О съемках битвы за Винтерфелл в третьей серии финального сезона

В минувшей серии показали битву за Винтерфелл, развязку одной из ключевых сюжетных линий с первого сезона. Это самая продолжительная серия «Игры престолов», здесь участвует больше всего поименованных персонажей («Нельзя собирать вместе столько актеров — слишком много эго на одном квадратном метре», — шутит Кит Харингтон). А еще это самая длинная непрерывная битва в кино. Смотрите 40-минутный ролик о съемках (и он, кстати, гораздо менее темный, чем финальные кадры). А под видео приводим выжимку из различных интервью о съемках главной битвы на телевидении.

«В этом году мы поставили перед съемочной группой уникальную задачу, ничего такого раньше не делали ни на телевидении, ни в кино, — рассказывает исполнительный продюсер и сценарист Брайан Когман в большом материале Entertainment Weekly со съемок. — Последняя непредсказуемая и безжалостная битва мертвого войска с живым. Это смесь жанров, сцены внутри сцен, встроенных внутрь третьих сцен. Дэвид и Дэн в сценарии сложили потрясающую мозаику, а Мигель разобрал ее, чтобы объединить вновь в серии. Изнурительный труд, но мне кажется, серия произведет на всех сильное впечатление».

На съемках, продлившихся 11 недель, было задействовано 750 человек. Работа шла 6–7 дней в неделю, 18 часов в день. Актерам и съемочной группе пришлось трудиться в тяжелых условиях: было холодно, шел снег и дождь, дул промозглый ветер, вокруг были грязь и лошадиный помет. Поначалу команда думала, что ей удастся разбить сценарий на несколько десятков сцен, которые снимут на фоне зеленого экрана или в декорациях по отдельности, а объединят при монтаже. Так снимают большие фильмы в Голливуде, потому что это продуктивно и требует участия меньшего числа людей на площадке одновременно. «Но при таком подходе не остается места импровизации, — говорит режиссер серии Мигель Сапочник. — Поэтому я сказал продюсерам, что мы просто обязаны снимать последовательно, иначе потеряем ощущение реальности происходящего — то, что делает сериал уникальным». Утвержденный новый график съемок окрестили «Долгой ночью».

«Невозможно быть готовым к настолько большим нагрузкам, — рассказывает Мейси Уильямс в перерывах между дублями. — Ночь сменяется ночью, дубль дублем, а работа не кончается. Нельзя даже заболеть, потому что заменить тебя некому. Иногда хочется просто сесть и расплакаться».

«За все время в проекте эти съемки были самыми тяжелыми, — соглашается Йен Глен. — Настоящее испытание. Ложишься в семь утра, а после пробуждения все еще разбитый, и так каждый день. На экране вы увидите по-настоящему выстраданные пот и кровь».

«Тут все молятся, чтобы никогда больше не пришлось пройти через подобное», — вторит Рори МакКанн.

Готовясь к съемкам, Сапочник искал примеры с длинными непрерывными битвами, чтобы определить, как быстро зрителю надоедает такое зрелище. Сорокаминутная сцена штурма Хельмовой Пади в фильме «Властелин колец: Две башни» была одной из самых длинных, что ему далось найти, но и она гораздо короче битвы за Винтерфелл.  «Я изо всех сил старался сделать так, чтобы зрители не заскучали от битвы. Любому надоест смотреть 20 минут на непрерывное сражение, так что же мне делать? В конце концов я рассудил, что каждый раз, в каждой сцене я должен ставить себя на место зрителя и спрашивать: ради чего мне смотреть? Я точно понял, что чем меньше чистой сечи, тем лучше сцена. Еще мы переключаемся между жанрами. Саспенс сменяет хоррор, боевик/экшн — драму. Мы не фокусируемся на убийствах, поскольку они притупляют восприимчивость, а безразличие нам не нужно», — отмечает Сапочник.

Большое количество поименованных персонажей — тоже проблема. Раньше у них были свои сцены, а теперь каждому достался лишь кусочек общей. «Я воспринимаю всю серию как выживание в стиле хоррор. Что-то вроде «Нападения на 13-й участок», где группа главных персонажей находится в осаде, и вокруг этого строится весь сюжет. Битва за Винтерфелл отличается от того, что я делал прежде. Раньше я вел битву от лица Джона, а теперь у меня около 20 главных персонажей. Но битвы получаются лучше, когда есть субъективная точка зрения, поэтому даже переключаясь между героями, я постоянно держал в голове, чью историю рассказываю в данный момент».

Для удержания персонажей внутри истории Сапочник просил актеров записать, чем заняты их персонажи, пока камера снимает кого-то другого. «Мы не видим Сэма десять минут,  но он все это время что-то делает, — поясняет Джон Брэдли-Уэст. — Сражается он, убегает или прячется? Как его судьба складывается за кадром? Я, как актер, должен удерживать линию своего персонажа, даже если сейчас его не показывают зрителю».

Для битвы были построены новые декорации. Винтерфелл — это не набор отдельных павильонов с открытой стеной или двумя, а почти полностью выстроенный замок. «Проходя из одной комнаты в другую через переходы и двери можно неожиданно пройти весь замок. Он огромен. И снег с туманом, суматоха усиливают впечатление. Пару раз я даже забывал, что все это понарошку. Безумное ощущение».

Одна из особенностей битвы за Винтерфелл — очень темные кадры. Кажется, будто бы освещение вообще отсутствует. Поначалу персонажей освещает лунный свет, однако с началом бури он пропадает. Оператор сериала Роберт МакЛаклен объяснил, что они стремились к натуралистичности и последние несколько сезонов старались как можно эффективнее использовать натуральный свет от окон, факелов или свечей. Увы, но сейчас, с приходом зимы, когда ставни глухо закрыты, кадры стали особенно темными. Другой оператор серии, Фабиан Вагнер, считает, что причина в неправильном просмотре и чрезмерном сжатии файлов: такие сериалы, как «Игра престолов», нужно смотреть, как в кинотеатре, без внешнего освещения и на экране побольше, а не на планшете в залитом светом помещении.

«Было трудно поверить, что убить Короля Ночи выпало Арье, — вспоминает Мейси Уильямс. — Я подумала, что меня все возненавидят, потому что Арья не заслуживает этой чести. Нельзя просто так убить неуязвимого сверхзлодея. Зрителя возмутятся: что ж это за злодей такой, что его зарубила девчушка весом в 50 кг?! Даже мой парень считал, что убить злодея должен был Джон». Для убийства Короля Ночи Арья использует валирийский кинжал, которым пытались убить Брана в первом сезоне, и вгоняет лезвие в то же место, куда когда-то Дети Леса поместили сердце из драконова стекла.

После съемок сцены с Мелисандрой, где та ободряет Арью своим пророчеством из третьего сезона о глазах, которые девочка навсегда закроет, Мейси подумала, что не такой уж этот поворот и надуманный: «Все обучение Арьи в Черно-белом Доме было ради этого. Выкуси, Джон!»

«Я был удивлен финалом; я-то думал, что это мне предстоит убить Короля Ночи! — смеется Кит Харингтон. — Но мне нравится, как получилось. Это придает тренировкам Арьи смысл. Некоторые зрители, конечно, будут разочарованы: они ждут грандиозный бой Джона и Короля Ночи, а его нет. Такова уж Игра престолов. Но это правильно для персонажей».

С ожиданиями зрителей играют намеренно. «Если бы зритель увидел Арью где-то по пути в богорощу, то начал бы что-то подозревать, — говорит Сапочник. — Поэтому мы сфокусировались на Джоне, не выпуская его из виду, чтобы зритель поверил в его избранность, а он в последнюю минуту терпит неудачу».

Роль Сэмвелла Тарли тоже очень важна в сериале, и в сцене битвы особенно. «Персонажи вроде Сэма показывают вам точку зрения обывателя, он задает контекст всем угрозам и ставкам, — объясняет Джон Брэдли-Уэст, который на самом деле очень неплохо фехтует, но для роли старался быть более несуразным. — Чтобы показать, что Джон необычный парень, вам нужен обычный; Джон обретает значимость только в сравнении с Сэмом. Многие мужчины считают себя похожими на Джона, но у большинства моих знакомых в реальности все складывается иначе. Людям не нравится видеть таких персонажей, как Сэм, потому что они напоминают о том, какой ты на самом деле, когда уязвим и напуган».

Битву за Винтерфелл не пережили Скорбный Эдд, Теон Грейджой, Джорах и Лианна Мормонты, Берик Дондаррион, Мелисандра, Кхоно, Король Ночи и его дракон Визерион.

После долгих лет ожидания битвы света с тьмой Мелисандра отказывается от жизни, поддерживаемой рубином, и умирает.  «Мне нравится, как они закончили историю моего персонажа, — говорит Кэрис ван Хоуэтен. — Она в конце тоже стала немножко героем. Я старалась показать усталость и облегчение и играла роль с мыслью, что сделала что до́лжно и могу уйти». Исполнив свое предназначение, умирает и Берик Дондаррион.

Сир Джорах Мормонт умирает на руках Дейнерис, защищая ее от мертвецов. «Мы долго обсуждали, каким образом умрет Джорах. Бо́льшую часть времени, с самых первых своих сцен, он был вместе с Дени. Не было такого момента, когда она нуждалось бы в защитнике больше, чем сейчас. Вот такую смерть он бы и выбрал, если бы мог, поэтому мы остановились на ней», — объясняют шоураннеры «Игры престолов». Во время съемок последней сцены Джораха Мормонта у его жены случилось кровоизлияние в мозг. Режиссер и продюсеры решили отложить съемки на две недели и отправили Йена Глена к жене. «Когда через две недели съемки закончились, мне стало так одиноко… Я хотел просто уйти и обдумать эти десять лет моей жизни. Все-таки это огромный кусок моей карьеры и во многих отношениях самый важный проект, в котором я участвовал», — признается Йен Глен.

Погибает и последняя из Мормонтов — Лианна. Ее персонаж должен был появится лишь в одной сцене шестого сезона, но шоураннеры так вдохновились игрой юной актрисы, что существенно расширили ее роль. Перед смертью Лианна убивает ожившего великана, вогнав ему в глаз кинжал из драконова стекла: «В этот момент в голове у меня звучали слова из песни, которую мы часто поем в церкви: победа ждет в конце… каждый великан падет. Я горжусь тем, как нанесла удар великану точно в глаз, пусть на съемках он и был всего лишь куском полистирола, — рассказывает Белла Рамси. — Мне нравится, как закончилась история Лианны. Очень. Если уж умираешь в Игре престолов, то умри как следует. Мы снимали целую вечность, было много зеленого экрана и долгих ночных съемок, но оно того стоит. Покойся с миром, Лианна».

Комментарии (65)

Наверх

Spelling error report

The following text will be sent to our editors: