Зима близко. Старки как семья [мнения]

Tai zong

Скиталец
Лорд Эддард Старк

«Всю свою жизнь я был верен законам чести. Законы эти просты: почитай богов, люби свою жену, защищай свою родину»
(Гектор х/ф «Троя»)

Эти слова в полной мере относятся к Эддарду Старку. Лорд Эддард почитает богов своих предков; узы брака для него священны и он, как требует нравственный долг, искренне любит свою жену; защищает интересы родного Севера и всего Вестероса.
В Эддарде Старке, в его физической и духовной силе соединились черты и характеры античного героя Гектора и средневекового западноевропейского рыцаря Эль Сида. А символизм приводит к фигуре воина – змееборца.

Официальный девиз Дома Старков «Зима близко». Неофициальным личным девизом лорда Эддарда можно назвать еще один:

Сила и принцип

В психическом мире настоящего мужчины находятся универсальные архетипы: жреца, воина, земледельца. Они базовые, а все другие – их варианты. Мужчина, чтобы исполнять свои обязанности перед Родиной и семьей, свой служебный (или профессиональный) и любовный долг, обязан быть сильным. Независимо от социального статуса и профессии, занимаемой должности и страны проживания, национальности и типа телосложения, он должен быть выносливым в холодных льдах Арктики и жарких песках Каракумов.
Главная сила мужчины – внутренняя, но первая в списке – физическая. «В здоровом теле – здоровый дух». В этом тексте под выражением «здоровое тело» понимается не только физическое здоровье, но и физическая сила. Сильный дух опирается на сильное тело. Если тело больное, то речь идет уже о выживании.

«Герои Гомера ростом намного превосходят обыкновенных людей; такими же изображаются рыцари в средневековых легендах»
(М. Оссовская «Рыцарь и буржуа»)

«В статуях и рельефах рыцарей подчеркивается прежде всего физическая сила, сильные руки и мощные ноги этих мужчин передают ощущение телесности и витальности»
(И.С. Кон «Мужское тело в истории культуры»)

В «Песне» немного говорится о внешнем облике лорда Эддарда, однако о его физической силе, сильных руках и мощных ногах можно понять из описания его меча. «Клинок имел собственное имя и звался Лёд. Шириной он был в ладонь мужчины, а в длину превышал рост Робба». Меч настолько велик, что после гибели лорда Эддарда валирийской стали, из которой он был сделан, хватило на два меча.
Физическая сила без моральных убеждений бесполезна или опасна. Эддард Старк отвечает требованию, предъявляемому мужчине с древнейших времен до современности: физическая сила и моральный принцип.
Эддард Старк наделен благородным духом и благочестивой душой, насколько она (душа) позволительна для воина и правителя. Стержень его духа – честь, а души – любовь к близким.

Честь

«Как прекрасный жизненный идеал, рыцарская идея являет собою нечто особенное. В сущности, это эстетический идеал, сотканный из возвышенных чувств и пестрых фантазий. Но рыцарская идея стремится быть и этическим идеалом: средневековое мышление способно отвести почетное место только такому жизненному идеалу, который наделен благочестием и добродетелью. Однако в своей этической функции рыцарство то и дело обнаруживает несостоятельность, неспособность отойти от своих греховных истоков»
(Й. Хёйзинга «Осень Средневековья»)

Честь лорда Эддарда жестко отделена от греховных истоков и твердо покоится на фундаменте непоколебимой добродетели и благочестия.

Благочестие. «Отобрав жизнь человека, Эддард всегда уходил в тишину богорощи».

Честность. Джейме Ланнистер: «Следует считать, что нам повезло, король вполне мог назначить /десницей/ одного из своих братьев или даже Мизинца, спаси нас боги. Лучше иметь врагов честных, чем честолюбивых, и сегодня ночью я усну спокойно…».

Принципиальность. Король Роберт: «Варис, Мизинец, даже мой брат… никто не воспротивился мне, кроме тебя, Нед. Только ты…»

Самодисциплина. Король Роберт: «Должно быть, редкостная девка, раз сумела заставить лорда Эддарда Старка забыть о собственной чести, пусть даже на час».

Милосердие. Варис: «…какой странный припадок безумия заставил вас /Эддарда Старка/ сообщить королеве, что вы узнали правду о происхождении Джоффри? – Безумство милосердия».

Гордость: самоуважение без гордыни и тщеславия. Тирион Ланнистер: «Лорд Эддард – человек гордый, достопочтенный».

Сдержанность. «Эддард Старк позволил себе выругаться».

Отсутствие властолюбия. Серсея: «Вы могли взять власть в свои руки. Это было нетрудно сделать. Джейме рассказал мне, как вы обнаружили его на Железном троне в тот день, когда пала Королевская Гавань, и заставили спуститься с него. Это и был ваш момент. Вам осталось лишь подняться по этим ступенькам и сесть. Какая прискорбная ошибка! – Я наделал куда больше ошибок, чем вы можете представить, – улыбнулся Нед. – Но не числю среди них этого поступка».

Преданность дружбе: «Ему захотелось спуститься в богорощу, преклонить колено перед сердце-деревом и помолиться за жизнь Роберта Баратеона, который был ему более чем братом».

Забота о государственных интересах. «Нед не мог позволить, чтобы это снова случилось. Государство не выдержит еще одного безумного короля, отдавшегося припадку кровожадности и мести».

Моральная строгость к себе самому: Эддард – Роберту: «Я обесчестил себя, обесчестил Кейтилин перед богами и перед людьми. – Спаси тебя боги, тогда ты едва знал Кейтилин. – Я уже взял её в жены. Она носила моего ребёнка. – Как всегда, ты слишком строго относишься к себе, Нед».

Оценка людей по их личным качествам: Тирион: «Старки желают видеть отвагу, верность и честь в тех людях, которых берут на службу».

Эддард Старк – ум, честь и совесть «Песни».
Особенностью добродетели, ее оборотной стороной является определенная интеллектуальная ограниченность. В своей крайней форме, присущей революционным (Робеспьер) и религиозным (Торквемада) фанатикам, добродетель почти полностью вытесняет разум и рациональность.
Эддард Старк добродетелен и поэтому, неизбежно, ему присуще частое недопонимание политических процессов и мотивов лиц, действующих во власти. Или осознание таких мотивов через временной промежуток, когда момент для принятия решения и ответного, а уж тем более упреждающего действия упущен.
Подобное недопонимание лорда Эддарда предоставляло его противникам, чей интеллект не был связан моральными ограничениями, значительные преимущества в политической борьбе.
В моральном мышлении существует осознанная граница, которую нельзя переступать. Даже в том случае, когда человек умом понимает ошибочность такого решения и нерациональность своих действий.
Если бы Эддард Старк перешел эту невидимую границу, то, по мнению окружающих, он поступил бы умно. Однако в своих глазах лорд Эддард поступил бы бесчестно. Поэтому во время династического кризиса он отказывается от советов Ренли Баратеона о превентивном аресте Ланнистеров, и Мизинца, предлагающего для видимости «лечь» под Ланнистеров, а потом захватить власть.
Также моральное сознание не способно сразу же распознавать скрытые мотивы, так как в нем существует презумпция доверия. Презумпция – предположение, которое считается истинным до тех пор, пока ложность такого предположения не будет бесспорно доказана.
«Какие есть доказательства тому, что все это совершили Ланнистеры? – спросил он /ЭддардСтарк/, пытаясь удержать гнев под контролем».
Таким образом, чтобы лорд Эддард осознал в режиме реального времени подлинные мотивы действий членов Малого совета и королевского окружения, ему не достаточно знать аксиому «все политики врут» и прочитать Макиавелли. Ему необходимы доказательства. А так как убедительные доказательства, как правило, могут быть лишь после совершения действий, то Эддард Старк часто опаздывает с эффективным реагированием.
Предательство Яноса Слинта и Петира Бейлиша стало очевидным для Эддарда Старка только после своего ареста, когда он уже не мог ничего предпринять.

Честь – это принцип.
Даже из-за одного проступка лорд Эддард стал бы человеком без чести и, следовательно, перестал бы быть Старком из Винтерфелла.
«Станнис не сумеет занять престол без вашей помощи. Ну а если вы наделены мудростью, то постараетесь, чтобы престол наследовал Джоффри. Нед ответил ему каменным взглядом… – цена моя будет самой умеренной. – Ваша цена велика, лорд Бейлиш, – ответил Нед ледяным голосом. – Вы предлагаете мне измену!.. Мизинец вздохнул: Увы, я забыл об этом. Прошу простить меня. На какое-то мгновение я забыл, что разговариваю со Старком. – Я постараюсь по возможности забыть ваш… мудрый совет, – проговорил Нед с отвращением».
Для Эддарда Старка аморализм властвующих лиц был не только категорически неприемлем, он вызывал у него физиологическое отторжение. Лорд Эддард был вынужден постоянно выбирать между честью и бесчестьем. Данный выбор по мнению большинства окружающих являлся выбором между глупостью и мудростью. Немногие по настоящему понимали Старка, и единицы – уважали его за это.
Варис: «Вы честный и почтенный человек, лорд Эддард. Иногда я забываю об этом. Слишком уж редко мне встречались люди, подобные Вам».
Если бы Эддард Старк относился ко всем без исключения подозрительно, скрывал и приспосабливался, что было разумно и необходимо в террариуме «Королевская Гавань», то он был бы всего лишь Мизинцем IIили Варисом II.

Лорд Эддард – рыцарь долга и чести.
Петир Бейлиш не только лишен чести и чувства долга, он - не рыцарь. Он, как и Варис, придворный. Между Эддардом Старком и Петиром Бейлишем такая же разница, как между герцогом Бургундским Карлом Смелым и миньоном французского короля Генриха III.

«По праву гордый» правдив; говорит он и действует явно, ибо это свойственно человеку, который ничего не боится. Он может себе позволить открыто любить и открыто ненавидеть. К другим он приспосабливается с трудом, ведь в этом есть что-то рабское»
(«Рыцарь и буржуа»)

Таковы настоящие рыцари в «Песне»: Эддард Старк, Роберт Баратеон и Сандор Клиган. Эддард правдив и действует явно, Роберт открыто любит, Сандор открыто ненавидит, и все они почти ничего не боятся.
Еще одна важная причина, почему лорд Эддард проиграл своим противникам в том, что он, будучи человеком чести и добродетельным, к тому же не был политиком. Ни хорошим, ни плохим, а вообще им не был.
В основе политической деятельности лежит стремление к власти, ее захват и удержание. Эддард Старк не стремился к власти, а получив, собирался без сожаления расстаться с ней. «Его регентство будет коротким, думал Нед, глядя на плавящийся воск».
Планируя передать власть в Вестеросе Станнису Баратеону, лорд Эддард не учел, что нельзя беспрепятственно передать власть, при этом, одновременно крепко не удерживая ее в своих руках, так как другие будут стараться ее вырвать.
Но если представить, что Эддард Старк решил во имя государственного блага стать политиком, то такое решение при его твердой моральности в перспективе не обещало ничего хорошего.

«Политик принципиальный отличается от беспринципного лишь одним: принципиальный основывает свои действия, в том числе и конъюнктурного характера, на базе имеющегося у него представления о собственной правоте, и… подгоняет исходные принципы под конкретную реальность; беспринципный же – свободен от необходимости сверять свои действия с абстрактным эталоном и руководствуется соображениями сугубо политического или личного порядка»
(А.И. Тэвдой-Бурмули «Логика торжествующей добродетели: Робеспьер и идея революционного насилия»)

Политическая деятельность, последовательно (а лорд Эддард – человек последовательный) подчиняющая реальность принципам, неизбежно ведет к диктатуре, опирающейся на репрессии. Эддард Старк – справедливый, но суровый феодал, лично казнивший изменников.

Английская революция XVIIв., возглавляемая пуританами и свергнувшая абсолютистский режим, привела к диктатуре Оливера Кромвеля.
Будучи глубоко религиозным и морально принципиальным, лорд-протектор Англии, Шотландии и Ирландии Оливер Кромвель, в отличие от лорда-протектора Семи королевств Эддарда Старка, был еще и политиком, поэтому правил долго и умер естественной смертью.

Долг

Первый долг рыцаря – служба сюзерену. В феодальное время служба монарху означала и службу государству. Историческая общественная и государственная необходимость в феодальной аристократии существовала до тех пор, пока она «стойко переносила лишения и тягости службы». Обязательная государственная служба воспитывала и дисциплинировала дворян.

Упадок русского дворянства начался с Жалованной грамоты 1785 г. Екатерины II, освободившей дворян от обязательной службы.
Дворяне Московского государства, победившие Великое княжество Литовское и Речь Посполитую, выстоявшие в Ливонскую войну и Смутное время, дворяне Российской империи, построившие при Петре I Балтийский флот, вместе с Суворовым перешедшие Альпы, не мыслили жизни вне «государевой службы» и не подозревали о существовании свободы.

«Первый достоверный факт: на заре X века у дворянства отсутствовал правовой статус или, если сказать мягче, отсутствовал четко определенный статус подобный тому, который ранее различал «свободу» и «рабство»… Дворянство не смешивают ни со свободой, ни с богатством, хотя и считается, что и то и другое — обычные его спутники»
(Ж. Флори «Повседневная жизнь рыцарей в Средние века»)

Эддарду Старку, как рыцарю, неведома свобода, он знает лишь долг. Долг перед государем (то есть государством), Домом (то есть родом и семьей).
Чувство долга – его основная побудительная причина принять предложение короля Роберта и, не испытывая желания, безрадостно занять должность десницы.
Джейме Ланнистер, отвечая Серсее о причинах согласия Старка на должность десницы, говоря в принятой им ироничной манере, тем не менее на первое место поставил истинные причины данного решения.

Серсея – Джейме: «Лорд Эддард никогда не обнаруживал никакого интереса к тому, что творится к югу от Перешейка... Зачем же ему тогда занимать седалище власти? – По сотне причин…по обязанности или по долгу чести…»

Долг – это сила.
Моральный долг заставил лорда Эддарда взять на себя государственные обязанности. Сила долга принудила его вновь принять должность десницы после отставки, а затем удерживала в Королевской Гавани. В конечном итоге, именно совокупность долга, чести и добродетели привели его на плаху.
Исполняя государственные обязанности, Эддард Старк ясно понимал, что он не соответствует занимаемой должности. Но как человек долга, не видел для себя выхода.
«Он опять удивился тому, что делает здесь, зачем оказался в этом месте…Сам же он принадлежит Винтерфеллу… Но мужчина не всегда вправе находиться там, где хочет. С решимостью Эддард Старк сжал сапогами бока коня и направился следом за королём».

Судьба

Судьба рыцаря – это путь чести и долга.
Если неуклонно следовать этому пути, то рано или поздно рыцарю придется сделать ответственный выбор, ведущий к драме, а возможно, и к трагедии.
В принятии морально мотивированных решений, повлекших драматические последствия и кажущихся со стороны ошибочными, художественный образ Эддарда Старка не одинок. Подобно ему, также поступали другие великие герои и рыцари.
Гектор (х/ф «Троя»). Заступившись за своего недостойного брата Париса, он в итоге гибнет. Троя взята, его малолетний сын убит, а любимая жена стала наложницей победителя.
Эль Сид (х/ф «Эль Сид»). Будучи другом короля Кастилии Санчо II, Эль Сид избавляет от тюрьмы его брата и противника принца Альфонсо, что послужило прологом к убийству Санчо. Потребовав от принца Альфонсо, теперь уже короля Кастилии Альфонсо VI, публичной клятвы о его невиновности в смерти брата, Эль Сид вынужден удалиться в изгнание, его имущество конфисковано.
Балиан Ибелин (х/ф «Царство небесное»). После смерти короля Иерусалимского Балдуина IVотказывается от предложения полководца Тиберия об аресте Ги де Лузиньяна и женитьбы на королеве Сибилле. Это решение открыло путь к войне, разгрому крестоносцев в битве при Хитине, взятии Салах-ад-Дином Иерусалима.

Лорд Эддард последовал по пути своих предшественников и во многом повторил их судьбу:
Винтерфелл (как Троя) захвачен и разрушен, его сын Робб (как Астианакт – сын Гектора) убит, король Роберт (как Санчо Кастильский) погиб в результате заговора, отказ от предложения Ренли Баратеона об аресте Ланнистеров (как предложение Тиберия об аресте Ги де Лузиньяна и тамплиеров) приводит к гибели северян в Королевской Гавани (как крестоносцев при Хитине).

Такова неумолимая логика его судьбы. Это понимает очень умный и, в сущности, незлой человек Варис.
«Он /Варис/ оглядел камеру. – И когда я вижу, что принесли вам доблесть и честь, то понимаю причину».

Искушение

Человеку чести, особенно наделенному властью, приходиться бороться с искушениями. Искушения могут быть разными, но мотив у искусителей всегда один – корыстный. Здесь под корыстью понимается личная, как материальная, так и нематериальная, выгода.

На совещании Малого совета, на котором обсуждалось решение об убийстве Дейнерис Таргариен, король Роберт Баратеон, члены Совета: Ренли Баратеон, Петир Бейлиш, Пицель, Варис были «за», Эддард Старк и Барристан Селми – «против».
Лорд Эддард аргументирует свое несогласие на убийство тем, что детей убивать нельзя в принципе. Его противники обосновывают свое мнение политической целесообразностью, возведенный в акт гуманизма. «Слезинка ребенка» в данном случае обеспечит мир Вестеросу и спасет тысячи жизней его жителей.
Внешне все, кто «за», являются людьми незаинтересованными, и их решение вызвано сугубо государственными интересами. Эддард Старк противится исключительно из личных побуждений, чтобы не запятнать свою, как утверждают недоброжелатели, «драгоценную» честь.
Однако, приводя свои доводы, члены Малого совета не искренни. Каждый из них (кроме Барристана Селми) имеет личную корыстную заинтересованность в принимаемом решении, либо в его поддержке. Особенно лицемерно выглядит их поведение ввиду того, что все они в разной степени являются тайными поджигателями войны. Эддард Старк не приближает войну, он не может ее остановить.

Варис: «В Красном замке обитает две разновидности людей, лорд Эддард. Те, что верны государству, и те, что верны лишь самим себе».
Лорд Эддард, пытаясь предотвратить убийство Дейнерис, действовал не из выгоды, а исходя из совести и долгосрочных государственных интересов.
«…прошлой ночью ему приснились дети Рейегара. Лорд Тайвин бросил их тела к подножию Железного трона, обернув в алые плащи его домашней гвардии. Умный поступок: кровь не так заметна на красной ткани. Крохотная принцесса, босая, в ночной рубашонке, а мальчик…» и «Государство не выдержит еще одного безумного короля, отдавшегося припадку кровожадности и мести. Нужно спасти детей».

Заседание Малого совета содержит в себе аллегорию символов.
Прообразом рыцаря Вестероса послужил средневековый западноевропейский рыцарь, то есть христианский рыцарь. Религиозные тексты рассказывают о змее – искусителе, толкающего человека к грехопадению. Еще они рассказывают о воинах, победителях змеев.

Идеальный воин

«/Рыцарство/ появилось на свет как плод слияния двух совершенно несовместимых идеалов, формально противоположных, но тянущихся один к другому, словно в гипнотическом сне, — идеала христианской веры… и военного идеала германского язычества (лишь слегка смягченного проповедью арианства)»
(«Повседневная жизнь рыцарей в Средние века»)

В короле-рыцаре Роберте Баратеоне («Наш Роберт могучий и доблестный воин») больше проявился военный идеал. Он похож на языческого бога-воина – скандинавского Тора (у германцев – Донара), вооруженного, как и Роберт, боевым молотом.

Эддард Старк – соединенный образ военного идеала и веры.
Наделенные змеиными качествами (как их приводят религиозные тексты) члены Малого совета за исключением Барристана Селми: умные, злые, лицемерные, и уговаривающие под предлогом ложного добра Эддарда Старка, подобны «коллективному змею – искусителю», а лорд Эддард – воину-змееборцу.
То, что Эддард Старк верит в Старых богов, относящихся к пантеистической религии, значения не имеет, так как форма религии не влияет на благочестие.
В религиозной традиции воины – змееборцы одновременно являются мучениками: Георгий Победоносец, Феодор Стратилат и Феодор Тирон были казнены. Причем первые двое – отсечением головы, а Стратилат – еще и с использованием меча (как Эддард Старк).

Петир Бейлиш, при всем его уме, остается слеп, усматривая в лорде Эддарде только «колоссального дурака». Со свойственной ему циничной иронией сравнивает Мизинец лорда Эддарда с танцором на подтаявшем льду, заседание Малого совета – с первыми трещинами на этом льду, а последствия для Старка – с впечатляющим всплеском.
В этом сравнении Бейлиша виден не лорд Эддард, а сам вертлявый Мизинец, ощущающий себя танцором. При этом Бейлиш полагает, что музыка написана им. Но Мизинец ошибается. Партитура составлена не им, и не ему в ней принадлежит главная роль. Со временем Мизинец почувствует, что сбивается с ритма, и его изящные политические па сменятся на беспорядочное дрыганье ногами.

Символически заседание Малого совета означает пролог к мученичеству. Когда «коллективный змей-искуситель» не смог отравить Эддарда Старка ядом своих лживых слов, он решил убить его, обернувшись уже в «коллективного инквизитора».

«…завтра же Ты увидишь это послушное стадо, которое по первому мановению моему бросится подгребать горячие угли к костру Твоему, на котором сожгу Тебя за то, что пришел нам мешать. Ибо если был кто всех более заслужил наш костер, то это Ты. Завтра сожгу Тебя. Dixi».
(Ф.М. Достоевский «Великий инквизитор»)

Воля и предчувствие

Исполняющий свое предназначение человек, если у него есть возможность выбора, выполняет его или добровольно или под принуждением. «Покорных рок ведет, влечет строптивого» (философ-стоик Клеанф).

Лорд Эддард исполнил свое предназначение добровольно. Это не значит, что он подобно Мелисандре или древовидцам мог видеть свой конец. Он его чувствовал. Психический мир человека на 80% составляет подсознание (по З. Фрейду – «Оно»). Чтобы осознать, что живет там в глубине на уровне инстинктов, требуется теоретическое мышление, которым Старк не был наделен.
Лорд Эддард предчувствовал свой трагический конец на уровне интуитивного мышления.
«Эддард Старк молча прощался с любимым домом. Он отвернулся от окна, лицо разом сделалось усталым и угрюмым, в уголках глаз поблёскивала влага. – Отец мой однажды отправился на юг, отвечая на призыв короля. Но так и не вернулся домой».
«На миг Эддарда Старка переполнило жуткое предчувствие. Здесь было его место, здесь, на Севере. Он поглядел на каменные фигуры, окружавшие его, глубоко вздохнул. В холодном безмолвии крипты он чувствовал на себе взгляды мертвецов. Они все понимали, он знал это».

Между человеческим подсознанием («Оно») и сознанием («Я») находится область воли («Сверх-Я»), отвечающая за моральные принципы.
В Лорде Эддарде «Сверх-Я» безусловно доминировало, подавляя благоразумные мысли «Я» и инстинкт самосохранения из «Оно».
Кроме уже указанных качеств, Эддард Старк обладал еще обостренным чувством рыцарской доблести.

«Рыцарь в доспехах не имел права отступать. Поэтому…на рекогносцировку он отправлялся невооруженным. Все, что могло быть сочтено трусостью, было недопустимо. Роланд отказался трубить в рог, чтобы не подумали, будто он просит помощи, потому что струсил. Неважно, что это повлекло за собой гибель его друга вместе с дружиной»
(«Рыцарь и буржуа»)

Согласно рыцарской этике, возведенной в принцип, лорд Эддард не имел права отступить, пока носил цепь десницы. Такая возможность у него была, когда ситуация в Королевской Гавани еще не обострилась до состояния открытого конфликта, и после бурного заседания Малого совета он счел возможным попросить отставку. Но так как король Роберт его отставку не принял, Эддард Старк был вынужден продолжить свою службу в Королевской Гавани.
Твердые моральные принципы и рыцарская этика лорда Эддарда, пока он был десницей, не разрешали ему совершить оправданный политический маневр. Если он не желал произвести превентивный арест Ланнистеров, то мог бы незаметно покинуть Королевскую Гавань. Так, как это сделал Ренли Баратеон, чтобы затем, собрав войска, двинуться с ними на Королевскую Гавань. Тайное бегство никак не отразилось на уважении окружающих к Ренли и не уронило его рыцарский авторитет.

Горькая чаша

Наедине с собой.
Оказавшись в тюрьме, лишенный возможности действовать, Эддард Старк переживал тяжелый душевный кризис. В одиночной камере находился сильный, но нравственно страдающий человек. Главную вину в произошедшем он возложил на себя.
«Он проклял их всех: Мизинца, Яноса Слинта вместе с его золотыми плащами, королеву. Цареубийцу, Пицеля, Вариса, сира Барристана, даже лорда Ренли, родного брата Роберта, убежавшего именно тогда, когда он более всего был ему нужен. И все же – в конце концов – он обратился к себе. – Дурак, – кричал Нед во тьму, – и трижды дурак, проклятый слепец!»
Однако, если бы было возможно повернуть время назад, очень маловероятно, почти невозможно предположить, что Эддард Старк поступил бы иначе. Ведь положение, в котором он оказался, закономерно. Его трагедия – эта цена за жизнь по законам чести и долга. Не было выбора у Гектора, Эль Сида и Балиана Ибелина, не могло его быть и у Старка.
Его «коридор возможностей» крайне узок, потому что «умному» здесь противостоит «бесчестный»», и наоборот. На вопрос, мог ли лорд Эддард при возможности свободного выбора отказаться от чести и выполнения долга, можно ответить только отрицательно.
В тюрьме Эддарду Старку пришлось до дна испить горькую чашу нравственных страданий.
Варис: «Всем людям положено заедать сладкое кислым. И знатным лордам, и евнухам. Ваш час пришел, милорд».
Лорд Эддард испытывал боль от того, что он мог предотвратить смерть своего лучшего друга короля Роберта, но по своей непредусмотрительности, из-за своего безрассудного милосердия к другим, не сделал этого.
Варис: «Охотнику грозит много опасностей. Если бы кабан не расправился с Робертом, король упал бы с коня, или его укусила бы лесная гадюка, или поразила случайная стрела… лес – это бойня богов. Короля убило не вино… а ваше милосердие». Нед опасался именно этого».
В тишине тюремной камеры, наедине с самим собою, мысленно разговаривал лорд Эддард с покойным королем и, испытывая стыд, даже сейчас не решался признаться погибшему другу.
«Я подвел тебя, Роберт», – подумал Нед. Он не мог произнести эти слова: «Я солгал тебе, скрыл от тебя правду, я позволил им убить тебя».
Еще он винил себя за гибель преданных ему людей. «… люди его заплатили за проявленное им безрассудство своей жизнью».
И дочери. Он постоянно с тревогой думал о них. «Думая о дочерях, он охотно зарыдал бы, но слезы не шли. Он все равно оставался Старком из Винтерфелла, горе и ярость заледенели в глубине его души».
И вот снова лорд Эддард, Старк из Винтерфелла, поставлен перед моральным выбором, но в этот раз последним и самым тяжким. И выбор его предсказуем. Первыми ловами, с которыми он обратился к Варису, были: «Мои дочери».
Произошедший затем диалог между Эддардом Старком и Варисом полностью предсказуем: лорд Эддард может расстаться со своей жизнью ради чести, но не может обменять честь на жизнь дочери.

Диалог с тенью Изуверов.
В этом диалоге в очередной раз раскрывается сильный дух, любящая душа и добродетельный ум лорда Эддарда.
Эддард Старк хочет жить, ведь он молод, у него есть любимая жена и дети, но не боится смерти. Больше для формы, чем для положительного ответа, интересуется у Вариса насчет возможности побега. Получив отказ, он не расстраивается. «Нед не ожидал другого». Он готов к смерти: «Режьте мне глотку, и довольно».
Между смертью и бесчестьем спокойно и уверенно выбирает смерть.
Дух: «Если я сделаю это, слово мое сделается столь же пустым, как снятый с плеч доспех. Жизнь не настолько уж дорога мне».
Но даже после всего произошедшего добродетельный ум лорда Эддарда не может сразу предположить ожидаемую из-за его отказа угрозу. Ведь никогда, ни при каких обстоятельствах он бы так не поступил.
Ум: «Вы хотите, чтобы я стал служить женщине, которая убила моего короля, погубила моих друзей, искалечила моего сына? – В голосе Неда слышалось явное недоверие».
И получает в ответ предсказуемую угрозу. «А как насчет жизни вашей дочери, милорд? Цените ли вы ее? Мороз пронзил сердце Неда. – Моей дочери…»
И дает неизбежное согласие.
Душа: «… делайте со мной что угодно, только не вовлекайте мою дочь в свои планы. Санса еще только ребенок!»

Смерть как избавление.
Нужна ли была Эддарду Старку жизнь, если он для спасения близких в глазах окружающих был лишен чести?

«Эль Сид: Можно ли жить без чести? Граф Гомес: Нет» (х/ф «Эль Сид»)

Гекатомбейон

Неправосудная казнь Эддарда Старка означает не просто торжество кучки Ланнисетров и их приспешников в борьбе за власть. Произошло нечто большее. При взгляде на смысл данного события с более отдаленной позиции – это нападение антигуманистической цивилизации, начало ее агрессии в отношении человеческой цивилизации.

Нет различия между Серсеей Ланнистер и Мелиссандрой, Петиром Бейлишем и Бейлоном Грейджоем, работорговцами Юнкая и Иными. Они – существа одного вида. В них слишком мало человеческого, а в некоторых человечности вообще нет. Лорд Эддард для них Чужой, которого необходимо уничтожить. Он из мира, где законы и справедливость являются целью, а не средством для удовлетворения личных аморальных потребностей.

Смерть короля Роберта Баратеона открыла дорогу войне в Вестеросе. Убийство Эддарда Старка показало, какой будет эта война. Его убийством был открыт «Вестеросский Гекатомбеон» - период массового, жестокого и бесславного истребления людей в Семи королевствах и расположенных рядом с ним землях.

Сойдут в гекатомбу Изуверы и их пособники. Только их смерть будет иная. Рок тащит их упирающихся к позорной смерти, дорогу к которой они поливают трусливыми слезами. Гекатомба не будет закрыта, пока в нее не бросят всех, причастных к преступлению.

Оправдание

«Пророков неизбежно забрасывают камнями, такова их участь, и это критерий того, в какой мере исполнили они свое предназначение. Но вождь, которого забрасывают камнями, доказывает тем самым, что он не справился со своей задачей по недостатку мудрости или же потому, что спутал свои функции с функциями пророка. Только время может показать, оправдывают ли результаты этой жертвы явный провал вождя, провал, делающий ему честь как человеку»
(Б.Г. Лиддел Гарт «Стратегия непрямых действий»)

Время покажет, оправданы ли были действия Эддарда Старка на должности десницы и регента. Возможно, «слезинка ребенка», которой он не хотел поступиться, спасет Мир Вестероса.
 

Keymiam

Без права писать
2.6. Старки и их отношения с другими Домами.

Старки и Таргариены.

На момент склонения Торрхеном колен их взаимоотношения были достаточно ровными и прямыми. Так продолжалось до тех пор как прилетели два дебилушки: Алисанна и Джейехерис. Эти два идиота пребывая в полном восторге от собственных доброты и щедрости, улетают в закат на драконах, оставив Старков разребать последствия своего визита.
Интересно, что каждый королевский визит в Винтерфелл заканчивается большой гумманитарной катастрофой для Севера.
А последствия разрушительные: Амберы в ярости и негодуют, Старки в ярости и негодуют, остальные северные дома подтягиваются, и все они недовольны ЖТ. В тот момент можно запросто объявлять автономию: свои знаменосцы точно поддержат, Амберы так в первую очередь. Но вместо безнадежной войны против летающих огнеметов и всего остального Вестероса, Север сделал то, что у него получается лучше всего - забил! В первую очередь, на королевские указы, а возможно и на налоги - ведь невозможно контролировать финансы огромных безлюдных территорий из далекой столицы, особенно когда на этих территориях все от мала до велика против тебя настроены. То есть Старки, чтобы стабилизировать обстановку у себя в регионе, начали потихоньку саботировать все королевские указы, которые им не нравились и, разумеется, позволяли делать это всем своим лордам (Амберам в первую очередь - они самые пострадавшие и самые буйные) сразу же после королевской аннексии. Голосование "против" на ВС - это просто очередная тихая пакость в длинном ряду "сделал гадость - на сердце радость" ей подобных. Джейхейрис это понимал и пошел на мезальянс с Мандерли, но Мандерли - вернейшие вассалы Старков, так что вряд ли бы эта схема выгорела, даже не упади Визерра с лошади.
Итак, Север во главе со Старками дружно чхать хочет на Таргариенов, не выполняет ни одного их закона, возможно даже уменьшил кол-во налогов.
Далее, Таргариены ещё и нарушают брачный договор со Старками, отказываясь отдать им принцессу.
Завершают всю эту милую картину ненависти Эйерис и Рейегар. Тут ничего комментировать не буду.
Вывод: Старки ненавидят Таргариенов из-за наследственного дегенератизма последних.

Старки и Ланнистеры.

Почти всю историю своего существования львы и лютоволки не обращали друг на друга внимания. Так продолжалось 8000 лет до резни в КГ. В силу произошедшего там, у Старков и Ланнистеров появилось недовольство друг другом. Недовольство, но пока не ненависть. К сожалению, спустя 15 лет это маленькое недовольство разрозлось до пожара войны.
Вывод: Безразличие друг к другу в силу махинаций обернулось ненавистью, и вряд ли что-то сможет это изменить.

Старки и Аррены.

Кажется, что эти два дома враждуют с самого момента андальского вторжения. Они постоянно воевали за контроль над территориями. Наверное, наибольшей причиной конфликта быда религиозная ненависть, но тут я не могу доподлинно судить. Перестали воевать они когда Таргариены захватили Вестерос, а примирились лишь при Эддарде и Джоне.
Вывод: Сильный религиозный конфликт + конфликт за территории, возможность мира есть лишь при близком узнавании друг друга.

Старки и Баратеоны/Дюррандоны.

Из-за дальности расстояния пересекались эти два рода редко. Но каждый раз когда пересекались устанавливали добрые дружественные или уважительные отношения. Брандон Строитель помог Дюррану Богоборцу построить Штормовой Предел. Нед и Роберт вместе свергли Таргариенов. Нед уважает Станниса и считает того истинным королём 7К. Дружба Джендри и Арьи. Дружба Сансы-Алейны и Мии. Своеобразная дружба и сотрудничество Джона и Станниса.
Вывод: Попеременно чередующиеся безразличие и дружба.

Старки и Тиррелы.

Хоть эти два дома никогда и не пересекались, но с первой книги Мартин намекал на союз Тиреллов и Старков:
Варис Неду: — На вашем месте я бы послал сира Лораса. Он так хотел это сделать… Кроме того, человек, враждующий с Ланнистерами, должен постараться сделать Тиреллов своими друзьями.

В третьей книге этих намеков вообще вагон и маленькая тележка: Сансу хотелиженить на Уилласе; Кейтилин думала о браке между Роббом и Маргери; Робб говорил о браке между Сансой и Лорасом.
Вывод: Пока что безразличие, которое в будущем может смениться союзничеством.

Старки и дома Севера.

Тут всё относительно просто:
Мормонты, горцы, Мандерли, Амберы, Гловеры, Флинты - верны.
Карстарки, Рисвеллы, Дастины - в большинстве своём верны, но бывают исключения.
Болтоны - пытаются подсидеть, правда ЖТ они тоже не верны.
 
Сверху