Красные жрецы

Красные жрецы
(Red priests)

Красные жрецы и жрицы — священнослужители веры в Рглора, Владыку Света. Жрецами Рглора могут быть как мужчины, так и женщины; они носят просторные ярко-красные одеяния. Их часто можно встретить в Вольных Городах, где распространена вера в Рглора, но редко в Вестеросе. Послушники храмов носят бледно-желтые и оранжевые одеяния[1].

Торос из Мира, известный пьяница, шутил, что стал красным жрецом, потому что «на красном винных пятен не видно»[2]; в своих красных одеяниях он выезжал даже на рыцарские турниры[3]. У Мелисандры красными были даже глаза, а в качестве украшения она использовала рубин, красный драгоценный камень. Мокорро имел на лице и теле цветные татуировки в виде языков пламени и носил с собой длинный железный посох, увенчанный драконьей головой; когда во время богослужения Мокорро бил этим посохом о палубу, дракон извергал язычки зеленого пламени, что наводит на мысли о диком огне[4].

Красные жрецы принимают обет безбрачия. Неясно, принадлежат ли они все к одной единой иерархии или разных красных жрецов не объединяет ничто, кроме единой веры. Бенерро является верховным жрецом Волантиса, но неизвестно, распространяется ли его власть на храмы в других городах. Впрочем, известно, что воинов храмовой стражи, если они попадут в плен к работорговцам, может выкупить любой красный храм, необязательно волантийский[5]. Мартин, отвечая на вопрос о том, «злые» ли красные жрецы, говорил: «Они люди, и, как и все люди, сильно отличаются друг от друга»[6].

В Волантисе все жрецы и служители великого красного храма, включая верховного жреца — бывшие рабы, купленные на работорговых рынках еще в детском возрасте и татуированные изображением языков пламени. Именно такой была судьба Мокорро и Бенерро. В других Вольных городах детей иногда добровольно отдают в храмы для воспитания в качестве жрецов — Торос из Мира упоминал, что отец отдал его в храм просто потому, что Торос был младшим из восьми братьев, сам бы он «это поприще ни за что не выбрал»[7]. Любопытно, что Мелисандра также была рабыней, хотя и не упоминала об этом в разговорах с жителями Вестероса — она вспоминала себя «девочкой, рабыней при красном храме», и ей мерещилось нечто похожее на аукцион с продажей людей («лот семь»), хотя и не говорилось, что в ее речь случае дело происходило в Волантисе[8].

В книгах появлялись следующие красные жрецы:

Источники

пошлите друзьям во́рона
Наверх