Джордж Мартин: интервью, труды и дни

Cavalo

Межевой рыцарь
Читаю книгу "Стеклянный цветок" состоящая из рассказов Мартина. Книга состоит из 4 частей и перед каждой есть предисловие от Мартина, где он рассказывает о своей жизни во времена написания последующих рассказов. Есть ли более подробная его автобиография?
 

Narwen

(o˘◡˘o)
Читаю книгу "Стеклянный цветок" состоящая из рассказов Мартина.
Это русское заглавие одного из двух томов РРетроспективы — авторского сборника, вышедшего в начале двухтысячных. Других автобиографий нет.
 

Cavalo

Межевой рыцарь
Narwen Спасибо, интересен путь Мартина от написания небольших фантастических рассказов о космосе, к написанию фэнтези романа эпохи средневековья.
 

Rosamund

Знаменосец
Игра Elden Ring от Джорджа Мартина и Хидэтака Миядзаки.
Видеоролик был представлен на ежегодной выставке видеоигр, E3.
 
Последнее редактирование:

Rosamund

Знаменосец
Ещё об игре Elden Ring. Миядзаки рассказывает о сотрудничестве с Мартином.
Взято из твиттер аккаунта Игры и кино @playdtf .
“Комьюнити-менеджер издательства Bandai Namco Сэм Вилкинсон расспросил геймдиректора FromSoftware Хидэтаку Миядзаки, что из себя представляет следующая игра студии, Elden Ring...
Касательно вашего сотрудничества с Джорджем Мартином, не могли бы вы рассказать, как оно сложилось и повлияло на проект?

Я полагаю, всё началось с того факта, что я сам – большой фанат работ мистера Мартина.

Мне очень нравятся «Песнь Льда и Пламени» и «Путешествия Тафа». Но любимой его книгой я бы назвал «Грёзы Февра». Для меня это шедевр вампирского фэнтези, и я даже советовал её всем новым сотрудникам.

Моя любовь к творчеству мистера Мартина побудила нашего исполнительного директора Эйити Накадзима связаться с ним. Мы ожидали отказа, однако нам повезло получить редкую возможность поговорить с моим кумиром один на один. Это была очень увлекательная и продуктивная беседа. Именно тогда я понял, что очень хочу поработать с ним.

Я всё ещё не могу найти слов, чтоб описать, насколько я благодарен мистеру Мартину за то, что он согласился. Само сотрудничество началось с того, что он вежливо уточнил у меня, какие темы, идеи и игровые аспекты я задумывал реализовать. Из этого последовали свободные творческие беседы, которые Мартин использовал как основу для написания мифов и легенд мира нашей игры.

Мифы оказались полны интересных персонажей и драмы, а также мистики и таинственности. Это стало чудесным источником вдохновения для меня и всей команды разработчиков.

Мир Elden Ring был создан на основе этих мифов. Я сам едва сдерживаю свой восторг от него. Мы надеемся, что игроки тоже с нетерпением ждут возможности посетить его.”
 

Vitamin

Мастер-над-оружием
Перевод интервью Джорджа Мартина изданию JOE.ie, опубликованного вчера.

Ссылка на оригинал:
https://www.joe.ie/movies-tv/george-rr-martin-interview-678464

__________________________________

"Песнь льда и пламени" вдохновляется множеством исторических мотивов и мифологий. А повлияло ли на вас хоть что-то из ирландской истории?

Не думаю. Я бы с радостью своровал что-то из истории Ирландии, но есть проблема — я не так уж и много знаю из неё. Я очень увлечен средневековой историей, а история Англии и Шотландии хорошо задокументирована.

Если и есть хорошая книги о средневековой истории Ирландии до английского завоевания — до Стронгбоу, то я с ней пока не сталкивался. Знаю, что там было много королей и они хорошенько так воевали друг с другом.

Разделяй и властвуй, все дела. Стронгбоу пришел и начал властвовать, но истории, по сути, я так и не знаю.

Как прокомментируете то, что карта Вестероса — это всего лишь перевернутая Ирландия? Это правда?
Ага, правда. Я так начинал, перевернул Ирландию вверх тормашками. Это легко вычислить по Перстам, они напоминают полуостров Дингл. А вот Север я взял и придумал сам!

Есть ли в сериале актер или эпизод, который как нельзя лучше передает персонажа — именно так, как вы задумывали, когда писали очередную страницу книги?
Ох, сложный вопрос — вы сейчас спрашиваете, кто мой любимый ребенок!

Они все великолепны. Знаете, проще всего — хотя это могло быть и труднее всего — было подобрать исполнителя на роль Тириона. Мы даже не рассматривали других кандидатов помимо Питера Динклейджа. И никого не прослушивали.

Едва завидев его, мы взяли и предложили роль Питеру Динклейджу. Пусть он и не слишком похож на Тириона — как-никак, Питер выглядит привлекательно, чего явно не скажешь о Тирионе.

Питер еще и выше книжного Тириона на десятки сантиметров, но он стал просто изумительным Тирионом. И останется тем самым Тирионом Ланнистером для миллионов людей по всему миру. Актерская игра и все то, что он вложил в персонажа, достойно наивысшей похвалы.

Ранее вы говорили, что Красная свадьба была сложнейшей главой, которую вам приходилось писать для ПЛИО. А есть ли глава или событие, описывать которое было одно удовольствие?
Такие события есть. Не уверен, что мне нравилось именно писать их, но если они получались хорошо, то я был очень доволен результатом! Для меня процесс написания является тяжелым трудом. И всегда бывают моменты, когда я ненавижу написанное и говорю себе: "Это дерьмо! Как это может кому-нибудь понравиться?" Но потом, когда у меня получается сделать все так, как мне нравится, я начинаю думать прямо противоположное.

Иногда сильное впечатление оставляют вещи, о которых ты бы и подумать не мог. Это может быть что-то вроде описания пейзажа — а я трачу много времени, пытаясь сделать все как надо, чтобы читатель почувствовал себя на горном перевале или среди болот. На подобные вещи вряд ли обратят внимание критики или общественность.

Никто ведь никогда не подошел ко мне и не сказал: "Мне офигеть как понравилось, ваше описание такого-то болота!". Но если я справляюсь с этим хорошо, то вы можете увидеть болото и даже почувствовать его запах. Вы попадаете туда вместе с героями, и в этом, я полагаю, заключается писательское искусство.

Что для вас идеальный писательский процесс? Уверен, многим начинающим авторам интересно, что конкретно надо делать для достижения вашего уровня.
У каждого писателя это по-своему. У меня есть друзья, которые способны писать где угодно и когда угодно. Если у них появляется полчаса свободного времени, они садятся и пишут полстраницы. Я так не могу. Мне необходимо освободить целый день — и, желательно, изрядный промежуток времени, хотя бы две недели без прерываний и отвлечений, находясь в собственном доме.

В прошлом я пытался писать в отелях, поездах, самолетах и так далее. Никогда не получалось. Это слишком чужеродная среда. А вот дома, в своем кабинете и за своим компьютером, я могу окунуться в страницы. Могу отправиться в Вестерос и быть этими персонажами. Вот что мне требуется для писательства.

Не люблю вещи, которые нарушают это уединение и вырывают меня из этого процесса. Лучше всего мне работается утром. Я рано просыпаюсь, пью кофе и начинаю работать. Даже если у меня запланирована встреча на 16:00, уже в 11:00 я начну на это отвлекаться. Мой настрой сбивает одно лишь осознание того, что в 15:30 надо будет прерваться ради встречи на 16:00.

Знаю, звучит ужасно, потому что другие писатели такие "Я могу писать посреди урагана, будучи под мухой или на тонущем корабле!". Что ж, это явно не про меня.

Когда сериал закончился, вы упомянули "смешанные чувства" по этому поводу, поскольку в идеале вам хотелось больше сезонов. А что вы чувствуете сейчас? Наверняка у вас были странные ощущения, ведь целая глава вашей жизни — телесериал — подошла к концу, но вам все еще осталось рассказать кучу захватывающих историй из Вестероса.
Да уж, мне надо закончить книги. Все, что хотел, я уже сказал об этом несколько лет назад. В книгах есть достаточно материала; используй они все это, у нас могло быть 13 сезонов вместо 8. На самом деле мы сделали семь с половиной сезонов, поскольку последние два были сокращены.

Четыре-пять лет назад было принято решение исключить таких персонажей, как Бессердечная, Квентин Мартелл, всю линию Юного Грифа. Убирая все эти побочные сюжеты, ты упрощаешь вещи и приходишь к такому концу, какой есть.

Кто знает? Может это решение было правильным. Поспорить с самым популярным телесериалом в мире не получится, но мои мысли заняты книгами, и я двигаюсь вперед. Знаю, что очень медленно, но в конечном счете я туда доберусь.

Одним из побочных результатов успеха "Игры престолов" наверняка стало то, что новые фанаты открывают для себя более ранние ваши произведения, такие как "Умирающий свет" и серия "Тысяча миров". Это приятное ощущение, не так ли?
Мы как раз снимали "Летящих сквозь ночь" здесь в Ирландии, в Лимерике. К сожалению, было решено отказаться от продолжения, что разочаровало. Но такова природа телевидения.

Многие мои произведения находятся на разных стадиях разработки. "Короли-пустынники", "Ледяной дракон", "Дикие карты"... и, конечно же, мы работаем над несколькими приквелами к "Игре престолов", в значительной степени использующими материал "Пламени и крови", книги об истории Таргариенов, которую я выпустил в ноябре.

Как обстоят дела с приквелами? Пару месяцев назад вы говорили, что все продвигается успешно, но с тех пор, если не ошибаюсь, сьемки пилота Джейн Голдман уже успели закончиться. Это ведь хорошая новость, да?
Пилот Джейн Голдман уже сняли в Белфасте. Я буквально на днях виделся с ней в Лондоне, она сейчас переживает мучительный процесс пост-продакшна. Надеюсь увидеть сырую версию пилота в первой половине сентября.

Вы еще упоминали, что три других сериала находятся на разных стадиях разработки?
Мы включаем сериал Джейн в эту тройку, но есть и два других, которые все еще на стадии разработки сценария.

Сколько-то там лет назад Дэвид и Дэн связались с вами по поводу адаптации "Игры престолов", и там была занятная история о том, как вы пригласили их пообедать и спросили, кем, по их мнению, является мать Джона Сноу. Были ли подобные "пробы" для Джейн?
- Ха-ха. Нет, не было. В сериале Джейн события будут происходить за 5000 лет до "Игры престолов". В каком-то роде он основан на восьми случайных строчках, разбросанных по книгах! Джейн совершила действительно большой вклад.

Мы несколько раз виделись в Санта-Фе и Лос-Анджелесе. У нас были длительные дискуссии по поводу сериала, прежде чем она окончательно решилась снимать его, но в целом у неё было всего лишь несколько маленьких "указателей". Её вклад по-настоящему крупный. Я так понимаю, что все это должно происходить еще до прихода андалов.

Не могу больше ничего сказать по этому поводу, потому что HBO хватит удар. Они держат все в большом секрете. Не хотят, чтобы наружу просочилось хоть что-то, что может оказаться спойлером.

Ха-ха, принимается. Кстати, как это жить с такой безумной популярностью и знать, что ты не можешь открыто говорить о некоторых аспектах собственной работы? Тяжело ли постоянно обдумывать свои слова, опасаясь раскрыть спойлеры?
Если так взять, у меня была довольно успешная карьера даже до "Игры престолов". Я начал продавать рассказы в '71-м году. В '75-м я получил "Хьюго" и почти получил её в '74-м, а перед этим еще была Campbell Award.

С '79-го я начал полноценно зарабатывать на жизнь как писатель. У меня было несколько критических моментов, когда казалось, что жизнь пойдет коту под хвост! Но я оправился от всего этого — в голове всегда витают мечты о славе и богатстве.

По тем или иным причинам мне, кажется, удалось получить и то, и другое. Богатство — это хорошо, но вот слава оказывается палкой о двух концах.

Поймите меня правильно, в ней есть много плюсов. К примеру, я вряд ли оказался бы здесь, в Ирландском киноинституте, не будь у меня определенной славы. У меня вряд ли брали бы такие интервью, я вряд ли был бы настолько известным. Многие люди стараются заботиться обо мне изо всех сил, когда я появляюсь в ресторанах, кино и так далее. В этом плане слава — это очень хорошо. Но ты не можешь взять и "выключить" её. Она не знает пощады, и за последние десять лет я это хорошо понял.

Сейчас мы на всемирном конвенте по научной фантастике, и я посещаю его с '71 года. В субкультуре фанатов sci-fi у меня хватало известности, чтобы нацепить себе бейджик с именем, посидеть на встречах с фанатами и пораздавать автографы. В конце каждой встречи я мог снять бейджик, спуститься в зал и быть обычным человеком. Теперь я так не могу.

Иногда это бывает тяжело. Я рад, что слава пришла ко мне после шестидесяти. Не могу представить, как это, быть одной из этих молодых поп-звезд, которые получили всемирную известность и мгновенную узнаваемость в любом уголке мира в 17 лет. В свои 17 я бы с этим никак не справился. С этим трудно справиться даже в 65, уж поверьте!

Говоря о славе, ощущаете ли вы когда-либо сюрреалистичность происходящего, задумываясь о влиянии, оказанном вашими произведениями? Благодаря сериалу люди находят друг друга, играют свадьбы в стиле "Игры престолов" и даже называют детей в честь ваших персонажей. Можете ли вы подумать об этом и сказать себе: "Господи, моя работа оказала сильнейшее воздействие на людей"?
Очень приятно получать письма и слышать всякие такие истории. Люди и вправду называют детей именами моих персонажей и присылают их фотографии.

А еще они дают эти имена своим собакам, кошкам, игуанам. Местами это немного сюрреалистично. Я часто думаю о судьбе всех этих Дейнерис, так как их воспитательницам приходиться произносить их имена вслух!

Меня интересует еще один сериал, который вы предлагали HBO, Spear Carriers. Сейчас у вас полным-полно дел, но, может, он остался где-то там в планах?
Я предлагал этот сериал каналу, но он не вызвал особого энтузиазма. Работая над какими-то эпизодами, я всегда задумывался о том, что на втором плане тоже есть люди; я думал о них. Что в них на уме? Что они чувствуют? Они собираются на битву. Ждут ли они её с нетерпением? Что происходит после битвы? Как это влияет на их жизни?

Такая себе "Розенкранц и Гильденстерн мертвы" в миниатюре. Эта пьеса просто чудесна для сравнения — там ты следишь за этой парочкой, в то время как Гамлет чем-то там занимается на фоне. А ведь у этих двух парней есть собственные проблемы, вот я и подумал, что Spear Carriers могло бы стать интересным сериалом. Мы бы даже смогли повторно использовать отснятое для "Игры престолов".

Например, показать Тириона и его речь перед битвой, но вместо того, чтобы отправиться в бой с ним же, проследить за судьбой кого-то из тех, кто слушал эту речь. Что случилось с ним? Потерял ли он ногу, или что-то в таком роде.

Что потом стало с его женой? Можно следить за судьбой одной из проституток из борделя Мизинца. Как она туда попала? С кем она спит и какие секреты может разузнать, чтобы передать потом Мизинцу? Можно придумать миллион историй.

В вашей библиографии столько прекрасного материала для адаптации. К чему бы вам хотелось вернуться вновь и адаптировать — не для нынешних HBO или прочих студий — то есть что хотелось бы увидеть на экране именно вам?
Что-либо из материала "Пламени и крови". Когда пересматривал книгу, то подумал, что там событий на 20 романов и как минимум дюжину сериалов, если захотят их делать. И еще столько же будет во втором томе.

Я увлекаюсь всем тем, о чем пишу. Я был вместе с Арьей в городе Браавос, и это был такой сеттинг, которым я по-настоящему заинтересовался. Там другая динамика, поскольку обстановка больше напоминает Венецию или Геную в своем расцвете.

На историю можно посмотреть с другой стороны, поскольку здесь она интересуется скорее торговцами и купцами, чем королями и принцами. Исследование мира на кораблях... это могло бы стать отличным фоном для романа.

Просто в сутках слишком мало часов, в году слишком мало дней, а я не настолько молод, как раньше! Будет ли у меня время рассказать все эти истории? Надеюсь, что будет.
 

Narwen

(o˘◡˘o)
Запись часовой встречи Джорджа Мартина в рамках Ворлдкона:

Интервью поменьше:
  1. Гардиан — интервью без откровений, но кое-что новое есть. Он считает, что писать теперь будет проще, потому что давление из-за сериала ослабло и «теперь он пишет в своем темпе». Критика никак на него не повлияет, и Дени покойница при любом раскладе. С самого детства сочинять ему нравится гораздо больше, чем прорабатывать возникшие в голове образы в виде текста. Он поражен тем, как его читатели бережно оберегали зрителей от спойлеров, и вообще с теплотой говорит о старых книжных фанатах.
  2. lagardedenuit — крупнейший франкоязычный сайт по ПЛиО, побывали на встрече с писателем в Лондоне, и Мартин выкроил некоторое время для общения с командой сайта. Первая часть отчета уже в кратком виде описана здесь (это общая часть), а вторая часть — как раз с этой встречи. Среди прочего, поднимается вопрос переводов. Например, у французов вместо нового термина для лютоволков использовали «оборотень», а у итальянцев лютоволчицу в первых главах пронзил рог единорога. Еще он рассказал, как ему однажды написал франкоязычный фанат и вроде бы аргументировано рассказал, что вот его другая книга (сборник рассказов) переведена просто ужасно, поэтому писатель в следующий раз порекомендовал этого фаната в переводчики следующей книги — и получил новую гору имейлов о том, какой ужасный перевод получился, но на сей раз от других фанатов. С тех пор он предпочитает в дела перевода не лезть.
  3. Корейское интервью — гугл переводчик помог разобрать, что его спрашивали о том, почему ПЛиО так популярна (персонажи), про то, что он увел магию в тень и попытался ее рационализировать, про то, что любит средневековье за его крайности (типа рыцарская куртуазность и основное занятие рыцарей как убийц). В общем, все это уже знакомо по разным интервью.
  4. Белфаст Телеграф — из любопытного рассказ о визите на съемочную площадку, где женщина, делавшая доспехи, поблагодарила его за то, что у нее теперь есть работа.
 

WinterHere

Бургомистр
Только что узнала в новостях по ТВ, что жители Якутии вручили Мартину народного "Оскара", :thumbsup: за что Мартин выразил своим российским поклонникам свою благодарность. Молодцы ребята, порадовали Дедушку! :bravo: Будем надеяться, что со временем он своих поклонников тоже порадует. :Please:
 
Последнее редактирование:

Vitamin

Мастер-над-оружием
Скотту Саймону удалось поговорить с Джоржем Мартином после церемонии вручения премии Сэндберга от фонда городской библиотеки Чикаго.
Почитать (и даже послушать) оригинальное интервью можно здесь.

О снежном апокалипсисе во время учебы в Северо-Западном университете
Помнится, дело было в начале 1967-го. Тогда была чудовищная метель: насыпало столько снега, что я потерялся на территории университета, где ходил ежедневно. Не видно было ни зданий, ни того, что находилось в двух метрах от тебя. Снег все падал и падал, а когда метель прекратилась — я как раз был на первом этаже — окна полностью засыпало. Потом ударил мороз, и снег не таял много дней, целые недели...

Вылезая из общежития, мы попадали в окопы, а над головами у нас высились стены из снега и льда. Было похоже на совершенно новый мир.

Думаю, все это как-то укоренилось в моей памяти и наверняка сыграло свою роль, когда я начал писать про Стену и Ночной Дозор.

О том, как ему удается справляться с растущим количеством персонажей
С растущим трудом. Я часто говорю, что есть два вида писателей: архитекторы и садовники.

Один из авторов на сегодняшней церемонии как раз-таки архитектор. Уверен, что он планирует все свои "здания" задолго до того, как начинает их строить. Создавая проект, он знает, из какого материала все будет строиться, сколько надо этажей, где будут уборные и как их обогревать, какая будет крыша. Все обдумывается еще до того, как закладывается фундамент. Такие писатели планируют романы наперед — каждый виток сюжета, каждая деталь уже известна в общих чертах.

А еще есть садовники. Они выкапывают ямку, сажают семечку и поливают её. Писатели делают это своей кровью, слезами и потом, надеясь, что хоть что-то прорастет. У них есть общее представление — они знают, что посадили желудь или семена помидоров. Но есть много неожиданностей. Иногда вообще ничего не прорастает. Или прорастает, чтобы потом завять. Бывает и такое, что все выходит из-под контроля.

Вот это про меня. Я в намного большей степени садовник, чем архитектор. В этом плане я уподабливаюсь Толкину. Это не самый эффективный писательский метод... но это работало в течение всей моей жизни, так что я, пожалуй, продолжу в том же духе.

О жестокости в его книгах
Подобно Толкину и многим другим произведениям в жанре фэнтези, "Песнь льда и пламени" в своей сути остается историей о войне.

Я на это смотрю по-своему. Если пишешь о выдуманной войне за Железный трон Вестероса, борьбе с Сауроном за сохранение свободных народов Средиземья, Второй Мировой войне или Гражданской войне в США — ты поступишь нечестно, если не упомянешь секс и жестокость.

Я рос в 50-е — времена, когда жестокость на телевидении отображалась полностью неправдиво. В моих мыслях были перестрелки в стиле Дикого Запада — люди выхватывали пистолеты и кто-то падал мертвым. Но не было ни малейшего понятия, что на самом деле происходит, когда пуля попадает в череп или грудную клетку.

Если пишешь о жестокости и убийствах, то, считаю, ты должен делать это честно и со всеми кровавыми подробностями. Умирающие люди зовут на помощь матерей, в то время как их внутренности вываливаются в грязь. Не надо это украшать.

То же касается и сексуального насилия — еще одной темы, за которую критиковали мои книги. Я читал много исторических трудов. Моим основным предметом в колледже была журналистика, но кроме неё была и история. Насколько я знаю, изнасилования происходили во время каждой войны в истории человечества. Тот факт, что в твоих книгах драконы, не значит, что надо изъять все это из нашей памяти и опыта.

О том, трудно ли осознавать, что миллионы людей ждут "Ветра зимы"
Да, особенно из-за тех людей, которые ведут себя очень язвительно и нетерпеливо. Есть особи, которые могут за три дня написать 150 сообщений в стиле "Где "Ветра зимы"?"

Если кто-то из вас придет домой и напишет в Твиттере "Хэй, я только что вернулся с торжественного ужина по поводу вручения премии Сэндберга, и там был Джордж Мартин!", одним из первых ответов будет "Какого черта он там делает? Где "Ветра зимы"?" (нервно смеется)

Так что такие вот дела. Мне, наверное, следует покинуть вас и продолжить писать "Ветра зимы". (хихикает)

Для меня очень важно закончить "Песнь льда и пламени". Я действительно хочу её закончить. Впереди все еще две книги [ориг. "I still have two more books to do"], и мне очень хочется довести все до конца. Чтобы люди смотрели и говорили "Да, весь этот цикл — это стоящая работа, а не что-то недоделанное или застопоренное ["half-finished or broken work"]". Я в курсе, что есть циничные люди, которые мне не верят, но так оно и есть.
 

Corlys

Мастер-над-оружием
Пересказ встречи Мартина с Ив Юинг в Чикаго.
George R.R. Martin in Conversation with Eve L. Ewing in Chicago
Стэн Ли и Шир

В число источников вдохновения Мартина входят Фицджеральд, Диккенс и Толкиен, «но Стэн Ли, вероятно, повлиял больше, чем любой из них», - сказал он Юинг. Его первые опубликованные слова были в письме поклонника в Fantastic Four #20. Marvel изменил игру для него и для многих других. «В комиксах о Супермене никогда ничего не происходило, - сказал Мартин, - что я понял после прочтения 100 из них». DC был цикличным, и никакие изменения не были постоянными. Но Гвен Стейси на самом деле умерла, и такой персонаж, как Wonderman в Avengers #9, мог выйти на сцену, заслужить вашу любовь и уважение, а затем быть убитым («вся моя карьера основана на Avengers #9», - рассмеялся Мартин). Мартин учился в средней школе, потом в колледже, вместе с Питером Паркером. Другими словами, в комиксах Marvel персонажи прогрессировали, умирали и двигались вперед: события происходили.

Для Мартина это чрезвычайно важно: все дело в том, чтобы держать ставки высокими для читателя. Юинг подняла тему печально известного Разорения Шира: когда вы думаете, что все закончилось, и хоббиты спасены, есть еще кое-что. Мартин глубоко ценит эту главу и добавил, что смерть Гэндальфа произвела на него огромное впечатление, когда он читал роман в молодости. «В тот момент, когда ты убьешь Гэндальфа, - сказал он, - понимаешь, что любой может умереть». Это создало Неда Старка для меня: его смерть - это то, что говорит читателям ИП, что никто не в безопасности. «Я хочу, чтобы читатель не просто читал книгу, но и жил в ней, - сказал он, - чтобы он боялся того, что произойдет дальше.

Мания Ветров Зимы

«Интернет дает нам много вещей, - сказал Мартин со смехом, - но он не помогает мне писать быстрее». Он считает, что мгновенное удовлетворение от интернета и возможность получить доступ к знаниям в считанные секунды затрудняют для новых поколений ожидание романа на протяжении восьми лет. Он сказал, что когда «Ветра зимы» опубликуются, он дает не больше часа, прежде чем получит первый твит «где Мечты о весне?»

«Иногда меня поражает, что люди думают, будто Игра престолов - это единственное, что я когда-либо делал», - сказал Мартин. Он писал SFF (научную фантастику и фэнтези) в течение 25 лет до Игры престолов. Юинг попросила его упомянуть какую-то работу, о которой он хотел бы напомнить читателям, и среди других он упомянул Sandkings, который выиграл Hugo и Nebula и скоро станет фильмом, и, конечно же, его серия Wild Cards.

Он благодарен за то, что стал знаменитым в свои 60 лет, когда у него уже было приземленное понимание того, как ему повезло иметь такой успех. Он пытается отплатить за это в своих сообществах: мире SFF и Санта-Фе, где он сейчас живет. И прежде всего, он делает все возможное, чтобы не обижаться на давление из-за своего следующего романа слишком сильно. «Для подавляющего большинства писателей, - сказал он, - в том числе и для меня, большой вопрос заключается в забвении...поэтому я стараюсь не быть неблагодарным, что у меня есть миллионы читателей, с нетерпением ожидающих моей следующей недели, потому что это лучше, чем когда никому нет дела».
О персонажах

Я была рада и польщена, когда мой вопрос, о софт скиллах Сансы и ее параллелях и конфликтах с Арьей, был озвучен. «Надеюсь, они обе реалистичные персонажи, - сказал Мартин. «Я знал людей, похожих на них обеих, и в каком-то смысле я похож на них обеих». В то время как Арья, по его признанию, более популярна, чем Санса, у них обеих есть свои поклонники, и это связано с тем разнообразием женщин, которых он смог описать в своих романах. Он пытается сделать каждого персонажа глубоко и реалистично «серым», упоминая Prince of Tides Пэта Конроя как сильное влияние. «Настоящая история полна историй о людях, которые сделали что-то замечательное во вторник и сделали что-то ужасное в четверг», - сказал Мартин. Он пытается усложнить всех своих персонажей.

Мартин не любит давать легкие ответы – он любит дать читателю помучится с вопросами. Но он дал анекдотический ответ, когда один из слушателей спросил, были ли Нед и Роберт оправданы в своих действиях по свержению Безумного Короля. Он участвовал в протестах против войны во Вьетнаме в Чикаго в 60-ых. В то время он верил в правильность нашей политической системы и считал, что они могут что-то изменить, находясь внутри неё. Сегодня он уверен, что они поступали правильно, но у него остается пространство для сомнений: должны были они действовать более радикально? Прилагать больше усилий? «может ли насилие быть когда-либо оправдано, чтобы противостоять злу в этом мире?» Конечно, Безумный король был злодеем, и не было никакого способа устранить его без применения силы — но были ли они оправданы во всех своих методах, особенно учитывая, что у них обоих были личные и эмоциональные причины вступить в сражение?

Играя с формами

Мартин ясно дал понять, что он смотрит на сериал ХБО и книжную серию как на «два разных выразительных средства, два способа рассказать ту же историю» - каждому из них свойственны свои потребности. К примеру, в книгах Теон пропадает на целую книгу перед тем, как Вонючка выходит на сцену; было бы невозможно сохранить личность Вонючки в секрете на экране, но у них также был актер на контракте, которого нельзя было просто выкинуть на сезон. И на экране вы теряете ненадежного рассказчика и точки зрения: камера всегда объективна, и поэтому вы не можете оставить многое двусмысленным или полагаться на то, что персонаж может пропустить нечто, происходящее вокруг него.
В Пламени и Крови, гик-историк, живущий внутри Мартина, поигрался вдоволь с формами публицистической литературы. Она написана как хроника внутри мира 300 лет спустя фактических событий, и «Я мог поиграть с концептом истории как таковой, истории, рассказанной победителями, истории, подправленной в угоду политической корректности», сказал он.

О Путешествиях и Счастье

Юинг спросила, как Мартин уравновешивает писательскую и путешественническую составляющие жизни автора. «Как я ищу баланс? Плохо, я думаю» - засмеялся Мартин. Выросший в Байонне, штат Нью-Джерси, его отец был грузчиком, часто безработным, а мать домохозяйкой, а затем фабричным рабочим, он жил на 1-й улице и ходил в школу на 5-й, и эти пять кварталов были его вселенной. Но он видел эти огромные корабли, проходящие мимо, украшенные флагами мира, и чувствовал их притяжение.

Когда он учился в Северо-Западном колледже, он использовал шанс увидеть новые города всякий раз, когда предоставлялась возможность — «каждый город был приключением для меня» — и с его успехом в писательском мире, он принимал почти каждое приглашение путешествовать. «Я слишком часто говорил «да», - сказал он. Теперь у него есть штат для этого, включая его «вице-президента, отвечающего за ответ «нет», который, по его признанию, на самом деле не хотел, чтобы он поехал в Чикаго.

Последний вопрос: «Что делает вас счастливым?» Он упоминал чтение книги или телешоу, которое захватывает его так, что он не может перестать читать или смотреть, пока все не закончится; он упомянул греческую еду в Чикаго, зеленый чили в Нью-Мексико и пиццу в Нью-Йорке. Хотя он не любит писать, он любит спешку при завершении, хотя получить это ощущение ему удается гораздо меньше в настоящее время. «Когда я писал короткие рассказы, - сказал Мартин, - У меня это случалось каждые несколько недель. Теперь, я получаю этот порыв примерно каждые восемь лет».
 
Последнее редактирование:

Vitamin

Мастер-над-оружием
Весной этого года Нил Деграсс Тайсон побеседовал/взял интервью у Джорджа Мартина для радио StarTalk. Ниже вольный перевод для всех, кто интересуется творчеством ДРРМ и его подходом к созданию "фэнтезийных" штук.

Оригиналы здесь: послушать | почитать


Об источниках вдохновения из реальной истории
Мартин: "Игра престолов" во многом основана на истории Средневековья. Но это еще и фэнтези. Я часто пользовался следующим методом: брал что-то из реальной истории — событие, замок или что-то такое — и пытался сделать это эпичнее.

Как-то раз я стоял на Адриановом валу, когда солнце уходило за горизонт. Большинство туристов к тому времени уже рассеялось и я был едва ли не один. Дул ветер, и я пытался вообразить себя на месте римских легионеров, которые когда-то здесь располагались. Они смотрели в сторону северных холмов и пытались представить, кто или что могло оттуда появиться и атаковать их. Они ведь думали, что там край земли — во всяком случае, так гласили легенды.

Но я, конечно, пошел еще дальше. Высота моей Стены составила не 10, а 700 футов. И я сделал её полностью изо льда. Ну и длиннее раз так в пять, поскольку она протягивается вдоль намного более крупного континента.

Этот же метод применяется во многих других аспектах фэнтези. Всегда хочется сделать мир больше, смелее и красочнее, чем реальная жизнь. И мне в том числе. Наверное, отсутствие "высокой" магии — это еще одна дань реализму с моей стороны.

"Игра престолов" — это довольно низкое фэнтези на фоне других произведений жанра. Магия на месте; есть даже магические создания вроде драконов. А еще есть всяческие магические штуки. Но это явно не высокое фэнтези.

На этом меня в определенном роде натолкнул Толкин. Казалось бы, "Властелин колец" бурлит магией, но на деле читатель довольно редко с ней сталкивается. Гендальф вроде как и волшебник, но, когда нападают орки, он достает меч и сражается как все остальные.

Тайсон: Нет такого, что он делает "ПУФ" — и все испаряются, конец фильма.

Мартин: Точно. Все испяряются, да. А как же.

Я стараюсь избегать такого. Возьмем дикий огонь — еще одну квази-магическую штуку, которая сыграла огромную роль во время Битвы на Черноводной. Он частично основан на легендах о греческом огне, который применяли византийцы. Кажется, у нас так и не получилось воссоздать его. Византийцы держали это в секрете. Они использовали греческий огонь для защиты от нападающих флотилий других наций. Потом этот секрет был каким-то образом утерян, и мы не в курсе, что было в составе этой субстанции.

Тайсон: Получается, вы воскресили его.

Мартин: Вроде того. Немного греческого огня, немного напалма, немного нитроглицерина. Самые крутые характеристики от каждой субстанции. А еще у дикого огня нефритово-зеленый цвет и он горит зеленым пламенем. Почему? Потому что мне это показалось крутым. И это было вправду круто, когда мы увидели его в сериале.

Тайсон: Есть химические вещества, которые выделяют лишь зеленое свечение. Так что да.

Мартин: Ага.

Тайсон: Отлично. Можете просто упомянуть, что они есть в составе, и я не буду критиковать вас в своем твиттере. [Нил Деграсс Тайсон любит комментировать ляпы и антинаучные моменты в фильмах]

Мартин: Да. (Смеется)

О драконах
Тайсон: Когда я смотрю "Игру престолов", я обращаю внимание на вещи, которые вряд ли интересны другим людям. Например, на анатомию дракона. Типа, реалистично ли это? Я вроде как даже похвалил дракона в одном из твитов.

Мартин: Да, мне понравился тот твит. Я оценил его.

Тайсон: О, он вам понравился, отлично. (смеется) Так вот, я хотел обратить внимание на то, что на фоне других фэнтези у ваших драконов есть биологичеcкая достоверность — тот же скелет. Ведь всё, что летает в этом мире, когда-то вынуждено было пожертвовать для этого своими передними конечностями.

Мартин: Это правда.

Тайсон: Вы получаете пять с плюсом.

Мартин: Классно. (смеется) Знаете, по поводу всех этих драконьих штук разгораются нешуточные споры. Я всегда настаивал, что драконы доллжны быть двуногими. Но кое-где они с четырьмя ногами. Взять ту же геральдику...

Мои книги уделяют довольно много внимания средневековой геральдике. Оказывается, что двуногий дракон — это на самом деле виверн. Если речь идет о геральдических щитах, то драконом считается лишь четырехногий дракон. Из-за этого до меня докапываются геральдические пуристы.

Тайсон: Да ладно? Всю жизнь прожил, не зная этого.

Мартин: До "Игры престолов" я написал книгу "Ледяной дракон" — мое единственное произведение для детей. В ней дракон дышит холодом вместо огня и может замораживать вещи. Его холод такой же смертоносный, как и пламя. Охваченный им, ты леденеешь и рассыпаешься на тысячи осколков. Что-то вроде погружения в жидкий кислород.

Пожалуй, ледяной дракон стал моим персональным вкладом в фэнтезийный бестиарий.

Тайсон: Звучит как зоопарк фантастических существ.

Мартин: Ага, точно.

Тайсон: И он будет одним из них.

Мартин: В моих книгах есть драконы самых разных цветов. Цвет драконьего пламени меняется в зависимости от цвета самого дракона.

Пламя Балериона Черного Ужаса — пожалуй, самого большого и яростного дракона в истории Вестероса — было черным, как и он сам. И оно было очень, очень горячим. Однажды один лорд сказал: "А мне все равно. У тебя есть дракон, у меня — каменный замок, а камень не горит." Но на самом деле камень плавится, если пламя достаточно горячее.

Тайсон: Да, это называется "лавой".

Мартин: Ага. Это было его открытием.

Тайсон: Точно. Да уж, если твой замок плавится — пора сдаваться.

О вихтах
Тайсон: Увидев их впервые, я бы назвал их зомби. Они были мертвыми, а теперь ожили.

Мартин: Они двигаются, как-никак. Не знаю, живые ли они. Вообще, если через пять минут меня хватит сердечный приступ и я свалюсь на пол мертвым, мое тело все еще будет здесь. И какая-то сила может оживить его. Поднять тело и заставить его двигаться снова. Посылать электричество.

Что заставляет наши руки двигаться? Электрические импульсы, посылаемые мозгом, и все такое. А если такие импульсы придут откуда-то еще, разве они не смогут привести наши руки в движение?

Это что-то вроде Франкенштейна. Мэри Шелли решила написать "Франкенштейна" после того, как прочитала о экспериментах на мертвых лягушках. Типа если ударить их электричеством, их ноги дернутся. Так и появился Франкенштейн.

Тайсон: Хорошо. Значит, они всего лишь реанимированные мертвецы?

Мартин: В общем, да.

Об оборотнях
Мартин: Для умения перевоплощаться в зверя или что-то другое есть самые разные слова во всяческих легендах и культурах. Здесь, в Нью-Мексико, у индейцев Навахо есть своя версия.

Безусловно, разные формы подобных верований существовали и в Европе. Но, опять же, как сделать это реалистичным?

Физические изменения — ну, там, когда кости становятся длиннее, увеличивается вес и все тело трансформируется — они лучше подходят для ужастиков, и я пользовался таким подходом.

Но это показалось неуместным для ПЛИО. Поэтому я подумал, что оборотнем может быть человек, который перемещает свое сознание в что-то другое. Его тело не меняется; вместо этого его сознание перемещается в орла или волка или обретает какую-то связь с ними.

Тайсон: Это блестяще, вы знаете? Нам потребовалось немало времени, чтобы осознать одну вещь. Объекты, которые существую физически — это одно. Но у такого понятия, как информация, нет ограничений физического объекта! А еще оно измеряется по-другому. Правда же?

Я могу дать вам два апельсина, и у вас будет два апельсина. Но если я дам вам две газеты, у вас не будет в два раза больше информации. Это та же самая информация, но дублированная. Вот что мы определили.

Мартин: За исключением случаев, когда одна газета — это The Times, а вторая — The Herald. Тогда у нас будет две совершенно разные версии. (смеется)

Тайсон: Получается, если у вас перемещается сознание, то в каком-то роде это перемещение информации. Это очень правдоподобно. Когда у Халка растут кости, становится непонятно, откуда берется дополнительная масса. И это вызывает проблемы.

Мартин: Возможность перемещать свои воспоминания и само сознание в что-то другое — это что-то близкое к бессмертию. Если живы твои воспоминания, тогда ты и сам продолжаешь жить. Твоя личность. Не важно, где именно: в теле робота или выращенного клона.

В научной фантастике перепробовали много разных вариантов такого перемещения. Подразумевая, конечно, что это все еще именно твоя личность. Вот мне никак не давал покоя транспортер из "Звездного пути". Окей, твое тело распыляется на атомы, в то время как на другом конце его собирают из случайно полученных атомов. У этого тела твоя память и оно думает, что является тобой. А является ли на самом деле?

О детской любви к научной фантастике
Мартин: Комиксы повлияли на меня больше всего. Супермен, Бэтмен и все, что тогда было популярным — разные журналы для детишек. Но в первую очередь шли супергерои.

Это было еще до Marvel, по крайней мере сначала. Я читал супергеройские комиксы от DC, и это было намного интереснее. Все эти сражения с Джокером, Загадочником или Лексом Лютором. Взрывающиеся планеты, тот же Криптон. Это, кстати, было моим введением в астрономию: надо сохранять бдительность, и если твоя планета скоро взоврется, необходимо поместить ребенка в маленькую космическую капсулу и пульнуть его в открытый космос в надежде, что кто-то его найдет. (смеется)

Тогда не было такого термина, как "астронавт". Он появился вместе с "Меркурием 7", первым отрядом астронавтов США. До этого никто знать не знал об "астронавтах" до этой космической программы. Они были просто "космонавтами". На телевидении тоже было много передач про космонавтов: "Космический кадет", "Капитан Видео", "Рокки Джонс, космический рейнджер". Все это я смотрел.

Я даже сделал свою энциклопедию космоса, в которой рядом с реальными объектами были мои собственные выдумки. Там могла быть реальная Солнечная система, а рядом с ней — солнечные системы, которые придумал я.

Тайсон: И все это из 1950-х?

Мартин: Ага. Смотрите, здесь наша Солнечная система. Я сделал карту.

startalk 1.png

Тайсон: Так, значит, здесь у нас Солнце, Меркурий, Венера, Земля, Марс, Юпитер...

Мартин: Да. А вот эту помните? Это Плутон.

Тайсон: О, Плутон. Давайте не будем об этом. Нет-нет, лучше не надо в эту степь. [Нил Деграсс Тайсон часто высказывался против "планетарного" статуса Плутона. Он даже написал книгу об этом, The Pluto Files]

(оба заливаются смехом)

Мартин: А еще я создавал новые солнечные системы. Вот здесь у нас система Альфа Центавра с моими чудаковатыми названиями для планет. "Озмо" появилась благодаря "Стране Оз", "Трог"... не знаю, откуда взялся "Трог". У каждой были небольшие описания, где можно было почитать о них. Я даже использовал какие-то реальные факты.

Вот еще несколько. У каждого типа планеты свой цвет. (смеется)

startalk 2.png

Тайсон: О, вы их раскрасили. Очень мило. Ну, судя по всему, у вас точнее получается придумывать новое, чем закрашивать круги. (смеются) Джордж, да здесь куча всего. Континенты, океаны...

Мартин: А вот история Трога.

Тайсон: Ага, здесь у нас Флакайлар, Сория. Чудесные имена. Сколько вам тогда было? Наверняка учились в начальных классах.

Мартин: Да, явно в начальных.

Тайсон: Беру слова назад: вы не были таким же ребенком, как и все.

Мартин: Ну, нет так нет. (смеются)

О том, как интерес к науке повлиял на написание книг
Мартин: Я никогда не писал "твердую" научную фантастику. С наукой было не очень просто. Но я постоянно читал и писал sci-fi, и наверняка это отражается определенной степенью реализма во всем, что я делаю.

До ПЛИО я написал книгу под названием "Грезы Февра". Это был мой исторический ужастик про вампиров, события которого разворачиваются на берегах Миссисипи в 1857м.

Я изрядно изучил тему: читал все, где было что-то про вампиров. И тогда подумал: "Так, ладно. Какими будут мои вампиры?". Пересмотрел все вампирские легенды. "Хорошо. Они не могут появляться на солнце — с этим я справлюсь". Знаете, там, фоточувствительность, ожоги от солнечного света или что-то в этом роде.

"Они не отражаются в зеркалах". А вот с этим я ничего не придумал. Это же просто нелепо. Почему это они не отражаются в зеркалах? Это идет вразрез со всем, что мы знаем о свете и тому подобном.

Получается, что я рационализировал своих вампиров настолько, насколько им можно было придумать разумное объяснение. Пусть они и не совсем уж научно-фантастические, но как минимум более реалистичные, чем в множестве других произведений.

То же самое и з моими драконами. Конечно, я не могу заявить, что они созданы "с научной строгостью" — как-никак, они огнедышащие. Нет способа выкрутиться из того, что они дышат огнем.

Тайсон: Эм, позвольте вас успокоить. Можно? Я большой фанат Марка Твена, и у него есть известная цитата, которую должен запомнить каждый творческий человек.

"Сначала разберись с фактами, а уже потом искажай их сколько угодно."

Вот у вас есть анатомическая основа для дракона. Пусть дальше он дышит огнем, мы не против.

Мартин: Есть некоторые вещи, без которых никак. Дракон должен дышать огнем, вампиры должны пить кровь. А вот со всем остальным, если надо, можно играться.

О том, как в сериале изображают секс и жестокость
Мартин: Как вы знаете, "Игра престолов" снята по моим книгам. Поэтому все эти элементы были и в первоисточнике.

Тайсон: В такой же большой степени?

Мартин: И да, и нет. Где-то больше, где-то меньше. В зрительных ощущениях есть что-то такое, что заставляет принимать увиденное ближе к сердцу, чем когда ты просто читаешь об этом.

Безусловно, я намеренно использовал секс и сексуальность в своих историях. Это одна из тех сил, что движут нами. Она повелевает тем, как мы принимаем решения, и определяет историю.

Что касается жестокости... ПЛИО — это история о войне. И множество выдающихся эпических фэнтези в своей сути являются историями о войне. Написанное Толкином — это истории о войне. И мне кажется, что когда ты пишешь историю о войне...

Тайсон: Слово "жестокость" обязательно должно присутствовать. Вы совершенно правы. Все известные эпопеи о том, как кто-то с кем-то сражается и кто-то умирает. Воюют целые племена. Все это там есть.

Мартин: Но я не имею ничего против слова "жестокость". Мне оно кажется хорошим, честным словом. Работа над этим шоу помогла мне по-настоящему осознать все лицемерие соотношения "экшна и жестокости".

Вот мы показываем, как люди убивают друг друга в перестрелке. И нормально воспринимаем сцены, в которых одни люди стреляют из пистолета, а другие падают замертво. Но мы не хотим показывать, что на самом деле происходит с человеческим телом, когда в него попадает пуля. Нам — или, по крайней мере, какой-то нашей части — хочется видеть маленькую дырочку в груди или что-то такое.

Чем больше я думал об этом, тем больше убеждался в том, что на каком-то уровне это, по сути, аморально. Хочется сделать сериал без жестокости? Без проблем, я только за. Но если там будут пушки или мечи, с помощью которых люди будут убивать друг друга — тогда покажи, что эти пушки и мечи на самом деле творят с человеческими созданиями. Покажи, что такое война на самом деле, покажи ужасы войны, а не только её великолепие.

Именно это я пытался показать, когда писал ПЛИО.

О том, как передать свою заинтересованность открытым космосом в историях
Мартин: Эти понятия настолько обширные, что я попросту не знаю, как можно писать про них книги со сколь-либо значимым человеческим взаимодействием. Все эти квазары, пульсары, темная материя... Это потрясающие материи, но с ними трудно что-то придумать, когда пишешь историю про людей.

Тайсон: Но у вас есть элементы, которые мне кажутся астрономическими. Долгая зима, которая все надвигается. И когда она приходит, то длится очень долго. Есть огромная ледяная стена — она наталкивает меня на мысли про ледники. Есть определенные стержни, которые позволяют мне осознать какую-то более масштабную реальность, в которой находится этот мир.

Мартин: Ну, конечно, многое из этого основано на магии, потому что это фэнтези. Я много думал о...

Тайсон: ...магия — это всего лишь технология, которую пока еще не открыли.

(Джордж хихикает то ли хитро, то ли нервно)

Мартин: Это Артур Кларк.

Тайсон: Да, Артур Кларк. "Любая достаточно развитая технология неотличима от магии". Я увидел это и сказал? "Э, ладно." Это магия, они что-то для себя открыли и теперь могут это делать. Чем это отличается от зажигалки? Если я щелкну зажигалкой перед пещерными людьми, они испугаются. И даже сочинят историю про меня и про зажигалку. Станут рассказчиками.

Мартин: Да, но они еще и дополнят её. Это будет не просто зажигалка. Скорее что-то вроде: "Он способен создавать огненные шары голыми руками" или что-то такое.

Тайсон: Да-да. Но у вас все масштабнее. Есть другие языки. Есть...

Мартин: ... Это творение выдуманного мира. Твоя задача — создать целый мир. И если уж занимаешься подобным строительством, ты должен пытаться сделать все правильно — но так получится далеко не всегда. Я ведь не являюсь кладезем знаний всего человечестав. Могу только изучать и октрывать для себя новые вещи. Так что...

Тайсон: Тем более, что сейчас все уделяют вашим работам больше внимания, чем вы сами.

Мартин: Ага. Знаете ли, приходят самые разные письма.

Я, вот, пытаюсь быть предельно точным — например, в том, что касается лошадей. Многие фанаты, да и сами писатели в жанре фэнтези ничего не смыслят в лошадях. Они делают из них каких-то неутомимых зверей, которые могут добраться куда угодно. Скакать галопом семь дней подряд и все такое.

А я пытался разузнать, как на самом деле себя ведут лошади. Но ты всегда что-то упустишь. Еще пытался разобраться с кораблями, оружием и так далее.

Тайсон: Но ведь у ваших лошадей нет крыльев на спине, как у Пегаса?

Мартин: Э, нет. Но в новой книге вы увидите мой подход к единорогам — он достаточно необычный. Упс, тссс! (смеется)

startalk 3.jpg

startalk 4.jpg
 
Последнее редактирование:
Сверху