Старые боги

Старые боги
(Old Gods)

Dm022gg6.jpg
Символ:Чардрево
Перевод
Значение:Старые боги

Старые боги — безымянные и безликие духи природы, которым поклоняются на Севере. Поклонение Старым богам — один из древнейших религиозных культов Вестероса, который Дети Леса исповедовали еще до прихода Первых Людей, а Первые Люди у них переняли. Хотя на юге страны закрепилась вера в Семерых, большая часть населения Севера и некоторые дома на юге — например, Блэквуды — сохраняют веру в Старых богов. Эту же веру исповедуют одичалые за Стеной.

У культа Старых богов нет храмов и священнослужителей, священных текстов и практически нет ритуалов — это скорее набор народных суеверий, чем полноценная религия; впрочем, эти «суеверия» разделяют и лорды, и короли. Старым богам поклоняются в богорощах, где растут священные чардрева. Дети Леса считали, что чардрева и есть Старые боги и верили, что после смерти присоединяются к божественному началу.

История

Согласно преданиям, исстари Дети Леса поклонялись Старым богам — «неисчислимым безымянным богам ручьев, лесов и камней»[1]. Уже в те времена они вырезали лики на чардревах и верили, что Старые боги и древовидцы могут смотреть на мир вырезанными на стволах глазами. В Рассветную Эпоху в Вестерос пришли Первые Люди, которые боялись деревьев с лицами и вырубали их. В ходе войны с Первыми Людьми Дети Леса несколько раз обращались к Старым богам за помощью и получали ее — «песнь» древовидцев, обращенная к Старым богам, позволила затопить сухопутный перешеек между Вестеросом и Эссосом. Еще позже Дети Леса вторично упросили Старых богов обрушить «молот вод» на Перешеек между югом и севером Вестероса.

После того, как Первые Люди и Дети Леса заключили договор на острове Ликов, Первые Люди постепенно забыли своих собственных богов, принесенных из Эссоса, и начали поклоняться Старым богам Детей Леса в священных богорощах. Озерные жители особо почитали своих Озерных королей, считая их осененными Старыми богами — эти Озерные короли, похоже, были древовидцами, и некоторые их черты и таланты сохраняются у членов дома Ридов.

Спустя тысячи лет в Вестерос вторгся новый народ, андалы, огнем и мечом насаждавшие веру в Семерых. Андалы убивали Детей Леса, вырубали богорощи и шумно провозглашали победу Семерых над Старыми богами. История сохранила имя андальского короля Эррега Убийцы Родичей, который вырубил священную рощу на холме Высокое Сердце — для этого воинам Эррега пришлось перебить ополчение Детей Леса и Первых Людей, грудью вставших на защиту своих богов. С воцарением андалов большая часть чардрев на юге была уничтожена; кое-где они сохранились в замковых богорощах благодаря более миролюбивым андалам, которые пришли к власти благодаря династическим бракам с Первыми Людьми и сохраняли относительную веротерпимость. В Штормовых землях король Ормунд III Дюррандон, происходивший от Первых Людей, отрекся от Старых богов и принял веру в Семерых, хотя и сохранил богорощу в своем замке Штормовой Предел.

В Речных землях поклонение Старым богам сохранялось тысячи лет спустя, даже несмотря на андальское завоевание; андальский король Хамфри Тиг, попытавшись при поддержке Святого Воинства окончательно искоренить эту веру в своем королевстве, спровоцировал своих вассалов на восстание. Блэквуды исповедуют веру в Старых Богов и по сей день.

Андальское наступление на Север было остановлено на Перешейке, и андалам так и не удалось завоевать северную часть Вестероса — собственно, поэтому почитание Старых богов сохраняется на Севере по сей день. Таргариены, завоевав Вестерос, приняли религию Семерых, но во время их правления гонений на поклонников Старых богов не было.

Ритуалы и церемонии

Довольно сложно судить, что из себя представляют Старые боги в глазах верующих северян. Это некие безымянные и таинственные природные силы, обладающие значительной силой и скорее наблюдающие за жизнью людей, нежели активно участвующие в ней.

Местом поклонения Старым богам являются богорощи — древние священные леса, сохраняющиеся в заповедном виде с незапамятных времен и росшие еще при Детях Леса. При каждом замке Севера, да и во многих южных, богорощи сохраняются внутри стен замков, как огороженные дворы, засаженные лесом или просто сады.

В центре богорощи всегда находится сердце-древо — «главное» дерево рощи. На Севере эту роль обычно выполняет чардрево, священное дерево Старых богов; особо почитаются деревья с вырезанными на них лицами. Эти резные лица с глубоко прорезанными глазами считаются ликами богов, взирающих на смертных. Перед сердце-древами молятся, медитируют, пытаются вслушаться в звуки природы в надежде услышать ответ богов. Там, где чардрев нет, молятся просто перед самым крупным и старым деревом в роще: так, Старки в Королевской Гавани находили уместным молиться перед старым дубом, обвитым дымной лозой[2].

— Нет, — выпалила Санса. — Вы очень добры, но… там ведь нет служб, милорд. Ни септонов, ни песнопений, ни свечей. Только деревья и тихая молитва. Вам будет скучно.Буря мечей, Тирион VI


К упомянутым ритуалам относятся: принесение клятв, обетов (Джон Сноу таким образом приносил присягу Ночному Дозору), заключение брачных союзов, своеобразное крещение младенцев, которых приносили в богорощи, чтобы получить благословение богов. Четко установленных церемоний и молитв, насколько известно, нет — каждый верующий мысленно обращается к богам в той форме и теми словами, какие ему удобны.

Жертвоприношения

В современном культе Старых богов жертвоприношений нет, но когда-то Первые Люди приносили Старым богам человеческие жертвы, и эта практика, как утверждал мейстер Йоррик, существовала еще пятьсот лет назад. Согласно рассказу сира Бартимуса, когда Брандон Ледяные Очи отбил замок Волчье Логово у работорговцев, освобожденные рабы развесили внутренности своих бывших мучителей на ветках сердце-древа в дар Старым богам[3]. Отдельные версии легенды о том, как Дети Леса перебили Руку Дорна, уверяют, что это чудо свершилось после грандиозного жертвоприношения — чардрева насытила кровь то ли тысячи пленников, то ли собственных отпрысков Детей Леса[4]. Бран Старк, наблюдая историю Винтерфелла и своих предков глазами чардрева, стал свидетелем жертвоприношения Старым богам:

Некий бородач поставил на колени перед сердце-деревом своего пленника. К ним, раздвинув красные листья, вышла женщина с белыми волосами; в руке она держала бронзовый серп.
— Нет, — сказал Бран, — не надо! — Но они не слышали его, как и отец. Женщина взяла пленника за волосы и полоснула серпом по горлу.
Брандон Старк сквозь туман минувших веков мог лишь смотреть, как дергаются ноги принесенного в жертву… и чувствовать вкус его крови.Танец с драконами, Бран III


Загробная жизнь

У последователей Старых Богов, кажется, нет определенного представления о том, что ждет их после смерти. В крипте Винтерфелла на гробницы королей и лордов ставились сидящие статуи, и каждой на колени клался длинный меч — как говорил обычай, это должно было удержать духи покойных в гробницах. У самых старых статуй мечи уже рассыпались в прах, и Эддард Старк размышлял, не бродят ли по замку призраки его предков[5]. В другой раз Эддарду мерещилась «морозная преисподняя, предназначенная для Старков Винтерфеллских»[6].

В прологе «Танца с драконами», впрочем, упоминается другая концепция загробной жизни, более близкая общему анимистическому духу культа — такие верования исповедуют одичалые в землях за Стеной. Варамир Шестишкурый думал о своих родителях и младшем брате, что они после смерти растворились в природе — «перешли в деревья и реки, перешли в камни и землю», став «миром и всем, что в нем есть»[7]. Любопытно, что Варамир действительно пережил такой опыт в момент смерти, ощутив себя лесом и всем живым и неживым, что в нем есть, прежде чем окончательно покинуть свое тело и переселиться в волчье; впрочем, это может быть проявлением его таланта оборотня, а не чем-то общим для всех умерших.

Твой малыш теперь у богов, — сказала лесная ведьма плачущей матери. — Он больше не почувствует боли, не будет плакать и голодать. Он перешел в землю, в деревья. Боги повсюду — в ручьях и камне, в зверях и птицах. Твой Пышка слился со всем, что живет в этом мире.Танец с драконами, Пролог


Голоса Старых Богов

Смотри также: Трехглазая ворона, Древовидцы, Предсказания

– Но это же только ветер, – возразил он неуверенным голосом. – Шелестят листья…
– А кто, по-твоему, посылает ветер, если не боги?Игра престолов, Бран VI


Представители семейства Старков, а также некоторые другие персонажи, такие, как Теон Грейджой, слышали в богорощах или в собственных снах обращенные к ним голоса, пытающиеся помочь и направить на верный путь. Герои нередко принимали эти голоса за собственные мысли или наваждение — не исключено, что хотя бы в некоторых случаях оно так и было, однако в «Танце с Драконами» эти явления получили относительно рациональное объяснение. Возможно, все верующие в Старых Богов хотя бы иногда слышат подобные голоса.

Во сне с полетом над Вестеросом Бран Старк видел чардрево, живое и мыслящее, и обменялся с ним взглядами[8]. На протяжении следующих книг чардрево вместе с трехглазой вороной являлось к нему во снах и звало к себе[9][10].

Бран Старк молился в богороще перед отправлением Робба Старка на юг, прося оберечь и сохранить Робба, Теона и других. Оша заявила ему, что боги отвечают ему шелестом листвы, печалясь: Робб отправляется на юг, где нет чардрев и Старые боги не имеют силы[11].

Джону Сноу на Воющем Перевале приснился волчий сон, в котором к нему, находящемуся в теле Призрака, обращалось растущее на обрыве чардрево — поначалу тонкое и слабое, но крепнущее на глазах. У этого чардрева было лицо Брана, но с тремя глазами. Оно пахло деревом, волком и мальчиком, землей, камнями, темнотой и смертью. Дерево склонилось к Джону в шкуре Призрака, коснулось его, и он оказался в другом месте — у реки Молочной, глядя на армию Манса[12]. Сам Бран, прятавшийся в это время в крипте Винтерфелла, также вспоминал об этом общении, хотя и допускал, что оно могло быть сном[13].

Арья Старк, молясь в богороще Харренхолла, слышала голос покойного Эддарда Старка:

Ей почудился голос отца, едва слышный: «Когда выпадает снег и дуют белые ветры, одинокий волк умирает, но стая живет».
– Но у меня нет стаи, – прошептала она чар-дереву. Бран и Рикон мертвы, Санса у Ланнистеров, Джон ушел на Стену. – И меня тоже больше нет. Я теперь Нэн.
– Ты Арья из Винтерфелла, дочь Севера. Ты говорила мне, что можешь быть сильной. В тебе течет волчья кровь.
– Волчья кровь. – Теперь она вспомнила. – Да, я буду сильной. Сильной, как Робб. – Втянув в себя воздух, она обеими руками взяла деревянный меч и с громким треском переломила его о колено. – Я лютоволк, и мне не нужны деревянные зубы.Битва королей, Арья IX


Джейме Ланнистер на пути из Харренхолла в Королевскую Гавань имел неосторожность заснуть, уткнувшись головой в пень чардрева. Джейме приснился яркий, но сумбурный сон. Некие призраки с копьями вели его в подземелья Утеса Кастерли, в некую затопленную пещеру, где он встретил Бриенну Тарт. С горящими мечами в руках они оборонялись от снежных призраков с переливающимся оружием — Рейгара и рыцарей его гвардии. Этот сон заставил Джейме вернуться в Харренхолл за Бриенной и спасти ее от Бравых Ребят[14].

Торос из Мира говорил о Призраке Благородного Сердца, что источник ее предсказаний — чардрева, точнее, пни чардрев на холме. Когда старуха спит, чардрева нашептывают ей на ухо пророчества о будущем[15].

Сэмвелл Тарли помолился перед чардревом в покинутой деревне одичалых и прислушивался к шелесту листьев, так и не сумев понять, услышали его боги или нет. Однако позже Холодные Руки и стая воронов пришли на помощь Сэму и Лилли, спася их от упырей; при этом вороны обращались к людям человеческими голосами[16].

По возвращении в Черный Замок Джон Сноу видел в лихорадочном сне себя и Игритт в богороще Винтерфелла, где на них смотрело чардрево с лицом Эддарда Старка[17]. Бран Старк и его спутники столкнулись в Твердыне Ночи с потайной дверью из чардрева с живым и говорящим ликом; эта дверь спросила «Кто вы?», а выслушав от Сэмвелла Тарли слова клятвы дозорного, ответила «Тогда проходите» и отворилась, разверзнув вырезанный в дереве рот до размеров дверного проема[18].

Теон Грейджой в свою бытность «Вонючкой», посещая богорощу Винтерфелла, неоднократно слышал таинственный «голос», зовущий его по имени. Он услышал «шепот, тихий как шорох листвы» и единственное слово «Теон» после бракосочетания в богороще Винтерфелла; Теон не смог увидеть никого, кроме деревьев, задумался о призраках и испуганно поспешил уйти[19]. После начала снегопада Теон забрел в богорощу, обратился к богам со сбивчивой молитвой и услышал некий тихий плач — возможно, доносящийся из покоев Джейни Пуль, а может, и нет[20]. Еще позже, перед встречей с Абелем, Теон снова оказался в богороще и взмолился к богам о смерти; в ответ таинственный голос дважды повторил имя «Теон», а потом «Бран». Смятенному Теону померещилось, что вырезанный лик на стволе приобрел черты Брана Старка и смотрит на него «глазами, полными мудрости и печали»[21]. Голос Старых богов стал одной из причин, по которой Теон отринул личность «Вонючки»: «старые боги узнали его, назвали по имени»[22].

Бран Старк и древовидцы

Единственная глава Танец с драконами, Бран III дает очень много сведений о природе чардрев и древовидцев. Возможно, изложенные в этой главе рассказы трехглазой вороны и Жойена Рида следует понимать так, что Старые боги и есть духи древовидцев прошлого и будущего, обитающие в чардревах. Сам Бран в этой главе смог вселиться в чардрево и не только наблюдать прошлое, но даже попытаться вмешаться в него, напрямую обратившись к отцу, Эддарду Старку.

Как объяснили Брану его новые учителя, в чардревах и воронах обитают души Детей Лесадревовидцев, умерших тысячи лет назад. Талант древовидца сродни таланту оборотня: древовидец может вселяться в другие тела, даже в деревья, и продолжать существовать в них даже тогда, когда его собственное тело уже мертво. Жойен Рид сравнивал деревья с книгами: Дети Леса не знали письменности — все их знания, песни и заклинания сохранялись в памяти чардрев и других деревьев.

У Детей Леса нет ни чернил, ни пергамента, ни письменных знаков; все это им заменяют деревья, прежде всего чардрева. Умирая, они сами становятся стволом, листком, веткой и корнем. Деревья помнят все: их песни, заклинания, их истории и молитвы — все, что познали поющие за свою жизнь. Мейстеры говорят, что чардрева посвящены старым богам, поющие же верят, что они и есть боги. Каждый из Детей приобщается к божественному началу, когда умирает.Танец с драконами, Бран III


Позже трехглазая ворона и Дети Леса обучили самого Брана Старка вселяться в чардрево. По словам трехглазой вороны, дерево воспринимает время не так, как человек — для него нет разграниченного прошлого, настоящего и будущего, для него тысячи лет сливаются в единое целое, а для вселившегося в дерево древовидца оно становится дверью в прошлое. Чардрева особенно ценны потому, что практически бессмертны: «Дуб может прожить триста лет, красное дерево — три тысячи, а чардрево, если не трогать его, живет вечно». Если начинающий древовидец может видеть мир только вырезанными на стволе дерева глазами — и именно ради этого Дети Леса вырезали лица на чардревах — то умелые древовидцы, как трехглазая ворона, не ограничены одной лишь богорощей и могут видеть больше и дальше.

Бран Старк сумел увидеть Эддарда Старка глазами чардрева в богороще Винтерфелла; когда Бран прошептал «Винтерфелл», отец оглянулся со словами «Кто здесь?». Трехглазая ворона заверила Брана, что он видел прошлое и что Эддард слышал лишь «шорох ветра в листве» и поговорить с ним нельзя; сам старый древовидец с помощью деревьев видел своих собственных родных, но не мог сказать им ни слова. Позже, уже во сне, Бран вновь проник в прошлое, вновь увидел отца — на этот раз более молодого, из более далекого прошлого — и вновь попытался привлечь его внимание, но Эддард лишь прервал молитву и хмуро посмотрел на чардрево. Бран также наблюдал более раннее прошлое, различных членов дома Старков и Королей Зимы, вплоть до времен Первых Людей[23].

Источники


пошлите друзьям во́рона
Наверх