Лиза Аррен (Талли) [мнения]

Тема в разделе "Ключевое о персонажах", создана пользователем P_G, 29 мар 2015.

  1. P_G

    P_G Лорд Хранитель

    Лиза Аррен, урожденная Талли, получает персональную тему в разделе Ключевое. Тема предназначена для изложения подробных и взвешенных позиций и взглядов о данном персонаже.

    Обсуждение персонажа ведется в обычной теме в разделе Фигуры.
    Тема является премодерируемой.
     
    Cat., dreaming of summer, LaL и 3 другим нравится это.
  2. Малышка Мю

    Малышка Мю Ленный рыцарь

    БЕДНАЯ ЛИЗА

    Почему все дуры такие женщины?
    Фаина Раневская


    ПЛиО - сложное по конструкции произведение. События излагаются урывками, разными персонажами, в разных главах, а то и в разных книгах. Небольшая подробность, о которой неожиданно и случайно говорит совершенно посторонний персонаж, может принципиально поменять отношение к знакомому событию, о котором уже давно сложилось мнение. С первого раза еще никому не удалось отследить все капканы, понаставленные Джорджем нашим Мартином. Больше того, чем дальше, чем чаще в собственные ловушки и засады начинает попадать автор.
    Перечитывая цикл, можно каждый раз обнаруживать что-то незамеченное, что по-новому характеризует и персонажей. Сами персонажи тоже не однозначны, поэтому практически у всех есть как поклонники, так и ненавистники. Это очень занятно: можно найти недостатки в благородном Эддарде, можно найти достоинства в чудовищном Григоре. Почему же Лиза Аррен вызывает такое единодушное неприятие у читателей? Почему этой несчастной тетке никто не сопереживает: ни персонажи в книге, ни читатели. Ведь, казалось бы, страдальцы должны вызывать сочувствие.

    Давайте попытаемся воссоздать жизнь Лизы, и разобраться, что ж с ней не так?

    Детство. Четвертый ребенок в семье, двое старших братьев умерли во младенчестве. Есть старшая сестра, младший брат. Отец - лорд Речных Земель. Мать - «слишком больна», слаба здоровьем и рано умирает в родах вместе с последним сыном. Лизе в это время года 3-4, сестра на два года старше, она еще помнит «мягкие руки матери, ее теплую улыбку». Кейтлин говорит, что отец всегда ценил ее больше других детей за ее чувство долга: сказано в шесть лет стать хозяйкой Риверрана – стала, сказано ждать – ждала, сказано выйти замуж – вышла. Образцово-показательная дочь лорда.

    Отец — «слишком занят», поговорить по душам дети лорда Хостера и его воспитанник бегали к дяде Бриндену. Черная Рыба умел слушать, «радовался их победам и утешал в детских несчастьях». Но еще он, как взрослый, должен был давать какие-то советы, комментарии, основываясь на своем опыте и жизненной позиции. Эдмару и Петиру хорошо: мужчине, рыцарю, умелому бойцу и «прославленному участнику войны Девятигрошевых Королей» было, что сказать мальчишкам, юного Джейме, например, отогнать от Черной Рыбы было невозможно. Но какие жизненные установки мог транслировать девочкам, юным леди, будущим женам и матерям непокорный и вольнолюбивый закоренелый холостяк, сам имеющий проблемы в семейной жизни с собственным родным братом, и, если близко знающий женщин, то весьма специфического мировоззрения? Конечно, были септы и какие-то другие воспитательницы, занимающиеся образованием сестер. Но отсутствие женского участия, возможности пошептаться о каких-то девичьих секретах, посоветоваться не про жизнь и долг, а про сердечные дела, особенно сильно сказывается на младшей сестре, не имеющей такого незыблемого внутреннего стержня, как чувство долга старшей.

    Лиза говорит, что в юности красотой затмевала сестру. В устах обрюзгшей женщины с одутловатым лицом и блеклыми глазами это выглядит как нелепая жалкая ложь и хвастовство. Но послушаем очевидцев: Кейтлин: «невысокая очаровательная тонкая высокогрудая девушка с водопадом густых золотистых волос», Джейме : «…даже совсем недурна: хрупкая, с ямочками на щеках, с длинными золотисто-рыжими волосами», причем, несмотря на то, что «в те годы ни одна девушка не интересовала Джейме так, как знаменитый брат лорда Хостера», ямочки на ее щеках он помнит через двадцать лет.
    И все единодушно отмечают ее стеснительность:
    Джейме: «…застенчивая. То молчала, то вдруг принималась хихикать. Серсеиного огня в ней не было и следа. Кейтилин, ее старшая сестра, казалась более интересной»
    Кейтлин: «Лиза никогда не отличалась храбростью…»,
    «пал туман, и мы отстали от других… Лиза расплакалась, а я стала кричать, но туман поглощал все звуки»,
    «шепнула Лиза, застенчивая и задыхающаяся»,
    «она была в те дни застенчивей и мягче»,
    «Лиза всегда питала слишком большое пристрастие к певцам».
    Хрупкая милая рыжая девочка, застенчивая, робкая и мягкая, любящая песни. Почти Санса, только без ее умения поддерживать правильную беседу в рамках кодекса учтивости настоящей леди.

    В Риверране с самого детства воспитывается Петир Бейлиш, сын друга лорда Хостера. Петир - очаровательный хулиган («был лукавым ребенком, но после проказ обычно принимал невинное обличье»), умный («он всегда был умен, даже в мальчишеские годы»), смешливый, отважный («он был смелый мальчишка и всегда попадал в неприятности»), находчивый («только Питер догадался, где мы, вернулся назад и нашел нас»), верный друг, с самого детства принимающий участие во всех забавах сестер: от поедания глиняных пирожков до первых поцелуев.
    Несмотря на то, что сестры все время вместе, Кейтлин и не подозревает о чувствах младшей сестры к Петиру, это тщательно охраняемая личная территория Лизы. Образцовый тихий омут с упитанными породистыми чертями.
    Переживая через полтора десятка лет дела давно минувших дней, как Кейтлин танцевала с Петиром, Лиза выглядит мелочной и злопамятной, глупой теткой, делающей из мухи слона, лелеющей внутри толстого тела чувства юной девушки. Но эпизод танцев, при всей своей несерьезности, явился поворотным моментом не только судьбы сестер Талли. «Эффект бабочки».
    К лорду Хостеру приезжают известные сутяги - Бракен и Блэквуд. Пока лорд в своем кабинете утихомиривает гостей, молодое поколение, предоставленное само себе, осваивает «музыкальные новинки»- хиты сезона от певца лорда Бракена. Эдмар между делом напивается вдрызг. Кет непрерывно танцует с Петиром, Лиза, изнывая от ревности, наблюдает за этим. Да, Кет не подозревает о чувствах Лизы, о боли, которую ей доставляет. Но, вообще-то, такое поведение не очень честно: кроме Бейлиша других партнеров для танцев нет, пока старшая сестра веселится, младшая вынуждена сидеть в одиночестве.
    Потом, по общественным понятиям, танцы не столь невинная забава, как кажется с первого взгляда, особенно с такими преференциями для одного партнера. Хочу напомнить другое литературное произведение, написанное, кстати, в стиле реализм, т.е. довольно хорошо отражает мораль того времени. Действие его происходит в начале XIX века, позже условной эпохи ПЛиО на 500 (!) лет, гораздо ближе для понимания менталитета, можно сказать, практически современные нравы. В этом романе тоже есть эпизод танцев, правда, более масштабных по количеству участников - бала. Приятель молодого человека, поддавшись недоброму порыву и задумав того уязвить, весь вечер танцует с его невестой, танец за танцем. И жених расценивает подобное поведение, как откровенное ухаживание и личное оскорбление, и в тот же вечер присылает приятелю вызов на дуэль, на которой и погибает впоследствии. Для того, кто еще не догадался о чем намеки - текст первоисточника

    Онегин с Ольгою пошел;
    Ведет ее, скользя небрежно,
    И наклонясь ей шепчет нежно
    Какой-то пошлый мадригал,
    И руку жмет — и запылал
    В ее лице самолюбивом
    Румянец ярче. Ленской мой
    Всё видел: вспыхнул, сам не свой;
    В негодовании ревнивом
    Поэт конца мазурки ждет
    И в котильон ее зовет.
    Но ей нельзя. Нельзя? Но что же?
    Да Ольга слово уж дала
    Онегину. О боже, боже!
    Что слышит он? Она могла...
    Возможно ль? Чуть лишь из пеленок,
    Кокетка, ветреный ребенок!
    Уж хитрость ведает она,
    Уж изменять научена!
    Не в силах Ленской снесть удара;
    Проказы женские кляня,
    Выходит, требует коня
    И скачет. Пистолетов пара,
    Две пули — больше ничего -
    Вдруг разрешат судьбу его.

    Старшая сестра забавляется, в самом разгаре очередная игра, на смену поцелуям в богороще и Дженни из Старых Камней. Пусть Кет без пяти минут чужая жена, пусть такое поведение легкомысленно, за гранью приличий, но, возможно, она вообще не воспринимает Петира как постороннего мужчину, с которым необходимо соблюдать этикет и дистанцию. Потом искреннее мужское внимание, романтические чувства, непритворная страсть не может не льстить самолюбию юной женщины. Кет дразнит Бейлиша, но он ей симпатичен, она к нему хорошо относится. Этот эпизод даже не задерживается в памяти Кейтлин, он не важен или ... ей неприятно об этом вспоминать из-за чувства вины. Но Лиза на полном серьезе оценивает происходящее и помнит все: и поведение сестры, и свои чувства, и реакцию Петира. А Петир - уже не ребенок, чтобы так играть, но чересчур молод, чтобы не принимать близко к сердцу эту новую забаву, или он действительно очень хочет, чтобы это было правдой. Какова бы ни была причина, такое поведение он расценивает однозначно: Кет показывает, что неравнодушна к нему. И ее обидный отказ в поцелуе как-раз может и быть признаком того, что это уже не игра, все по-настоящему, понарошку они уже целовались много раз. И Петир в расстроенных смешанных чувствах, не находит ничего лучшего, как надраться вслед за Эдмаром. Культурный вечер в благородном семействе лорда Речных Земель начинает напоминать квартирную вечеринку старшеклассников какого-то провинциального поселения с градообразующим предприятием. Появившийся Бринден понимающе прикрывает юных алкашей от старшего брата и растаскивает их по спальням.

    А дальше тихая робкая Лиза делает то, что совершенно немыслимо для юной леди и идет в полном антагонизме с девизом дома Талли. То ли безумная ревность пробудила в ней страсть женщины и решимость бороться за свою любовь. То ли обида и отчаяние любимого человека вызвало нестерпимую жалость и желание утешить. (Для женщины жалость, как отголосок материнского инстинкта, к сожалению, является очень сильной мотивацией в отношениях, сколько никчемных алкоголиков и наркоманов удобно устроены в жизни под жертвенным девизом: «я его спасу, он такой несчастный, он без меня пропадет»). То ли пришла наивная мысль: сестра плохая, она сделал больно, я буду хорошая, и он поймет, что ошибался, будет любить меня, и все будет как в песне. Даже не понятно, оценил ли эту жертву Петир: пьян он настолько, что не в состоянии отличить одну сестру от другой или на полном серьезе принимает отчаянно желаемое за действительное. Рассвет, вечеринка окончена, наступает похмелье. Цирк уехал, но клоуны, как известно, остались.

    Назначена дата свадьбы Кейтлин. Петир бросается на полном серьезе спасать доверившуюся (как он, видимо, искренне считает) ему возлюбленную от нежеланного брака. Вызывает на дуэль взрослого мужчину, бойца совершенно другого уровня. Было бы от чего спасать: молодой харизматичный красавец, высокородный и богатый наследник всего Севера, но здесь же на другой чаше весов - настоящая любовь и честь любимой женщины. «Безумству храбрых поем мы песни». (По сравнению со всем этим романтическим паноптикумом, Санса, постоянно получающая от Пса за свое иллюзорное отношение к миру, выглядит просто образцом здравомыслия и реализма).
    Полным ходом развивается скандал в благородном семействе. Лорд Хостер бросается дуть на воду, запрещая старшей дочери видеться с влюбленным безумцем, не ведая, что на плите уже полным ходом кипит молоко - Лиза помогает мейстеру ухаживать за раненым Петиром. И, судя по рассказу Лизы, тогда же лорду Хостеру становиться известно о новом сюрпризе, поднесенном послушными дочурками: оказывается, младшая полным ходом планирует этого худородного неадекватного нищеброда в отцы его внуков. Похоже, что так активно проблемами детей лорд не занимался с момента их рождения. Никакие уговоры Лизы, что парень, хоть и бедный, невысокого происхождения, но перспективный, с большим потенциалом, что они так любят друг друга, что она ждет его ребенка, на лорда Хостера не действуют. Как только появляется возможность, Петира транспортируют домой «на унылый берег, к грязному мужичью и овечьему помету», заканчивать «лечение на родной, продутой всеми ветрами скале». Удивительно, что все эти шекспировские страсти прошли мимо Кейтлин в двух шагах, но остались ею совершенно незамеченными. Дальнейшие события всем известны.
    С первого взгляда, похоже, что лорд Хостер решил все проблемы сразу: и с нежелательным зятем, и с нежелательным внуком. Но, если начинать сопоставлять факты, складывается ощущение, что Лиза выходила замуж еще беременная. Мысль, что тихая скромная сестра выходила замуж беременной от какого-то неизвестного поклонника, почему-то сразу приходит в голову Кейтлин, которая слушает бред умирающего отца, и почему-то даже не шокирует ее. Кет не представляет, о ком идет речь,
    — «Кто же он был, Лизин „несчастный юнец“? Какой-нибудь молодой оруженосец или межевой рыцарь скорее всего… хотя судя по тому, как рьяно отвергал его лорд Хостер, это мог быть купеческий сын или незаконнорожденный подмастерье, даже певец. Лиза всегда питала слишком большое пристрастие к певцам. Впрочем, винить ее трудно. Джон Аррен был на двадцать лет старше нашего отца, хотя и хорошего рода».
    но сразу понимает, что случилось, что сделал отец, и почему мысль об этом не дает ему покоя на смертном одре.

    Кет вспоминает день их общей свадьбы
    «Лиза все глаза выплакала в утро их общей свадьбы, зато вся сияла, когда Джон Аррен накинул ей на плечи свой кремово-голубой плащ» «Их, двух сестер, обвенчали в один и тот же день, и их мужья, оставив их на попечении отца, уехали, чтобы поддержать мятеж Роберта Баратеона. У них обеих месячные не пришли в срок, и Лиза весело болтала об их будущих сыновьях. «Твой будет наследником Винтерфелла, а мой — Орлиного Гнезда. И они, конечно, будут закадычными друзьями, как твой Нед и лорд Роберт. Скорее родными братьями, чем двоюродными — я наперед знаю». Лиза была так счастлива тогда…»
    и Лиза выглядит как-то чересчур оптимистично для женщины, выдаваемой насильно замуж за старика, причем, с разбитыми вдрызг мечтами о любви, у которой обманом был вызван выкидыш, судя по мукам совести лорда Хостера, прошедший очень тяжело. Больше похоже, что часть ее надежд должна оправдаться. Старый муж, - да, неприятно, но у ее ребенка будет законное имя, ее репутация честной женщины не пострадает, и, вообще, «долго ли такой старик мог протянуть».

    Единственная неувязка, Мартин не сильно углублялся в расчеты сроков, и очень много событий происходит между вечеринкой и свадьбой, что требует времени и немалого. Проходит некоторое время до объявления точной даты свадьбы и вызова на дуэль. Брандон был на пути в Риверран на свою свадьбу, когда его настигло известие о Лианне. Т.е. после дуэли он куда-то еще уезжал, не менее чем на две недели (за это время, как минимум, раненого Бейлиша отправляют домой). Потом Брандон доезжает до Королевской Гавани, потом туда же из Винтерфелла должен еще доехать его отец. После их убийства Джон Аррен еще должен был добраться в Риверран. Т.е. если Лиза выходила замуж беременная, то уже на таких сроках, когда выдать мужа за отца ребенка не было никакой возможности. А с учетом действий лорда Хостера, похоже, что на это никто и не рассчитывал. Тогда получается, что Джон Аррен должен был быть в курсе событий, и произошедшее было частью брачного договора, вряд ли он рассчитывал делать бастарда наследником. И эта и так уже достаточно неприглядная история, становится совсем отвратительной.

    Интересная деталь: можно предположить, что Черная Рыба - в курсе событий. Он говорит с Кейтлин о Лизе: «у нее двое мертворожденных, в два раза больше выкидышей», т.е. 2 и 4, а не 2 и 3, как везде упоминают другие, т.е. он берет в расчет и ее первую беременность, неизвестную широким массам. А если взять в расчет то, что Бринден живет в соответствии с девизом Талли и всегда готов прийти на помощь членам семьи, то его заявление на свадьбе, что он уезжает служить Лизе и ее новому мужу, можно расценить, как поддержку наиболее нуждающейся из его любимцев.

    Но мне все-таки хочется рассматривать тот вариант событий, что Кейтлин (на пару с Мартином) заблуждается, и до свадьбы прошло достаточно времени, чтобы Лиза успела смириться с потерей ребенка, прийти в себя физически и морально и найти какие-то положительные моменты в происходящем. Циничная мудрость: если насилие неизбежно – расслабьтесь и попытайтесь получить удовольствие.

    Серсея говорит Сансе: «ты можешь не любить его, но ты полюбишь его детей». Дети – это почетная обязанность леди-жены, септы с раннего детства об этом твердят благородным девочкам. Детей в семье должно быть больше, предпочтительнее, сыновей. И эта перспектива на какой-то период компенсирует Лизе и потерянную любовь, и убитую мечту, и старого нелюбимого мужа. У нее будет ребенок, свой собственный. Жизнь налаживается: она дома в Риверране, среди родных людей. После брака жизнь практически не меняется, просто их игры с Кейтлин немного усложняются и превращаются в «дочки-матери». Но здесь Лизу ждет удар судьбы: у Кет будет ребенок, а у нее – нет. Опять сестра осуществляет ее мечты.

    Кончается война, Лиза с мужем уезжает в Долину, затем в Королевскую Гавань. Между делом умудряется устраивать карьеру Петира. Лиза – уже не влюбленная безрассудная девочка. Она не берет его в любовники, хотя он вряд ли бы сильно сопротивлялся. Бейлиш – ее явный протеже, но она остается с ним в строгих корректных рамках поведения, хотя «это было тяжело — видеть его каждый день и оставаться женой старика». Она честно живет со своим нелюбимым старым мужем, делит с ним постель, исправно беременеет, как истинная правильная леди-жена. И каждый раз ее надежды рушатся: несколько выкидышей, умерший (или мертворожденный) ребенок, опять выкидыш. У кого угодно поедет крыша. Она дурнеет, расплывается фигура, гаснут глаза. Даже Дейнерис, сильная натура, все время находящаяся в состоянии борьбы и эмоционального напряжения, молодая красивая, знающая, что нравится мужчинам, у которой есть чем занять голову и время, испытывает комплекс неполноценности, свою ущербность из-за невозможности материнства, в мыслях все время возвращаясь к этой теме.
    Лиза несчастна. У ее мужа не просто «половина зубов выпала, и дыхание отдавало испорченным сыром». Он - «старик с холодной кровью», но исправно исполняющий супружеский долг. В их браке нет ни привязанности, ни душевного тепла, он не собирается по кирпичикам строить любовь, как Кейтлин с Эддардом. Может быть, это свойство натуры, или возраст, а возможно, об этом говорит Кейтлин: «Аррены горды и щепетильно относятся к своей чести. Лорд Джон женился на Лизе, чтобы обеспечить мятежникам поддержку Талли и, возможно, получить сына, но вряд ли мог полюбить женщину, которая легла в его постель опороченная и против своей воли. Он, несомненно, был добр к ней и обязателен, но Лизе недоставало тепла». Лиза не получает от мужа ни любви, ни моральной поддержки в своих испытаниях.

    И вдруг – о, чудо! Хвала Семерым, живой ребенок. Слабый, болезненный, но живой. Ее ребенок, ее мечта, ее выполненный долг леди-жены, наследник Долины. Лучик света и единственная радость в ее несчастной жизни. Кто может осудить Лизу за то, что она целиком поглощена Робертом, растворилась в нем, живет его интересами. Только тот, кто не представляет, что такое для матери, когда ее единственный и желанный ребенок тяжело болен. После Роберта еще одна беременность Лизы заканчивается неудачей. Питцель говорит Неду о ее неудачных родах, скорее всего, это тот, второй ее погибший ребенок. И Лиза принимает странное решение, которое шокирует всех (и персонажей, и читателей, и, особенно, зрителей сериала), но гениальное по своей простоте: использовать грудное молоко, не понадобившееся умершему ребенку, в качестве лекарства для его больного брата. Даже современные врачи отмечают, насколько уникальна эта субстанция – материнское молоко, и насколько важен сам процесс кормления для ребенка. Лизин способ оказывается самым эффективным, во всяком случае, ничего сравнимого по результативности и отсутствию побочных эффектов из мейстерских снадобий впоследствии подобрать не удалось.

    История Лизы Аррен так и осталась бы одной из невеселых женских судеб, которыми так богата ПЛиО, если бы в ней не появился роковой мужчина. Не любящий ее, пожертвовавший ее жизнью не задумываясь, когда появилась необходимость решить его собственные проблемы. И имя этого мужчины… Джордж Мартин.
    Ничто, как говорится, не предвещало, но вдруг, к третьей книге автору пришла мысль, что картинка получается чересчур контрастная, черно-белая: есть положительные персонажи, есть злодеи, нарушен закон справедливого распределения грязи по персонажам. Именно в Буре мечей появляются ПОВы Джейме (а далее, в ПС, и Серсеи), а безупречные ранее положительные персонажи начинают совершать странные поступки. Женится, беззаботно наплевав на слово короля, Робб. Кет начинает вести себя как сварливая карга. Даже покойнику Неду достается– мимоходом вывернули все грязное белье истории с Эшарой Дейн. И когда Мартин раздумывал, на кого бы с Ланнистеров можно было переложить ответственность за смерть Джона Аррена, жизнь Лизы начала обратный отсчет.
     
    Последнее редактирование: 21 сен 2016
    Nicki, Gli, Xenia и 45 другим нравится это.
  3. Малышка Мю

    Малышка Мю Ленный рыцарь

    Признание – царица доказательств, эту фразу очень любят прокуроры. Но я попробую встать на позицию адвоката и рассмотреть косвенные улики. Cui prodest?

    Что происходило в Королевской Гавани, когда Джон Аррен был еще жив. Король Роберт окружен представителями семейства Ланнистеров, богатого, мощного, многочисленного и честолюбивого. Скорее всего, сложившаяся ситуация монополии власти тревожила Аррена, вызывала недовольство братьев Роберта, но в открытую противостоять никто не решался. Ренли плел интриги против королевы своими методами – планируя разжечь страсть Роберта к второй Лианне и побудить его к решительным действиям против Ланнистеров. Сложно сказать, почему вообще у Станниса возникло подозрение, что с детьми короля дело нечисто, но такой поворот событий устраивал бы всех (кроме, естественно, Ланнистеров). Расследование и обвинение должны были кончиться большой кровью, полетели бы головы не только Серсеи с Джейме, но, скорее всего, и детей (попытка избежать этой бойни погубила Неда; Кейтлин, вспоминая отношение короля к Джоффри, тоже уверена, что он разделил бы участь родителей). Тайвин вряд ли остался бы на Утесе безучастно наблюдать за смертью детей и внуков, скорее всего, вылилось бы это все в военное противостояние. Ставки были очень высоки, поэтому доверяться Джону Аррену, полагаясь лишь на его репутацию и любовь к королю, было бы опрометчиво и наивно, даже для прямолинейного Станниса. И сразу встает вопрос гарантий.
    Десница заботится о благополучии короля и процветании королевства. Правда – это не всегда синоним благополучия, чаще всего, оказывается наоборот. Всегда можно найти аргументы и мотивацию для компромисса, худой мир лучше доброй войны. Для Станниса, которого в первую очередь заботили вопросы чести, при подтверждении факта о незаконности детей, не только невозможны были уступки и торг, но, скорее всего, даже пассивное лицемерие и молчание. Поэтому, в случае переговоров Десницы с королевой, он бы со своей правдой оставался один на один с гневом семейства Ланнистеров, и для него это были бы очень большие проблемы. Естественно, что так рисковать он не мог.
    Джон Сноу, мальчик моложе Джона Аррена больше чем на полвека, говорит о Сэме: «сколько не бей олово, сталью оно не станет». Сложно представить, что Джон Аррен, известный умом, мудростью и жизненным опытом, рассчитывал, что Станнис, у которого самого проблема с воспитанием отсутствующих у него сыновей, больная дочь и непростые отношения с женой, сделает из его слабого больного сына настоящего мужчину. Особенно, с учетом того, что сам-то Станнис находится в Королевской Гавани, а его единственного ребенка, причем девочку, воспитывает тоже женщина и нанятый персонал.
    Можно было бы отослать Лизу с сыном домой, с точки зрения безопасности маленького Роберта, место лучше Орлиного Гнезда сложно придумать. Но существует проблема: внезапный беспричинный отъезд Лизы с сыном мог насторожить королеву и показать ей, что Десница что-то затевает.
    Поэтому, вероятнее всего, отправка Роберта Арена на Драконий Камень – это не забота о его мужском воспитании или безопасности, а гарантии верности и правильного поведения его отца. Воспитанники легко становятся заложниками, это общепринятая практика.

    Джон Аррен приближается к разгадке довольно близко и умирает от яда. А дальше имеются две совершенно разные истории: из первой книги и из третьей.

    Сначала вспомним первый вариант развития событий.
    После смерти Аррена король Роберт планирует отправить мальчика на Утес Кастерли. Официальный повод тот же: убирание мальчика из-под женской опеки и выковка настоящего мужчины. Естественно, что для Лизы между УК и ДК разницы не было никакой: оба варианта приводили ее в ужас. Без матери слабый болезненный ребенок долго не протянул бы (собственно, к этому сейчас все и идет). Зная, что затее короля противостоять она не сможет, Лиза решается на побег. Для «перепуганной коровы» - неожиданно смелый шаг. Безумная отвага клуши, сражающейся за цыплят с ястребом. Она отсылает сестре тайное письмо, в котором впрямую обвиняет в смерти мужа королеву.
    Лиза забирает из столицы всех слуг, особенно, на опасной дороге через Лунные горы необходимы воины. Но молодой оруженосец Джона остается в столице, его посвящают в рыцари и у него откуда-то появляются деньги. Большие деньги, позволяющие за раз купить всю экипировку и лошадь для турнира.
    «Крутился там такой юноша, всем в своей судьбе он был обязан Джону Аррену, но когда вдова его бежала в Орлиное Гнездо со своей свитой, он остался в Королевской Гавани, проявляя признаки благосостояния. Сердце мое всегда радуется, когда молодые становятся заметными. — Голос его хлестал кнутом, отмеривая каждое слово. — Он показался мне таким галантным на турнире: в яркой новой броне, с этими полумесяцами на плаще. Как жаль, что он умер столь не ко времени, прежде чем вы успели с ним поговорить…»
    После того, как новый Десница ищет встречи с ним, сир Хью погибает на турнире от удара копья Григора Клигана.

    А теперь рассмотрим все события с точки зрения третьей книги.
    Узнав, что Джон собирается отправить сына на воспитание к Станнису, Лиза впадает в панику (вне зависимости от причин, которые были ей озвучены). Если даже она пыталась переубедить мужа, то не смогла. После этого, благодаря стараниям Мизинца, Лиза находит выход - дает мужу яд. Сложно сказать, зачем эта смерть понадобилась самому Мизинцу. «Избавься от мужа, Робин останется с тобой, и мы наконец-то сможем быть вместе» - как аргумент годится для Лизы. У Бейлиша должна была быть более веская причина: на Лизе он жениться не сможет, происхождение ему по-прежнему не позволяет, у молодой богатой вдовы – регента Долины кризиса с женихами не будет, любовь и преданность женщины – не те категории, на которые может делать ставку интриган такого высокого класса. А у самого Мизинеца в Королевской Гавани все складывается отлично: у него высокая должность, частный бизнес, он востребован, лоялен к Ланнистерам, он ничего не теряет ни в случае их падения, ни в случае победы. Для сталкивания их со Старками, смерть Аррена самый длинный, сложный, многопараметрический и маловероятный путь, если бы не удачно подвернувшаяся инициатива детей ( Брана с башней и Джоффри с кинжалом), вряд ли вообще что-то получилось бы. Ну, предположим, что у Бейлиша были личные мотивы, не отмеченные в книге, какой-нибудь внезапный аудит финансовой деятельности намечался со стороны Десницы. Сложно также сказать, какие аргументы он приводил Лизе, чтобы та написала письмо сестре: только для обеспечения ложного следа - очень серьезное обвинение с явными последствиями, к тому же, Лизу никто не собирался обвинять, это слишком парадоксально. Если бы не ее письмо Кейтлин, никто бы и не подумал, что это убийство: перекинулся старичок, пора пришла. Ну, тоже спишем это на состояние аффекта убийцы-неофита, алогичность влюбленной женщины и безумие матери, защищающей дитя.

    Далее количество вопросов и нестыковок только увеличивается.
    Почему воспитанием сына человека, которого король уважал и любил, должен был заниматься Тайвин - нелюбимый тесть, отец нелюбимой жены, откуда вообще могла взяться эта идея, кроме затеи королевы другое объяснение придумать сложно. Когда про это говорит сама Серсея, она употребляет формулировку «он согласился». Т. е. это не была идея короля, он согласился с чьим-то готовым сторонним предложением. Если Серсея непричастна к смерти Джона, откуда у короля взялся вариант с отсылкой мальчика к Тайвину? Тот воспитанников никогда не брал, его нужно было чем-то мотивировать для такого прецедента. И о чем тогда идет речь в разговоре Серсеи и Джейме на башне в Винтерфелле:
    Серсея : - Просто чудо, что Лизы нет здесь, и она не встретила нас своими обвинениями.

    Джейме: — Если бы она что-то знала наверняка, то бросилась бы к Роберту, а не бежала из Королевской Гавани.

    Серсея : — Когда он уже согласился отдать ее слабака воспитанником на Утес Кастерли? Не думаю. Она понимала, что жизнь мальчишки послужит залогом ее молчания. Лиза может и осмелеть, когда окажется в безопасном Орлином Гнезде.

    Джейме:— Пусть леди Аррен набирается отваги. Что бы ей ни казалось, доказательств у нее нет. — Он помедлил мгновение. — Или есть?

    Серсея : — Ты думаешь, что король потребует доказательств? Говорю тебе, он не любит меня.

    Т.е. явно читается, что в Утесе Кастерли Зяблик должен был бы выполнять ту же функцию, что и на Драконьем Камне, обеспечивать молчание, на этот раз - матери. Но, если Серсея невиновна в смерти Джона, зачем такие сложности? Неужели королева настолько боится ложного обвинения в убийстве Десницы и считает, что король охотно ухватится за формальный повод от нее избавиться? Что за поддельные доказательства должны быть у Лизы, которые могли бы убедить всех, что король имеет все основания для этого?

    «— Хью пробыл сквайром Джона Аррена четыре года, — проговорил Селми. — Король произвел его в рыцари в память Джона перед тем, как уехать на север.»
    Почему сир Хью, обязанный Аррену всем, остается в столице, если Лиза забирает всех своих людей? Кому нужно было обеспечивать посвящение Хью в рыцари и получение им огромных денег (если не гонорара, то, видимо, по завещанию его лорда – откуда же еще)? Пусть после смерти Аррена был некоторый спокойный период, когда решались все юридические вопросы по завещанию. Тогда новоиспеченный рыцарь, по идее, должен испытывать огромную благодарность к усопшему господину и рваться защищать вдову с ребенком в его память. А он вдруг бросает их в сложную минуту ради смутных перспектив карьеры в столице и славы на турнире. Ну, ладно, слаб человек, поймем и это. Пусть смерть невинного сира Хью будет чистой случайностью.
    Под раздачу тут, правда, попадает сир Григор, но он и так имеет репутацию чудовища: преступлением больше, преступлением меньше, роли не играет.
    В каком-то интервью или на встрече с читателями на робкий вопрос, зачем же тогда Григор убил сира Хью, автор беспечно ответил, что он (в смысле Клиган, а не автор) - жестокий, и для убийства ему не нужны поводы, просто захотелось. Поэтому Григор из безжалостного убийцы, теряющего над собой контроль в припадках ярости, но в спокойном состоянии имеющего понятие о рамках приличия, лютого, но преданного хозяевам зверя, становится каким-то неадекватным отморозком, потерявшим чувство реальности. Оказывается, что он не только у себя в замке в приватной обстановке безнаказанно убивает слуг, жен и прочих родственников, но еще за этим же выбирается на публичные мероприятия. Что турнир для него - не возможность вылезти из своей скучной провинциальной дыры и показать удаль молодецкую. Встретиться с равными соперниками, блеснуть воинскими навыками и ощутить подобие адреналина боя и эйфорию победы. Не помериться длиной…хм... меча, а лишь получить дополнительную возможность еще кого-нибудь пришить на глазах у сотен зрителей, ради забавы прикончить зеленого мальчишку. Пусть и это, поверим. Отморозок так отморозок, трудно судить о правдоподобности психологии чудовищ.

    Но как ведет себя сбежавшая Лиза?
    Первый вопрос Лизы, когда Кейтлин привозит в Гнездо плененного Тириона, звучит адекватно и логично: «зачем ты привезла его сюда?». Прямой конфликт с Ланнистерами лицом к лицу не нужен Лизе в любом случае: ни если она не причастна к смерти Джона, ни если виновна.
    Какое мнение сложилось о Лизе у других, знакомых с ней персонажей из первой книги:
    Король Роберт: «Смерть Джона заставила ее свихнуться. Она увезла мальчишку в Орлиное Гнездо. Против моего желания».
    Джейме: «Лиза Аррен просто перепуганная корова».
    Кейтлин: «…настроение ее менялось ежечасно. Застенчивая девочка, которой сестра была в Риверране, превратилась в женщину, попеременно гордую, пугливую, жестокую, мечтательную, безрассудную, застенчивую, упрямую, тщеславную, то есть непостоянную и непредсказуемую».
    Бринден Черная Рыба: «… боги дали Лизе единственное дитя, и твоя сестра живет ради бедного мальчика. Нечего удивляться тому, что она скрылась, лишь бы не выдать его Ланнистерам. Сестра твоя боится, девочка, и более всего она боится Ланнистеров. Она тайком бежала в долину из Красного замка, подобно ночному татю, лишь для того, чтобы выхватить своего сына из львиной пасти… а теперь ты привозишь льва прямо к ее порогу».
    Такая женщина не будет руководствоваться холодным расчетом и логикой. У Лизы внезапно появилась возможность, не считаясь с последствиями, если не свершить правосудие, так просто отомстить и получить моральное удовольствие. «Лиза называла Серсею в том письме, которое прислала в Винтерфелл, но теперь она казалась уверенной, что именно Тирион был убийцей… не потому ли, что карлик здесь, под рукой, а королева пребывала в безопасности за стенами Красного замка, в сотнях лиг к югу?». Все попытки Кейтлин воззвать к голосу разума: «ты не можешь позволить себе подобное безрассудство. Бес имеет цену, покуда он жив. Мертвым он годен только для ворон…. Чего мы добьемся смертью карлика?» – тщетны.
    «— А я напоминаю тебе: этот карлик убил моего лорда-мужа! — Голос Лизы возвысился. — Он отравил десницу короля, оставил мое милое дитя без отца, и теперь я намереваюсь расплатиться с ним!»
    Неумная капризная женщина, взбалмошная и упрямая, склонная к пошлым бессмысленным эффектам, практически в неадекватном состоянии:
    «…ничто не могло изменить решения сестры, собравшейся блеснуть перед доброй половиной Долины …»
    «Я подумала, что нашему чемпиону подобает отомстить за Джона его собственным клинком … Кейтилин показалось, что сир Вардис наверняка чувствовал бы себя увереннее со своим собственным мечом»
    «Даже ослепленные надменностью рыцари Долины понимали, что происходит внизу, но только не ее сестра.— Довольно, сир Вардис! — свысока воскликнула Лиза. — Кончайте с ним, мой ребенок устал!»

    А если посмотреть на происходящее в Гнезде, с позиций третьей книги? Тогда Лиза предстает какой-то супер-женщиной: коварной, умной, с хорошими актерскими способностями, с фантастическим самообладанием. Зная, что Тирион абсолютно невиновен, она играет роль несчастной вдовы, захваченной мечтой о мести. Не имея причин желать смерти Бесу, зная правду, она хладнокровно подставляет его, использует возможность подкрепить свое алиби и так абсолютно незыблемое, в котором никто даже не сомневался до самого конца. Женщина такого ума не может не помнить, что Ланнистеры платят долги, что смерть Тириона приведет к войне, в том числе и в Долине. Зачем ей это нужно? Причем, она настолько цинична и уверена в себе, что не смущается перспективой божьего суда, который обставляет как модное party с фуршетом и шоу, виртуозно демонстрируя внешнюю беспечность. Это Лиза, которую все знают?
    Или это полноценная шизофрения, раздвоение личности: Лиза сначала убивает мужа, пишет письмо с обвинениями Ланнистеров, чтобы отвести от себя подозрение, а потом убеждает себя в том, что виновник – Тирион. Не многовато ли становится сумасшедших женщин со странными фантазиями: то выдумщица-Санса, которую то целовали, то не целовали, то Лиза, которая то искренне верит в виновность Тириона в момент суда и поединка, то вспоминает о правде в последние минуты перед смертью? Сложная конструкция книги – это хорошо и интересно, но когда единственным объяснением всех хитросплетений и действий может являться лишь психическая невменяемость персонажа, это разочаровывает банальностью.

    Очень тяжело бестолковую трусливую тетку изображать коварной убийцей, и такое впечатление, что ее сопротивление раздражает автора. В разных главах на Лизу смотрит не только Тирион, но и ее сестра и племянница (для которой она - последняя оставшаяся родственница), вроде бы должны присутствовать какие-то положительные черты и моменты, если не сочувствие, то, хотя бы, снисходительность. Но нет, Лиза выглядит не просто толстой, она безобразна: «под бархатным платьем и вышитым дорогими камнями лифом угадывалось располневшее, обрюзгшее тело. Накрашенное лицо, тяжелые груди, толстые руки и ноги. Превосходящая Мизинца ростом и толщиной, она неуклюже, без всякой грации, слезла с лошади». И это впечатление Сансы, которая всегда старается, даже в мыслях, использовать учтивые формулировки. (Для интереса, сравните описание другой толстушки – тетки Дженны , или как Давос вспоминает свою жену, тоже не эталон женской красоты).

    Бедная Лиза. Персонажу, которого не любит сам автор, вызвать симпатию у читателя практически невозможно. Лиза нелепа в своей отчаянной попытке повернуть время вспять, начать все сначала с любимым мужчиной. Страсть стареющей накрашенной грузной тетки, которая чувствует себя юной невестой, смешна и почти неприлична. Хотя автор не может не отметить, как сияют ее глаза, когда она танцует, как омолодило ее замужество. Как просто женщине выглядеть хорошо: нужно просто ощущать себя любимой, любить самой и быть счастливой.

    Но триумф Лизы недолог. Какого бы недалекого ума она ни была, как ни хочется ей верить Петиру, сидя одна в замке в ожидании мужа, разводящего бурную деятельность лорда-протектора Долины, она начинает осознавать, что ее в очередной раз использовали. Очень сложно честно признаться себе, что любовь всей ее жизни, мужчина ее мечты, для которого она пожертвовала всем, в действительности обыкновенный меркантильный подонок. Расчетливый и циничный мерзавец, использующий ее в своих интересах, для которого и она сама и ее чувство –тягостные помехи, неприятные условия игры. Это страшно – смотреть такой правде в глаза. Лиза начинает пить. И отчаянно ищет ему оправдание: он хороший, он любит меня, он ценит то, что я сделала для него, помнит испытания, которые мы преодолели, просто… просто… просто… его провоцирует эта молоденькая вертихвостка: соблазняет свой юностью, своим свежим лицом, своим стройным телом, своим сходством с матерью. Причина найдена! Вот она, виновница ее новых страданий. И когда Лиза застает поцелуй Сансы и Петира, она, конечно, полностью съезжает с катушек. Ей, собственно, немного было и нужно, чтобы с них съехать, так, формальный повод.

    И смерть ее, уже сама по себе чудовищная, еще и от руки любимого человека, которому она доверяла. Но нет, этого было мало. Ее еще усугубили признаниями Бейлиша. Как нужно ненавидеть женщину, чтобы в последние секунды ее жизни, убивая ее, еще и говорить такое. И главное – за что?
    Неужели такой циничный человек может ненавидеть за то, что обязан ей? Нет, моральные обязательства не отягощают людей такого сорта: если она его любила и хотела помочь – это ее проблемы и его удача. Глупое, но полезное существо. За то, что она увядшая и некрасивая? Но она принесла ему возможность власти над Долиной, это выгодная сделка, он сам говорил: «закрой глаза и приступай к делу». За то, что она - не Кет, и этот жалкий суррогат его мечты унижает? За такое презирают, а не ненавидят…

    Не за то ли, что Лиза Аррен – это живая аллегория ЕГО жизни? Как застенчивая очаровательная доверчивая девочка с ямочками на щеках превратилась в неприятную неадекватную рыхлую накрашенную бабищу, так отважный честный романтик, верящий в настоящую любовь и готовый насмерть биться за нее, превратился в бессовестного холодного скользкого манипулятора без чести. Кем он был, с кем он мечтал быть, кем он мог быть и… кто он сейчас. И Лиза, любя того Петира, из прошлого, причиняет невыносимую боль, безжалостно напоминает о хорошем человеке, о котором ему необходимо забыть, которого он убил. Такое напоминание уже стоит ненависти и желания причинить такую же боль.
    И, к тому же, свидетелей преступления принято убирать.
     
    Последнее редактирование: 10 авг 2015
    Kimatoy, нап, Dziadek и 53 другим нравится это.