Пламя и кровь. Таргариены как семья [мнения]

Убийца Матрешек

Лорд Хранитель
Отважный принц
Представители дома Таргариенов будучи в большинстве своей людьми нескромными, прозвища получали все же скромные. Среди них не было ни одного Великого. Эйгон Первый обошелся Завоевателем, а Джейхейрис и воовсе был назван Умиротворителем. Хотя им еще повезло по сравнению с Жестоким, Безумным и Недостойным. Да, встречались среди них и Юный Дракон, и Рыцарь Дракон, но дракон, как известно существо неоднозначное. Равно также неплохо ломать копья на турнирах, читать книги или быть просто добрым, но всё это не то... Впрочем, среди них был один занятный в этом плане (да и во многих других) персонаж, который вошел в историю, как Отважный. Принц Дейрон Отважный.
Едва ли он когда нибудь предполагал, что окажется в самой гуще событий и остановиться всего в шаге от Железного Трона. Помимо звучного прозвища он изначально выделялся среди тарго-хайтауэров и был самым красивым, скромным и учтивым принцем. Был у него и свой дракон, причем всадником он был на порядок лучшим, нежели его сводные племянники. Он находился в тени своих старших братьев (разбалованный наследник престола и взбалмошный психопат Эймонд), отца (который пр всех своих недостатках оставался довольно приятным человеком) и дяди (один из самых ярких представителей дома за всю его историю). Одним словом, он больше привык подчиняться, нежели командовать, что привело к осложнениям в дальнейшем, но обо всем по порядку. Жизнь шла своим чередом и у Дейрона все было хорошо, а потом умер отец. К слову, Дейрон был единственным его родственником в столице, который о нем горевал. И завертелась Пляска Драконов. Несмотря на то что Дейрону было всего 14 лет, на него уже вовсю рассчитывали, не в последнюю очередь из-за дефицита драконьих всадников. Его отправили спасать Хайтауэров, со своей задачей он справился, так еще и из скромности заявил, что победа была одержана благодаря не ему, а его дракону. Скромный Таргариен? Такого мы еще не видели. Но вот начали один за другим гибнуть драконьи всадники, а вместе с ними стремительно уменьшалась и очередь к трону. И вот наш герой уже не пятый, а как минимум второй. Столица захвачена Рейнирой, король пропал без вести, его жена, брат и дети уже мертвы. Роялисты начинают сплачиваться вокруг Дейрона в Просторе. Родственники с материнской стороны - знаменитые Хайтауэры, богатые как Ланнистеры и умные, как кто бы то не был, способные выставить огромную армию и основатели Цитадели, владельцы крупнейшего города на материке. Правда в распоряжении зеленых остается только один драконий всадник и они решаются переманить на свою сторону бастардов. При текущих событиях это смотрелось оптимальным решением, но вышло только боком и вот противостояние разразилось уже внутри лагеря Зеленых. Ну а потом случился Второй Тамблтон и история нашего героя закончилась, но почему бы нам не много не помечтать?
Если бы Дейрон пережил эту ночь, если бы Аддаму Велариону хватило смелости напасть среди белого дня, он наверняка бы проиграл, собственно потому он и напал ночью. А так Рейнира вскорости будет сожрана драконом, Эйгон отравлен, другой Эйгон невменяем, Визерис в плену, Корлис потерял все свои богатства, Речленд разорен и Криган Старк вышел в путь. В распоряжении Дейрона имеются: половина Простора, богатые львы, вероломный Борос и последний прирученный дракон. Вне всякого сомнения Криган преклонил бы колено, Старкам это не в первой, а уж с 11 летним Блэквудом, я думаю, он бы справился. Дабы помирить стороны Дейрон мог бы жениться на дочери Деймона, у которой также бы дракон (по иронии судьбы она и правда вышла за Хайтауэра). Совершенно явно, что из Дейрона Отважного получился бы куда лучший правитель, чем Эйгон Третий. Он сочетал бы в себе ум Хайтауэров и храбрость Таргариенов, популяция драконов начала бы выправляться, а вместе с ней процветал и Вестерос. Но этого не произошло, а случилось, то что случилось: исчезновение драконов, дорнийская война, линия черного пламени и крах дома через 150 лет. И в конце хотелось бы заметить, что Эйгон Сломленный назвал своего первенца в честь самого благородного противника своей матери.
 

Убийца Матрешек

Лорд Хранитель
Эйгон Несчастный
Среди королей-драконов хватало несчастных людей, но глубоко несчастным был только один.

Даже Эйгон Второй упивался властью, Эйрис носивший тот же номер был счастлив в своем безумие, Мейгор и Эйнис в минуты тоски обратиться к своим драконам, а у Завоевателя была обожающая его Висенья, когда Рейнис не стало. Только Эйгон Недостойный был совершенно одинок. Да, именно одинок , даже окруженный толпой придворных подхалимов, огромным числом фавориток и других членов семьи. Представитель первого бездраконного поколения всю жизнь искал им духовную замену (правда однажды он пытался смастерить и материальный аналог, но привело это к страшным последствиям). Его братья выбрали более пристойное занятие: война, вера и гвардия. Он же с головой ушел в разврат. Что интересно именно выбор братьев и сгубил, но это уже другая история.

Ситуация Эйгона усугублялась еще и отсутствием видных достоинств, по сравнению с другими Таргариенами тех лет, пусть даже некогда он был молодым и красивым принцем. Юный Дракон был храбр и амбициозен, Эйгон же отсиделся дома во время Дорнийской войны, а все его амбиции свелись к рекордному числу дефлораций. Бейлор был смиренным и любим народом, наш герой напротив был буен и своенравен, а подданные наградили его нелицеприятным прозвищем- «Недостойный». Ну и наконец Эймон – легенда вестеросского рыцарства, герой нескольких песен и образец благородства, про Недостойного и говорить нечего, а вот отношения с родным братом следует рассмотреть подробнее.

Про Эймона можно написать многое, но что бросается в глаза, так это его боевой путь. Дорнийская война и плен, служба четверым королям (из которых один был убит, а еще двое по слухам отравлены, каков послужной список для человека отвечающего за безопасность первого человека в стране) и под конец смерть от братьев Тойн. В его биографии есть две победы в турнире, но как мы знаем и Джорах Мормонт и Рейгар Таргариен побеждали на ристалище, хотя не были при этом великими воинами, тут скорее, важную роль сыграл общий стимул – благословение дамы сердца. Вторым же значится поединок с Хаствиком, тот самый о котором знает каждый мальчишка в Вестеросе. Но ведь велика вероятность, что сир Моргил то как раз и был прав. В таком случае победы – это бесчестье для Эймона. Любовь убивает долг. Что важнее честь сестры или правда? И не стоит забывать, что в первую очередь Эймон – это фигура овеянная ореолом несчастной любви, отсюда и песни, как мы прекрасно знаем, ведь эта тема любима во многих мирах. А если прибавить к этому еще и сравнение двух братьев, Эйгон же всегда на виду и его поведение играет только на руку Рыцарю-Дракону. А еще скажите мне, трудно ли стать лордом командующим королевской гвардии, если ты родственник короля? Возможно даже его сын. Трудно ли иметь лучшую амуницию и всегда свободное время для тренировок, если твоя семья богатейшая в стране? Наверняка легче, также легче разить врагов валирийским клинком – Темная Сестра. Я уверен, найдутся и другие вопросы к Эймону Таргариену, но вернемся к его брату.

Находясь позади в ратном деле Эйгон отрывался по полной, когда дело казалось женского пола и поставил рекорд по числу королевских бастардов. Казалось, что во всех областях королевства он был противен лишь одной женщине - собственной жене. Нейрис с самого рождения была обещана старшему брату, но до самой смерти любила младшего. Она была создана не для Эйгона и тем горше ему было смотреть на нее. Эйгон IV мог спать с сотнями женщин, десятки могли любить его, но самая нужная предпочла другого, родного брата, младшего, знаменитого и куда лучшего по его собственному мнению. Что тут мог сделать Эйгон? Взять силой, но это уже было не то. Ситуация развивалась достаточно публично, пусть даже он не мог доказать, а может наоборот боялся правды. Люди отягощённые великой властью подчас бояться правды, которая все порушит и не меньше они боятся быть осмеянными. Что это за король, у которого жена спит со слугой, с присягнувшим ему рыцарем? Что это за король у которого один сын и тот не от него? По всей стране рождаются дети с валирийской внешностью от крови эйгоновой, а наследник о гвардейца. Да-да, от того кто дал обет безбрачия. И сам Джордж Мартин считал Эйгона чрезвычайно трагичным персонажем и тут пожалуй не поспоришь. Брошенный матерью в детстве, с отцом занятым государственными делами, с изменяющей женой, с внезапно рухнувшим на него королевским титулом, с пониманием, что его сын никогда не будет сидеть на Железном троне, там будет сын ненавистного Эймона, наследником которому даже не он выбрал жену, с внуками наполовину дорнийцами – именно так проходили будни одиннадцатого короля из династии Таргариенов.
 

Lemmi

Лорд
Висенья как Мать Двоих Королей.

Почему-то принято считать Висенью матерью одного только Мейегора. Но позвольте напомнить, что Рейенис умирает в 10-ом году, когда ее сыну всего три годика. Часто ли отцы, а тем более короли, воспитывают своих маленьких детей сами? Обычно берут новых жен, но у Эйегона такой надобности нет, у него итак есть еще одна жена, которая небось и ему самому в детстве к коленке подорожник прикладывала. Кому как ни Висенье воспитывать наследника престола?

I. Мачеха или мама Эйениса.

Да, он сын ее сестры и ее брата, не сама она его рожала, но все-таки это родная кровь и дитя общего брака. Висенья - это долг в первую очередь, но и поводов не любить сына своей сестры у нее нет. На чтобы там не пытался намекнуть Яндель в своей писанине, никакой конкретики о том, что Висенья испытывала к младшей сестре какие-то темные чувства - нету. Все как раз наоборот, она вместе с Эйегоном обрушивает Гнев Драконов после смерти сестры, и действие это, очень эмоциональное, говорит скорей о том, что младшую сестру Висенья любила. Как и младшего брата. Она ведь в первую очередь была именно сестрой, и лишь много позже женой и одной из двух жен. Нет ничего странного в теплых чувствах к младшей сестре, и так же спокойно можно представить, что и сына младшей сестренки, единственное живое о ней напоминание, Висенья тоже любила.
Воспитывает Висенья Эйениса кстати вполне дееспособным. Да, болезненный, да, слабый. Но все равно вполне живой, чтобы дожить до брачного возраста, до короны, даже собственных детей женить успевает. Вспомним о Ртути. Традиция класть яйца драконов в кроватки маленьких наследников скорее всего берет начало еще из Валирии. Это не только подарок, это еще и связь, и в каком-то смысле даже лечебный момент. Надо полагать, не мейстер такое посоветовал. Эйегон или Веларионы? Ну уж нет, если кто и решил поправить здоровье ребенка (а заодно пресечь все злые языки) таким ходом - то это Висенья. Значит за здоровьем ребенка тетя-мама все-таки следит. За воспитанием, надо думать, тоже. Более того, она еще и умудряется воспитать сына сестры вместе со своим сыном братьями, а не врагами.
После коронации Эйенис полагается на своего брата Мейегора даже больше, чем на свою тетю-маму и жену. Братья явно друг другу дороги. 5 лет разницы - это не погодки, соперничающие за внимание родителей. Тем более, что как раз внимание общего отца они могли получать поровну. Один - сын любимой жены и наследник, второй - сын, очень похожий на папу, радующий его подвигами на ратном поприще. Разногласия Мейегора с потомством старшего брата - это уже совсем другая история, конкретно у Эйениса он трон не отбирал, а пытался, как мог, ему помочь с правлением.
Были бы у этих двоих такие доверительные отношения, если бы мать Мейегора не любила Эйениса? Да ни за какие лимонные пирожки. Дети такое чувствуют, если бы Висенья ненавидела Эйениса или же ей было на него наплевать - точно так же вел бы себя и Мейегор по отношению к брату. Этого не происходит.
Более того, когда начинает вертеться вся эта игропрестольная похлебка к концу правления Эйениса, куда бежит старший из детей триумвирата? Кто принимает его со всей его семьей, кто дает ему советы? Кто за хворым королем ухаживает и почти ставит снова на ноги? Висенья. Темной Сестре между прочим уже немало лет, а она все равно способна еще проявлять материнскую заботу к чаду, которое сама даже не рожала. Да, в конце концов Эйенис все же умирает, но от очередного удара судьбы, а не от каких-то там ядов, приписываемых слухами Висенье. Желай эта женщина избавиться от Эйениса, она сделала бы это еще когда он был младенцем.

II. Мамочкин сын, но не до конца.

Висенья не горюет больше нужного, после похорон старшего ребенка она летит возвращать младшего. Потому что Висенья это пламя и кровь, а не кроткое подчинение под нападками врагов. В истории недовольства Септы она вместе с сыном ставит если еще не точку, то жирный абзац уж точно.
И в общем-то начальное правление Мейегора даже нравится Вестеросу. Он сильный, он похож на Эйегона, он летает на Балерионе, не в первый раз уже берет своих противников за яйца. Вот только делает он это все по советам матери, которая с ролью правительницы справлялась хорошо еще при живой Рейенис, а тут уже такая копилка опыта, что больше набралось только у Джейехаериса. Однако через какое-то время правление Мейегора начинает скатываться в открытое безумство, при еще живой Висенье, которая как-то уж очень тихо исчезает со сцены (где-то на два года до своей смерти). Причем случается это аккурат после того, как Мейегор очухался с помощью (или от, мало ли) чар Тианны. Тут конечно вопрос очень спорный, что там было на самом деле, одна ведьма пересилила другую, или же просто молодая и шустрая женка перевесила авторитет мамы. Однако именно Тианну, как мне кажется, стоит винить в отдалении Висеньи от сына. Что для выскочки вроде Тианны может быть препятствием? Одна жена короля уже списана списана со счетов (но и она потом погибает странными обстоятельствами), вторая же полностью в лапках Тианны (а возможно еще и между ног). Остается только одна женщина на пути к власти над Мейегором - это его мать. Так ли сложно убедить горячего головой взрослого мужика, который отбирает власть огнем и мечом у всех, кто противится, что ему просить совета у мамкиной юбки как-то уже не подходит по статусу?
И вот еще одно - за что в конце концов Тианну убил сам Мейегор? Сердце вырванное за сердце. Версий этого самого предательства, заслуживающего вырванное сердце, у меня лично три. Официальная от МИР-а (в котором он сам кстати и сомневается) - за то, что сделала Мейегора стерильным. Вариант бредово-шуточный - а если Тианна замучила Визериса, бывшего оруженосцем Мейегора, совсем без ведома короля, и поплатилась именно за это вырванное детское сердце (чувства к этому самому мальчику у дяди могли быть разные - мог в нем видеть умершего брата, мог в нем видеть такого желанного собственного сына, мог и просто иметь, а чувства уж потом приложились)? Ну и причина более глубокая и серьезная - Мейегор убил Тианну за то, что она убедила его отослать мать, тем самым лишив его самой главной поддержки. Может Мейегор даже и обвинил Тианну в убийстве Висеньи. Кто знает, однако факт - без поддержки матери, Мейегор превратился в то, что превратился.

III. Может или не может воспитание исправить человека.

Решила выделить этот вопрос отдельно, не вставляя в предыдущих двух пунктах свое мнение об этом постоянно. Потому что обвинять родителей в том, какое долбанутое у них выросло чадо - это проще простого. У Мартина вопрос воспитания вообще часто поднимается. А мы, фанаты, с завидной частотой спорим, виноваты ли Серсея и Русе в том, какие у них выросли изверги. В чем-то, разумеется, виноваты. Но с персонажами основной саги у нас имеются точные примеры, по которым можно с пеной у рта доказывать, где именно наделали ошибок выше обозначенные. Но даже так, я не согласна, что только лишь родитель отвечает своей головой за поступки детей.
Эйенис был слабым ребенком, Мейегор - слишком жестоким. Об этом нам говорит все та же пресловутая хроника, которая никаких капитальных отклонений у них в детстве не замечает. Эйенис не падал с каждой ступеньки, Мейегор не грозился отрезать конечности своему брату. Есть, конечно, эпизод про коня и конюха в стиле Горы, однако про детство он упомянут в единственном числе. Думаю, после такой выходки Висенья прописала своему восьмилетнему лбу по первое число так, что еще много лет за Мейегором особого безумства незаметно. Вот конкретно это я и считаю именно воспитанием. То что уже во взрослом возрасте один из детей не прислушивался к хорошим советам, а другой, женившись в третий раз, начал бедокурить по полной программе - это их собственные решения взрослых мужиков. Один слишком неуверенный и прогибающийся, другой склонный к безумству. Детство у них все-таки прошло спокойное, под пристальным внимание Висеньи (которой, между прочим, еще и править приходилось, по-настоящему так править, а не вино распивать, забивая на двух из трех детей болт). Чем могла, она им помогала, что могла хорошего в них воспитать, воспитала. Но на детях великих людей природа часто отдыхает, так вышло и с сыновьями Эйегона. Да, короли из этих сыновей вышли очень так себе, но мать у них была. Нельзя вешать ярлык "плохая" или "хорошая" на мать только потому, каких дел натворили ее дети в сознательном возрасте.
Висенья была лучшей правительницей, чем матерью, но и матерью она все-таки была неплохой.

Переброс вот отсюда
 
Последнее редактирование:

Dora Dorn

Кастелян
Три сестры и их серьги
Историю каждой из трех сестер стоит рассматривать не по отдельности, а в сравнении с двумя другими. Потому что только так в этих историях можно увидеть ту самую знаменитую мартиновскую справедливость.

Начну, пожалуй, с Рейны. Скромная, мягкая, послушная, с округлой фигурой - словом, воплощение всего, что андальская культура требует от женщины. Такой бы замуж да детишек рожать, но коли хочет девица в септы - и так сойдет, особенно если политическая ситуация того требует. Личные стремления Рейны идеально вписались в окружавшую ее обстановку и только поэтому без труда осуществились. Не погибни Дейрон в Дорне - отправляться бы ей в промозглый Браавос за иноверца, и кто знает, как тогда сложилась бы ее жизнь. Но трон занял Бейлор, и Рейна буквально получила свое счастье на блюдечке.

Можно называть это везением... Вот только есть у меня один вопрос. Стать септой Рейна мечтала в юности. Мы не знаем, сколько она прожила - мы вообще не знаем ничего о ее жизни после освобождения - но то, что со временем представления человека о своем счастье могут поменяться - факт. Не пожалела ли Рейна о сделанном в молодости выборе? Кто знает. Ни о жизни благочестивых септ, ни их сожалениях хронисты в своих трудах не пишут, да и обратной дороги у септ все равно нет.

Дейна. Сильная, прекрасная, своенравная Дейна, уверенная, что ее предназначение - быть королевой. Но уже то, как она определяла содержание этой высокой роли - кататься на драконе - говорило о том, что она ее не заслуживала. И впоследствии Дейна не раз доказала это. Королевы не выносят проблемы своей супружеской жизни на всеобщее обозрение и не позорят своих королей. Королевы не требуют для себя позволения биться на ристалище они просто идут и бьются. И королевы не рвутся к своей короне не мытьем так катаньем через позор своих родичей, рожая бастардов от мужей других - настоящих - королев и униженно дожидаясь, пока их отпрыска узаконят и стравят с законным. Королевы никому не доказывают, что они королевы. Они просто являются ими, как это делала небезызвестная леди Дрифтмарка, и считают это достаточным.

Чем усерднее Дейна гналась за королевским титулом, чем дальше она от него отдалялась - и в итоге весь след, который оставила в истории эта сильная волевая женщина, свелся к стандартно-репродуктивному. По иронии судьбы это был одновременно и тот след, на который она изначально претендовала сама, и тот, который она заслуживала. На драконе Дейна покаталась более чем удачно, а уж король - извините - получился под стать королеве. Когда-нибудь он обязательно докажет, что он король... а мы пока займемся другими делами.

Элейна была еще более строптивой, чем ее сестра, но при этом намного превосходила ее в самодостаточности. Королевой красоты стать не светит? Ну и плевать, у меня уже есть корона. Заперли в башне? Брыкаться не будем, а вот переубедить попробуем. Восхищаясь Дейной и подражая ей, она оставалась самой собой и искала свое счастье. И бастардов родила от большой любви, а не честолюбия, и под Эйгоном оказалась вряд ли по большой страсти - ведь незаконное происхождение наследника Пламмов было идеальным средством для шантажа, которое скорее всего и позволило королю беспрепятственно присвоить их имущество. И когда пришел черед выбирать, Элейна снова выбрала путь, который вел вперед. Деймон был сыном ее любимой сестры, но что он мог предложить ей? Что ей могло предложить его окружение? Брак с достойным лордом? Достойным для Элейны был либо человек, которого она любит, либо человек, с которым можно говорить на равных и заключать справедливые сделки. Она была готова дать старику законного наследника в обмен на скорую свободу. Она была готова выйти за кузена из Пергаментов и рожать ему детей в обмен на государственный пост, которого она заслуживала, который давал ей возможность реализовать свои знания и способности на благо династии и который Дейрон не мог просто взять и отдать ей именно из-за таких, как Осгрей и ему подобные. По мнению которых она не служила своему королю, а нашептывала ему в ухо. Которые не станут говорить с ней на равных. Которые не привыкли заключать с женщинами справедливые сделки.

Оставив свою юность в Башне, Элейна слишком дорого оценивала свои свободу и личное достоинство, чтобы рискнуть ими ради короны давно мертвой, а главное - так и не научившейся ценить собственные свободу и достоинство Дейны. Она не стала рисковать и получила то, что заслуживала - долгую достойную жизнь, дело по призванию, почет и свободу.
 

Keymiam

Без права писать
Второй брак Мейегора или кто проболтался?

Долго я не могла разобраться, что же смущает в браке Мейегора и Алис Харроувей. Пока однажды до меня не допёрло, что брак-то был тайным! Кто о нём общественности-то рассказал?

Обратимся к фактам.

В 25 г. Мейегор ради мира со Святой Верой женится на Серисе, дочери лорда Хайтауэра, племяннице Верховного Септона. Однако в 39 г. тот же Мейегор полностью рушит достигнутое перемирие, объявив о тайном браке с Алис Харроувей, дочерью Лукаса Харроувея, свежеиспеченного лорда Харренхолла. Что любопытно, брак-то тайный, причём настолько, что обряд провела лично Висенья, так что огласки не должно было быть никакой. Почему тогда о браке становится известно? Будь Алис беременна, объявление потребовалось бы для признания ребенка. Но Алис не беременна. Надавила семья новой жены? Но, а как насчет давления семьи жены старой? У Серисы Хайтауэр крыша, какую в Вестеросе ещё поискать. Открыто обижать первую жену Мейегора, чьи родичи крышуют Цитадель и Веру, очень чревато, что дальнейшие события и показали. А вот открыто обижать Алис Харроувей - да, пожалуйста. Кто, в сущности, вообще эти Харроувеи? По информации об отрывке из сборника «Пламя и кровь» с LonCon, верховный септон не постеснялся публично назвать Алис «шлюхой Харровей». Если семья новой жены вынуждена стерпеть такой наезд и смириться с отъездом дочки за море, то семье, вероятно, не стоило и начинать выпендриваться.

Вообще обстоятельства тайного брака вызывают ряд вопросов. Ну, например. Висенья якобы провела церемонию сама, потому что септоны оказались все как на подбор порядочные и не соглашались венчать женатого мужика. Любопытно, как обеспечивали в данной ситуации тайну и молчание септонов? Или крутая Висенья всех, кто отказывался, немедленно приказывала прикопать в ближайшем лесочке? Тогда понятно, почему тайный брак очень скоро перестал быть тайным: церемонию-то Висенья провела, и сболтнуть никто из прикопанных ничего не мог, но поскольку септоны в столице вдруг все разом исчезли, Звездная Септа по заявкам молящихся была вынуждена провести расследование массовых прогулов сотрудников.

А если без стёба, вполне возможно, что ни родня Алис на Мейегора не давила, ни сам Мейегор не выходил на площадь с воплем: "Йеххх, охота мне вас всех, уродов, вогнать в ступор! Слушайте все и каждый - меня тут давеча маманя при одной жене тайно со второй обвенчала!"

По обыкновению посмотрим на последствия и прикинем, кому выгодно то, что произошло. Чем обязательно закончится женитьба Мейегора при живой Серисе на ещё одной жене, Алис? Конфликтом с Хайтауэрами и, разумеется, Святой Верой, как орудием Хайтауэров. Коий конфликт при взаимных счетах обязательно перейдет в полномасштабную войну, по чистой случайности уже в 41 г. не закончившуюся убийством всей королевской семьи. Можно ли предположить, что будет иначе? Нет, нельзя. Всеобщая сумятица совершенно неизбежна. Кто получит выгоду от гражданской войны? Таргариены? Однозначно нет. Хайтауэры? Учитывая драконов Таргариенов - тоже как-то вряд ли. Страна в целом? Даже не смешно. Если начнётся война, то прекратить её будет очень сложно. В принципе такая ситуация выгодна внешним врагам, чтобы ослабить страну, - но как раз внешних врагов в тот момент в раскладе и не просматривается. Собственно, именно поэтому война у вменяемых королей - довод именно что последний.

Но раз кто-то оповещает страну о женитьбе Мейегора, значит, это кому-то надо. Допустим, что гражданскую войну все-таки удастся не развязывать - как, собственно, и происходит. Для этого надо, чтобы власть решительно отделила себя от Мейегора и его нехорошего поведения. Мейегору придется покаяться и отречься от второй жены (что он, к его чести, делать отказывается) - ну или его с позором изгонят из страны, отлучив от власти. И вот это уже интересно - потому что изгнание брата короля (которому король, кстати, долго пытается сопротивляться) сопровождается передачей титула принца Драконьего Камня Эйегону, сыну Эйениса.

Вот здесь уже плюшки для заинтересованных лиц видны совершенно недвусмысленно. Мейегор как наследник Эйениса убран с дороги, Эйегон форева!

Ну что, все угадают, кому выгодно оповестить общественность о тайном двоеженстве Мейегора, или надо назвать имя из шести букв, первая и последняя А, пишется через два С?

В общем и целом, рассмотрим тогдашнюю ситуацию вокруг престола. Начнёс с Алиссы Велареон.

В общем Алиссу тоже понять можно: замуж выходила за наследника престола, детей рожала исключительно от него, почему вдруг теперь, когда муж благополучно сделался королем, наследник - не их общий сын, а младший брат короля? АбЫднА.

И если бы только это. В конце концов, у Мейегора детей как-то упорно нет, и шансов на развод со Староместом с Серисой (времена тёмные средневековые, разводов, тем более с влиятельными людьми, лишенные) нет тоже. Рано или поздно (скорее поздно, конечно, но хоть какое-то утешение) трон получит тот, кто его достоин его, Алиссин сын от Эйениса, пусть и после дяди, но у дяди наследников-то своих нет. Но ведь за ангельское терпение и уступки в вопросе интересов собственных детей следует получить хоть какую-то компенсацию.

А её, на минуточку, нет и не предвидится. Как мы помним, дети Алиссы, кроме Рейны-первенца, драконами при Эйегоне не награждены, - и Эйенис упорно ведет ту же политику. Мало того, дети Алиссы, включая Рейну, словно бы и не выставлены на брачный рынок.

Алисса, конечно, пытается делать что может, по-своему, по-женски. Вспомним, что на Драконьем Камне, где мирно доживает последние дни устарелый Эйегон, который всё ещё является королём, хоть и забившим на свои обязанности, он окружен внуками, которые смотрят ему в рот и внимательно слушают его байки о себе любимом. Визерису в момент смерти дедушки примерно 8, Эйегон старше Визериса по меньшей мере на год и соответственно младше Рейены, которой примерно 15, тоже по меньшей мере на год. То есть, от 9 до 14 лет на тот момент Эйегону-младшему. Надо думать, парень, которого упорно не пускают в наследники, уже многое понимает, в том числе задачу, прямо или скрыто поставленную мамой: делать так, чтобы дедушка любил, ценил, уважал и в завещании написал на первом месте или хотя бы просто не забыл там указать.

Внуки Эйегона обворожили, но не до такой степени, до которой нужно, чтобы он на старшенького престол переписал. Став королевой, Алисса остаётся при том, что её старший сын не кронпринц, драконов у детей нет и выгодных помолвок что-то нет тоже. Вспомним реакцию Кейтилин на известие, что отличная партия для Сансы может не состояться по каким-то там левым Недовым соображениям, - надо думать, Эйенису приходилось дома всё более несладко. Однако что бы ни делала Алисса, Эйенис в вопросе выдачи супругов и драконов отпрыскам, как, естессно, и всякий хороший отец, отказывает.

Дело плохо.

А Алиссу, к тому же, отодвинули от всяких политических дел, вот она и творит, что творит.

Гениальный шанс одним ударом изменить все сразу вдруг наверняка воспринят Алиссой как подарок богов и единственная в жизни возможность (и в некотором роде так и есть). Делом жизни Алиссы естественно является устранение Мейегора, поскольку, заведи он наследников, то шиш её детям, а не трон. Устранить не обязательно физическое, все-таки Эйенису он брат, и братья, похоже, друг к другу питают сколько-то братские чувства. Но если Мейегор сам, совершенно самостоятельно, идет на грандиозную глупость, почему не помочь общественности о ней узнать, тем паче, что эта жена, к ужасу Алиссы, может и родить? Всё довольно гуманно - не нужны кровь и смерть ни Мейегора, ни его второй глупой жены. Опять же Алисса по-женски вроде как защищает интересы жены первой - да эта дурочка Сериса ей ноги должна целовать, вместе со всем своим семейством.

С точки зрения политики работа чистая и даже элегантная. Ибо Алисса устраивает для главных вестеросских поборников Веры и приличного поведения натуральную шахматную вилку. Хайтауэры все в имидже, поэтому спустить на тормозах скандал со вторым браком Мейегора, разумеется, не могут. Даже если и захотят. Что в принципе возможно, если Висенья при некотором участии Мейегора с ними поговорит, обсудит и сделает пару дипломатических реверансов. Сериса, между прочим, не просто жена Мейегора. Она - будущая королева Мейегора. И никаких разговоров о разводе нет, так что, даже если Алис станет второй королевой, Сериса будет первой. А что, прецедент недавно был и в памяти свеж: Эйегон имел двух жен, почему Мейегору не быть с двумя женами? Тем более там - сестры, а здесь порядочные вестеросские мисс. Так сказать, облагороженный обычай.

Ещё одно очень важное обстоятельство состоит в том, что у Серисы нет не только детей от Мейегора, но даже и беременностей. Что очень, очень плохо для будущего династии. Если Висенья женит Мейегора на Алис не без ведома Хайтауэров, все в общем в рамках возможного компромисса. Сериса по-прежнему жена и будущая королева. А что до Алис, то будем посмотреть, удастся ей забеременеть от Мейегора или нет. Если да, то это сработает на руку не только Мейегору, Висенье и Харроувеям, но в некотором смысле и Хайтауэрам. Мейегор наследует слабому здоровьем брату, коронует двух королев, Серису и Алис, а после объявляет наследником собственного ребенка. Хайтауэры останутся у трона, невзирая на то, что наследник будет не от их девочки. Ну и ладно, зато их девочка станет королевой, а главное - семья при ней.

Если же Алис не удастся забеременеть, возможны варианты, поскольку брак вообще-то тайный и Вера вместе с Хайтауэрами о нём официально ну совершенно не в курсе. А семья Харроувеев не такая уж могучая (кто они вообще такие кстати), чтобы их кандидатка не могла выпить холодной воды в жаркий денёк и скоропостижно скончаться от простуды.

Но если история с тайным браком Мейегора выплывает на свет, Хайтауэры попадают в особо крупном размере, ибо они святы аки римский папа и сказать: "да ладно, Мейегор парень хороший, Серису любит, давайте пойдем навстречу трем любящим сердцам в виде большого исключения и устроим дубль-брак в традициях Таргариенов с вестеросскими поправками", - совершенно никак не могут, да и не хотят. И скандал с двоеженством Мейегора им по должности следует раздувать, а не гасить. Особенно приятно для Алиссы, что Хайтауэры при этом лично заколотят все гвозди в гроб взаимопонимания и взаимоподдержки с зятем и наследником престола. Если Мейегора заставят бросить Алис и остаться с Серисой, он ни Серисе, ни её родне этого не простит. А если Мейегор развернется и уедет из страны с Алис, бросив Серису и перестав быть наследником, он тем более Хайтауэрам этого не простит. Конечно, не простит он этого не только Хайтауэрам, но это слабое утешение. А что всего этого Хайтауэрам не простит ещё и Висенья, уже совсем запредельная тоска для поборников Веры. И уж конечно, ни о какой коронации Серисы, даже вместе с Алис, даже второй королевой, а не первой, больше не может идти и речи.

Да, но когда Алисса начинает по осени считать цыплят, они же выигрыш сложной партии, все оказывается далеко не так радужно, как она рассчитывала. Старшенький стал наконец принцем Драконьего Камня - читай наследником короля. Но и только. Драконов у детей, даже Эйегона, по-прежнему нет. Хороших партий у детей, даже Эйегона, по-прежнему нет. К тому же умная Алисса одним ударом восстановила против себя и Мейегора с Висеньей, и Хайтауэров, и, надо думать, собственного мужа.
 

Maximin

Наемник
Элейна Таргариен
Первая после Тианы Пентошийской женщина в Малом Совете (пусть и неофициально) и не абы на какой должности, она леди-казначей, т.е. практически третий человек в государстве. И это при незаурядном короле Дейроне, который, очевидно, уважал тётку и к её мнению прислушивался. Учитывая, что в правление Дейрона страна в целом смогла компенсировать баснословные траты правления Эйгона IV, то Элейна показала себя как отличный управленец. А это уже интересно. В мире ПЛИО не так много женщин, которые фактически занимали государственные посты и влияли на политику государства не только через интриги.
Несколько слов о происхождении Элейны. Дочь Эйгона III (одного из моих любимейших королей) и Дейнеры Веларион. По характеру - явно не в отца пошла, скорее в бабушку или деда. Целеустремлённая, себе на уме, при этом, видимо, в разумных пределах, ибо Непокорная у нас Дейна, а не Элейна. Она очень дорожила своим яйцом, что тоже её характеризует как чистого Таргариена по характеру.
Браки. Замуж выходила трижды, за весьма странных лордов. Пламм - не бог весть какой сильный лорд с Запада, Пенроз - влиятельный род ШЗ, но почему не Баратеоны тогда? Возможно, Баратеоны были в опале и для потомков Рейниры в первом поколении (Эйгон III и Визерис II) они не в чести. Но Элейна вышла замуж первый раз уже в правление Эйгона IV - вряд ли это уже имело значение. Но почему-то именно эти дома получают к себе таргариенскую принцессу с драконьим яйцом. Слухи о том, что отцом Визериса Пламма была Эйгон, на мой взгляд, не беспочвенны. Но в отличие от Дейны Элейна это всячески скрывает. Она - замужняя дама, а позже вдова, образец чести и достоинства и прочее) Хотя не стоит забывать и о том, что любовью всей жизни Элейны был Алин Окенфист - человек, вообще-то старше её отца) Но тем не менее именно с ним связываются наиболее трогательные страницы в биографии Элейны. Я не исключаю, что и он мог быть отцом Визериса (Алин пропал в 175 году, Визерис родился в 176 - вполне возможно, что Элейна уже была беременна на брачном ложе с Пламмом).
Брак с Роннелом Пенрозом кажется вполне счастливым. Четверо детей, нормальные отношения. Видимо, Роннел был человеком ведомым, в браке явно верховодила Элейна, которая за мужа решала вопросы финансовой политики Семи королевств. Интересно, что дети в этом браке названы нормальными вестеросскими именами (кроме последней дочери, с явным валирийским именем Лейна), а сын от Пламма - Визерис, видимо старый Оссифер с того света уже противиться выбору имени не мог).
Последний брак - с Манвуди. Мы знаем, что сир Майкл покорил принцессу игрой на арфе, но здесь, мне кажется, не всё так просто. Манвуди - не последний дом в Дорне, их замок к тому же рядом с марками. Майкл Манвуди назван в числе вернейших сторонников короля Дейрона и королевы Мирии. Чувствуется политический смысл этого брака - Дейрон даёт понять, что союз с Дорном для него очень важен. По сути он заключает не двойной (Дейрон-Мирия и Дейнерис-Марон), а тройной (+ Элейна - Майкл) брак с Дорном. Не спроста. К тому же Манвуди показан как образованный и очень умный человек - хорошая партия для принцессы с семью детьми на руках.
Влияние. Как уже говорилось, я считаю, что Элейна обладала большим влиянием на племянника и занимала его сторону в конфликте как с отцом, так и потом с побочным братом. Элейна в зрелых летах видится мне хитрой, отчасти коварной, но не импульсивной женщиной, которая давно сделала свой выбор и с ним идёт до конца. Уверен, у неё были хорошие отношения с Бринденом Риверсом, который такой же хладнокровный и твёрдый во взглядах. В книге есть информация, что Визерис Пламм пошёл на сторону Блэкфайера, что делает ситуацию не такой однозначной. На мой взгляд, он пошёл против воли матери, т.к. мы видим Элейну в окружении Дейрона и нет оснований считать, что ей пришёлся по душе Деймон) Таким образом, конфликт матери и сына вполне возможен, и он, конечно, повлиял на жизнь принцессы.
Наследие. Принцесса Элейна была человеком своего времени - времени расцвета Вестероса Таргариенов, лишённых драконов, но сохранивших силу. Она показала себя как умелый управленец и хороший политик, при этом была интересной женщиной с богатой любовной историей и семью детьми от трёх мужчин. Встав на сторону Дейрона (повторюсь, так это вижу я), Элейна пошла против своей сестры Дейны, против наследования трона потомками Эйгона III. Но она выбрала мир и процветание королевства, что говорит о её мудрости и зрелости. Став главным казначеем страны в не самую спокойную с финансовой точки зрения эпоху, она сумела выправить ситуацию, и к "Межевому рыцарю" мы видим явно окрепшее королевство.
Нам неизвестно, когда скончалась Элейна. По всей видимости, в правление Дейрона или Эйриса. Поскольку об этом ничего не говорится в источниках, то вероятнее всего она умерла спокойно, своей смертью в Королевской Гробнице или Королевской гавани. Неясно, являются ли нынешние Пенрозы её потомками, но вот Эйлинор Пенроз, жена Эйриса I, таковой не была, если верить информации от близких к Мартину лиц. Визерис Пламм продолжил род, и в основной саге мы видим его потомка Бурого Бена, который, я уверен, ещё сыграет свою роль в сюжете.
Таким образом, для меня Элейна Таргариен пример редкого в мире ПЛИО типа женщины-политика. Не интриганки, не матери, не распутной вольнолюбицы (хотя всё это есть в Элейне тоже), а в первую очередь женщины, думающей головой, думающей о благе своей семьи и всего королевства.

PS:
моё скромное видение данного персонажа. Возможно, у вас сложилось о ней другое мнение)))
 

Orys

Лорд
Лисенийский гамбит - пошаговая инструкция по свержению королевы.

Ранее, я собирался расписать одну теорию по Танцу, а сейчас, наконец, собрался с мыслями, так что ловите обещанную простыню. Как я уже писал сиру Нимврод , еще при первом прочтении ПиК, у меня возникли серьезные вопросы к действиям одного персонажа, во время всем известных событий в КГ. Подозрения к делу как известно не пришьешь, только факты, но теперь ПЛиКР обильно набросал мне дровишек, так что приступим. Сперва будут действия персонажей и комментарии к ним, все выводы потом.

Эпизод I.
Рейнира, Мисария и Крапива

Но королева Рейнира не стала действовать сразу, а послала за Мисарией, шлюхой и танцовщицей, которая была её мастером-над-шептунами во всём, кроме имени. У Мисарии была бело-молочная кожа, она предстала перед королевой в плаще с капюшоном из чёрного бархата, по краям вышитого кроваво-красным шёлком, и смиренно склонив голову, выслушала вопрос королевы - полагает ли она, что сир Аддам и Крапива замышляют предать её? Затем Белый Червь подняла глаза и мягко сказала: «Девушка уже предала Вас, моя королева. Уже сейчас она делит ложе с Вашим мужем, и достаточно скоро у неё в чреве будут бастард от него».

Септон Юстас пишет, что королева Рейнира пришла в страшный гнев. Голосом, холодным как лёд, она повелела сиру Лютору Лардженту отправиться с двадцатью золотыми плащами в Драконье Логово и заключить под стражу сира Аддама Велариона. «Сурово его допросите, и тогда, конечно, мы узнаем, верный ли он человек или предатель». Что до девицы Крапивы – «Она мелочь, от которой смердит колдовством», сказала королева. «Мой принц никада (ne’er) бы не лёг в постель с низкой тварью. Вам достаточно взглянуть на неё, чтобы понять, что в её жилах не течёт ни капли драконьей крови. Она чарами привязала к себе дракона и то же сделала с моим лордом-мужем». Нельзя было полагаться на принца Деймона, пока он оставался рабом девчонки, сказала Её Милость. Поэтому приказ следует отослать в Девичий Пруд, но только лорду Мутону: «Пусть он отрубит ей голову, когда будет за столом или в постели. Только тогда мой принц будет свободен».

Эпизод, конечно, феерической глупости со стороны Рейниры (его стоит перечитывать до посинения всем, кто считает, что Рейнира не ревновала мужа). Пу-сути Рейнира приходит к Мисарии с уже сложившимся мнением по вопросу (тот самый бред о колдовстве) и хочет что бы Мисария подтвердила ее опасения, или же попыталась опровергнуть их. Мисария - ее мастер над шептунами де-факто, и она зачем-то... полностью подтверждает все опасения королевы на счет Крапивы (и косвенно на счет бастардов вообще). Подозрения явно ошибочные, ни Крапива, ни Аддам измену не замышляли. Но Мисария этого Рейнире не говорит.

И знаете, что хуже всего?
Если, как тут многие обосновано предполагают - Кропива - это дочь Дэймона, то:
Во-первых Мисария должна была это с очень высокой вероятностью знать, не только как полуофициальная и многолетняя любовница Дэймона и его наперсница по всяким темным делам, но и как мастер-над-шептунами. Даже если предположить вариант "ревности" - то проверить прошлое внезапно возникшей соперницы и поискать в нем темные хвосты - это первое дело в таких случаях, особенно если у тебя "свои люди в каждом борделе, кабаке и замке", как сказано о нашей бледной шептунье.
Во-вторых приказ об убийстве (дочери Дэймона?), посланный Рейнирой в Девичий пруд, в случае, если бы его удалось исполнить - смертельно рассорил бы Дэймона и его жену. И даже, возможно Дэймона с Мисарией (но только, если Рейнира успеет рассказать ему о том как она дошла до такого решения :sneaky:). Если вариант с дочкой правда - то это вообще полная катастрофа для взаимоотношений пары Дэймон-Рейнира.

Эпизод II
Веларионы и их люди


По давнему обычаю, хотя бы одному драконьему всаднику полагалось пребывать в Логове, дабы он мог встать на защиту города, появись в том нужда. Сей долг выпал Аддаму Велариону, поскольку сыновей Рейнира желала держать при себе.
Когда сир Лютор Ларджент и его люди с указом королевы въезжали на холм Рейнис, перед ними распахнулись двери Логова – и Морской Туман расправил светло-серые крылья и взлетел, исторгая из ноздрей дым.
Заподозренный в измене Аддам Веларион сбежал, прежде чем его успели подвергнуть допросу с пристрастием. Его бегство доказало его вину, нашептывала Бледная Пиявка. Лорд Селтигар ей поддакивал
Опять мы видим ту же картину, что и в эпизоде номер один. Мы с вами знаем, что Аддам из Халла точно не предатель, более того, мы (постфактум) знаем, что его нахождение в столице могло бы уберечь Драконье логово и находившихся в нем драконов от последствий кровавого народного бунта. И тем не менее Рейнира науськиваемая окружением (и особенно Мисарией) лишает себя последнего драконовсадника, который оставался в столице и мог дежурить в драконьем логове. Сама Рейнира не может - ей нужно сидеть в Красном Замке и править оттуда страной, а Джоффри она из-за своих материнских инстинктов не отпустит - это все знать.

И вот тут снова встает вопрос, как и в первом пункте - Мисария такая дура, что не понимала, что Аддам не изменник, а главный гарант безопасности столицы, или сделала это специально?

Отдельный вопрос то, что в этом эпизоде тоже вышла осечка, как и с Крапивой - если бы все пошло так, как должно было идти при таком развитии событий, то Аддама просто запытали бы до смерти в подвалах Красного замка. Итого предположим Аддам умер на дыбе, Крапива убита по приказу Рейниры: это минус 2 драконьих всадника.

Аддам спасся, но в итоге по последствиям для Рейниры тоже вышло неплохо: логово осталось без оперативной драконьей защиты, а сама Рейнира посорилась со своим десницей (которого бросила в тюрьму) и великим мейстером (которого отослала на Драконий камень, сказав, что не хочет его видеть, хоть и обязана ему многим - например своей жизнью).

Сира Аддама Велариона предупредили как раз вовремя, дабы он успел совершить побег. Не выполнивший свой долг сир Лютор во гневе немедленно вернулся в Красный замок и ворвался в Башню десницы. Он схватил пожилого лорда Корлиса и обвинил его в измене. Старик сего не отрицал. Связанного и избитого, но всё ещё хранившего молчание, его бросили в подземелье, в каменный мешок – ожидать суда и казни.
Герардис отрицал какое бы то ни было своё участие в предательстве лорда Корлиса. Памятуя о его долгой и верной службе, королева не бросила его в темницы, а лишь вывела его из Чёрного совета и отправила обратно на Драконий Камень. Она сказала Герардису: «Я не думаю, что вы солгали мне в лицо, но я не могу держать вокруг себя людей, которым не доверяю полностью, а когда я вижу ваше лицо, то вспоминаю только то, как вы защищали девицу Крапиву».

В общем история Аддама и Кропивы, кроме всего прочего стоила Рейнире двух преданных и важных советников. Итак, Корлис в темнице, Герардис пакует чемоданы на ДК, а в это время в столице:

Повелев взять под стражу Аддама Велариона, она потеряла не только дракона и наездника, но и своего десницу… А ведь большая часть воинства, отплывшего с Драконьего Камня завоевывать Железный трон, состояла из людей, присягнувших дому Веларионов. Как только стало известно, что лорд Корлис томится в темнице под Красным замком, они принялись покидать королеву сотнями. Некоторые уходили на площадь Сапожника, примыкая к толпам, собравшимся подле Пастыря, иные же выбирались через боковые ворота или даже через стены, намереваясь вернуться на Дрифтмарк.
Армия удерживающая для Рейниры столицу массово дезертирует, или уходит к Пастырю, а верность ее колеблется. Как укрепить боевой дух оставшихся солдат Веларионов? Нет ничего проще! Надо просто...

Об их намерениях леди Лисарии донесла шлюха, с которой делил постель сир Торон, и несостоявшиеся вызволители были схвачены и повешены. Два рыцаря умерли на рассвете, дергаясь и извиваясь у стен Красного Замка в петлях, сдавившим им шеи.
публично повесить на стене замка двух капитанов Веларионской армии. Ну... что бы ... эээ... поднять боевой дух их товарищей, да?
Доносчицей, как видим, в этом случае была Мисария и ее агент... :rolleyes:

От массового дезертирства в армии Веларионов - это почему-то столицу не спасло...

Эпизод III
Смерть Хелейны и слухи в столице

Итак, наступает страшный для всей КГ день и принцесса Хелейна выпадает из окна.
Почему же королева Эйгона, проведя полгода в пленении, должна была выбрать именно эту ночь для сведения счетов с жизнью?
Септон Юстас полагает, что леди Мисария, Бледная Пиявка, выбрала эту ночь, чтобы поведать Хелейне о смерти ее сына Мейлора и ужасных обстоятельствах его кончины, хотя что за причина у нее была для этого, кроме простой злобы, вообразить трудно.
Опять Мисария... И долго же она ждала, что бы сообщить Хелейне уже весьма устаревшую новость о сыне! Есть еще альтернативные версии гибели Хелейны, но в свете всего показанного ранее, они уже не кажутся настолько убедительными, правда? Впрочем, они и не были особо убедительными сами по себе. Мартин похоже дал нам 2 явно неправдоподобные версии, и одну верную, сопроводив ее однако оговоркой про неясные мотивы Мисарии. О мотивах - потом.
Грибок утверждает, что Хелейна была на сносях после того как ее денно и нощно пользовали словно простую шлюху, однако это объяснение стоит доверия настолько же, насколько и его байка о Королевах-из-Борделя, которой, нужно сказать, не стоит доверять вовсе. Великий мейстер Манкан верит, что ее на сей поступок подвиг страх, вызванный видом смертей сира Торона и сира Дениса, однако же если молодая королева и знала этих двух мужчин, то лишь как тюремщиков, и нет свидетельств, что она лицезрела их казнь.

Итак... Единственный дежурный драконовсадник из столицы убыл, Веларион в темнице, его войска разбегаются (особенно после глупых публичных казней на стене замка), тут из окна при подозрительных обстоятельствах вываливается Хелейна и... столица начинает тлеть бунтом:

Толки о тамблтонской бойне тем временем расползались по городу… а вместе с ними и ужас. Люди уверяли друг друга, что следующей станет Королевская Гавань. Дракон будет биться с драконом, и на сей раз столица уж точно заполыхает.
в ту роковую ночь еще более темные слухи пересказывали на улицах и переулочках Королевской гавани, в тавернах, борделях и кабаках, даже в священных септах. Королеву Хелейну убили, ходили шепотки, как ранее – ее сыновей. Принц Дейрон и его драконы скоро будут у ворот, и с ними придет конец владычеству Рейниры. Старая королева предрешила, что ее молодой единокровной сестре не должно жить и упиваться ее падением – и послала к ней сира Лютора Ларджента. Он схватил Хелейну огромными грубыми ручищами и выбросил из окна на шипы внизу.

Можно вопрошать, откуда пришел сей ядовитый навет (ибо это весьма определенно был навет)?
Откуда взялся навет - предлагает свой ответ Грибок. Но нам тут интересна скорее выдвинутая Грибком формула:
«Человек, собирающий шепотки столь же хорошо может их распространить».

... что если применить эту формулу не только к Ларису Стронгу, но и к "мастеру-над-шептунами во всем кроме имени" по имени Мисария? :sneaky:

Эпизод IV
Восстание и бегство.


Идем дальше. В столице загорается восстание, однако... мастер-над-шептунами Рейниры об этом была якобы не в курсе, несмотря на то, что у нее: "были глаза и уши как в каждом борделе, в каждой пивной, в каждой забегаловке Королевской Гавани, так и в залах и спальнях могущественных лордов". Во всяком случае Рейнира о начале грядущей бойни предупреждена не была. Видимо ее мастер-над-шептунами не знала об этом, или была чем-то очень-очень занята? (например разговором по душам с Хелейной?) В итоге верные Рейнире военные силы выходят в город и попадают в засаду на площади Сапожника.

Зато на следующий день, когда эффект внезапности уже утерян, Мисария находится во всеоружии и в открытую газлайтит и так полупарализованную страхом Рейниру, доламывая ее волю к сопротивлению:
К закату Рейнира Таргариен постигла, что напасти сыплются на нее со всех сторон, и все ее правление обернулось крахом. «Королева всплакнула, когда ей рассказали, какой смертью погиб сир Лорент, — свидетельствует Грибок, — но тут же пришла в ярость, услышав, что Девичий Пруд перешел к противнику, девица по прозванию Крапива бежала, а собственный возлюбленный супруг предал ее. Рейниру охватила дрожь, когда с приходом темноты леди Мисария предупредила ее, что грядущая ночь будет еще страшнее прошедшей.
Отношения Рейниры с Дэймоном похоже разрушены с обоих сторон, теперь уже она обвиняет его в измене. Мисария зато, на следующий день демонстрирует не слепоту к надвигающейся буре, а удивительную прозорливость:

С заходом солнца весь сброд Королевской Гавани опять вылез из своих подвалов, нор и крысиных ям. И было их намного более, нежели прошедшей ночью.
За день до этого Мисария якобы не знала про готовящийся бунт, но на следующий день оценила масштабы так точно... будто сама его раздувала.

И газлайтинг Рейниры тоже имел свои плоды:
Когда принц Джоффри стал умолять мать разрешить ему выехать с придворными рыцарями и воинами Белой Гавани, королева отказала.
Раз они захватили тот холм, то наш будет следующим, – сказала она.
– Нам понадобится каждый меч, дабы защитить замок.

Они убьют драконов, – страдальчески произнес принц Джоффри
Учитывая истерику Рейниры по-поводу сыновей и панику из-за запоздалых сообщений Мисарии - нетрудно было предсказать и ее реакцию - сидеть в замке на попе ровно, пока не станет слишком поздно.

А потом:
Выжившие золотые плащи отступили в казармы
Дальнейшее нам всем хорошо известно...
На следующий день, пережившая эту кошмарную ночь Рейнира с небольшой свитой самых приближенных людей бежит из Красного замка, и тут наступает момент истины:
Грибок остался в замке, как и другие советники; среди них леди Мисария и септон Юстас. Оборону замка вверили сиру Гарту Заячьей Губе, капитану золотых плащей на Драконьих воротах
Королева слита, королева Мисарии больше не нужна. По факту, те, кому к этому моменту еще была нужна Рейнира - уехали вместе с ней. И их было немного. Мисарии среди таковых не оказалось - она Рейниру уже списала. Каждый ее совет королеве, каждое ее действие в последние дни перед падением столицы - ощутимо ухудшал положение Рейниры и подрывал ее власть. И теперь, когда королева фактически пала - Мисария спрыгнула с тонущего корабля.

Тут в этой истории можно ставить точку. Но, хотелось бы понимать причины, правда? Зачем и почему она все это сделала, и на что расчитывала?

СЛЕДСТВИЯ И ПРИЧИНЫ
Докопаться до причин слива Рейниры ее собственным мастером-над-шептунами гораздо сложнее, чем просто констатировать факт такового слива. Однако некоторые соображения и предположения все-таки можно выдвинуть, на основе фактажа, который дал нам Мартин.

Первое, что приходит на ум, это ее сговор с зелеными, правда? Но эту версию, приходится так же быстро отвергнуть из-за имеющихся фактов. Мисария принимала участие в убийстве Джейхериса - наследного принца зеленых. Один из нанятых ею людей попался, и под пыткой раскрыл участие Мисарии в этом преступлении. И она об этом знала. Извините, но такое не забывается и не прощается - ни за какие последующие заслуги. Мисария не могла быть столь наивна, что бы верить, что ей это вот простят и забудут. Но, даже если отрешиться от убийства принца Джейхериса - остается недавний разговор по душам с Хелейной, после которого та отправилась полетать в окно. Скрыть участие в этом эпизоде тоже не удасться, и коль скоро упоминание сохранил Юстас - знать об этом могли многие. И Алисента Хайтауэр выйдя на свободу, понятное дело не забудет и не простит. В общем... при зеленых Мисарии не светило ничего, кроме жестокой, позорной смерти (как в итоге и вышло), и сама Мисария не могла быть настолько наивна (на уровне Сансы идущей к Серсее, не меньше), что бы этого не понимать.

И она понимала (это станет видно дальше), поскольку пыталась сбежать, когда кое-что пошло не так, и Красный замок достался конкурирующей с ней конторе Лариса Стронга и ко.

Оборону замка вверили сиру Гарту Заячьей Губе, капитану золотых плащей на Драконьих воротах, но сир Гарт, как скоро стало ясно, взялся за это дело без особого воодушевления. Не прошло и полдня после отъезда ее милости, как сир Перкин Блоха со своими трущобными рыцарями явился к воротам и потребовал сдать ему замок. Хотя войско Блохи превосходило оставленный королевой гарнизон числом десять к одному, защитники замка могли бы и оказать сопротивление, но сир Гарт предпочел спустить знамена Рейниры, открыть ворота и сдаться на милость неприятеля.

Блоха ему никакой милости не оказал. Гарта Заячью Губу притащили к нему и обезглавили вместе с двадцатью другими рыцарями, сохранившими верность королеве. Среди них был и сир Хармон Камышовый, прозванный Железотрясом, один из Семи Всадников. Не пощадили и госпожу над шептунами Мисарию из Лиса, невзирая на ее пол. Бледную Пиявку схватили при попытке бегства и погнали обнаженной через весь город от Красного замка к Божьим воротам, нещажно бичуя при этом. Если бы она дошла живой до ворот, сир Перкин обещал пощадить Мисарию и отпустить на все четыре стороны. Мисария сумела одолеть только половину этого расстояния и умерла на брусчатке, и на спине у нее едва ли остался хотя бы один нетронутый кнутом клочок белой кожи.
Как видим из всех оставшихся в замке, одна Мисария попыталась сбежать (но ее поймали), т.к. она понимала что с ней сейчас будет, в то время как остальные по глупости и незнанию надеялись на милосердие. Из этого очевидно, что Мисария вовсе не собиралась попадать в руки криптозеленых протеже Лариса из банды Перкина Блохи, а значит и не состояла с ними в каких-то соглашениях. У нее была своя игра, а Ларис был конкурирующей фирмой.

Т.е., если Мисария покинув свиту Рейниры осталась в замке, то вовсе не с расчетом на то, что Красный замок вскорости попадет в руки Лариса и Алисенты. На что же она расчитывала: Отсидеться под защитой гарнизона? Пока не случится что...? Вот это интересный момент, я предлагаю его запомнить, и использовать потом.

Есть еще не менее любопытный момент в части касающейся Пастыря:
«Ложный король и королева-шлюха сгинут со всем своим добром и демонические твари будут стёрты с лица земли», гремел Пастырь.

Т.е., если идти строго по тексту, то для Пастыря Эйгон II незаконный король, король ложный. А Рейнира, надо полагать законная, но плохая. Шлюха, потому что. Вы меня простите, но это что угодно, только не политическая пропаганда зеленых. Да и по тексту потом очевидно, что зеленые ставили на Перкина Блоху и его людей.
А пока идем дальше.

Второе, что возможно предположить - это зов Родины. Мисария лисенийка, так что сугубо теоретически, можно было бы увидеть за ее действиями так сказать руку лисенийской разведки (Лис - как раз воевал против Рейниры), однако в тексте на это нет ни намека (или я их там не обнаружил, во всяком случае). Кроме того, ее многолетняя связь с Дэймоном (даже в то время, когда он воевал на Ступенях) вроде бы делает такой вариант маловероятным. Хотя кто знает... Если кто-нибудь найдет пруфы под эту версию - буду весьма благодарен.

Наконец, что бы выдвинуть еще один вариант мотивации Мисарии, приходится внимательнее изучить ее действия, и то, к чему они вели. Причем не только в реальности, но и в задумке. Мы, видели, что некоторые ее пакости не реализовались в полную мощь, например Аддам сбежал, Крапиву спасли Муттоны и т.д. и потому реальные последствия могли серьезно отличаться от задуманных Мисарией. Значит, чтобы понять, что она хотела, нужно изучать не только то, что реально получилось из ее действий, но и что могло/должно было получится пройди все задуманное идеально.

Итак:

- В интриге Девичьего пруда, явно целили в смерть девицы Крапивы от рук Муттонов и по приказу Рейниры. Крапива скорее всего дочь Дэймона, и когда Мисария подтолкнула Рейниру ее казнить, это вероятно обернулось бы сожжением Пруда огнем Караксеса и полным разрывом Дэймона с делом Рейниры.

Разъяренный и ослепленный горем принц ломанулся бы первым делом в Королевскую Гавань, разбираться по поводу смерти дочурки. И что бы встретило его в столице?

- Аддам Веларион замучан в подземельях замка;
- Туда же брошен Корлис, его войска дезертировали, его люди казнятся Рейнирой;
- Хелейна выпала из окна, в столице начался мятеж;
- Драконы в Логове перебиты толпой;
(итого, у черных под седлом остался только Караксес и может быть Сиракс, если переживет ту страшную ночь. Или вообще только один Караксес);
- Рейнира в худшем случае погибла, пытаясь усмирить толпу, в лучшем случае сбежала в неизвестном направлении.
- Остатки Золотых плащей (лояльных лично Дэймону) загнаны в их казармы;
- Красный Замок удерживает небольшой гарнизон, под командованием одного из золотых плащей;
- Мисария в Красном Замке :rolleyes: - здравствуй дорогой, я тебя ждала, тут твоя женушка совсем крышей протекла...

Куда ведет нас эта дорожка? Правильно, к вполне очевидному взятию власти в столице Дэймоном, причем вовсе не в интересах жены. Между ним и Рейнирой теперь пролегла кровь. У него единственный строевой дракон черных (есть еще мелкий дракон у его дочери), ему лоялен гарнизон замка и остаки золотых плащей, в первую очередь за ним шли речные лорды, он... имеет возможность договориться (хотя бы на время) с драконьими бастардами в Тамблтоне, как раз замыслившими очередную измену, отплатив им... да чем угодно, хоть Хайгарденом, хоть Утёсом Кастерли, хоть Штормовым пределом, как уже предлагалось ранее - Дэймон никогда не стоял за ценой.

Железный трон к тому времени, уже достаточно расшатан, что бы на него пытались претендовать канавные претенденты вроде Тристана Труфайра, или головореза Хью Молота - так что Дэймон со своими правами на их фоне просто истинный король :devil laugh: и вряд ли его восшествие вызовет переполох. Страна уже многое повидала за предыдущий год, так что когда Дэймон добьет оставшихся врагов и принесет в страну мир - увидит в нем и короля. А Мисария, возможно, из полуофициальной фаворитки принца-консорта, наконец, сможет стать его королевой... если не уже.

Вы же помните ее красный с черным плащ, в цветах Таргариенов, в котором она щеголяла перед Рейнирой? На англофорумах уже успели соорудить кучу теорий на тему "Мисария тоже дочь Дэймона" - даже хронологически все это чушь. Но и гербовые цвета для фаворитки принца - это, конечно, черезчур. В общем плащик-то может быть с секретом. Или указанием на будущие амбиции Мисарии стать женой Дэймона... или на то, что она когда-то уже ею стала...
да, в Вольных городах, и хоть по валирийскому, хоть по пентошийскому, хоть по лисенийскому обряду. Вполне в духе Дэймона. В конце-концов и Мэйгор был многоженцем, и Эймонд был фактическим многоженцем (этот видимо перед старыми богами Элис взял), почему бы так похожему на них Дэймону тоже не оказаться многоженцем? Но эта часть лишь теория, я на ней не настаиваю, просто как вариант привожу.

Где Мисария просчиталась? Крапиву Муттоны не убили, гнев Дэймона был в итоге не настолько силен, что бы все бросить и мчаться в столицу (хотя и после провала дела в Девичьем пруду Мисария могла расчитывать, что ее герой-любовник выйдет победителем из боев с Эймондом и триумфатором вернется в Королевскую гавань), а в столице оказались слишком прыткие конкуренты - только Рейнира за порог, как оставленные ею бараны сдали замок, а шустрый Стронг, тут как тут выскочил со своими рыцарями канавы. И эта, последняя ошибка (расчет на стойкость гарнизона Красного замка) стоила Мисарии жизни.

Вот такая вот банальная история о том, как две горячие женщины не поделили одного принца.

UPD.: Буду благодарен за помощь в допиливании напильником вышеприведенных теорий.
 
Последнее редактирование:

Багровый Ястреб

Знаменосец
Апология Защитника Державы
"Я вас приветствую. Хррр. Хрррр. Ххуррагх"(с) Иван Кошкин
Сегодня я хотел бы сказать несколько слов в защиту одного из самого оболганных фэндомом персонажей Джорджа Мартина - принца Эймонда Одноглазого!
Каково стереотипное представление этого человека ? Поехавший маньяк на огромном драконе, который ни за что ни про что убивает своего племянника Люцериса, сжигает "ни за что, ни про что" Речные Земли и погибает в поединке с со своим дядей, принцем Деймоном.
Что интересно в этом представлении - то, что в нём (почти как у булгаковского Воланда) всё, кроме последних слов - неправда.
Как принц Эймонд потерял глаз? Перечтём "Пламя и Кровь". Эймонд тайком, опасаясь, что ему, как десятилетнему малышу, запретят оседлать дракона, шёл к Вхагар. Его заметил трёхлетний Джоффри "Веларион" и стал требовать от него вернуться обратно. Эймонд просто спихнул своего племянника в кучу драконьего помёта и оседлал дракона. Дело этим не ограничилось - Эймонд сделал свой круг почёта на драконе, вернулся и обнаружил, что Джоффри успел наябедничать своим братьям и те явились, вооружённые деревянными тренировочными мечами - а старшие братья Джоффри, Джекейрис и Люцерис были крепкими, физическими развитыми мальчиками (6 лет Джекейрису, 5 лет Люцерису и 3 года Джоффри и 10 - Эймонду). Эймонд, что его характеризует, не скомандовал своему дракону "дракарис" и не улетел, а вступил в схватку с ними троими и одолел их, после этого назвав их истинного отца - стражника Рейниры Харвина Стронга. Трое племянников не смирились с поражением и снова напали на дядю - и на этот раз Люцерис достал кинжал и ткнул Эймонда в глаз. Так впервые в своей жизни принц Эймонд выбрал вилку в глаз. Разумеется, что "Отрада Королевства", потребовала "с пристрастием" допросить (старый эвфемизм для пыток) 10-летнего мальчика, только что потерявшего глаз. Визерис прекратил всякие попытки беспристрастного разбора дел, услышав, что Эймонд назвал своих племянников "Стронгами".
[
The prince had hoped to mount Vhagar in secrecy, but a he crept up to the dragon a boy’s voice rang out. “You stay away from her!”
The voice belonged to the youngest of his half-nephews, Joffrey Velaryon, a boy of three. Always an early riser, Joff had sneaked down
from his bed to see his own young dragon, Tyraxes. Afraid that the boy would raise the alarm, Prince Aemond shouted at him to be quiet, then
shoved him backward into a pile of dragon droppings. As Joff began to bawl, Aemond raced to Vhagar and clambered up onto her back. Later he
would say that he was so afraid of being caught that he forgot to be frightened of being burned to death and eaten.
<...>
But when he landed, Rhaenyra’s sons were waiting for him.
Joffrey had run to get his brothers when Aemond took to the sky, and both Jace and Luke had come to his call. The Velaryon princelings were younger than Aemond—Jace was six, Luke five, Joff only three—but there were three of them, and they had armed themselves with wooden swords
from the training yard. Now they fell on him with a fury
. Aemond fought back, breaking Luke’s nose with a punch, then wrenching the sword from
Joff’s hands and cracking it across the back of Jace’s head, driving him to his knees. As the younger boys scrambled back away from him, bloody
and bruised, the prince began to mock them, laughing and calling them “the Strongs.” Jace at least was old enough to grasp the insult. He flew at
Aemond once again, but the older boy began pummeling him savagely… until Luke, coming to the rescue of his brother, drew his dagger and
slashed Aemond across the face, taking out his right eye.

<...>
Princess Rhaenyra would have none of that, but insisted that Prince Aemond should be questioned “sharply” until he revealed where he had heard her sons called “Strongs.”
]

С началом гражданской войны, развязанной своеволием, деспотизмом и властолюбием Рейниры, Эймонд выполнил ответственную миссию по привлечению на сторону законного правительства Штормового Предела. Тогда же, столкнувшись с Люцерисом, он предложил ему уладить старую распрю по-мужски: "Око за око", предложил ему поединок. Люцерис, однако, выбрал наихудшую стратегию в этом положении: поединок с человеком старше и сильнее тебя - дело опасное, но драконица Вхагар была больше дракона Люцериса в пять раз. Если в судебном поединке, даже в случае проигрыша, у Люцериса был шанс выжить (Боррос Баратеон не желал смертоубийства под собственным кровом - "I want no blood shed beneath my roof."), то предпочтя улететь обратно, он подписал себе смертный приговор. Отказ от драки со ссылкой на запрет матери и в современном обществе работает далеко не всегда, а уж в Средневековье, где престиж, авторитет , а часто и жизнь феодала зависят от способности ответить ударом на удар - так тем более.
Так Эймонд расправился с ним в небе над Штормовым пределом, как почти век назад другой дядя на большом драконе (Мейгор) расправился с другим племянником над маленьком драконе (Эйгоне Некоронованном) над Божьим Оком.
После этого Эймонд вместе с братом храбро сражались в Грачином Приюте против Рейнис Почти Королевы - и если бы не Эймонд, то Рейнис добила бы Эйгона II ( The crimson jaws of Meleys closed round Sunfyre’s golden neck for a moment till Vhagar fell upon them from above). Эйгон II, ставший инвалидом по итогам боя, хотел воздвигнуть в честь брата исполинскую статую ( ...
gargantuan statues of Prince Aemond and Prince Daeron) - что напрочь разбивает довод о том, что Эймонд хотел в этом бою избавиться от венчанного брата.
Уже действуя в одиночку в Речных Землях, он предвосхитил другого англосаксонского выдающегося военачальника - Кёртиса ЛиМея, начав тотальную воздушную войну против единственного региона, стоявшего за Рейниру до конца - против Речных Земель. В отличие от речных лордов, которые, преследуя отступавшую и крайне ослабленную армию Коля, сжигали собственные деревни и убивали собственный скот и собственных крестьян (As he drove his men south through the riverlands, smoke rose up before him and behind him. Every village that he came to he found burned and abandoned. His column moved through forests of dead trees where living woods had been just days before, as the riverlords set blazes all along his line of march. In every brook and pool and village well, he found death: dead horses, dead cows, dead men, swollen and stinking, befouling the waters)
, Эймонд бил только по замкам и населённым пунктам - Харренхоллу, Мельнице-в-кронах, Свитвиллоу и др ( Darry; Old Willow and White Willow to ash, and Hogg Hall to blackened stone; Merrydown Dell; Stonyhead; at Sweetwillow on the Green Fork and Sallydance on the Red Fork; he reduced Bowshot Bridge to embers; burned Old Ferry and Crone’s Mill). Точно так же как бомбы лётчиков маршала Харриса и генерала ЛиМея, сбрасываемые ковровым методом на немецкие и японские города, убеждали немцев и японцев, что зря они начали эту войну, так же принц Эймонд (как до него Эйгон Завоеватель и его жёны-сёстры) убеждал сторонников Рейниры, что зря они пытаются нарушить "Железный прецедент", введённый Эйгоном, подтверждённый Джейхейрисом I и Верховным Советом 101 года.
Несложно догадаться, что это ослабляло экономический(а, значит, и военный) потенциал Речных Земель и вынудило Рейниру отправить своего самого способного военачальника и его дочь/любовницу на двух драконах за ним, за Эймондом Одноглазым. И здесь Эймонд показал себя не только безрассудно храбрым, но и терпеливым человеком. Он знал, что два дракона всегда побьют одного - этот урок он выучил под Грачиным Приютом, где два дракона Зелёных сокрушили одного дракона Чёрных. Теперь ему оставалось ждать, пока его противники не совершат какую-нибудь глупость. Учитывая то, что в Королевской Гавани правила женщина, ждать оставалось недолго. История с девицей Крапивой, которая чуть-чуть не стала невинной жертвой кровавого режима Рейниры, слишком известна, чтобы её пересказывать. По её итогам Рейнира лишилась сразу двух драконов - Караксеса и Овцекрада, Крапива открыто дезертировала с последним, Деймон предпочёл отправиться на Караксес в Харренхолл и встретиться там в поединке с Эймондом. Характерно, что Эймонд не атаковал с самого начала своего дядю с воздуха, не сжёг его на земле огнём - нет, они оба встретились, поговорили как джентльмены и вступили в рыцарский поединок. Вновь, как в 44 г. З.Э., над Божьим Оком схватились дядя и племянник. В этот раз погибли оба. Самые способные полководцы Чёрной и Зелёной партии убили друг друга. Но если Эймонд был полон жизни, то Деймон сознательно искал смерти, согласившись с Эймондом, что "Слишком уж ты зажился на свете, дядюшка" ("You have lived too long, Nuncle.” “On that much we agree.)
Кроме своих воинских талантов Эймонд демонстрировал и демократизм: он взял в любовницы (а, возможно, и в жёны) женщину из простонародья, Алис Риверс; он не бросал своих солдат на произвол судьбы, как это сделал Деймон на Ступенях; имел нормальные для мужчины сексуальные вкусы, не будучи ни геем, ни любителем несовершеннолетних - в отличие от Лейнора Велариона и Деймона Таргариена, соответственно; ненавидел феминизм во всех его проявлениях (" “Is Aegon king?” he asked Ser Willis Fell, “or must we kneel and kiss the old whore’s cunny?”); даже будучи одноглазым, он смог добиться немалого в свои двадцать лет. Своим характером он напоминает одного из самых великих воинов, которых имел Вестерос - Мейгора Жестокого. Не погибни он так рано, и Семь Королевств могли обрести истинного Самодержца.
 
Последнее редактирование:
Сверху