мести было лишь второй причиной, по которой она позволила Безликому увезти себя в Браавос, но Арья отмахнулась от этой неудобной правды.

В своей гордыне она не посмела перечить, когда Якен говорил о расплате за её проступок, но теперь… Он не имел права наказывать её, подлый лгун и безумец. Эта мысль обожгла Арью, словно удар ядовитых щупалец.

Сдавив виски пальцами, Арья пыталась справиться с желанием броситься на поиски учителя и швырнуть обвинения в его непроницаемое лицо. Пусть видит её ненависть, пусть знает, как ей опостылели его ложь и игры.

Якен лишил её возможности принять это решение — он уже стоял в дверях, руки сложены в замок под длинными рукавами серого одеяния.

Арья взглянула на него, и этого было достаточно, чтобы горячая смесь негодования и влечения взыграла у неё внутри — словно пышная морская пена на чёрных свитках воды бешено кинулась на уродливый скалистый пик, скользкий и острый, как сама злоба.

— Девочка проснулась, — Якен приблизился к Арье, всё ещё сидящей на ворохе тряпья. Глядя на девушку сверху вниз, он некоторое время изучал её лицо, а потом круто развернулся и шагнул к стене напротив.

— Какой урок девочка вынесла из своего наказания? — резко спросил он, обернувшись и отбросив волосы с лица.

— Что тебе нельзя доверять, — севшим голосом ответила Арья, не глядя на него.

— Нет, этот урок извлёк человек, когда заснул с девочкой в одной постели.

— Как скажешь, — Арья развела руками. — Но я всего-то взяла ключ и чёртову маску. Ты обещал мне месть, а потом посмел наказать за то, что я выцарапала для себя её кусочек?

— Человек не обещал месть, — возразил Якен. — Девочка может вспомнить, когда человек говорил ей это?

К своему стыду Арья осознала, что он действительно никогда не произносил этих слов. Он обещал помощь, обещал научить всему, чтобы она стала Безликой, обещал три смерти, и все свои обещания сдержал. Обещание мести всегда было лишь её собственным: её молитвой, её огнём, её заблуждением.

— Девочка здесь, чтобы стать Безликой, — с раздражением сказал Якен. — А не для того, чтобы мстить врагам Арьи Старк. Для Безликого нет друзей и нет врагов, и чем раньше девочка это усвоит, тем меньше наказаний выпадет на её долю.

— Я думала, ты мой друг.

Якен внимательно посмотрел на неё.

— Значит, девочка плохо слушала.

Арья промолчала.

— Итак, какой урок девочка вынесла из своего наказания?

— Никогда не позволяй ослепить себя и закрыть в темнице? — Арья поднялась и, пройдя по комнате, прислонилась к стене позади Якена и скрестила руки на груди.

— Девочке стоит подумать ещё, — ответил он, не оборачиваясь.

— Что Безликие снимают лица не только с мертвецов в храме?

— Ещё.

— Почему бы тебе самому не сказать, что за урок ты хотел мне преподать? Потому что на самом деле я думаю, что тебе просто нравилось доставлять мне страдания. И раз уж ты столько всего у меня спрашиваешь, я тоже задам тебе вопрос: та женщина в моём видении, похожая на живого мертвеца, — это ведь не моя мать? — голос подвёл Арью в самом конце, внезапно сойдя на хриплый шёпот.

— Человек надеялся, что девочка сама всё поймёт, — Якен повернулся, явив Арье своё лицо. — За три последние дня и ночи она не покидала своей кельи. Своими видениями она обязана настоям, что ей давались ежедневно вместе с водой. Человек понятия не имеет, что девочка видела, поэтому не может ответить на её вопрос. Научить девочку отличать правду от лжи и стойко принимать обе — лишь этого хотел человек. Но Арья Старк не хочет учиться. Она хочет мстить врагам теней, давно покинувших этот мир.

— Моя семья — это не тени! — вскричала Арья, не замечая слёз на своих щеках.

— У девочки больше нет семьи, — Якен вдруг нежно взял её лицо в свои ладони. — У неё есть лишь она сама, и с ней ей тоже придётся попрощаться.
 

Agirl

Наемник
***

- Славные сиськи! – карлик подпрыгнул и хлопнул девушку по животу – выше он не доставал.

- Катись-ка ты, - пихнула его она и начала малевать рот жирной красной краской. Карлик со смехом отбежал от зеркала и, затаившись за деревянной перегородкой, на которой громоздились стопки платьев и штанов, время от времени швырял в девушку косточками от фиников, которые, казалось, были его единственной и ежедневной пищей.

Девушка медленно водила тонкой кисточкой по краям губ, задерживая дыхание, чтобы не сбиться с контура.

- Мерси! – заорал кто-то за её спиной, и от неожиданности она подскочила, размазав краску по щеке.

- Дерьмо верблюда! – взревела она в ответ, яростно зыркнув на окликнувшего её мужчину.

Толстый, дородный, он возвышался над Мерси на две головы. Его золотое с красным одеяние едва не трещало в проймах и на бочкообразном животе.

- Где моя корона, девочка? Я оставил её здесь, у зеркала, - пробасил он и принялся шарить на столе, заваленном театральным гримом и всяким барахлом для волос. – Мой выход через пять минут!

- Я пришла сюда только что, и никакой короны здесь не было, Изембаро, - ответила девушка, пока сердито стирала размазанную краску с лица.

- О боги, не видишь, что ли, я не могу её найти, помоги мне! – капризно велел Король Актёров, как сам он себя нарёк.

- Дай мне закончить с этой краской, тогда помогу, - с нетерпением в голосе ответила Мерси, вся сосредоточенная на своём отражении в зеркале. Облачённая в голубое атласное платье (рукава и талию пришлось перешивать, девушка чуть не умерла от тоски), она выглядела, словно какая придворная дама. На ней был золотисто-каштановый парик, уложенный в высокую замысловатую причёску, как носят дочери и жёны вельмож Вестероса. Корсаж был затянут так туго, что её груди чуть не вываливались наружу, и приходилось постоянно следить, чтобы не оконфузиться.

- Ах ты, мерзавец! – вдруг закричал Изембаро, и когда Мерси обернулась на крик, то увидела Короля, пытавшегося настигнуть карлика Бобоно, который, напялив на себя искомую корону, ловко сновал по всей гримёрной, каждый раз умудряясь увильнуть от загрёбистых рук неповоротливого толстяка.

Всё это сопровождалось диким хохотом Бобоно, пока, наконец, корона не спала с его головы и не покатилась по деревянному полу, издавая жестяной лязг.

Мерси закатила глаза и вернулась к прерванному занятию. Ругаясь и топая ногами, Изембаро удалился, перед этим по-быстрому короновав себя перед зеркалом.

- Корону он свою не мог найти! – хихикнул карлик, вдруг вынырнув справа от девушки, которая была занята рисованием стрелок на веках. – Я бы на его месте переживал по поводу исчезнувшего члена. Ставлю мешок фиников – в последний раз Король видел свой орган двадцать лет назад.

- Бобоно, мне всё равно, не мешай мне, очень тебя прошу, - Мерси выдохнула и разочарованно отметила, что стрелка на левом глазу вышла гораздо короче, чем на правом. К чертям, со сцены видно не будет.

- Мерси, прекрасная Мерси, что ты так недовольна? – Бобоно задом вскочил на стол, и ноги его в кожаных башмаках оттопырились в разные стороны.

- Не тебя ведь сегодня изнасилуют и убьют, - усмехнулась девушка и прошлась большим помпоном из перьев и ваты по своему лбу, оставляя на нём беловатое сияние перламутровой пудры.

- Это да, - захихикал карлик. – Но, не смотря на всю трагедию твоей судьбы, есть и хорошие новости: тебе не придётся искать мой член – он у меня вот он! – с этими словами Бобоно вытащил из-за спины накладной деревянный фаллос с кожаными тесёмками и принялся тыкать им девушке в бок.

- Ох, не зли меня, Бобоно, - выдохнула она с притворной яростью и, изловчившись, вырвала бутафорию из руки карлика и зашвырнула её в угол, где она потерялась между мешков с плесневеющей тканью, канатами и обломками деревянных декораций.

- Ответишь мне за это, мерзкая девка! – пищал из завалов Бобоно. – В сцене с изнасилованием пощады тебе не будет – затыкаю тебя до смерти!

- Если найдёшь свою деревяшку, - хохотала Мерси, смахивая выступившие от смеха слёзы грязным платочком.
 

Agirl

Наемник
Атласное платье Мерси пахло пыльным сундуком и терпким сандалом, который раскладывали между костюмов, чтобы их не поела моль.

Девушка что-то распереживалась за час до выступления и теперь, наконец оказавшись у тяжёлого занавеса, обмахивалась веером, на котором мелко-мелко были написаны немногочисленные реплики, которые ей доверил сегодня Изембаро.

Пьеса уже началась, и из-за кулис Мерси наблюдала, как Пюпиль в златовласом парике поливала вином голову Бобоно, который для виду стряхивал с себя винные потёки, но сам пытался незаметно слизать их со своих корявых пальчиков.

- Скоро твой черёд? – из-за спины Мерси высунулась хорошенькая головка в чёрных кудряшках – то была Лели, тоненькая славная Лели, которая поступила в театр в качестве мойщицы полов, но Мерси не без оснований подозревала, что здесь она подыскивает себе клиентов, падких на юную свежесть. Удачно избегая делёжки с содержателем борделя, Лели зарабатывает не только своими чарами, а и добропорядочно отскребая грязь с полов.

- Скоро, вот только королева закончит со своим братом, а там и мне выходить на растерзание злонамеренному карлику, - тихонько засмеялась Мерси и тут же, словно забыв обо всём, восхищённо схватила прядку гладких, как смоляные нити, волос Лели.

- Ты видела послов из Вестероса? – Лели кивнула в проём кулис.

- Только издали.

- Один из них просто великолепен, - Лели закатила глаза и лукаво подмигнула.

- Да ну, - Мерси склонила голову и приготовилась слушать череду ахов и восхищённых сравнений.

- Сама посмотри, - Лели легонько положила свою длиннопалую лапку Мерси на плечо и ткнула в сторону задрапированной бархатом ложи, лишь слегка возвышающейся над сценой.

- У него шрам на пол-лица, но от всей его стати веет такой силой, что я бы легла с ним из одной лишь любви к искусству, - мечтательно мурлыкнула Лели, и уху Мерси стало жарко. А затем жар нахлынул на неё всю, словно кожу ей промаслили и подожгли.

Огромного роста, с изуродованным лицом, он был таким, каким она его помнила – суровые, жестокие, чёрные глаза, плащ, длинный меч на поясе. Откуда Мерси помнить человека из Вестероса? Она там никогда не была, хотя и знала, что это не совсем так.

Тем временем публика взорвалась хохотом, что заставило девушек вздрогнуть от неожиданности. Мерси заметила, как в бархатной ложе нахмурился почтенного вида незнакомец. Отмеченный шрамом стоял с каменным лицом, ничем не выдавая своих чувств.

- Ох, а он и впрямь силён, - повернулась к Лели Мерси. – И как он не устаёт носить свой огромный меч?

- Руки прочь, нахалка эдакая, - Лели в шутку шлёпнула подружку по губам.

Тем временем сцена с королевой подошла к концу, и все актёры, бывшие в то время на подмостках, валом повалили за кулисы.

- Ты следующая, - сдавленным во имя интриги голосом бросил Изембаро и схватил Мерси за плечи. – И кричи так, чтоб тебя даже в Вестеросе услыхали!

Бобоно уже вертелся рядом и игриво подмигивал, хлопая себя по промежности, вздутой из-за деревянного фаллоса, до поры до времени скрытого под длинной рубахой. От него разило вином – карлик был совершенно пьян, и Мерси лишь удивилась, как это Изембаро ещё не задал ему взбучку – обычно он такого не терпел, а тут ещё и важные гости. Но времени недоумевать у Мерси не было.

Ещё минута – и она с колотящимся сердцем оказалась одна на сцене. Несколько страшась взглянуть на почётную ложу, Мерси села на постель, уже смятую королевой и семеро знают, кем ещё.

- Чиста и девственна, как снег, я отдаю себя на волю льва, и лишь надеюсь не родить ему котов, - звонко произнесла она и слегка расшнуровала корсаж.

Громкий скрип раздался со стороны бархатной ложи, и Мерси, скосив взгляд, увидела, как посол встал со своего кресла и что-то сказал стоявшему рядом мужчине со шрамом.

- А я молюсь, чтобы она не родила мне выводка щенят, - воскликнул Бобоно и вывалился на сцену, облачённый в красный кожаный жилет. Без лишних прелюдий он повалил Мерси на живот.

- Ах, нет, милорд, не смейте сзади! Мой герб – ещё не повод! – она брыкалась под Бобоно, который уселся на ней сверху и, размахивая маленькой рапирой, совершал неприличные телодвижения. За этим последовали истошные причитания Мерси, едва слышимые сквозь смех зала.

- Куда же вы, милорд? – вдруг вскрикнул Бобоно и покинул Мерси. Публика затихла.

Мерси оглянулась и резко вскочила с кровати, когда увидела, как Бобоно, словно обезумевший, скачет перед послом и его сопровождением, не позволяя тем удалиться.

- Убери своего карлика! – рявкнул мужчина со шрамом и толкнул Бобоно прямо в руки Мерси.

- Да как ты смеешь! – заорал Бобоно и бросился на обидчика. – Я королевской крови! Смерть нечестивцу, кто посмел ударить принца! И пусть мой меч лишь бутафория – защищайся!

Весстеросец не знал языка Браавоса, но понял Бобоно и так, потому что карлик принял стойку и взмахнул рапирой.

Мерси зажала рот руками, и в тот же миг Бобоно обрушил пьяную ярость на своего огромного противника, который не ожидал от крошечного человечка такой прыти.

«Кто бы мог подумать, что под этим красивым плащом нет доспехов?» - подумалось Мерси, когда на светлой ткани расцвёл алый цветок.

Бобоно упал навзничь, в ужасе отползая от оседающего на пол мужчины. Сандор Клиган с недоумением смотрел на серебряную рукоятку, торчащую из его живота. Всаженная до упора, она казалась странным украшением, фигурной бляшкой на поясе. Лавина людей ринулась прочь из театра, отбрасывая назад красные пятна королевских гвардейцев, силящихся прорваться к сцене, где, обуянный ужасом посол Вестероса забился в угол и, безоружный, бешено вращал глазами.

Пёс смотрел на Мерси, а Мерси – на него. Горящие свечи волновались над пурпурным занавесом, давая красноватое свечение, в котором её обычно серые глаза казались голубыми, а рыжие, словно червлёное золото, волосы лишь усиливали эту иллюзию. Пёс умирал, глядя на неё, смутно знакомую и прекрасную. Понял ли он, кем она была? Быть может, предсмертная агония стёрла из памяти все лица? Или же ему была дарована милость лицезреть призрак его невинной любви, разорванной ветром сколько-то лет назад?

Арья ничего этого не знала – она сама не была уверена, кто сейчас стоит перед Псом. Ей было весело и она хотела обратно свою Иглу.
 
Автор, спасибо Вам большое за это чудесное творение. Очень приятно читать фанфик именно во времени канона, а от того, как это по канону и насколько реалистично и правдоподобно - приятно втройне. Очень буду ждать продолжения....)))
 

Agirl

Наемник
Спасибо большое:))) я уже продумала продолжение в деталях, только написать осталось :D
 

Agirl

Наемник
Когда на смятом пергаменте, шилом приколотом к двери комнатушки Мерси, Арья прочла «Немедленно», её это не удивило. Коротким выдохом она задула свечу – всё остальное она может сделать и в темноте. Обтирая забрызганные кровью руки влажной тряпкой из таза, она не чувствовала ни тени страха или волнения. Якен хочет видеть её – ну разумеется, как же ещё. Наверняка он такого от неё не ожидал – укокошить вестеросского гостя прямо на сцене, бесстыдно использовать карлу и, посмеиваясь, помчаться через заволочённый в туман Браавос, то и дело поднося к лицу руки, чтобы в который раз ощутить запах крови.

Но как Якен мог знать, что она вернётся сюда? Всё-то он понимает. В этой коморке на последнем этаже Мерси месяцами проделывала одни и те же нехитрые утренние и вечерние ритуалы, а ночами спала, почти всегда в одиночестве. Эта комната не была её домом, но всё же Арья пришла сюда, словно для того, чтобы попрощаться с той, чью маску она легко отбросила – так же, как и все до неё, так же, как отбросит и все последующие. Если Якен, конечно, не убьёт её этим вечером.

Рыжий парик валялся на полу рядом с замызганной туникой, в которую Арья неохотно облачилась. Проведя руками по обритой голове, она встала на колени перед кроватью и вытащила из-под неё небольшой мешок со своими мелкими пожитками. Сюда она больше не вернётся – это ясно как день. Но вдруг Якен решит оставить ей жизнь – тогда лишняя пара исподнего ей не помешает.

Арья шагала вниз по крутым ступенькам, с каждым шагом вслух припоминая слова позабытой старой молитвы, ставшей ещё немного короче. От этой мысли в горле у Арьи затрепыхались крылья.


***


Каменный пол, сотни свечей, тьма по углам и чёрная гладь колодца. Арья оставила свой мешок у входа в храм, чтобы Якен не подумал, что она слишком уж надеется на его милость.

Сам он стоял у колодца, спиной к тлеющему сердцу Р‘глора, волосы его сияли горячей медью, трость в левой руке неподвижно указывала в пол.

Арья остановилась напротив, безмолвно уставившись перед собой. Нет, она не изумилась, когда сильная рука ударила её по лицу, и гранитные плиты прохладно встретили её колени и ладони.

- Вижу, ты долго меня ждал, - прошептала она и нагло улыбнулась.

- Когда в прошлый раз Арья Старк сделала нечто подобное, ей был дан ещё один шанс, - заговорил Якен, устремив взгляд вниз на девушку, нелепо застывшую на полу. – Как это было опрометчиво.

- Я знаю, что ты думаешь, но я не причастна к смерти человека в театре, - Арья перестала улыбаться и неотрывно глядела в лицо учителю.

- Девочка не держала оружия, но умело направила его. На ней кровь.

- Я лишь стояла рядом, клянусь.

- Девочка расскажет, как всё было, - Якен отступил назад и знаком приказал Арье встать.

Та повиновалась.

- До самой своей сцены Мерси понятия не имела, кто эти гости из Вестероса – у неё не было времени глазеть и любопытничать. Лишь когда она оказалась перед публикой, лица в почётной ложе стали ей видны. Послу не понравилась пьеса и он стал уходить, когда Бобоно, пьяный дурак, набросился на него и его охранника. Я ничего не могла сделать. Я не знаю, как вместо бутафорского меча у него оказалось настоящее оружие.

Якен изучал её взглядом, и Арья знала, что он ищет. Он ищет ложь.

- И девочка не сама подсунула его пьяному карлику?

- Нет.

- И девочка не напоила карлика перед выступлением?

- Нет.

- Кто же велел ему заколоть охранника, так кстати бывшего в списке Арьи Старк?

- Возможно, никто. Возможно, это всё лишь случайность. Я не знаю. А ты?

Якен промолчал в ответ, и улыбка вдруг заиграла на его губах. Наклонившись, он взял с края колодца каменную чашу и зачерпнул нею воды.

- Это едва не стало последним ужином девочки, - Якен небрежно вылил воду обратно. – Завтра у неё много работы.

Арья чуть склонила голову и медленно зашагала прочь.

- Какова эта вода на вкус? – вдруг спросила она и оглянулась.

- Сладкая, - ответил Якен, и Арья вздрогнула, поняв, что он говорит правду.

Закинув подобранный мешок через плечо, она шагала по коридору с закрытыми глазами и безошибочно сворачивала в нужные галереи, пока не достигла своей кельи. Там, лёжа на продавленном тюфяке, она смеялась сквозь закусанные губы и давила распирающую грудь гордость. Он поверил ей! Она смогла обмануть его, смогла солгать так хорошо, что вместо сладкой воды смерти она сейчас пьёт сладкое арборское золотое из кожаной фляги, которую почти до дна высосали жадные губки Бобоно.


***


Якен Х‘гар нечасто поднимался на крышу храма Многоликого. Сегодня те из братьев, кто изучает движение звёзд, сюда не придут – туман пожрал небо этой ночью. Стоя здесь, на вершине, Якен едва видел вытянутые перед собой руки, и это давало ему обманчивое чувство, что в этой полной пустоте он и вправду Никто.

Сейчас ему самое время побыть Никем. Он слишком увлёкся. Её враги – не его забота, так почему же он радовался вместе с ней, когда она наслаждалась своим триумфом? Маленькая прелестная лгунья. Якен гордился ею, и это было неправильно. Ему должно быть всё равно, что она делает успехи в своём обучении, и тем более ему должно быть всё равно, здравствуют ли те, о ком она молится перед сном, или гниют в могилах.

Спускаясь в Зал Ликов, Якен решил, что останется там на ночь – так мало от неё осталось – и приготовит всё необходимое для своей ученицы, чтобы сразу же на рассвете привести её сюда. Ей ещё многому нужно научиться перед тем, как она по-настоящему послужит храму.

Маска карлика Бобоно вернулась в свою нишу, снова окружённая десятками лиц, неразличимая, затерянная среди всех других, а где-то по улицам Браавоса беспечно скользила бесшумная тень, звеня отравленными золотыми драконами.
 
Последнее редактирование:
Интересная глава... Очень... И так странно осознавать, что Якен по-своему её любит. А Арья так и не поняла этого. Думала, что так просто обманула его.
Спасибо автор за интересную главу))
 

AnnHumphrey

Скиталец
Уф, зарегистрировалась только для того, чтобы выразить благодарность. Это фантастика! До безумия рада, что наткнулась на эту работу.
Персонажи каноничные, описания подробные и захватывающие, слог лёгкий и приятный.
Как поклонник пейринга Якен/Арья, хочу сказать, что ОРУ от восторга. Читаю Вашу работу взахлёб :kiss: Не тяните с продолжением, пожалуйста!:koshmarrrr:
 

Agirl

Наемник
Спасибо! Очень приятно читать ваш отзыв. Постараюсь написать как можно быстрее, появилось слишком много новых идей, не могу теперь решить, что выбрать :fools:
 

Agirl

Наемник
Лицо мужчины было таким умиротворённым, что Арье казалось, он всего лишь устал и отдыхает. Восковая кожа слегка блестела от воды, которой его омыли. Он не был стар, его грудь покрывали густые чёрные волосы, а руки были разрисованы чернильными узорами.

Острые полукруглые ножи лежали на столе в изголовье мертвеца рядом с неглубокой серебряной миской, льняными бинтами и склянками.

Якен склонился над трупом и, бросив взгляд на затаившую дыхание Арью, взял со стола небольшую каменную пиалу с жидкой красноватой кашицей. Он смочил в пиале смятый бинт и нанёс смесь из пиалы на лицо мертвеца.

- Чем ты мажешь его? – спросила Арья.

- Это рубиновая мазь, - не прекращая работы, ответил Якен. – Она сохранит срезанное лицо навечно таким, каким ты видишь его сейчас.

- Мазь из рубинов? – удивилась Арья.

- В том числе из них, - отложив пиалу в сторону, Якен поманил Арью к себе.

- Девочка попробует срезать лицо этого мужчины, - сказав это, он протянул ей загнутый нож.

- Я не знаю, как, - ответила Арья, но, тем не менее, взялась за рукоять.

- Нужна осторожность, - негромко наставлял Якен. – Но ничего сложного. Человек сделает первый надрез, девочка повторит.

Своим ножом Якен медленно провёл по лбу трупа, у самых корней волос, и темно-пурпурная плоть раскрылась под лезвием.

- Дальше девочка сама.

Якен отступил назад, давая Арье место у тела.

Девушка опустила пальцы на покрытую скользкой рубиновой мазью щеку, нож вошёл в надрез и продолжил свой путь по лицу мертвеца. На мгновение Арье представилось, как он будет выглядеть, когда с него снимут лицо. Багровое месиво из мышц и жил с белыми вкраплениями костей, выпирающих на скулах.

- Теперь это, - Якен протянул ей прозрачный флакон, выпиленный из цельного лунного камня, мерцающего молочным светом. – Несколько капель в разрез. Тогда лицо будет легче снять. Нижняя плоть сама отторгнет его.

Арья откупорила флакон и едва не задохнулась от отвратительного запаха из него.

- Девочке лучше задержать дыхание, - усмехнулся Якен. – Это эссенция мёртвых.

- По запаху это как дерьмо мёртвых, - сквозь кашель прохрипела Арья.

Якен снисходительно улыбнулся.

- Чтобы сделать один такой флакон, нужно много тел и много времени. Много воды, огня и заклинаний. Тот, кто готовит эссенцию мёртвых не ест три дня перед тем, как спуститься туда, где происходит… где всё происходит. И три дня после мастер тоже не ест. Иногда дольше.

- Почему? – Арья зажала нос в сгибе локтя и вытряхнула несколько капель в разрез на лице трупа.

- Невозможно удержать съеденное в себе после того, как побывал на кухне, где готовится эссенция мёртвых. Девочка узнает это сама, когда человек прикажет ей научиться.

Арья вернула учителю флакон, полная надежды, что обучение этому отложится на долгое время.

- Девочка сделала хороший разрез, глубокий, - похвалил Якен, оглядев лицо мертвеца. – Теперь она смотрит, как человек заберёт лицо этого мужчины.

Ловко подхватив кожу на подбородке мертвеца, Якен осторожно потянул её вверх. С мягким влажным звуком плоть отделилась, и мягкая, словно тряпка, маска оказалась в его руках.

- И это всё? – Арье показалось, что это слишком просто.

- Почти, - Якен осторожно завернул маску в белый шёлк. – Маска должна высохнуть на обсидиановом черепе, а начертатели нанесут на неё заклинания, чтобы в назначенный час из куска неживой плоти она превратилась в плоть, которая оживёт.

- Но если маска, которая мне нужна, всё ещё принадлежит хозяину лица? Не водить же мне с собой начертателей и не носить же все эти флаконы и бинты, - Арья старалась не смотреть на тело, у которого всего лишь несколько минут назад было лицо.

- Есть и другие способы забрать лицо, грязные и полные боли. Маски, взятые этими способами, будут недолговечны, и носить их дольше нескольких дней опасно – яд разложения может проникнуть в тело носящего чужое лицо, и тогда он умрёт в страшных муках.

- Покажи мне эти другие способы тоже, - попросила Арья, бездумно вертя нож в руке.

- К этому девочка не готова, - ответил Якен. - Но десять других мёртвых ждут её осторожных рук.

Он легко погладил девушку по щеке, и Арья подумала, что, быть может, когда-нибудь он так же прикоснётся к ней, прежде чем снять её лицо.
 
Сверху