1. Внимание! Отдельные фанфики могут иметь рейтинг 18+. Посещая этот раздел, вы гарантируете, что достигли 18 лет. Все персонажи фанфиков, вовлеченные в сцены сексуального характера, являются совершеннолетними с точки зрения законов РФ.
    Полезная информация для авторов: Правила оформления фанфиков (читать перед размещением!) Бета-ридинг
    И для читателей: Поиск фанфиков по ключевым словам Рекомендации и обсуждение фанфиков
    Популярные пейринги: СанСан Трамси
    Популярные герои: Арья Старк Бриенна Тарт Дейнерис Таргариен Джейме Ланнистер Джон Сноу Кейтилин Талли Лианна Старк Мизинец Нед Старк Рамси Болтон Рейегар Таргариен Робб Старк Русе Болтон Сандор Клиган Санса Старк Серсея Ланнистер Станнис Баратеон Теон Грейджой
    Другие фильтры: лучшее не перевод перевод юморвсе
    Игры и конкурсы: Минифики по запросу Флэшмоб «Теплые истории»Шахматная лавочкаНовогодний Вестерос или Рождественское чудо

Джен Фанфик: HBO WI В тело Джоффри попал Октавиан из сериала Рим

Тема в разделе "Фанфикшн (в т.ч. 18+)", создана пользователем Daena, 21 фев 2016.

  1. Karahar

    Karahar Наёмник

    И я про то же. *****ас - это не только (и даже не столько) сексуальная ориентация.
     
    Берен нравится это.
  2. заклепкометрист

    заклепкометрист Ленный рыцарь

    3,14дарасы во всех смыслах.И в плохом даже в еще большей степени,чем в прямом смысле.
    Ваш капитан Очевидность.
    Но главное не в этом.А в том,что Ренли точно не повезет.Супротив Октаджоффа руки коротки у Стаса,а вот угробить Ренли
    он может запросто.Вот только поведение штормовиков в таком случае интересно.В РеИ они перебежали к Стасу - но они и
    при Ренли де юре были в мятеже.А тут они за Джоффри,созывающего Великий совет - и позиции короля в данной ситуации
    несоизмеримо крепче.А Стас смотрится как явный узурпатор.Так что может нарисоваться птица обломинго.Впрочем,Ренли
    это уже не поможет.Ой,кажись,спойлер.
     
  3. Karahar

    Karahar Наёмник

    Не, не спойлер. Просто Ренли и Ко в любом случае ничего не светит. По любому.
     
  4. nikroks

    nikroks Знаменосец

    Это, конечно, очень мило, но какого хера в этом списке делает Джейме:devil:, стопроцентный натурал? Он нарцис, сестро...б и детоубийца несостоявшийся, но лично я за выпил Эйриса ему многое готов простить.
     
  5. Daena

    Daena Знаменосец

    Чмо он бесхребетное. На людях выпендривается, будто крутой, а на самом деле как есть чмо.
    Сестра его всю жизнь за МПХ как собачонку на поводке водила, (в КГ, например, его заманила, чтоб он ее с Рейгаром койку стерег, а он и рад стараться), и все ходит и ноет "Серсея, дай! Серсея, дай! Ну Серсея, ну даааай!".
    Даже короля нормально убить не смог, тут же истерику закатил "ах, Нед Старк на меня СМОТРИТ!" Нет, чтоб радоваться, что никто не знает, какой он лох, на него б тогда последний дебил как на дебила смотрел бы.
    Короче, бездарное и бесхребетное чмо.
     
    Dora Dorn, Arystan, World_Viktory и 2 другим нравится это.
  6. Karahar

    Karahar Наёмник

    Ну, метод Маэдроса с ним вполне сработал. Стоило оттяпать ему руку - как сразу пошёл на поправку. Ну и Эйериса он убил зачётно: не "ради семьи", а спасая гражданских от смерти в огне. А про "короля нормально убить не смог, тут же истерику закатил" это вообще про что? Эйериса он завалил без Старка, и свидетелей (живых) у этого не было.
     
    talsterch, Джей и Лилия нравится это.
  7. nikroks

    nikroks Знаменосец

    Daena
    По-мне, это про Неда и, особенно Роберта. Джейме Серси еще в детстве тирионову пипиську отпускать заставлял. Так что Тиря ему наличием, как минимум МПХ обязан, а то могли и оторвать.
    Если выбирать между ней и Лизой Талли, я бы тоже Серсею выбрал( Бл...ь, ну почему Кет весьма и весьма, а Лиза такая дура:mad::mad::mad:). И КГ - это было очень круто, идиотизм Психа тогда только обороты набирал.
    Вот это меня тоже вымораживает. Соглашаться нужно было с гарантиями на еженедельный страстный кекс и желательно такой же, как когда Серси его "уговаривала". Это пока молодой, потом можно было бы и свинтить обратно на Утес, править.
    Кто вообще из персов может таким похвастаться?
    У Старка истерика не меньше, а то и больше, из-за жопы Цареубийцы на ЖТ. И вообще, это не Джейме плакался кому-либо насчет той сцены.
    Если он чмо - то кто тогда Старк, который его до усрачки боялся? А так же добрая половина * чудак *ов, которые его за глаза Цареубийцем обзывали, вот ну звездец, такого короля убил:facepalm:.
    На поправку он пошел, когда понял - ЧТО такое Серсеище. И в баню ее послал.
     
    talsterch и Earwing нравится это.
  8. Daena

    Daena Знаменосец

    Да ладно, не пошел на поправку, все так же ноет, только теперь "Серсея всем даееет!":facepalm:
     
    Arystan, нап и Лилия нравится это.
  9. Daena

    Daena Знаменосец

    О да, подвиг, не дал сестре младенцу член оторвать.
    Хотя конечно, после того, как он с ее подачи в трансвестита играл - да, прогресс.
    Он выбирал не между Лизой и Серсеей (Серсею он мог иметь и окромя Лизы, эта шлюха максимум день подулась бы) - он выбирал между лордством Западных Земель и должностью королевского задоподтиральца, и угадайте что он выбрал, этот придурок? И самое забавное - в итоге ни лордства, ни Серсеи - сеструху-то папаша тут же в Кастерли уволок.
    Ага.
    А уговаривала она его как? Ты остаешься в КГ, я остаюсь в КГ, я буду королевой и трахаться с Рейгаром, а ты будешь целибатником-прихлебателем и так и быть, иногда будешь с королевской койки объедки подъедать. И что делает дебилушка? Спрашивает, где подписывать, он на все согласный.
    У Старка не истерика, Старк в ахуе. Что должен был сделать нормальный человек? "Чуваки, вообще-то в городе мины, слезай со своего высокого коня (есть такое английское выражение, мол не строй из себя слишком приличного), а ноги в руки и спасать город, цени, какой я шикарный мужик, а ты даже этого не смог". Потом повиниться, покаяться септонам, со слезами стыда вернуть белый плащ - и валить в Западные Земли, править, пока папа с армией стоит, трупами детей размахивает. Но Джейме предпочел прикинуться крутышкой, в итоге остался все тем же королевским прихлебателем, одним из семи, подбирал теперь огрызки с койки Роберта, только и оставалось потом ныть про себя "какое право они имеют меня судить!", в перерывах между нытьем по Серсее.
    А ведь мог спокойно жить в ЗЗ, готовиться замещать папу, спать со всем, что захочется, и даже с Серсеей, если приспичит.
    Ага, вот только Старк - лорд, Роберт - король, добрая половина * чудак *ов - тоже свободна и счастлива, и все коллективно считают его * чудак *ом.
    А что у дебилушки в итоге-то? Сестра, которую кто только не трахал, дети свои, но чужие, сам голодранец, от чужих милостей кормится, короля, пока тот жизни радуется, под дверьми охраняет. Всей-то радости, что мечом махать умеет, пока молодой, и славой сомнительной пользуется, да и той пока жив, как помрет - только полстраницы в белой книге и останется.
     
    Dora Dorn, Джей, Arystan и 2 другим нравится это.
  10. Karahar

    Karahar Наёмник

    Не, немного раньше. Посыл Серсеи тоже следствие "метода Маэдроса".
     
    нап нравится это.
  11. nikroks

    nikroks Знаменосец

    Daena
    Может, в книжный раздел перейдем, в тему Джейме? Мне кажется, она достойна такой дискуссии, новый взгляд на персонажа, все такое.
    Наглая ложь, первым у Серси был Джейме, так что это Роберт ел из чужой миски.
    И вообще, что за лажа, про дает и не дает?
    В постели Джейме однозначно брал свое и Серси очень была не против.
     
    Последнее редактирование: 15 мар 2016
  12. Daena

    Daena Знаменосец


    Если я отыграл свою роль хорошо, похлопайте в ладоши и овацией проводите меня со сцены.
    Джоффри Август.

    Красный Замок, Королевская Гавань, 298 ВЭ.
    Одетый в золотой плащ Городской Стражи, Октавиан стоял на стенах замка, глядя через залив Черноводной, реки, на которой располагалась Королевская Гавань. Рядом с ним, на ящике, чтобы видеть через стену, стоял Тирион Ланнистер с бокалом вина, из которого он делал мелкие глотки.
    – Впечатляющий вид на королевский флот, – заметил карлик. – Жаль, что он идет сюда под командованием Станниса, - насмешливо добавил он.
    – А кто еще должен командовать флотом, как не мастер над кораблями? – бесстрастно ответил Октавиан.
    – Ну, желательно кто-то, кто не хочет твоей короны, а возможно и той головы, что под ней, – ответил Тирион.
    Октавиан позволил себе едва заметно улыбнуться:
    – Станнис просто доказывает, что он не великий мыслитель, раз думает, что демонстрация силы не обнажает на самом деле его слабость, – заметил он. – Может быть лорд Старк и позволил ему привести свои силы, чтобы уравновесить Городскую Стражу под моим началом, но он не только превзошел числом мои силы, но и показал недостаток доверия к обещанию лорда Старка о его безопасности, – сказал он. – И некоторые Великие Дома сочтут присутствие флота, и армии Станниса на нем, угрозой их голосованию.
    – Они могут подумать то же и о твоей Городской Страже, – напомнил Тирион, потянув свободной рукой за золотой плащ племянника.
    – Городская Стража – ничто, игрушечные солдатики, которые негодны ни на что, кроме получения взяток и разгона драк в тавернах, – ответил Октавиан. – Даже те, кто ненавидит Станниса, высоко ценят его военный талант и знают, что его люди опытны, хорошо подготовлены и отлично снаряжены, – продолжил он. – И это куда больше пугает, раздражает и вызывает подозрение, чем мальчишка, набросивший на плечи желтое одеяло.
    Тирион приподнял брови:
    – Ты всегда так рассчитываешь наперед? – искренне заинтересовался он.
    – Только на пару шагов, – ответил Октавиан. – Великий Совет уже собирается, может пойдем и встретим Станниса на моем поле боя, а не его? – уверенный в своих силах, спросил он.
    – О, сам Грегор Клиган не удержит меня от такого зрелища, – ответил Тирион, залпом выпивая остатки вина.

    Воспользовавшись предыдущими прецедентами в вопросах решения права наследования, Эддард Старк, как лорд-регент и Защитник Королевства, предложил два местоположения Великого Совета – и кроме столицы это был Харренхол, место Совета 101 Года. Но так как Харренхол находился посреди суши, Станнис немедленно отказался, а потому Великие Дома Вестероса прислали представителей в Королевскую Гавань, где и должны были решить, кто станет следующим королем.
    Странное дело, из всех Семи Королевств наиболее серьезно к делу отнеслись Железные Острова, приславшие самую большую делегацию, во главе которой был не только сам Бейлон Грейджой, но и его дочь Аша и брат Виктарион. Хотя железнорожденные свысока смотрели на чужие традиции, они глубоко чтили свои, среди которых существовала традиция Королевского Вече, собрания, напоминавшего Великий Совет, на котором в давние времена избирались короли Железных Островов. На самом деле Бейлон даже объявил, что вн езависимости от исхода Великого Совета, Железные острова объявят войну проигравшему, если он не примет решения большинства. Их не интересовало, кто сядет на трон, Джоффри или Станнис, их интересовало само по себе Вече 298-го года, как они настойчиво его называли.
    Принц Дорна Доран Мартелл сказался неспособным путешествовать, а потому отправил во главе делегации своего брата Оберина. Их голоса были темным делом, потому что кроме обычной их независимости, дорнийцы питали вражду и к Ланнистерам, и к Баратеонам, а потому никто не знал, на чью сторону они могут склониться, возможно они постараются проголосовать так, чтобы создать как можно больше проблем для всех подряд.
    Дом Тиреллов из Простора наверняка проголосовал бы за того, кто окажется явным претендентом на победу, но если бы это оказался Станнис, они не слишком были бы этим довольны. Мейс Тирелл и Станнис были старыми врагами, как по политическим, так и военным делам, и если Станнис победит, он вряд ли одарит Тиреллов. Из-за раздоров и противоречий среди домов Прстора было неизвестно, проголосуют ли они все за одного кандидата, в отличие от Севера и Речных Земель, о которых все думали, что они проголосуют вслед за Старками и Талли.
    Когда стороны принялись представлять свои аргументы перед собравшимися в зале дворянами, которыми с Железного Трона управлял Эддард Старк, чье место среди лордов Севера занял его сын Робб, вскоре всем стало понятно, что в ораторском искусстве Станниса легко обошел мальчишка, который считал себя его племянником, но которого сам Станнис родственником не признавал. Уже посеяв сомнение в доказательствах, касающихся цвета волос и происхождения, Октавиан с легкостью разбивал все другие доводы Станниса, логикой, убеждением и ядовитым сарказмом, так что Неду Старку несколько раз приходилось останавливать смешки, пока Станнис скрипел зубами от злости.
    – Я бы попросил своего деда лорда Тайвина привезти с собой мою мать, если бы верил, что ее показания под присягой, что обвинения лорда Станниса ложны, убедят его, – заявил Октавиан Великому Совету, – но почему-то мне кажется, что он не поверит ее словам, так что это было бы бессмысленно, – сказал он, стоя перед Железным Троном, лицом к зрителям. – Если только я не ошибаюсь, и вы бы приняли ее слова? – спросил он Станниса, который снова присел после предыдущего спора.
    – С чего мне верить словам лживой изменницы и кровосмесительницы? – нахмурясь, ответил Станнис.
    – Тогда с чего ее спрашивать? – переспросил Октавиан. – Вы жаловались, что ее здесь нет, чтобы ответить на ваши обвинения лично, всего несколько минут назад вы настаивали, чтобы она вернулась из Западных Земель, – напомнил он, оборачиваясь к публике с преувеличенно изумленным видом, вызвав тем смех у многих, в том числе у наслаждающегося зрелищем Оберина Мартелла.
    – Вы искажаете мои слова, – рассердился Станнис.
    – Мне скорее кажется, что это ход ваших мыслей искажен, если вы требуете заявления свидетеля, которому не собираетесь верить, и чью ложь не сможете доказать, даже если бы он был здесь, – ответил Октавиан. – Если вам так хочется даром тратить чье-то время, то почему бы не велеть нам копать ямы и засыпать их назад, так мы бы хотя бы размялись, – предложил он, закатывая глаза, и с многозначительным видом повернулся к зрителям, печально качая головой.
    – Это Великий Совет, а не балаган, поменьше театральщины, пожалуйста, – попросил Нед Старк.
    – Прошу прощения у Совета и регента, что позиция моего оппонента показалась мне откровенно смешной, – ответил Октавиан, принимая замечания, но не слишком к нему прислушиваясь. – Вернемся к сомнительному утверждению, что светловолосые дети с кровью Ланнистеров чем-то необычны и несомненно результат супружеской измены, наверное мне надо напомнить некоторым из вас, а другим сообщить, что я не первенец Серсеи Ланнистер, а второй ребенок, – сказал он, оглядываясь и отмечая удивленные взгляды. – Мой старший брат скончался в младенчестве до первого дня именин, и если вам интересно будет услышать, у него были темные волосы, – заявил он, и по залу пронесся шепот. Для дополнительного эффекта Октавиан кивнул. – Да, это правда, что мой живой брат, а также моя сестра унаследовали светлые волосы семьи Ланнистер со стороны нашей матери, один из четверых детей, рожденных у короля Роберта от его жены королевы Серсеи, имел того же цвета волосы, что и у вас, дядя Станнис, – заметил он. – Возможно, у него даже было больше волос, чем у вас сейчас, хотя он был новорожденным, – добавил он, стараясь сохранить серьезный вид, и за его спиной раздалось неодобрительное замечание Эддарда Старка.
    – Это только значит, что один из ее детей был от Роберта, не все, – заспорил Станнис.
    – Возможно, но дети могут наследовать внешность обоих родителей, и доказательство этому можно увидеть прямо сейчас, сравнив цвет волос и черты лица лорда Эддарда Старка, его старшего сына, который сидит здесь, и его младшей дочери, которая подглядывает из-за баллюстрады и теперь пытается спрятаться, – сказал Октавиан, указывая на Арью.
    – Арья, возвращайся в свою комнату, – строго приказал Нед Старк, сердито глядя на рассмеявшегося Робба.
    – Уверен, у многих из мужчин в этом зале есть по несколько детей, у многих есть сыновья и дочери, похожие на их матерей, как и дети, похожие на них, – продолжал Октавиан, – и уверен, многие считают это нормальным.
    – У Баратеонов не бывает светловолосых детей, – громко заявил Станнис.
    – Нет, у Баратеонов есть три светловолосых ребенка, дядя Станнис, мы просто первые потому, что очень редко Баратеоны вступали в союз с Ланнистерами, и в отношении цвета волос семя крепко в обоих Великих Домах, – ответил Октавиан. – Но если вы можете представить что-нибудь похожее на настоящее доказательство, а не домысел, предположение или измышление в вашу пользу, то пожалуйста, я присяду и дам вам слово, – предложил он, глядя на Станниса и помолчал. – По вашему молчанию и злобному взгляду предполагаю, что у вас их нет, – заключил он, поворачиваясь к наблюдающим.
    Тайвина Ланнистера, присутствовавшего на Совете как десница короля (или вернее, десница лорда-регента), а так же как лорд Утеса Кастерли и Западных Земель, пришлось часами убеждать, что его внук может говорить за себя сам, даже после проверки, когда он сам задавал мальчику неловкие и строгие вопросы, и он был также, как и другие, шокирован тем, как хорошо Джоффри справлялся с ситуацией. Первоначальное тревожное выражение постепенно сменялось изумлением и восхищением тем, как безжалостно был переигран Станнис.
    - Интересно, что вы согласились с тем, что первый, темноволосый ребенок моей матери, был вашим племянником, а не плодом ее измены, – почти походя заметил Октавиан. – Любопытные бы задумались, как вышло, что король Роберт сделал ей всего одного ребенка за столько лет брака, – продолжал он, придав лицу задумчивое выражение. – Я имею в виду, четверо детей – это значит, что королева Серсея несомненно плодовита, так возможно это король Роберт был бесплоден? – предположил он и сделал театральную паузу, а затем покачал головой. – Нет, конечно же нет, как можно, учитывая количество его темноволосых бастардов от разных женщин, которых вы перечислили раньше, – вспомнил Октавиан. – Что-то не сходится, так? – спросил он и прошелся туда-сюда.
    – Может быть король Роберт не посещал постели своей жены все эти годы, предпочитая шлюх и служанок одной из самой прекрасных женщин Вестероса, – снова предположил Октавиан. – Нет, тогда бы это значило, что он недостаточно умен, чтобы не заподозрить что-то, когда его жена беременела без его... – Октавиан снова остановился – Участия в процессе, – закончил он, и снова раздался смех.
    – Возможно он был слишком пьян, чтобы понять, – перебил его Станнис, раздраженный тем, что мальчишка переводил на свою сторону голосующих не только убеждениями, но и юмором.
    – Возможно, но его пьянство не мешало ему брюхатить всех этих девиц, – тут же отмел предположение Октавиан.
    – Есть другие способы предотвратить беременность, – пробормотал Станнис.
    – Говорите громче, лорд Станнис, чтобы все в зале могли вас слышать, – попросил Эддард Старк.
    – Я сказал, есть другие способы предотвратить беременность, – почти прокричал Станнис, раздраженный просьбой.
    – Да, например лунным чаем, – согласился Октавиан. – Но как бы моя мать узнала, от кого она беременна, от своего темноволосого мужа или предполагаемого любовника, с которым спала в то же время? – спросил он. – И каждый раз оказывалась права? – добавил он, снисходительно глядя на Станниса, как на ребенка, который заявил какую-то глупость. Октавиан вздохнул. – Дядя Станнис, я знаю, что в ваших интересах было бы, чтобы я не был вашим племянником, но вы когда-нибудь задумывались, что ваше мышление могло быть затуманено выгодами? – предположил он. – Если мы примем ваши домыслы, то каждый человек в Вестеросе, который сочтет, что сможет управлять делами лучше своего старшего брата, воспользуется такими же, потому что их доказательства будут такими же вескими, как ваши, – продолжил он. – Но вескость их, если честно, незначительна, – заявил он, с почти извиняющимся видом, – как, полагаю, поняли уже все разумные люди в этом зале, – продолжил он, оглядывая зрителей, и некоторые согласно кивнули ему в ответ.
    – Что касается меня, – снова заговорил Октавиан, – если кто-нибудь в Великом Совете хочет задать вопрос, или предложит лучшее доказательство, чем вы, то я к вашим услугам, – заявил он. – Потому что, давайте будем честными, хуже доказательств не придумаешь, – ядовито добавил он, возвращаясь к своему месту. – Ваш ход, – сказал он, указывая Станнису на место перед троном.
    Некоторые заявляли, что видели, как Тайвин Ланнистер улыбался в тот момент, но немногие им поверили.
     
    Последнее редактирование: 17 мар 2016
    tarion, Lemmi, talsterch и 16 другим нравится это.
  13. nikroks

    nikroks Знаменосец

    Жаль, что глав всего 23 пока. У автора творческий кризис, похоже, давно не обновлялся.
     
  14. Daena

    Daena Знаменосец

    Свободный Народ не преклоняет колени.
    Манс Налетчик, Король-За-Стеной.

    Вас и не просили, но должен заметить, вашу любовную жизнь это заметно обеднит.
    Тирион Ланнистер.


    Красный Замок, Королевская Гавань, 298 ВЭ.
    Когда решить нужно что-то столь важное для королевства, как выбор короля, принять решение слишком быстро будет не только неосмотрительно, но и просто неприлично. В спешке можно было натворить непоправимое, и кроме того, если бы один из претендентов начал торопить других, это было бы сочтено признаком недоверия в правоту своего дела и его поддержку.
    Что еще важнее, Великий Совет был прекрасной возможностью, чтобы между делом установить связи с другими благородными семьями Вестероса, организовать новые союзы, договориться о делах, устроить помолвки и попировать за счет короны, которая с большой неохотой все это оплачивала.
    На третий день развлечений Эддард Старк уже задумался, не следует ли ему ограничить суммы на траты каждого участника, и следует ли публично отчитать одного из лордов Простора, который попытался возместить себе деньги, потраченные в борделе, но решил пока улыбаться и терпеть. Правда улыбался он нечасто.
    Хотя, несмотря на свой мрачный характер, некоторые вещи повеселили Неда Старка. По словам Вариса, который знал все и обо всем, многие лорды были разочарованы, что Тайвин Ланнистер не попытался дать им взятку за голоса. По словам мастера над шептунами в результате лорд Тайвин заявил одному из них, что подкупать нужно, только если не уверен в результате, и если им это не нравится, они могут спокойно поддерживать Станниса, но пусть имеют в виду, что сами выбрали проигравшую сторону.
    Еще одной историей, повеселившей всех, кроме Теона Грейджоя, который сопровождал Робба Старка из Винтерфелла, был рассказ о том, как воспитанник лорда Старка попытался заигрывать с девицей, встреченной им в таверне, где он был с другом, и в результате оказалось, что это была его сестра. К счастью, Аша его узнала, а потому ничего особенного не случилось, но девушка сочла ситуацию забавной и ничего не говорила несколько часов, пока они продолжали пить. Робб счел историю просто невероятно смешной, и на следующий день подошел к Бейлону Грейджою, заявив, что род Старк предлагает обменять Теона на его сестру, потому что она забавнее и лучше брата умеет пить. Понял Бейлон, что это была шутка, или нет – непонятно, но он тут же на глазах Теона отказался и отругал сына за слишком дорогую одежду, за которую он платил не железной ценой.
    Теон был так несчастен, что сестра уволокла его в другую таверну, заплатила за выпивку, за что он был благодарен, хотя он обошелся без ее пьяных замечаний о Роббе Старке и о том, что нужно завести традицию «соленых мужей».
    Что касается других Великих Домов, Мартеллы ничем не выдавали своих намерений, Мейс Тирелл пел хвалу ораторскому искусству Джоффри всем, кого только встречал, и скорее всего это значило, что он решил, куда дует ветер, и пытался дать всем понять, что он не только был на стороне победителя – он был одним из главных его сторонников.
    Станнис всегда выглядел мрачным, поэтому трудно было понять, понимал ли он, что почти общим мнением Великого Совета было пожелание, чтобы он просто убрался назад на Драконий Камень и надеялся, что мальчишка-король все еще будет считать его членом семьи, а не врагом, пытавшемся украсть у него трон.
    Те, кто принимал ставки, с самого начала не слишком высоко ценили шансы Станниса на победу, а после рассказов о том, как жестоко были разбиты его аргументы, они и вовсе упали в цене.
    Как бы ни было важно выглядеть уверенным в себе, казаться высокомерным и надменным было плохой идеей, хотя бы потому, что боги любили наказывать спесивцев, и поэтому Октавиан постарался умерить природную самоуверенность. Это было трудно, потому что половина аристократов Вестероса пыталась целовать ему зад, а остальные просто не хотели становиться его врагами.
    Но таковы были не все, и Октавиану пришлось усилием воли сдержаться от реакции, когда завернув за поворот коридора он едва не столкнулся с членом делегации Станниса, о которой говорили даже больше, чем о самом претенденте.
    – Леди Мелисандра, я полагаю? – поприветствовал Октавиан прекрасную женщину в длинном платье и плаще того же цвета, вырез платья демонстрировал больше плоти, чем было принято по вестеросской моде. – Показываешь ей замок, Торос? – спросил он мужчину, стоявшего рядом с ней.
    Красный жрец Королевской Гавани Торос из Мира, выглядевший удивительно пристойно для себя, кивнул. Он даже был трезв, отметил про себя Октавиан, должно быть он решил вести себя прилично в присутствии другого представителя его веры.
    – Да, это я, – подтвердила Мелисандра. – А это Джоффри, требующий Железный Трон, – продолжила она высокомерным тоном. Она очень хорошо говорила на общем языке Вестероса, но акцент языка ее родины все же был очень заметен.
    – Требующий? Всего лишь скромный притязающий, – мягко ответил Октавиан.
    Стоявший в одном шаге позади него Сандор Клиган стоял, взявшись за рукоять меча, пытаясь казаться устрашающим, но на самом деле он удивлялся, как мальчишка мог говорить, глядя женщине в лицо, а не в глубокий вырез. Если бы у красных жрецов были мозги, они послали бы к Роберту ее, а не Тороса, чтобы обратить короля в их веру, она бы добилась большего успеха, чем тупой пьяница, который только и мог, что размахивать смоченным в диком огне мечом.
    – Скромный? – с понимающей улыбкой ответила Мелисандра. – Владыка Света послал мне видение в пламени, которое сказало мне, что Станнис – принц, который был обещан, возрожденный Азор Ахай, который изгонит наступающую тьму, он истинный король, не ты.
    – К счастью, решение принимает Великий Совет, а не последователь загадочной религии с востока, – рассмеялся Октавиан.
    Мелисандра вопросительно посмотрела на него.
    – Кто ты такой, чтобы смеяться над единственной истинной верой? – спросила она.
    – Я не смеялся над твоей религией, только над одним из ее последователей, – ровным голосом ответил Октавиан.
    Двинувшись быстрее, чем можно было ожидать, Мелисандра шагнула вперед и схватила его за подбородок, так приблизив свое лицо к его, что они едва не касались носами, глядя друг другу в глаза.
    – Убери меч, Клиган, – приказал Октавиан спокойным тоном, когда его телохранитель обнажил оружие. – Лорд Старк запретил кровопролитие, и мы будем следовать святым законам гостеприимства, – твердо добавил он.
    – А теперь посмотрим, какой ты скромный, – с улыбкой заявила Мелисандра, глядя мальчику в глаза.
    Она смотрела как будто годы, но на самом деле только несколько секунд, и вдруг ее глаза расширились, а рот приоткрылся.
    – Что ты такое? – спросила она. – Глаза – окна в душу, но твои окна ведут в другое место, которое не здесь, – жрица пыталась заглянуть глубже, и Октавиан с трудом сдержал желание отринуть патрицианскую сдержанность и сбежать.
    Сандор Клиган посмотрел на Тороса из Мира, требуя объяснений, но красный жрец выглядел столь же ошеломленным таким поворотом событий, и тут Мелисандра заговорила снова:
    – Орлы, – сказала она. – Бронзовые орлы, ведущие людей в битвы, – сказала она, все также не мигая, глядя в глаза Октавиана. – Мужчины, выращенные волками, город на семи холмах при семи царях, цари, низложенные народом, – продолжала она. – Народом, – повторила она. – Сенатом и народом, – и она замолчала.
    Мелисандра отпустила Октавиана и отступила на шаг, шокированно глядя на него.
    – Первый. Первый гражданин, – вслух подумала она. – Как я могла так ошибаться, но откуда мне было знать? – продолжала она, словно ругая себя и одновременно понимая, что ошибка была неизбежна. – Теперь я понимаю. Princeps. Принцепс, не принц, – воскликнула она. – Принцепс, который был обещан, – провозгласила Мелисандра, на ее лице был восторг.
    Наконец, после долгого молчания, Сандор Клиган кашлянул.
    – Вы оба поняли хоть что-нибудь из того, что она сказала? – спросил он мальчишку под его охраной и Тороса, и жрец покачал головой, жалея, что оставался трезвым в этот день.
    Пораженный Октавиан же понял слишком много, но он определенно не собирался об этом рассказывать.

    :facepalm:
     
    Последнее редактирование: 27 мар 2016
    Lemmi, Ronage, AnnaBel и 12 другим нравится это.
  15. LaL

    LaL Знаменосец

    Кажись, на этот раз Мелисандра маху не дала ;), не только выдала пророчество, но и дала ему верное толкование!:bravo:
     
    нап и розовый_слоник нравится это.
  16. Karahar

    Karahar Наёмник

    Неа. Она просто подогнала старое пророчество под новые сведения! :bravo: Но про
    :facepalm::cry::banghead::devil:
     
    talsterch, AnnaBel, Химичка и 5 другим нравится это.
  17. нап

    нап Удалившийся

    (Затаив дыхание) А, что с продолжением? :Please:
    Ниса-Ниса = Миса-Миса? Меч огненный? Или меч- эвфемизм по вестеросски ? Победа над Тьмой= рождение дракончиков с учетом правильного понимания эвфемизма "меч"?
     
    talsterch и LaL нравится это.
  18. Daena

    Daena Знаменосец

    Там пока 23 главы и до развязки очень далеко...
     
  19. Daena

    Daena Знаменосец

    По поводу Мелисандры - мы уже знаем из эпиграфов, что Джоффри будет работать с Мелисандрой, они будут жечь врагов, и народ Вестероса будет радоваться - и судя по всему, имеется в виду война с Иными.
    Но я все равно недовольна тем, что Октавиан - обещанный принц. Я была бы довольна, если бы он оказался тем, кто сплотит нацию после большой разборки с Иными, в которой останется жив.
    Тут же он разберется с Иными, с Великим Иным, завоюет Эссос и станет правителем мира, а умрет древним стариком, сходящим в гроб под аплодисменты.
    МЭРИСЬЮШНОСТЬ ТАКАЯ!!!!
     
    Ronage, AnnaBel, Джей и 6 другим нравится это.
  20. Daena

    Daena Знаменосец

    Не заставляй меня к тебе идти.
    Предполагаемое письмо от короля Джоффри Баратеона королеве Дейнерис Таргариен. Считается апокрифическим.


    Красный Замок, Королевская Гавань, 298 ВЭ.
    Станнису Баратеону никогда не нравились лизоблюды, для него говоривший прямо уроженец трущоб был ценен больше льстеца из благородного рода, потому-то и был Давос Сиворт его единственным другом. Но это не значило, что ему всегда хотелось слушать то, что он говорит.
    – Я не знаю, почему вы вообще ей поверили, – заметил Давос, когда они прогуливались в садах, где их не могли подслушать.
    Станнис остановился и повернул голову, прожигая взглядом находившегося поблизости садовника, тот ошалел при виде его злости и немедленно скрылся.
    – Мне следовало понять, что что-то не так еще несколько дней назад, когда она начала меня избегать, обычно она следовала за мной тенью, – пробормотал он, скрипя зубами.
    – Да, и я понимаю, почему она не хочет сама вам обо всем рассказать, вы не из тех, кто легко принимает предательство, – заметил Сиворт.
    Сжав челюсти, Станнис продолжил сквозь зубы:
    – Она послала ворона моей жене на Драконий Камень, чтобы та написала мне письмо с просьбой преклонить колени перед этим злоязычным плодом инцеста, – сердито сказал он.
    – А, так вот что было в той комке бумаги, которым вы в меня швырнули, – понял Сиворт, думая, что надо было научиться читать, раз в письмах бывают такие интересные вещи.
    – Я слышал, как один чертов межевой рыцарь смеялся надо мной, межевой рыцарь, почти крестьянин! – воскликнул Станнис, и тут вспомнил, с кем говорит. – Я не хотел оскорбить, – извинился он перед низкорожденным товарищем, хотя и знал, что Давос Сиворт не оскорбился. Если Станнис хотел тебя оскорбить, он делал это прямо, обращаясь прямо к тебе.
    – Что он говорил? – спросил Сиворт, удивляясь, что так сильно разозлило Станниса.
    – Он шутил, что слышал, будто моя собственная любовница бросила меня ради Джоффри, и это значило, что я не только говорю хуже мальчишки, который еще не бреется, но и в постели не так хорош, – прорычал Станнис.
    Старый контрабандист скривился.
    – Вы же не выбили ему зубы или что-то вроде того? – спросил он. – Я бы мог на вашем месте, – сказал он. – Мой удар правой не тот, что раньше, но левой я могу вдарить как следует.
    – Мы находимся под Правом Гостя, – напомнил Станнис.
    Сиворт кивнул:
    – Повезло его зубам, – ответил он. Правилом поведения по всему Вестеросу было то, что никто не смел нарушать священное право гостеприимства, и человек столь помешанный на правилах, как Станнис, не мог их нарушить. Это был не только великий грех с точки зрения веры в Семерых, это был грех для Старых Богов и даже для Утонувшего Бога Железных Островов, так что его творили очень редко.
    Станнис редко демонстрировал чувства, а если и демонстрировал, то это был молчаливый гнев.
    – И знаешь, что больше всего меня злит? – спросил он.
    – Ну, вам не нравится контрабанда, это я точно знаю, – пошутил Сиворт, бессознательно касаясь кожаного мешочка, который он носил на шее, там были его отрубленные пальцы.
    – Что злит меня больше всего, – проигнорировал его Станнис, – так это то, что я знал, что это был не верный момент, чтобы объявлять о моих законных правах на трон, но эта рыжеволосая сука меня переубедила, – пожаловался он. – Она все каркала о знаках и пророчествах, когда я должен был думать о политической обстановке.
    Давос Сиворт пожал плечами.
    – Она знает, как повлиять на мужской ум, это наверняка, – ответил он. – Она была голая, когда это говорила?
    Станнис обернулся и прожег взглядом друга.
    – Нет, не была, – холодно ответил он.
    – Жаль, тогда бы это было не так плохо, – предположил Давос, и получил в ответ очередной злобный взгляд. – Хорошо, что вы не последовали ее уговорам сжигать не только статуи Семерых, но и людей, а то никто бы не голосовал за вас, – убежденно сказал он. Одних только слухов об этой жертве, которые пришли в последние недели с Драконьего Камня через людей Королевского Флота было достаточно, чтобы Станнис лишился той малой поддержки благородных домов Вестероса, которая была у него раньше.
    Со своей стороны, пока Красная Жрица теперь завывала по Королевской Гавани о достоинствах "принца, который был обещан", Джоффри изо всех сил старался ее избегать, не желая иметь с ней ничего общего, и даже выпустил заявление, что под его правлением все религии будут уважаемы, пока они уважают другие. Он не хотел возвращения религиозных войн прошлого, заявил он, напоминая об андалах, которые на мечах принесли с собой веру в Семерых, сжигая чтимые последователями Старых Богов богорощи. Это было столь же неправильно, как сожжение статуй Семерых на Драконьем Камне, и демонстрировало опасность фанатизма, которая могла прийти с любой стороны.
    Вере в Семерых следуют люди дурные и добрые, писал Джоффри, и люди дурные и добрые следуют Старым Богам Севера, Утонувшему Богу и Богу Бури Железных Островов, и даже среди того малого количества ройнаров, что еще поклоняются Матери-Ройне равное количество людей дурных и добрых. К неловкости жреца, Джоффри назвал Тороса из Мира добрым человеком, поклонявшимся Рглору, добрым человеком, который храбро сражался в битве на Пайке, и который приобрел много друзей среди людей других религий. И если те, кто жгли статуи Семерых на Драконьем Камне, не будут жить в мире с последователями других религий, то они могут собирать вещи и убираться в Эссос, заявил Джоффри, а потому лучше бы им принести извинения за нанесенное оскорбление и смириться, что в Вестеросе никто не будет принуждать другого к своей вере.
    Конечно же, Джоффри не забыл добавить ядовитых замечаний, что он лично никому бы не позволил опорочить религиозные символы народа, которым он собирался править.
    Станнис с каждым днем все больше ненавидел лицемерного мерзавца, но тем не менее, он начал уважать ум мальчишки. "Нельзя ненавидеть кого-то, кто плохо исполняет план Великого Иного, ненавидь тех, кто исполняет его хорошо". Восхищение его умениями было частью ненависти.
    – Так что вы теперь будете делать? – спросил Сиворт. – Я не представляю, чтобы совет решил в вашу пользу, – честно признался он.
    – Я не преклоню колени, сир Давос, – ответил Станнис. – Если Совет проголосует против меня и откажет мне в моем законном праве, я подчинюсь закону, но я не стану преклонять колени перед бастардом.
    Сиворт вздохнул.
    – Вас казнят за это, – напомнил он.
    – И тогда ты посадишь на Железный Трон мою дочь, когда я умру, – спокойно ответил Станнис.
    Станнис был не из тех людей, кто нравился другим, подумал Сиворт, но иногда он словно старался сделать это труднее. Он просто слишком много ждал от других, требовал от них почти недостижимого идеала, хотя, если честно, того же добивался и от себя.
    – Я сделаю, что смогу, милорд, – ответил Сиворт, понимая, что того, что он сможет, будет недостаточно, чтобы выполнить это задание.
    – Ваше величество, а не "милорд", так обращаются к королю, сир Давос, – поправил его Станнис.
    "Да, его трудно любить" – снова печально подумал Сиворт, а в это время один из садовников незаметно подслушивал их разговор, не имея терпения поскорее удалиться и поделиться услышанным с лордом Варисом. Потом он собирался пойти и сообщить ту же информацию Петиру Бейлишу, чтобы получить дополнительное вознаграждение, может быть немного изменив ход разговора, в зависимости от того, как прикажет мастер над шептунами.
    А если ему совсем повезет, то и лорд Тайвин третьим заплатит ему за информацию.
     
    Последнее редактирование: 19 мар 2016
    Lemmi, AnnaBel, Snow Castle и 12 другим нравится это.