Мир Фантастики. Джордж Р. Р. Мартин «Ретроспектива I. Башня из пепла»

РРетроспектива 1Честно говоря, рассказы Джорджа Р. Р. Мартина я ценю гораздо выше, чем его романы — включая эпический цикл «Песнь льда и пламени». Законченные произведения сильно выигрывают по сравнению с историей без начала и конца, пусть даже и написанной автором талантливым и тонким. Что ж, откроем книгу и окинем взглядом панораму творчества одного из самых талантливых фантастов современной Америки.

Ретроспективный сборник Джорджа Мартина «Башня из пепла» включает рассказы и повести, объединенные в разделы не столько по хронологическому, сколько по тематическому принципу. «Четырехцветный мальчик-фанат», например, содержит тексты, созданные во времена, когда Мартин фанатично увлекался комиксами. Рисовать картинки юный фэн не умел, а принять участие в творческом процессе хотелось нестерпимо — так появились на свет рассказы «И смерть его наследие», «Только дети боятся темноты» и некоторые другие. В «Свет далеких звезд» вошли философские и романтические новеллы о космосе, в раздел «Наследники черепашьего замка» — фэнтези, в рубрику «Гибриды и ужасы» — «ужастики» и то, что у нас именуют «магическим реализмом». Каждую часть предваряет небольшое авторское вступление, в котором Мартин рассказывает, как складывались его взаимоотношения с тем или иным жанром или направлением. Подход совершенно верный: читатель, покупающий сборник из неоднократно публиковавшихся произведений, вправе надеяться на некий дополнительный «бонус». Недаром большинство авторских антологий на Западе «укомплектованы» вступительными статьями и комментариями.

Разумеется, в «Башню из пепла» попали далеко не все рассказы и повести писателя: для этого потребовалось бы с полдюжины подобных томов. Да и от оригинальной англоязычной «Ретроспективы» сюда уместилась только первая половина — в Штатах эта книга, адресованная любителям и знатокам Мартина, издавалась в виде неподъемного «подарочного» фолианта. Так что выход второго тома не за горами.

Дж.Р.Р.М: …Мы читаем фэнтези, чтобы вернуть утраченные краски, ощутить вкус пряностей и услышать песню сирен. Есть нечто древнее и истинное в фэнтези, затрагивающее глубокие струны в наших душах. Фэнтези обращается к спрятанному глубоко в нас ребенку, который мечтает, что будет охотиться в лесах ночи, пировать у подножия гор, и найдет любовь, которая будет длиться вечно где-то к югу от Оз и к северу от Шангри-Ла.

Во всех своих произведениях Мартин удивительно лиричен, романтичен, а главное, виртуозно выстраивает образный ряд, передавая читателю свою авторскую мысль не прямо в лоб, а через череду метафор, суть которых становится понятна только после того, как перевернешь последнюю страницу. Боюсь, однако, коммерческий успех этому проекту не грозит. «Ретроспектива» — книга довольно специфическая, она для тех, кому интереснее наблюдать за творческим развитием автора, чем за приключениями героев. Кроме того, это замечательный стимул для начинающих литераторов: оказывается, чтобы стать тонким стилистом, вовсе не обязательно расти на Джеймсе Джойсе и Торнтоне Уайлдере (как Самуэль Дилени, например). Можно начать с искреннего восхищения комиксами как высшим достижением мировой литературы — и придти к глубоко философскому «Пути креста и дракона». Такое, оказывается, тоже случается. Однако в любую эпоху и в любом жанре на одного Джорджа Мартина приходятся десятки писателей уровня Гарри Гаррисона или Эндрю Нортон и сотни куда более слабых. Так что судьба автора этой книги — еще не повод расслабляться и почивать на лаврах.

К сожалению, в работе над «Ретроспективой I» издатели продемонстрировали небрежность, в последнее время им совсем не свойственную. Например, действие части новелл Мартина разворачивается в единой вселенной, известной под условным названием «тысяча миров», однако редактор не позаботился сверить названия планет, по-разному звучащие в разных переводах. Да и сама работа переводчиков оставляет желать много лучшего. Уже в предисловии В. Гольдич с И. Оганесовой умудрились перепутать «издание» и «издательство», а также ввести в обращение новый литературоведческий термин: «книга-ужас» (имелся в виду, разумеется, «роман в жанре «хоррор»). О множестве других, более мелких преступлений против логики и русского языка умолчу. Исправятся ли переводчики в следующем томе?..

Итог: любопытнейшее издание, адресованное, к сожалению, довольно узкому кругу читателей. Тем не менее, я уже освобождаю на полке место для «Ретроспективы II». Чего и вам желаю.

№27; ноябрь 2005
Василий Владимирский

Наверх

Сообщить об опечатке

Выделенный текст будет отправлен мейстеру на проверку: